07RS0001-02-2025-002788-40

Дело № 2-4420/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 октября 2025 г. г.Нальчик

Нальчикский городской суд в составе председательствующего судьи – Тхазаплижевой Б.М., при секретаре – Аттоевой А.Ш.,

с участием истца ФИО1, 

представителя Генеральной прокуратуры РФ – Меркуловой В.А.,

представителя Министерства финансов Российской Федерации – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 ФИО31 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по КБР, третьи лица: Управление по Северо - Кавказскому федеральному округу Главного управления Генеральной прокуратуры РФ по СКЮФО, УФССП по КБР о взыскании компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование, возложении обязанности структуры прокуратуры принести официальное извинение от имени государства,

УСТАНОВИЛ:

В Нальчикский городской суд КБР поступило исковое заявление ФИО3 ФИО32 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по КБР, в котором просил суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда за незаконное уголовное преследование возбуждением уголовных дел №11808830013000152 по ч.2 ст.315 УК РФ и №80/8-19 по ч. 4 ст. 159 УК РФ в размере 6 000 000 рублей.

В обоснование своих требований ФИО1 указал, что постановлением от 05.10.2018 ст. следователем Следственной части Следственного управления МВД по КБР ФИО4 возбуждено уголовное дело N? 11801830009000040 по ч. 4 ст. 159 УК РФ в отношении ФИО1, ФИО5 и неустановленных лиц по факту хищения денежных средств КБ «БУМ-БАНК» (ООО) в особо крупном размере.

08.10.2018 к 9:00 часам он был вызван по повестке к следователю в МВД по КБР, допрошен в качестве подозреваемого, а в 15:45 час. задержан со ссылкой на ст. 91 и 92 УПК РФ.

16.10.2018 по делу N?11801830009000040 ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

09.10.2018 постановлением судьи НГС Жигунова А.Х. ему была избрана «мера пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца, то есть по 07 декабря 2018 года». 

Апелляционным постановлением ВС КБР от 24.10.2018 постановление суда первой инстанции оставлено без изменения.

Срок содержания под стражей продлевался: 07.12.2018 на 2 месяца, всего до 4 месяцев, то есть до 06.02.2019 включительно, апелляционным постановлением ВС КБР от 24.12.2018 постановление суда первой инстанции оставлено без изменения.

04.02.2019 на 1 месяц, всего до 5 месяцев, то есть до 05.03.2019 включительно, апелляционным постановлением ВС КБР от 25.02.2019 постановление суда первой инстанции оставлено без изменения.

01.03.2019 на 1 месяц 28 суток, всего до 6 месяцев 28 суток, то есть до 05.05.2019 включительно; апелляционным постановлением ВС КБР от 18.03.2019 срок содержания под стражей уточнен до 03.05.2019;

30.04.2019 постановлением судьи ему избрана мера пресечения в виде домашнего ареста на 2 месяца, то есть по 30.06.2010 включительно, которое отменено апелляционным постановлением ВС КБР от 28.05.2019 г. с направлением материала на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда и продлением срока меры пресечения в виде домашнего ареста до 06 июня 2019 года включительно.

06.06.2019 срок содержания под стражей продлен на 02 месяца 04 суток, а всего до 09 месяцев, то есть по 07.07.2019 включительно Апелляционным постановлением ВС КБР от 28.06.2019 мера пресечения в виде содержания под стражей - оставлена без изменения.

06.07.2019 постановлением судьи срок содержания под стражей продлен на 02 месяца 00 суток, а всего до 11 месяцев, то есть до 07 сентября 2019 года включительно. Апелляционным постановлением ВС КБР от 31.07.2019 мера пресечения в виде содержания под стражей оставлена без изменения.

Постановлением следователя ФИО6 от 29.08.2019 г. мера пресечения изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении, в связи с чем в тот же день он освобожден из ФКУ СИЗО N? 1 УФСИН РФ по КБР (г. Нальчик).

Из Постановления Президиума Верховного суда РФ от 22.12.2021 г. N? 195-П21 следует, что с учетом установленного Европейским Судом по правам человека нарушения пункта 3 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с тем, что срок содержания ФИО1 под стражей продлевался по основаниям, которые не могут считаться достаточными для обоснования длительного содержания под стражей, отмене подлежат судебные постановления, связанные с решением вопроса о продлении срока содержания его под стражей, вынесенные в период с 7 декабря 2018 года до изменения меры пресечения на подписку о невыезде о невыезде 29 августа 2019 года.

На основании изложенного, руководствуясь ч. 5 ст. 415 УПК РФ Президиум Верховного Суда Российской Федерации постановил: «постановления судей Нальчикского городского суда КБР от 7 декабря 2018 года, от 4 февраля 2019 года, от 1 марта 2019 года, от 6 июня 2019 года, от 6 июля 2019 года о продлении срока содержания ФИО1 под стражей, апелляционные постановления ВС КБР от 24 декабря 2018 года, от 25 февраля 2019 года, от 18 марта 2019 года, от 28 июня 2019 года, от 31 июля 2019 года в отношении ФИО1 отменить».

Таким образом, признаны необоснованными и отменены все судебные акты судов первой инстанции о продлении сроков содержания под стражей в отношении него и апелляционные постановления ВС КБР, которыми эти постановления были оставлены в силе.

Постановлением от 29.11.2018 дознавателем отдела организации дознания Управления ФССП по КБР ФИО7 возбуждено уголовное дело N11808830013000152 по ч. 2 ст. 315 УК РФ в отношении ФИО1 по факту злостного неисполнения им решения суда.

Постановлением от 10.01.2019 ст. следователем СУ УМВД России по г. Нальчик ФИО8 возбуждено уголовное дело N? 80/8-19 по ч. 4 ст. 159 УК РФ в отношении ФИО1, ФИО9 и неустановленных лиц по факту хищения денежных средств КБ «БУМ-БАНК» (ООО) на сумму 44 430 000 рублей.

Постановлением о соединении уголовных дел от 06.03.2019 зам. начальника СУ УМВД по г. Нальчик ФИО10 уголовное дело N?11808830013000152 соединено в одно производство с уголовным делом N? 80/8-19, с присвоением соединенному уголовному делу N?11808830013000152. Расследование соединенного дела поручено следователю ФИО8 

Постановлением и.о. прокурора КБР от 13.05.2019 уголовное дело N?11801830009000040 от 05.10.2018 изьято из производства СУ МВД по КБР и передано для дальнейшего расследования во второй отдел по расследованию ОВД СУ СК РФ по КБР.

20.08.2019 к уголовному делу N? 11801830009000040 от 05.10.2018 присоединены Постановлением зам. Председателя СК РФ от 21.08.2019 уголовное дело N? 11801830009000040 изъято из производства следователя по ОВД СО по г. Нальчик СУ СК РФ по ФИО11 ФИО12 и передано для организации дальнейшего расследования руководителю ГСУ СК РФ по СКФО.

В ГСУ СК РФ по СКФО создана следственная группа во главе со следователем ФИО6 для расследования объединенного уголовного дела N? 11801830009000040.

Следствие по данному делу ещё не окончено.

Постановлением ст. следователя по ОВД пятого отдела управления по расследованию ОВД ГСУ СК РФ по СКФО ФИО6 от 25.05.2025 о частичном прекращении уголовного дела N?11801830009000040 принято решение: «прекратить уголовное преследование в отношении ФИО1 «в части совершения хищения денежных средств КБ «БУМ-БАНК» ООО, совершенного им по предварительному сговору с ФИО9 и неустановленными лицами», по эпизоду, возбужденному 10.01.2019 под N?80/8-19 по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, то есть в связи с его непричастностью к совершению указанного преступления. Прекратить уголовное преследование в отношении ФИО1 в совершения им преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 315 УК РФ - злостного неисполнения решения Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2017 по делу N? A20-588/2013, по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть за отсутствием события указанного преступления.

Постановлением следователя по ОВД пятого отдела управления по расследованию ОВД ГСУ СК РФ по СКФО ФИО6 от 03.12.2024 о частичном прекращении уголовного дела N? 11801830009000040 принято решение:

« прекратить уголовное дело в части совершения ФИО1 преступления, предусмотренного ч. ст. 315 УК РФ, возбужденного по факту злостного неисполнения решения Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2017, возбужденного 29.11.2018 в ОД УФССП России по КБР, по основанию, предусмотренному п.1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть за отсутствием события указанного преступления. Вещественные доказательства, изъятые по эпизоду преступления, предусмотренного ч.2 ст. 315 УК РФ, вернуть по принадлежности.

Из изложенного следует, что уголовные дела, возбужденные под N?11808830013000152 и N?80/8-19 в отношении него прекращены по реабилитирующим основаниям.

Обоснование причин прекращения указанных уголовных дел в отношении него подробно изложены в постановлениях следователя ФИО6 от 25.05.2022 и 03.12.2024, которые приложены к иску.

03.05.2018 в КУСП Управления ФССП по КБР за N? 11 зарегистрирован материал предварительной проверки по рапорту СПИ МОСП по ИОИП по КБР ФИО13 - о злостном неисполнении председателем правления «БУМ-БАНК» (ООО) ФИО1 вступившего в законную силу решения суда, а именно о выплате действительной стоимости доли участника «БУМ-БАНК» (ООО) ФИО14 в размере 139 223 001 рублей.

По материалу проверки неоднократно выносилось постановление об отказе в возбуждении уголовного дела N? 11808830013000152 по ч. 2 ст. 315 УК РФ в отношении ФИО1 возбуждено 29.11.2018; уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено 25.05.2022 - за отсутствием события преступления, а уголовное дело в целом прекращено только 03.12.2024 - за отсутствием события преступления.

Таким образом, с даты регистрации в КУСП (03.05.2018) до даты прекращения уголовного преследования в отношении ФИО1 - 25.05.2022 г. прошло 4 года 22 дня; до даты прекращения уголовного дела в целом - 03.12.2024 г. прошло 6 лет 7 месяцев 27 дней. С момента регистрации в КУСП - 03.05.2018 и до возбуждения уголовного дела.

По данному делу он и его защитник оспаривали через суды действия сотрудников УФССП по КБР и постановление о возбуждении уголовного дела в порядке ст. 124-125 УПК РФ, неоднократно заявляли ходатайство о прекращении уголовного дела за отсутствием события преступления, но по всем обращениям без надлежащего рассмотрения было отказано, хотя и до возбуждения уголовного дела судебными актами, вступившими в законную силу, было установлено, что Банк не должен был что-либо выплачивать ФИО15

Первый раз его допросили в качестве обвиняемого по этому эпизоду только 27.10.2021,то есть спустя почти три года после возбуждения уголовного дела - 29.11.2018. 

Следствие ничего нового не установило, просто спустя 4 года и 22 дня после регистрации в КУСП (03.05.2018) и 6 лет 7 месяцев после возбуждения уголовного дела (29.11.2018) наконец-то удосужилось правильно оценить содержания судебных актов и других документов, представленных еще до возбуждения уголовного дела. Но своей незаконной цели следствие достигло, они создали условия для ФИО14 избежать погашения задолженности перед Банком на сумму около 250 млн. рублей.

В качестве повода и основания для возбуждения уголовного дела N?80/8-1919 следователь СУ УМВД России по г. Нальчик ФИО8 в постановлении о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству указал: «Заявление Руководителя временной администрации по управлению кредитной организацией КБ «БУМ-БАНК» ООО ФИО16, коллективное заявление ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24 и материалы предварительной проверки по факту хищения денежных средств КБ «БУМ-БАНК» ООО в особо крупном размере, путем обмана и представления заведомо подложных документов.

Основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, что подтверждается материалами предварительной проверки».

На самом деле заявления ФИО16 у ФИО8 не было и рассмотрение такого заявления ему не поручалось.

По данному делу он и его защитники оспаривали через суды действия сотрудников УФССП по КБР и постановление о возбуждении уголовного дела в порядке ст. 124-125 УПК РФ, неоднократно заявляли ходатайство о прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления, но по всем обращениям без надлежащего рассмотрения было отказано. В ходе доследственной проверки неоднократно было отказано в возбуждении уголовного дела, а постановлением следователя ФИО8 от 28.09.2018 было возбуждено уголовное дело в отношении только ФИО9 по 8 эпизодам по ч. 4 ст. 159 УК РФ, но через пару месяцев это постановление было отменено, потом снова возбуждено уже 10.01.2019 г., в том числе и в отношении него.

Истец указал, что изложенными действиями следственных, прокурорских и судебных органов длительное время в отношении него продолжалось незаконное уголовное преследование по двум уголовным делам. Причем, изначально было очевидно, что преследование носит заказной и коррупционный характер. Прокуратура, куда он обратился с напоминанием нормы закона и приказа генпрокурора о необходимости принесения извинения по данным фактам, просто не ответила. Все указанные обстоятельства с учетом его возраста и хронических заболеваний повлияли на его здоровье и причинили ему существенный моральный вред.

С учетом пунктов 20-21 Постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2011 N? 17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» (в ред. Постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2022 N 22), фактических обстоятельств дела истец считает, что денежная компенсация морального вреда по данному иску должна быть не менее 6 млн. руб. (шесть миллионов рублей), по 3 млн. руб. по каждому уголовному делу.

На основании изложенного, с учетом длительности уголовного преследования, ограничения права на передвижение за пределы постоянного места жительства, постоянную стрессовую ситуацию, связанную с опасением незаконного осуждения, и как следствие, возникновение ситуации, порочащей его репутацию как человека и гражданина истец заявил требования компенсации в размере 6 млн. рублей, а также просил обязать соответствующие структуры прокуратуры РФ выполнить их обязанность, предусмотренную ст. 136 УПК РФ принести официальное извинение от имени государства за причиненный вред.

В судебном заседании истец свои требования поддержал, просил их удовлетворить в полном объеме и вынести частное определение в адрес прокуратуры РФ в лице, представляющего по доверенности прокурора КБР, в связи с длительным, более трех лет, неисполнением обязанности, предусмотренной ст. 136 УПК РФ, по принесению официального извинения ФИО1 и опубликования в средствах массовой информации сообщения о его реабилитации.

Истец указал, что уголовное преследование по этим делам оперативно-следственными и прокурорско-судебными органами осуществлялась осознанно незаконно, умышленно преступными методами. При этом, ни один сотрудник этих органов никакой ответственности не несет, а его еще закон обязывает доказывать, что ему причинен моральный вред. 

В процессе исследования материалов дела установлено, что по материалу проверки в отношении ФИО13 следственным комитетом по г. Нальчику в 2025 году отказано в возбуждении уголовного дела. При этом, проверка проведена халатно, о результатах проверки он не уведомлен. Но самое главное, преступление в результате которого у государства похищено более 70 млн руб. (до 300 млн. руб.) скрыто через этот отказной материал.

Поэтому он обращается официально к прокуратуре КБР через участвующего в данном деле их представителя с предложением изучить этот материал, приобщить туда копию постановления о прекращении уголовного дела №11808830013000152 по ч. 2 ст. 315 УК РФ, пригласить его и подробно опросить о том, как вернуть государству более 600 млн. руб. 

На его жалобу заместителю Генпрокурора РФ-руководителю ГУ прокуратуры РФ по СКФО и ЮФО от 09.10.2024 и призыв исполнить требования ст. 136 УПК РФ он до сих пор никакого ответа не получил, то есть прокуратура РФ фактически до настоящего времени уклоняется от исполнения требования закона по отношению к нему, а это может означать только то, что прокуратура РФ не считает его реабилитированным и/или не согласна с прекращением незаконного уголовного преследования.

Необходимости и законных оснований для возбуждения уголовного дела не было. Цель была иная - изъять у Банка 139 млн. руб. Руководили этим вопросом большие должностные лица соответствующих государственных структур.

Все это сопровождалось большим пиаром по очернению Банка и его в средствах массовой информации.

Кроме того, эти дела использовались для оказания давления на него, его адвокатов и судей. Это подтверждается содержанием протокола судебного заседания по рассмотрению материала № 22к-500/2019 в апелляционном порядке от 28.05.2019 г., публикациями в «Газете Юга» и других средствах массовой информации.

Кроме того, 09.10.2024 он обращался к заместителю Генпрокурора РФ - ФИО25 с предложением исполнить требования ст. 136 УПК РФ и принести официальное извинение, но никакого ответа не получил. 

Незаконное игнорирование Прокуратурой РФ его обращения о принесении официального извинения - это тоже причинение морального вреда, поэтому истец заявил, что по двум уголовным делам моральный вред наносится до настоящего времени. По прекращенным делам действовала мера пресечения - подписка о невыезде и надлежащем поведении. Следователи и оперативные работники утверждали, что он совершил эти преступления, вели себя агрессивно, посылая запросы в многочисленные организации и учреждения везде писали, что он совершил указанные преступления, сливали ложную, непроверенную информацию средствам массовой информации.

В ходе расследования уголовного дела Российская Федерация в лице оперативно следственных и судебных органов нарушали принципы неприкосновенности личности; создавали непреодолимые препятствия путем: прослушивания телефонных разговоров, осуществления наружной слежки, обнародования личной переписки, поручением и проведением комплекса оперативно-розыскных и следственных мероприятий, в виде наблюдения, досмотра, обследования жилища, изъятия личных вещей и документов; создавали препятствия в личном передвижении за пределами места жительства и пребывания; препятствовали нормальному уходу за здоровьем.

В связи с длительной и незаконной попыткой привлечения к уголовной ответственности оперативно-следственными, прокурорскими и судебными органами, от которых он слышал необоснованные оскорбления и обвинения, угрозы и давления, распространение их агрессии на его детей, дали основания усомниться в справедливости сложившегося в стране правопорядка и правосудия. В его возрасте это очень плохо сказывается на все в его жизни. Истец считает, что это оценить, восполнить или компенсировать невозможно. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 указал, что Министерство финансов Российской Федерации, изучив заявление и доводы истца, считает требования не подлежащими удовлетворению. Из обстоятельств дела следует, что два из трех уголовных дел в отношении ФИО1 прекращены, но первое по дате возбуждения и по которому первоначально избиралась мера пресечения в виде заключения под стражу, в настоящее время находится в производстве следственных органов, а значит истец в настоящее время находится в статусе подозреваемого.

Таким образом, заявляя требования о компенсации морального вреда по прекращенным уголовным делам, ФИО1 ссылается на вред, причиненный уголовным преследованием и мерой пресечения, связанной с лишением и ограничением свободы, которая была избрана в отношении него еще до возбуждения уголовных дел № 11808830013000152 и № 80/8-19 и их объединения.

В соответствии с п.13 постановления Пленума Верховного Суда Российской

Федерации от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" судам следует учитывать, что моральный вред, причиненный правомерными действиями, компенсации не подлежит.

Из приведенных разъяснений Постановления №33, с учетом продолжающего расследования уголовного дела № 11801830009000040, следует, что у истца в настоящее время нет оснований для заявления требований о компенсации морального вреда в связи с причинением ему нравственных страданий, так как вступившим в силу приговором суда ФИО1 в настоящее время не оправдан, постановлением следственного органа уголовное дело не прекращено, а предрешать подобный исход в будущем у суда при рассмотрении данного дела не имеется.

Таким образом, свои требования по настоящему делу истец может основывать лишь на самом факте возбуждения и прекращения в отношении него уголовных дел №11808830013000152 и №80/8-19 по реабилитирующим основаниям, так как в случае признания его виновным в совершении преступлений предусмотренных ч.4 ст.159 Уголовного кодекса Российской Федерации по уголовному делу №11801830009000040, он будет лишен оснований для предъявления требований о компенсации морального вреда в связи с незаконным заключением под стражу и ограничением свободы в виде домашнего ареста, либо подписки о невыезде.

Прокурором в суд поданы письменные возражения, в которых указано, что исковые требования ФИО1 в части возложения обязанности на органы прокуратуры Российской Федерации принести официальные извинения от имени государства за причиненный вред в порядке ст. 136 УПК РФ следует оставить без рассмотрения, производство по делу в этой части прекратить.

Требования искового заявления к органам прокуратуры Российской Федерации являются необоснованными поскольку согласно ч. 1 ст. 136 УПК РФ прокурор от имени государства приносит официальное извинение реабилитированному за причиненный ему вред. Данная норма уголовно-процессуального закона, в отличие от других норм (ст. ст. 135, 138 УПК РФ), не содержит предписаний о том, что суд при признании права на реабилитацию должен одновременно с этим обязать прокурора принести извинения, поскольку такая обязанность возложена на прокурора законом.

В то же время при неисполнении прокурором возложенной на него ч. 1 ст. 136 УПК РФ обязанности по принесению извинения его бездействие по смыслу закона может быть обжаловано в суд порядке ст. 125 УПК РФ.

На основании п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 г. «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» требования реабилитированного о возмещении вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав разрешаются судом в уголовно-процессуальном порядке.

Органы прокуратуры Российской Федерации не являются ответчиками по спорным правоотношениям.

Доводы искового заявления со ссылкой на положения ч. 1 ст. 136 УПК РФ о наличии у прокурора обязанности по принесению извинений реабилитированному неправомерны, поскольку в силу действующего законодательства неисполнение прокурором возложенной на него частью 1 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации обязанности по принесению официального извинения реабилитированному лицу за причиненный вред дает данному лицу право обжаловать бездействие прокурора в суд в порядке статьи 125 УПК РФ, но не порождает права требовать компенсации морального вреда или принесения извинений от прокурора в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, требования ФИО1 о возложении обязанности на органы прокуратуры Российской Федерации принести официальные извинения от имени государства за причиненный вред в порядке ст. 136 УПК РФ подлежат оставлению без рассмотрения, разъяснить истцу право на обращение в суд в порядке уголовного судопроизводства.

Требования искового заявления к органам прокуратуры Российской Федерации являются необоснованными ввиду следующего.

Согласно Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на компенсацию за причиненный моральный вред предусмотрено ст. 136 УПК РФ, которая предусматривает возможность, предъявления иска в порядке гражданского судопроизводства. Обязанность прокурора принести официальное извинение реабилитированному, исходя из положений ст. ст. 133, 134, 136 УПК РФ в их взаимосвязи, возникает с момента признания за лицом права на реабилитацию.

Согласно ч. 1 ст. 136 УПК РФ прокурор от имени государства приносит официальное извинение реабилитированному за причиненный ему вред.

Данная норма уголовно-процессуального закона, в отличие от других норм (ст. ст. 135, 138 УПК РФ), не содержит предписаний о том, что суд при признании права на реабилитацию должен одновременно с этим обязать прокурора принести извинения, поскольку такая обязанность возложена на прокурора законом.

В то же время при неисполнении прокурором возложенной на него ч. 1 ст. 136 УПК РФ обязанности по принесению извинения его бездействие по смыслу закона может быть обжаловано в суд порядке ст. 125 УПК РФ.

На основании п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 г. «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» требования реабилитированного о возмещении вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав разрешаются судом в уголовно-процессуальном порядке.

Органы прокуратуры Российской Федерации не являются ответчиками по спорным правоотношениям.

Доводы искового заявления со ссылкой на положения ч. 1 ст. 136 УПК РФ о наличии у прокурора обязанности по принесению извинений реабилитированному неправомерны, поскольку в силу действующего законодательства неисполнение прокурором возложенной на него частью 1 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации обязанности по принесению официального извинения реабилитированному лицу за причиненный вред дает данному лицу право обжаловать бездействие прокурора в суд в порядке статьи 125 УПК РФ, но не порождает права требовать компенсации морального вреда или принесения извинений от прокурора в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, требования ФИО1 о возложении обязанности на органы прокуратуры Российской Федерации принести официальные извинения от имени государства за причиненный вред в порядке ст. 136 УПК РФ подлежат оставлению без рассмотрения, разъяснить истцу право на обращение в суд в порядке уголовного судопроизводства.

В судебном заседании прокурор Меркулова В.А. поддержала указанные возражения.

Выслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела, материалы уголовных дел, суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению частично.

Согласно ст. ст. 52 и 53 Конституции РФ права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба; каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В силу пункта 3 части второй статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 данного кодекса.

В соответствии с ч. 1 ст. 134 УПК РФ суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием

При разрешении требований реабилитированного суд не вправе возлагать на него обязанность доказать наличие вины конкретных должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в причинении ему вреда в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, поскольку в силу положений пункта 1 статьи 1070 ГК РФ, а также части 1 статьи 133 УПК РФ такой вред подлежит возмещению независимо от вины указанных лиц. 

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса. 

Пунктом 1 статьи 1070 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. 

Согласно ч. 1 ст. ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны РФ, казны субъекта РФ или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина. 

В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, среди прочего в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ. 

Из ст. 1101 ГК РФ следует, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда также должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

В соответствии с п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» установлено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В силу части 2 статьи 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса. 

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела. 

Материалами дела подтверждается, что ФИО1 имеет право на реабилитацию по двум уголовным делам №11808830013000152 по ч.2 ст.315 УК РФ и №80/8-19 по ч. 4 ст. 159 УК РФ.

В постановлениях следователя указано право истца на реабилитацию.

Это право истца не оспаривается ответчиком и прокурором.

Таким образом, суду следует принимать решение только в части оценки доказательств для установления размера компенсации морального вреда.

Для определения размера компенсации необходимо учитывать индивидуальные особенности истца.

ФИО1 является кандидатом юридических наук, долгое время занимал должности следователя и начальником следственного отдела Прокуратуры Кабардино-Балкарской республики, является публичной личностью. 

Истец обосновал моральный вред длительностью уголовного преследования, ограничением права на передвижение за пределы постоянного места жительства, постоянную стрессовую ситуацию, связанную с опасением незаконного осуждения, пиаром по очернению его и Банка, которым он руководил и в средствах массовой информации, а также тем, что действия правоохранительных органов по указанным делам дали основания усомниться в справедливости сложившегося в стране правопорядка и правосудия.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами уголовных дел, в том числе протоколом судебного заседания по рассмотрению материала №22к-500/2019 в апелляционном порядке от 28.05.2019, публикациями в «Газете Юга».

Следует отметить, что по прекращенным уголовным делам следствие практически не велось, однако факт возбуждения в отношении истца не одного, а фактических трех дел имел значение для установления истцу меры пресечения, оценки его действий.

Истец и его защитник оспаривали через суды постановления о возбуждении уголовных дел в порядке ст. 124-125 УПК РФ, неоднократно заявляли ходатайство о прекращении уголовного дела за отсутствием события преступления.

Первый раз истца допросили в качестве обвиняемого по прекращенному в настоящее время уголовному делу спустя почти три года после возбуждения уголовного дела.

Основанием для возбуждения уголовного дела было указано на заявления ФИО16, которого у следователя не было и рассмотрение такого заявления ему не поручалось, что в последующем было установлено.

Указанные доводы истца нашли своё подтверждение, доказательств обратного суду ответчиком не представлено.

Истцом в суд представлены доказательства ухудшения состояния его здоровья, имели место обращения в медицинские учреждения, что подтверждено выписками и справками, приложенными к иску.

Суд отклоняет довод ответчика о невозможности реабилитации по двум прекращенным делам ввиду того, что истец является обвиняемым по другому уголовному делу. Законом предусмотрено право на реабилитацию в случае прекращения уголовного дела, независимо от имеющихся иных уголовных дел.

Денежная компенсация не может полностью восстановить психологическое здоровье и репутацию гражданина, но предоставляет возможность за счет присужденных средств приобрести дополнительные социальные или иные блага для адаптации к жизни после окончания незаконного уголовного преследования.

Учитывая положения ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой каждая сторона должна представлять суду доказательства в обоснование своих требований и возражений, суд, оценив все своему внутреннему убеждению имеющиеся в деле доказательства, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца в счет возмещения морального вреда, причинённого незаконным уголовным преследованием по двум уголовным делам, денежной компенсации морального вреда в размере 3000 000 рублей, полагает, что указанная сумма отвечает требованиям разумности и справедливости, поскольку 6 лет 7 месяцев истец имел по двум прекращенным по реабилитирующим основаниям уголовным делам ограничение в виде подписки о невыезде, имело место ухудшение состояния его здоровья.

Вместе с тем, суд полагает подлежащим оставлению без рассмотрения требование истца о возложении обязанности на органы Прокуратуры РФ принести извинения, поскольку Прокуратура КБР не является ответчиком по делу, требования истца в указанной части фактически не могут рассматриваться в рамках гражданского дела. При неисполнении прокурором возложенной на него ч. 1 ст. 136 УПК РФ обязанности по принесению извинения его бездействие по смыслу закона может быть обжаловано в суд порядке ст. 125 УПК РФ.

По указанным причинам суд отказывает и в вынесении в отношении Прокуратуры КБР частного определения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3 ФИО33 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по КБР удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по КБР в пользу ФИО3 ФИО34 компенсацию морального вреда за незаконное уголовное преследование возбуждением уголовных дел №11808830013000152 по ч.2 ст.315 УК РФ и №80/8-19 по ч. 4 ст. 159 УК РФ в размере 3000 000 (трёх миллионов рублей) рублей.

В удовлетворении требований истца о взыскании компенсации в большем размере отказать.

В части требований ФИО1 о возложении обязанности на органы Прокуратуры РФ принести извинения оставить без рассмотрения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики путем подачи апелляционной жалобы через Нальчикский городской суд КБР в срок, не превышающий тридцати дней со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 6 ноября 2025 г.

Председательствующий Б.М. Тхазаплижева