Судья Нуруллина Л.М. УИД 16RS0049-01-2024-005059-95

Дело № 2-3051/2024

№ 33-12233/2025

Учет № 041г

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

11 декабря 2025 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего Насретдиновой Д.М.,

судей Прытковой Е.В. и Субботиной Л.Р.,

с участием прокурора Фатхутдиновой А.С.,

при ведении протокола секретарем Гарифуллиным А.Л.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Насретдиновой Д.М. гражданское дело по апелляционным жалобам истца ФИО1 на решение Ново-Савиновского районного суда города Казани от 15 ноября 2024 года и дополнительное решение этого же суда от 21 мая 2025 года, которыми постановлено:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Казанскому институту федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, возложении обязанности по оплате периода нетрудоспособности, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации за задержку выплаты заработной платы и компенсации морального вреда отказать.

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Казанскому институту федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России о возложении обязанности по оформлению и оплате работы в период ежегодного отпуска и предоставлении данных о нетрудоспособности в Социальный фонд отказать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав объяснения истца ФИО1, поддержавшей жалобы, объяснения представителя ответчика Казанского института федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России – ФИО2, возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб, заключение участвующего в деле прокурора Фатхутдиновой А.С., полагающей, что увольнение истца произведено на законных основаниях, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратилась в суд с иском (уточненным в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) к Казанскому институту федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России (далее также – Казанский институт ФГБОУ ВО «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России) о признании трудового договора заключенным на неопределенный срок, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и задолженности по заработной плате, отпускных, процентов за задержку выплат, компенсации морального вреда и возложении обязанности по предоставлению сведений.

Свои требования истец мотивировала тем, что на основании заключенного 1 сентября 2022 года между ней и Казанским институтом ФГБОУ ВО «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России трудового договора № 111-ТД (ЭК) она была принята на работу в организацию ответчика на должность доцента кафедры гражданского права на срок по 31 августа 2023 года. Также 1 сентября 2022 года и 20 сентября 2022 года между ней и ответчиком были заключены трудовые договоры № 112-ТД (ЭК) и № 200-ТД (ЭК), на основании которых она была принята на 0,25 ставки доцента кафедры гражданского права по совместительству на срок по 30 июня 2023 года и на 0,25 ставки должности преподавателя 1 категории колледжа по совместительству на срок по 30 июня 2023 года соответственно.

Приказом работодателя от 31 августа 2023 года № 16-63-л трудовой договор от 1 сентября 2022 года № 111-ТД (ЭК) с ней расторгнут и она уволена на основании пункта 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с истечением срока трудового договора.

С произведенным увольнением истец не согласна, поскольку уведомление о предстоящем увольнении в ее адрес не направлялось, она была уволена в период временной нетрудоспособности – с 29 августа 2023 года по 27 октября 2023 года.

По изложенным основаниям, указывая также на то, что она по устному распоряжению работодателя она была отозвана из ежегодного оплачиваемого отпуска для работы в приемной комиссии в период с 1 июля 2023 года по 26 августа 2023 года, работа в которой ответчиком оплачена не была, ссылаясь также на не ознакомление с приказами о прекращении иных трудовых договоров от 30 июня 2023 года № 16-56-П и № 16-56-Л, ФИО1 просила суд признать трудовой договор от 1 сентября 2022 года № 111-ТД (ЭК) заключенным на неопределенный срок, признать ее увольнение незаконным, восстановив ее на работе в ранее занимаемой должности, взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула, возложить обязанность оформить ее работу в период ежегодного оплачиваемого отпуска с 1 июня 2023 года по 31 августа 2023 года в соответствии с трудовым законодательством и выплатить заработную плату за указанный период, предоставить сведения в Социальный фонд России для перерасчета периода нетрудоспособности с 16 августа 2023 года по 22 августа 2023 года и с 30 октября 2023 года по 1 декабря 2023 года, взыскать проценты за задержку причитающихся выплат за период с 1 декабря 2023 года по 27 мая 2024 года в размере 17 472 рублей и 200 000 рублей в качестве компенсации морального вреда.

Определением суда, вынесенным без удаления в совещательную комнату с занесением в протокол судебного заседания от 15 октября 2024 года, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан.

На судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 уточненные исковые требования поддержала.

Представитель ответчика Казанского института ФГБОУ ВО «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России по доверенности ФИО2 иск не признал.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, – Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан на судебное заседание суда первой инстанции не явился.

Судом вынесено решение и дополнительное решение об отказе в удовлетворении исковых требований в вышеприведенной формулировке.

В апелляционных жалобах истец ФИО1, выражая несогласие с постановленными по делу судебными актами, просит их отменить как незаконные и необоснованные. При этом в жалобе она приводит те же доводы, что и в обоснование предъявленного иска, настаивает на совей правовой позиции по делу, в силу которой считает, что ее требования являются обоснованными и должны быть удовлетворены в полном объеме.

На судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддержала, просила отменить вынесенные по делу судебные постановления и принять новое решение об удовлетворении ее исковых требований.

Представитель ответчика – Казанского института ФГБОУ ВО «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России ФИО2, возражая против удовлетворения апелляционных жалоб истца, просил оставить в силе решение и дополнительное решение суда первой инстанции.

Участвующий в суде апелляционной инстанции прокурор Фатхутдинова А.С. пришла к заключению о законности увольнения истца ФИО1 по соответствующему основанию.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав объяснения сторон и заключение прокурора, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со статьей 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Согласно части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Положения статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривают возможность заключения срочного трудового договора. Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 указанного Кодекса.

На основании абзаца 6 части 2 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации по соглашению сторон срочный трудовой договор может заключаться: с лицами, избранными по конкурсу на замещение соответствующей должности, проведенному в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии с частью 1 статьи 332 Трудового кодекса (в редакции от 14 июля 2022 года) трудовые договоры на замещение должностей педагогических работников, относящихся к профессорско-преподавательскому составу, в организации, осуществляющей образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования и дополнительных профессиональных программ, могут заключаться как на неопределенный срок, так и на срок, определенный сторонами трудового договора.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является истечение срока трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения.

В силу статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Судом установлено и из материалов дела следует, что на основании выписки из протокола № 1 заседания Ученого совета Казанского института ФГБОУ ВО «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России от 29 августа 2022 года членами Ученого совета по итогам обсуждения представленных кандидатур и результатам проведенной процедуры тайного голосования кандидат юридических наук ФИО1 избрана на должность доцента (1,0 ставки) кафедры гражданского права. Рекомендовано заключить с ФИО1 трудовой договор (эффективный контракт) сроком на один год.

1 сентября 2022 года между Казанским институтом ФГБОУ ВО «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России и ФИО1 заключен трудовой договор (эффективный контракт) № 111-ТД (ЭК), по условиям которого последняя была принята в указанное учреждение на должность доцента кафедры гражданского права на 1,0 ставку на срок с 1 сентября 2022 года по 31 августа 2023 года в соответствии со статьей 332 Трудового кодекса Российской Федерации.

Также 1 сентября 2022 года между сторонами был заключен трудовой договор (эффективный контракт) № 112-ТД (ЭК), по условиям которого ФИО1 была принята в учреждение ответчика на должность доцента кафедры гражданского права на 0,25 ставки по совместительству на срок по 30 июня 2023 года в соответствии со статьей 332 Трудового кодекса Российской Федерации и трудовой договор (эффективный контракт) от 20 сентября 2022 года № 200-ТД (ЭК), по условиям которого ФИО1 была принята в организацию ответчика на должность преподавателя 1 категории колледжа на 0,25 ставки по совместительству на срок по 30 июня 2023 года в соответствии со статьей 59 Трудового кодекса Российской Федерации.

Уведомлением о прекращении трудового договора от 14 августа 2023 года ФИО1 уведомлена о том, что заключенный с ней трудовой договор от 1 сентября 2022 года № 111-ТД (ЭК) будет прекращен в связи с истечением срока его действия (по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации) 31 августа 2023 года.

Приказом работодателя от 31 августа 2023 года № 16-63-л ФИО1 уволена с должности доцента кафедры гражданского права в связи с истечением срока трудового договора, в качестве основания приведено вышеуказанное уведомление о прекращении трудового договора. С данным приказом истец ознакомлена 14 сентября 2023 года.

В связи с произведенным увольнением ФГБОУ ВО «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России направило 31 августа 2023 года в адрес ФИО1 уведомление № 05/01-01-10/1099 о необходимости получить трудовую книжку в организационно-правовом отделе ФГБОУ ВО «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России, в случае невозможности получения трудовой книжки сообщить о согласии на ее отправление посредством почтовой службы, которое было возвращено в учреждение ответчика в связи с истечением срока хранения.

4 октября 2023 года ФИО1 обратилась к работодателю с заявлением, в котором просила изменить дату увольнения, указывая на то, что увольнение произведено в период ее нетрудоспособности.

Обращаясь в суд с настоящим иском, в обоснование незаконности произведенного увольнения ФИО1 сослалась на то, что она не была уведомлена о предстоящем увольнении, которое также было произведено в период ее нетрудоспособности с 29 августа 2023 года по 27 октября 2023 года. Более того, представленное работодателем уведомление о предстоящем увольнении от 14 августа 2023 года она не получала, поскольку с 11 августа 2023 года находилась в Республике Калмыкия, отдел кадров в июне 2023 года передавал пакет документов на подпись, которые она подписала не читая. Подпись в уведомлении проставлена ею, но дата подписания выполнена иным лицом.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных истцом требований о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, в том числе объяснения сторон и выводы судебной экспертизы, учитывая, что порядок увольнения истца по оспариваемому основанию ФГБОУ ВО «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России соблюден, ФИО1 заблаговременно уведомлена о предстоящем увольнении в связи с истечением срока трудового договора, пришел к выводу о законности увольнения на основании пункта 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, произведенного с соблюдением требований статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия, соглашаясь с такими выводами суда первой инстанции, признает доводы апелляционных жалоб истца несостоятельными по следующим основаниям.

Как уже было указано ранее, пунктом 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что истечение срока трудового договора (статья 79 Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения, является основанием для прекращения трудового договора.

Статья 79 Трудового кодекса Российской Федерации определяет порядок прекращения срочного трудового договора.

В силу части 1 статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Из приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовые отношения между работодателем и работником возникают на основании заключенного с ним трудового договора, условия которого работник и работодатель должны соблюдать. К числу обязательных условий трудового договора относится срок его действия. Трудовой договор с работником может заключаться как на неопределенный срок, так и на определенный срок – не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

По общему правилу срочные трудовые договоры могут заключаться только в случаях, когда трудовые отношения с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения не могут быть установлены на неопределенный срок, а также в других случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами. Трудовым кодексом Российской Федерации предусмотрены случаи, когда срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон, в частности, по соглашению сторон срочный трудовой договор может заключаться с лицами, избранными по конкурсу на замещение соответствующей должности, проведенному в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 332 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на дату заключения оспариваемого трудового договора) трудовые договоры на замещение должностей педагогических работников, относящихся к профессорско-преподавательскому составу, в организации, осуществляющей образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования и дополнительных профессиональных программ, могут заключаться как на неопределенный срок, так и на срок, определенный сторонами трудового договора.

Заключению трудового договора на замещение должности педагогического работника, относящегося к профессорско-преподавательскому составу, в организации, осуществляющей образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования и дополнительных профессиональных программ, а также переводу на такую должность предшествует избрание по конкурсу на замещение соответствующей должности.

Истечение срока трудового договора относится к числу оснований для прекращения трудовых отношений. При этом, по смыслу положений статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации, одного факта истечения срока действия трудового договора недостаточно для прекращения действия трудового договора, этот факт должен быть дополнен соответствующим волеизъявлением либо работника, либо работодателя. Если прекращение трудового договора вызвано волеизъявлением работодателя, работодатель обязан предупредить работника в письменной форме о расторжении трудового договора в связи с истечением срока его действия не менее чем за три календарных дня до увольнения (за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время выполнения обязанностей отсутствующего работника). Однако в тех случаях, когда срок трудового договора истек, но ни одна сторона этого договора, ни работник, ни работодатель, не потребовала его расторжения, а работник продолжает выполнять трудовые функции по трудовому договору и после истечения установленного в трудовом договоре срока, условие о срочном характере трудового договора утрачивает силу и трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок, и последующее его прекращение возможно лишь на общих основаниях, то есть работодатель не вправе расторгнуть с работником трудовой договор в связи с истечением его срока в случае, если он не выразил своего желания прекратить трудовые отношения с работником до истечения срока трудового договора, а работник продолжает работу и после истечения срока трудового договора. Такое правовое регулирование направлено на учет интересов работников при продолжении исполнения ими трудовых обязанностей за пределами определенного условиями трудового договора срока его действия.

В подтверждение доводов о нарушении работодателем положений статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации – не ознакомлении ее с уведомлением от 14 августа 2023 года о прекращении трудового договора от 1 сентября 2022 года № 111-ТД (ЭК), заключенного на основании решения Ученого совета Казанского института ФГБОУ ВО «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России от 29 августа 2022 года, ФИО1, не оспаривая принадлежность своей подписи в указанном уведомлении, представила акт экспертного исследования от 11 августа 2024 года № 47, выполненного штатным экспертом автономной некоммерческой организации, согласно которому рукописная цифровая запись «14 08 23» (дата подписания), изображение которой имеется в копии уведомления о прекращении трудового договора от 14 августа 2023 года, выданного на имя доцента кафедры гражданского права Казанского института ФГБОУ ВО «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России ФИО1, – выполнена не ФИО1, образцы почерка которой были представлены на исследование.

В целях проверки соответствующих доводов иска, в связи с возникновением вопросов, требующих специальных познаний, судом первой инстанции была назначена судебно-почерковедческая экспертиза с постановкой следующих вопросов:

– кем, ФИО1, или иным лицом выполнена рукописная цифровая запись «14.08.2023» на уведомлении от 14 августа 2023 года о прекращении трудового договора от 1 сентября 2022 года № 111-ТД (ЭК)?

– кем, ФИО1, или иным лицом выполнена подпись и расшифровка подписи в строке, расположенной ниже абзаца «С настоящим уведомлением ознакомлен, экземпляр получил» в уведомлении от 14 августа 2023 года о прекращении трудового договора от 1 сентября 2022 года № 111-ТД (ЭК)?

Согласно заключению эксперта от 26 сентября 2024 года № 251/24 исследуемая краткая цифровая запись «14 08 23», расположенная под словами «С настоящим уведомлением ознакомлен, экземпляр получил», в строке «дата» в уведомлении о прекращении трудового договора от 14 августа 2023 года, уведомляющего о прекращении трудового договора от 1 сентября 2022 года № 111-ТД (ЭК) – выполнена самой ФИО1

Исследуемая подпись от имени ФИО1, расположенная под словами: «С настоящим уведомлением ознакомлен, экземпляр получил», в строке «подпись» в уведомлении о прекращении трудового договора от 14 августа 2023 года, уведомляющего о прекращении трудового договора от 1 сентября 2022 года № 111-ТД (ЭК) выполнена самой ФИО1

Исследуемая краткая запись – расшифровка подписи «ФИО1», расположенная под словами: «С настоящим уведомлением ознакомлен, экземпляр получил», в строке «ФИО» в уведомлении о прекращении трудового договора от 14 августа 2023 года, уведомляющего о прекращении трудового договора от 1 сентября 2022 года № 111-ТД (ЭК) выполнена ФИО1

Указанное экспертное заключение оценено судом первой инстанции в совокупности с иными доказательствами по делу по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и принято в качестве допустимого доказательства. При этом суд исходил из того, что экспертное заключение соответствует по форме и содержанию требованиям законодательства. Как правильно отметил в своем решении суд первой инстанции, экспертиза проведена специалистом, обладающим специальными познаниями для производства подобного рода экспертиз, предупрежденным об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения и не заинтересованными в результате рассмотрения гражданского дела. Изложенные в заключении выводы не носят предположительного характера, сделаны экспертом на основе полного и всестороннего анализа материалов дела и дают однозначный ответ о принадлежности цифровой записи, подписи и ее расшифровки.

Доводы истца о несогласии с выводами вышеуказанной судебно-почерковедческой экспертизы со ссылкой на представленную рецензию от 5 ноября 2024 года № 76/24, согласно которой заключение эксперта от 26 сентября 2024 года № 251/24, выполненное экспертом Т.Д.Б. в Центре судебных экспертиз «Монограмма», не соответствует требованиям действующих нормативно-правовых актов и Методики почерковедческой экспертизы, предъявляемых к данному виду экспертиз, совокупность выявленных недостатков, низкой квалификации эксперта, грубых нарушений нормативно-правовых актов и Методики почерковедческой экспертизы позволяют признать выводы, полученные экспертом, необоснованными и неверными в части дачи вывода о выполнении краткой цифровой записи «14 08 23» (даты) ФИО1, оценены судом первой инстанции критически, поскольку указанная рецензия безусловным и достаточным основанием, опровергающим выводы экспертного заключения от 26 сентября 2024 года № 251/24, не является.

Кроме того, учитывая, что принадлежность подписи в уведомлении о прекращении трудового договора от 14 августа 2023 года о прекращении трудового договора от 1 сентября 2022 года № 111-ТД (ЭК) ФИО1 не оспаривала, принадлежность цифровой записи о дате ознакомления с ним (в том числе с учетом доводов самой ФИО1 о фактическом подписании документов в июне 2023 года, то есть не менее чем за три дня до увольнения) на правильность выводов суда первой инстанции не влияет, поскольку само уведомление поименовано как «уведомление о прекращении трудового договора от 14 августа 2023 года» (то есть содержит календарную дату), иную дату в уведомлении, свидетельствующую об ознакомлении с ним позднее, чем за три календарных дня до расторжения трудового договора, ФИО1 не указала, что в совокупности с иными представленными доказательствами, в том числе с выводами судебно-почерковедческой экспертизы и отсутствием доказательств, объективно свидетельствующими о невозможности ознакомления с данным уведомлением, в том числе со ссылкой о нахождении ФИО1 в Республике Калмыкия в дату ознакомления с уведомлением (учитывая доводы последней о передвижении на личном транспорте, в том числе для участия в работе приемной комиссии), подтверждает соблюдение работодателем положений части 1 статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации и, как следствие, законность произведенного увольнения истца по оспариваемому основанию.

Доводы истца о незаконности ее увольнения в период нахождения на листке нетрудоспособности основаны на неправильном толковании норм материального права, поскольку увольнение работника в период временной нетрудоспособности не допускается лишь по инициативе работодателя, тогда как истечение срока действия трудового договора относится к иным основаниям увольнения.

Отказывая в удовлетворении требований истца в части возложения обязанности предоставить в территориальный орган Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации сведения о периодах нетрудоспособности в период с 16 августа 2023 года по 22 августа 2023 года и с 30 октября 2023 года по 1 декабря 2023 года, суд первой инстанции пришел к правильному и обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения данных требований.

Так, в ответ на извещение территориального органа Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации от 20 сентября 2023 года ФГБОУ ВО «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России 28 сентября 2023 года направило письмо № 05/02-01-10/1697 с приложением справки по форме № 182н, в которой указало необходимые сведения о периоде нетрудоспособности ФИО1 с 16 августа 2023 года по 22 августа 2023 года, в связи с чем до вынесения обжалуемого решения данные требования были исполнены ответчиком в добровольном порядке. При этом учитывая, что увольнение истца с 31 августа 2023 года признано законным, обязанность предоставления соответствующих сведений о периоде нетрудоспособности ФИО1, имевшем место после произведенного увольнения – с 30 октября 2023 года по 1 декабря 2023 года у работодателя последней отсутствует.

Как следует из расчетных листков за июль 2023 года и август 2023 года, в период с 1 июля 2023 года по 25 августа 2023 года ФИО1 находилась в ежегодном оплачиваемом отпуске, при этом в соответствии с листками нетрудоспособности в период с 16 августа 2023 года по 22 августа 2023 года последняя также была нетрудоспособна.

Согласно пояснениям истца, в указанный период времени она была отозвана из ежегодного оплачиваемого отпуска для исполнения трудовых обязанностей по работе в приемной комиссии и по приему вступительных испытаний в магистратуру.

В опровержение данных доводов ФГБОУ ВО «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России сослалось на то, что ФИО1 оказывала услуги по гражданско-правовому договору от 8 августа 2023 года № 1600-000139, предметом которого являлось оказание в период с 8 августа 2023 года по 31 августа 2023 года услуг по консультации участников вступительных испытаний по междисциплинарному экзамену (по направлению подготовки: 40.04.01 Юриспруденция) в объеме 2 часов, участие во вступительном испытании по междисциплинарному экзамену (по направлению подготовки: 40.04.01 Юриспруденция) в объеме 8,7 часа.

С учетом специфики педагогической работы, наличия учебной нагрузки, структуры учебных планов по тем или иным программам работодатель вправе руководствоваться подпунктом «г» пункта 2 постановления Минтруда Российской Федерации от 30 июня 2003 года № 41 «Об особенностях работы по совместительству педагогических, медицинских, фармацевтических работников и работников культуры». В указанном постановлении определены случаи, когда не требуются заключение (оформление) трудового договора с педагогическим работником. К таким работам, в том числе относится: консультирование высококвалифицированными специалистами в учреждениях и иных организациях в объеме не более 300 часов в год. В этом случае оплата производится по соглашению между работником и работодателем в рамках гражданско-правового договора возмездного оказания услуг.

Вместе с тем, в представленном договоре на оказание возмездных услуг от 8 августа 2023 года № 1600-000139 подпись истца отсутствует, при этом сама ФИО1 факт заключения такого договора с ответчиком и согласование его условий оспаривает, настаивая на том, что имело место привлечение ее к работе по инициативе работодателя в период нахождения в отпуске.

Изложенное позволяет прийти к выводу к выводу, что условия названного договора между сторонами не согласованы, договор не заключен, при этом факт привлечения последней к участию в работе приемной комиссии и в приеме вступительных испытаний сторонами не оспаривался. Согласно расчетному листка за август 2023 года отраженная в договоре на оказание возмездных услуг сумма в размере 4 815 рублей начислена работодателем, при этом факт ее перечисления ФИО1 со своей стороны также не оспаривала.

Как следует из представленного приказа ректора ВГУЮ (РПА Минюста России) от 5 июня 2018 года № 199 в состав предметных экзаменационных и апелляционных комиссий при обеспечении работы приемной комиссии при проведении вступительных испытаний в письменной и устной форме включаются доктора наук, кандидаты наук, преподаватели, не имеющие ученой степени.

Пунктами 2.2.21 и 2.2.45 трудового договора от 1 сентября 2022 года № 111-ТД (ЭК) ФИО1 определены, в том числе: обязанности по принятию участия в подготовке и проведении мероприятий для абитуриентов и по выполнению иных обязанностей, предусмотренных трудовым законодательством Российской Федерации и законодательством об образовании Российской Федерации, локальными нормативными актами работодателя, а также должностной инструкцией.

Выполнять указанную в трудовом договоре работу работник должен на рабочем месте (в том числе, для педагогических работников – при проведении аудиторной работы: помещения, где проводятся занятия, в соответствии с учебным расписанием, при проведении внеаудиторной работы: помещение кафедры или иные помещения по месту нахождения работодателя, определяемые работодателем) или лбом ином помещении, территории (объекте), где по поручению работодателя работник должен выполнять свою трудовую функцию под контролем работодателя в соответствии с графиком, определенным работодателем. В случае возникновения обстоятельств непреодолимой силы, объективно препятствующих выполнению работником на рабочем месте, или при принятии соответствующего решения работодателем, работник обязан выполнять указанную в трудовом договоре работу в дистанционном режиме в порядке, предусмотренном трудовым законодательством и определяемом дополнительным соглашением к трудовому договору и (или) локальным актом работодателя (пункт 2.2.27 трудового договора от 1 сентября 2022 года № 111-ТД (ЭК)).

Таким образом, утверждение графика вступительных испытаний и включение ФИО1 в состав приемной комиссии, что сторонами не оспаривалось, предполагает обязанность ФИО1 выполнять определенную работу с учетом нормы времени, установленной приказом ректора ВГУЮ (РПА Минюста России) от 5 июня 2018 года № 199, подчиняться внутреннему распорядку учреждения, месту проведения и расписанию вступительных испытаний, утвержденному председателем приемной комиссии ФГБОУ ВО «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России 29 мая 2023 года, в том числе учитывать установленные работодателем критерии оценивания результатов письменного тестирования абитуриентов.

В силу положений частей 1 и 2 статьи 125 Трудового кодекса Российской Федерации по соглашению между работником и работодателем ежегодный оплачиваемый отпуск может быть разделен на части. При этом хотя бы одна из частей этого отпуска должна быть не менее 14 календарных дней. Отзыв работника из отпуска допускается только с его согласия, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Неиспользованная в связи с этим часть отпуска должна быть предоставлена по выбору работника в удобное для него время в течение текущего рабочего года или присоединена к отпуску за следующий рабочий год.

Учитывая вышеизложенное, вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для возложения на работодателя истца обязанности по оформлению и оплате работы последней в период ежегодного отпуска не может быть признан законным и обоснованным, поскольку в приведенный период времени ФИО1 выполняла трудовую функцию, не заключая с ответчиком договора гражданско-правового характера.

Учитывая, что ФИО1 приступила к исполнению своих трудовых обязанностей в установленные работодателем даты, судебная коллегия приходит к выводу о том, что фактическое согласие истца на отзыв ее из отпуска в дни, консультаций и вступительных экзаменов согласно вышеприведенному расписанию вступительных испытаний работодателем получено.

Оплата труда преподавателей за организацию и проведение вступительных испытаний в вузе осуществляется в соответствии с внутренними документами университета. Размер оплаты труда может различаться и зависит от конкретных задач, времени работы и штатной категории преподавателя, но не должен противоречить трудовому законодательству.

Как уже было указано, условия оплаты труда членам предметных экзаменационных и апелляционных комиссий, нормы времени и порядок определения нагрузки членам указанных комиссий в организации ответчика установлены приказом ректора ВГУЮ (РПА Минюста России) от 5 июня 2018 года № 199, согласно приложению к которому проведение консультаций перед вступительным испытанием, проводимым университетом самостоятельно составляет 2 часа на одну группу, норма времени на проведение вступительных испытаний в письменной форме определяется по фактическим затратам времени, но не более 3,5 часа на одну группу, на проверку экзаменационных работ при проведении вступительного испытания в письменной форме отводится 0,3 часа на одну работу. Данные нормы временных затрат установлены каждому преподавателю, проводящему консультацию, каждому члену предметной экзаменационной комиссии.

В подтверждение доводов о привлечении ФИО1 к работе в период отпуска в указанные ею даты, последней была представлена переписка мессенджере «WhatsApp» с сотрудником университета для работы в приемной комиссии, расписание вступительных испытаний, утвержденных председателем приемной комиссии ФГБОУ ВО «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России 29 мая 2023 года, согласно которой консультации по междисциплинарному экзамену проводились 7 августа 2023 года и 23 августа 2023 года, экзамены – 8 августа 2023 года, 9 августа 2023 года, 10 августа 2023 года, 11 августа 2023 года, 24 августа 2023 года и 25 августа 2023 года. Для участия в консультациях в дистанционном порядке 7 августа 2023 года и 23 августа 2023 года в адрес ФИО1 в мессенджере направлялись соответствующие ссылки. Из пояснений истца следует, что для участия в экзаменах она присутствовала непосредственно по месту нахождения работодателя.

Согласно расчету истца 1 июля 2023 года и 2 июля 2023 года она дежурила и должна была быть вызвана на работу в приемную комиссию, 3 июля 2023 года принимала участие в работе приемной комиссии, 7 августа 2023 года, 23 августа 2023 года принимала участие в консультациях студентов по вопросам предстоящих экзаменов, 8 августа 2023 года, 9 августа 2023 года, 10 августа 2023 года, 11 августа 2023 года и 24 августа 2023 года принимала участие в приеме вступительных экзаменов.

Как следует из расписания вступительных испытаний Казанского института ФГБОУ ВО «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России на 7 августа 2023 года была назначена консультация, на 8 августа 2023 года и 9 августа 2023 года прием экзамена, 10 августа 2023 года и 11 августа 2023 года были резервными днями, на 23 августа 2023 года была назначена консультация, на 24 августа 2023 года прием экзаменов, 25 августа 2023 года резервный день.

В организации ответчика в соответствии с приказом ВГУЮ (РПА Минюста России) от 29 мая 2023 года № 01/170 утвержден состав приемных комиссий университета, в том числе предметная экзаменационная комиссия по вступительному междисциплинарному экзамену для поступления в магистратуру, председателем которой является С.Н.А., членами комиссии ФИО1 и М.Ю.Ю.

Согласно журналу регистрации и выдачи ведомостей вступительных испытаний, ведомости для приема междисциплинарного экзамена выдавались председателю вышеприведенной комиссии С.Н.А. 8 августа 2023 года, 9 августа 2023 года и 24 августа 2023 года.

Как следует из экзаменационных ведомостей от 8 августа 2023 года, 9 августа 2023 года и от 24 августа 2023 года, подписанных экзаменаторами С.Н.А., М.Ю.Ю., ФИО1 и ответственным секретарем приемной комиссии Ю.Ю.Н., в указанные даты ФИО1 принимала участие в приеме междисциплинарных экзаменов.

Таким образом, учитывая сведения, отраженные в журнале регистрации и выдачи ведомостей вступительных испытаний, в экзаменационных ведомостях, а также учитывая фактическую выплату ответчиком вознаграждения истцу за участие в консультации 7 августа 2023 года, факт отзыва ФИО1 из отпуска 7 августа 2023 года, 8 августа 2023 года, 9 августа 2023 года и 24 августа 2023 года и привлечение последней к исполнению трудовых обязанностей в вышеприведенные даты подтвержден совокупностью приведенных доказательств.

В нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каких-либо относимых и допустимых доказательств, безусловно подтверждающих доводы истца о привлечении ее к исполнению трудовых обязанностей в иные указанные дни ежегодного отпуска, или, напротив, доводы ответчика о выполнении истцом меньшего объема работ суду не представлено.

В соответствии с разделом 4 трудового договора от 1 сентября 2022 года № 111-ТД (ЭК) на период работы истцу был установлен должностной оклад в размере 24 657 рублей, компенсационные выплаты, предусмотренные законодательством Российской Федерации и Положением об оплате труда работников университета, размер и условия осуществления которых устанавливаются дополнительным соглашением к настоящему трудовому договору. А также при наличии финансовых возможностей работодателя работнику, в соответствии с Положением об оплате труда работников, могли выплачиваться стимулирующие выплаты: выплаты за интенсивность и высокие результаты работы, выплаты за качество выполняемых работ, выплаты за стаж непрерывной работы, премиальные выплаты по итогам работы. Размер и условия осуществления стимулирующих выплат, устанавливаемых на определенный срок, определялся дополнительным соглашением к настоящему трудовому договору (пункты 4.1.1, 4.1.2, 4.1.3 трудового договора).

Согласно пунктам 5.1, 5.2 трудового договора от 1 сентября 2022 года № 111-ТД (ЭК) истцу была установлена шестидневная, 36-часовая рабочая неделя.

Учитывая, что в период отпуска – 7 августа 2023 года, 8 августа 2023 года, 9 августа 2023 года и 24 августа 2023 года ФИО1 фактически осуществляла работу в интересах ответчика, гражданско-правовой договор между сторонами в установленном законом порядке не заключался, указанные дни подлежали оплате.

Определяя размер подлежащей взысканию заработной платы, исходя из расчета истца и ее пояснений, согласно которым она не обладает соответствующими познаниями для правильного исчисления размера задолженности, а также правовой позиции представителя ответчика, настаивающего на заключении между сторонами гражданско-правового договора, оплата по которому осуществлена в полном объеме, судебная коллегия полагает возможным руководствоваться порядком исчисления средней заработной платы, установленным статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации, а также Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922, в редакции, действовавшей в спорный период (далее – Положение № 922).

Согласно части 3 статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации и пункта 4 Положения № 922 расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале – по 28-е (29-е) число включительно).

В соответствии с абзацами 2 и 3 пункта 9 Положения № 922 средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате. Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Определяя размер подлежащей взысканию суммы заработной платы, судебная коллегия исходит из суммарного дохода истца, который за период с 1 сентября 2022 года по 31 августа 2023 года, согласно сведениям, отраженным в расчетных листках, за исключением начисленных сумм отпускных, компенсаций неиспользованных дней отпуска, выплат по листам нетрудоспособности и разовых премий, начисленных в феврале 2023 года, мае 2023 года, июне 2023 года, а также сумм, начисленных по трудовым договорам за внутреннее совместительство, составил 649 160 рублей 52 копейки (59 460 рублей в сентябре 2022 года + 60 595 рублей в октябре 2022 года + 60 595 рублей в ноябре 2022 года + 95 095 рублей в декабре 2022 года + 60 595 рублей в январе 2023 года + 54 774 рубля в феврале 2023 года + 60 595 рублей в марте 2023 года + 60 595 рублей в апреле 2023 года + 60 595 рублей в мае 2023 года + 60 595 рублей в июне 2023 года + 0 рублей в июле 2023 года + 10 851 рубль 52 копейки в августе 2023 года + 4 815 рублей в августе 2023 года (оплата кодированная ответчиком как выплата по гражданско-правовому договору, поскольку данная выплата фактически начислена истцу за выполнение трудовых обязанностей в период отпуска).

С учетом исчисленного среднего дневного заработка ФИО1 – 2 545 рублей 72 копейки (649 160 рублей 52 копейки / 255 рабочих дней), сумма заработной платы за дни исполнения трудовых обязанностей в период ежегодного оплачиваемого отпуска – 7 августа 2023 года, 8 августа 2023 года, 9 августа 2023 года и 24 августа 2023 года (4 дня), составит 10 182 рубля 88 копеек (2 545 рублей 72 копейки среднедневной заработок Х 4 рабочих дня).

Учитывая произведенную работодателем выплату в размере 4 815 рублей, в пользу ФИО1 подлежит взысканию невыплаченная заработная плата в размере 5 367 рублей 88 копеек (10 182 рубля 88 копеек – 4 815 рублей).

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что ФИО1, выполняя трудовую функцию, возложенную на нее трудовым договором с ведома и по поручению работодателя, с ее согласия в приведенные дни фактически отзывалась из отпуска в соответствии с частью 2 статьи 125 Трудового кодекса Российской Федерации без надлежащего оформления со стороны работодателя, решение суда и дополнительное решение суда в обжалуемой части нельзя признать законными, поскольку они приняты с существенными нарушениями норм материального права, повлиявшими на исход дела, без устранения которых невозможна защита прав и законных интересов заявителя жалобы, что согласно статье 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены постановленного по делу решения и дополнительного решения в данной части с принятием нового – о возложении на работодателя обязанности по оформлению и оплате ФИО1 периодов работы 7 августа 2023 года, 8 августа 2023 года, 9 августа 2023 года и 24 августа 2023 года в размере 5 367 рублей 88 копеек.

Соответственно подлежит отмене судебное решение и в части отказа в удовлетворении требований истца о взыскании с ответчика компенсации за нарушение сроков причитающихся выплат и компенсации морального вреда с принятием в этой части нового решения о частичном удовлетворении названных требований.

В соответствии с положениями статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Истцом заявлено требование о взыскании процентов за нарушение срока выплат, причитающихся работнику.

Расчет компенсации за несвоевременную выплату подлежит исчислению исходя из количества дней просрочки и ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей в это время.

Поскольку трудовой договор с истцом 31 августа 2023 года расторгнут, окончательный расчет должен был быть произведен в указанную дату, учитывая задолженность ответчика по выплате заработной платы в размере 5 367 рублей 88 копеек, на указанную сумму подлежат начислению проценты, предусмотренные положениями статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации, с 1 сентября 2023 года соответственно.

Таким образом, размер компенсации за несвоевременную выплату причитающихся истцу денежных сумм, расчет которой осуществлен с помощью калькулятора на сайте https://calc.consultant.ru/kompensaciya-zarplata, исходя из определенного размера задолженности за период, начиная с 1 сентября 2023 года по день вынесения решения судом апелляционной инстанции, исчисленной по правилам статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации, составит 5 287 рублей 72 копейки.

При этом проценты, исчисленные по правилам статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации, также подлежат начислению на сумму 5 367 рублей 88 копеек, начиная с 12 декабря 2025 года по день фактического расчета включительно.

В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17 марта 2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В данном случае, принимая во внимание объем и характер допущенных ответчиком нарушений прав работника ФИО1, судебная коллегия определяет подлежащим взысканию с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей.

В силу положений части 3 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если суд вышестоящей инстанции, не передавая дело на новое рассмотрение, изменит состоявшееся решение суда нижестоящей инстанции или примет новое решение, он соответственно изменяет распределение судебных расходов.

Так как принятое по делу судебное постановление в части отменено, а требования истца, освобожденного от судебных расходов, частично удовлетворены, с ответчика (как с работодателя истца), в доход бюджета соответствующего муниципального образования подлежит взысканию государственная пошлина, которая при расчете пропорционально удовлетворенным исковым требованиям в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации (за требования имущественного и неимущественного характера) составит 726 рублей 22 копейки.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 199, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Ново-Савиновского районного суда города Казани от 15 ноября 2024 года и дополнительное решение этого же суда от 21 мая 2025 года по данному делу в части отказа в удовлетворения исковых требований ФИО1 к Казанскому институту федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России о возложении обязанности по оплате работы в период ежегодного отпуска, взыскании процентов за задержку причитающихся выплат и компенсации морального вреда отменить и принять в этой части новое решение.

Взыскать с Казанского института федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт 

<

данные изъяты>) заработную плату в размере 5 367 рублей 88 копеек, компенсацию за нарушение срока выплаты заработной платы за период с 1 сентября 2023 года по 11 декабря 2025 года в размере 5 287 рублей 72 копеек, компенсацию за несвоевременную выплату причитающихся сумм в соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации в размере одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, начисленной на сумму в размере 5 367 рублей 88 копеек, начиная с 12 декабря 2025 года по день фактического расчета включительно, денежную компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей.

Взыскать с Казанского института федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Всероссийский государственный университет юстиции» РПА Минюста России (ИНН 

<

***>) государственную пошлину в размере 726 рублей 22 копеек в доход бюджета соответствующего муниципального образования.

В остальной части решение суда и дополнительное решение суда оставить без изменения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд обшей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 17 декабря 2025 года.

Председательствующий

Судьи