Дело № 2-48/2020 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Шумихинский районный суд Курганской области в составе

председательствующего судьи Амировой Т.Л.

при секретаре Кадыровой А.Т., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Шумихе Курганской области 26 мая 2020 года гражданское дело по иску ПАО СК «Росгосстрах» к ФИО1 о признании договора страхования недействительным,

у с т а н о в и л:

ПАО СК «Росгосстрах» обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО1 о признании договора страхования недействительным.

В обоснование исковых требований указало, что 23 июля 2018 г. между ФИО1 и ПАО СК "Россгосстрах" был заключен договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств и выдан электронный страховой полис ОСАГО серии *** № ***. Согласно имеющихся у страховщика сведений, полученных при заключении договора страхования, страхователь ФИО1 указал заведомо ложные данные о транспортном средстве и собственнике транспортного средства. Из электронного страхового полиса и заявления о заключении договора следует, что на страхование принято транспортное средство категории «F» - самоходные сельскохозяйственные машины, с государственным регистрационным знаком ***, VIN ***, 2018 года выпуска. Согласно справке о ДТП от 5 августа 2018 г. и приговора Ряжского районного суда Рязанской области от 17 апреля 2019 г. по вышеуказанному полису в ДТП участвовало иное транспортное средство, а именно ЛАДА 217030 Приора, государственный регистрационный знак ***, ***, 2018 года выпуска, собственником транспортного средства является ФИО2, управлял транспортным средством ФИО3 Истец полагает, что страхователь при заключении договора обязательного страхования в виде электронного документа предоставил страховщику недостоверные сведения о транспортном средстве, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии, что является основанием для признания его недействительным. Просит признать договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств от 23 июля 2018 г. серии *** № *** недействительным.

Представитель истца ПАО СК «Росгосстрах» в судебное заседание не явился, просил о рассмотрении дела в его отсутствии.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, в связи с отсутствием сведений о месте нахождения ответчика судом в качестве его представителя в порядке статьи 50 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации был назначен адвокат Недомец Е.В., который исковые требования не признал.

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в его отсутствии, возражал против удовлетворения исковых требований.

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, отбывает наказание в местах лишения свободы.

Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.

Заслушав лиц, участвующих в деле, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующим выводам. 

Как установлено судом и следует из материалов дела, 23 июля 2018 г. ФИО1 направил в ПАО СК «Росгосстрах» заявление обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в виде электронного документа с использованием официального сайта страховщика в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", оплатив страховую премию в размере 281 руб.

На основании указанного заявления 23 июля 2018 г. между ФИО1 и ПАО СК «Росгосстрах» на основании пункта 7.2 статьи 15 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" в виде электронного документа заключен договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств серии *** № *** в отношении транспортного средства – «спецтехника категории F», VIN ***, государственный регистрационный знак ***, на срок действия с 24 июля 2018 г. по 23 июля 2019 г.

Страхователем и собственником транспортного средства указан ФИО1, в качестве лиц, допущенных к управлению транспортным средством, указан А.

При заключении договора ОСАГО страховщику произведена оплата страховой премии в размере 281 руб. Факт получения страховой премии в размере 281 руб. истцом не оспаривался.

Из материалов страхового дела следует, что 5 августа 2018 г. произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля DAEWOO MATIZ, государственный регистрационный знак *** под управлением ФИО4 и автомобиля ЛАДА 217030 Приора, государственный регистрационный знак ***, под управлением ФИО3, в результате которого был причинен материальный ущерб.

Приговором Ряжского районного суда Рязанской области от 17 апреля 2019 г. ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 5 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.

25 июля 2019 г. в ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о выплате страхового возмещения по факту ДТП, произошедшего 5 августа 2018 г., обратился ФИО4

Письмом от 15 августа 2019 г. в выплате страхового возмещения отказано, поскольку при заключении электронного полиса ОСАГО серии *** № *** модель транспортного средства указана страхователем как спецтехника, что не соответствует реальному типу и модели данного транспортного средства. Это обстоятельство привело к снижению рассчитанной страховой премии.

Согласно карточке учета транспортного средства собственником транспортного средства Лада Приора, 2008 годы выпуска, VIN ***, государственный регистрационный знак ***, с 21 марта 2018 г. указан ФИО2

Согласно сведениям, содержащимся в автоматизированной информационной системе и представленным Российским союзом автостраховщиков на запрос суда, гражданская ответственность владельца транспортного средства, имеющего идентификационный номер ***, на момент дорожно-транспортного происшествия застрахована по договору ОСАГО серии *** № *** в ПАО СК «Росгосстрах».

Заявляя исковые требования о признании данного договора страхования недействительным, истец ссылался на то обстоятельство, что ответчиком предоставлены заведомо недостоверные сведения о страхователе и собственнике транспортного средства, категории транспортного средства, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии.

В соответствии с абзацем 8 статьи 1 Закона № 40-ФЗ договор ОСАГО заключается в порядке и на условиях, которые предусмотрены Законом N 40-ФЗ, Положением Банка России от 19 сентября 2014 г. № 431-П "О правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Положение № 431-П), и является публичным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

В силу статьи 15 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (здесь и далее в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) обязательное страхование осуществляется владельцами транспортных средств путем заключения со страховщиками договоров обязательного страхования, в которых указываются транспортные средства, гражданская ответственность владельцев которых застрахована (пункт 1).

Для заключения договора ОСАГО владелец транспортного средства представляет страховщику документы, предусмотренные пунктом 3 статьи 15 Закона №40-ФЗ: заявление о заключении договора обязательного страхования; паспорт или иной удостоверяющий личность документ (если страхователем является физическое лицо); свидетельство о государственной регистрации юридического лица (если страхователем является юридическое лицо); документ о регистрации транспортного средства, выданный органом, осуществляющим регистрацию транспортного средства (паспорт транспортного средства, свидетельство о регистрации транспортного средства, технический паспорт или технический талон либо аналогичные документы); водительское удостоверение или копия водительского удостоверения лица, допущенного к управлению транспортным средством (в случае, если договор обязательного страхования заключается при условии, что к управлению транспортным средством допущены только определенные лица); диагностическая карта, содержащая сведения о соответствии транспортного средства обязательным требованиям безопасности транспортных средств (за исключением случаев, если в соответствии с законодательством в области технического осмотра транспортных средств транспортное средство не подлежит техническому осмотру или его проведение не требуется, либо порядок и периодичность проведения технического осмотра устанавливаются Правительством Российской Федерации, либо периодичность проведения технического осмотра такого транспортного средства составляет шесть месяцев, а также случаев, предусмотренных пунктом 3 статьи 10 настоящего Федерального закона).

В соответствии с пунктом 7.2 статьи 15 Закона №40-ФЗ договор ОСАГО может быть составлен в виде электронного документа. В этом случае заявление о заключении договора ОСАГО подписывается электронной подписью владельца транспортного средства - физического лица или усиленной квалифицированной электронной подписью владельца транспортного средства - юридического лица, а представление документов, предусмотренных пунктом 3 статьи 15 Закона № 40-ФЗ, согласно абзацу 9 пункта 1.6 Положения № 431-П от 19.09.2014 "О правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств" осуществляется посредством самостоятельного получения страховщиком доступа к сведениям, содержащимся в данных документах, с помощью автоматизированной информационной системы обязательного страхования и (или) путем обмена информацией в электронной форме с соответствующими органами и организациями, в том числе с использованием единой системы межведомственного электронного взаимодействия.

Анализ приведенных норм позволяет суду прийти к выводу о том, что выдача страхового полиса в подтверждение заключения договора страхования предполагает оценку сообщенных страхователем сведений на их соответствие действительности и выявление в случае недостоверности информации с соответствующим оформлением и сообщением об этом страхователю, что в последующем при обращении к страховщику за страховой выплатой является основанием для предъявления регрессных требований.

В силу статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса (пункт 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм следует, что сообщение страховщику заведомо ложных сведений при заключении договора страхования может служить основанием для признания этого договора недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика, и того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

При этом обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике.

Такое толкование правовых норм согласуется с позицией Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 3 октября 2017 г. № 34-КГ17-8.

В нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено доказательств наличия умысла ответчика представить страховой компании заведомо ложные сведения при заключении договора страхования от 23 июля 2018 г.

Приведенные истцом доводы о том, что при заключении договора ответчиком были представлены недостоверные сведения о страхователе и собственнике транспортного средства, его адресе, категории транспортного средства, что привело к уменьшению страховой премии, о недействительности договора не свидетельствуют.

Как установлено судом, в момент заключения договора страхования ответчик ФИО1 сообщил ПАО СК «Росгосстрах» сведения, необходимость предоставления которых оговорена страховщиком в его заявлении.

Доказательств того, что страховой компанией у страхователя были запрошены дополнительные документы, не представлено.

Также в ходе рассмотрения дела судом в ПАО СК «Росгосстрах» были запрошены документы, предоставленные страхователем при направлении заявления. 

Из ответа ПАО СК «Росгосстрах» на запрос суда следует об отсутствии технической возможности предоставить копии документов, которые были загружены при подаче заявления. Указано, что полную информацию о заключении договора ОСАГО с предоставлением копии документов, которые предоставил страхователь, можно получить в РСА.

Согласно ответу РСА на аналогичный запрос суда, следует, что сведения в АИС ОСАГО по договорам ОСАГО в соответствии с пунктом 7 статьи 15 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» внесены страховой компанией, заключившей договор.

Согласно пункту 2 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо вопросы страховщика, страховщик не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем.

Таким образом, в случае недостаточности сообщенных страхователем существенных обстоятельств либо сомнений в их достоверности страховщик, являясь лицом, осуществляющим профессиональную деятельность на рынке страховых услуг, не лишен был возможности при заключении договора выяснить обстоятельства, влияющие на степень риска. Бремя истребования и сбора информации о риске лежит на страховщике, который должен нести риск последствий заключения договора без соответствующей проверки сведений.

Вручение страхового полиса страховщиком, а также отсутствие претензий по существу представленных страхователем во время заключения договора сведений до наступления оговоренного по условиям договора страхового случая (дорожно-транспортных происшествий) фактически подтверждает согласие страховщика с достаточностью и достоверностью предоставленных ответчиком сведений, и достижение соглашения об отсутствии дополнительных факторов риска.

Кроме того, по смыслу положений Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" введение института обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств направлено на повышение уровня защиты права потерпевших на возмещение вреда и гарантирует, что во всех случаях, независимо от материального положения причинителя вреда, потерпевшему будет возмещен вред в пределах, установленных законом.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2).

Обращение в суд с требованием о признании сделки недействительной не только после наступления страхового случая, но уже и после окончания срока действия договора суд расценивает как злоупотребление страховщиком своим правом на защиту, влекущее причинение вреда правам и законным интересам потерпевших, которые вправе рассчитывать на получение страхового возмещения на договору, условия которого были согласованы страховщиком и до наступления страхового случая им не оспаривались.

При этом суд учитывает, что страховщик не лишен возможности защитить свои права иным образом.

Так, согласно абзацу 6 пункта 7.2 статьи 15 Закона об ОСАГО в случае, если предоставление страхователем при заключении договора обязательного страхования в виде электронного документа недостоверных сведений привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии, страховщик имеет право предъявить регрессное требование в размере произведенной страховой выплаты к страхователю, предоставившему недостоверные сведения, при наступлении страхового случая, а также взыскать с него в установленном порядке денежные средства в размере суммы, неосновательно сбереженной в результате предоставления недостоверных сведений, вне зависимости от наступления страхового случая 

Исходя из правовой позиции, содержащейся в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 декабря 2017 г. № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», сообщение страхователем при заключении договора обязательного страхования в виде электронного документа недостоверных сведений, которое привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии, не является основанием для признания такого договора незаключенным или для освобождения страховщика от страхового возмещения при наступлении страхового случая.

Из системного толкования положений абзаца шестого пункта 7.2 статьи 15 и подпункта "к" пункта 1 статьи 14 Закона об ОСАГО следует, что при наступлении страхового случая страховщик имеет право предъявить регрессное требование в размере произведенной страховой выплаты к страхователю, предоставившему недостоверные сведения, а также взыскать с него в установленном порядке денежные средства в размере суммы, неосновательно сбереженной в результате предоставления недостоверных сведений, вне зависимости от наступления страхового случая.

Принимая во внимание, что правовые последствия недействительности и незаключенности договора по своей природе близки, суд находит, что страховщик вправе защитить свои права с учетом указанной правовой позиции.

Оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд не находит достаточных оснований для признания договора обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства, заключенного 23 июля 2018 г. между ПАО СК "Росгосстрах" и ФИО1, недействительным.

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при отказе в удовлетворении исковых требований отсутствуют основания для взыскания с ответчика в пользу истца судебных расходов.

Руководствуясь статьями 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд:

р е ш и л :

в удовлетворении исковых требований ПАО СК «Росгосстрах» к ФИО1 о признании договора страхования недействительным отказать.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Шумихинский районный суд Курганской области.

Мотивированное решение изготовлено 1 июня 2020 г. 

Судья Т.Л. Амирова