Дело № 2-17/2025

УИД 91RS0020-01-2024-001225-07

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 июня 2025 г. пгт Советский

Советский районный суд Республики Крым в составе:

председательствующего - судьи Бражника И.С.,

при секретаре - Самокоз Н.И.,

при участии:

истца - ФИО1,

представителя истца - ФИО7,

представителя ГБУЗ РК 

«Советская районная больница» - ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании пгт Советский Советского района Республики Крым гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Крым «Советская районная больница», ФИО10, ФИО11, о компенсации морального вреда, причинённого работниками при исполнении своих трудовых обязанностей, третьи лица: Совет Министров Республики Крым, Министерство здравоохранения Республики Крым, Филиал «Крымская страховая медицинская компания», Территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Республике Крым и городу Федерального значения Севастополю, Запорожской области и Херсонской области, 

у с т а н о в и л :

ФИО1 действуя в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО3 обратилась в Советский районный суд Республики Крым с исковым заявлением о компенсации морального вреда, причинённого работниками при исполнении своих трудовых обязанностей.

Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ супруг истицы ФИО8 обратился в приемное отделение ГБУЗ РК «Советская районная больница» за медицинской помощью, необходимой несовершеннолетнему сыну ФИО3, у которого имелся ушиб в области головы. Никаких жалоб на головокружение и болей в голове у сына не было, нас беспокоила наличие шишки. После подписания необходимых документов в приемном покое, сын истицы был направлен в хирургическое отделение больницы. Когда ФИО8 с сыном находился в хирургическом отделении, к ним подошел врач-анестезиолог ФИО10, которому он объяснил, что сына истицы необходимо осмотреть на предмет наличия травмы головы. ФИО10 указал сыну истицы, что ему необходимо снять шапку и куртку и увел ребенка в смотровой кабинет, сказав супругу ожидать. Спустя примерно 15 минут ФИО8 обеспокоился долгим отсутствием сына, стал спрашивать у сотрудников больницы, где его сын и почему его так долго нет. На что персонал больницы пояснил, что его сын находится в палате и «отходит» от наркоза. Супруг направился в палату, где увидел сына без сознания, в области паха у него была медицинская повязка. ФИО10 пояснил, что хирургом проведена операция «циркумцизия» (удаление крайней плоти головки полового члена). В ординаторской врачи ему ничего не пояснили. После случившегося он сразу позвонил истице, рассказал о случившемся, а также обратился в ДЧ ОМВД России по Советскому району.

Согласно ответа прокуратуры Советского района от 20.03.2023, в ходе проведенной проверки было установлено, что в операции принимали участие врач-хирург ФИО11, врач-хирург ФИО16, врач-анестезиолог ФИО10, а также дежуривший 14.01.2023 средний медицинский персонал. В нарушение ст. 10 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Стандарта медицинской помощи больным избыточной крайней плотью, фимозом и парафимозом (при оказании специализированной помощи), утв. Приказом Минздравсоцразвития России от 11.01.2017 № 20, работниками ГБУЗ РК «Советская районная больница» перед проведением вышеуказанной операции не были проведена диагностика и все необходимые исследования. В нарушение ст. 20 указанного Закона до проведения оперативного вмешательства у родителей не было отобрано информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство (отказ от медицинского вмешательства). В нарушение ст. 69 Закона, Порядка оказания медицинской помощи по профилю «детская хирургия» врач-хирург ФИО11, врач-хирург ФИО16, принимавшие участие в проведении операции, соответствующих сертификатов для оказания медицинской помощи по профилю «детская хирургия» не имеют. В связи с изложенным 17.02.2023 главному врачу ГБУЗ РК «Советская РБ» вынесено представление.

Никто из врачей, а также из руководящего состава больницы до настоящего времени не принес своих извинений. В результате произошедшего малолетнему ребенку причинён вред здоровью, а также ему и мне, как матери (законному представителю) причинены моральные страдания, последствия которых до настоящего времени сказываются на физическом и психологическом состоянии. 

4 октября 2024 г. определением Советского районного суда Республики Крым в качестве третьих лиц привлечены Совет Министров Республики Крым, Министерство здравоохранения Республики Крым.

23 октября 2024 г. определением Советского районного суда Республики Крым в качестве соответчиков привлечены ФИО10, ФИО11. В качестве третьего лица привлечен Территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Республике Крым и городу Федерального значения Севастополю, Запорожской области и Херсонской области

5 декабря 2024 г. в адрес Советского районного суда Республики Крым поступило от истца поступило уточненное исковое заявление, которое фактически изменяет основания и предмет иска.

5 декабря 2024 г. определением Советского районного суда Республики Крым в качестве третьего лица привлечен Филиал «Крымская страховая медицинская компания».

Истица ФИО1 и её представитель пояснили суду, что 14.01.2023 супруг истицы - ФИО8 обратился в приемное отделение ГБУЗ РК «Советская районная больница» за медицинской помощью, необходимой несовершеннолетнему сыну ФИО3, 

<

данные изъяты> года рождения, у которого имелся ушиб в области головы. После подписания необходимых документов в приемном покое больницы, её сын был направлен в хирургическое отделение больницы. Когда супруг с сыном находился в фойе хирургического отделения, к ним подошел врач-анестезиолог ФИО10, которому он объяснил, что сына необходимо осмотреть на предмет наличия травмы головы. ФИО10 указал сыну, что ему необходимо снять шапку и куртку и увел ребенка в смотровой кабинет, сказав супругу ожидать, так как в само отделение посторонних лиц не допускают. Спустя примерно 15 минут супруг обеспокоился долгим отсутствием сына, стал спрашивать у сотрудников больницы, где его сын и почему его так долго нет. На что персонал больницы пояснил, что сын находится в палате и «отходит» от наркоза. Супруг направился в палату, где увидел сына без сознания, в области паха у него была медицинская повязка. ФИО10 пояснил, что хирургом проведена операция «циркумцизия» (удаление крайней плоти головки полового члена). В ординаторской врачи ему ничего не пояснили. После случившегося он сразу позвонил истице, рассказал о случившемся, а также обратился в ДЧ ОМВД России по Советскому району. Данная операция произведена в отсутствие согласия родителей и оформления соответствующих документов. Исходя из заданных супругом вопросов на месте врачу-хирургу ФИО11 и врачу-анестезиологу ФИО10, последние пояснили, что операция проведена их сыну по ошибке, так как его перепутали с другим ребенком. В свое оправдание врачи пояснили, что у ФИО3 имелись показания в виде фимоза (воспаление крайней плоти). Однако ФИО3 никогда не жаловался на указанное воспаление. Они с супругом следили за гигиеной, никакого фимоза и воспаления у сына не было. Кроме того, в середине 2022 года ФИО3 проходил медицинский осмотр для поступления в школу, никаких жалоб не было, он был полностью здоров, осмотрен врачом-хирургом, который каких либо патологий не выявил. Как пояснил сын, никаких осмотров перед оперативным вмешательством, врачи не производили. Также никаких анализов, необходимых для проведения операции, вопросов о наличии-отсутствии у сына аллергических реакций врачи супругу не задавали. Кроме того, истица пояснила суду, что после операции ребенок испытал шок, стресс и нравственные страдания, вызванные причиненной болью, как физической, так и психологической. После пробуждения от наркоза в больнице, сын начал кричать, плакать, стал спрашивать у нас, что произошло, за что родители его обманули, почему ему больно. Его трясло, он хотел сходить в туалет, но не понимал, что произошло и почему ему больно. Ребенок не мог успокоиться, в связи с чем ему укололи снотворное и только после этого он успокоился и уснул. Дома сын никого из родителей не подпускал к себе, все манипуляции проводил сам, плакал и говорил, что ему больно. Он потерял доверие к родителям и долгое время они не могли его восстановить. Ребенок долгое время считал, что в произошедшем виноваты они. После произошедшего у сына появилась установка на больницу - это место, в котором происходят манипуляции, связанные с болью, появилось недоверие к врачам и больнице. Через месяц после произошедшего ребенок начал плохо спать, ему снились кошмары. На фоне пережитого у ребенка появилось чувство беспомощности, безысходности и тревожности, сын стал плаксивый, чего раньше с ним не было.

Не смотря на то, что прошел довольно длительный период после произошедшего, ребенок не пережил стресс до настоящего времени, что стало причиной обращения к психологу.

Представитель ответчика ГБУЗ РК «Советская районная больница» в судебном заседании настаивал на письменных возражениях, просил исковое заявление удовлетворить частично. 

Ответчики ФИО10 и ФИО11 в судебное заседание не явились, о дате, месте и времени его проведения уведомлены надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили.

Представитель третьего лица Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Республике Крым и городу Федерального значения Севастополю, Запорожской области и Херсонской области в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени его проведения уведомлен надлежащим образом, направил в адрес суда заявление о рассмотрении дела в его отсутствие. Исковое заявление поддерживает в полном объеме.

Представители иных участников судебного процесса в судебное заседание не явились, о дате, месте и времени его проведения уведомлены надлежащим образом, причину неявки суду не сообщили.

Выслушав представителей сторон, изучив материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

14.01.2023 супруг истицы ФИО8 обратился в приемное отделение ГБУЗ РК «Советская районная больница» за медицинской помощью, необходимой несовершеннолетнему сыну ФИО3, у которого имелся ушиб в области головы. Никаких жалоб на головокружение и болей в голове у ребенка не было, их беспокоила наличие шишки. После подписания необходимых документов в приемном покое, сын истицы был направлен в хирургическое отделение больницы. Когда ФИО8 с сыном находился в хирургическом отделении, к ним подошел врач-анестезиолог ФИО10, которому он объяснил, что сына необходимо осмотреть на предмет наличия травмы головы. ФИО10 увел ребенка в смотровой кабинет, сказав супругу ожидать. Спустя примерно 15 минут ФИО8 обеспокоился долгим отсутствием сына, стал спрашивать у сотрудников больницы, где его сын и почему его так долго нет. На что персонал больницы пояснил, что его сын находится в палате и «отходит» от наркоза. Супруг истицы направился в палату, где увидел сына без сознания, в области паха у него была медицинская повязка. ФИО10 пояснил, что хирургом проведена операция «циркумцизия» (удаление крайней плоти головки полового члена). В ординаторской врачи ему ничего не пояснили. После случившегося он сразу позвонил истице, рассказал о случившемся, а также обратился в ДЧ ОМВД России по Советскому району.

В результате произошедшего малолетнему ребенку причинен вред здоровью, а также ему и истице, как матери (законному представителю) причинены моральные страдания, последствия которых до настоящего времени сказываются на физическом и психологическом состоянии.

В ходе проверки, проводимой ОМВД России по Советскому району была проведена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению эксперта № 12 от 18.01.2023, а также согласно данным медицинской документации у малолетнего ФИО3 обнаружены телесные повреждения в виде двух ран на половом члене и ссадины на животе. Раны повлекли за собой кратковременное расстройство здоровья продолжительностью до тех недель (до 21 дня включительно) и согласно «правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утв. Постановлением Правительства РФ № 522 от 17.08.2007 п. 8.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утв. Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194н от 24.04.2008, расцениваются, как повреждения причинившие легкий вред здоровью.

Постановлением инспектора (ПДН) ОУУП и ПДН ОМВД России по Советскому району старшим лейтенантом полиции ФИО17 от 06.02.2023 в возбуждении уголовного дела в отношении врача-хирурга ФИО11 отказано на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ. 

Постановлением старшего следователя Кировского МСО ГСУ СК России по Республике Крым и г. Севастополю старшего лейтенанта юстиции ФИО18 от 09.03.2023 в возбуждении уголовного дела по факту ненадлежащего исполнения своих должностных обязанностей должностными лицами ГБУЗ РК «Советская районная больница» по признака преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ отказано на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием события преступления.

Следственный комитет пришел к выводу, что исходя из документов, регламентирующих должностное положение медицинского персонала ФИО11 (врача-хирурга), ФИО16 (врача-хирурга), ФИО10 (врача-анестезиолога), указанный медицинский персонал не является должностными лицами, в связи с чем они не могут являться субъектами преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 239 УК РФ.

При этом установлено, что причинение вреда здоровью ФИО3, ошибочное проведение операции по удалению крайней плоты, стало следствием несогласованности действий врача-хирурга, врача анестезиолога-реаниматолога.

По поручению от 28.08.2023, поступившему из Территориального фонда обязательного медицинского страхования Республики Крым была проведена экспертиза.

Согласно заключению по результатам медико-экономической экспертизы от 29.09.2023 № 852001-МЭЭ-2-00702, на рассмотрение которой была предоставлена только Индивидуальная карта амбулаторного пациента № 21605, поскольку история болезни находилась на рассмотрении в СО. Входе изучения медицинской документации подтвержден факт оказания медицинской помощи после проведения операции циркумцизии 14.01.2023, но документов о проведении самой операции не предоставлено. За 16.01.2023 имеются две записи хирургов по одному случаю с выставленными разными диагнозами: в первом случае - фимоз, во втором - состояние после циркумцизии. Дается объективная оценка хирургом состояния пациента, диагноз, проведенные лечебные процедуры и дача рекомендаций. 17.01.2023 повторное посещение хирурга, проведено лечение, даны рекомендации. Во всех перечисленных случаях отсутствует информированное добровольное согласие родителей на медицинское вмешательство ребенку. Код дефекта 2.13. Таким образом имеется факт оказания медицинской помощи, но с нарушением порядка ведения документации. Заключение в карте без фамилии лечащего врача, его подписи и личной печати прикрепленная степлером, что серьезно искажает сведения о проведенных лечебных мероприятиях. Код дефекта 2.14.

Согласно ответа прокуратуры Советского района от 20.03.2023, в ходе проведенной проверки было установлено, что в операции принимали участие врач-хирург ФИО11, врач-хирург ФИО16, врач-анестезиолог ФИО10, а также дежуривший 14.01.2023 средний медицинский персонал. В нарушение ст. 10 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Стандарта медицинской помощи больным избыточной крайней плотью, фимозом и парафимозом (при оказании специализированной помощи), утв. Приказом Минздравсоцразвития России от 11.01.2017 № 20, работниками ГБУЗ РК «Советская районная больница» перед проведением вышеуказанной операции не были проведена диагностика и все необходимые исследования. В нарушение ст. 20 указанного Закона до проведения оперативного вмешательства у родителей не было отобрано информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство (отказ от медицинского вмешательства). В нарушение ст. 69 Закона, Порядка оказания медицинской помощи по профилю «детская хирургия» врач-хирург ФИО11, врач-хирург ФИО16, принимавшие участие в проведении операции, соответствующих сертификатов для оказания медицинской помощи по профилю «детская хирургия» не имеют. В связи с изложенным 17.02.2023 главному врачу ГБУЗ РК «Советская РБ» вынесено представление.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 с. 17 Конституции Российской Федерации). 

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации). 

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции Российской Федерации). 

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции Российской Федерации). 

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 323-ФЗ). 

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона № 323-ФЗ). 

В ст. 4 Федерального закона № 323-ФЗ закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 названного Закона). 

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п.п. 3, 9 ст. 2 Федерального закона № 323-ФЗ). 

Согласно п. 4 ст. 2 Федерального закона № 323-ФЗ медицинская услуга - это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение. 

Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ст. 2 Федерального закона № 323-ФЗ). 

Согласно п. 2 ст. 19 Федерального закона № 323-ФЗ каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования. 

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации (ч. 1 ст. 37 Федерального закона № 323-ФЗ).

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 79 Федерального закона № 323-ФЗ медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и с учетом стандартов медицинской помощи. 

Согласно ст. 20 Федерального закона № 323-ФЗ необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи.

В данном случае врачи отцу не сказали, что ребенку будет проводится оперативное вмешательство, провели операцию без соответствующих на то разрешений (сертификатов), врачи не проверили личность пациента, которому собрались проводить операцию, и вообще не провели необходимые предоперационные диагностику и исследования.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона № 323-ФЗ предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи. 

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем компенсации морального вреда.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Статья 1064 помещена в параграфе 1 «Общие положения о возмещении вреда» главы 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» ГК РФ.

Статьей 1099 ГК РФ, находящейся в параграфе 4 «Компенсация морального вреда» той же главы 59 ГК РФ, предусмотрены общие положения компенсации морального вреда. Следовательно, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 настоящего Кодекса.

Таким образом, на правоотношения, возникающие вследствие причинения морального вреда, полностью распространяются общие правила параграфа 1 главы 59 ГК РФ.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой («Обязательства вследствие причинения вреда») и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. п. 12, 14, 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего. 

Статьями 41 и 42 Конституции Российской Федерации гарантировано право каждого на охрану здоровья и благоприятную окружающую среду. При этом обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения является одним из основных условий реализации названных конституционных гарантий.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (ч. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Таким образом, по смыслу указанных правовых норм, основаниями для возложения гражданско-правовой ответственности в форме возмещения причиненного вреда, является совокупность следующих юридически значимых обстоятельств: наличие ущерба, вина причинителя вреда, противоправность действий, причинно-следственная связь между допущенными нарушениями и причиненным ущербом. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств, правовых оснований для возмещения ущерба не имеется.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная пп. 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из этого следует, что на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является, именно то лицо, которое указывается в качестве ответчика (причинную связь между его действиями (бездействием) и нанесенным ущербом).

На причинителей вреда лежит обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснил, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как следует из разъяснений Верховного Суда РФ содержащихся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Кроме того, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Из пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий.

Согласно п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет.

В п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 33 разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (ст. 19 и ч.ч. 2, 3 с. 98 Федерального закона № 323-ФЗ). 

В п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 33 разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). 

Согласно п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 33 требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи. 

В заключении специалиста детского и семейного психолога ФИО12 о психологическом состоянии ребенка от 31.08.2024 имеются следующие сведения о ребенке: «В школе успешен, адаптирован. Очень увлечен занятиями футболом. К психологу обратились родители мальчика. Поводом послужила произошедшая немногим больше года назад врачебная ошибка (циркумцизия). Придя в себя после наркоза, мальчик оказался в шоковом состоянии от произошедшего, случилась истерика. Родители ребенка неоднократно пытались объяснить сыну сложившуюся ситуацию, помочь психологически, морально. Однако ФИО3 все еще очень остро переживает это событие до настоящего времени... полученные психологические данные и результаты: ФИО3 - контактный, доброжелательный мальчик. На вопросы отвечает спокойно, однако на тревожащие его (относительно произошедшей ситуации) - старался избегать, проигнорировать, перевести разговор на другую тему. В поведении ребенка сразу же наблюдались изменения: он сильно нервничал, заламывал и прикусывал пальцы, ерзал на стуле, отводил глаза... выводы - психологическое и физическое развитие ФИО3 соответствует возрастным нормам. Он воспитан, поведение - адекватно ситуации; в семье ребенок чувствует защиту, комфорт, поддержку. Взаимоотношения между членами семьи крепкие, доверительные; но при этом у мальчика высокий уровень тревожности, сильно выраженный страх (что о нем подумают, что скажут, если кто-то узнает, особенно другие дети - сверстники, одноклассники), связанные с пережитой психотравмирующей ситуацией; - обстоятельства произошедшего явились для ФИО3 психотравмирующими и повлекли за собой ухудшение эмоционального состояния, появление страхов. Психологическое состояние ребенка не всегда является стабильным. Несмотря на то, что ситуация произошла достаточно давно, ребенок до сих пор не пережил травму. В случае продолжения нахождения ФИО3 в указанном психоэмоциональном состоянии рекомендована психотерапевтическая работа со специалистом (психологом, психотерапевтом).

Как следует из заключения комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № 597 от 9 апреля 2025 г., неправомерные действия ответчика привели к негативным изменениям психической деятельности несовершеннолетнего ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в виде появления признаков фрустрации (блокировки потребности в физиологическом и эмоциональном комфорте), тревожности и страха, нарушений сна, плаксивости, а также снижения доверия к родителям и врачам, формирования у него устойчивой негативной установки к медицинским манипуляциям, которые с течением времени нивелировались, либо стали менее выраженными. Данные изменения являются обратимыми, неглубокими, о чем свидетельствуют достаточная социальная адаптация ФИО3, соответствующий нормам его возрастного периода уровень психического развития, отсутствие у него существенных нарушений познавательной деятельности. 

Индивидуально-психологические особенности несовершеннолетнего ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (преобладание эмоциональных форм реагирования в субъективно сложных ситуациях, подверженность влияниям внешней среды, зависимость от мнения окружающих и др.) могли оказать существенное влияние на изменение его психической деятельности в исследуемой ситуации. В настоящее время у ФИО3 отмечаются следы психотравмы в виде незначительного повышения уровня тревожности, некоторой напряженности, недостаточного чувства защищенности, внутренней негативной установки на лечение в больнице, что может требовать психокоррекционной или психотерапевтической работы для их устранения.

Таким образом, суд приходит к выводу, что по прошествии двух с половиной лет у ФИО3 имеются психотравмы вызванные незаконным хирургическим вмешательством. Ребёнок пережил как болевые ощущения после операции, а также болевые ощущения в период реабилитации, так и моральные страдания, вызванные негативными эмоциями и переживаниями, вызванные действиями врачей. Ребёнок до сих пор не пережил указанную ситуацию. Ввиду данных обстоятельств суд считает доказанным факт причинения малолетнему ФИО3 морального вреда, выразившегося в причинении физической боли и сильных эмоциональных страданий. Кроме того, как пояснила суду мать ребёнка и не опровергается собранными по делу доказательствами, в частности заключением специалиста детского и семейного психолога ФИО12 о психологическом состоянии ребенка от ДД.ММ.ГГГГ и заключения комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, после пробуждения от наркоза в больнице, ребенок начал кричать, плакать, стал спрашивать у родителей, что произошло, за что родители его обманули, почему ему больно. Его трясло, он хотел сходить в туалет, но не понимал, что произошло и почему ему больно. Ребенок не мог успокоиться, в связи с чем ему укололи снотворное и только после этого он успокоился и усн

<

адрес> сын никого из родителей не подпускал к себе, все манипуляции проводил сам, плакал и говорил, что ему больно. Он потерял доверие к родителям и долгое время они не могли его восстановить. Ребенок долгое время считал, что в произошедшем виноваты родители. После произошедшего у ребенка появилась установка на больницу - это место, в котором происходят манипуляции, связанные с болью, появилось недоверие к врачам и больнице. Через месяц после произошедшего ребенок начал плохо спать, ему снились кошмары. На фоне пережитого у ребенка появилось чувство беспомощности, безысходности и тревожности, что свидетельствует о причинении ребёнку сильных нравственных страданий.

Как пояснила суду свидетель ФИО13 она работает в ГБУЗ РК «Советская районная больница» в должности фельдшер приемного отделения. В приемный покой ребенка привел папа с жалобами на то, что ребенок упал и ударился головой. В приемном покое были заполнены документы и ребенка направили на рентген, что было дальше ей не известно.

Свидетель ФИО14 показала суду, что она работает в ГБУЗ РК «Советская районная больница» в должности медсестры-анестезиолог ФИО3 делали внутреннюю анестезию, в течении одной минуты препарат начинает действовать. Перед операцией берут анализы, какие именно ей не известно, этим занимается доктор. Анализов перед операцией она не видела. Операция идет не менее 10 минут. Ребенок проснулся в палате, начал жаловаться на раны, плакать и капризничать. В палате находился отец ребенка, позже пришла мама.

Суд критически относится к пояснениям врача ФИО15, который пояснил суду, что у малолетнего ФИО3 имелось заболевание фимоз которое и послужило основанием для проведения малолетнему ФИО3 экстренной неотложной операции, так как указанные обстоятельства не были отображены в медицинской документации и не было зафиксировано обстоятельств, являющихся основаниями для проведении экстренного медицинского вмешательства. Как следует из операционного журнала вся операция заняла не более 20 минут – с 11 часов 50 минут до 12 часов 10 минут, что свидетельствует о том, что никаких необходимых действий перед оперативным вмешательством, врачи не производили, как то проведение анализов, необходимых для проведения операции. Кроме того, супруг истицы не был поставлен в известность о необходимости проведения экстренного операционного воздействия и работниками больницы не было взято у него разрешение на проведение экстренного операционного вмешательства.

Относительно доводов представителя ответчика о том, что в сложившейся ситуации виноват отец ребёнка, который не проконтролировал нахождение ребёнка в больничном учреждении, суд считает такие доводы необоснованными, так как отец ребёнка не является медицинским работником, обратился в приёмный покой больницы, откуда был направлен в хирургическое отделение, где его ребёнка взял на осмотр медицинский работник, которому он передал документы с приёмного покоя и объяснил суть заболевания ребёнка, то есть совершил все необходимые действия как законного представителя ребёнка в больничном учреждении. Фактически начал спрашивать о состоянии ребёнка после 15 минут ожидания, что является нормальным временем приёма детского врача. Допуск в само хирургическое отделение для посторонних лиц ограничено, о чём пояснил суду представитель ответчика и допрошенные по делу медицинские работники. Ввиду данных обстоятельств ненадлежащих действий отца ребёнка ФИО8, которые могли привести к сложившейся ситуации, суду не предоставлено.

Кроме того, моральный вред причинен и законному представителю потерпевшего – матери ФИО2

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в городе Риме 04.11.1950, с изменениями), которая также подлежит применению исходя из положений Конституции Российской Федерации и разъяснений в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 №5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ» - каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни. Семейная жизнь охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).

В соответствии со ст. 63 СК РФ родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей.

Из системного анализа указанных норм и положений статей 150, 151 ГК РФ следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, члену семьи.

Под нравственными страданиями как эмоционально-волевыми переживаниями человека понимаются испытываемые им негативные ощущения, переживания, эмоции, такие как страх, отчаяние и т.д., которые могут быть вызваны посягательством на жизнь и здоровье, как самого потерпевшего, так и его родственников, в том числе близких (родителей, супруга, детей).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.1994 № 10, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Требования о компенсации морального вреда родственникам потерпевшего связаны с причинением страданиям лично им в связи с травмированием ребенка, их нравственные и физические страдания выразились в утрате здоровья близким человеком, требующим постоянного ухода. В указанном случае нарушается психологическое благополучие всех членов семьи, потерявших возможность продолжать активную общественную жизнь. Более того, у них возникает необходимость нести постоянную ответственность за состояние пострадавшего ребенка, что приводит к нарушению неимущественного права на родственные семейные связи.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям (в частности, опека, попечительство).

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 08.07.2019 № 56-КГПР19-7.

Как пояснила суду ФИО1, она как мать, перенесла нервное потрясение, испытала нравственные страдания, которые выразились в переживаниях, моральной травме, дискомфорте по поводу того, что малолетний ребенок получил боль и психологическую травму в следствии незаконного проведения операции циркумицизия, сопровождающуюся сильными болями, ребенок тяжело психологически перенес указанные обстоятельства, длительное время испытывал неудобства и дискомфорт, связанный с лечением и повседневной жизнью. Ей было больно смотреть не только на физические страдания ребенка, но и его моральные переживания. ФИО1 стала испытывать постоянное чувство страха за его здоровье (и физическое и эмоциональное). Кроме того, ФИО1 тяжело переносила и насмешки жителей посёлка, которые с издёвкой обсуждали указанную ситуацию, о чём она слышала лично не только в самой больнице, но и в магазинах и иных общественных местах, что вызывало её эмоциональные страдания, так как её сыну указанная ситуация приносила дополнительные страдания и страх, что его сверстники будут издеваться над ним. Учитывая незначительное населения пгт Советский и сильно выраженные социальные связи населения, указанная новость очень быстро распространилась среди жителей всего Советского района Республики Крым, что причиняло ей моральные страдания от того, что люди обсуждают указанную ситуацию. Она перенесла сильнейший моральный стресс, осознавая всю тяжесть последствий, переживала за дальнейшую судьбу своего сына. Указанный стресс также повлиял на её физическое здоровье (нарушился сон, появились приступы ночного страха и панические атаки). В связи с чем, она вынуждена была обратиться за врачебной помощью и приёмом курса медицинских препаратов. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2001 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 г. по делу «Максимов (Maksimov) против России» указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В соответствии с положениями ч.1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Учитывая данные обстоятельства, исковое заявление подлежит частичному удовлетворению к ГБУЗ РК «Советская районная больница», которое не лишено права в дальнейшем в порядке регресса обратиться с соответствующим иском к бывшим работникам ФИО10 и ФИО11

Определяя размер компенсации морального вреда причинённого в следствии причинения вреда здоровью, подлежащий взысканию в пользу малолетнего ФИО3, суд принимает во внимание его возраст, необходимость психокоррекционной или психотерапевтической работы для устранения наличия тревожного состояния и корреляции психотравмы, считает необходимым взыскать с ответчика ГБУЗ РК «

<

адрес> больница» 

<

данные изъяты> рублей, что будет достаточным для оплаты психокоррекционной или психотерапевтической работы с ребёнком, проведение которой не возможно в Советском районе Республики ФИО5.

Определяя размер компенсации морального вреда в пользу законного представителя малолетнего ФИО1, причинённого в следствии причинения ребёнку сильных эмоциональных переживаний и морального вреда, суд считает необходимым снизить размер взыскиваемого морального вреда до 

<

данные изъяты> рублей, что позволит компенсировать моральные и физические страдания ФИО1, так как она испытывала постоянное чувство страха как за жизнь своего ребенка, так и за его здоровье.

В соответствии со статьей 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Статьей 88 ГПК РФ к судебным расходам отнесены государственная пошлина и издержки, связанные с рассмотрением дела.

Согласно ст. 93 ГПК РФ, основания и порядок возврата или зачета государственной пошлины устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

В соответствии с п. 1 ч.1 ст. 333.40 Налогового Кодекса РФ, уплаченная государственная пошлина подлежит возврату частично или полностью в случае уплаты государственной пошлины в большем размере, чем это предусмотрено настоящей главой.

Согласно п. 3 ч.1 ст. 333.36 Налогового Кодекса РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются истцы - по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца.

В соответствии с п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что судам следует иметь в виду, что в предусмотренных законом случаях истцы освобождаются от уплаты государственной пошлины. Например, от уплаты государственной пошлины освобождены истцы по искам о компенсации морального вреда, причиненного нарушением трудовых прав гражданина, морального вреда, возникшего вследствие причинения увечья или иного повреждения здоровья или смерти лица, морального вреда, причиненного преступлением либо в результате незаконного уголовного преследования, морального вреда, причиненного ребенку, морального вреда, причиненного нарушением прав потребителей (подпункты 1, 3, 4, 10 и 15 пункта 1 статьи 333.36 НК РФ, пункт 3 статьи 17 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей»).

ФИО1 была уплачена государственная пошлина в размере 3000 рублей в связи с чем суд считает вернуть истцу излишне уплаченную государственную пошлину.

В связи с тем, что исковое заявление удовлетворено частично с ГБУЗ РК «Советская районная больница» подлежит взысканию в пользу истицы половины суммы стоимости проведения судебной психолого-психиатрической экспертизы в размере 

<

данные изъяты> рублей и суммы почтовых расходов в размере 

<

данные изъяты> рублей 04 копейки.

Истец на основании ст. 333.36 Налогового кодекса РФ освобождён от уплаты государственной пошлины, в размере 3000 рублей в связи с чем, данная государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в доход государства в порядке ст. 98 ГПК РФ.

Полный текст решения изготовлен 25 июня 2025 г. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 2, 5, 6, 10, 12, 13, 98, 194 – 199, 209, 264 - 268, ст. 211 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

исковое заявление ФИО1 действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики ФИО5 «

<

адрес> больница», ФИО6 Зиёделло ФИО6, ФИО4, о компенсации морального вреда, причинённого работниками при исполнении своих трудовых обязанностей, третьи лица: Совет ФИО5 Республики ФИО5, Министерство здравоохранения Республики ФИО5, Филиал «Крымская страховая медицинская компания», Территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по ФИО5 и городу Федерального значения Севастополю, 

<

адрес> и 

<

адрес> удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ РК «

<

адрес> больница» ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, ФИО5, 

<

адрес>, 

<

...>, в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес>, паспорт №, выдан Территориальный пункт УФМС России по ФИО5 в 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ, к/п №, ИНН №, СНИСЛ №, зарегистрированной по адресу: ФИО5, 

<

адрес>, пгт 

<

адрес> компенсацию морального вреда, причиненного работниками медицинской организации при оказании ими медицинской помощи в размере 

<

данные изъяты>) рублей 00 копеек, суммы стоимости проведения судебной психолого-психиатрической экспертизы в размере 

<

данные изъяты>) рублей 00 копеек, суммы почтовых расходов в размере 

<

данные изъяты> 04 копейки, а всего 

<

данные изъяты> 04 копейки.

Взыскать с ГБУЗ РК «

<

адрес> больница» ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, ФИО5, 

<

адрес>, 

<

...>, в пользу малолетнего ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: пгт 

<

адрес> Федерация, свидетельство о рождении: №, выдано ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес> 

<

данные изъяты> ФИО5, место регистрации: 

<

адрес>, компенсацию морального вреда, причиненного работниками медицинской организации при оказании ими медицинской помощи в размере 300 000 (триста тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальных исковых требований к ГБУЗ РК «Советская районная больница» отказать.

В удовлетворении исковых к ФИО10, ФИО11 отказать.

Вернуть ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженке 

<

адрес>, паспорт №, выдан 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ, к/п №, ИНН № СНИСЛ № зарегистрированной по адресу: 

<

адрес> излишне уплаченную сумму государственной пошлины в размере 3000 (три тысячи) рублей по квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ.

Решение может быть обжаловано в Верховной Суд Республики Крым в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путём подачи апелляционной жалобы через Советский районный суд Республики Крым.

Решение суда вступает в законную силу по истечении срока на апелляционное обжалование, если оно не было обжаловано. 

Судья: И.С.Бражник