Дело № 2- 17/19 15 февраля 2019 года 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Фрунзенский районный суд гор. Иваново 

В составе председательствующего судьи Сараевой Т.В.

При секретаре Бровкиной Ю.Л.

С участием истца ФИО1, его представителей ФИО2, ФИО3, представителя ответчика СПАО «Ресо-Гарантия» по доверенности ФИО4, третьего лица ФИО5,

Рассмотрев в открытом судебном заседании в гор. Иваново 15 февраля 2019 года дело по иску ФИО1 к СПАО «Ресо-Гарантия» о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда и судебных расходов,

установил:

Истец обратился в суд с иском к ответчику о взыскании страхового возмещения 400 000 руб.00 коп, компенсации морального вреда 8000 руб., расходов по плате услуг представителя 20000 руб., расходов по составлению заключения эксперта №37/2018 и его копии 10500 руб., неустойки 120000 руб., суммы финансовой санкции 6000 руб., штрафа в размере 50% от суммы удовлетворённых требований.

В обоснование заявленных требований указано, что 29.03.2018 года в результате дорожно-транспортного происшествия с участием двух автомобилей, транспортному средству истца Мерседес Бенц Е250 рег.знак № были причинены механические повреждения. В порядке прямого возмещения ущерба истец обратился к ответчику с заявлением о наступлении страхового события и выплате страхового возмещения.Однако в установленные сроки выплата произведена не была. Истец обратился к независимому эксперту, по заключению которого восстановительного ремонта с учётом износа составила сумму в размере 426183 руб. 10 коп.. 26.04.2018 года истец направил в адрес ответчика досудебную претензию, в которой просил произвести выплату страхового возмещения в размере 400000 рублей. Поскольку требования истца оставлены Страховой компанией без удовлетворения, истец обратился в суд.

В судебном заседании истец и его представитель требования иска поддержали, выразили свое несогласие с результатами судебной экспертизы. Указали, что страховой случай имел место, в связи с чем просили требования иска удовлетворить.

Представитель ответчика СПАО «Ресо-Гарантия» на требования возражала, пояснив что истец не представил суду относимых и достоверных доказательств, подтверждающих факт повреждения транспортного средства в результате заявленного события. Судебная экспертиза не подтвердила заявленный объем повреждений и объем ремонтных работ относящихся к заявленным обстоятельствам ДТП, в связи с чем представитель ответчика просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объёме.

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании подтвердил факт ДТП, свою вину в ДТП от 29.03.2018 года не оспаривал. 

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, приходит к следующему. 

Согласно положениям Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" и Правилам обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 07 мая 2003 года № 263, под договором обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств понимается договор, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховую выплату) в пределах определенной договором суммы.

В силу статьи 1 указанного Федерального закона страховым случаем признается наступление гражданской ответственности страхователя за причинение вреда имуществу потерпевшего при использовании транспортного средства, которое влечет за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату.

В соответствии с пунктом 1 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.

Обязанность страховщика возместить потерпевшему причиненный вред возникает только при наступлении страхового случая, то есть при наступлении в период действия договора страхования события, предусмотренного договором страхования.

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Исходя из изложенного, ответственность страховой компании по страхованию гражданской ответственности владельца транспортного средства наступает при наличии вины в совершении ДТП лиц, допущенных к управлению этим транспортным средством, в пределах предусмотренной договором страховой суммы.

Из материала проверки ГИБДД ЖУИ 2462/18 от 29.03.2018 года следует, что 29.03.2018 года произошло дорожно - транспортное происшествие с участием 2-х транспортных средств: автомобиля Мерседес Бенц Е250 гос. рег. номер № под управлением ФИО1 и автомобиля Тойота Авенсис гос. рег. номер № под управлением ФИО5 В результате произошедшего ДТП автомобилю Мерседес Бенц Е250 гос. рег. номер № были причинены механические повреждения. Вина водителя ФИО5 подтверждается определением об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 29.03.2018г., постановлением по делу об административном правонарушении от 29.03.2018 года (том 1 л.д.8-10). 

Гражданская ответственность ФИО1 на момент ДТП была застрахована в СПАО «Ресо-Гарантия» (полис ЕЕЕ №) (том 1 л.д. 38).

В соответствии с ст. 14.1 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в рамках прямого возмещения убытков 30.03.2018 года истец обратился в СПАО «Ресо-Гарантия» (л.д.12).

Согласно п. 11 ст. 12 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», страховщик обязан осмотреть поврежденное транспортное средство в срок не более чем пять рабочих дней со дня поступления заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков с приложенными документами, предусмотренными правилами обязательного страхования.

В соответствии с п. 3.11 Правил ОСАГО, фактом, свидетельствующим об исполнении страховщиком обязанности по организации проведения независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), является выдача (направление) потерпевшему соответствующего направления.

Согласно п. 3.12. Правил ОСАГО, если страховщик в установленный пп. 10,11 ст. 12 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» и п. 3.11 Правил ОСАГО срок не провел осмотр поврежденного имущества и (или) не организовал его независимую техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку), то потерпевший вправе обратиться самостоятельно за такой технической экспертизой или экспертизой (оценкой), не представляя поврежденное имущество или его остатки страховщику для осмотра.

В таком случае результаты самостоятельно организованной потерпевшим независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) принимаются страховщиком для определения размера страховой выплаты.

02 апреля 2018 года поврежденный автомобиль осмотрен по направлению страховой компании в ООО «НЭК-ГРУП» (том 1 л.д.99-101).

Согласно п. 21 ст. 12 Закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховой выплате.

В силу ст. 7 ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет: а) в части возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью каждого потерпевшего, не более 160 тысяч рублей б) в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей. 

18.04.2018 года ответчик рассмотрев заявление истца о выплате страхового возмещения направил в адрес истца сообщение, в котором указано, что «В результате исследования обстоятельств ДТП и осмотра автомобиля истца установлено, что заявленные повреждения данного ТС, не могли образоваться при обстоятельствах, изложенных в материалах дела, у СПАО «Ресо-Гарантия» отсутствуют законные основания для признания события страховым случаем и возмещения ущерба» (том 1 л.д.102).

Для определения стоимости восстановительного ремонта повреждённого автомобиля истца истец обратился к независимому оценщику. 

В соответствии с отчетом об оценке, выполненного ИП 

<

данные изъяты> №37/2018 от 02.04.2018 г. стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца Мерседес Бенц Е250 рег.знак № с учетом износа составила 426183 руб. 10 коп. (том 1 л.д. 16-37). 

26.04.2018 истец обратился к ответчику с досудебной претензией с требованием о выплате страхового возмещения в размере 400000 рублей (лимит ответственности по договору ОСАГО) (том 1 л.д.13). Данная претензия была получена ответчиком 26.04.2018 года.

04.05.2018 СПАО «РЕСО-Гарантия» направило в адрес истца письмо за исх. №20679/133, в котором отказало в удовлетворении претензии (том 1 л.д. 104). 

В связи с оспариванием страховой компанией ответчика образования механических повреждений на автомобиле истца в результате заявленного ДТП, судом в порядке статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации была назначена комплексная экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ИП 

<

данные изъяты>

Из заключения судебной экспертизы №138/2018 от 03.10.2018 года следует, что механизм формирования материальных изменений (условия образования следов) на поверхностях элементов автомобиля Мерседес Бенц С 250 государственный регистрационный знак №, не соответствует обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 29.03.2018 в 00 час 36 минут у 

<

адрес>, то есть последствиям контактного взаимодействия автомобиля Тойота Авенсис государственный регистрационный знак №, дерева и снежного вала. Другими словами, с технической точки зрения, в индивидуальных особенностях строения и местах расположения следов, охватывающих своим присутствием поверхности элементов оснащения автомобиля Мерседес Бенц С 250 государственный регистрационный знак №, не имеется какого-либо подтверждения факта их возникновения в результате контактного взаимодействия данного транспортного средства в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии с автомобилем Тойота Авенсис государственный регистрационный знак № и препятствия в виде снежного вала и дерева. Проведённое исследование позволяет эксперту сделать однозначный вывод о том, что повреждения, зафиксированные на автомобиле Мерседес Бенц С 250 государственный регистрационный знак № и отраженные в акте осмотра ТС № б/н к делу № ПР8526364 от 02.04.2018, составленного специалистами ООО «НЭК-ГРУП», акте осмотра ТС № б/н к делу №37/2018 от 02.04.2018, составленного 

<

данные изъяты> не соответствуют обстоятельствам заявленного события имевшего место 29.03.2018 в 00 час 36 минуту 

<

адрес>. Данные выводы основываются на основании следующих несоответствий: - Повреждения боковой левой части автомобиля Мерседес Бенц С 250 государственный регистрационный знак № были образованы в результате многократных воздействий с различными следообразующими объектами, что не согласуется с условиями заявленного события. – В виду того, что весь комплекс повреждений на боковой левой части автомобиля Мерседес Бенц С 250 государственный регистрационный знак № не соответствует обстоятельствам заявленного события а также отсутствия возможности контактирования с деревом, можно утверждать, что последующий наезд автомобиля Мерседес Бенц С 250 на препятствие в виде снежного вала не имеет причинно следственной связи с повреждениями боковой левой части кузова.

В виду того, что повреждения боковой левой части автомобиля Мерседес Бенц С 250 государственный регистрационный знак № не соответствуют условиям заявленного события произошедшего 29.03.2018 в 00 час 36 минут у 

<

адрес> с участием автомобиля Мерседес Бенц С 250 государственный регистрационный знак №, который находился под управлением водителя ФИО1 (из Приложения к постановлению по делу об административном правонарушении от 29.03.2018 года) и автомобиля Тойота Авенсис государственный регистрационный знак №, который находился под управлением водителя ФИО5, определить механизм ДТП, не представляется возможным (том 1 л.д.127-189).

На судебную экспертизу истцом представлено заключение специалиста ООО «Центр судебных экспертиз», из которого следует, что рассматриваемое заключение эксперта не соответствует обязательным требованиям законодательства. Не соответствует научно обоснованным методикам по проведению автотехнических, транспортно-трасологических экспертиз, проведено не в полном объеме, не основано на достоверных данных, в силу чего является необъективным и недостоверным (том 1 л.д.206-228). 

Также истцом представлено заключение специалиста ООО «Центр судебных экспертиз» № из которого следует, по первому вопросу: «Каков механизм ДТП. произошедшего 29.03.2018 в 00 час. 36 мин. в 

<

адрес>, с участием автомобиля Тойота Авенсис государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО5 и автомобиля Мерседес Бенц С 250 государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1, с учетом объяснений участников ДТП в проверочном материале ГИБДД, схемы ДТП, материалах дела?»

В ходе проведения исследования экспертом подробно рассмотрен механизм образования повреждений на автомобилях Тойота Авенсис государственный регистрационный знак № и Мерседес Бенц г/н № в котором установлено: Автомобиль Тойота Авенсис г/н № при совершении маневра разворота совершает столкновения с автомобилем Мерседес Бенц г/н №, повреждает передней правой частью - дверь переднюю левую, дверь заднюю левую задн. лев., боковину (крыло) задн., происходит срабатывание систем пассивной безопасности (Мерседес Бенц г/н №), происходит смещение а/м Мерседес Бенц под действием инерционный сил, и изменение траектории движения вызванного действиями водителя Мерседес при обнаружении опасности и попытке избежать столкновения. Далее автомобили выходят из контактного взаимодействия, автомобиль Мерседес Бенц продолжает движение с выездом за пределы проезжей части. За пределами проезжей часть автомобиль Мерседес контактирует с препятствием (деревом), и совершает полную остановку в процессе наезда на снежный бруствер.

Облицовка переднего бампера, рамка радиатора, блок фара передняя правая, блок фара передняя левая, молдинг переднего бампера правый, молдинг переднего бампера левый (Тойота Авенсис г/н №) в процессе «контакта» повреждает дверь переднюю левую, дверь заднюю левую, стойку центральную левую Мерседес Бенц г/н № (зеленый фрагмент), проскальзывая относительно а/м Тойота находясь в контактном взаимодействии а/м Мерседес получает повреждения двери задней левой, боковины задней левой - желтый фрагмент, и заканчивается столкновение выходом из контактного взаимодействия «контакта» двух автомобилей и повреждением передней частью (Тойота Авенсис г/н №) заднего бампера с левой стороны - красный фрагмент. Важно понимать что «контакт» происходит в течении очень короткого промежутка времени.

Мерседес Бенц г/н № совершает выезд за пределы проезжей части и вступает в контактное взаимодействие с препятствием (деревом) крылом передним правым, дверью передней правой (зеленый фрагмент), проскальзывая относительно объекта следообразования и получает повреждения двери задней правой, боковины задней правой - желтый фрагмент, и заканчивается столкновение выходом из контактного взаимодействия и повреждением заднего бампера с правой стороны - красный фрагмент. Важно понимать что «контакт» происходит в течении очень короткого промежутка времени. Завершается дорожно транспортное происшествие остановкой а/м Мерседес Бенц г/н № посредством наезда на снежный бруствер (зеленый фрагмент). 

По второму вопросу: «Соответствуют ли повреждения автомобиля Мерседес Бенц С 250 государственный регистрационный знак №, отраженные в справке о ДТП, актах осмотра автомобиля обстоятельствам и механизму ДТП от 29.03.2018г.?»

Проведенное исследование по первому вопросу позволяет утверждать, что следы и повреждения локализованные в передней части автомобиля Тойота Авенсис г/н №, соответствуют повреждениям и следам локализованных в правой боковой части автомобиля Мерседес Бенц, по ряду общих признаков: - по характеру образования, по высоте расположения, по глубине внедрения, по направлениям деформирующих воздействий.

Повреждения локализованные в передней части автомобиля Тойота Авенсис г/н № соответствуют повреждениям локализованным в левой боковой части автомобиля Мерседес Бенц г/н № данные повреждения возникли в результате контактного взаимодействия транспортных средств и являются следствием ДТП произошедшего 29.03.2018г.

Повреждения в передней части Мерседес Бенц г/н № соответствуют заявленным обстоятельствам.

Повреждения в правой боковой части Мерседес Бенц г/н № соответствуют заявленным обстоятельствам.

Таким образом, эксперт приходит к выводу - повреждения автомобиля Мерседес Бенц г/н № образовались при взаимодействии с Тойота Авенсис г/н № в одном процессе контактного взаимодействия и носят единый характер и являются следствием ДТП произошедшего 29.03.2018г, соответствуют представленному акту осмотру и фототаблице к нему (том 1 л.д.229-264).

В связи с несогласием с выводами судебного эксперта, по ходатайству представителя истца № судом была назначена дополнительная судебная экспертиза, которая поручена экспертам ИП 

<

данные изъяты> А.Е.

Из заключения экспертов №480-18 от 24.12.2018 года следует, по первому вопросу:

Проведённым исследованием, с учётом анализа предоставленных материалов, было установлено, что в объяснениях водителей автомобилей Mercedes-Benz C250, государственный регистрационный знак № и Toyota Avensis, государственный регистрационный знак № заявлен следующий механизм дорожно-транспортного происшествия произошедшего 29.03.2018 года в 00 час. 36 мин. в 

<

адрес> у 

<

адрес>;

В первой фазе механизма столкновения (фаза схождения ТС) автомобили Mercedes- Benz С250 и Toyota Avensis двигались по одной проезжей части, во встречных направлениях. В дальнейшем, автомобиль Toyota Avensis начал совершать маневр разворота. 

Во второй фазе механизма столкновения ТС (фаза непосредственного контактного взаимодействия ТС), в момент, когда траектории движения автомобилей пересеклись, автомобиль Toyota Avensis своей передней частью совершил столкновение с левой боковой частью автомобиля Mercedes-Benz C250.

После того, как кинетическая энергия была затрачена на образование деформацийлевой боковой части автомобиля Mercedes-Benz C250 и передней части автомобиля Toyota Avensis, направление движения автомобиля Mercedes-Benz C250 отклонилось вправо, в сторону края проезжей части.

Угол между продольными осями ТС, в момент первичного контактного взаимодействия, определяется по следам на ТС методом совмещения повреждений по парным точкам (контактным парам) с доверительным интервалом измерений до 10°. Так как эксперт лишен возможности проведения натурной реконструкции события ДТП, угол между продольными осями ТС возможно установить лишь ориентировочно (качественную сторону угла - острый, тупой, приближающийся к прямому и т.д.). Согласно заявленным обстоятельствам ДТП 29.03.2018 года, продольные оси автомобилей Mercedes-Benz C250 и Toyota Avensis расположены под прямым углом.

При скользящих столкновениях, когда в процессе контактирования происходит проскальзыванне между контактировавшими участками вследствие того, что до момента выхода ТС из контакта друг с другом скорости движения их не уравниваются, возникают существенные поперечные силы, и линия удара отклоняется от направления относительной скорости ТС в сторону действия этих сил. Ориентировочно, направление линии удара при скользящих столкновениях определяется направлением смещения деформированных частей ТС с учетом угла между их продольными осями в момент первичного контактного взаимодействия. Вектор ударного воздействия, приложенного к левой боковой части автомобиля Mercedes-Benz C250, был направлен спереди назад, в соответствии с конструкцией ТС, а также слева направо, под углом к его продольной оси. Вектор деформирующего воздействия, приложенного к передней части автомобиля Toyota Avensis был направлен спереди назад в соответствии с конструкцией ТС, а также слева направо, относительно его продольной оси.

Установление координат места столкновения зависит от совокупности признаков, предоставленных на исследование. Достоверность вывода эксперта пропорциональна точности и полноте фиксации следов на месте ДТП. На представленной схеме ДТП привязка места столкновения ТС к стационарным объектам отсутствует.

Третья фаза механизма столкновения (фаза расхождения ТС) включает в себя следующие элементы: направление и траектория расхождения ТС (устанавливаются по следам на дороге), причина изменения направления движения ТС в процессе расхождения и режим движения ТС при расхождении. В фазе расхождения образование следов на ТС возможно только от контактного взаимодействия с иными, дополнительными, препятствиями.

Согласно материалам дела, автомобиль Mercedes-Benz С250 после контактного взаимодействия с автомобилем Toyota Avensis совершил выезд за пределы проезжей части, где произошло его скользящее столкновение с деревом, в результате чего была повреждена правая боковая часть ТС. Вектор ударного воздействия, приложенного к правой боковой части автомобиля Mercedes-Benz С250, был направлен спереди назад, а также справа налево, под углом к его продольной оси.

После столкновения с деревом автомобиль Mercedes-Benz C250 совершил наезд на снежный вал, в результате чего была повреждена правая передняя угловая часть ТС. Направление удара при блокирующих столкновениях, при отсутствии проскальзывания между местами первичного контактного взаимодействия в зоне перекрытия, когда относительная скорость сближения ТС гасится в процессе взаимного внедрения вплоть до образования статистических следов, совпадает с направлением относительной скорости и общим направлением деформации повреждённых частей ТС. Вектор ударного воздействия, приложенного к правой передней угловой части автомобиля Mercedes-Benz C250, был направлен спереди назад, а также справа налево, под углом к его продольной оси.

По второму вопросу: Проведённым исследованием, с учётом анализа предоставленных материалов, было установлено, что повреждения автомобиля Mercedes-Benz C250, государственный регистрационный знак №, отраженные в материалах проверки ГИБДД, актах осмотра ТС и фототаблицах к ним, не соответствуют заявленным обстоятельствам и механизму дорожно-транспортного происшествия 29.03.2018 года.

По третьему вопросу: Проведённым исследованием, с учётом анализа предоставленных материалов, было установлено, что облицовка переднего бампера, переднее правое крыло, передняя правая дверь, задняя правая дверь автомобиля Mercedes-Benz С250, государственный регистрационный знак №, имеют повреждения, зафиксированные после дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ. Задняя правая дверь, заднее правое крыло, накладка правого порога и облицовка заднего бампера автомобиля Mercedes-Benz C250, государственный регистрационный знак №, имеют повреждения, зафиксированные после дорожно-транспортного происшествия 31.10.2017 года. Повреждения облицовки переднего бампера в правой передней верхней части и в правой передней нижней угловой части, повреждения решётки радиатора, правой фары, облицовки переднего правого фонаря дневных ходовых огней Mercedes-Benz С250, государственный регистрационный знак №, зафиксированы в том же виде после дорожно-транспортного происшествия 29.01.2018.

По четвёртому вопросу: В связи с ответом на вопросы №1, №2 и №3, исследование по вопросу №4 не проводилось.

По пятому вопросу: В связи с ответом на вопросы №1, №2 и №3, исследование по вопросу №5 не проводилось.

В судебном заседании представитель истца просила назначить по делу дополнительную, либо повторную экспертизу, указывая на неполноту, необъективность экспертного исследования по доводам, изложенным в ходатайстве. ( л.д.86) 

Статьей 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено право суда назначить повторную либо дополнительную экспертизу. Заключение эксперта оценивается в совокупности с другими собранными по делу доказательствами по правилам, установленным в ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, то есть оценивается по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Оценивая представление доказательства, пояснения и доводы представителя истца, положенные в основу ходатайства о назначении дополнительной, либо повторной экспертизы суд не находит оснований для ее проведения. Один лишь факт несогласия истца с выводами эксперта, не является законным основанием для проведения по делу повторного либо дополнительного экспертного исследования.

Экспертиза назначена и проведена с соблюдением норм действующего законодательства, экспертом даны мотивированные ответы на поставленные перед ним вопросы на основе изучения и анализа представленных материалов гражданского дела Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы сторонами в ходе судебного разбирательства не представлено.

Проводивший исследование эксперт имеет диплом о профессиональной переподготовке № 000038 по программе «Судебная автотехническая экспертиза»(13.1.,13.2.,13.3,13.4,13.5,13.6), сертификат соответствия, который удостоверяет, что 

<

данные изъяты> является компетентным и соответствует требованиям системы добровольной сертификации негосударственных экспертов по специальности «исследование следов на транспортных средствах и месте ДТП (транспортно-трасологическая диагностика), тем самым обладает необходимыми специальными знаниями.(л.д.74 т.2)

Доводы представителя истца в этой связи, что имеющееся у эксперта образование не дает ему право проводить подобного рода экспертизу несостоятельно, опровергается приобщенными к заключению сведениями о полученном экспертом образовании.

Нельзя согласиться так же с утверждением представителя истца в том, что поскольку эксперт ФИО6 не зарегистрирован в реестре экспертов-техников, осуществляющих независимую техническую экспертизу транспортных средств, экспертное исследование, проведенное им в рамках отношений возникших из договора обязательного страхования гражданской ответственности, является недопустимым доказательством.

Так, судом по делу проведена экспертиза, на разрешение которой поставлены вопросы как о стоимости восстановительного ремонта, так и вопросы трасологии о причинах и характере образования повреждений в ДТП, произошедшем 29.03.2018 г. 

В соответствии п. 2.1 Положения о Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства" (утв. Банком России 19.09.2014 № 432-П) в рамках исследования устанавливается возможность или невозможность получения транспортным средством потерпевшего повреждений при обстоятельствах, указанных в заявлении о страховом случае, в документах, оформленных компетентными органами, и в иных документах, содержащих информацию относительно указанных обстоятельств.

Однако, п. 2.4 Методики предусмотрено, что если для установления обстоятельств и причин образования повреждений транспортного средства требуются знания в специальных областях науки и техники, соответствующие исследования проводятся в рамках экспертиз по соответствующим экспертным специальностям.

Таким образом, нормативно-правовыми актами не установлено, что эксперты, необходимость в познаниях которых дополнительно возникает в ходе исследования транспортного средства, должны состоять в вышеуказанном реестре наравне с экспертами-техниками, требования к которым установлены п. 4 ст. 12.1 Федерального закона от 25.04.2002 г. № 40-ФЗ, Приказом Минтранса России от 22.09.2016 г. № 277 "Об утверждении требований к экспертам-техникам, осуществляющим независимую техническую экспертизу транспортных средств, в том числе требований к их профессиональной аттестации, оснований ее аннулирования".

Доводы стороны истца о неполноте и необъективности экспертного исследования судом не принимаются, поскольку суд может отвергнуть заключение судебного эксперта в случае, если бы это заключение находилось в явном противоречии с остальными доказательствами по делу, которые бы каждое в отдельности и все они в своей совокупности бесспорно подтверждали бы факт причинения истцу ущерба, в заявленном им объеме, и наступления страхового случая именно при обстоятельствах, указанных сотрудникам ГИБДД и подтвержденных материалами дела.

При этом, суд считает, что экспертное заключение является допустимым и достаточным доказательством по делу которое соответствует законодательству об оценочной деятельности; содержит подробное описание произведенных исследований, ссылку на применение действующих методов исследования, в том числе Положения о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденного Банком России от 19.09.2014 года № 432-П; основываются на исходных объективных данных, подтвержденных документами, представленными в материалы дела.

Так, согласно пункту 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 29 января 2015 года "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" по договору обязательного страхования размер страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему в результате повреждения транспортного средства, по страховым случаям, наступившим начиная с 17 октября 2014 года, определяется только в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального Банка Российской Федерации от 19 сентября 2014 года N 432-П (далее - Методикой). 

Статьей 12.1 ФЗ Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" предусматривается, что в целях установления обстоятельств причинения вреда транспортному средству, установления повреждений транспортного средства и их причин, технологии, методов и стоимости его восстановительного ремонта проводится независимая техническая экспертиза. Независимая техническая экспертиза проводится по правилам, утверждаемым Банком России. Независимая техническая экспертиза проводится с использованием единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства.

Согласно п. 1 Положения о правилах проведения независимой технической экспертизы транспортного средства" (утв. Банком России 19.09.2014 № 433-П), объектами независимой технической экспертизы (далее - экспертиза) являются: транспортное средство потерпевшего или остатки транспортного средства потерпевшего; иные представленные для экспертизы транспортные средства, причастные к дорожно-транспортному происшествию; иные объекты, причастные к дорожно-транспортному происшествию, в котором транспортному средству потерпевшего был причинен вред и исследование которых необходимо для установления обстоятельств и причин повреждений транспортного средства.

Как установлено в п. 1.3. Положения о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства (утв. Банком России 19.09.2014 № 432-П), в исключительных случаях, когда осмотр транспортного средства невозможен (например, если транспортное средство находится в отдаленном или труднодоступном месте, утилизировано, реализовано), установление повреждений может быть проведено без осмотра транспортного средства - на основании представленных материалов и документов (с обязательным приложением фото- или видеоматериалов), при наличии письменного согласия потерпевшего и страховщика.

В рамках исследования устанавливается возможность или невозможность получения транспортным средством потерпевшего повреждений при обстоятельствах, указанных в заявлении о страховом случае, в документах, оформленных компетентными органами, и в иных документах, содержащих информацию относительно указанных обстоятельств (пункт 2.1).

В силу п. 2.2. этого Положения, установление обстоятельств и причин образования повреждений транспортного средства основывается на:сопоставлении повреждений транспортного средства потерпевшего с повреждениями транспортных средств иных участников дорожно-транспортного происшествия;сопоставлении повреждений транспортного средства потерпевшего с иными объектами (при их наличии), с которыми оно контактировало после взаимодействия с транспортным средством страхователя в дорожно-транспортном происшествии;анализе сведений, зафиксированных в документах о дорожно-транспортном происшествии: справке установленной формы о дорожно-транспортном происшествии, извещении о страховом случае, протоколах, объяснениях участников дорожно-транспортного происшествия и так далее, их сравнении с повреждениями, зафиксированными при осмотре транспортного средства.

Проверка взаимосвязанности повреждений на транспортном средстве потерпевшего и на транспортном средстве страхователя проводится с использованием методов транспортной трасологии, основывающейся на анализе характера деформаций и направления действий сил, вызвавших повреждения частей, узлов, агрегатов и деталей транспортного средства, а также следов, имеющихся на транспортном средстве, проезжей части и объектах (предметах), с которыми транспортное средство взаимодействовало при дорожно-транспортном происшествии. В случае невозможности натурного сопоставления строится графическая модель столкновения транспортных средств с использованием данных о транспортных средствах и их повреждениях из документов о дорожно-транспортном происшествии, имеющихся фотографий или чертежей транспортных средств либо их аналогов, в том числе с применением компьютерных графических программ (п. 2.3. Положения).

Для проверки выводов эксперта и доводов истца о необъективности экспертного исследования судом был опрошен эксперт 

<

данные изъяты>., подтвердивший выводы экспертизы. 

При этом, выводы эксперта о невозможности получения указанных истцом повреждений автомобиля в случае расположения транспортных средств, как указано в схеме ДТП, составленной сотрудниками полиции и подписанной участниками события, в том числе и истцом, в ходе рассмотрения дела не опровергнуты, доказательств иного истцом не представлено.

Доводы представителя истца, о нарушении требований раздела 2 Единой методики, в том числе относительно сопоставления повреждений транспортных средств, анализа сведений, зафиксированных в документах о дорожно-транспортном происшествии, и сравнения с повреждениями, зафиксированными при осмотре транспортного средства, анализа характера деформаций и направления действий сил, вызвавших повреждения частей, узлов, агрегатов и деталей транспортного средства, следов, имеющихся на транспортном средстве, проезжей части и объектах (предметах), с которыми транспортное средство взаимодействовало при дорожно-транспортном происшествии, которые бы повлияли на объективность и достоверность выводов эксперта, не допущено.

Так, в ходе допроса эксперта и из заключения эксперта следует, что им для сопоставления повреждений автомобиля Mercedes-Benz C250 с поврежденными элементами автомобиля Toyota Avensis использовались фотоизображения аналогичного автомобиля Toyota Avensis с мерным объектом из архива экспертной организации, что не противоречит требованиям Методики. При проведении исследования эксперт подробно проанализировал группы повреждений, имеющихся на автомобиле Mercedes-Benz C250 и провел сравнение с тем повреждениями, которые подпадают по механизму их образования с заявленным ДТП, однако при сравнении результатов эксперт пришел к выводу, что выявленная группа следов подходящая по высотным характеристикам не взаимосвязана между собой. Те повреждения, которые не соответствовали механизму образования, по высотным характеристикам не сопоставлялись, поскольку они образованы в результате иного события, а поэтому не подлежали сопоставлению. Результаты данных исследований подробно приведены экспертом на стр.55-58 заключения, в результате которого эксперт приходит к выводу, что повреждения передней левой двери, весь массив повреждений задней левой двери, повреждения передней арочной части заднего левого крыла и смежной поверхности задней левой двери автомобиля Mercedes-Benz C250 в полном объеме, не соответствуют контакту с автомобилем Toyota Avensis при заявленных обстоятельствах ДТП 29.03.2018 года. 

Доводы представителя истца, что экспертом не были учтены фотоматериалы автомобиля Mercedes-Benz C250, на которых видны следы дерева, врезавшегося в металл, что свидетельствует о контакте поврежденного автомобиля с деревом, не могут быть приняты во внимание, поскольку как следует из заключения эксперта и подтверждено им в ходе судебного заседания, экспертом не было установлено самого контакта автомобилей, при заявленном ДТП, что исключает и контакт автомобиля Mercedes-Benz C250 с деревом и снежным валом. При этом в ходе проведенного исследования установлены множественные повреждения ТС от иных ДТП о 4.10.2017, 29.01.2018.

Суд так же соглашается с мнением эксперта в том, что проведенное им исследование, при котором он разделил повреждения автомобиля Mercedes-Benz C250 на группы (локации) не противоречит требования проведения экспертных исследований, поскольку вначале экспертом был проведен анализ группы следов на поврежденном транспортном средстве, а в последствии проведен анализ всех повреждений в совокупности, что следует из заключения эксперта.

Ссылка представителя истца, как на основание для проведения дополнительной экспертизы, что экспертом был выявлен ряд повреждений, которые соответствовали механизму ДТП, не могут служить основанием для назначения экспертизы, поскольку из заключения следует, что все они образованы разно моментно и не имеют единой связи по механизму их образования с заявленными обстоятельствами ДТП от 29.03.2018 года.

Доводы представителя истца, со ссылкой на показания третьего лица данными в ходе судебного заседания 11 февраля 2018 года об ином угле разворота и наличии оснований для проведения экспертизы, так же не являются основанием для назначения экспертизы. Судебный эксперт в этой связи показал, что выводы экспертизы не изменяться, поскольку при проведении экспертизы не была установлена группа повреждений соответствующая заявленным событиям. Кроме того, угол разворота мог повлиять только на углы контакта, однако в ходе экспертизы угол контакта не определялся, поскольку эксперт был лишен возможности натурной реконструкции события ДТП.

При этом суд ставит под сомнение показания третье лица, данные им в ходе судебного заседания, поскольку они противоречат показаниям, данным в ходе производства по делу об административном правонарушении, схеме ДТП, составленной самими участниками ДТП, и не оспоренной впоследствии. Более того, показания третьего лица противоречат показаниям истца о месте нахождении ТС после ДТП. Третье лицо показало, что транспортное средство истца стояло вплотную с деревом. В свою очередь истец показал, что его транспортное средство дерево проехало, что и было обозначено на схеме ДТП. Из объяснений данных третьим лицом сотрудникам ГИБДД следует, что его ослепил свет фар, в судебном же заседании третье лицо показало, что его никто не ослеплял, он увидел машину истца в последний момент и нажал на педаль тормоза. 

Таким образом, у суда не имеется оснований не доверять заключению судебной экспертизы, поскольку экспертиза проведена в соответствии с требованиями Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы эксперта даны на основании материалов дела, материала по факту ДТП, актов осмотра автомобиля истца, проведенных как страховой компанией, так и оценщиком по поручению истца. В исследовательской части заключения приведены в полном объеме все обоснования полученных выводов. Заключение эксперта обоснованно, убедительно, выводы не вызывают сомнений. 

В силу положений ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Таким образом, право определения достаточности и допустимости доказательств, необходимых для правильного разрешения дела, принадлежит исключительно суду.

Согласно п. 2 ст. 9 Закона РФ "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.01.2015 № 2 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" при разрешении спора о страховой выплате в суде потерпевший обязан доказывать наличие страхового случая и размер убытков (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). 

С учетом изложенного, анализируя совокупность собранных по делу доказательств, заключение эксперта, суд приходит к выводу о том, что указанные в основание иска обстоятельства, а именно наступление страхового случая 29.03.2018 года при указанных истцом обстоятельствах и неправомерный отказ страховщика в выплате страхового возмещения - не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела и были опровергнуты собранными по делу и указанными выше доказательствами, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Материалы дела об административном правонарушении, показания истца и третьего лица о том, что взаимодействие транспортных средств имело место, опровергаются всеми произведенными по данному событию экспертизами и актами осмотров автомобиля. Ни один из экспертов в имеющихся в материалах дела трех экспертизах, две из которых проводились в ходе рассмотрения дела, не пришел к выводу, что взаимодействие транспортных средств при указанных истцом обстоятельствах могло иметь место.

Сами по себе повреждения на транспортном средстве Mercedes-Benz C250 не подтверждают возникновение у страховщика обязанности по выплате страхового возмещения.

Кроме того представленная истцом суду рецензия на заключение судебной экспертизы, проведенной экспертом 

<

данные изъяты> и заключение специалиста 

<

данные изъяты> не опровергает совокупность собранных по делу доказательств и вывод суда, поскольку проведенное специалистом исследование и положенные в его основу выводы не могут являться достоверными, поскольку при проведении исследования специалист применяя так же аналог ТС не приводит даже фотографии аналога с масштабной линейкой и все заключение строит на сопоставление двух ТС по высоте с выставленными масштабными размерами описанными вручную. Указывая угол между продольными осями транспортных средств на момент первоначального контакта и устанавливая его равным 90 градусов, специалист не приводит никаких расчетов и пояснений установленному градусу. Кроме того, рассматривая дорожную ситуацию, специалист исходит не из представленных суду данных административного материала и заявленных участниками событий обстоятельств, а заранее по результатам расчетов схемы развития ДТП приходит к выводу, что в соответствии с расположением ТС на проезжей части маневр разворота в сложившейся ситуации возможен только с обочины. Однако, из проверочного материала, объяснений водителя виновника ДТП, таких обстоятельств не следовало. Следовательно, экспертом изначально при проведении исследования проведен анализ ситуации возможного контактирования транспортных средств не по заявленным сторонами обстоятельствам, а смоделированных специалистом. 

С учетом изложенного, в соответствии со статьями 15, 929 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьёй 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», статьёй 1 Федерального закона «Об ОСАГО», законных оснований для удовлетворения иска о взыскании с ответчика страхового возмещения не имеется. 

Поскольку судом в удовлетворении иска о взыскании страхового возмещения отказано, оснований для удовлетворения производных требований о взыскании компенсации морального вреда, неустойки, суммы финансовой санкции не имеется. 

В силу статей 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не подлежат удовлетворению и требования истца о взыскании судебных расходов.

Исходя из положений ст. 16.1 Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", оснований для взыскания с ответчика штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя так же не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В иске ФИО1 к СПАО «Ресо-Гарантия» о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда, неустойки и штрафа, судебных расходов отказать.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Иваново в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Председательствующий:

Полный текст решения изготовлен 20.02.2019 года.