Судья Цыгановская Е.Ю. Дело № 22-464/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

4 марта 2024 года г. Саратов

Саратовский областной суд в составе:

председательствующего судьи Ледневой Е.Е.,

при помощнике судьи Бутырине В.М.,

с участием

прокурора Нестеровой Е.В.,

представителя потерпевшего АО «Россельхозбанк» - Г,

осужденного ФИО1, 

его защитника - адвоката Христосова Е.И.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе адвоката Христосова Е.И., в интересах осужденного ФИО1, на приговор Энгельсского районного суда Саратовской области от 20 ноября 2023 года, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты>, несудимый,

осужден по ч.1 ст. 176 УК РФ к штрафу в размере 150 000 рублей, на основании п.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ освобожден от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Исковые требования АО «Россельхозбанк» к ФИО1 о возмещении причиненного ущерба, оставлены без рассмотрения. 

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав выступление адвоката Христосова Е.И. и осужденного ФИО1, поддержавших доводы жалобы и просивших об отмене приговора и постановлении оправдательного приговора, либо прекращении уголовного дела; мнение прокурора Нестеровой Е.В. и представителя потерпевшего АО «Россельхозбанк» - Г, полагавших приговор законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в незаконном получении руководителем организации кредита путем предоставления банку заведомо ложных сведений о финансовом состоянии ООО «Зодчий» с причинением крупного ущерба. 

Преступление совершено в г. Саратове при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Христосов Е.И, в интересах осужденного ФИО1, выражает несогласие с приговором, полагает состоявшееся по делу решение незаконным, необоснованным, принятым при наличии грубых процессуальных нарушений, допущенных как органами предварительного следствия на этапе возбуждения дела и стадии утверждения обвинительного заключения, так и непосредственно судом при рассмотрении дела по существу. В доводах, приводя положения уголовно-процессуального закона, отмечает, что выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступления не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, причастность, а равно вина ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 176 УК РФ не нашла своего объективного подтверждения в ходе судебного следствия. Также указывает, что при рассмотрении дела судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые повлияли на исход дела – привели к вынесению незаконного судебного акта. Обращает внимание, что судом не были учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда в части допущенного нарушения порядка возбуждения уголовного дела по ч.1 ст. 176 УК РФ, исключавшие его рассмотрение по существу и постановление приговора. Приводя положения ст.ст. 156, 7 УПК РФ, обстоятельства, связанные с принятием решения о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 176 УК РФ, а также отраженные в постановлении и обвинительном заключении сведения о том, что вмененные ФИО1 преступные действия совершены в ноябре и декабре 2013 года, автор жалобы отмечает, что сок давности привлечения к уголовной ответственности виновного лица за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 176 УК РФ истек в 23 часа 59 минут 59 секунд 12 декабря 2019 года, следовательно, уголовное дело не могло быть возбуждено после 12 декабря 2019 года, однако, уголовное дело было возбуждено 23 ноября 2022 года, что, по мнению апеллянта, является незаконным, поскольку уголовно-процессуальное законодательство (п.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ) не предусматривает возможности возбуждения уголовного дела за пределами сроков давности уголовного преследования. Анализируя нормы ст.ст. 24 и 27 УПК РФ, а также приводя положения, содержащиеся в определении Конституционного Суда РФ от 05.06.2014 № 1309-О, где указано о гарантиях прав личности при возбуждении уголовного дела за пределами сроков давности уголовного преследования, и, в частности, отмечено, что получение от заинтересованного лица согласия на отказ в возбуждении уголовного дела при принятии соответствующего постановления является обязательным, обращает внимание, что вопрос о согласии ФИО1 на отказ в возбуждении уголовного дела за истечением сроков давности уголовного преследования по ч.1 ст. 176 УК РФ у последнего не выяснялся, соответственно, его процессуальные права в этой части на стадии возбуждения уголовного дела обеспечены не были, что указывает на нарушения в досудебном производстве требований Уголовно-процессуального кодекса РФ. Последующее несогласие ФИО1 на прекращение уголовного дела судом за истечением сроков давности уголовного преследования не придает законности постановлению о возбуждении уголовного дела по ч.1 ст. 176 УК РФ от 23.11.2022, не восполняет его процессуальные права, не устраняет препятствия рассмотрения уголовного дела судом, не создает условий для продолжения производства по делу и постановления приговора. 

Также автор жалобы полагает, что вина ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 176 УК РФ, не нашла своего объективного подтверждения в ходе судебного следствия. Указывает, что анализ исследованных доказательств опровергает вывод о виновности ФИО1 в предъявленном ему обвинении. Приводя установленные судом обстоятельства вмененного ФИО1 преступления, защитник делает вывод, что действительное содержание показаний свидетелей в совокупности с письменными материалами дела и фактическими обстоятельствами исключают не только вывод о виновности ФИО1 в совершении преступления, но и сам факт его причастности к обстоятельствам изготовления и последующего предоставления в ОАО «Россельхозбанк» копии бухгалтерского баланса ООО «Зодчий» на 31.12.2012 года. Надлежащий анализ фактических обстоятельств, документов, составляющих кредитное досье заёмщика ООО «Зодчий» и требований инструкций ОАО «Россельхозбанк», действовавших в указанном финансово-кредитном учреждении в 2013 году и в рамках которых производилось кредитование ООО «Зодчий», исключает возможность установления вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления. Приводя показания ФИО1, а также свидетелей – сотрудников банка, отмечает, что заявка на получение кредита, которая была подписана ФИО1 и содержала финансовые показатели общества, внесенные в неё сотрудниками банка и которые он (ФИО1) на память не помнил, является промежуточным документом; без полной поверки представленных в заявлении сведений, решение по вопросу выдачи кредита не могло быть произведено профильными службами. В материалах уголовного дела имеется лишь копия бухгалтерского баланса за 12 месяцев 2012 года, датированного 28.02.2013 на 4 листах, имеющая отметку об её получении Саратовским филиалом АО «Россельхозбанк» 10 апреля 2013 года. При этом приговор не содержит указания о том, что в банк представлена именно копия этого документа, а указаны несоответствующие действительности сведения о предоставлении оригинала документа (бухгалтерского баланса ООО «Зодчий»), содержащего недостоверные сведения. Также обращает внимание на дату поступления документа в банк – 10 апреля 2013 года, отмечая, что согласно указанию в приговоре, необходимость получения денежных средств возникла у ООО «Зодчий» 25 сентября 2013 года, то есть спустя 4 месяца после момента поступления спорной копии в ОАО «Россельхозбанк». Данные обстоятельства, по мнению автора жалобы, с очевидностью свидетельствуют о том, что копия бухгалтерского баланса не могла и не была предоставлена кем-то из сотрудников ООО «Зодчий» в целях принятия положительного решения и заключения договора об открытии кредитной линии с лимитом задолженности 40 000 000 рублей, поскольку заявка на данный кредит была подана лишь 24.10.2013 года, а сбор и представление пакета документов осуществлялся силами сотрудников ООО «Зодчий» в период времени с сентября 2013 по ноябрь 2013 года, соответственно, копия бухгалтерского баланса за 12 месяцев 2012 года, имеющая отметку о получении ОАО «Россельхозбанк» 10 апреля 2013 года не входила в пакет документов, предоставляемых ООО «Зодчий» в рамках процедуры рассмотрения заявки последнего от 25.09.2013 на получение кредита. Отмечает, что свидетель К3 (сотрудник банка), от имени которой имеется рукописная запись и подпись на копии бухгалтерского баланса как лица, получившего документ и сверившего его с оригиналом, в судебном заседании факт своего знакомства с ФИО1 отрицала, сообщила, что никогда с ним не встречалась и документов от него не получала, с оригиналом не сличала, подписи на копии документа ей не принадлежат, её штамп хранился на рабочем месте, в открытом доступе, не в сейфе. Обращает внимание, что согласно заключению эксперта № 326 от 06.10.2022 подписи, в строке «руководитель», расположенные внизу 2,3,4 страниц копии бухгалтерского баланса выполнены не ФИО1, а иным лицом с подражанием подписи ФИО1. Указанное, по мнению апеллянта, в полном объёме опровергает довод о предоставлении последним бухгалтерского баланса ООО «Зодчий» на 31.12.2013 как документа, необходимого для заключения договора об открытии кредитной линии. Данный вывод подтверждают и показания свидетеля К, сообщившей порядок регистрации поступающих в банк документов. Опровергая выводы суда о виновности ФИО1, автор жалобы также указывает на несоответствие заключенного договора наименованию папки, из которой якобы была изъята копия спорного документа; отсутствие каких-либо доказательств того, что ФИО1 организовал изготовление бухгалтерского баланса ООО «Зодчий» на 31.12.2012 года, содержащего завышенные показатели. Отмечает, что исследованными доказательствами не подтвержден вывод суда о том, что ФИО1 своими действиями ввел ответственных работников Саратовского филиала ОАО «Россельхозбанк» в заблуждение относительно финансово-экономического состояния ООО «Зодчий». Анализируя показания допрошенных свидетелей – членов кредитного комитета банка в 2013 году: Т2, Ш, К, Ш2, защитник указывает, что решение о возможности кредитования было принято на основании заключений профильных специалистов и делает выводы о том, что при подготовке заключений кредитного подразделения Банка по вопросу предоставления кредитных средств/установления индивидуального лимита кредитного риска ООО «Зодчий» от 28.11.2013 и от 10.12.2013, какой-либо бухгалтерский баланс не анализировался, в основу итогового решения не закладывался; оценка кредитными подразделением Банка давалась (платежеспособности) кредитоспособности ООО «Зодчий» на 30.09.2013 года; любые предоставленные заемщиком документы подлежали проверке строго в соответствии с Инструкцией 2-И, согласно п.6 которой, бухгалтерская отчетность подлежала предоставлению с одновременным предоставлением уведомления о вручении данного документа бухгалтерской отчетности налоговому органу с описью вложения или с документом, подтверждающим принятие бухгалтерской отчетности в электронном виде, выданным налоговым органом (посредством ТКС). Исходя из показаний указанных свидетелей, они имели возможность проверить все поступающие от заёмщика документы с использованием системы «СПАРК», соответственно, ФИО1 не мог ввести в заблуждение ответственных работников банка относительно финансово-экономического состояния ООО «Зодчий». Обращает внимание, что показания представителя потерпевшего Г, свидетелей: Л, З, А не изобличают ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 176 УК РФ. С учётом изложенного, автор жалобы указывает на предположительный характер выводов суда о виновности ФИО1, не учёте судом обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда. Также защитник отмечает, что на момент рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО1 какой-либо действующей меры пресечения не имелось, однако, в резолютивной части приговора суд указал, что мера пресечения в отношении него подлежит отмене после вступления приговора в законную силу. Данное обстоятельство, по мнению защитника, также свидетельствует о необъективности рассмотрения уголовного дела, ненадлежащем исследовании судом материалов дела. Просит приговор Энгельсского районного суда Саратовской области от 20 ноября 2023 года отменить, уголовное дело в отношении ФИО1 прекратить на основании п.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ, за истечением сроков давности уголовного преследования, либо оправдать ФИО1 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 176 УК РФ. 

В возражениях на апелляционную жалобу представитель потерпевшего АО «Россельхозбанк» ФИО2 - Г опровергает изложенные защитником доводы о невиновности ФИО1 в совершении преступления, просит оставить их без удовлетворения. 

Апелляционное представление государственным обвинителем отозвано до начала судебного заседания, в связи с чем не рассматривалось.

Изучив материалы дела, проверив законность, обоснованность, справедливость приговора, выслушав стороны в суде апелляционной инстанции, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В ходе судебного разбирательства на основании представленных сторонами доказательств установлены все обстоятельства, имеющие значение для принятия правильного, объективного и обоснованного решения по уголовному делу.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела и полностью подтверждаются совокупностью проверенных и исследованных в судебном заседании доказательств, а именно:

- показаниями ФИО1, указавшего, что именно он в период с начала 2013 года по середину 2014 года являлся генеральным директором ООО «Зодчий» с возложением обязанностей главного бухгалтера и единственный обладал правом подписи от имени данного общества. Также пояснил, что возглавляемая им организация действительно нуждалась в кредитовании, в сентябре 2013 года им и работниками бухгалтерии ООО «Зодчий» собирались документы для получения нового кредита в АО «Россельхозбанк», он подписывал заявление на выдачу кредита, которую оформили сотрудники банка на бланке его организации. Оценку финансового состояния организации проводили оценщики аккредитованной банком организации; 

- показаниями представителя потерпевшего Г, сообщившего, что в ходе служебной проверки, проводимой в Саратовском региональном филиале АО «Россельхозбанк» (далее по тексту - Банк) в 2017 году было установлено, что группа компаний, зарегистрированных в Пензенской области, в число которых входило ООО «Зодчий», заключили с Саратовским филиалом ОАО «Россельхозбанк» в период с 2010 по 2014 годы договоры кредитования, предоставив в Банк документы, содержащие заведомо ложные сведения о финансовом положении организаций. В частности, по документам, представленным в Банк ООО «Зодчий» для получения кредита завышена стоимость активов общества на 26 297 000 рублей, в результате чего общество приобрело видимую экономическую устойчивость и положительное стабильное финансовое состояние, что не соответствовало действительности. С 2015 года организации, в том числе, и ООО «Зодчий», прекратили исполнять обязательства по заключенным договорам и не принимают мер для погашения, имеющейся перед Банком задолженности. Кредитный договор №135224/0796 был заключен 29.11.2013 между ОАО «Россельхозюбанк» в лице управляющего дополнительным офисом Саратовского РФ О и ООО «Зодчий» в лице его генерального директора ФИО1. По условиям этого договора Кредитор открыл Заемщику кредитную линию на общую сумму, не превышающую 40 миллионов рублей на указанные в договоре цели с процентной ставкой 15% годовых, а Заемщик обязался возвратить полученные денежные средства и уплатить проценты за пользование кредитом на срок до 29.01.2014 года, включительно, окончательный срок возврата кредита 25.11.2018 года. В связи с тем, что ООО «Зодчий» с мая 2015 года вышло на постоянную просрочку по погашению задолженности по основному долгу и процентам, в рамках гражданского дела по иску ОАО «Россельхозбанк» 29.12.2015 утверждено мировое соглашение между банком и Заёмщиком/Поручителями, в настоящее время по данному решению суда возбуждено исполнительное производство, Банку причинен материальный ущерб на сумму 58596544,73 рублей;

- в целом аналогичными представителю потерпевшего показаниями свидетелей: З, А; 

- показаниями свидетеля Б, сообщившего о своем участии в определении финансового состояния ООО «Зодчий», которое обращалось в Банк для кредитования в 2013 году и указавшего, что на 30.09.2013 года финансовое состояние ООО «Зодчий» было определено как «среднее», в связи с чем вопрос о кредитовании данного общества был вынесен на рассмотрение в кредитный комитет. До принятия решения кредитным комитетом свои заключения о возможности кредитования дают профильные комитеты: юридическая служба, служба безопасности, служба кредитования и при решении вопроса исследуются бухгалтерские балансы, оборотно-сальдовые ведомости, документы по залоговому обеспечению, юридические документы, после чего заключение готовит кредитное подразделение; 

- показаниями свидетеля Ш2. сообщившего, что в Саратовском региональном филиале АО «Россельхозбанк» он работает с 2011 года, ООО «Зодчий» является клиентом банка примерно с 2009 года, руководителем Общества является ФИО1, который ему знаком и неоднократно приезжал в Банк. В рамках работы с просроченной задолженностью после проверки финансовых показателей группы компаний, зарегистрированных на территории Пензенской области, в число которых входит и ООО «Зодчий» по программе СПАРК, было выявлено, что представленные при заключении кредитного договора ООО «Зодчий» сведения о финансовом состоянии компании, были завышены. Инвестиционные кредиты в Банке выдавались на основании инструкции 2И, при этом заключения для принятия решения о выдаче кредита кредитным комитетом принимались на основании анализа всех представленных заёмщиком документов и заключений профильных комитетов. При наличии выявленных расхождений и недостоверных сведений, кредит не выдавался. Документы на кредитование от заёмщика принимаются клиентским менеджером, либо кредитным специалистом, при этом фиксируется только поступившая заявка на получение кредита. Документы на оформление кредита сдает либо руководитель организации, либо его представитель по доверенности. Ему представлялись на обозрение бухгалтерские балансы ООО «Зодчий», на которых имеется штамп дополнительного офиса ОАО «Россельхозбанк» с подписью сотрудника Банка - К3, что свидетельствует о том, что последняя видела оригиналы данных документов и заверила их копии, при этом печати заёмщиков в Банке находиться не могут; 

- показаниями свидетеля К, которая с 2013 по 2017 год состояла в должности заместителя директора Саратовского регионального филиала ОАО «Россельхозбанк», являлась членом кредитного комитета Банка, состоявшего из 7 человек. Свидетель пояснила, что клиентом Банка являлось ООО «Зодчий», руководителем данной организации и её представителем являлся ФИО1. Она принимала участие в заседании кредитного комитета, где решался вопрос по заявке ООО «Зодчий» о заключении кредитного договора. После рассмотрения заключений всех служб, большинством голосов принимается решение. Она голосовала «против» кредитования ООО «Зодчий», но по какой причине не помнит;

- показаниями свидетеля Ш, ранее занимавшего должность заместителя директора Саратовского регионального филиала АО «Россельхозбанк» и сообщившего о порядке подачи заявки клиентом в Банк для заключения кредитного договора, действиях сотрудников Банка по поступившей заявке, а также указавшего, что ФИО1 известен ему как руководитель ООО «Зодчий» и клиент Банка, которого он неоднократно видел в Банке: либо в кабинете руководителя Банка – К4, либо у кредитного отдела. Он принимал участие в заседаниях кредитного комитета и помнит, что на нескольких заседаниях присутствовал ФИО1 Расхождения в бухгалтерских балансах ООО «Зодчий» было обнаружено сотрудниками Банка после заключения мирового соглашения с ООО «Зодчий» посредством программы СПАРК, в которой отражены показатели бухгалтерской отчетности ООО «Зодчий», поданной в ИФНС. В случае обнаружения предоставления недостоверных сведений бухгалтерской отчетности на стадии получения кредита, кредит ООО «Зодчий» не был бы выдан;

- оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля К2, который с июня 2012 года по октябрь 2015 года работал в Саратовском региональном филиале АО «Россельхозбанк» в должности начальника службы безопасности и сообщил, что знает ФИО1 как конечного бенефициара ООО «Армада», ООО «Зодчий», ООО «Евлашевский ДОК», ООО «Девизион-Металл». ФИО1 неоднократно приезжал в Банк, где с ним проводились рабочие встречи по заключению кредитных договоров, а он (Клингер) неоднократно выезжал на осмотр залогового имущества. Платежеспособность ООО «Зодчий» им не проверялась, но предоставление кредита происходило согласно нормативным документам Банка. В положительном заключении проверки ООО «Зодчий» им указано об отсутствии негативной информации на основании информации о деловой репутации по сведениям службы безопасности Пензенского филиала АО «Россельхозбанк». Если бы в ходе проверки документов ООО «Зодчий» было бы выявлено предоставление недостоверных сведений в бухгалтерских документах, решение по кредитованию было бы отрицательным. Также не смог сообщить по каким причинам, в нарушение нормативно-правовых актов банка, решение о предоставлении кредита ООО «Зодчий», являющемуся заёмщиком из другого региона, не было согласовано с главным офисом Банка, однако, такое решение было принято директором филиала К4; 

- оглашенными с согласия сторон показаниями свидетелей К5 и К4, которые сообщили о близком знакомстве с ФИО1, совместной охоте с последним. Свидетель К4, который с 2009 по август 2016 года являлся руководителем Саратовского регионального отделения АО «Россельхозбанк» также сообщил, что заявка на заключение договора об открытии кредитной линии №135224/0796 от 29.11.2013 была подана ФИО1 как директором ООО «Зодчий» в апреле 2013 года, а заключение договора состоялось после решения кредитного комитета. Допускает, что договор мог быть заключен в г. Энгельсе. По вопросу предоставления денежных средств по данному договору, а также по вопросу предоставления заявлений о выдаче кредита, бухгалтерской отчетности и других документов к нему обращался только ФИО1; 

- показаниями свидетеля А2, которая в период 2012-2013 годов работала в ООО «Зодчий» в должности бухгалтера и сообщила, что генеральным директором ООО «Зодчий» и главным бухгалтером общества являлся ФИО1, который подписывал все документы, так как право подписи имелось только у него. Отчеты общества для предоставления в налоговый орган формировались ею на основании первичной документации; бухгалтерский баланс общества за 2012 год в 2013 году был сформирован ею и направлен в ИФНС путем ТКС в установленный законом срок, баланс был принят налоговым органом, вопросов по нему не было. При обращении ООО «Зодчий» в Россельхозбанк за кредитом в октябре-ноябре 2013 года, она принимала участие в сборе документов для предоставления в банк, помнит, что баланс предоставлялся в Банк в оригинале, указания от ФИО1 об улучшении показателей в бухгалтерском балансе ей никогда не поступали. Допускает, что заявку в банк на выдачу кредита ФИО1 подписал не глядя, так как представленная ей на обозрение заявка ни ею, ни другими сотрудниками общества не готовилась. Печать ООО «Зодчий» хранилась в бухгалтерии, но когда ФИО1 ехал в банк, он брал её с собой. В представленной копии бухгалтерского баланса за 2012 год от 28.02.2013 и в заявке на выдачу кредита, в оригинале бухгалтерского баланса и в заявлениях проставлена печать ООО «Зодчий»; 

- показаниями свидетеля К3, которая с 2012 году работала в должности экономиста и главного экономиста в дополнительном офисе Саратовского регионального филиала АО «Россельхозбанк» и принимала от заёмщиков документы для получения кредита. Свидетель пояснила, что именной штамп о принятии документов в Банке ставится лицом, их принимающим, другие лица их ставить не могли, однако, на представленном ей на обозрение балансе ООО «Зодчий» из кредитного досье с входящей датой 10.04.2013 стоит её именной штамп, но содержащиеся в нём отметки «копия верна» выполнены не её рукой и подпись ей не принадлежит. ООО «Зодчий» ей знакомо, так как было клиентом банка, но ФИО1 она не знает, с ним не встречалась. Согласно инструкции в Банк предоставлялись оригиналы документов, а в случае необходимости предоставленные копии сверялись с оригиналом и заверялись сотрудником банка. Документы на получение кредита у заёмщика мог принять и управляющий отделения, а затем передать их сотруднику экономического отдела;

- показаниями специалиста Т – заместителя начальника камеральных проверок ИФНС №7 по Саратовской области, которая на основании сравнения представленных ей бухгалтерских балансов ООО «Зодчий» из кредитного досье и полученного из Межрайонной ИФНС №1 по Пензенской области, пояснила, что в данных балансах за 2012 год имеются расхождения в строках по итоговой части активов, а именно в первом указан актив в 58 677 тыс. рублей, во втором – 32 380 тыс. рублей, то есть в балансе, поступившем из ИФНС, указаны заниженные активы. Также в указанном балансе имеются сведения о непокрытых убытках и в целом, исходя из сведений, содержащихся в данном балансе, ООО «Зодчий» является убыточной организацией, неплатежеспособной. В балансе, заверенном банком, указаны непокрытые убытки, но в меньшем размере, чем в балансе, поступившем из налоговой инспекции, также имеются расхождения в отражении прочих оборотных средств, нераспределенной прибыли; 

- показаниями свидетелей: Л, И, О. Т3 применительно к обстоятельствам дела; 

- протоколами выемки, осмотра предметов и документов, заключениями экспертов, заключением служебной проверки, копиями инструкций, выписок, решений судов, ответами, полученными из ПФР, Саратовского филиала АО «Россельхозбанк» иными приведенными в приговоре доказательствами, на основании которых установлены время, место, способ и другие обстоятельства совершения ФИО1 преступления. 

Вопреки доводам жалобы защиты, суд всесторонне, полно и объективно исследовал все обстоятельства дела, дал правильную оценку всем доказательствам в их совокупности, при этом суд указал, по каким основаниям он принял одни доказательства и отверг другие, оснований сомневаться в данной судом оценке доказательств суд апелляционной инстанции не находит. 

Положенные в основу обвинения ФИО1 доказательства, в том числе, показания свидетелей, получены в установленном законом порядке, их допустимость и относимость, а в совокупности и достаточность для вынесения обвинительного приговора, сомнений не вызывает. 

Проанализировав приведенные в приговоре письменные доказательства, сопоставив их с показаниями допрошенных свидетелей, специалиста, а также подсудимого, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о том, что копия бухгалтерского баланса ООО «Зодчий» за 2012 год, содержащего недостоверные сведения о финансовом состоянии общества, отличные от сведений, поданных в установленном законом порядке бухгалтером А2 в ИФНС по Пензенской области, предоставлена в Саратовский региональный филиал АО «Россельхозбанк» именно ФИО1, а не иным лицом (лицами). Указанный вывод прямо следует из показаний свидетеля К4, которые подтверждаются показаниями других сотрудников Банка, бухгалтера ООО «Зодчий» - А2, заявкой на предоставление кредита (кредитной линии), другими доказательствами, которые в совокупности свидетельствуют о том, что ФИО1 являясь единственным руководителем ООО «Зодчий» в период 2012-2014 годов, (с возложением на себя функций главного бухгалтера) лично обращался к руководству и другим сотрудникам Банка по вопросу кредитования ООО «Зодчий»; использовал при подаче документов в Банк печать Общества, доступ к которой, за пределами бухгалтерии общества, имел только он, а также лично подписал и предоставил в Банк напечатанную на бланке ООО «Зодчий» заявку на предоставление кредита, содержащую сведения, аналогичные тем, что имелись в копии бухгалтерского баланса ООО «Зодчий» за 2012 год, предоставленной в Банк. 

В связи с чем, суд обоснованно дал критическую оценку показаниям подсудимого о том, что копия бухгалтерского баланса ООО «Зодчий» за 2012 год, изъятая из кредитного досье, им в Банк не предоставлялась.

Доводы защиты, касающиеся выводов заключения почерковедческой экспертизы, показаний свидетеля К3, судом тщательно проверены путем сопоставления с другими приведенными в приговоре доказательствами, выводы в указанной части подробно мотивированы и сомнений в правильности не вызывают.

Доводы защиты о том, что копия баланса, содержащая недостоверные сведения поступила в банк, согласно отметки, в апреле 2013 года, а также об изъятии данного документа из кредитного досье по другому договору, заключенному ООО «Зодчий», не влияют на правильность установления фактических обстоятельств совершенного ФИО1 преступления, поскольку не свидетельствуют о предоставлении им в Банк для заключения договора в 2013 году бухгалтерского баланса, содержащего объективные сведения о финансовом состоянии общества, отраженные в балансе, направленном в качестве отчетности в ИФНС по Пензенской области. 

Указание защиты в жалобе о том, что ущерб банку не мог быть причинен путем предоставления бухгалтерского баланса, содержащего недостоверные сведения, поскольку в силу применяемой инструкции эти сведения проверяющими лицами не анализировались, и основанием для одобрения кредита не выступали, противоречат вышеприведенным показаниям свидетелей – сотрудников банка, указавшим, что при своевременном выявлении недостоверности сведений в предоставленных документах, кредит обществу не был бы одобрен. Обстоятельства, по которым сотрудники Банка не произвели тщательной проверки представленной ФИО1 документации до принятия решения об одобрении кредита ООО «Зодчий», на виновность ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 176 УК РФ, повлиять не могли. 

Все доказательства, положенные в основу приговора и подтверждающие вину осужденного, подробно проанализированы и оценены в совокупности, являются последовательными, взаимодополняющими друг друга. Существенных противоречий, которые могли бы повлиять на правильность выводов суда о совершении именно ФИО1 вмененных ему действий и виновности в них, исследованные доказательства не содержат. 

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что на основе тщательного анализа совокупности исследованных доказательств, которым дана надлежащая оценка, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о виновности осужденного ФИО1 в совершении преступления и правильно квалифицировал его действия по ч.1 ст. 176 УК РФ.

Иной взгляд апеллянта на оценку исследованных доказательств, о незаконности принятого судом решения не свидетельствует, поскольку суд в такой оценке свободен.

Приговор суда соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, содержит четкое и подробное описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, исследованных в судебном заседании доказательств и мотивы принятого решения.

Правильно установив фактические обстоятельства совершенного преступления и указав в описательно-мотивировочной части приговора об утверждении определением Кузнецкого районного суда Пензенской области 29.12.2015 года мирового соглашения, заключенного между ОАО «Россельхозбанк» и ООО «Зодчий», а также поручителями, которым констатированы: невозможность исполнения ООО «Зодчий» взятых на себя обязательств по договору №135224/0796 от 29.11.2013 года об открытии кредитной линии; прекращении между сторонами обязательств по данному договору и причинение Банку ущерба в размере 44023347,05 рублей, в том числе: срочный основной долг – 38889000,00 рублей, проценты по кредиту – 3733486,57 рублей, комиссия за обслуживание кредита – 113972,61 рубль, пени по просроченной задолженности – 2008,93 рубля, пени по просроченным процентам – 169031,42 рубля, пени по просроченной комиссии – 4847,52 рубля, суд пришёл к ошибочному выводу о том, что преступление окончено ФИО1 12 декабря 2013 года (дата перечисления второго транша по договору на счет ООО «Зодчий»).

Состав преступления, предусмотренного ч.1 ст. 176 УК РФ является материальным, обязательным его признаком выступает причинение в результате противоправных действий виновного крупного ущерба. Такой ущерб причиняется кредитору при неисполнении обязательств по кредитному договору, т.е. при невозврате кредита, неуплате процентов. 

Учитывая вышеуказанные положения закона, установленные судом обстоятельства, совершенное ФИО1 преступление окончено 29.12.2015 года.

Вместе с тем, ошибочное установление судом даты окончания преступления на законность принятого судом решения не повлияло. С учётом степени тяжести преступления, предусмотренного ч.1 ст. 176 УК РФ и положений п. «б» ч.1 ст. 78 УК РФ, вывод суда об истечении сроков давности уголовного преследования ФИО1, в том числе, и на момент возбуждения уголовного дела по ч.1 ст. 176 УК РФ, является правильным.

Доводы защиты о незаконности возбуждения уголовного дела по ч.1 ст. 176 УК РФ, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными по следующим основаниям.

Из материалов усматривается, что уголовное дело №12201630023000825 по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 176 УК РФ возбуждено 23 ноября 2022 года, старшим следователем СЧ ГСУ ГУ МВД России по Саратовской области ФИО3 по факту предоставления в 2013 году неустановленными лицами, действующими от имени ООО «Зодчий» в Саратовский региональный филиал ОАО «Россельхозбанк» недостоверных сведений бухгалтерской отчетности ООО «Зодчий», в результате чего Банку причинен ущерб в крупном размере на сумму 40 000 000 рублей (т.4 л.д.240).

Указанное свидетельствует, что на момент возбуждения уголовного дела, предусмотренного ч.1 ст. 176 УК РФ, отсутствовало подозреваемое лицо, соответственно, права ФИО1 принятым решением нарушены быть не могли.

Обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 176 УК РФ по указанному в постановлении о возбуждении уголовного дела факту предъявлено ФИО1 30 ноября 2022 года (т. 17 л.д. 179-183), в этот же день в ходе дополнительного допроса следователем, ему разъяснены положения ст.ст. 24, 27 УПК РФ и выяснено мнение о возможности прекращении уголовного дела, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования (т. 17 л.д. 185). Обвиняемый ФИО1 возражал против прекращения в отношении него дела по не реабилитирующему основанию. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает каких-либо нарушений уголовно-процессуального законодательства в ходе предварительного следствия, которые препятствовали бы суду принять законное и обоснованное решение по уголовному делу.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, ни в ходе досудебного производства, ни при рассмотрении уголовного дела, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебное разбирательство по делу проведено с необходимой полнотой и объективностью, с соблюдением требований ст.ст. 252, 273-291 УПК РФ. В ходе судебного разбирательства судом было обеспечено равенство прав сторон, созданы необходимые условия для всестороннего и полного рассмотрения дела, стороны не были ограничены в праве представления доказательств и в заявлении ходатайств.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст.ст. 259, 260 УПК РФ. 

Возможность прекращения уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, на судебной стадии производства по уголовному делу, подсудимому также разъяснялась, он против этого возражал, в связи с чем, судом был постановлен обвинительный приговор с назначением ФИО1 наказания, от отбывания которого он был освобожден.

Наказание ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, его обстоятельств, совокупности данных о личности виновного, влияния назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, наличия смягчающего обстоятельства, а также отсутствия отягчающих наказание обстоятельств.

Все заслуживающие внимания обстоятельства в полной мере были учтены судом первой инстанции при решении вопроса о виде и размере наказания осужденному. Таким образом, суд апелляционной инстанции находит назначенный ФИО1 вид и размер наказания справедливым, соразмерным совершенному преступлению.

Гражданский иск потерпевшего АО «Россельзобанк» судом разрешен правильно.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит заслуживающими внимание доводы стороны защиты о неверном указании в резолютивной части приговора решения по мере пресечения ФИО1.

Из материалов уголовного дела усматривается, что мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении была избрана 30 сентября 2021 года ФИО1, в связи с привлечением его в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ (т.14 л.д. 226-228). 

30 ноября 2022 года старшим следователем СЧ ГСУ ГУ МВД России по Саратовской области вынесено постановление о прекращении уголовного преследования ФИО1 по ч.4 ст. 159 УК РФ и отмене ему меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (т. 17 л.д. 168-177). 

В связи с предъявлением 30 ноября 2022 года ФИО1 обвинения по ч.1 ст. 176 УК РФ мера пресечения ему не избиралось, у него было отобрано обязательство о явке (т. 17 л.д. 186). Сведений об избрании ФИО1 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в ходе судебного разбирательства, а равно приговором суда, не имеется.

Таким образом, на момент принятия судом решения действующей в отношении ФИО1 меры пресечения, не имелось, в связи с чем, указание в резолютивной части приговора о необходимости её отмены после вступления приговора в законную силу, является излишним, и подлежит исключению из приговора. 

Других нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену либо изменение приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Энгельсского районного суда Саратовской области от 20 ноября 2023 года в отношении ФИО1 изменить: 

- исключить из резолютивной части приговора указание об отмене ФИО1 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

В остальной части приговор в отношении ФИО1 - оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Христосова Е.И. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через Энгельсский районный суд Саратовской области в течение шести месяцев со дня его вынесения. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции. В случае обжалования данного постановления, осужденный вправе участвовать в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья