Судья К.И.В. Дело № 22-403/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<

адрес> 14 мая 2025 года

Курский областной суд в составе:

председательствующего судьи К.Е.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем 

К.В.А., 

с участием:

прокурора С.А.Ю.,

защитника – адвоката Ч.Н.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора 

<

адрес> ФИО6, апелляционной жалобе подсудимого Б.Д.В. на постановление Суджанского районного суда 

<

адрес> от 3 марта 2025 года, которым уголовное дело 

в отношении Б.Д.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина РФ, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>, женатого, имеющего малолетнего ребенка ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работающего 

<

данные изъяты>, военнообязанного, с высшим образованием, несудимого, обвиняемого по ч.1 ст.285 УК РФ, 

возвращено прокурору 

<

адрес> на основании п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом,

у с т а н о в и л:

В Суджанский районный суд 

<

адрес> поступило уголовное дело в отношении Б.Д.В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.285 УК РФ, злоупотреблении должностными полномочиями, то есть использовании должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, совершенное из иной личной заинтересованности, повлекшее существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

Постановлением Суджанского районного суда 

<

адрес> от 3 марта 2025 года уголовное дело в отношении Б.Д.В. возвращено прокурору 

<

адрес> для устранения препятствий рассмотрения его судом. Указанное решение суд мотивировал тем, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, указывают на наличие оснований для квалификации действий Б.Д.В. как более тяжкого преступления, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе имеющегося по делу обвинительного заключения.

В апелляционном представлении государственный обвинитель –прокурор 

<

адрес> ФИО6 полагает постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору необоснованным, вынесенным с нарушением норм уголовно-процессуального законодательства, просит его отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение.

В обоснование доводов ссылается на то, что суд не установил и не привел в своем постановлении обстоятельств, указывающих на наличие оснований для квалификации действий Б.Д.В. как более тяжкого преступления, фактически дал оценку доказательствам, изложенным в обвинительном заключении, и на основании полученных выводов указал на необходимость предъявления обвинения Б.Д.В. по ч. 1 ст. 285 УК РФ, возвратив уголовное дело прокурору для восполнения неполноты произведенного предварительного следствия. 

Автор представления обращает внимание, что следственным органом выполнены исчерпывающие следственные действия, направленные на установление всех обстоятельств преступления и в качестве признака субъективной стороны данного преступления в действиях Б.Д.В. установлена именно иная личная заинтересованность при совершении преступления; вывод суда об отсутствии процессуального решения в части возможного изъятия денежных средств ОМВД России по 

<

адрес> иными лицами не соответствует действительности, так как Суджанским МСО СУ СК России по 

<

адрес> 26 июля 2024 года вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст.285, ч.2 ст.292 УК РФ на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ (т.6 л.д 44-62), а оснований для принятия процессуального решения по ст.159 УК РФ у органа предварительного расследования не имелось.

Полагает, что суд принял на себя роль органа предварительного расследования, при этом доказательств, свидетельствующих о совершении преступлений группой лиц или группой лиц по предварительному сговору, соучастии во вменяемых Б.Д.В. и (или) ФИО18 преступлениях иных лиц, не имеется. 

Считает, что вывод суда о невозможности рассмотрения уголовных дел в отношении Б.Д.В. и ФИО18 раздельно, нельзя признать обоснованным, обвинение последним в совершении преступлений в соучастии друг с другом и (или) иными лицами, либо укрывательстве преступлений не предъявлялось, а показания ФИО18 и Б.Д.В. по двум делам при разных процессуальных статусах согласуются между собой и не противоречат друг другу.

Полагает, что препятствий для рассмотрения судом уголовного дела в отношении Б.Д.В., которые исключали бы возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения по делу, и невозможности их устранения в судебном разбирательстве, не имеется.

В апелляционной жалобе подсудимый Б.Д.В. оспаривая свою виновность в совершении инкриминируемого ему деяния, полагает, что в процессе рассмотрения дела суд первой инстанции выражал предвзятость по отношению к нему, в материалах дела отсутствуют доказательства, являющиеся основанием для квалификации его действий как более тяжкого преступления, судом в основу обжалуемого решения положены противоречивые показания свидетелей, его ходатайства о назначении по делу экспертиз, выводы которых подтвердили бы его невиновность, без законных на то оснований отклонены, в связи с чем, просил обжалуемое постановление от 3 марта 2025 года в части возвращения дела прокурору по п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ отменить, изменив основания для возвращения уголовного дела, а именно, возвратив его прокурору по п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Кроме того, указал на ряд грубых нарушений его процессуальных прав, несвоевременное вручение ему копии протокола и аудиозаписи судебного заседания, несоответствие фактическим данным отражение в протоколе судебного заседания показаний, включая вопросы и ответы, как подсудимого, так и свидетелей ФИО7, ФИО14, ФИО8, ФИО9, ФИО10

Просил отменить постановление суда от 03 марта 2025 года о возвращении уголовного дела прокурору и постановление от 23 марта 2025 года в части отказа в удостоверении правильности отражения хода судебного заседания и внесении замечаний на протокол судебного заседания 

В заседании суда апелляционной инстанции прокурор С.А.Ю. поддержала апелляционное представление по изложенным в нем доводам, просила отменить постановление Суджанского районного суда 

<

адрес> от 3 марта 2025 года о возвращении уголовного дела в отношении Б.Д.В. прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, и передать уголовное дело на новое судебное рассмотрение, 

защитник – адвокат Ч.Н.И., в интересах подсудимого ФИО12, с доводами представления не согласилась, сославшись на отсутствие доказательств виновности ее подзащитного и на предвзятое отношение суда первой инстанции к Б.Д.В., поддержала доводы апелляционной жалобы последнего, считая, что имеются основания для возвращения дела прокурору, но по иным основаниям, а именно по п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи К.Е.С., выступление прокурора С.А.Ю., защитника - адвоката Ч.Н.И. в интересах Б.Д.В., проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных представления и апелляционной жалобы (основной и дополнительной), суд находит постановление суда подлежащим оставлению без изменения по следующим основаниям.

В силу ст.7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и справедливым. Таким признается судебный акт, который соответствует требованиям уголовно-процессуального закона РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Обжалуемое постановление данным требованиям соответствует. 

В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья возвращает уголовное дело прокурору, если фактические обстоятельства дела, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

Исходя из положений ст.237 УПК РФ, решение о возвращении уголовного дела прокурору по основанию, ухудшающему положение подсудимого, возможно лишь в случае, если из содержания обвинительного заключения с очевидностью следуют неверная квалификация описанного в нем деяния и необходимость предъявления более тяжкого обвинения, при этом, непринятие мер по устранению таких нарушений в дальнейшем вынуждает суд принять решение, заведомо противоречащее закону.

Согласно предъявленному обвинению и обвинительному заключению, Б.Д.В. органами предварительного следствия обвиняется в злоупотреблении должностными полномочиями, то есть использовании должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, совершенное из иной личной заинтересованности, повлекшее существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

Суд первой инстанции, исходя из содержания обвинительного заключения и исследованных доказательств, в том числе показания свидетелей ФИО13, ФИО14, ФИО7, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО8, пришел к выводу о необходимости возвращения дела прокурору. 

Так, возвращая дело прокурору, суд первой инстанции, ссылаясь на фабулу предъявленного обвинения, согласно которому Б.Д.В. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, действуя из иной личной заинтересованности, из побуждений карьеризма, желая зарекомендовать себя как эффективный руководитель, сохраняющий стабильный трудовой коллектив, будучи достоверно осведомленным о том, что ФИО18 на рабочем месте в должности 

<

данные изъяты> по 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес>, не присутствует и не исполняет возложенные на нее обязанности, предвидя наступление общественно опасных последствий в виде причинения материального ущерба ОМВД России по 

<

адрес> и относясь к их наступлению безразлично, мер, направленных на привлечение ФИО18 к дисциплинарной ответственности и на расторжение с ней трудового договора не предпринимал, контролировал обязательное внесение в табели учета рабочего времени сведений, содержащих заведомо ложную информацию о количестве отработанных ФИО18 часов, когда работу она фактически не выполняла, их передачу в бухгалтерию ОМВД России по 

<

адрес>, чем создавал условия для необоснованного начисления ФИО18 заработной платы и иных выплат за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 820 020 руб. 14 коп. без фактического выполнения ФИО18 возложенных на нее трудовым договором и должностной инструкцией обязанностей по должности, верно указал в постановлении, что объективная сторона преступления, совершение которой вменяется Б.Д.В., связана со злоупотреблением им служебными полномочиями, а также удостоверением и подписанием организационно-распорядительных документов, содержащих несоответствующие действительности сведения, и обладающих статусом официального документа, являющихся основанием для изъятия денежных средств, принадлежащих ОМВД России по 

<

адрес>. 

Как следует из приобщенных в суде апелляционной инстанции материалов уголовного дела № по обвинению ФИО18 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ (уголовное дело возбуждено ДД.ММ.ГГГГ Суджанским межрайонным следственным отделом СУ СК России по 

<

адрес> по факту совершения мошенничества), последняя обвиняется в том, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, действуя из корыстных побуждений, путем введения в заблуждение работников отдела кадров и работников бухгалтерии ОМВД России по 

<

адрес> относительно своих истинных преступных намерений, похитила денежные средства, принадлежащие ОМВД России по 

<

адрес> в общей сумме 707 296 руб. 95 коп., необоснованно перечисленные ОМВД России по 

<

адрес> на расчетный счет ФИО18, чем причинила ОМВД России по 

<

адрес> ущерб в крупном размере. Постановлением Суджанского районного суда 

<

адрес> от 19 февраля 2025 года, оставленным без изменения апелляционный постановлением Курского областного суда от 16 апреля 2025 года, уголовное дело в отношении ФИО18 возвращено прокурору района на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

При таком положении, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что принимая во внимание изложенные в обвинительном заключении фактические обстоятельства изъятия принадлежащих ОМВД России по 

<

адрес> денежных средств не только в результате действий Б.Д.В. и ФИО19, но и в результате действий (бездействия) иных лиц, обладающих организационно-распорядительными полномочиями, органами предварительного расследования не принято решение относительно действий Б.Д.В. и иных лиц, обладающих организационно-распорядительными полномочиями, чьи действия связаны с изъятием денежных средств, учитывая, что ФИО18 такими организационно-распорядительных полномочиями наделена не была.

При таком положении обвинение, предъявленное Б.Д.В., изложенное в обвинительном заключении, не соответствует в полном объеме установленным в ходе предварительного следствия фактическим обстоятельствам, что исключало возможность вынесения судом решения на основе данного обвинительного заключения, поскольку фактические обстоятельства свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий Б.Д.В. как более тяжкого преступления, совершенного в соучастии с иными лицами.

Установление обстоятельств совершения преступления относится к исключительной компетенции органов предварительного следствия. Выявленные судом первой инстанции недостатки создали неопределенность в обвинении, что нарушило гарантированное Конституцией РФ и положениями уголовно-процессуального законодательства право Б.Д.В. на защиту, поскольку неконкретизированность предъявленного обвинения препятствует определению пределов судебного разбирательства применительно к требованиям ст.252 УПК РФ, ущемляет гарантированное обвиняемому право знать, в чем он конкретно обвиняется (ст.47 УПК РФ).

Вопреки доводам апелляционного представления и апелляционной жалобы, возвращая уголовное дело прокурору, суд обоснованно указал на допущенные органами следствия нарушения норм уголовно-процессуального закона, являющиеся существенными и не устранимыми в ходе судебного разбирательства, препятствующими рассмотрению дела судом по существу. 

Суд не вправе самостоятельно изменить существо предъявленного обвинения и дополнить его в части указания обстоятельства совершения деяния, его способов, мотивов, целей и последствий. При этом от существа обстоятельств предъявленного обвинения зависит определение пределов судебного разбирательства и порядок реализации прав всех участников уголовного судопроизводства.

В обсуждение доводов апелляционной жалобы о фактических обстоятельствах дела, виновности или невиновности Б.Д.В., квалификации его действий, суд апелляционной инстанции не входит, поскольку они не подлежат обсуждению при проверке в апелляционном порядке промежуточных судебных решений, которыми уголовное дело не разрешается по существу.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о наличии препятствий для рассмотрения дела судом первой инстанции на основании имеющегося обвинительного заключения и необходимости возвращения уголовного дела прокурору на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Несмотря на утверждения, содержащиеся в апелляционных представлении и жалобе, существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона при вынесении судом первой инстанции постановления, которое соответствует требованиям ст.7 УПК РФ, и является мотивированным, допущено не было.

При принятии постановления суд первой инстанции в соответствии с требованиями ч.3 ст.237 УПК РФ разрешил вопрос о сохранении меры пресечения Б.Д.В. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, с приведением мотивов принятого решения соглашается суд апелляционной инстанции.

Что касается доводов апелляционной жалобы относительно несогласия подсудимого Б.Д.В. с постановлением Суджанского районного суда 

<

адрес> от 23 марта 2025 года о рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания в части отказа в удостоверении ряда замечаний, суд апелляционной инстанции находит их необоснованными и неподлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 260 УПК РФ в течение трех суток со дня ознакомления с протоколом судебного заседания стороны могут подать на него замечания, подлежащие незамедлительному рассмотрению председательствующим, наделенным правом в необходимых случаях вызывать лиц, подавших замечания, для уточнения их содержания. По результатам рассмотрения замечаний председательствующий выносит постановление об удостоверении их правильности либо об их отклонении, которое вместе с замечаниями приобщает к протоколу судебного заседания.

Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно высказывался в пользу того, что действующее законодательство не содержит каких-либо предписаний, лишающих участников процесса возможности обжаловать постановление судьи об отклонении замечаний на протокол судебного заседания, а суд вышестоящей инстанции - права проверить обоснованность отклонения замечаний. 

Изучив замечания подсудимого Б.Д.В. и прокурора ФИО6 на протокол судебного заседания, сопоставив их с протоколом судебного заседания и аудиозаписью судебного заседания, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости удостоверения правильности замечаний, касающихся допроса свидетеля ФИО14, разъяснения прав представителю потерпевшего (гражданского истца) ФИО20 и ее отказа от гражданского иска, ответов и вопросов представителя потерпевшего и подсудимого в связи с отказом от иска, исследования данных, характеризующих личность подсудимого Б.Д.В. и разрешения ходатайства защитника – адвоката Ч.Н.И. об отмене обеспечительной меры. В остальной части замечания на протокол судебного заседания отклонил.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ. Поданные замечания на протокол судебного заседания рассмотрены в установленном законом порядке, по результатам их рассмотрения судом принято мотивированное решение в порядке, установленном ст. 260 УПК РФ, обоснованность которого не вызывает сомнений. 

Ставить под сомнение достоверность изложенных в протоколе судебного заседания, удостоверенного подписью судьи и секретаря судебного заседания, данных, оснований не имеется. То обстоятельство, что письменный протокол не передает дословно показания допрошенных лиц, высказывания сторон относительно оценки доказательств, не является основанием для признания его недостоверным, поскольку закон не требует стенографической точности письменных протоколов.

Исходя из изложенного, оснований для отмены постановления суда о возвращении уголовного дела прокурору по основанию п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ, и постановления о рассмотрении замечаний подсудимого Б.Д.В. на протокол судебного заседания, не имеется, и апелляционное представление прокурора ФИО6 и апелляционная жалоба подсудимого Б.Д.В., по изложенным в них и в суде апелляционной инстанции доводам прокурора и защитника удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.13, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, 

п о с т а н о в и л:

постановление Суджанского районного суда 

<

адрес> от 3 марта 2025 года о возвращении уголовного дела в отношении Б.Д.В. прокурору 

<

адрес> на основании п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом; постановление Суджанского районного суда 

<

адрес> от 23 марта 2025 года о рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания в части отказа в удостоверении правильности отражения хода судебного заседания и внесения показаний свидетелей и подсудимого, оставить без изменения, а апелляционное представление прокурора 

<

адрес> ФИО6 и апелляционную жалобу подсудимого Б.Д.В., – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения.

Б.Д.В. вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: (подпись)

Копия верна:

Судья: К.Е.С.