Дело № 2а-2477/2017 26 сентября 2017 года 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

МАГАДАНСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД 

МАГАДАНСКОЙ ОБЛАСТИ

в составе председательствующего судьи Иванова М.А., 

при секретаре Гуссер И.Э.,

с участием:

представителя административного ответчика и

заинтересованного лица ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Магадане, в помещении Магаданского городского суда, административное дело по административному исковому заявлению ФИО2, ФИО3, ФИО4 к мэрии города Магадана, о признании незаконным решения мэрии города Магадана от 14 сентября 2017 года № А-802, А-803, А-804 об отказе в согласовании заявленных публичных мероприятий в форме шествия и митингов, возложении обязанности согласовать проведение заявленных публичных мероприятий,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, ФИО3, ФИО4 обратились в Магаданский городской суд с указанным административным исковым заявлением к мэрии города Магадана, указав в его обоснование, что 12 сентября 2017 года мэру города Магадана ими были поданы уведомления о проведении 26 сентября 2017 года трёх публичных мероприятий: митинга с призывом к исполнению Постановления Европейского Суда по правам человека по делу «ФИО5 и другие против России», шествия Магаданского гей-парада в поддержку толерантного отношения и соблюдения прав и свобод лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств в России, митинга в поддержку законодательного ужесточения наказания за преступления ненависти в отношении геев, лесбиянок, бисексуалов и трансгендеров в России.

14 сентября 2017 года заместитель мэра города Магадана ФИО6 уведомила административных истцов об отказе в согласовании проведения трёх заявленных публичных мероприятий (письмо № А-339, А-340, А-341).

Административные истцы считают данный отказ в согласовании проведения заявленных шествия и митингов нарушающим права собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирования, гарантированные статьёй 31 Конституции РФ, а также Федеральным законом «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» №54-ФЗ от 19 июня 2004 года.

По мнению истцов, административным ответчиком нарушен порядок согласования публичных мероприятий в связи с непредставлением им предложения об изменении места и (или) времени проведения заявленных публичных мероприятий с указанием конкретного альтернативного места и времени их проведения. В связи с этим административные истцы лишены возможности эффективной реализации права на свободу собраний.

Также отмечают, что ограничение права на свободу собраний на основании правомерной цели защиты нравственности несовершеннолетних не имеет отношения к заявленным публичным мероприятиям, поскольку их целью являлось привлечение внимания общества и власти к необходимости соблюдения прав лиц гомосексуальной ориентации и борьбы против существующей дискриминации представителей сексуальных меньшинств, что не может нарушать требования нравственности. 

В этой связи, просят суд признать незаконным решение мэрии города Магадана – отказ в согласовании заместителем мэра города Магадана ФИО6 № А-802, А-803, А-804 от 14 сентября 2017 года заявленных ими публичных мероприятий в форме шествия и митингов и обязать мэрию города Магадана согласовать проведение заявленных публичных мероприятий.

Определением суда от 25 сентября 2017 года к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечена заместитель мэра города Магадана ФИО6

Административные истцы в судебном заседании участие не принимали. Согласно приложенному к исковому заявлению письменному ходатайству, просили рассмотреть дело без своего участия. 

При этом административные истцы: ФИО2 и ФИО3 о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом. В адресованных суду телефонограммах, просили рассмотреть дело в своё отсутствие.

Административный истец ФИО4 извещалась судом о времени и месте судебного заседания по адресам и телефонам, указанным в иске. Однако, несмотря на сведения о поступлении извещения суда в адрес, указанный ФИО4, подтверждение о его получении до начала судебного разбирательства в материалы дела не поступило. Неоднократные попытки известить истицу по номеру телефона, указанному в исковом заявлении, также не увенчались успехом.

Учитывая, что в силу ч. 4 ст. 96 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ) судебное извещение, адресованное административному истцу, направляется по адресу, указанному им в исковом заявлении, то обязанность получения такого извещения и ответственность за неисполнение этой обязанности, лежит на указанном лице. 

В силу ч.1 ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

При указанных обстоятельствах, а также учитывая, что информация о принятии административного искового заявления к производству, о времени и месте судебного заседания, в соответствии с ч.7 ст. 96 КАС РФ была размещена судом на официальном сайте Магаданского городского суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", суд приходит к выводу о надлежащем извещении истицы - ФИО4 о времени и месте судебного разбирательства.

Заинтересованное лицо - заместитель мэра города Магадана ФИО6 в судебном заседании участие также не принимала, извещена о времени и месте его проведения судом надлежащим образом.

Учитывая, что в соответствии с ч.6 ст. 226 КАС РФ неявка в судебное заседание лиц, участвующих в деле, их представителей, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, не является препятствием к рассмотрению и разрешению административного дела, суд определил, рассмотреть заявление в отсутствие неявившихся истцов ФИО2, ФИО3 и ФИО4, заинтересованного лица ФИО6

Участвовавшая в судебном заседании представитель административного ответчика и заинтересованного лица – ФИО1 возражала против заявленных исковых требований. Ссылаясь на доводы, приведённые в письменном отзыве на иск, просила суд в его удовлетворении истцам отказать.

Дополнительно суду пояснила, что при принятии оспариваемого решения учитывалось, что все заявленные истцами публичные мероприятия, согласно приложенным к уведомлениям схемам, планировались к проведению в непосредственной близости от детских и образовательных учреждений, что не исключало возможное присутствие несовершеннолетних при их проведении и, как следствие, пропаганду гомосексуализма среди граждан указанной возрастной категории. При этом предложения об изменении места или времени проведения заявленных мероприятий истцам не направлялись, поскольку, по мнению ответчика, публичное демонстрирование мировоззрений истцов, вне зависимости от времени и места проведения заявленных мероприятий неизбежно приведёт к вовлечению несовершеннолетних в информационное поле пропаганды конкретного нетрадиционного образа жизни, а значит нарушению принципа законности проведения публичного мероприятия. 

Также, при принятии оспариваемого решения учитывалось, что проблема нарушения прав лиц нетрадиционной сексуальной ориентации для Магадана не является актуальной. Какие-либо жалобы и обращения по данному поводу от представителей сексуальных меньшинств и общественных организаций в мэрию города Магадан не поступали, как и не было зафиксировано фактов нетолерантного отношения к гражданам указанной категории.

Более того, решение вопросов, по которым планировалось проведение указанных публичных мероприятий, связанные с призывом к исполнению Постановления Европейского Суда по правам человека по делу «ФИО5 и другие против России» о неправомерности российских законов о запрете пропаганды гомосексуализма, а также законодательном ужесточения наказания за преступления ненависти в отношении геев, лесбиянок, бисексуалов и трансгендеров в России, не относятся к компетенции органов местного самоуправления.

Выслушав пояснения представителя административного ответчика и заинтересованного лица, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 4, ч.1 ст. 218 КАС РФ гражданин может обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности. 

Административное исковое заявление об оспаривании решений, действий (бездействия) органа местного самоуправления по вопросам, связанным с согласованием места и времени проведения публичного мероприятия (собрания, митинга, демонстрации, шествия, пикетирования), а также с вынесенным этими органами предупреждением в отношении целей такого публичного мероприятия и формы его проведения, может быть подано в суд в течение десяти дней со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (ч.4 ст. 219 КАС РФ).

Согласно ч.8 ст. 226 КАС РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд проверяет законность решения, действия (бездействия) в части, которая оспаривается, и в отношении лица, которое является административным истцом. При проверке законности этих решения, действия (бездействия) суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении.

По результатам рассмотрения административного дела, суд принимает решение об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца (п.1 ч.2 ст. 227 КАС РФ).

По смыслу вышеприведенных положений закона, основанием для признания оспариваемого решения, действий (бездействия) незаконным является обязательное наличие двух условий: 

а) несоответствие оспариваемого решения или действий (бездействия) нормативным правовым актам; 

б) нарушение оспариваемым решением, действиями (бездействием) прав административного истца.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается представленными в дело письменными доказательствами, 13 сентября 2017 года в мэрию города Магадана заказным письмом от истцов поступили 3 уведомления о проведении публичных мероприятий:

- митинга с призывом к исполнению Постановления Европейского суда по правам человека по делу «ФИО7 и другие против России». Цель публичного мероприятия – призыв к исполнению указанного постановления Европейского суда по правам человека о неправомерности российских законов о запрете пропаганды гомосексуализма и нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, а также призыв к отмене федерального закона о запрете гей-пропаганды. Место проведения: 

<

...> около скульптуры «Певец и композитор ФИО8». Дата и время начала и окончания мероприятия – 26 сентября 2017 года с 10 до 11 часов (л.д. 15-18);

- шествия Магаданского гей – парада в поддержку толерантного отношения и соблюдения прав и свобод лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств в России. Цель публичного мероприятия – привлечение внимания общества и власти к проблемам в области соблюдения прав человека лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств, привлечение внимания общества и власти к существующей дискриминации лиц гомосексуальной ориентации, гомофобии (ненависти к сексуальным меньшинствам), трансфобии (ненависти к гендерным меньшинствам), фашизму и ксенофобии. Маршруты движения участников шествия: по улице Гагарина от улицы Кольцевая до Комсомольской площади по пешеходному тротуару. Дата и время начала и окончания мероприятия – 26 сентября 2017 года с 13 до 15 часов (л.д. 19-22);

- митинга в поддержку законодательного ужесточения наказания за преступления ненависти в отношении геев, лесбиянок, бисексуалов и трансгендеров в России. Цель публичного мероприятия – призыв к внесению в Уголовный кодекс РФ понятий «сексуальной ориентации» и «гендерной идентичности» жертв в качестве отягчающих обстоятельств при совершении уголовных преступлений. Место проведения: г. Магадан, площадь Космонавтов. Дата и время начала и окончания мероприятия – 26 сентября 2017 года с 17 до 18 часов (л.д. 23-26). 

14 сентября 2017 года заместитель мэра города Магадана ФИО6 письмом № А-802, А-803, А-804 уведомила административных истцов об отказе в согласовании проведения заявленных вышеуказанных публичных мероприятий (л.д. 27-28). 

В обоснование отказа привела положения абз.2 ст. 3 Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях), ч.1 ст. 14 Федерального закона от 24.07.1998 № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации», п.4 ч.2 ст. 5 Федерального закона от 29.12.2010 № 436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», ст. 6.21 Кодекса РФ об административных правонарушениях. При этом указала, что заявленные цели данных публичных мероприятий противоречат принципу законности, нарушают запреты, предусмотренные действующим законодательством Российской Федерации, в том числе законодательством об административных правонарушениях. Одновременно с этим, ссылаясь на положения ч.2 ст. 12 Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ и полагая, что информация, содержащаяся в тексте уведомлений о проведении публичного мероприятия, дает основания предположить, что цели запланированного публичного мероприятия не соответствуют положениям Конституции Российской Федерации и нарушают запреты, предусмотренные законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях, административный ответчик предупредил истцов, что организатор, а также иные участники публичного мероприятия в случае указанных несоответствий или нарушений при проведении такого мероприятия могут быть привлечены к ответственности в установленном порядке.

Истцы, считая указанный отказ мэрии города Магадана в согласовании проведения публичных мероприятий незаконным и нарушающим их конституционные права, обратились 22 сентября 2017 года в Магаданский городской суд с рассматриваемым исковым заявлением. Таким образом, предусмотренный ч.4 ст. 219 КАС РФ десятидневный срок для обращения в суд с административным исковым заявлением, истцами не пропущен.

Оценивая законность оспариваемого решения органа местного самоуправления, суд приходит к следующему.

Статьей 31 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.

Порядок реализации указанного конституционного права гражданами Российской Федерации регламентирован Федеральным законом Российской Федерации от 19 июня 2004 года N 54-ФЗ "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях", в соответствии с пунктом 1 статьи 2 которого, целью публичного мероприятия является свободное выражение и формирование мнений, выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики

На основании пункта 1 части 4 статьи 5 указанного закона, организатор публичного мероприятия обязан подать в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления уведомление о проведении публичного мероприятия в порядке, установленном статьей 7 настоящего Федерального закона.

В случае, если информация, содержащаяся в тексте уведомления о проведении публичного мероприятия, и иные данные даёт основания предположить, что цели запланированного публичного мероприятия и формы его проведения не соответствуют положениям Конституции Российской Федерации и (или) нарушают запреты, предусмотренные законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях или уголовным законодательством Российской Федерации, орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления незамедлительно доводит до сведения организатора публичного мероприятия письменное мотивированное предупреждение о том, что организатор, а также иные участники публичного мероприятия в случае указанных несоответствия и (или) нарушения при проведении такого мероприятия могут быть привлечены к ответственности в установленном порядке (ч.2 ст. 12 Федерального закона РФ от 19.06.2004 N 54-ФЗ "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях").

Федеральным законом от 24.07.1998 N 124-ФЗ "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации" предусмотрено, что органы государственной власти Российской Федерации принимают меры по защите ребенка от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию, в том числе от информации, пропагандирующей нетрадиционные сексуальные отношения (пункт 1 статьи 14).

Информация, отрицающая семейные ценности и пропагандирующая нетрадиционные сексуальные отношения, в силу п. 4 ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 29.12.2010 N 436-ФЗ "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию" признается причиняющей вред здоровью и развитию детей. В соответствии с п.1 ст. 2 указанного Федерального закона под доступом детей к информации подразумевается любая возможность получения и использования детьми свободно распространяемой информации.

Положения ч. 3 ст. 16 этого же Федерального закона устанавливают, что такая информация не допускается к распространению в предназначенных для детей образовательных организациях, детских медицинских, санаторно-курортных, физкультурно-спортивных организациях, организациях культуры, организациях отдыха и оздоровления детей или на расстоянии менее чем сто метров от границ территорий указанных организаций.

Пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, выразившаяся в распространении информации, направленной на формирование у несовершеннолетних нетрадиционных сексуальных установок, привлекательности нетрадиционных сексуальных отношений, искаженного представления о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных сексуальных отношений, либо навязывание информации о нетрадиционных сексуальных отношениях, вызывающей интерес к таким отношениям, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния, - влечет наложение административного наказания (ч. 1 ст. 6.21. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении № 24-П от 23.09.2014 «По делу о проверке конституционности части 1 статьи 6.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобой граждан ФИО2, ФИО9 и ФИО10» указал, что цель, которую преследовал федеральный законодатель при установлении данной нормы, - оградить ребенка от воздействия информации, способной подтолкнуть его к нетрадиционным сексуальным отношениям, приверженность которым препятствует выстраиванию семейных отношений, как они традиционно понимаются в России и выражены в Конституции Российской Федерации. Конституционный Суд Российской Федерации признает, что возможность влияния соответствующей информации, даже поданной в навязчивой форме, на будущую жизнь ребенка не является безусловно доказанной. Тем не менее, исходя из специфики общественных отношений, связанных с оказанием информационного воздействия на лиц, не достигших совершеннолетия и потому находящихся в уязвимом положении, федеральный законодатель в рамках правового регулирования распространения среди несовершеннолетних информации о нетрадиционных сексуальных отношениях вправе - имея в виду вытекающую из Конституции Российской Федерации в единстве с международно-правовыми актами приоритетную цель обеспечения прав ребенка и при достижении баланса конституционно защищаемых ценностей - использовать для оценки необходимости введения тех или иных ограничений критерии, основанные на презумпции наличия угрозы интересам ребенка, тем более что вводимые им ограничения касаются только адресной направленности соответствующей информации лицам определенной возрастной категории и потому не могут рассматриваться как исключающие возможность реализации конституционного права на свободу информации в этой сфере. Запрет осуществления указанных в ч. 1 ст. 6.21. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях публичных действий в отношении несовершеннолетних призван предотвратить повышенную концентрацию их внимания на вопросах сексуальных отношений, способную при неблагоприятном стечении обстоятельств в значительной степени деформировать представления ребенка о таких конституционных ценностях, как семья, материнство, отцовство и детство, и негативно отразиться не только на его психологическом состоянии и развитии, но и на социальной адаптации. При этом Конституционный Суд Российской Федерации исходит из того, что косвенным объектом ее защиты являются также социальные связи каждой конкретной личности, поскольку навязывание несовершеннолетним социальных установок, отличающихся от общепринятых в российском обществе, в том числе не разделяемых, а в ряде случаев воспринимаемых как неприемлемые, родителями, которые в приоритетном порядке несут ответственность за воспитание и развитие своих детей, обязаны заботиться об их здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии (ст. 38, ч. 2 Конституции Российской Федерации; п. 1 ст. 63 Семейного кодекса Российской Федерации), может провоцировать социальное отчуждение ребенка и препятствовать его благополучному развитию в семейной среде, тем более если иметь в виду, что конституционное равноправие, предполагающее и равенство прав независимо от сексуальной ориентации, еще не предопределяет наличия фактически равнозначной оценки в общественном мнении лиц с различной сексуальной ориентацией, с чем могут быть сопряжены объективные трудности при стремлении избежать негативного отношения отдельных представителей общества к соответствующим лицам на бытовом уровне. Это касается и тех случаев, когда сама по себе информация, запрещенная к распространению в среде несовершеннолетних, может быть направлена, с точки зрения ее распространителя, на преодоление как такового негативного отношения к этим лицам. Устанавливая специальный (ограничительный) правовой режим распространения информации, касающейся нетрадиционных сексуальных отношений, ее доступности для несовершеннолетних, федеральный законодатель принимал во внимание и социально-психологические особенности личности ребенка, связанные с восприятием такой информации. И хотя избранный им возрастной критерий также является в контексте неоднозначности экспертных оценок относительно возраста, в котором происходит окончательное формирование сексуальных предпочтений, в определенным смысле оценочным, он придает ограничению, предусмотренному ч. 1 ст. 6.21. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, точечный, по существу, характер, что снимает проблему его соразмерности в указанном аспекте. При этом сам по себе запрет пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений - как деятельности по целенаправленному и бесконтрольному распространению информации, способной нанести вред здоровью, нравственному и духовному развитию, в том числе сформировать искаженные представления о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных сексуальных отношений, - среди несовершеннолетних, которые в силу возраста не могут самостоятельно критически оценить полученные сведения, не исключает подачи соответствующей информации в нейтральном (просветительском, художественном, историческом) контексте. Такое информирование, если оно лишено признаков пропаганды, т.е. не направлено на формирование предпочтений, связанных с выбором нетрадиционных форм сексуальной идентичности, и обеспечивает индивидуализированный подход, учитывающий особенности психического и физиологического развития детей в той или иной возрастной группе, характер конкретного освещаемого вопроса, может осуществляться с привлечением специалистов - педагогов, медиков, психологов.

Приведенные нормы материального права с учетом их конституционного толкования обязывают органы местного самоуправления в пределах их компетенции не согласовывать проведение публичного мероприятия до устранения организатором несоответствия указанных в уведомлении противоправных целей публичного мероприятия действующим законодательным предписаниям.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается пояснениями представителя ответчика, а также приложенными к уведомлениям истцов схемам планируемых мест вышеуказанных публичных мероприятий, их проведение должно было происходить в непосредственной близости от детских, культурных, образовательных и спортивных учреждений. Так, рядом с домом №32 по проспекту Карла Маркса в г. Магадане расположен музей-квартира ФИО8 и детская библиотека. На пути планируемого маршрута – шествия по улице Гагарина расположен городской центр детского творчества, крытый каток, а также молодежный центр на Комсомольской площади. В районе площади Космонавтов находятся две общеобразовательных школы и культурно-спортивный комплекс.

Анализ вышеуказанных уведомлений о проведении публичных мероприятий, в соотношении с вышеприведенными положениями законодательства Российской Федерации, запрещающего пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, позволяет суду прийти к выводу о том, что оспариваемое решение мэрии города Магадана соответствует приведенным требованиям закона, принято в пределах предоставленных административному ответчику полномочий и не нарушает права истцов.

При этом суд учитывает, что заявленные административными истцами мероприятия намечались к проведению в общественных местах, доступных для посещения детей. Однако административными истцами не представлено объективных доказательств и в судебном заседании не установлено, что цели и формы публичных мероприятий, о которых они уведомили административного ответчика, могли быть реализованы путем распространения информации о гомосексуальных отношениях в допустимой нейтральной форме. 

Напротив, подача одновременно трех заявлений о согласовании проведения публичных мероприятий, направленных на позитивное освещение вопросов однополых отношений, свидетельствует о том, что пропаганда нетрадиционной сексуальной ориентации в рассматриваемом случае носит навязчивый характер, и целью данных мероприятий является максимально широкое публичное демонстрирование мировоззрений административных истцов, что неизбежно, вне зависимости от места проведения мероприятия, приведет к вовлечению несовершеннолетних в такое информационное поле. При этом представление информации в таком поле будет носить характер пропаганды конкретного образа жизни и совершенно очевидной его оценки.

Соответственно мэрия города Магадана, являясь в силу ст. 12 Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» органом местного самоуправления, уполномоченным принимать решение о согласовании времени и места проведения публичного мероприятия, установив несоответствие целей заявленных административными истцами публичных мероприятий законодательству Российской Федерации, в соответствии с требованиями части 2 статьи 12 указанного Федерального закона уведомило об этом административных истцов, предупредив об ответственности за нарушения законодательства.

При этом, вопреки доводам истцов у мэрии города Магадана в рассматриваемом случае отсутствовала обязанность предложить организаторам публичных мероприятий изменить место или время их проведения, поскольку до их сведения было доведено о необходимости устранить несоответствия указанных в уведомлениях целей и иных условий проведения публичных мероприятий требованиям Федерального закона.

По мнению суда, заявленные цели публичных мероприятий были сформулированы административными истцами таким образом, что давали административному ответчику основания для выводов об их несоответствии положениям Конституции Российской Федерации и нарушении запретов, предусмотренных вышеуказанными Федеральными законами, что не позволило в целях законности, правопорядка и безопасности согласовать заявленные административными истцами мероприятия, а также предложить им иные места для проведения указанных публичных мероприятий.

В рассматриваемом случае право административных истцов свободно собираться, проводить шествия и митинги, а также выражать своё мнение, вступает в конфликт с личной жизнью детей и правом их родителей давать образование своим детям в соответствии со своими религиозными, философскими и нравственными убеждениями, и мэрия города Магадана, отказывая истцам в согласовании вышеуказанных публичных мероприятий, приняла меры по защите этих прав от подобного вмешательства и посягательства. 

Суд также учитывает, что истцами не представлено каких-либо доказательств, что в городе Магадане имеют место нарушения прав и свобод лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств, а проблемы, связанные с дискриминацией лиц указанной категории являются актуальными для данного города и требуют обращения на них внимания посредством проведения соответствующих публичных мероприятий. В тоже время, как следует из пояснений представителя ответчика в судебном заседании, какие-либо жалобы и обращения по данному поводу от представителей сексуальных меньшинств и общественных организаций в мэрию города Магадан не поступали, как и не было зафиксировано фактов нетолерантного отношения к гражданам указанной категории. 

Ссылки в административном иске на рекомендации Парламентской Ассамблеи и Комитета Министров Совета Европы, Комитета ООН по правам человека и решения Европейского суда по правам человека, а также акты Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации, судов общей юрисдикции, признающие недопустимость дискриминации по признаку сексуальной ориентации, не свидетельствуют о незаконности оспариваемого решения, поскольку оно обусловлено не дискриминационными мотивами, а законодательными запретами распространения среди несовершеннолетних информации, касающейся нетрадиционной сексуальной ориентации, способной причинить вред здоровому развитию детей, на защиту которого ориентировано не только российское, но и международное право.

Более того, не могут быть приняты во внимание ссылки истцов на постановление Европейского суда по правам человека от 20 июня 2017 года по делу «ФИО5 и Другие против России», признавшего запрет пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, закрепленный в Федеральном законе «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» дискриминационным и нарушающим статьи 10 и 14 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Данное постановление Европейского суда по правам человека от 20 июня 2017 года в силу пункта 2 статьи 44 Конвенции о защите прав человека и основных свобод вступает в силу по истечении трёх месяцев, с даты его вынесения. И, соответственно, на момент принятия оспариваемого решения мэрией города Магадана 14 сентября 2017 года не подлежало применению.

При указанных обстоятельствах достаточные основания для признания незаконным оспариваемого решения мэрии города Магадана у суда отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 175-180, ст. 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

ФИО2, ФИО3, ФИО4 в удовлетворении административного искового заявления к мэрии города Магадана, о признании незаконным решения мэрии города Магадана от 14 сентября 2017 года № А-802, А-803, А-804 об отказе в согласовании заявленных публичных мероприятий в форме шествия и митингов, возложении обязанности согласовать проведение заявленных публичных мероприятий, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Магаданский областной суд, через Магаданский городской суд, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Установить день составления мотивированного решения суда – 26 сентября 2017 года.

Судья М.А.Иванов

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>