Дело №2-304/2025 КОПИЯ

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 августа 2025 года г. Трехгорный 

Трехгорный городской суд Челябинской области в составе: 

председательствующего судьи Мастяниной Д.А.,

при секретаре судебного заседания Несовой М.Н.,

с участием 

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-304/2025 по иску ФИО4 к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть №72» Федерального медико-биологического агентства о возмещении морального, материального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в Трехгорный городской суд Челябинской области с иском к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть №72» Федерального медико-биологического агентства (далее по тексту – ФГБУЗ МСЧ-72), в котором, с учетом уточнений (л.д.28-29) просил:

-взыскать 35 100 руб. 00 коп. в счет возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья;

- взыскать 15 000 руб. 00 коп. в качестве компенсации морального вреда;

- взыскать штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя в соответствии с п.6 ст.3 Закона «О защите прав потребителей»

В обоснование указано, что ему 26.09.2023 было проведено удаление сломанного зума при удалении которого также был поврежден и сломан здоровый соседний зуб, которое проводил врач ФИО3, так как при удалении сломанного зуба врач ФИО3 сломал истцу здоровый рядом стоящий зуб, после чего истец потерял сознание, ему вызывалась бригада скорой медицинской помощи, истец был помещен в реанимацию. Считает, что не следовало удалять здоровый зуб, даже при его повреждении с учетом здорового корня, а также, что этот здоровый поврежденный зуб можно было бы удалить в следующий раз, а не одновременно. Истец обратился к ответчику с жалобой, по жалобе была проведена проверка, факты, изложенные в жалобе, полностью подтвердились, истцу было предложено выполнить замещение дефектного зубного ряда за счет средств ответчика, однако было указано, что процедуру эту также будет делать врач ФИО3, от чего истец отказался; в направлении на лечение к другому специалисту в другой город было отказано. В связи с отказом истец был вынужден самостоятельно обратиться в коммерческую организацию, оказывающую стоматологические услуги, произвести соответствующее лечение стоимостью 35 100 руб. 00 коп. От совершенных в отношении него действий истец испытал моральный вред – испытал стресс при лечении, плохо спал, переживал, поднималось давление, «обвивал пороги» ответчика, унижался, просил урегулировать все в досудебном порядке.

В отзыве на исковое заявление (л.д.41-45) представитель ответчика просит в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, поскольку до момента обращения истца с целью удаления зуба 2.1 указанный зуб неоднократно подвергался терапевтическому и эндодонтическому лечению, истец был предупрежден о возможных осложнениях во время удаления и подписал индивидуальное согласие на медицинское вмешательство. Соседний зуб 2.2 был интактным, но был подвижным второй степени. Истцу было измерено артериальное давление, которое составило 90/65 мм.рт.ст. Врач-стоматолог-хирург произвел проведение инфильтрационной анестезии раствором лидокаина 2% в объеме 4 мл., после наступления местной анестезии приступил к удалению зуба 2.1 прямым элеватором, во время которого истец начал терять сознание, уронил голову, рука врача потеряла опору, соскочила и произошел неполный вывих соседнего зуба 2.2. После проведения противообморочных мероприятий истец пришел в себя, врач закончил удаление зуба 2.2 ввиду неполного вывиха и нецелесообразности сохранения зуба с резорбированной костной тканью, разрушенной кортикальной пластиной между зубами 2.1 и 2.2. После этого истцу вновь стало плохо, он потерял сознание, врачом было принято решение вызвать бригаду скорой медицинской помощи, истец был проинформирован, что произошел непредумышленный неполный вывих зуба 2.2 и вследствие этого – удаление данного зуба. 28.04.2023 истец обратился к заведующему отделения с жалобой на действия врача-стоматолога-хирурга, было проведено дополнительное исследование челюстно-лицевого аппарата, была выявлена генерализованная резорбция костной ткани челюсти, резобция межзубных перегородок до ? длины корня, разрушение кортикальной пластинки. Экстракция зубов 2.1 и 2.2 произведена полностью, в лунках чисто, признаков воспаления лунок не выявлено. Согласно протоколу заседания врачебной комиссии по разбору жалоб № от ДД.ММ.ГГГГ врачебной комиссией истцу был поставлен клинический диагноз – хронический апикальный периодонтит средней степени тяжести, частичная вторичная адентия второго класса по Кеннеди; с учетом структурных и возрастных изменений костной ткани челюстно-лицевого аппарата неполный вывих зуба 2.2 произошел в результате ослабления опорно-удерживающего аппарата пародонта; со стороны действий врача-стоматолога-хирурга признаков халатности не прослеживается; рекомендовано наблюдение после экстракции с целью определения качества заживления, замещение дефектного зубного ряда ФИО4 произвести безвозмездно за счет средств ФГБУЗ МСЧ-72.

11.05.2023 истец обратился в АО «АСТРАМЕД-МС», специалистом АО в заключении от 12.07.2023 было указано, что диагноз сформулирован в соответствии с требованиями нормативной документации, тактика обследования и лечения выбрана правильно, своевременно, с учетом клинической ситуации. Сохранение зуба 2.2 в этих условиях не представлялось возможным. Дефекты оказания медицинско помощи врачом-стоматологом, повлиявшие на исход заболевания отсутствуют.

Истец фактически предложение о выполнении замещения дефекта зубного ряда безвозмездно проигнорировал, только спустя год – 15.04.2024 истец обратился к ответчику с заявлением о протезировании зубного ряда перегородки у другого врача, либо – направлении на лечение в другой город или к другому лечащему врачу за счет средств ответчика. Однако, на момент повторного обращения в ФГБУЗ МСЧ-72 работал только врач-стоматолог-ортопед ФИО3, второй специалист уволился 31.08.2023. Истец просит взыскать расходы не только на съемный протез, но и на лечение зуба, в то время, как зубы 2.1 и 2.2 истцу были удалены. Медицинская услуга протезирование является исключительно платной. Вывих зуба 2.2 у истца произошел непредумышленно, в связи с хроническим генерализованным парадонтитом средней степени тяжести, который привел к ослаблению опорно-удерживающего аппарата пародонта.

Закон «О защите прав потребителей» не распространяется на услуги, которые предоставляются бесплатно.

Заявляя требование о компенсации морального вреда ФИО4 не представил доказательств, подтверждающих совершение ответчиком действий, которые нарушаю его личные неимущественные права либо другие нематериальные блага, доказательств причинения ему физических или нравственных страданий действиями ответчика. 

В судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении заявленных требований. Дополнительно указал, что под протезирование понимает восстановление всех зубов, лечение всей челюсти.

В судебном заседании представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований по доводам отзыва. Дополнительно указала на отсутствие доказательств наличия причинно-следственной связи между повреждением здоровья истца и действиями ответчика.

Истец при надлежащем извещении в судебное заседание не явился, каких-либо ходатайств, в том числе – об отложении судебного заседания, в адрес суда не представил, обеспечил участие в судебном заседании своего представителя.

Руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие истца.

Заслушав выступления представителей сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что согласно ответу ответчика, направленному в адрес истца 06.06.2023 (л.д.5), медицинской документации (л.д.7,60-67), протоколу заседания врачебной комиссии (л.д.50-51) по итогам проведённой проверки факты, изложенные в жалобе истца относительно удаления зуба 2.2, подтвердились. ФИО3 действительно во время сложного удаления зуба 2.1 прямым элеватором, вывихнул соседний зуб 2.2, истец потерял сознание, уронил голову. Рука хирурга потеряла опору, соскочила и произошел неполный вывих зуба 2.2. ФИО3 принял решение, что сохранять зуб с подвижностью второй степени, резорбированной вершиной межальвеолярной перегородки, разрушенной кортикальной пластинкой не имеет смысла и удалил зуб 2.2 по причине ослабления опорно-удерживающего аппарата пародонта, что подтверждено ортопантомограммой от ДД.ММ.ГГГГ. При этом в ходе оказания медицинской услуги истец неоднократно (после удаления зуба 2.1 и после удаления зуба 2.2) терял сознания, ему потребовалось оказание скорой медицинской помощи (л.д.9-10,11, 47,50). Врачебной комиссией принято решение о замещении дефекта зубного ряда ФИО4 безвозмездно за средства МСЧ-72 (л.д.51).

Согласно ответу ответчика, направленному в адрес истца 26.04.2024 о рассмотрении заявления истца от 15.04.2024, на дату направления ответа в ФГБУЗ МСЧ-72 работает только один врач стоматолог-ортопед – ФИО3, поэтому возместить дефект зубного ряда возможно только у данного врача; в территориальной программе госгарантий отсутствует такая медицинская услуга как протезирование зубов, возможности отпарить истца в другой город на платную процедуру протезирования зубов за счет МСЧ-72 либо предоставить другого врача стоматолога-ортопеда не представляется возможным (л.д.6,49).

Это же подтверждается представленной медицинской документацией (л.д.48),

При этом истцом было подписано индивидуальное согласие на медицинское вмешательство (л.д.5,63-64).

Согласно ответу АО «АСТРАМЕД-МС» (СМК) от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.14) выявлен дефект оказания медицинской помощи, не повлиявший на исход заболевания – жалобы, анамнез обследование проведены не в полном объеме, не проведено рентгенологическое обследование, не оценено состояние пациента перед вмешательством, не учтены сопутствующие заболевания, принимаемые препараты. Имеются расхождения в диагнозе при удалении 22 зуба ДД.ММ.ГГГГ и явке на осмотр ДД.ММ.ГГГГ. Аналогичные выводы содержатся в экспертном заключении по результатам экспертизы качества медицинской помощи (л.д.52-54), при этом в заключении также указано, что действия врача обоснованы, совершены в соответствии с тяжестью состояния пациента на момент приема; тактика обследования и лечения выбрана правильно, своевременно, с учетом клинической ситуации, сохранение 22 зуба в этих условиях не представлялось возможным, дефекты оказания медицинской помощи, повлиявшие на исход заболевания, отсутствуют. 

Врач ФИО3 получил дисциплинарное взыскание в виде замечания (л.д.5).

В соответствии со ст.41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Статьями 2 и 4 данного закона установлено, что здоровье – состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма. К основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи. Медицинская помощь – комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент – физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния. Качество медицинской помощи – совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Частью 2 ст.98 Федерального закона №323-ФЗ предусмотрено, что медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В соответствии с частью 3 той же статьи вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи возмещается медицинскими организациями в объёме и порядке, установленными законодательством Российской Федерации.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Основания, порядок, объём и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, определены главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1,2 ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся примирителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины примирителя вреда.

В соответствии с п.1 ст.1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины примирителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

К отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В соответствии с ч.1 ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ч.3 ст.123 Конституции Российской Федерации, ст.12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Собранные по делу доказательства не дают оснований для вывода о полном соответствии качества оказанной истцу учреждением медицинской помощи предъявляемым требованиям, что прямо следует из заключения заключении по результатам экспертизы качества медицинской помощи, ответа ФГБУЗ МСЧ-72 о привлечении врача ФИО3 к дисциплинарной ответственности. 

Согласно п.27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» согласно ст.1085 Гражданского кодекса Российской Федерации в объём возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включаются утраченный потерпевшим заработок (доход), под которым следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности до причинения увечья или иного повреждения здоровья. При этом надлежит учитывать, что в счет возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда, а также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья. Также в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью включаются расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь ввиду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы полежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

В материалы дела представлен ответ ФГБУЗ МСЧ-72, согласно которому истцу предложено пройти протезирование в ФГБУЗ МСЧ-72 бесплатно в 2023 году. В последующем ответе 2024 года ФГБУЗ МСЧ-72 также указывает на возможность протезирование, но – силами единственного имеющегося в МСЧ-72 врача - ФИО3

Таким образом суд приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных ст.1085 Гражданского кодекса Российской Федерации и, как следствие – к отказу в удовлетворении исковых требований в указанной части.

Судом установлен, с учетом изложенного выше, дефект оказания медицинской помощи истцу, что, безусловно повлекло причинение истцу морального вреда.

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п.1 ст.1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Определяя размер компенсации причиненного истцу морального вреда, суд принимает как обоснованные его доводы о том, что он испытал боль и стресс при лечении, плохо спал, переживал, имел проблемы со здоровьем. 

Принимая во внимание эти обстоятельства, суд считает, что размер денежной компенсации причиненного истцу морального вреда должен составить 10 000 руб. 00 коп.

Действия по устранению дефектов оказания медицинской помощи ответчиком были совершены исключительно в ответ на обращение истца, в связи с чем суд приходит к выводу о взыскании штрафа, предусмотренного ч.6 ст.13 Закона «О защите прав потребителей».

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 198-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 – удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть №» Федерального медико-биологического агентства в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 10 000 руб. 00 коп. 

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть №» Федерального медико-биологического агентства в пользу ФИО4 штраф в размере 5 000 руб. 00 коп.

В удовлетворении исковых требований в оставшейся части – отказать.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Трехгорный городской суд.

Председательствующий: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>