№ 44г-59/2018

Суд первой инстанции: судья Хижаев А.Ю.

Суд апелляционной инстанции в составе судей: Александрова М.А. (председательствующий), Коваленко В.В. (докладчик), Губаревич И.И.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

суда кассационной инстанции

г. Иркутск 26 ноября 2018 года

Президиум Иркутского областного суда в составе:

председательствующего Ляхницкого В.В.,

членов президиума: Кислиденко Е.А., Корнюшиной Л.Г., Ореховой И.Р., Симанчевой Л.В., Трапезникова П.В., 

при секретаре Андреевой С.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Джет Травел» об установлении факта трудовых отношений по кассационной жалобе ФИО1 на решение Октябрьского районного суда г. Иркутска от 19 января 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 19 апреля 2018 года. 

Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Егоровой О.В., объяснения представителя ответчика ООО «Джет Травел» генерального директора ФИО2, действующего на основании прав по должности, возражавшего против удовлетворения жалобы, суд кассационной инстанции

установил:

в обоснование заявленных требований указано, что в период с 1 июля 2016 года по 26 сентября 2017 года ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в ООО «Джет Травел» в должности представителя авиакомпании. При оформлении на работу с истцом был заключен трудовой договор, для исполнения обязанностей по которому ответчик передал истцу пропуск на территорию Международного аэропорта города Иркутска. В сентябре 2016 года ответчик попросил истца написать заявление об увольнении с должности в целях урегулирования вопросов отчётности по заработной плате и штатного расписания. По истечении двух недель был подписан новый трудовой договор, который так и не был выдан истцу. В силу сложившихся отношений истец полагался на добросовестное поведение ответчика. Фактически трудовые отношения были продолжены, с распоряжения ответчика ФИО1 добросовестно исполнял свои трудовые обязанности. В связи с конфликтом с генеральным директором ООО «Джет Травел» ФИО2, а также задержками в выплате заработной платы истец перестал выполнять возложенные на него обязанности с 27 сентября 2017 года. Ответчик не признаёт отношения, возникшие с истцом, трудовыми. ООО «Джет Травел» не произвело с истцом расчёт. Работодателем не подаётся отчётность во внебюджетные фонды и Пенсионный фонд России. В то же время наличие трудовых отношений между истцом и ответчиком подтверждается следующими документами: пропуском на территорию Международного аэропорта города Иркутска (номер изъят) от 21 июля 2016 года сроком до 1 августа 2019 года (включая приложение на зоны допуска 1-6), доверенностью от ответчика на имя истца от (дата изъята) (для представительства «Ю»); доверенностью от ответчика на имя истца от (дата изъята) (для представительства «В»), извещением Пенсионного фонда России о состоянии индивидуального счёта истца по состоянию на 21 ноября 2017 года. Таким образом, действиями ответчика нарушены трудовые права истца, в связи с чем истец просил суд установить факт трудовых отношений, сложившихся между ФИО1 и ООО «Джет Травел» с 1 июля 2016 года по 26 сентября 2017 года в должности представителя авиакомпании.

Решением Октябрьского районного суда г. Иркутска от 19 января 2018 года исковые требования ФИО3 удовлетворены в части установления факта трудовых отношений, сложившихся между ФИО1 и ООО «Джет Травел» с 1 июля 2016 года по 4 сентября 2016 года в должности представителя авиакомпании.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Джет Травел» об установлении факта трудовых отношений с 5 сентября 2016 года по 26 сентября 2017 года в должности представителя авиакомпании - отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 19 апреля 2018 года решение Октябрьского районного суда г. Иркутска от 19 января 2018 года оставлено без изменения, а апелляционная жалоба – без удовлетворения.

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить указанные судебные акты и принять новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объёме.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы гражданское дело истребовано из Октябрьского районного суда г. Иркутска и определением судьи Иркутского областного суда от 1 ноября 2018 года кассационная жалоба вместе с делом передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Иркутского областного суда.

Истец ФИО1, представитель истца ФИО4, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке, в судебное заседание не явились. От истца ФИО1 поступило письменное заявление о рассмотрении дела в суде кассационной инстанции в его отсутствие. Президиум Иркутского областного суда, руководствуясь статьей 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы гражданского дела, обсудив обоснованность доводов кассационной жалобы, президиум Иркутского областного суда находит жалобу подлежащей удовлетворению частично.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения норм материального и процессуального права при рассмотрении данного дела допущены судами первой и апелляционной инстанций.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции установлено, что 1 июля 2016 года между ООО «Джет Травел» и ФИО1 заключён срочный трудовой договор (номер изъят), согласно которому работник был принят на работу в ООО «Джет Травел» на должность технического представителя в аэропорту сроком на один год в соответствии со статьями 58, 59 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно приказу (номер изъят) ФИО1 принят на работу в ООО «Джет Травел» с 1 июля 2016 года с тарифным окладом (данные изъяты) и испытательным сроком 3 месяца на должность технического представителя в аэропорту.

1 сентября 2016 года ФИО1 написано заявление об увольнении по собственному желанию.

Приказом (номер изъят) трудовой договор с работником ФИО1 прекращён по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника) с 4 сентября 2016 года. 

После издания приказа об увольнении ФИО1 продолжил работать у ответчика в должности технического представителя в аэропорту, в подтверждение чего им представлены: копия пропуска на территорию Международного аэропорта города Иркутска от 21 июля 2016 года сроком до 1 августа 2019 года, доверенности от 2017 года, выданные ООО «Джет Травел» на имя ФИО1 для представления интересов авиакомпаний «Ю», «В».

Согласно представленному стороной ответчика гражданско-правовому договору об оказании услуг от 19 сентября 2016 года после 4 сентября 2016 года ФИО1 был фактически привлечён к оказанию услуг представителя ООО «Джет Травел» аэропорта г. Иркутска, включая преставление интересов в авиакомпаниях перевозчика и службах аэропорта. Данный договор подписан только одной стороной - генеральным директором ООО «Джет Травел» ФИО2

Разрешая спор по существу и частично удовлетворяя требования истца в части установления фактических трудовых отношений, сложившихся между сторонами в период с 1 июля 2016 года по 4 сентября 2016 года, суд первой инстанции исходил из того, что при рассмотрении дела установлено и не оспаривается ответчиком, что в указанный период ФИО1 являлся работником ООО «Джет Травел», осуществлял обязанности технического представителя в аэропорту, в связи с чем подлежит установлению факт трудовых отношений в указанный период.

Отказывая в удовлетворении требований об установлении факта трудовых отношений в период с 5 сентября 2016 года по 26 сентября 2017 года в должности представителя авиакомпании, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии допустимых и достаточных доказательств, которые бы бесспорно свидетельствовали о том, что в указанный период истец был допущен к работе в ООО «Джет Травел» в должности технического представителя с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя, выполнял работу в рамках трудовых отношений согласно трудовому распорядку, регулярно получал заработную плату.

При этом, проанализировав представленные доказательства, суд указал на то, что они не характеризуют наличие между сторонами трудовых отношений, поскольку каких-либо кадровых решений в отношении истца работодателем не принималось, трудовой договор с ним после 4 сентября 2016 года не заключался, приказов о приеме истца на работу и об увольнении руководителем организации не издавалось, в трудовую книжку записи о трудовой деятельности не вносились, к исполнению трудовых обязанностей истец работодателем или уполномоченным лицом не допускался и фактически их не исполнял.

Суд апелляционной инстанции согласился с такими выводами суда первой инстанции. 

Отклоняя доводы апелляционной жалобы ФИО1 о наличии трудовых отношений между сторонами в период с 5 сентября 2016 года по 26 сентября 2017 года, судебная коллегия сослалась на то, что представленные истцом копия пропуска на территорию Международного аэропорта г. Иркутска сроком действия до 1 августа 2019 года, доверенности от 2017 года, выданные ООО «Джет Травел» на имя ФИО1 для представления интересов авиакомпаний «Ю» и «В», лишь подтверждают возможность истца осуществлять деятельность технического представителя авиакомпаний в аэропорту г. Иркутска, в том числе по гражданско-правовому договору. 

Между тем суд кассационной инстанции находит, что решение суда первой инстанции и апелляционное определение приняты с нарушением норм материального и процессуального права и согласиться с ними нельзя по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В соответствии с частью четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации в тех случаях, когда судом установлено, что договором гражданско-правового характера фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Частью первой статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами.

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2.2 определения от 19 мая 2009 года № 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (абзац четвертый пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).

Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключенного между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределенность в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении, а потому не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации. Из приведенных в этих статьях определений понятий «трудовые отношения» и «трудовой договор» не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем, - наличие именно трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на тарифно-квалификационные характеристики работы, должностные инструкции и любым документальным или иным указанием на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы (абзацы пятый и шестой пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).

Таким образом, по смыслу статей 11, 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положением части второй статьи 67 названного кодекса, согласно которому трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора (абзац седьмой пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).

Приведенные нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки, особенности, основания возникновения, формы реализации прав работника при разрешении споров с работодателем по квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых, судами первой и апелляционной инстанций применены неправильно, без учета положений норм, регулирующих трудовое законодательство, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации. Вследствие этого обстоятельства, имеющие значение для дела, судебными инстанциями не установлены, действительные правоотношения сторон не определены.

В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению, с учетом исковых требований ФИО1, являлись обстоятельства того, имели ли отношения, возникшие между ответчиком и ФИО1, признаки трудовых отношений. Для этого суду необходимо было установить, какую работу выполнял ФИО1; в чьих интересах выполнялась эта работа; изменилось ли содержание выполняемой им работы по сравнению с работой по трудовому договору от 1 июля 2016 года; подчинялся ли ФИО1 внутреннему распорядку в организации ответчика; распространялись ли на ФИО1 указания, приказы, распоряжения руководителя ответчика и иные локальные акты ответчика; был ли ФИО1 интегрирован в организационный процесс ответчика; взаимодействовал ли при выполнении работы с другими сотрудниками организации; изменилось ли рабочее место ФИО1 после расторжения трудового договора от 1 июля 2016 года; каким образом оплачивалась работа ФИО1 (в одно и то же время, как и всем сотрудникам организации) и являлась ли оплата работы ответчиком для него единственным и (или) основным источником доходов.

Между тем обстоятельства, имеющие значение для дела и определяющие характер возникших правоотношений между истцом и ответчиком, с учетом подлежащих применению норм трудового и гражданского законодательства в качестве юридически значимых определены не были, предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций в нарушение приведенных требований Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не являлись.

Исходя из положений статей 67, 71, 195 - 198, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости (статьи 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В противном случае нарушаются задачи и смысл гражданского судопроизводства, установленные статьей 2 названного кодекса.

Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Эти требования процессуального закона, как усматривается из текстов судебных постановлений, судами первой и апелляционной инстанций при разрешении спора выполнены не были. Также ими не учтено, что при рассмотрении дела суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства с учетом доводов и возражений сторон спора и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.

В обоснование своих требований ФИО1 и в ходе производства по делу его представитель ФИО4 ссылались на то, что после расторжения 4 сентября 2016 года трудового договора трудовые отношения с ФИО1 были продолжены, последний договор об оказании услуг от 19 сентября 2018 года не подписывал, что подтверждается актом об отказе ФИО1 от подписания договора оказания услуг от 19 сентября 2016 года. С распоряжения ответчика ФИО1 на основании выданных на его имя доверенностей от (дата изъята) (для представительства «Ю») и от (дата изъята) (для представительства «В»), используя пропуск на территорию Международного аэропорта города Иркутска (номер изъят) сроком до 1 августа 2019 года (включая приложение на зоны допуска 1-6), после прекращения трудового договора, который не был изъят у ФИО1, а, напротив, был использован им и далее, добросовестно исполнял свои трудовые обязанности. В силу сложившихся отношений истец полагался на добросовестное поведение ответчика.

Однако суды первой и апелляционной инстанций, изложив в судебных постановлениях лишь некоторые из доводов ФИО1, приведенных в исковом заявлении, и обстоятельства, по мнению истца их подтверждающие, эти обстоятельства не устанавливали, ограничились только указанием на то, что истец не представил доказательств, свидетельствующих о наличии между ним и ответчиком трудовых отношений в спорный период, тем самым произвольно применили статью 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и нарушили требования процессуального закона, касающиеся доказательств и доказывания в гражданском процессе.

Суд первой инстанции и согласившийся с ним суд апелляционной инстанции не дали никакой правовой оценки приобщенной в материалы дела электронной переписке между истцом и бухгалтером ООО «Джет Травел», свидетельствующей согласно объяснениям истца о том, что ежемесячно он направлял информацию о количестве рейсов, по которым он оказывал сопровождение и выполнял функции представителя авиакомпании «Ю», «В», а также штатному расписанию за предшествующий период, документам - распоряжениям, приказам об изменении штатной численности рабочего персонала общества с учётом того факта, что приказ о прекращении трудового договора (номер изъят) с ФИО1 указывает на расторжение трудового договора от 1 июля 2016 года с ним с 4 сентября 2016 года, а изменения в штатной численности общества произошли с 31 декабря 2016 года.

При таких обстоятельствах выводы судебных инстанций об отсутствии признаков трудовых отношений между ФИО1 и ООО «Джет Травел» и наличием между сторонами фактически сложившихся гражданско-правовых отношений из договора оказания услуг от 19 сентября 2016 года, подписанного в одностороннем порядке - генеральным директором ООО «Джет Травел» ФИО2, тогда как в соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическая сила гражданско-правового договора имеет место быть при достижении обеими сторонами соглашения по всем существенным условиям договора, сделаны без надлежащей правовой оценки данных обстоятельств и представленных доказательств.

Из искового заявления следует, что ФИО1 просил признать весь период работы в ООО «Джет Травел» с 1 июля 2016 года по 26 сентября 2017 года в качестве трудовых отношений.

Удовлетворяя иск частично, суд установил факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО «Джет Травел» с 1 июля по 4 сентября 2016 года, тогда как ответчиком не оспаривался факт трудовых отношений с истцом в данный период времени, отношения были оформлены срочным трудовым договором (номер изъят), приказом (номер изъят), заявлением о приеме на работу от 30 июня 2016 года, заявлением об увольнении от 1 сентября 2016 года и приказом (номер изъят), имели место быть отчисления в Пенсионный фонд России, что подтверждено сведениями Пенсионного фонда Российской Федерации о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица, где последний период работы истца в ООО «Джет Травел» - с 1 июля 2016 года по 4 сентября 2016 года. Соответственно, трудовые права истца в этот период не были нарушены и у суда не имелось правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 в части установления в судебном порядке трудовых отношений истца с ответчиком в период с 1 июля 2016 года по 4 сентября 2016 года, в связи чем решение об удовлетворении иска в данной части также является незаконным и подлежит отмене.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда нельзя признать законными и обоснованными, в связи с чем они подлежат отмене в полном объеме, а дело - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции необходимо учесть изложенное, дать оценку всем имеющимся в деле доказательствам в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разрешить возникший спор в соответствии с подлежащими применению к спорным отношениям нормами материального права, требованиями процессуального закона и установленными по делу обстоятельствами. 

Руководствуясь статьями 387, 388, пунктом 2 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции

постановил:

кассационную жалобу ФИО1 удовлетворить частично.

Решение Октябрьского районного суда г. Иркутска от 19 января 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 19 апреля 2018 года по настоящему делу отменить.

Направить гражданское дело на новое рассмотрение в Октябрьский районный суд г. Иркутска в ином составе суда. 

Председательствующий В.В. Ляхницкий