Дело 10-1/2018

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

с. Целинное 09 февраля 2018 года

Целинный районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Дильмана В.В.,

с участием государственного обвинителя – и.о. прокурора Целинного района Шиханова А.С.,

осужденного ФИО1,

защитников:

адвоката адвокатской конторы № 1 г. Бийска Алтайского края, представившего удостоверение 

<

номер> и ордер 

<

номер> от 24.01.2018г. Соколенко Г.И.,; 

адвоката адвокатской конторы № 2 г. Бийска Алтайского края, представившего удостоверение 

<

номер> и ордер 

<

номер> от 24.01.2018г. ФИО2; 

адвоката адвокатского кабинета Астафьев В.В., представившего удостоверение 

<

номер> ордер 

<

номер> от 24.01.2018г. Астафьева В.В., 

при секретаре Куликовой С.А.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании, уголовное дело по апелляционным жалобам защитников Соколенко Г.И., Белькевич М.И. и Астафьева В.В. на приговор мирового судьи судебного участка Целинного Алтайского края от 13 ноября 2017 года, которым:

ФИО3, 

<

данные изъяты>, ранее не судимый,

был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3, 4, 5, ст. 33, ч. 1 ст. 160 УК РФ, назначено наказание в виде обязательных работ на срок 160 часов. На основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ освобожден от уголовной ответственности, в связи с истечением сроков давности;

ФИО4, 

<

данные изъяты>, ране не не судимый,

был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 160 УК РФ, назначено наказание в виде обязательных работ на срок 150 часов. На основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ освобожден от уголовной ответственности, в связи с истечением сроков давности;

ФИО1, 

<

данные изъяты>, ранее не судимый, 

был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 160 УК РФ, назначено наказание в виде обязательных работ на срок 160 часов. На основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ освобожден от уголовной ответственности, в связи с истечением сроков давности,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3, ФИО4 и ФИО1 приговором мирового судьи судебного участка Целинного района от 13 ноября 2017 года признаны виновными в совершении в период с 

<

дата> до 14 час. 50 мин. 

<

дата> хищения, путем растраты дизельного топлива в объеме 940 литров, которого было вверено ФИО4 в силу трудовых отношений, принадлежащего 

<

данные изъяты>. В результате чего 

<

данные изъяты> причинен материальный ущерб на общую сумму 27 260 рублей. При этом ФИО3 признан организатором, подстрекателем и пособником в совершении указанного преступления, ФИО4 исполнителем преступления, а ФИО1 пособником преступления.

На вышеуказанный приговор защитниками осужденных ФИО2, Астафьевым В.В. и Соколенко Г.И. были поданы апелляционные жалобы.

Так защитник осужденного ФИО4 – адвокат ФИО2 в апелляционной жалобе, просит приговор мирового судьи отменить, ФИО4 оправдать. В обоснование жалобы указав, что суд не дал правильной оценки фактически установленным обстоятельствам дела, односторонне оценил имеющиеся в деле доказательства, без учёта данных, опровергающих версию обвинения. В судебном заседании ФИО4 вину по предъявленному обвинению не признал, хищение дизельного топлива принадлежащего 

<

данные изъяты> не совершал. Он 

<

дата> на участке дороги у поворота на 

<

адрес> приобрел дизельное топливо у Кемеровских водителей. В дальнейшем данное дизельное топливо было передано ФИО3 Показания других обвиняемых, аналогичны показаниям ФИО4 Доказательств, достоверно подтверждающих вину ФИО4 в инкриминируемом деянии, в судебное заседание представлено не было. Факт недостачи зафиксирован не был.

Провокация преступления законодательно признана незаконным методом ведения ОРД. Следовательно, действия правоохранительных органов, проводивших доследственную проверку законными признать нельзя. Они являются недопустимыми доказательствами. А, следовательно, все последующие следственные действия нельзя признать законными. Согласно, ст. 89 УПК РФ, в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам УПК РФ. В материалах дела отсутствует разрешение, указание, постановление руководителя о проведении ОРМ. (видеосъемки, опроса, наблюдения). Следовательно, результаты оперативно-розыскных мероприятий необходимо признать незаконными. Предварительное следствие проведено с нарушение норм УПК РФ.

Защитник осужденного ФИО1 – адвокат Астафьев В.В. в апелляционной жалобе просит приговор мирового судьи отменить. В обоснование жалобы указал, что согласно формулировки использованной судом при описании квалификации действий подсудимых, суд установил, что ФИО3, ФИО4, и ФИО1 совершили хищение чужого имущества, вверенного ФИО4 путем присвоения и его растраты, одновременно в другом месте приговора, суд исключает из объема обвинения «присвоение». Использование в приговоре двух противоречащих выводов свидетельствует о наличии в приговоре существенных противоречий, что недопустимо согласно норме ч. 4 ст. 309.16 УПК РФ и влечет отмену данного судебного решения.

Кроме того судом не дано критической оценки тому обстоятельству, что, предварительное расследование проведено с нарушением территориальной подследственности и с нарушением требований ст. 152 УПК РФ. Вопреки указанным требованиям следователь, предъявив обвинение подсудимым по ч. 1 ст. 160 УК РФ, тем самым установив, что место совершения преступления является 

<

адрес> не направил его для производства дальнейшего расследования по территориальности в Троицкое МСО СУ СК по Алтайскому краю, в свою очередь это повлекло то, что обвинительное заключение было утверждено не тем прокурором, тем самым следует, что обвинительное заключение должным образом не утверждено, а предварительное расследование проведено с нарушением правил территориальной подследственности. Тем самым, обвинительное заключение не соответствует требованиям УПК РФ, что препятствует вынесению приговора. 

Кроме того, необходимой совокупности доказательств виновности ФИО1, как и других подсудимых, в судебном заседании не добыто. Размер ущерба бесспорно не установлен. Экспертным путем размер ущерба не устанавливался. ОРМ в том числе и ПАТП проведены с нарушением закона, поскольку соответствующих разрешительных документов не имеется. Не учтена в должной мере позиция подсудимых, которые усомнились в том, что голоса на фонограммах принадлежат им. При таких обстоятельствах когда фоноскопическая экспертиза по данным объектам не проводилась, вывод суда о достоверности и доброкачественности, отсутствии монтажа и фальсификации является предположением. 

Защитник осужденного ФИО3 – адвокат Соколенко Г.И. в апелляционной жалобе просит приговор мирового судьи отменить. Уголовное дело в отношении ФИО3 прекратить ввиду недоказанности его вины. В обоснование жалобы указав, на нарушение при расследовании уголовного дела правил подследственности, а также на нарушением требований законодательства при проведении оперативно-розыскных мероприятий, в связи с чем, результаты ОРМ не могут быть признаны доказательствами по настоящему уголовному делу.

Кроме того, в основу приговора положены результаты ОРМ «прослушивание телефонных переговоров» в отношении ФИО3 и других подсудимых. В ходе судебного заседания защитой ставился вопрос о необходимости проведения по делу фоноскопической экспертизы, т.к. подсудимый ФИО3 отрицал, что записанный на представленных фонограммах голос принадлежит ему, кроме того, отрицал тот факт, что вел по телефону разговоры, соответствующие по содержанию записям на представленных фонограммах. При таких обстоятельствах единственной возможностью установить принадлежность голоса на фонограммах ФИО3, а также отсутствие монтажа и фальсификации записей является использование специальной техники и познаний в области фоноскопии, только в условиях проведения фоноскопической экспертизы.

Таким образом, фактически вина ФИО3 основана на предположениях судьи о достоверности записей, основанных на его личном восприятии данных фоноскопических записей, не подтвержденных наличием специальных познаний в данной области и без экспериментального исследования данных записей при помощи специальных технических средств. При таких обстоятельствах, считать вывод мирового судьи изложенный в приговоре относительно указанных доказательств нельзя признать объективным и свидетельствует о наличии обвинительного уклона в приведении доказательств в приговоре.

В материалах дела отсутствуют и суду потерпевшим не представлены доказательства наличия недостачи горюче смазочных материалов вверенных материально ответственному лицу Папст. Кроме того, отсутствуют сведения о том, что изъятое по делу топливо по своему химическому составу соответствует топливу, переданному в подотчет ФИО4

Кроме того, неверно дана квалификация действиям ФИО3, т.к. действия организатора, который наравне с другими соучастниками непосредственно исполняет преступление, подлежат квалификации как соисполнительство, а его организаторская роль может учитываться только при назначении наказания, действие же лица, которое наряду с ролью организатора выполняло функции подстрекателя и пособника, следует квалифицировать по ч. 3 ст. 33 УК РФ и соответствующей статье УК РФ (без ссылки на ч.4 и 5 ст. 33 УК РФ).

Защитники ФИО2, Астафьев В.В. и Соколенко Г.И. свои апелляционные жалобы поддержали, по изложенным в них доводам.

Осужденный ФИО1 жалобу защитника Астафьева В.В. поддержал, не возражал против удовлетворения остальных апелляционных жалоб.

Осужденный ФИО3 и ФИО4 в заседание суда апелляционной инстанции не явились, 24.01.2018г. направили в суд заявления с просьбой о рассмотрении апелляционных жалоб без их участия. 

Представитель потерпевшего 

<

данные изъяты> в судебное заседание не явился по неизвестной причине. О времени месте рассмотрения апелляционных жалоб был уведомлен своевременно и надлежащим образом. В связи с чем, суд апелляционной инстанции считает возможным рассмотрение дела без участия осужденных ФИО3 и ФИО4, а также представителя потерпевшего в соответствии с ч. 3 ст. 389.12 УПК РФ.

Государственный обвинитель Шиханов А.С. возражал против удовлетворения апелляционных жалоб, считает приговор мирового судьи законным и обоснованным. Доводы, указанные в апелляционных жалобах были предметом проверки при рассмотрении дела мировым судьей, и являются несостоятельными.

Проверив материалы дела, выслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Выводы мирового судьи о виновности осужденных ФИО3, ФИО4 и ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, содержание которых полностью раскрыто в приговоре суда и которые были надлежаще оценены мировым судьей с точки зрения относимости и достоверности, а все в совокупности – достаточными для разрешения уголовного дела. 

Доказанность вины осужденных в совершенном преступлении подтверждается следующими доказательствами.

Показаниями представителя потерпевшей Г., которая показала, что в связи с большим расходом ГСМ на предприятии, руководством было принято решение об обращении в органы внутренних дел, чтобы установить способ хищения топлива. В связи с этим было организовано наблюдение за ФИО4, которым установлено, что 

<

дата> происходит несанкционированный слив топлива. При помощи системы ГЛОНАСС было определено место слива, время и количество топлива. 

<

дата> был установлен несанкционированный слив в размере 940 литров, в связи с чем, предприятию был причинен ущерб на сумму 27 260 рублей. 

Показаниями свидетеля Н., который показал, что в 

<

дата> году он осуществлял мониторинг навигационной системы в 

<

данные изъяты> 

<

дата> или 

<

дата> был зафиксирован слив топлива в районе 

<

адрес>. В эти дни автомобилем КАМАЗ гос. номер 

<

номер> управлял Папст. Если бы осуществлялась заправка топлива на указанном автомобиле, то датчики это бы зафиксировали. При мониторинге указанного автомобиля фактов несанкционированного залива топлива, помимо автозаправочных станций, не было. Заправка указанного автомобиля осуществлялась только на АЗС «

<

данные изъяты>». Отчеты все предоставлялись, никаких дозаправок топлива у ФИО4 не было. 

Показаниями свидетеля К., который показал, что с 

<

дата> года он работал заместителем генерального директора по безопасности 

<

данные изъяты> Папст и ФИО3 перевозили топливо на автомобилях для «ДСУ-1». На указанных автомобилях была установлена система ГЛОНАСС для отслеживания порядка заправки топлива. На предприятии стали происходить случаи хищения топлива, своими силами установить виновных лиц, они не могли, тогда обратились в органы внутренних дел. После того, как группу взяли с поличным в летнее время 

<

дата> года, он написал заявление в полицию о привлечении их к ответственности. Недостача была выявлена сотрудниками полиции.

Показаниями свидетеля М., которая показала, что она в 

<

дата> году работала заправщиком, а с 

<

дата> в должности начальника склада ГСМ. В то время заправка техники на участках осуществлялась бензовозами. Водители заправляли технику, а ей или З. сдавали ведомости. Все переливы из бензовоза в бензовоз вне территории 

<

данные изъяты>, осуществлялись с её разрешения либо разрешения З.. Все водители бензовозов являлись материально ответственными лицами. ФИО3 не являлся работником 

<

данные изъяты>, он был сотрудником компании 

<

данные изъяты>.

Показаниями свидетеля З., который показал, что в 

<

дата> году он работал начальником склада ГСМ в 

<

данные изъяты> Папст и ФИО3 работали на бензовозах и заправляли технику на участках 

<

данные изъяты>. ФИО3 работал в компании 

<

данные изъяты>, а Папст в 

<

данные изъяты> Когда оставались остатки топлива, бензовозы приходили на базу, остатки приходовались, снимались через счетчик и бензовозы пустые уходил на заправку, на нефтебазу. В период его работы, случаев перелива топлива между бензовозами на участках, не было. Покупать топливо помимо АЗС «

<

данные изъяты>» водители бензовозов не имели права. Водители также не имею права хранить лишнее топливо в бензовозе.

Показаниями свидетеля Ф. о том, что с 

<

данные изъяты> на нефтебазу «

<

данные изъяты>» поступила заявка на получение дизельного топлива. На основании этой заявки он давал распоряжение на нефтебазу «

<

данные изъяты>» какой вид топлива, в каком количестве и какому водителю выдать.

Показаниями свидетеля С., который показал, что в 

<

данные изъяты> году он и ФИО1 организовали ООО «

<

данные изъяты>». Топливо для автомобилей они приобретают у частных лиц, так как это дешевле. Одним из таких лиц является ФИО3. 

<

дата> ФИО1 спросил у него, дадут ли они канистры ФИО3. Он согласился. Затем водитель Е. на автомобиле отвез 14 канистр емкостью 50 литров каждая ФИО3 за 

<

адрес>. В этот же день, около 14 часов ФИО3 приехал вместе с незнакомым мужчиной на белом грузовике иностранного производства, в котором находились канистры, наполненные дизельным топливом (л.д. 243-247 том 1).

Показаниями свидетеля Л., согласно которым 

<

дата> ФИО3 попросил привезти, на принадлежащем ему грузовике солярку. В 

<

адрес> к ним подъехал автомобиль и передал с канистрами, которые они погрузили в кузов. Затем они поехали в сторону 

<

адрес>, где на обочине к ним подъехал топливозаправщик, и они перелили из него солярку в канистры и бочку, имевшуюся в кузове грузовика. Затем они поехали в 

<

адрес>, где подъехав к гаражу, подошли люди и стали выгружать канистры.

Показаниями свидетеля Е., согласно которым в июле 

<

дата> года он по просьбе ФИО1 отвозил пустые канистры не менее 10 штук объемом 50 литров каждая на трассу, расположенную рядом с 

<

адрес>, где в небольшом грузовичке его ждал ФИО3 и незнакомый мужчина. Он перегрузил данные канистры в указанный грузовик (л.д. 235-238 том 1).

Показаниями свидетеля О., который показал, что в 

<

дата> году им осуществлялись оперативно-розыскные мероприятия по факту хищения дизельного топлива, принадлежащего 

<

данные изъяты> Хищение осуществлялось сэкономленного топлива, которое затем реализовывалось. В частности при проведении оперативной видеосъемки был зафиксирован факт слива топлива из цистерны топливовоза на трассе 

<

адрес>.

Показаниями ФИО4, данными им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого, который показал, что он работал 

<

данные изъяты>» водителем топливовоза КАМАЗ гос. номер 

<

номер>. ранее ему знакомый ФИО3, по телефону предложил ему слить остатки топлива и продать. Они договорились встретиться 

<

дата> на автодороге в районе 

<

адрес>. Подъехав туда на топливовозе, где его ждал ФИО3 и неизвестный мужчина, он слил из закрепленного за ним автомобиля около 800 литров солярки. После чего ФИО3 и незнакомый мужчина уехали в сторону 

<

адрес>. Он понимал, что совершает хищение топлива, принадлежащее 

<

данные изъяты>, и совершил это по предложению ФИО3 (л.д. 173-179, 201-204, 217-220 том 2).

Данные показания были подтверждены ФИО4 при проведении следственного действия – проверки показаний на месте, что подтверждается протоколом названного следственного действия и фототаблицей к нему от 18.10.2014г. (л.д. 188-200 том 2).

Показаниями подозреваемого ФИО1 о том, что он знаком с ФИО3, который занимается продажей солярки, сэкономленной на его служебном автомобиле, а также приобретенную у трактористов, работавших на технике 

<

данные изъяты>». 

<

дата>. ФИО3 по телефону предложил ему купить тонну дизельного топлива, он согласился и сказал, что передаст ему канистры. ФИО3 также сообщил, что топливо он получит у ФИО4. Он передал ФИО3 14 канистр. Примерно через 3 часа ФИО3 приехал на белом грузовике, и они стали выгружать канистры с топливом. Затем их задержали сотрудники полиции (л.д. 54-59, 76-80 том 3).

Таким образом, вопреки доводам апелляционных жалоб, а также показаниям осужденных, данных ими в суде первой инстанции, показания ФИО3 и ФИО4 в части того, что дизельное топливо приобреталось ими у неизвестных лиц, а заем заливалось в служебные топливовозы, опровергаются показаниями свидетелей Н., М. и З. в части того, что несанкционированных заливов топлива в топливовозы, помимо АЗС «

<

данные изъяты>», в указанный период времени не было. Вышеуказанное обстоятельство подтверждает показания ФИО4, данные им в качестве подозреваемого о том, что похищено было именно вверенное ему дизельное топливо, имевшееся в служебном автомобиле, а не приобретенное им у неизвестных лиц. 

Мировым судьей обоснованно показания ФИО3, ФИО4 и ФИО1, данные ими в судебном заседании не приняты во внимание и расценены, как способ защиты, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции. 

В то же время показания Паста и ФИО1, данные ими в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемых, которые приведены выше, согласуются друг с другом и показаниями вышеуказанных свидетелей.

Вина ФИО3, ФИО4 и ФИО1 также подтверждается письменными доказательствами по делу, подробно перечисленными в приговоре.

Вместе с тем, суд считает, обоснованными доводы апелляционных жалоб об исключении из числа доказательств по делу протоколов осмотра дисков и прослушивания, находящихся на них фонограмм от 

<

дата>. на (л.д. 1-225 то 6, л.д. 1-225 том 7), поскольку ни в ходе предварительного следствия, ни в суде первой инстанции судебных фоноскопических экспертиз на предмет кому принадлежат голоса, имеющиеся на представленных фонограммах, а также на предмет наличия или отсутствия признаков монтажа при осуществлении записи, не проводилось. Осужденные в судебном заседании отрицали принадлежность своих голосов, на представленных фонограммах. В связи с чем, данные доказательства не могут быть признаны доказательствами вины осужденных. 

Несмотря на исключение из числа доказательств, протоколов осмотра дисков и прослушивания, находящихся на них фонограмм от 

<

дата>. на (л.д. 1-225 то 6, л.д. 1-225 том 7), вина ФИО3, ФИО4 и ФИО1 в совершенном преступлении в достаточной степени подтверждается вышеперечисленными доказательствами.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, мировым судьей были проверены на предмет допустимости в качестве доказательств результаты оперативно-розыскной деятельности по делу. Порядок предоставления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд регламентированы Инструкцией, утвержденной 27.09.2013г. приказом МВД РФ № 776, МО РФ № 703, ФСБ РФ № 509, ФСО РФ № 507, Федеральной таможенной службой № 1820, СВР РФ № 42, ФСИН № 535, ФСКН РФ № 398, СК РФ № 68. Имеющиеся в материалах уголовного дела результаты оперативно-розыскной деятельности, предоставлены в соответствии с вышеуказанным нормативно-правовым актом. 

Доводы апелляционных жалоб о проведении предварительного расследования в нарушение правил подследственности, установленных положениями ст. 152 УПК РФ, были изучены мировым судьей и им дана оценка в приговоре. Как правильно указано мировым судьей, данный вопрос уже был предметом рассмотрения Целинного районного суда, в качестве суда апелляционной инстанции. По результатам рассмотрения апелляционного представления на постановление мирового судьи от 18.01.2016г. о возвращении уголовного дела прокурору Бийского района, апелляционным постановлением Целинного районного суда от 25.03.2016г. постановлением мирового судьи от 18.01.2016г. было отменено, а дело направлено для рассмотрения мировому судьей судебного участка Целинного района Алтайского края. 

Доводы жалобы защитника Астафьева В.В. в части противоречий в приговоре, а именно указания в приговоре о совершении хищения имущества ФИО3, ФИО4 и ФИО1 путем присвоения и растраты, при этом мировым судьей исключен из объема обвинения квалифицирующий признак –присвоение, являются обоснованными. Так мировым судьей при квалификации действий подсудимых исключено из объёма обвинения указание на присвоение имущества, как необоснованно вмененный. Вместе с тем, при описании преступного деяния, признанного мировым судьей доказанным, имеется указание в описательной части приговора на умысел подсудимых на хищение чужого имущества, путем присвоения. В связи с чем, из описательной части приговора указание на умысел ФИО3, ФИО4 на хищение чужого имущества путем присвоения, подлежит исключению.

Действия ФИО4 мировым судьей правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 160 УК РФ, как растрата, т.е. хищение чужого имущества, вверенного виновному.

Действия ФИО1 мировым судьей квалифицированы правильно по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 160 УК РФ, как пособничество в растрате, то есть хищении чужого имущества, вверенному виновного, лицом заранее обещавшим приобрести предметы, добытые преступным путем.

Вместе с тем, доводы защитника Соколенко Г.И. о неверной квалификации действий ФИО3, а именно по ч. 3, 4 и 5 ст. 33, ч. 1 ст. 160 УК РФ, заслуживают внимания. 

В соответствии с ч. 3 ст. 34 УК РФ уголовная ответственность организатора, подстрекателя и пособника наступает по статье, предусматривающей наказание за совершенное преступление, со сслыкой на статью 33 настоящего Кодекса, за исключением случаев, когда оно одновременно являлось соисполнителем преступления.

ФИО3 помимо организации преступления, по хищению дизельного топлива, принадлежащего 

<

данные изъяты>», признан также подстрекателем и пособником в совершении указанного преступления. При этом он принимал непосредственное участие в хищении имущества. Таким образом, действия лица, которое наряду с ролью организатора, выполняло функции подстрекателя и пособника, следует квалифицировать по ч. 3 ст. 33 УК и соответствующей статьей УК РФ (без ссылки на ч. 4 и 5 ст. 33 УК РФ).

В связи с чем, действия ФИО3 следует квалифицировать по ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 160 УК РФ, как лицо, организовавшее совершение преступления, склонившее других лиц к его совершению путем уговоров и обещания получениям материальной выгоды, пособничество в растрате, путем предоставления средств для его совершения, т.е. в хищении чужого имущества, вверенного виновному. 

Что касается назначенного осужденным наказания по названному составу, то оно назначено в строгом соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности, в том числе характеризующего материала, влияния назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей. 

Выводы мирового судьи о необходимости освобождения ФИО3, ФИО4 и ФИО1 от уголовной ответственности в соответствии с ч. 1 ст. 78 УК РФ, а также от наказания являются законными и обоснованными

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не усматривается. 

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, 

П О С Т А Н О В И Л:

Апелляционные жалобы защитников ФИО2, Астафьева В.В. и Соколенко Г.И. удовлетворить частично.

Приговор мирового судьи судебного участка Целинного района Алтайского края от 13 ноября 2017 года изменить:

- исключить из описательной части приговора указание на умысел ФИО3, ФИО4 на хищение чужого имущества путем присвоения;

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание, как на доказательство вины ФИО3, ФИО4 и ФИО1 протоколов осмотра дисков и прослушивания, находящихся на них фонограмм от 02.03.2015г. на л.д. 1-225 том 6, л.д. 1-225 том 7;

- переквалифицировать действия ФИО3 с ч. 3, 4, 5 ст. 33, ч. 1 ст. 160 УК РФ на ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 160 УК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения.

Постановление суда апелляционной инстанции вступает в законную силу с момента его вынесения.

Судья