Дело № 2-1-47/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 февраля 2019 года п. Нарышкино

Урицкий районный суд Орловской области в составе:

председательствующего судьи Постникова Н.С.,

с участием истца – ФИО1,

представителя истца – ФИО2,

представителя ответчика – ФИО3,

помощника Урицкого межрайонного прокурора Орловской области – Харьковой Д.А.,

при секретаре судебного заседания Цукановой В.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО4 (далее ИП ФИО4) о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указала, что 03.01.2018 ФИО5, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, принадлежащим на праве собственности ИП ФИО4, допустил столкновение с автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, которым управляла ФИО1 В момент дорожно-транспортного происшествия в автомобиле Фольксваген Таурег, государственный регистрационный знак №, также находилась дочь истца. Виновником произошедшего столкновения является ФИО5, что подтверждается постановлением об административном правонарушении от 03 января 2018 г. и решением Урицкого районного суда Орловской области от 6 июля 2018 г. ФИО1 указывает, что в результате дорожно-транспортного происшествия жизнь ее и дочери подверглась опасности, она переживала за дочь, которая была напугана сложившейся ситуацией.

Ссылаясь на то, что ей были причинены нравственные страдания, ФИО1 просит суд взыскать с ИП ФИО4 в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Протокольным определением Урицкого районного суда Орловской области от 14 января 2019 года в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены ФИО6, ФИО7

В судебном заседании истец - ФИО1 поддержала заявленные требования в полном объеме. Дополнительно пояснила, что ей был причинен моральный вред, выразившийся в сильном испуге, в связи с боязнью за состояние своего здоровья и за состояние здоровья дочери. Указала, что испытывала нравственные переживания из-за нарушения сна ребенка, в связи с чем у нее также ухудшился сон и она принимала успокоительные препараты. Кроме того, из-за дорожно-транспортного происшествия были омрачены новогодние праздники. Также, виновник дорожно-транспортного происшествия не пытался помочь ей и ребенку, и нецензурно высказывался в ее адрес. В медицинскую организацию после дорожно-транспортного происшествия она и дочь не обращались, в связи с чем у них не имеется документов, подтверждающих причинения вреда их здоровью. Успокоительные препараты принимались ей самостоятельно без назначения врача. Пояснила, что моральный вред по настоящему делу она испытывала в виде нравственных, а не физических страданий. Указала, что в суд она обратилась только в своих интересах. 

Представитель истца – ФИО2 поддержала заявленные требования ФИО1 в полном объеме.

Представитель ответчика – ФИО3 с заявленными требованиями не согласился, просил в их удовлетворении отказать. В обоснование своей позиции ссылался на то, что в материалах дела отсутствуют сведения об обращении истца и ее дочери в какие-либо медицинские учреждения после происшествия, в связи с чем не имеется доказательств причинения вреда их здоровью. Кроме того, истцом не представлено доказательств перенесенных нравственных страданий.

Помощник Урицкого межрайонного прокурора Орловской области – Харькова Д.А. полагала, что в удовлетворении требований истца необходимо отказать, поскольку не представлено доказательств причинения морального вреда ФИО1, выразившегося в физических страданиях. 

Ответчик ИП ФИО4, третьи лица ФИО6 и ФИО7 в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела были извещены своевременно и надлежащим образом, причины неявки не известны. 

В связи с чем, суд на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 4 ГК РФ (ст. 1099 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, возлагается на лиц, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности либо на ином законном основании.

Согласно п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях, то есть по правилам ст. 1064 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с абз. 2 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно абз. 1 п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абз. 2 п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная п. 1 ст. 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

В пункте 19 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (п. 2 ст. 1079 ГК РФ). Юридическое лицо или гражданин, возместившие вред, причиненный их работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора, вправе предъявить требования в порядке регресса к такому работнику - фактическому причинителю вреда в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (п. 1 ст. 1081 ГК РФ).

Из содержания приведенных норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие), не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу ст. 1079 ГК РФ и не несет ответственности перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности. Следовательно, на работодателя как владельца источника повышенной опасности в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

В судебном заседании установлено, что 03.01.2018 ФИО5, состоящий в трудовых отношения с ответчиком, управляя автомобилем ПАЗ 320530-22, государственный регистрационный знак 

<

***> 152RUS, принадлежащим на праве собственности ИП ФИО4, допустил столкновение с автомобилем Фольксваген Таурег, государственный регистрационный знак 

<

***> 57RUS, которым управляла ФИО1, принадлежащим на праве собственности ФИО7, вследствие чего автомобилю ФИО7 были причинены механические повреждения.

Потерпевших в происшествии не имеется (л.д. 65, 66, 68, 73).

Данное дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ФИО5, который за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.13 КоАП РФ, подвергнут административному наказанию.

Кроме того, решением Урицкого районного суда Орловской области от 6 июля 2018 г. удовлетворены частично исковые требования ФИО7 к ИП ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, и с ИП ФИО4 в пользу ФИО7 взыскана сумма ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, в размере 504 544 рубля, расходы по оплате судебной экспертизы в размере 13 177 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 7 795 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей, а также с ФИО7 взыскана в доход бюджета муниципального образования Урицкий район государственная пошлина в размере 300 рублей, а с ИП ФИО4 взыскана в доход бюджета муниципального образования Урицкий район государственная пошлина в размере 1 552 рубля. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Орловского областного суда от 25 сентября 2018 г. решение Урицкого районного суда Орловской области от 6 июля 2018 г. оставлено без изменения (л.д. 103-117).

Из имеющихся материалов дела не усматривается, что в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 03.01.2018, истец получила какие-либо телесные повреждения.

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Разрешая спор, суд исходит из того, что каких-либо травм в результате дорожно - транспортного происшествия, произошедшего 03.01.2018, истцу причинено не было, доказательств в подтверждение причинения ей вреда здоровью не представлено.

Ссылки ФИО1 на то, что в результате дорожно-транспортного происшествия ей был причинен моральный вред, выразившийся в сильном испуге, в связи с боязнью за состояние своего здоровья и за состояние здоровья дочери, она испытывала нравственные переживания из-за нарушения сна ребенка, в связи с чем у нее также ухудшился сон и она принимала успокоительные препараты, а также то обстоятельство, что ФИО5 после дорожно-транспортного происшествия не пытался помочь ей и ребенку, нецензурно высказывался в ее адрес, и из-за дорожно-транспортного происшествия были омрачены новогодние праздники, не являются по смыслу действующего законодательства основаниями для взыскания компенсации морального вреда.

Доказательств тому, что истец перенесла страдания, выразившиеся в депрессивной реакции на события, произошедшие 03.01.2018 и необходимости приема успокоительных препаратов, медицинских предписаний по этому поводу, проведенном обследовании у врачей, материалы дела также не содержат.

Как уже указывалось, в соответствии со ст. 151 ГК РФ моральный вред представляет собой физические или нравственные страдания. Однако не любые страдания гражданина влекут за собой право на компенсацию морального вреда. Необходимым условием возникновения такого права является причинная связь между имевшими место страданиями и нарушением личных неимущественных прав потерпевшего, посягательством на принадлежащие ему другие нематериальные блага либо нарушением имущественных прав гражданина в случаях, предусмотренных законом.

В силу ст. 150 ГК РФ к нематериальным благам относится жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя и т.д.

Согласно ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с п. 2 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 г. N 522, под вредом, причиненным здоровью человека, понимается нарушение анатомической целостности и физиологической функции органов и тканей человека в результате воздействия физических, химических, биологических и психических факторов внешней среды.

В данном случае реального причинения вреда нематериальным благам истца не было, нарушения анатомической целостности и физиологической функции органов и тканей организма не произошло, листок нетрудоспособности истцу не выдавался, врачей она не посещала, медицинское обследование не проходила, доказательств обратному суду не представлено.

При таких обстоятельствах, суд, анализируя собранные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, приходит к выводу, что истцом не было представлено допустимых и достоверных доказательств, позволяющих сделать вывод, что действиями ответчика ей были причинены нравственные страдания, за что предусмотрена законом компенсация морального вреда, в связи с чем, приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 о возмещении компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 194-199, судья

решил:

исковые требования ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Орловский областной суд через Урицкий районный суд Орловской области в течение месяца со дня изготовления судом мотивированного текста решения.

Мотивированный текст решения изготовлен 18 февраля 2019 года.

Судья Н.С. Постников