№ 

№

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

29 ноября 2024 года Красноярский край

город Игарка 

Игарский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Безруковой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником ФИО5,

с участием:

помощника прокурора 

<

адрес> ФИО6,

истца ФИО2,

ФИО1 ответчика ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению прокурора 

<

адрес> в интересах ФИО2 к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Игарская городская больница» о компенсации морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинских услуг, 

у с т а н о в и л:

Прокурор 

<

адрес> в интересах ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к КГБУЗ «Игарская ГБ» о компенсации морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинских услуг. Требования мотивировал тем, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратилась в КГБУЗ «Игарская ГБ» с жалобами на обострение хронического периодонтита 14 зуба, после удаления которого неоднократно обращалась за медицинской помощью с жалобами на боль, опухоль в месте удаленного зуба. Стоматологическая помощь указанным учреждением здравоохранения ФИО2 была оказана некачественно, что повлияло на осложнение заболевания и увеличение сроков лечения. В результате оказания некачественной медицинской помощи ФИО2 испытала нравственные страдания, причинявшие дискомфорт, вызванные сильной зубной болю, что мешало ей нормально отдыхать, принимать пищу. Просит взыскать в пользу ФИО2, которая самостоятельно в силу психических отклонений не может защитить свои права, с КГБУЗ «Игарская ГБ» в счет компенсации морального вреда 1.000.000 руб. 

Помощник прокурора 

<

адрес> ФИО6 заявленные требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. С учетом уменьшения истцом в судебном заседании размера компенсации морального вреда, просил взыскать с ответчика в пользу ФИО2 100.000 рублей. 

Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования прокурора, заявленные в ее интересах, поддержала, в порядке ст. 39 ГПК РФ уменьшила сумму компенсации морального вреда, мотивировав тем, что сама виновата, потому что не лечилась. Пояснила, что 6 июля обратилась в поликлинику с зубной болью, так как был соколок зуба, попросила убрать его. Рентген не сделали, ФИО3 вытащил 1 корешок, отправил домой, сказал все нормально. 7 июля приходила с болью, сказал, что ничего не может сделать. 10 июля пришла к ФИО11 из-за сильных болей, она направила на рентген, вытащила корешки и остатки, выяснилось, что он зуб раскрошил и там оставил осколки. 11 июля пришла за направлением в стационар, так как держалась температура, ФИО11 дала направление, стационарно лечилась с 11 по 25 июля. Когда пришла от стоматолога ФИО3, ее всю трясло, не могла спать, есть, пила только воду. Такое состояние продолжалось с 6 по 11 июля. Стало легче после стационарного лечения. Так как ей была оказана некачественная медицинская помощь, неправильное лечение, ФИО3 все делал не так, поэтому ФИО11 все переделывала, она испытывала сильные боли, переживала за свой внешний вид (был отек, синяк на лице), при этом лекарства не покупала из-за незначительного дохода, просит взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда 100.000 рублей.

ФИО1 ответчика ФИО7, действующий на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, сроком действия до ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования не признал, пояснил, что после удаления зуба истцу было назначено лечение, пациент ни в первый, ни во второй раз не исполнял рекомендации врачей, что усугубило ее состояние. Отечность вызвана тем, что истец не принимала прописанные препараты. Лечение назначено и тактика лечения были верными, незначительным недостатком явилось отсутствие рентгена, что отражено в экспертизе. Считает, что истец сам довел себя до такого состояния, сумма компенсации несоразмерна требованиям, просит в иске отказать. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, ФИО3, и ФИО1 третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, Министерства здравоохранения ФИО1 края, извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, о причинах неявки суд не уведомили, ходатайства об отложении рассмотрения дела не представили, как не представили возражений относительно заявленных исковых требований.

ФИО1 третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, Территориального органа Росздравнадзора по ФИО1 краю в судебное заседание не явился, возражений относительно заявленных исковых требований не представил. Руководитель Территориального органа Росздравнадзора по ФИО1 краю ФИО8 представила суду ходатайство с просьбой рассмотреть дело в отсутствие ФИО1.

ФИО1 третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, Территориального фонда обязательного медицинского страхования ФИО1 края в судебное заседание не явился. ФИО1 края ФИО9, действующий на основании доверенности № от двадцать шестого декабря 2023 года сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ, просил суд рас смотреть дело в отсутствие ФИО1, о чем представил ходатайство 

Из представленного ФИО1 края отзыва на иск следует, что решение суда по делу не повлияет на права и обязанности ФИО1 края, поскольку средства, получаемые медицинской организацией по территориальной программе ОМС, являются финансовым обеспечением государственных полномочий по предоставлению гарантий бесплатного оказания застрахованному лицу медицинской помощи при наступлении страхового случая в рамках территориальной программы ОМС, а расходы на исполнение судебных актов по возмещению (компенсации) морального и физического вреда физическим лицам, причиненного по вине медицинской организации, не входят в состав затрат, установленных Правилами ОМС, не связаны с оказанием медицинской помощи по программе ОМС и, следовательно, не могут быть оплачены за счет средств ОМС. При этом указал, что размер компенсации морального вреда подлежит определению с учетом требований разумности и справедливости, исходя из степени причиненных нравственных или физических страданий, вязанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины медицинской организации, иных заслуживающих внимания обстоятельств, в том числе с учетом заключения экспертизы качества медицинской помощи, проведенной территориальным органом Росздравнадзора по ФИО1 краю. 

В силу ч. 1 ст. 10 ГК РФ злоупотребление правом не допускается. Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами (ч. 1 ст. 35 ГПК РФ).

Лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе, и, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Поэтому не явка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации права на непосредственное участие в судебном разбирательстве, иных процессуальных прав. В условиях предоставления законом равного объема процессуальных прав неявка лиц, перечисленных в ст. 35 ГПК РФ, в судебное заседание не может рассматриваться как нарушение принципа состязательности и равноправия сторон.

В этой связи, полагая, что лица, участвующие в деле, и их ФИО1, извещенные о месте и времени его рассмотрения дела и не явившиеся в судебное заседание, определили порядок защиты процессуальных прав, суд с учетом приведенных выше норм права, руководствуясь требованиями ч.ч. 3, 5 ст. 167 ГПК РФ находит возможным рассмотреть дело при установленной явке участников процесса в судебное заседание. 

Выслушав пояснения помощника прокурора 

<

адрес>, сторон, изучив материалы гражданского дела в полном объеме, оценивая представленные доказательства в их совокупности с позиции достоверности, достаточности и объективности, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относится, в том числе, соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Пунктом 21 ст. 2 данного закона определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (ч. 2 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Таким образом, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 1 постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, право на охрану здоровья и медицинскую помощь и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (п. 14 постановления Пленума).

При разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статьей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав (п. 25 постановления Пленума).

Согласно п. 48 постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

ДД.ММ.ГГГГ межрайонной ИФНС России по ФИО1 краю на учет в налоговом органе по месту нахождения организации поставлено краевое государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Игарская городская больница» (ОГРН 

<

***>; ИНН/КПП 

<

***>/244901001).

Краевое государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Игарская городская больница» действует на сновании Устава, утвержденного приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-орг Министра здравоохранения ФИО1 края, в соответствии с которым является некоммерческой организацией, созданной для оказания услуг в целях обеспечения реализации предусмотренных законодательством Российской Федерации полномочий в сфере здравоохранения с основным видом деятельности учреждения - медицинская деятельность по видам работ и услуг согласно лицензии на осуществление медицинской деятельности (п.п. 1.1, 2.4.1 Устава учреждения).

Согласно лицензии серии № ЛО-24-01-003896, выданной бессрочно ДД.ММ.ГГГГ Министерством здравоохранения ФИО1 края, КГБУЗ «Игарская ГБ» осуществляет медицинскую деятельность (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково») согласно приложениям.

В соответствии с приложением № к указанной лицензии в составе лицензируемого вида деятельности КГБУЗ «Игарская ГБ» при оказании первичной, в том числе доврачебной, врачебной и специализированной, медико-социальной помощи организует и выполняет следующие работы (услуги): при оказании первичной доврачебной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях по: стоматологии, стоматологии ортопедической; при оказании первичной специализированной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях по: стоматологии общей практики, стоматологии ортопедической.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратилась в КГБУЗ «Игарская ГБ» к врачу стоматологу-хирургу ФИО3 с жалобами на боли в области 1.4, ей установлен диагноз «обострение хронического периодонтита 1.4», данный зуб (его остатки) удалены. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 повторно обратилась к врачу стоматологу-хирургу ФИО3 с жалобами на боли в области данного зуба, появление опухоли (отека в челюстно-лицевой области), что сопровождалось повышением температуры тело до 390С, при осмотре было установлено наличие ассиметрии лица справа за счет отека м/тканей в/чел. области, кожа напряжена, гематома в области в/чел справа, болезненна при пальпации, выявлена болезненность в лунке удаленного зуба, установлен диагноз «альвеолит L 4| d», в связи с чем было проведено исследование лунки с обработкой ее антисептическим раствором, а также назначена антибактериальная, противовоспалительная и десенсибилизирующая терапия, которую ФИО2 не начала, ссылаясь на отсутствие денежных средств.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 повторно обратилась на прием в КГБУЗ «Игарская ГБ» к зубному врачу ФИО11 с жалобами на боль в лунке удаленного зуба, головную боль. При осмотре проведено рентгенологической исследование, по результатам которого было верифицировано наличие не удаленного небного корня, и на данном приеме проведено его удаление, рекомендовано начать принимать ранее назначенную терапию, что ФИО2 не сделала.

При обращении ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 к врачу стоматологу ГКБУЗ «Игарская ГБ» ФИО11, принимая во внимание ее материальное положение и объяснение об отсутствии денежных средств для выкупа медикаментов, учитывая необходимость в назначении терапии и ее проведении, она была госпитализирована в хирургической отделение КГБУЗ «Игарская ГБ», где с ДД.ММ.ГГГГ на фоне проводимого лечения было достигнуто стойкое купирование болевого синдрома и явления острого воспаления, нормализация температуры тела. Выписана ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом «острый послеоперационный периодонтит верхней челюсти справа» под амбулаторное наблюдение стоматолога хирурга и терапевта.

ДД.ММ.ГГГГ по вопросу некачественного оказания медицинской помощи сотрудниками Игарской городской больницы ФИО2 обращалась в прокуратуру 

<

адрес>, прокурором 

<

адрес> ее обращение направлено в территориальный орган федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по ФИО1 краю по подведомственности для рассмотрения на основании ч. 3 ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации». 

В связи с потупившей от ФИО2 в прокуратуру 

<

адрес> жалобой на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ главного врача КГБУЗ «Игарская ГБ» проведено служебное расследование по указанным в жалобе фактам о ненадлежащем оказании медицинской помощи, в ходе которого врачебная комиссия пришла к выводу об отсутствии нарушений по ведению и лечению пациентки ФИО2 сотрудниками КГБУЗ «Игарская ГБ»: врачом стоматологом-хирургом ФИО3, зубным врачом ФИО11, хирургом ФИО10 Периостит и альвеолит часто встречающиеся осложнения после удаления зуба (протокол – решение ВК № от ДД.ММ.ГГГГ). 

По обращению ФИО2 по вопросу ненадлежащего оказания медицинских услуг, поступившему из прокуратуры 

<

адрес>, территориальным органом федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по ФИО1 краю проведена экспертиза качества медицинской помощи, оказанной ФИО2 КГБУЗ «Игарская ГБ». Из экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ по результатам проведенной экспертизы качества медицинской помощи следует, что ДД.ММ.ГГГГ не проведена Rh-графия, ДД.ММ.ГГГГ не проведена Rh-графия, диагноз установлен неверно, ДД.ММ.ГГГГ диагноз не выставлен, ДД.ММ.ГГГГ диагноз установлен неверно, направлена в хирургическое отделение; помощь оказана некачественно, осложнение, удлинение сроков лечения.

По результатам проверки территориальным органом федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по ФИО1 краю ДД.ММ.ГГГГ КГБУЗ «Игарская ГБ» объявлено предостережение о недопустимости нарушения обязательных требований и предложено руководству КГБУЗ «Игарская ГБ» принять меры по соблюдению требований ч. 5 ст. 70, п. 11 ч. 1 ст. 79, ст. 90 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», п. 2 раздела I приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Требований к организации и проведению внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности, пп. «а», «ж» п. 2.1 раздела II приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №-н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи».

В ходе судебного разбирательства определением от ДД.ММ.ГГГГ Игарского городского суда ФИО1 края по делу назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам общества с ограниченной ответственностью Международное бюро судебных экспертиз, оценки и медиации «МБЭКС». 

Согласно заключения эксперта № М119-07/2024 при оказании медицинской помощи ФИО2 медицинскую помощь, оказанную ФИО2 на приемах ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ следует считать ненадлежащей, поскольку медицинским (лечащим) персоналом КГБУЗ «Игарская ГБ» были приняты не все необходимые и возможные меры для своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза: ДД.ММ.ГГГГ медицинская помощь оказана не в полном объеме, так как не было выполнено рентгенологическое исследование, вследствие чего не был выявлен не удаленный фрагмент корня, тем не менее диагноз был установлен верно, то есть имевшееся заболевание было диагностировано правильно, ДД.ММ.ГГГГ имевшееся заболевание было диагностировано неправильно (при этом назначенное лечение было назначено верно и своевременно в соответствии со сложившейся в стоматологии практикой, официальными инструкциями к данным препаратам), то есть 6 и ДД.ММ.ГГГГ организация обследования ФИО2 медицинским (лечащим) персоналом КГБУЗ «Игарская ГБ» не в полной мере соответствовала установленным порядкам оказания медицинской помощи и клиническим рекомендациям (протоколам лечения); ввиду отсутствия нарушений на приемах 10 и ДД.ММ.ГГГГ (имевшееся заболевание было диагностировано правильно) и отсутствия нарушений при оказании медицинской помощи в условиях круглосуточного стационара в период с 11 по ДД.ММ.ГГГГ (в который пациентка направлена в связи с невозможностью полноценного приема в амбулаторных условиях назначенного лечения) оказанную пациенту медицинскую помощь следует считать надлежащей. Отсутствие необходимого лечения (прием антибактериальных препаратов, назначенных по показаниям и своевременно) создало условия для закономерного протекания, прогрессирования воспалительного процесса в челюстно-лицевой области, при отсутствии воздействия лечебных факторов, направленных на купирование данного процесса, соответственно невыполнение ФИО2 назначений, сделанных медицинским (лечащим) персоналом КГБУЗ «Игарская ГБ» повлекло за собой ухудшение ее состояния с последующей госпитализацией в хирургическое отделение КГБУЗ «Игарская ГБ». Кроме того, при выписке из круглосуточного стационара ФИО2 было рекомендовано наблюдение врачом стоматологом-хирургом по месту жительства, однако, она данную рекомендацию не выполнила. Непосредственно наличие болевого синдрома после удаления зуба, а также гематомы в лунке удаленного зуба является нормальным и закономерным, неизбежным следствием проведения подобного рода стоматологических манипуляций, равно как и проявление отечности мягких тканей, особенно с учетом клинико-анамнестических данных о том, что зуб был разрушен около года и периодически беспокоил ФИО2, что само по себе подразумевает наличие воспалительных процессов в периодонте, а, соответственно при такой ситуации возможны и боли, и отек (как до, так и после процедуры удаления зуба), соответственно появление у ФИО2 боли, отека, гематомы при нарушении целостности мягких тканей после удаления зуба является закономерным. Вместе с тем, учитывая, что при отсутствии лечения были созданы условия для закономерного протекания и прогрессирования воспалительного процесса, который был купирован исключительно после начала антибактериальной терапии в стационарных условиях, при том, что данная терапия своевременно назначалась на амбулаторном этапе, имеется прямая причинная связь между отсутствием выполнения ФИО2 назначений врача и длительностью наличия у нее боли, отека, гематомы. Какие-либо дефекты в оказании медицинской помощи ФИО2 медицинским (лечащим) персоналом КГБУЗ «Игарская ГБ» не имелись. Основания для квалификации действий медицинских работников КГБУЗ «Игарская ГБ» как причинивших вред здоровью ФИО2 отсутствуют, допущенные при оказании ФИО2 нарушения следует считать недостатками при оказании медицинской помощи, следовательно, какие-либо дефекты в оказании медицинской помощи ФИО2 медицинским (лечащим) персоналом КГБУЗ «Игарская ГБ» не имелись.

Исследованное судом заключение экспертов является полным, определенным, содержит подробное описание произведенных исследований и сделанные в результате их выводы, и научно обоснованные ответы на поставленные судом вопросы, в обоснование которых экспертами приведены соответствующие данные из предоставленных в их распоряжение материалов гражданского дела, медицинской документации, указано на применение методов исследований, эксперты основывались на исходных объективных данных, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы, выводы экспертов обоснованы документами, представленными в материалы дела. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности, экспертное заключение не содержит противоречий, а выводы экспертов достаточно мотивированы. 

Оснований сомневаться в достоверности выводов экспертного заключения комиссии у суда не имеется.

Стороны заключение не оспаривали, с выводами экспертов были согласны, доказательств, дающих основания сомневаться в правильности экспертного заключения, как и заинтересованности экспертов в исходе дела, материалы дела не содержат.

Представленными в материалы дела доказательствами подтверждается с достаточной степенью достоверности наличие со стороны работников КГБУЗ «Игарская ГБ» недостатков оказания медицинской помощи, указанных в заключении судебной экспертизы, при этом ответчиком не представлено доказательств тому, что его сотрудниками были предприняты необходимые и все возможные меры для оказания ФИО2 медицинской помощи надлежащего качества, равно как и бесспорных доказательств, свидетельствующих об отсутствии вины. 

Судом установлено, что медицинская помощь медицинским (лечащим) персоналом КГБУЗ «Игарская ГБ» ФИО2 была оказана не в полном объеме, с недостатками, так как не в полной мере соответствовала установленным порядкам оказания медицинской помощи и клиническим рекомендациям (протоколам лечения): на приеме ДД.ММ.ГГГГ - не выполнено рентгенологическое исследование, вследствие чего не был выявлен не удаленный фрагмент корня, тем не менее диагноз был установлен верно, то есть имевшееся заболевание было диагностировано правильно, на приеме ДД.ММ.ГГГГ имевшееся заболевание диагностировано неправильно, однако, лечение было назначено верно и своевременно в соответствии со сложившейся в стоматологии практикой, официальными инструкциями к данным препаратам.

На приемах 10 и ДД.ММ.ГГГГ (имевшееся заболевание было диагностировано правильно) и при оказании медицинской помощи в условиях круглосуточного стационара в период с 11 по ДД.ММ.ГГГГ (в который пациентка направлена в связи с невозможностью полноценного приема в амбулаторных условиях назначенного лечения) медицинским (лечащим) персоналом КГБУЗ «Игарская ГБ» нарушений не допущено, оказанная ФИО2 медицинская помощь является надлежащей. 

Какие-либо дефекты в оказании медицинской помощи ФИО2 медицинским (лечащим) персоналом КГБУЗ «Игарская ГБ» не имелись. Действиями медицинских работников КГБУЗ «Игарская ГБ» вред здоровью ФИО2 не причинен. Допущенные при оказании ФИО2 нарушения являются недостатками при оказании медицинской помощи.

Вступая во взаимоотношения с медицинской организацией, гражданин приобретает не только права, но и несет определенные обязанности. 

В силу ст. 27 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" граждане обязаны заботиться о сохранении своего здоровья (ч. 1). Граждане, находящиеся на лечении, обязаны соблюдать режим лечения, в том числе определенный на период их временной нетрудоспособности, и правила поведения пациента в медицинских организациях (ч. 3).

При этом, при амбулаторном лечении (не в условиях круглосуточного и/или дневного стационара) медикаменты приобретаются за личный счет гражданина, если он не входит в категорию граждан, которым положено бесплатное снабжение медикаментами, что установлено п. 4.6 Территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в ФИО1 крае на 2023 год и на плановый период 2024 и 2025 годов, утвержденной постановлением Правительства ФИО1 края от ДД.ММ.ГГГГ №-п.

Из материалов гражданского дела, медицинской документации, экспертного заключения, а также пояснений ФИО2 в судебном заседании следует, что зуб у ФИО2 был разрушен более года, ранее не лечен, периодически ее беспокоил. После приема ДД.ММ.ГГГГ и назначения лечения при правильно установленном диагнозе ФИО2 антибактериальные препараты, назначенные по показаниям и своевременно, не принимала, что создало условия для закономерного протекания, прогрессирования воспалительного процесса в челюстно-лицевой области, при отсутствии воздействия лечебных факторов, направленных на купирование данного процесса.

Таким образом, ФИО2, в течение года не заботилась о сохранении своего здоровья (при наличии в течение длительного времени разрушенного зуба, причинявшего ей беспокойство, за медицинской помощью не обращалась). Назначения, сделанные ей лечащим врачом на приеме ДД.ММ.ГГГГ и последующих приемах не выполняла, чем сама способствовала ухудшению состояния своего здоровья, повлекшего госпитализацию в хирургическое отделение КГБУЗ «Игарская ГБ». При выписке из круглосуточного стационара рекомендации лечащего врача о наблюдении врачом стоматологом-хирургом по месту жительства не выполнила.

Суд не может согласиться с доводами прокурора 

<

адрес>, изложенными в исковом заявлении, и истца о том, что ФИО2 испытывала нравственные страдания, вызванные сильнейшей болью после удаления корня зуба, в связи с чем она не могла спать, принимать пищу, повсеместно испытывала дискомфорт по причине не надлежаще оказанной медицинской помощи.

Непосредственно наличие болевого синдрома после удаления зуба, гематомы в лунке удаленного зуба является нормальным и закономерным, неизбежным следствием проведения подобного рода стоматологических манипуляций, равно как и проявление отечности мягких тканей, особенно с учетом того, что зуб был разрушен около года и периодически беспокоил ФИО2, что само по себе подразумевает наличие воспалительных процессов в периодонте, а, соответственно при такой ситуации возможны и боли, и отек (как до, так и после процедуры удаления зуба). Появление у ФИО2 боли, отека, гематомы при нарушении целостности мягких тканей после удаления зуба является закономерным. При отсутствии лечения самой ФИО2 были созданы условия для закономерного протекания и прогрессирования воспалительного процесса, который был купирован исключительно после начала антибактериальной терапии в стационарных условиях, при том, что данная терапия своевременно назначалась на амбулаторном этапе. 

Несомненно, что в данной ситуации истец испытывал нравственные страдания, вызванные наличием боли после оперативного вмешательства и наличием гематомы в лунке удаленного зуба, что является нормальным, закономерным и неизбежным следствием проведения подобного рода стоматологических манипуляций. Однако это не вызвано недостатком оказания медицинской помощи, поскольку не выполняя назначения врача, не принимая назначенные медицинские препараты, то есть не проходя лечение, самой ФИО2 были созданы условия для закономерного протекания и прогрессирования воспалительного процесса, который был купирован исключительно после начала антибактериальной терапии в стационарных условиях, при том, что данная терапия своевременно назначалась на амбулаторном этапе.

Длительность наличия боль, отека, гематомы является следствием не выполнения ФИО2 назначений врача. 

Поскольку в ходе рассмотрения дела достоверно установлено, что медицинским (лечащим) персоналом КГБУЗ «Игарская ГБ» при оказании медицинской помощи ФИО2 6 и ДД.ММ.ГГГГ были допущены недостатки оказания медицинской помощи, что несмотря на правильно установленный диагноз на первом приеме и назначении верного лечения при неверено установленном диагнозе на повторном приеме, причинило нравственные страдания, связанные с не оказанием должной медицинской помощи, истцу ФИО2, которая обращалась к ответчику с целью получения надлежащей квалифицированной помощи, которая не была должным образом оказана, ответчиком доказательств отсутствия своей вины в некачественном оказании медицинской помощи ФИО2 не представлено, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований. 

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2).

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из принципов конституционной ценности жизни и здоровья личности (ст.ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также принципов разумности и справедливости, позволяющих, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

По смыслу вышеизложенных норм права, компенсация морального вреда имеет целью компенсировать неблагоприятное воздействие на личные неимущественные блага либо здоровье истца путем денежных выплат и не должна служить источником обогащения. Суд при определении размера денежной компенсации морального вреда должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред лицу, но и из требований разумности и справедливости, чтобы выплата компенсации морального вреда одним гражданам не нарушала бы права других.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Характер и степень нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, индивидуальных особенностей потерпевшего, других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, оценивая степень нравственных страданий истца, принимает во внимание, что недостатки оказания медицинской помощи были допущены ответчиком на приемах ДД.ММ.ГГГГ (не выполнено рентгенологическое исследование, следствие чего не был выявлен не удаленный фрагмент корня) и ДД.ММ.ГГГГ (неправильно диагностировано имевшееся заболевание), при этом соответственно диагноз установлен верно и лечение назначено верно и своевременно в соответствии со сложившейся в стоматологии практикой, официальными инструкциями к данным препаратам; молодой и трудоспособный возраст истца, состояние здоровья, вызванное психическими особенностями развития личности истца, требования разумности, соразмерности и справедливости, иные обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных истцом нравственных страданий в связи с оказанием ненадлежащей квалифицированной помощи истцу, который, обращаясь к ответчику, ожидал получить надлежащую квалифицированную медицинскую помощь. Суд также учитывает наличие прямой причинной связи между отсутствием выполнения ФИО2 назначений врача и длительностью наличия у нее боли, отека, гематомы.

На основании изложенного, с учетом требований разумности и справедливости, характера перенесенных истцом нрвственных страданий, фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, степени вины медицинского (лечащего) персонала КГБУЗ «Игарская ГБ», с учетом принципа соразмерности, суд приходит к выводу, что размер компенсации морального вреда истцом, даже с учетом уменьшения в судебном заседании размера компенсации, завышен и с краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Игарская городская больница» истцу в счет компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи, подлежит взысканию сумма в размере 10.000 руб., что по мнению суда сглаживает остроту перенесенных потерпевшей нравственных страданий. 

Государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается в соответствующий бюджет с ответчика, если он не освобожден от уплаты государственной пошлины, пропорционально удовлетворенной части исковых требований (ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, подп. 8 п. 1 ст. 333.20 НК РФ).

В связи с тем, что исковые требования являются обоснованными и подлежащими удовлетворению, истец при обращении с настоящим иском в суд освобожден от уплаты государственной пошлины в силу закона, то с ответчика в доход местного бюджета в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ (в ред. на день поступления искового заявления в суд) подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования прокурора 

<

адрес> в интересах ФИО2 к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Игарская городская больница» о компенсации морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинских услуг удовлетворить. 

Взыскать с краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Игарская городская больница» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 10.000 рублей. 

Взыскать с краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Игарская городская больница» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам ФИО1 краевого суда в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционных жалобы, представления через Игарский городской суд ФИО1 края.

Председательствующий О.В. Безрукова

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.