Дело № 2-10/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город Каменск-Уральский 30 января 2017 года

Синарский районный суд города Каменска-Уральского Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Земской Л.К.

при секретаре Табатчиковой Т.Е., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании сделки недействительной,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании сделок недействительными. 

В обоснование иска указала, что ей на праве собственности на основании договора передачи квартиры в собственность граждан от (дата) и в порядке наследования после смерти (дата) Г. принадлежало на праве собственности жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес> (далее по тексту Квартира), в котором она постоянно проживала и была зарегистрирована.

(дата) между ней и ФИО2 был заключен договор дарения Квартиры. Указанную сделку, обращаясь с рассматриваемым иском в суд, ФИО1 полагает недействительной со ссылкой на положения п.1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), как совершенную гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Истец указывает, что договор дарения от (дата) она подписала, т.к. полагала, ФИО2 будет полноправной хозяйкой Квартиры только после ее (ФИО1) смерти. В силу возраста и состояния здоровья она не понимала значение своих действий, не предполагала, что в результате сделки она лишится Квартиры, которая является для нее единственным жильем.

На момент заключения договора дарения ей было 70 лет, она имеет образование 7 классов, работала почтальоном, плавильщиком, лудильщиком, травильщиком, уборщицей служебных помещений, сторожем, постоянно проживает в спорном жилом помещении, иных сделок, связанных с приобретением или отчуждением жилых помещений, не совершала. Данные обстоятельства свидетельствуют о низкой общей грамотности истца, отсутствии каких-либо познаний и жизненного опыта в области оформления прав собственности на недвижимое имущество. Истец страдает 

<

*****>, нуждалась в коррекции зрения, выписаны очки, кроме того страдает 

<

*****>.У Истца диагностирована 

<

*****>, Истец очень плохо слышит и имеет ряд других заболеваний.

Спорный договор был составлен в простой письменной форме, нотариусом не удостоверен, Истцу последствия заключения договора не разъяснены. В самом договоре отсутствует указание, каким образом до сторон доведен текст договора, прочитали его стороны самостоятельно, или договор прочитан вслух. Экземпляр договора дарения истцу не вручался. Она просто поставила свою подпись на документах, где указала это сделать ее дочь - ФИО2

Истец имел намерение передать принадлежащую ему квартиру в собственность дочери в обмен на пожизненный уход с сохранением права проживания, тогда как в действительности совершила сделку без таких последствий.

В договоре дарения от (дата) не закреплено право Истца на проживание в жилом помещении. Предположение о том, что Истец при отсутствии у него другого жилья добровольно отказался от спорного жилого помещения без получения взамен встречного удовлетворения либо иной выгоды, противоречит здравому смыслу.

В результате заключения оспариваемого договора Истец лишился права собственности на жилье, возможности в дальнейшем получить взамен принадлежащего ему жилого помещения требуемый ему уход и помощь, но при этом никаких обязанностей ответчика ФИО2 в отношении Истца по предоставлению ренты по оспариваемому договору не возникло, после заключения договора дарения Ответчик обязанностей по содержанию принадлежащего ей имущества не несет, никоим образом не осуществляет права собственника.

(дата) между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи квартиры, согласно которого право собственности на спорную Квартиру перешло к ФИО3, однако Истец никогда не видела данную гражданку, она не приходила, квартиру не осматривала, не вселялась в спорное жилое помещение, и никаких прав не заявляла, а т.к. Истец не являлся стороной по сделке, то и не знал о совершении последней. 

(дата) между ФИО3 и ФИО4 был заключен договор купли-продажи, согласно которого право собственности на спорную Квартиру перешло к ФИО4, которая и предъявила иск о выселении Истца из спорной квартиры.

ФИО3 и ФИО4 к истцу с вопросом об освобождении жилого помещения до зимы 2014 г. не обращались.

В связи с изложенным ФИО1 заявлены к ФИО2, ФИО3, ФИО4 исковые требования о признании недействительными сделок в отношении Квартиры: заключенного (дата) между ней и ФИО2 договора дарения, заключенных (дата) между ФИО2 и ФИО3, (дата) между ФИО3 и ФИО4 договоров купли-продажи.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель по доверенности ФИО5 исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям и доводам, изложенным в иске. Настаивали, что на момент заключения с ФИО2 договора дарения Квартиры (дата) ФИО1, не могла понимать значение своих действий и руководить ими исходя из ее состояния здоровья и общего уровня ее грамотности. Полагали, что истцом не пропущен срок исковой давности для обращения с рассматриваемым иском в суд, однако если суд придет к выводу о пропуске срока, то просили восстановить его в связи с тем, что ФИО1 не понимала значение своих действий вплоть до 2015 г., и только в 2016 г. ей стало известно, что на Квартиру претендуют иные лица. 

На вопросы суда сама истец ФИО1 пояснила, что на левом ухе слух у нее снижен с детства, с 2006 г. она плохо слышит на оба уха, около двух лет назад у нее упало зрение. В настоящее время у нее ухудшилась память. На 2008 г. у нее имелись такие заболевания, как 

<

*****>, лечение она проходила амбулаторно. К психиатру она никогда не обращалась, на учете у названного врача никогда не состояла. 

Ответчик ФИО6 исковые требования признала. Суду пояснила, что ФИО1 приходится ей матерью, которая ей полностью при заключении договора дарения в 2008 г. доверилась, не осознавала, что последствиями заключения договора является именно переход права собственности на квартиру к её дочери ФИО2, а также возникновение у ФИО2 права распоряжения квартирой путем её отчуждения третьим лицам. На 2008 г. у ФИО1 имелись перечисленные ей проблемы со здоровьем. На вопросы суда указала, что как на 2008 г., так и по настоящее время ФИО1 сама себя обслуживает, приобретает товары, в том числе продукты питания, готовит, покупает одежду и следит за ней, одевается по сезону и всегда бережет уши, которые у нее болят, сама ходит в магазин и на улицу, получает пенсию и распоряжается своим доходом, оплачивает жилищно-коммунальные услуги. ФИО1 смотрит телевизор, однако в основном сериалы, обсуждает их со знакомыми ее возраста. Каждые два года ФИО1 посещает профилакторий, льготные путевки в который она оформляет самостоятельно вместе со своей коллегой. В очках ФИО1 может читать и при необходимости просит объяснить то, что она не поняла. 3-4 года назад у нее возникло желание показать ФИО1 психиатру, поскольку после ухудшения слуха она стала более замкнутой, не общительной, не идет на контакт с окружающими, с ней стало сложно общаться.

Представитель ответчика ФИО3 ФИО7, действующий на основании доверенности, в удовлетворении иска просил отказать. Указал что полагает поданный ФИО1 иск – злоупотреблением правом. 

Так вступившим в законную силу решением Синарского районного суда г.Каменска-Уральского по гражданскому делу № ФИО1 было отказано в удовлетворении ее исковых требований к тем же ответчикам, об оспаривании тех же сделок в отношении Квартиры, было установлено что при заключении договора дарения у ФИО1 отсутствовало даже заблуждение относительно предмета сделки, действия и воля ФИО1 были направлены на совершение именно той сделки, которая была совершена и которую она имела ввиду.Тем же решением по гражданскому делу №, которое носит преюдициальный характер, был установлен пропуск истцом годичного срока исковой давности для предъявления исков об оспаривании сделки. Полагал, что поданный ФИО1 иск об оспаривании тех же сделок по иным основаниям направлен только на затягивание процесса исполнения решения суда о ее выселении из спорного жилого помещения. Истцом при обращении с иском в суд не представлено никаких доказательств, свидетельствующих о таком состоянии здоровья истца, которое лишало бы ее возможности понимать значение своих действий и руководить ими.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом и в срок, представила в материалы гражданского дела письменные возражения на иск, которые также содержат ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие. В поданных письменных возражениях на иск исковые требования не признала, привела доводы, аналогичные доводам, высказанным представителем ответчика ФИО3 – ФИО7 в судебном заседании, в том числе о пропуске истцом срока исковой давности.

Выслушав явившихся участников судебного разбирательства, допросив свидетелей, исследовав представленные письменные доказательства, в том числе обозрев материалы гражданского дела № по иску ФИО4 к ФИО2, ФИО8 об устранении нарушений права собственности, признании утратившими право пользования жилым помещением, выселении из жилого помещения без предоставления другого, по встречному иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании договоров дарения, купли-продажи жилого помещения недействительным, применении последствий недействительности сделки, по иску ФИО2 к ФИО3 о расторжении договора купли-продажи, а также подлинные медицинские документы ФИО1, суд приходит к следующим выводам:

В силу положений ст.12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу ст.ст.55,56 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст.ст.59,60 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

На основании ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. 

В исключение из общего правила об обязанности доказывания согласно ч.2 ст.68 ГПК РФ признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств. Помимо на основании ч.2 ст.61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Указанные правовые нормы были разъяснены судом сторонам как в судебных заседаниях, так и в определении о подготовке дела к судебному разбирательству, им были указаны обстоятельства, подлежащие доказыванию, распределено бремя доказывания. 

В силу п.2 ст.1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии со ст. 421 ГК РФ (в редакции на дату возникновения спорных правоотношений) граждане свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В силу п.1 ст.572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьими лицом.

ФИО1 заявлен в суд иск об оспаривании заключенной между ней и ФИО2 сделки – договора дарения от (дата) – со ссылкой на положения п.1 ст.177 ГК РФ.

Действительность сделки – это признание за ней качеств юридического факта, порождающего тот правовой результат, к которому стремились стороны сделки. Общепризнан факт, что соответствие между волей и волеизъявлением выступает необходимым условием действительности сделки.

Нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 г. №100-ФЗ) об основаниях и о последствиях недействительности сделок (статьи 166 - 176, 178 - 181) применяются к сделкам, совершенным после дня вступления в силу указанного Закона, т.е. после 01.09.2013 г. (ст.3 названого Закона). Тем самым, поскольку оспариваемая истцом сделка совершена до указанной даты, в 2008 г., то Гражданский кодекс Российской Федерации в указанной части подлежит применению к спорным правоотношениям в редакции до внесения изменений Федеральным законом от 07.05.2013 г. №100-ФЗ.

Статья 166 в п.п.1-2 ГК РФ устанавливает: Сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

На основании п.1 ст.177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом приведенных выше правовых норм именно на сторону истца в рассматриваемом деле возлагалась обязанность доказывания обоснованности заявленного им иска, и прежде всего нахождения ФИО1 в момент совершения оспариваемой сделки в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.

Судом установлено, что (дата) ФИО1 безвозмездно передала право собственности на Квартиру своей дочери ФИО2 Соответствующий договор дарения, а также переход права собственности по нему к одаряемому лицу были зарегистрированы в установленном законом порядке. 

(дата) между ФИО2 как продавцом и ФИО3 как покупателем был заключен договор купли-продажи Квартиры, в соответствии с условиями которого ФИО2 продала, а ФИО3 купила в собственность спорное жилое помещение за (руб), уплаченных в момент подписания договора полностью. При этом передача квартиры продавцом и принятие ее покупателем состоялось до подписания договора и стороны договорились, что составление передаточного акта производиться не будет. В отчуждаемой Квартире на момент заключения договора зарегистрированы по месту жительства ФИО2, ФИО11, которые обязуются сняться с регистрационного учета по месту жительства в течение десяти дней после подписания договора.

В последующем, на основании договора купли-продажи от (дата), заключенного между ФИО3 и ФИО4, последняя приобрела в единоличную собственность спорное жилое помещение, право собственности ФИО4 на указанное жилое помещение зарегистрировано в установленном законом порядке.

Из объяснений сторон, представленной в материалы дела выписки из ЕГРП от (дата) следует, что по настоящее время право собственности в отношении Квартиры зарегистрировано за ФИО4

Поскольку требования иска ФИО1 также затрагивают права и законные интересы соответчиков ФИО3, ФИО4, суд в соответствии с положениями ч.2 ст.39 ГПК РФ не принимает признание иска ФИО1, сделанное только одним из соответчиков - ФИО2

Оценив по правилам ст.67 ГПК РФ все представленные сторонами и исследованные судом доказательства, суд приходит к выводу о том, что в момент заключения с ФИО2 договора дарения (дата) ФИО1 была способна понимать значение своих действий и руководить ими, и стороной истца по заявленному иску об оспаривании сделки допустимых, достоверных и в своей совокупности достаточных доказательств обратного в порядке ст.56 ГПК РФ представлено суду не было.

Так действительно на момент совершения оспариваемой сделки ФИО1 находилась в преклонном возрасте (70 лет), однако сам по себе возраст лица не может являться безусловным свидетельством неспособности понимать значение своих действий и руководить ими.

Судом установлено из представленных медицинских документов истца, справок ГБУЗ СО «СОКПБ» - филиал «Южная психиатрическая больница» от (дата), и это не оспаривалось участниками процесса, что ни на момент совершения оспариваемого договора (дата) ни по момент рассмотрения настоящего гражданского дела судом ФИО1 недееспособной не признавалась, на учете у врача-психиатра и врача-нарколога не состояла, никогда в том числе на консультационный прием к врачу-психиатру не обращалась. 

Исследованные судом медицинские документы ФИО1, в том числе ее подлинная амбулаторная карта, не содержат данных о наличии у нее в том числе на (дата) а также по настоящее время заболеваний, состояний, которые бы влияли на её психическое здоровье таким образом, что лишали возможности понимать значение своих действий и руководить ими. Так действительно в медицинской документации ФИО1 зафиксировано, что в период с (дата) ей установлены такие диагнозы как 

<

*****>. Также согласно представленных в материалы гражданского дела копий справок ГБУЗ СО «Городская поликлиника г.Каменск-Уральский» следует, что ФИО1 страдала заболеваниями органов зрения с 2015 г., и слуха с 2006 г. При этом однако суд отмечает, что судя по записям в амбулаторной карте ФИО1 она в том числе по состоянию на (дата) самостоятельно посещает как участкового фельдшера, так и узких специалистов, на приемах, в том числе (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), а также до и после указанного юридически значимого периода, медицинскими работниками не зафиксировано никакой симптоматики, свидетельствующей о дезориентации пациента во времени и пространстве, нарушении у ФИО1 способности восприятия происходящего, понимать значение своих действий и руководить ими. Вопрос о направлении истца к врачу-психиатру не ставился.

Из объяснений ответчика ФИО2 следует, что желание показать мать врачу-психиатру появилось у нее в связи с возрастными изменениями, возникшими у последней около 3-4 лет назад, т.е. спустя более чем шесть лет с момента совершения оспариваемого договора дарения. 

При этом как из объяснений ответчика ФИО2 в судебном заседании, так и из показаний допрошенных судом свидетелей Ж., Х. следует, что как на (дата), так и по настоящее время ФИО1 сама себя обслуживает, приобретает товары, в том числе продукты питания, готовит, покупает одежду и следит за ней, одевается по сезону и с учетом наличия у нее заболеваний, сама ходит в магазин и на улицу, получает пенсию и распоряжается своим доходом, оплачивает жилищно-коммунальные услуги, в очках может читать. При этом ответчик ФИО2 указала, что ФИО1 смотрит телевизор, выбирает для просмотра интересующее её, обсуждает просмотренные фильмы со знакомыми ее возраста. Согласно объяснений ответчика ФИО2 и свидетеля Ж. раз в два года истец самостоятельно посещает профилакторий, куда они со Ж. как бывшие коллеги получают льготные путевки, для чего оформляют документы на постановку в соответствующую очередь. 

Свидетели Ж., Х. в судебном заседании указали, что всегда воспринимали ФИО1 как нормальную, адекватную женщину, никаких странностей в ее поведении не отмечали, в последние пять лет у истца появился ряд «возрастных заболеваний», связанных с ухудшением зрения и слуха. 

Указанные допрошенные по ходатайству стороны истца свидетели пояснили, что вопрос об отчуждении Квартиры дочери они с ФИО1 никогда не обсуждали, что однако не может свидетельствовать о непонимании истцом значения свих действий при заключении оспариваемого договора.

Помимо этого суд отмечает следующее. Вступившим в законную силу решением Синарского районного суда г.Каменска-Уральского от (дата) по гражданскому делу №, которое как обоснованно указано представителем ответчика ФИО7 при рассмотрении настоящего гражданского дела носит преюдициальный характер, ФИО1 было отказано в удовлетворении заявленного к тем же ответчикам иска об оспаривании тех же сделок в отношении Квартиры, который в отношении договора дарения от (дата) был заявлен по мотиву заблуждения относительно его природы (ч.1 ст.178 ГК РФ).

Указанным решением Синарского районного суда от (дата) установлено следующее:

В ходе судебного заседания ФИО1 поясняла, что она лично была инициатором заключения договора дарения, выразила волю передать имеющиеся у неё права на квартиру своей дочери ФИО2 При этом ФИО1 лично участвовала в совершении сделки, собственноручно подписала договор дарения и заявление при сдаче документов на государственную регистрацию. Суд признал при вынесении решения по делу №, что в тексте оспариваемого договора четко и предельно ясно даже для малограмотного, юридически необразованного человека, к которым себя относит ФИО1, указаны предмет, все существенные условия сделки и правовые последствия ее заключения. Пункт 6 договора четко определяет, что одаряемая, то есть ФИО2, приобретает право собственности на квартиру с момента государственной регистрации договора. 

Кроме того, вопреки позиции ФИО1, якобы намеревавшейся оформить договор ренты (пожизненного содержания с иждивением), названный выше договор не содержит каких-либо ссылок на возникновение между сторонами правоотношений из подобного вида договоров, регулируемых гл.33 ГК РФ. 

Судом сделан вывод, что природа сделки была известна истцу, действия и воля которой были направлены на совершение именно той сделки, которая была совершена и которую она имела в виду.

Возраст дарителя, ее слабое зрение, состояние здоровья, уровень образования не могут служить подтверждением обоснованности заявленных ФИО1 требований, поскольку данные обстоятельства не свидетельствуют о том, что ФИО1 не могла проверить текст договора и заблуждалась относительно его природы и правовых последствий.

Помимо этого судом было установлено, что сделка дарения, заключенная с ФИО2, была реально исполнена. Так, ФИО2 с момента регистрации сделки полагала себя собственником квартиры, совершала действия по её владению, пользованию и распоряжению, в том числе путем отчуждения ФИО3 В свою очередь, ФИО1, несмотря на то, что осталась проживать в квартире, знала о смене собственника помещения, соглашалась с тем, что проживает в квартире уже на правах члена семьи собственника. Соответствующий договор дарения был представлен сторонами в управляющую организацию для переоформления лицевого счета на оплату жилищно-коммунальных услуг на нового собственника – ФИО2 

Из изложенного судом сделан вывод, что на момент заключения оспариваемого договора волеизъявление ФИО1, выразившееся в оформлении договора дарения, полностью соответствовало её намерению безвозмездно передать родной дочери без встречных условий спорную квартиру. Последующее неодобрение истцом действий дочери по отчуждению спорного жилого помещения иным лицам, возникшее желание возобновить свои права собственника в отношении спорного жилого помещения, не является основанием для признания недействительным заключенного договора. 

Суд признал в решении от (дата), что ФИО1, её представителем не представлено доказательств, подтверждающих, что ФИО1 заблуждалась относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению, в том смысле, как это предусмотрено ст. 178 ГК РФ, в том числе, относительно совокупности свойств сделки, характеризующих ее сущность; а также доказательств отсутствия её воли на совершение сделки дарения квартиры либо того, что воля сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования. 

Тем же решением установлено с учетом положений ст.ст.10,302 ГК РФ, что покупатель спорной квартиры ФИО3, приобретшая квартиру по договору от (дата) у ФИО2, является добросовестным приобретателем. При этом учтено, что вступившим в законную силу решением Синарского районного суда г.Каменска-Уральского от (дата) в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о признании сделки купли-продажи от (дата) ничтожной, признании права собственности – было отказано. Указанным решением, а также апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от (дата) установлено, что указанная сделка совершена сторонами в надлежащей форме, при её заключении воля сторон была направлена на возникновение правовых последствий из сделки купли-продажи, данная сделка не являлась притворной, более того, она была исполнена сторонами. 

В ходе судебного заседания ответчиками по требованиям ФИО1 -ФИО4, ФИО3 (в лице представителя по доверенности ФИО7) заявили о пропуске ФИО1 срока исковой давности по заявленным требованиям. 

Положения ГК РФ, касающиеся срока исковой давности, претерпели изменения в связи с принятием Федерального закона от 07.05.2013 г. № 100-ФЗ. Согласно п.9 ст.3 названного Федерального закона установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (ст.195 ГК РФ). В силу положений ст.ст.196,200 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года, а течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения. 

В силу положений ст.181 п.2 (в ред. до внесения изменений Федеральным законом от 07.05.2013 г. № 100-ФЗ) ГК РФ (которая в рассматриваемой ситуации устанавливает специальные правила) срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

На основании ст.199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Из совокупности представленных доказательств следует, что ФИО1 было достоверно известно о совершении оспариваемой сделки непосредственно со дня заключения договора дарения (дата), и о прекращении её права собственности в отношении спорного жилого помещения со дня государственной регистрации договора дарения ((дата)), заключенного ею с ФИО2 Соответственно с указанной даты (регистрация договора) и началось течение срока исковой давности.

К утверждениям ФИО1 и ее представителем ФИО9 об иных датах, с которого истец узнала о нарушении своего права, суд относится критически. Так в рамках рассмотрения настоящего дела сторона истца указала, что срок исковой давности необходимо исчислять только с начала 2016 г., когда ФИО1 стало известно, что на ее Квартиру претендуют иные лица. Ранее при рассмотрении гражданского дела № ФИО1 утверждала, что о нарушении ее права (заключением договора дарения и отчуждением жилого помещения) ей стало известно в декабре 2014 г., когда она увидела в квитанции на оплату жилищно-коммунальных услуг фамилию нового собственника квартиры – ФИО3

Однако как следует из исследованных судом доказательств, и это нашло свое отражение в том числе в решении суда от (дата) по гражданскому делу № и вынесенному по нему апелляционному определению судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда, ФИО1 определением суда от (дата) была привлечена к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, при рассмотрении Синарским районным судом города Каменска-Уральского гражданского дела № по иску ФИО2 к ФИО3 о признании сделки ничтожной, признании права собственности. Реализуя свои процессуальные права третьего лица, ФИО1 направляла в суд заявления, в которых указывала, что поддерживает требования ФИО2 Самостоятельные требования ни к ФИО2, ни к ФИО3 она не предъявляла. Правомочия ФИО2 на распоряжение квартирой не оспаривала. При этом уже в данном деле ФИО3 как собственник спорного жилого помещения впервые заявила о своем намерении в судебном порядке требовать прекращения права пользования ФИО2 и членов её семьи, в том числе ФИО1, в отношении спорного жилого помещения.

Тем самым срок исковой давности на обращение с рассматриваемым иском, поданным (дата), ФИО1 пропущен.

Пропуск ФИО1 срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении её исковых требований. При этом суд учитывает, что исходя из характера спорных правоотношений требования ФИО1 не могут быть удовлетворены только за счет соответчика ФИО2, не заявляющей о пропуске ФИО1 срока исковой давности. Вследствие изложенного в рассматриваемом случае суд признает, что требования ФИО1 подлежат оставлению без удовлетворения в полном объеме, в том числе по причине пропуска срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной ответчиков ФИО4, ФИО3

Согласно ст.205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности. 

Из разъяснений в п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 г. № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" следует, что в соответствии со статьей 205 ГК РФ в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства.

Суд полагает, что стороной истца не было представлено каких-либо доказательств в обоснование поданного заявления о восстановлении пропущенного процессуального срока, с учетом также того обстоятельства, что он пропущен на значительный срок.

Поскольку суд пришел к выводу о заключении ФИО1 договора дарения с ФИО10 (дата) без порока воли, указанного с п.1 ст.177 ГК РФ, его действительности, то и оснований для признания недействительными сделок по отчуждению жилого помещения ФИО2 ФИО3, и ФИО3 ФИО4 не имеется. Иных правовых оснований для оспаривания указанных сделок стороной истца не заявлено.

Таким образом суд не находит оснований для удовлетворения заявленного ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 иска об оспаривании сделок.

Суд соглашается при этом с доводами представителя ответчика ФИО3 – ФИО7 о том, что обращение ФИО1 с рассматриваемым иском в суд при всех вышеизложенных обстоятельствах, в том числе при установлении решением Синарского районного суда г.Каменска-Уральского от (дата) по делу № тех обстоятельств, что ФИО1 при совершении договора дарения (дата) была известна природа сделки, ее действия и воля были направлены на совершение именно той сделки, которая была совершена и которую она имела в виду, а также пропуска истцом срока исковой давности, момента начала течения указанного срока, - по сути имеет признаки злоупотребления правом (ст.10 ГК РФ), направлено по мнению суда исключительно на затягивание состоявшегося и вступившего в законную силу судебного акта о выселении ФИО1 из спорного жилого помещения, а не на защиту нарушенного права.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 12, 194 – 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании сделки недействительной отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Синарский районный суд г.Каменска-Уральского.

Судья: Земская Л.К.