Дело № 2-64/2019

УИД 75RS0002-01-2018-002806-14 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 февраля 2019 года г. Чита

Ингодинский районный суд г. Читы в составе

председательствующего судьи Рахимовой Т.В.,

при секретаре Волковой С.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств,

установил:

ФИО1 в лице своего представителя ФИО3 обратился с настоящим иском, указывая, что между ним и ФИО2 осенью 2015 года заключен договор займа на сумму 1 000 000 рублей. Частично денежные средства в размере 158 000 рублей были возвращены. 21.08.2018 ФИО2 написала расписку о том, что она обязуется перевести истцу денежные средства в размере 842 000 руб. После этого она перевела еще 540 000 руб. Оставшиеся денежные средства она возвращать отказывается. В связи с чем на основании статьи 807 Гражданского кодекса РФ просил взыскать с ФИО2 302 000 руб. (л.д. №). 

Уточняя исковые требования, истец помимо этого основания также указал на то, что между сторонами состоялся договор дарения, в подтверждение его условий оформлена расписка о дарении в будущем после продажи общей квартиры на сумму 842 000 рублей, часть из которых 540 000 рублей ФИО2 ему перевела, а 302 000 рублей передать отказывается. Поэтому ссылаясь на статьи 572, 309, 310 Гражданского кодекса РФ просил о взыскании 302 000 рублей как задолженности по договору дарения (л.д. №).

В судебном заседании представитель истца ФИО3 поддержала уточненные требования (за исключением требований, основанных на неосновательном обогащении ответчицы), просила взыскании 302 000 руб. по любому из приведенных оснований. 

ФИО2 и ее представитель ФИО4 возражали против заявленных требований.

Третье лицо ПАО «Сбербанк России» в судебное заседание не явилось, извещено надлежащим образом.

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд рассмотрел дело в отсутствие надлежаще извещенных лиц. 

Изучив материалы дела, заслушав участвующих в деле лиц, свидетелей, суд приходит к следующему.

Истцом в материалы дела представлена расписка, датированная 21.08.2018, по которой: «Я, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ., обязуюсь перевести ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ., денежные средства в размере 842 000 руб., после того как мною будут получены денежные средства от покупателей квартиры».

До 02.08.2011 стороны состояли в браке, что ими не оспаривалось. Осенью 2015 года по утверждению истца он передал ответчице тремя суммами в долг 1 000 000 руб. В судебном заседании 29.12.2018 истец пояснил, что денежные средства передавал наличными, какими купюрами не помнит, отдавая их в два раза – первый раз 480 000 руб., или 600 000 руб., потом вторую часть 380 000 руб. и еще 25 000 руб. ей перед отпуском. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В силу пункта 1 статьи 307.1 и пункта 3 статьи 420 ГК РФ к договорным обязательствам общие положения об обязательствах применяются, если иное не предусмотрено правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в ГК РФ и иных законах, а при отсутствии таких специальных правил - общими положениями о договоре. Поэтому при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 ГК РФ) необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п. (пункт 47 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса РФ о заключении и толковании договора»).

Если из содержания договора невозможно установить, к какому из предусмотренных законом или иными правовыми актами типу (виду) относится договор или его отдельные элементы (непоименованный договор), права и обязанности сторон по такому договору устанавливаются исходя из толкования его условий. При этом к отношениям сторон по такому договору с учетом его существа по аналогии закона (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) могут применяться правила об отдельных видах обязательств и договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (пункт 2 статьи 421 ГК РФ) (пункт 49 названного выше постановления).

Согласно пункту 2 статьи 433 ГК Российской Федерации, если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (статья 224 ГК Российской Федерации).

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 807 ГК Российской Федерации договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. При этом установлено, что в подтверждение исполнения договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК Российской Федерации).

Таким образом, по данному делу юридически значимым и подлежащим доказыванию являлся вопрос, был ли фактически заключён между сторонами договор займа с передачей указанной в расписке денежной суммы.

Представленная в суд расписка подтверждает только взятое ФИО2 обязательство выплатить истцу 842 000 руб., а не передачу от истца ответчику денежных средств. Из объяснений ФИО1, данных в судебном заседании 29.12.2018, следует, что 21.08.2018 он ответчице денежные средства не передавал (л.д. № 

Возражая против иска, ответчица указывала на отсутствие и осенью 2015 года у истца денежных средств в заявленном размере. 

В целях проверки этих доводов истребованы выписки по счетам истца. Из них усматривается, что 29.03.2013 на счет ФИО1 поступило 1 500 000 руб. страховой выплаты. Из них в период с 30.03.2013 по 02.04.2013 снято в общей сложности 500 000 руб., в дальнейшем 19 и 27 апреля 2013 года сумма 70 000 руб. (50 000+20 000), и 15.05.2013 – 900 000 руб.(600 000+300 000). При этом иных поступлений помимо поступлений 4го числа каждого месяца пенсии в размере 23 510,26 руб. за весь период не имеется (л.д. №).

Снятые 15.05.2013 денежные средства он внес на 2 депозитных счета - 300 000 руб. (закрыл счет 27.12.2013, получив 276 435,88 руб.) и 600 000 руб. (закрыл счет 27.12.2013, получив 620 204,33 руб.). В этот же день 27.12.2013 истец открыл вклад на сумму 390 000,21 руб., счет закрыл 10.03.2014, получив 386 033,21 руб. Одновременно 09.03.2014 он открыл металлический счет и положил на него денежные средства в размере 386 030,90 и закрыл счет 08.11.2014, получив 391 415,20 руб. (л.д. ) 

По утверждению ответчика после снятия денежных средств в банке, они хранились у него по месту жительства в размере 1 000 000 руб. 

Судом учитывается и то, что истец в 2011 году получил серьезную травму, 

<

данные изъяты>, с этого времени он не работает (ранее проходил службу в 

<

данные изъяты>), получает только пенсию. Кроме того, заслуживают внимание доводы ответной стороны и показания свидетеля Б.А.Е.. о том, что после получения травмы истец нуждался в длительной и неоднократной реабилитации, которая осуществлялась за его счет и помощью бывших сослуживцев. При этом ФИО2, несмотря на расторжение брака и прекращение семейных отношений, помогала ему, он ей доверял (о чем свидетельствует факт передачи им своей карты во временное пользование). 

Следует обратить внимание на то, что из объяснений сторон следует, что они совместно приняли решение о продаже квартиры по адресу: 

<

адрес> Данная квартира находилась в долевой собственности ФИО2 (

<

данные изъяты> доли) и ее родственников (

<

данные изъяты> доли). В период брака Т-вых они на кредитные денежные средства приобрели у родственников принадлежащие им 

<

данные изъяты> доли, в результате чего ФИО5 стало принадлежать 

<

данные изъяты> доля и ФИО2 – 

<

данные изъяты> доли. Для приобретения этой квартиры использовались денежные средства ПАО «Сбербанк» с оформлением ипотеки (залога недвижимости). 

21.08.2018 Т-вы продали принадлежащую им квартиру за 2 335 000 руб. (применительно к объяснениям сторон и показаниям свидетеля ФИО6 денежные средства в размере 415 000 рублей продавцам не передавались, а были зафиксированы в договоре для получения кредита покупателями в размере фактической стоимости квартиры). Продажа квартиры было совместным решением сторон, при этом поиском покупателей и определением цены имущества занимался ФИО1 Он также указал, что говорил покупателям, что квартира в долевой собственности, что ему принадлежит только 

<

данные изъяты> доля, но при этом рассчитывал получить от сделки 1 000 000 рублей.

В процессе исполнения договора купли-продажи 778 333,34 руб. были перечислены на счет ФИО1 (что им не оспаривалось) и 1 556 666,66 руб. на счет ФИО2 

После расторжения брака в 2011 году расходы по оплате ипотеки супруг нес самостоятельно, он являлся основным заемщиком. На дату заключения договора купли-продажи 21.08.2018 задолженность по ипотеке составляла 618 588,27 руб. (л.д. №). Из денежных средств, которые поступили на счет ФИО1, ПАО «Сбербанк» списал 618 588,27 руб. для погашения ипотечного кредита Т-вых, тем самым погасив кредитные обязательства сторон. Исходя из этого, на его счете осталось 159 745,07 руб. (что также сторонами не оспаривалось). 

После получения ФИО2 своей доли денежных средств по договору купли-продажи, она 12.09.2018 перечислила бывшему супругу 540 000 рублей.

При этом объяснила свой поступок тем, что обязательства по оплате ипотечного кредита возникли в период брака сторон и она решила возместить ФИО1 часть денежных средств, которыми он погасил ипотеку. Денежные средства в размере 540 000 рублей были перечислены ею добровольно, в отсутствие каких-либо письменных обязательств, из желания помочь и поучаствовать в погашении совместного долга. 

Иного по делу не установлено. 

Таким образом, в отсутствие письменных доказательств передачи денежных средств осенью 2015 года, допустимых доказательств существования на эту дату у истца денежных средств в заявленном размере, суд полагает недоказанным факт передачи денежных средств в качестве займа ФИО2 в размере 1 000 000 руб.

Что касается возможности расценивать возникшие между сторонами отношения как дарение, то к этому основания также отсутствуют по следующим причинам. 

Согласно пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса РФ (здесь и далее в редакции на 21.08.2018) по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. В соответствии с положениями пункта 2 статьи 572 Гражданского кодекса РФ обещание безвозмездно передать кому-либо вещь или имущественное право либо освободить кого-либо от имущественной обязанности (обещание дарения) признается договором дарения и связывает обещавшего, если обещание сделано в надлежащей форме (пункт 2 статьи 574) и содержит ясно выраженное намерение совершить в будущем безвозмездную передачу вещи или права конкретному лицу либо освободить его от имущественной обязанности. В соответствии с пунктом 2 статьи 574 Гражданского кодекса РФ договор дарения движимого имущества должен быть совершен в письменной форме в случаях, когда дарителем является юридическое лицо и стоимость дара превышает три тысячи рублей; договор содержит обещание дарения в будущем. 

Исходя из изложенного можно сделать вывод о том, что письменное обещание дарения в будущем по сути являются договором дарения.

В силу пункта 1 статьи 420 Гражданского кодекса РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (пункт 1 статьи 432 Гражданского кодекса РФ).

Следовательно, дарение не односторонняя сделка.

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон (статья 431 Гражданского кодекса РФ). 

Согласно пункту 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса РФ о заключении и толковании договора» при толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Пунктом 2 статьи 434 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

С учетом приведенного правового регулирования, представленная в дело расписка не может быть отнесена к договору дарения, как на том настаивает истец. 

Ответчик в судебном заседании поясняла, что расписка была написана ею на улице возле нотариальной конторы в момент, когда заключался договор купли-продажи квартиры, во избежание конфликта в присутствии покупателей она написала соответствующую расписку, надеясь в дальнейшем разрешить все противоречия, объяснить истцу, на какую сумму он может рассчитывать от сделки. Это же подтвердил в судебном заседании свидетель С.М.П.

При этом стороны не указывали, что в момент написания расписки ФИО1 также ее подписывал. Запись в расписке «21.08.2018 (подпись) ФИО1» исполнена иными чернилами, а с учетом нахождения расписки в распоряжении ФИО1 данная запись не может стать поводом считать расписку двусторонним договором дарения. 

Кроме того, из содержания приведенного выше текста расписки, применяя правила буквального толкования слов и выражений в договоре, не усматривается, что ФИО2 выразила желание подарить безвозмездно в будущем при наступлении определенных обстоятельств денежные средства в размере 842 000 рублей.

Договор предполагает наличие взаимных прав и обязанностей. Из расписки усматривается только обязанность ФИО2 передать денежные средства, встречной обязанности ФИО1 принять их расписка не предусматривает. 

Мотивы, по которым ответчица желала бы одарить ФИО1 и имела бы к этому финансовую возможность, истцом не приведено. При этом ответчик ознакомился с текстом договора купли-продажи квартиры, знал о том, что ему от сделки причитается 778 333,34 руб. Объективный данных полагать, что от сделки он получит 1 000 000 руб. у истца не было (тогда стоимость квартиры должна была быть равной 3 000 000 рублей). Добровольное перечисление ФИО2 540 000 рублей само по себе не означает признание ею обязательств по перечислению денежных средств в размере 842 000 рублей по спорной расписке. 

Следовательно, оснований полагать представленную расписку договором дарения не имеется, существенных условий данного договора расписка не содержит. 

Иных оснований иска, помимо перечисленных, истец не заявлял, на них при рассмотрении дела не ссылался. 

В судебном заседании представитель истца указала на то, что стороны обсуждали возможность выкупа ФИО1 доли ответчицы в квартире за 1 000 000 руб. В счет этого обязательства ФИО1 передал ответчице денежные средства в размере 1 000 000 руб., но поскольку в дальнейшем стороны не смогли договориться о цене имущества, спорные правоотношения стали носить характер заемных. Однако надлежащих доказательств этому не представлено, ответчица названные обстоятельства оспаривала, указывала, что денежные средства у ответчика не брала. В любом случае новация обязательства требует соблюдения определенной формы (применительно к статье 414 Гражданского кодекса РФ, пункту 3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 21.12.2005 N 103). Такого соглашения не представлено. 

Ссылка на то, что ответчица нуждалась в деньгах для покупки автомобиля, а в дальнейшем для погашения кредита, не принимаются во внимание, поскольку ответом банка и УМВД России по г. Чите подтверждено, что ФИО2 для покупки автомобиля взяла кредит, который по сумме и дате соотносится с датой приобретения автомобиля. 

Суд полагает установленным тот факт, что расписка была написана не в целях заключения какого-либо договора, а в целях урегулирования иных отношений сторон. При этом позиция ответчика подтверждается еще и объяснениями истца о том, что несмотря на продажу квартиры за 2 335 000 рублей, он рассчитывал получить от сделки 1 000 000 рублей, который не составляет № от названной суммы. Фактически он получил 699 745,07 руб. (778333,34-618588,27+540000), что также подтверждает слова ответчицы о том, что ее перевод на сумму 540 000 руб. был направлен на получение истцом суммы, эквивалентной стоимости его доли.

Представленная в материалы дела переписка приведенных выводов не оспаривает.

Истец при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины как инвалид первой группы. С учетом того, что им проигран спор, судебные издержки в виде неоплаченной государственной пошлины распределению не подлежат. 

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, судья

решил:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств отказать. 

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Ингодинский районный суд г. Читы в течение одного месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме. 

Судья Т.В. Рахимова

Решение изготовлено в окончательной форме 18 февраля 2019 года.