№ 22-1460/2025

судья Бупегалиева Е.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тамбов 15 октября 2025 года

Тамбовский областной суд в составе:

председательствующего судьи Егоровой С.В.,

при секретарях судебного заседания Ипполитовой О.А.,

с участием прокурора Королевой Л.В.,

защитника - адвоката Карлина В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление Кирсановского межрайонного прокурора Тамбовской области Соловьева А.В. на приговор Кирсановского районного суда Тамбовской области от ***, которым

ХХХ, *** года рождения, уроженец ***, проживающий по адресу: ***, гражданин РФ, со средним специальным образованием, женатый, невоеннообязанным, работающий водителем в ООО ***», не судимый,

обвиняемый в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ признан невиновным и оправдан по предъявленному обвинению в связи с отсутствием в его действиях состава преступления на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранную ХХХ постановлено отменить.

За ХХХ признано право на реабилитацию в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ.

ХХХ разъяснен порядок возмещения имущественного и морального вреда, связанного с уголовным преследованием по ч. 3 ст. 264 УК РФ, в порядке, предусмотренном ст. 135-136 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи Егоровой С.В., изложившей краткое содержание приговора, существо апелляционного представления, выслушав прокурора Королеву Л.В., поддержавшую доводы апелляционного представления, адвоката Карлина В.А., возражавшего против удовлетворения представления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ХХХ обвинялся в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть AAA, при изложенных в приговоре обстоятельствах.

Оспариваемым приговором ХХХ оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

В апелляционном представлении Кирсановский межрайонный прокурор *** Соловьев А.В. выражает несогласие с принятым решением, считает его незаконным, несправедливым, вынесенным с нарушениями уголовного законодательства. Указывает, что согласно заключению автотехнической судебной экспертизы *** от *** проведенной на предварительном следствии, при заданных и принятых исходных данных действия как AAA так и ХХХ не соответствовали требованиям ПДД, однако в причинной связи с фактом столкновения находились только действия водителя ХХХ Согласно заключению дополнительной экспертизы № *** также установлены нарушения в действиях водителя ХХХ При этом провести формальное исследование в отношении наличия или отсутствия у водителя автомобиля *** государственный регистрационный знак *** ХХХ технической возможности избежать столкновение с автомобилем *** государственный регистрационный знак В *** нельзя ввиду отсутствия исходных данных, характеризующих интенсивность опасного перемещения последнего. Возможность исключить столкновение с автомобилем *** или возможность снизить его технические последствия для водителя ХХХ обусловливалась не столько своевременным снижением скорости, сколько сохранением положения автопоезда в пределах полосы движения в направлении ***. Полагает, что заключения экспертов являются мотивированным, научно-обоснованным и соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, выводы экспертов понятны и не содержат противоречий. Заключение дополнительной экспертизы от *** *** подтвердило выводы, как основной экспертизы, так и дополнительной. Отмечает, что назначенная судом дополнительная автотехническая экспертиза, проведена комиссионно и заключение эксперта *** *** нельзя учесть при вынесении итогового судебного решения, поскольку её выводы не являются категоричными и противоречат как основной судебной экспертизе, так дополнительным экспертизам, проведенным как по инициативе следственного органа, так и по инициативе суда. Указанные противоречия в рамках судебного следствия не устранены. Утверждает, что в нарушении требований положений п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от *** «О судебной экспертизе по уголовным делам» регламентирующих ч. 2 ст. 207, ч. 4 ст. 283 УПК РФ, не назначена и не проведена повторная автотехническая судебная экспертиза по ходатайству стороны обвинения. Считает, что заключение эксперта *** от ***, заключение дополнительной экспертизы № ***, заключение дополнительной экспертизы от 28.06.2023 ***, представленные суду и проведённые в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, компетентным лицом, согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами являются полными и объективными. Судом не дана оценка всем обстоятельствам, имеющим существенное значение. Просит обжалуемый приговор Кирсановского районного суда *** от *** в отношении ХХХ отменить в связи с существенным нарушением норм уголовного и уголовно-процессуального закона и направить уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников судебного заседания, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Согласно ч. 4 ст. 7, ст. 297 УПК РФ приговор, определение, постановление суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Таким признается судебный акт, отвечающий требованиям уголовного и уголовно-процессуального закона, содержащий основанные на материалах дела выводы суда по обстоятельствам, относящимся к предмету разрешаемых вопросов.

В соответствии с ч. 2 ст. 302 УПК РФ оправдательный приговор постановляется в случаях, если не установлено событие преступления, подсудимый не причастен к совершению преступления, в деянии подсудимого отсутствует состав преступления.

В соответствии с положениями ст. 305 УПК РФ, а также разъяснениями п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от *** *** «О судебном приговоре» суд при постановлении оправдательного приговора в его описательно-мотивировочной части указывает существо обвинения, излагает установленные им обстоятельства уголовного дела, основания оправдания подсудимого и доказательства, подтверждающие эти основания.

Оправдательный приговор в отношении ХХХ соответствует данным положениям.

Как следует из материалов дела ХХХ обвинялся в том, что *** он управлял технически исправным транспортным средством *** государственный регистрационный знак *** в составе с полуприцепом *** государственный регистрационный знак *** и двигался на нем по 86 километру автодороги *** по территории *** со стороны *** в сторону ***. Во время движения, водитель ХХХ, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия в нарушение требований абзаца 2 пункта 10.1 и пункта 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, которые предписывают и обязывают: 10.1 абзац 2 «при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки своего транспортного средства»; 8.1 «при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения» - не выполнил их требования, проявил невнимательность к дорожной обстановке, ставя под угрозу жизнь и здоровье участников движения, не контролировал движение управляемого транспортного средства, не учел интенсивность движения, с учетом дорожных и метеорологических условий, не выбрал скорость, обеспечивающую водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, не убедился в безопасности своего маневра, при обнаружении опасности в виде автомобиля *** государственный регистрационный знак *** под управлением AAA, выехавшего в нарушении требований пункта 13.9 Правил дорожного движения Российской Федерации и дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу» на проезжую часть автодороги Тамбов - Пенза, со второстепенной дороги со стороны *** в сторону ***, и покинувшим полосу проезжей части дороги, выбранную водителем ХХХ для движения, водитель ХХХ не сохранил прямолинейную траекторию для движения в сторону ***, выполнил маневр перемещения своего автомобиля за пределы своей полосы движения в левую сторону, где примерно в 12 часов 30 минут находясь на 86 километре 700 метров автодороги *** совершил столкновение с автомобилем *** государственный регистрационный знак *** двигавшимся по своей полосе движения во встречном направлении в сторону ***.

В результате нарушения ХХХ согласно обвинения требований абзаца 2 пункта 10.1, пункта 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, в данном дорожно-транспортном происшествии водитель AAA получил телесные повреждения от которых скончался на месте. 

Действия водителя ХХХ согласно обвинению не соответствовали требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации и находились в причинной связи с фактом столкновения транспортных средств. Между комплексом повреждений, установленных при исследовании трупа AAA и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь. Комплекс повреждений, в совокупности, являющийся опасным для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни, квалифицируется как тяжкий вред здоровью. 

Тщательно проанализировав представленные сторонами доказательства, в том числе показания оправданного, свидетеля AAA, супруги погибшего AAA, находившейся вместе с ним в машине в момент ДТП, свидетеля ST, бывшего очевидцем произошедшего ДТП, свидетеля RR и свидетеля QQ - понятых участвовавшего при составлении схемы дорожно-транспортного происшествия, экспертов AS, YY по результатам автотехнических экспертиз, иные доказательства, приведенные в приговоре, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что что каких-либо доказательств, объективно и бесспорно подтверждающих обвинение, предъявленное ХХХ, в ходе судебного следствия не установлено.

Вопреки доводам апелляционного представления всем исследованным в судебном заседании доказательствам суд дал надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 87 и 88 УПК РФ с точки зрения относимости и допустимости, а в совокупности признал их достаточными для разрешения дела по существу. При этом суд указал в приговоре основания оправдания ХХХ и доказательства, подтверждающие эти выводы, а также мотивы, по которым он отвергает доказательства, представленные стороной обвинения, и правильно пришел к выводу о том, что в действиях ХХХ отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона при исследовании доказательств, повлиявших на правильность установленных судом фактических обстоятельств дела, не установлено.

Тот факт, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией обвинения, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению судебного решения.

Делая вывод о том, что нарушение водителем ХХХ абз. 2 п. 10.1 и п. 8.1 ПДД являются общими требованиями к участникам дорожного движения и не находятся в прямой причинной связи с обстоятельствами дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ***, а причиной столкновения автомобиля под управлением последнего и автомобиля под управлением AAA стала аварийная ситуация, созданная самим потерпевшим, суд сослался на показания свидетеля ST об обстоятельствах, при которых AAA, управляя автомобилем, несмотря на приближающийся по главной дороге автомобиль под управлением ХХХ, не заметить который было невозможно, ввиду больших габаритов, выехал на главную дорогу не пропустив его, вследствие чего произошло столкновение с автомобилем ХХХ, в результате которого AAA погиб; заключение комиссионной экспертизы ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертиз ***, *** от ***, согласно которому в отсутствие исходных данных установить экспертным путем располагал ли технической возможностью водитель ХХХ избежать столкновения с автомобилем под управлением AAA не представляется возможным.

Суд верно установил, что при возникновении опасности для движения, обнаруженной ХХХ последний принял все возможные меры к снижению скорости, торможению, с учетом сложившейся ситуации. Следуя по главной дороге и заметив, что автомобиль марки *** под управлением AAA, снизивший скорость перед перекрестком со стороны второстепенной дороги, не предвидел, и по обстоятельствам дела не должен был предвидеть, что другой участник движения (потерпевший) снизивший скорость перед перекрестком для пропуска, движущегося по главной дороге транспортного средства, внезапно начнет движение через этот перекресток, не пропустив ХХХ

По результатам рассмотрения уголовного дела в действиях ХХХ не установлено состава преступления, что соответствует изложенным в приговоре обстоятельствам дела и положениям уголовного закона, по смыслу которых при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, при этом уголовная ответственность по ст. 264 УК РФ наступает, если у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь.

Исходя из положений, содержащихся в пп. 6 и 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от *** *** (ред. от ***) «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», судом тщательно исследовался вопрос о наличии технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия ХХХ, при этом правильно учитывая, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию, и опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить, суд обоснованно пришел к выводу, что у ХХХ возможность предотвращения дорожно-транспортного происшествия отсутствовала, в том числе, и в случае соблюдения им пп. 10.1 и 8.1 ПДД.

При этом суд правильно учитывал, что в соответствии с абз. 2 п. 5 указанного выше постановления Пленума, ответственность по ст. 264 УК РФ влечет не сам по себе факт нарушения участником дорожного движения правил дорожного движения, а обязательное наличие причинной связи между допущенным нарушением и наступившими последствиями, чего, исходя из приведенных выше доказательств, в действиях ХХХ установлено не было.

Доводы апелляционного представления были предметом рассмотрения суда первой инстанции. В ходе судебного разбирательства была дополнительно назначена и проведена дополнительная комиссионная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертиз».

Оценивая заключение комиссии экспертов ***, *** от ***, а также заключение эксперта *** ЭКЦ УМВД России по *** (первичная экспертиза), ФБУ ФИО1 от *** (дополнительная экспертиза), заключение эксперта *** от ***, заключение ЭКЦ МВД России ***э-19 суд пришел к обоснованному выводу, что экспертизы по делу проведены с соблюдением требований УПК РФ, в соответствии с Федеральным законом «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Экспертами являлись лица, обладающие большим опытом и необходимыми специальными знаниями для разрешения вопросов, поставленных перед ними, им были предоставлены достаточные материалы и надлежащие объекты исследования. Оснований сомневаться в их компетенции у суда не имелось. 

Так заключение эксперта *** ЭКЦ УМВД России по *** (первичная экспертиза) содержит вывод о том, что действия как AAA, так и ХХХ не соответствовали требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации, однако в причинной связи с фактом столкновения находились только действия водителя ХХХ (т. 1 л.д. 113-116). Вопрос о технической возможности ХХХ предотвратить дорожно-транспортного происшествия не решался. По делу назначена дополнительная экспертиза.

Из исследовательской части заключения эксперта ФБУ ФИО1 от *** (дополнительная экспертиза) следует, что заявляемое расположение автомобиля ВАЗ 21013 в координатах дороги таково, что он на момент столкновения своей задней левой частью мог не успеть покинуть полосу движения в направлении ***, т.е. полосу следования автопоезда. Согласно выводам эксперта, действия водителя AAA не соответствовали требованиям ПДД РФ в части создания помехи движущемуся по главной дороге транспортному средству (п.13.9 ПДД РФ, знак 2.4 «Уступите дорогу» и находились в причинной связи с фактом столкновения транспортных средств. Провести формальное исследование в отношении наличия или отсутствия у водителя *** ХХХ технической возможности избежать столкновения с автомобилем *** нельзя ввиду отсутствия исходных данных, характеризующих интенсивность опасного перемещения последнего. Возможность исключить столкновение с автомобилем *** или возможность снизить его технические последствия для водителя ХХХ обусловливалась не столько своевременным снижением скорости, сколько сохранением положения автопоезда в пределах полосы движения в направлении ***. (т. 2 л.д.143-160)

Допрошенный в судебном заседании эксперт YY разъяснил экспертное заключение, указав, что ответ на вопрос какие ПДД РФ, были нарушены ХХХ он не устанавливал, а также он не исключает возможности, что к моменту столкновения автомобиль ВАЗ не покинул полосу движения автомобиля ***, который увидев помеху пытался тормозить. При этом обременение водителя уступать дорогу при наличии соответствующего дорожного знака, предусматривает такое его поведение, при котором он не должен создавать помех. 

Согласно заключению эксперта *** от ***, провести формальное исследование в отношении наличия или отсутствия у водителя ХХХ технической возможности предотвратить столкновение нельзя ввиду отсутствия исходных данных, характеризующих интенсивность опасного перемещения автомобиля ***. (т.5 л.д.145-147).

Согласно заключению ЭКЦ МВД России ***э-19, определить экспертным путем весь комплекс требований ПДД, которыми следовало бы руководствоваться водителям ВАЗ и автопоезда в имевшей место дорожной обстановке не представляется возможным. Поскольку в постановлении о назначении экспертизы и в материалах уголовного дела отсутствует информация расположении автопоезда относительно элементов проезжей части в момент возникновения опасности для его движения, ответить на вопрос о технической возможности у водителя автопоезда предотвратить ДТП не представляется возможным (т.5 л.д.229-241).

Согласно заключению комиссионной экспертизы ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертиз ***, *** от ***, проведенной по ходатайству государственного обвинителя, с экспертной точки зрения, наличие какой-либо части кузова автомобиля *** на правой стороне проезжей части, относительно направления движения транспорта к ***, т.е. на полосе движения автопоезда «***», не исключало возможность возникновения рассматриваемого ДТП, даже при соблюдении водителем ХХХ требований п. 1.4. ПДД РФ. Таким образом, у экспертов отсутствуют какие- либо объективные основания утверждать, что действия водителя ХХХ несоответствующие требованиям п. 1.4. Правил дорожного движения, находятся в причинной связи с рассматриваемым ДТП. 

В отсутствие исходных данных (о расстоянии от места столкновения, на котором находился автопоезда «***», в момент возникновения опасности для движения; о фактической скорости движения автопоезда «***» в условиях места происшествия) установить экспертным путем располагал ли технической возможностью водитель ХХХ избежать столкновения с автомобилем под управлением AAA не представляется возможным (т. 8 л.д. 27-39).

Допрошенный в судебном заседании эксперт AS выводы экспертизы подтвердил, пояснив, что в данном случае нельзя категорично утверждать, что при движении автопоезда прямолинейно, в пределах своей полосы по направлению в ***, автомобили ***» избежали бы столкновения. Нельзя исключить, что столкновение произошло бы. Вещественная обстановка она не дает объективно говорить в категоричной форме, что автомобиль «*** покинул полосу движения большегруза.

Вопреки доводам представления судом обоснованно не установлено существенных противоречий, которые могли бы повлиять на исход дела. Имеющиеся, устранены путем допроса экспертов.

Ни одно из представленных в материалах дела заключений экспертов не подтверждает наличие у ХХХ технической возможности избежать столкновения с автомобилем *** ввиду отсутствия исходных данных, которые восполнить каким-либо путем не представляется возможным и не являются доказательствами виновности ХХХ

Также получили надлежащую оценку суда как доказательства, представленные стороной обвинения: протоколы осмотров места происшествия, схемы и фототаблицы к ним, протоколы осмотров предметов, свидетельствующие о вещно-следовой обстановке, так и представленные стороной защиты: товарная накладная на перевозку груза ХХХ, информационные бумажные носители в количестве 3 штук, распечатанные с тахографа «***» ***, постановление следователя СО МОМВД России «Кирсановский» от *** о прекращении уголовного преследования в отношении AAA, и другие, которые носят информационный характер и не свидетельствуют о виновности либо невиновности ХХХ

При таких обстоятельствах, учитывая то, что бесспорных доказательств виновности ХХХ в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, стороной обвинения представлено не было, а вывод органа предварительного следствия о наличии причинно-следственной связи между его действиями и наступившими последствиями в виде смерти AAA не был основан на установленных судом фактических обстоятельствах дела, суд первой инстанции, исходя из требований ст. 49 Конституции РФ во взаимосвязи со ст. 14 УПК РФ, сопоставив все представленные сторонами доказательства, истолковал все неустранимые в ходе судебного разбирательства сомнения в виновности ХХХ в его пользу.

Несогласие Кирсановского межрайонного прокурора Тамбовской области Соловьева А.В. с оценкой доказательств, данной в приговоре, не свидетельствует о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенном нарушении судом уголовно-процессуального закона и необъективной оценке представленных доказательств и в силу ст. 389.15 УПК РФ основанием для отмены оправдательного приговора не является.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что доводы апелляционного представления сводятся к изложению доказательств, исследованных в судебном заседании, направлены на их переоценку, в то время как оснований к этому не имеется. Выводы суда в части оценки доказательств надлежащим образом аргументированы в приговоре, убедительны и не вызывают сомнений в их правильности.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в его постановлениях от *** ***-П и от *** ***-П, судебное решение подлежит пересмотру, если выявленные существенные нарушения, допущенные в ходе предыдущего разбирательства, неоспоримо свидетельствуют о наличии судебной ошибки, поскольку такое решение не отвечает требованиям справедливости.

К числу нарушений уголовно-процессуального закона, искажающих саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, могут быть отнесены, в частности, нарушения, указанные в пунктах 2, 8, 10, 11 части 2 статьи 389.17, в статье 389.25 УПК РФ, а также иные нарушения, которые лишили участников уголовного судопроизводства возможности осуществления гарантированных законом прав на справедливое судебное разбирательство на основе принципа состязательности и равноправия сторон либо существенно ограничили эти права, если такие лишение либо ограничения повлияли на законность приговора, определения или постановления суда.

Из материалов следует, что нарушений уголовно-процессуального закона, которые можно было бы трактовать как существенные, дающие основание для отмены оправдательного приговора в отношении ХХХ, по делу не допущено.

Уголовное дело рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением требований главы 37 УПК РФ, всесторонне, полно и объективно.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением принципов равноправия и состязательности сторон. Согласно протоколу судебного заседания, сторонам были созданы все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Данных о необъективном рассмотрении дела, проведении судебного следствия с обвинительном уклоном, уголовное дело не содержит. Формального подхода судом при разрешении ходатайств и заявлений не допущено. Все заявленные сторонами ходатайства рассмотрены в порядке ст. 271 УПК РФ, после их обсуждения с участниками процесса, с вынесением мотивированных решений, отраженных в протоколе судебного заседания либо в отдельном постановлении, принятом в порядке ст. 256 УПК РФ.

Необоснованных отказов стороне обвинения в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, не допущено. Оснований полагать, что судебное разбирательство велось предвзято и односторонне, не имеется.

Таким образом, приговор Кирсановского районного суда Тамбовской области, которым, ХХХ оправдан на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ - в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, соответствует требованиям закона.

Руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Кирсановского районного суда Тамбовской области от 4 июля 2025 года в отношении ХХХ, оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вынесения определения, а оправданный в тот же срок со дня вручения копии данного решения, при этом в случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. 

Председательствующий