Председательствующий Николаева Т.М. Дело № 22-25/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Омск 10 января 2024 года

Омский областной суд в составе

председательствующего судьи Калмыкова С.М.,

при секретаре судебного заседания Елчиевой С.З.,

с участием прокурора Сальникова А.В.,

осужденного ФИО1,

защитника адвоката Зубкова А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению (основному и дополнительному) государственных обвинителей Концевого Я.В. и Романенко В.В., апелляционной жалобе адвоката Зубкова А.В. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Одесского районного суда Омской области от 23 октября 2023 года, которым 

<

...>

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года. Наказание в виде лишения свободы постановлено отбывать в колонии-поселении, с возложением обязанности явиться в территориальный орган уголовно-исполнительной системы для получения предписания о направлении к месту отбывания наказания и следования в колонию-поселение за счет государства самостоятельно, незамедлительно явиться по вызову территориального органа уголовно-исполнительной системы, исполнить полученное предписание о направлении к месту отбывания наказания и данные в связи с этим указания территориального органа уголовно-исполнительной системы. Срок отбывания наказания в виде лишения свободы постановлено исчислять со дня прибытия в колонию-поселение, с зачетом времени следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием из расчета один день за один день. Срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, постановлено исчислять с момента отбытия основного наказания.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранная ФИО1, оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу. 

С ФИО1 в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, взыскан 

<

...> рублей, в счет компенсации расходов на организацию и проведение похорон - 

<

...> рублей; в удовлетворении иска в остальной части отказано. 

С ФИО1 в пользу Государственного предприятия Омской области «Таврическое дорожное ремонтно–строительное управление» в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, взыскано 

<

...>.

Судьба вещественных доказательств приговором определена.

Заслушав выступления прокурора Сальникова А.В., поддержавшего доводы апелляционного представления и возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, адвоката Зубкова А.В. и осужденного ФИО1, возражавших против доводов апелляционного представления и поддержавших апелляционную жалобу, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Согласно обжалуемому приговору ФИО1 осужден за то, что 

<

...> в 

<

...>, управляя автомобилем, допустил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть ФИО2, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. В суде первой инстанции ФИО1 вину в совершении преступления не признал, пояснив, что автомобилем в момент дорожно-транспортного происшествия не управлял. 

В апелляционном представлении (основном и дополнительном) государственные обвинители Концевой Я.В. и Романенко В.В. выразили несогласие с приговором, сославшись на допущенные судом нарушения уголовного и уголовно-процессуального законодательства, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, несправедливость приговора ввиду чрезмерной мягкости назначенного наказания. Указали на необоснованность вывода суда о наличии причинно-следственной связи между дорожно-транспортным происшествием и нарушением ФИО1 требований пунктов 1.3, 1.5, 2.1.2, 2.3.1, 10.1 (абз. 1) Правил дорожного движения РФ, обратив внимание на то, что в предъявленном осужденному обвинении не указано, в чем конкретно выразились нарушения ФИО1 требований п. 1.3, 1.5, 2.1.2, 2.3.1, 10.1 (абз. 1) ПДД РФ. Просили приговор отменить с направлением дела на новое рассмотрение в ином составе суда. 

В апелляционной жалобе адвокат Зубков А.В. выразил несогласие с приговором, сославшись на допущенные судом существенные нарушения норм процессуального права, неправильное применение норм уголовного закона. Указал, что обвинительный приговор вынесен без наличия достаточных к тому доказательств, а имевшиеся неустранимые противоречия истолкованы в пользу обвинения. Полагал, что в ходе судебного разбирательства не установлено лиц, которые непосредственно видели момент совершения ДТП, а проведенная судебно-медицинская экспертиза не дала ответа о местонахождении потерпевшего в салоне автомобиля. Обратил внимание, что в приговоре не отражены показания допрошенного в суде эксперта Кормильца Ю.П., указавшего, что определение местонахождения пострадавшего не входит в его компетенцию и не является предметом исследования, и пояснившего, что не исключает местонахождение потерпевшего как на пассажирском, так и на водительском местах. Указал, что органами предварительного следствия и судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о проведении судебной экспертизы следов на транспортном средстве с постановкой вопроса о местонахождении подсудимого и потерпевшего в салоне автомобиля в момент ДТП. Отметил, что не получил должной оценки факт оказания давления потерпевшей ФИО3 на свидетелей, в том числе свидетеля Свидетель №1. Просил отменить приговор, направить дело на новое рассмотрение в ином составе суда.

На апелляционную жалобу государственным обвинителем Романенко В.В. и потерпевшей Николаевой (Потерпевший №1) Н.С. поданы возражения, в которых они просили оставить апелляционную жалобу, как необоснованную, без удовлетворения. 

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, апелляционном представлении (основном и дополнительном), возражениях, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Согласно ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Судебное разбирательство в суде первой инстанции проведено в соответствии с положениями глав 35-39 УПК РФ. Как видно из протокола судебного заседания, суд не ограничивал участников судебного разбирательства в исследовании имевшихся доказательств; данных, свидетельствующих о проведении одностороннего либо неполного судебного следствия, не имеется; суд первой инстанции обеспечил равноправие сторон, принял предусмотренные законом меры по соблюдению принципа состязательности, создал сторонам необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Уголовное дело рассмотрено законным составом суда, нарушений требований ст. 63 УПК РФ по уголовному делу не допущено. 

Доказательства, представленные сторонами в ходе судебного разбирательства, в соответствии с требованиями ст. 14, 17, 87, 88 УПК РФ судом первой инстанции проверялись и исследовались, оценивались на предмет относимости, допустимости, достоверности, а в своей совокупности - достаточности для постановления в отношении ФИО1 обвинительного приговора.

Судом первой инстанции в основу приговора обоснованно положены:

- показания свидетеля Свидетель №1, сообщившего суду, что, когда они отъезжали от 

<

...> и в момент ДТП, за рулем автомобиля находился ФИО1, на переднем пассажирском сидении - ФИО2, а он находился на заднем сиденье автомобиля, где уснул; проснулся он в момент ДТП и, когда вылез из автомобиля, увидел, что ФИО2 лежит рядом с автомобилем, а ФИО1 - на обочине дороги; он подошел к ФИО2, но тот хрипел, и он не стал его трогать; тогда он подошел к ФИО1 и привел его в сознание; в это время к ним подошла женщина и вызвала скорую помощь;

- показания свидетеля Свидетель №1, полученные на предварительном следствии и оглашенные в суде, согласно которым по пути движения в 

<

...> он сидел на заднем пассажирском сидении, дремал, но не спал; за рулем автомобиля находился ФИО1; после ДТП ФИО1 предложил сказать сотрудникам правоохранительных органов, что за рулем автомобиля был не Польский, а ФИО2, поскольку у него (Польского) на иждивении дети (№ 

<

...>);

- показания свидетеля Свидетель №3, сообщившей суду, что 

<

...>, когда она пришла на место ДТП, то увидела автомобиль на боку, а возле автомобиля высокого мужчину; на обочине дороги лежал Польский; она и высокий мужчина привели его в сознание; на спине около автомобиля лежал третий мужчина и хрипел; когда автомобиль начал дымиться, Польский и высокий мужчина оттащили от автомобиля мужчину, лежавшего на земле; затем они все вышли на обочину автомобильной дороги и стали ждать скорую помощь, при этом мужчины разговаривали между собой, и она услышала, как Польский предложил высокому мужчине сказать, что за рулем находился пострадавший;

- показания свидетеля Свидетель №11, которая пояснила суду, что после ДТП Свидетель №1 приходил к ней, просил прощения и рассказал, что ФИО1 просил его сказать, что за рулем автомобиля в момент ДТП находился ее сын ФИО2, потому что у ФИО1 маленькие дети;

- показания свидетеля ФИО5, которая пояснила суду, что автомобиль марки 

<

...> синего цвета находился у нее и ее сожителя ФИО1 в совместной собственности, так как приобретен на общие деньги; 

<

...> утром ей стало известно о том, что Польский, Свидетель №1, ФИО2 попали в ДТП на указанном автомобиле;

- показания свидетеля Свидетель №4, который сообщил суду, что 

<

...> около 03 часов 40 минут ему позвонил ФИО2 и попросил привезти в 

<

...> бензин; когда он подъехал в обусловленное место, то увидел автомобиль марки 

<

...> синего цвета, около которого находились ФИО2, ФИО8, Свидетель №1; он передал им канистру с бензином, и они заправили автомобиль; затем, ФИО2 и Свидетель №1 сели в автомобиль на пассажирские сиденья, а ФИО8  встал около водительской двери; он сел в свой автомобиль и начал разворачиваться, а ФИО8 сел на водительское место за руль автомобиля и закрыл дверь; когда он поехал в сторону 

<

...>, то посмотрел в зеркало заднего вида и увидел, что автомобиля 

<

...> на месте уже не было;

- заключение эксперта № 

<

...> от 

<

...>, согласно которому причиной смерти ФИО2 явился травматический шок, вызванный сочетанной травмой головы, груди, живота (ушиб головного мозга с формированием внутримозгового субдурального и субарахноидального кровоизлияний, разрыв правого легкого, разрыв печени, разрыв селезенки, разрыв левой почки); выявленные у ФИО2 телесные повреждения могли возникнуть от воздействия тупыми твердыми предметами в непродолжительный промежуток времени (могли возникнуть в едином механизме травмы в результате ДТП), причинили ФИО2 вред здоровью, который следует квалифицировать как тяжкий по признаку опасности для жизни (п. 6.1.16, 6.1.10, 6.2.1 приложения приказа МЗ и СР РФ №194н от 24.04.2008), и находятся в причинной связи со смертью (№ 

<

...>);

- показания эксперта Кормильца Ю.П., который сообщил суду, что телесные повреждения, повлекшие смерть ФИО2, могли возникнуть при расположении потерпевшего на пассажирском сидении автомобиля;

- заключение эксперта № 

<

...> от 

<

...>, согласно которому на оплётке рулевого колеса обнаружен смешанный генетический материал, который, вероятно, произошёл в результате смешения ФИО1 и неизвестного лица (№ 

<

...>).

Оснований не доверять изложенным показаниям потерпевшей и свидетелей, а также письменным доказательствам у суда первой инстанции не имелось, как не имеется их и у суда апелляционной инстанции, так как они согласуются как между собой, так и с иными исследованными судом доказательствами по делу, положенными в основу приговора, содержание которых подробно приведено в приговоре. Вопреки позиции стороны защиты, существо показаний эксперта Кормильца Ю.П. отражено в приговоре и соответствуют содержанию показаний эксперта, изложенных в протоколе судебного заседания. Существенных противоречий в показаниях указанных лиц либо письменных доказательствах, ставящих под сомнение доказанность виновности осужденного, не имеется.

Доводы стороны защиты о том, что показания вышеуказанных свидетелей являются ложными и даны в результате воздействия потерпевшей ФИО6, материалами дела не подтверждены, а факт общения потерпевшей со свидетелем Свидетель №1 до судебного разбирательства не свидетельствует о том, что свидетелем Свидетель №1 даны недостоверные показания, поскольку показания указанного свидетеля, положенные в основу приговора, подтверждаются совокупностью иных доказательств, признанных судом достоверными, в том числе показаниями свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №11, заключениями судебных экспертиз.

Проведенные по делу экспертизы были назначены в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, проведены с привлечением экспертов, имевших необходимую профессиональную подготовку и квалификацию. Оснований сомневаться в компетентности экспертов и объективности сделанных ими заключений у суда первой инстанции не имелось, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции. К положенным в основу приговора выводам заключений эксперты пришли на основании представленных для исследования материалов уголовного дела. Экспертные заключения оформлены надлежащим образом, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ и ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ", получены в соответствии с требованиями норм УПК РФ, эксперты предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, им были разъяснены положения ст. 57 УПК РФ, экспертные исследования проведены на основании постановлений следователя, в пределах поставленных вопросов, входящих в компетенцию экспертов, которые имеют соответствующее образование, квалификацию и стаж работы, при этом выводы экспертов непротиворечивы, научно обоснованы, мотивированны. Данных, свидетельствующих о том, что заключения экспертов получены с нарушением требований уголовно-процессуального закона, свидетельствующих о недопустимости указанных доказательств, не имеется. Выводы экспертов согласуются с совокупностью иных доказательств, положенных в основу выводов суда, в связи с чем суд апелляционной инстанции соглашается с тем, что выводы заключений экспертов положены судом в основу своих выводов.

Вопреки позиции стороны защиты, обстоятельств, указывающих на невозможность постановления законного итогового судебного решения без проведения судебной трасологической экспертизы либо медико-криминалистических судебной экспертизы, материалы дела не содержат.

Версия стороны защиты о невиновности ФИО1 в совершении преступления и управлении автомобилем в момент дорожно-транспортного происшествия потерпевшим ФИО2 проверена судом первой инстанции и обоснованно отвергнута с приведением в приговоре мотивов принятого решения, с которыми суд апелляционной инстанции согласен. 

Вопреки позиции стороны защиты, эксперт ФИО7 не исключил возможность получения ФИО2 телесных повреждений при нахождении на переднем пассажирском сидении автомобиля, а наоборот – полагал это наиболее вероятным.

Выводы суда первой инстанции о том, что именно ФИО1 управлял автомобилем в момент совершения дорожно-транспортного происшествия, в котором погиб ФИО2, являются правильными и основаны на фактических обстоятельствах дела, а доводы апелляционной жалобы сводятся к переоценке собранных по делу доказательств, к чему суд апелляционной инстанции оснований не усматривает, так как всем доказательствам, собранным по делу, исследованным в ходе судебного разбирательства и приведенным в приговоре (как каждому в отдельности, так и в их совокупности), суд дал надлежащую оценку. То, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией осужденного и его адвоката, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению судебного решения в апелляционном порядке.

Судом верно установлено, что ФИО1, управляя автомобилем, нарушил п. 9.9, 10.1 Правил дорожного движения, действовал небезопасно по отношению к другим участникам дорожного движения, в частности, к ФИО2 - пассажиру своего транспортного средства. Автомобиль под управлением ФИО1 двигался со скоростью, не позволявшей обеспечить безопасность движения и осуществлять постоянный контроль за транспортным средством, в результате чего ФИО1 выехал на обочину, где совершил столкновение с дорожным знаком, в связи с чем произошло дорожно-транспортное происшествие и наступила смерть ФИО2

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о том, что данное преступление ФИО1 совершил по неосторожности, поскольку не предвидел возможности наступления смерти ФИО2 от своих действий, нарушавших требования Правил дорожного движения России, но при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по доводам апелляционного представления в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Так, поскольку нарушение осужденным пунктов 1.3, 1.5, 2.1.2, 2.3.1 Правил дорожного движения РФ не состоит в причинно-следственной связи с наступившим ДТП и его последствиями и доказательств, содержащих достоверные сведения о наличии такой связи, суду не представлено, указание на то, что нарушение осужденным ФИО1 пунктов 1.3, 1.5, 2.1.2, 2.3.1 Правил дорожного движения РФ повлекло смерть ФИО2 подлежит исключению из приговора.

Вместе с тем, вопреки доводам апелляционного представления, в предъявленном ФИО1 обвинении и в описании преступления, изложенном в приговоре, указано, в чем конкретно выразилось допущенное ФИО1 нарушение пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ («не избрал скорости движения для обеспечения безопасности и осуществления постоянного контроля за управляемым транспортным средством и обстановкой на дороге», «не предпринял мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства»), при этом нарушение осужденным указанного пункта правил состоит в причинно-следственной связи с наступившим ДТП, а в приговоре приведены доказательства, содержащие достоверные сведения о наличии такой связи.

Таким образом, вывод суда о том, что нарушение ФИО1 пунктов 9.9, 10.1 Правил дорожного движения нашло свое подтверждение в ходе судебного разбирательства и находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями, предусмотренными статьей 264 УК РФ, обоснован доказательствами, положенными в основу приговора. 

При таких обстоятельствах юридическая оценка действиям ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ (нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека) дана судом правильно, оснований для иной квалификации действий осужденного либо его оправдания суд апелляционной инстанции не усматривает.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора должны быть приведены мотивы решения вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания.

При назначении осужденному наказания за совершенное преступление суд руководствовался ст. 6, 15, 43, 60 УК РФ, характером и степенью общественной опасности совершенного преступления, данными, характеризующими его личность, влиянием назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

При назначении наказания суд учел обстоятельства, смягчающие наказание осужденного: явку с повинной, наличие на иждивении малолетних детей, наличие иных иждивенцев, состояние здоровья близкого родственника подсудимого.

Иных обстоятельств, подлежащих обязательному учету в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ, судом не установлено, и в материалах уголовного дела сведений о таких обстоятельствах не имеется. 

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом обоснованно не установлено.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, позволявших суду при назначении наказания применить положения ст. 64 УК РФ, судом обоснованно не усмотрено.

Оценив изложенные обстоятельства, данные о личности осужденного, а также характер и степень общественной опасности совершенного преступления, суд первой инстанции пришел к верному выводу о необходимости назначения ФИО1 основного наказания в виде лишения свободы, не усмотрев оснований для назначения иного вида основного наказания, с чем суд апелляционной инстанции согласен. 

Также, принимая во внимание конкретные обстоятельства совершенного преступления и данные о личности осужденного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о необходимости назначения ФИО1 за совершенное преступление дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью. 

При назначении наказания судом верно применены положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, поскольку было установлено смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Учитывая фактические обстоятельства совершения преступления, а также данные о личности осужденного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ. 

Принимая во внимание фактические обстоятельства содеянного и степень общественной опасности действий ФИО1, а также данные о личности осужденного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о невозможности исправления осужденного без реального отбывания наказания в виде лишения свободы и об отсутствии оснований для применения положений ст. 53.1, 73 УК РФ. 

Кроме того, несмотря на исключение из приговора указания на то, что нарушение осужденным ФИО1 пунктов 1.3, 1.5, 2.1.2, 2.3.1 Правил дорожного движения РФ повлекло смерть ФИО2, учитывая обстоятельства совершения преступления и данные о личности осужденного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для назначения иного вида основного наказания, не связанного с лишением свободы, для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 53.1, 64, 73 УК РФ, а также для снижения срока основного либо дополнительного наказания, определенного ФИО1 приговором суда, полагая назначенное ФИО1 наказание справедливым и соответствующим характеру и степени общественной опасности преступления, конкретным обстоятельствам его совершения, данным о личности осужденного, в том числе совокупности обстоятельств, смягчающих наказание.

Вид исправительного учреждения, указанного местом отбывания наказания, определен судом в соответствии с положениями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ и с учетом данных о личности осужденного и обстоятельств совершения преступления.

Судьба вещественных доказательств определена судом в соответствии с положениями ст. 81, 82 УПК РФ.

Правовое и фактическое обоснование принятого судом решения о взыскании с осужденного в пользу потерпевшей Потерпевший №1 денежной компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в размере 1000000 рублей в приговоре приведено и соответствует положениям ст. 151, 1064, 1079 ГК РФ. Исковые требования, заявленные в интересах потерпевшей, обсуждались сторонами, в том числе осужденным, которому судом были разъяснены положения ст. 54 УПК РФ. Размер компенсации морального вреда, причиненного потерпевшей, определен судом с учетом конкретных обстоятельств дела, нравственных страданий, наступивших в связи с со смертью близкого родственника в дорожно-транспортном происшествии, а также с учетом материального положения осужденного, требований разумности и справедливости. 

Исковые требования потерпевшей Потерпевший №1 к осужденному о взыскании компенсации материального ущерба, причиненного преступлением (вызванного расходами на погребение потерпевшего), в размере 

<

...> рублей разрешены в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, с учетом положений ст. 15, 1064 ГК РФ, после разъяснения осужденному положений ст. 54 УПК РФ и обсуждения заявленных исковых требований в ходе судебного разбирательства, при этом выводы суда первой инстанции основываются на материалах уголовного дела и являются верными.

Вместе с тем приговор суда в части решения по гражданскому иску ГП «Таврическое ДРСУ» подлежит отмене в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Так, в соответствии с ч. 2 ст. 44 УПК РФ гражданский иск может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного уголовного дела в суде первой инстанции. 

В соответствии с п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 г. № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», в целях разрешения предъявленного по делу гражданского иска суд в ходе судебного следствия выясняет у гражданского истца и (или) его представителя, поддерживают ли они иск, и предлагает огласить содержащиеся в нем требования, после чего выясняет, признают ли подсудимый, гражданский ответчик и (или) его представитель гражданский иск; участникам судебного разбирательства, интересы которых затрагиваются гражданским иском, предоставляется возможность выразить по нему свою позицию и представить в случае необходимости относящиеся к иску дополнительные материалы; суд также выслушивает мнение государственного обвинителя по иску гражданского истца.

Как следует из материалов уголовного дела (№ 

<

...>), представителем ГП «Таврическое ДРСУ» Свидетель №5 было подано исковое заявление о взыскании с ФИО8 материального ущерба, причиненного преступлением, в размере № 

<

...> рублей. 

Вместе с тем из протокола и аудиозаписи судебного разбирательства следует, что указанное исковое заявление в ходе судебного разбирательства не оглашалось; участникам судебного разбирательства, интересы которых затрагиваются гражданским иском, возможность выразить по нему свою позицию и представить в случае необходимости относящиеся к иску дополнительные материалы судом не предоставлялась.

Таким образом, решение суда об удовлетворении исковых требований ГП «Таврическое ДРСУ» и взыскании с ФИО8 компенсации материального ущерба, причиненного преступлением, в размере 

<

...> рублей является незаконным и подлежит отмене с передачей гражданского иска на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Иных существенных нарушений уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона при рассмотрении дела, влекущих изменение или отмену приговора, не установлено.

Руководствуясь положениями ст. 389.20, 389.26, 389.28 Уголовно-процессуального кодекса России, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Одесского районного суда Омской области от 23 октября 2023 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из приговора указание на то, что нарушение осужденным ФИО1 пунктов 1.3, 1.5, 2.1.2, 2.3.1 Правил дорожного движения России повлекло смерть ФИО2

Приговор Одесского районного суда Омской области от 23 октября 2023 года в части решения об удовлетворении гражданского иска Государственного предприятия Омской области «Таврическое дорожное ремонтно–строительное управление» к ФИО1 о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, отменить с передачей указанного гражданского иска в тот же суд на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

В остальной части приговор Одесского районного суда Омской области от 23 октября 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Романенко В.В. и апелляционную жалобу адвоката Зубкова А.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий С.М. Калмыков