Дело № 2-1597/2021 

73RS0004-01-2021-004939-09 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 июня 2021 года город Ульяновск

Заволжский районный суд города Ульяновска в составе

председательствующего Киреевой Е.В.,

при секретаре Антоненко М.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке суброгации, процентов за пользование чужими денежными средствами и судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Представитель страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» (далее по тексту – СПАО «Ингосстрах») обратилась в суд с иском к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке суброгации, процентов за пользование чужими денежными средствами и судебных расходов, указав следующее.

27.06.2020 вследствие нарушения ФИО1 правил дорожного движения произошло ДТП, в результате которого была повреждена автомашина Haval F7, владельцем которой является ФИО2. На момент аварии машина была застрахована в СПАО "Ингосстрах" по полису № №. СПАО "Ингосстрах" выплатило по данному страховому случаю возмещение в сумме 565 641 руб. Согласно справке ГИБДД дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения Правил дорожного движения водителем ФИО1, управлявшим автомобилем марки ГАЗ 3110, государственный регистрационный номер № регион. Гражданская ответственность ФИО1 была застрахована по страховому полису ОСАГО XXX № в АО «МАКС», которое компенсировало 400 000 руб. в пределах лимита по ОСАГО. Таким образом, невозмещенная часть ущерба составляет: 565 641 руб. (страховое возмещение) – 400 000 руб. (установленный законом лимит ответственности страховой компании по договору ОСАГО) = 165 641 руб. В соответствии со ст. 965 ГК РФ к СПАО "Ингосстрах" перешло право требования возмещения вреда с его причинителя в пределах выплаченной суммы. Соответственно остались невозмещенными 165 641 руб.

Согласно ст. 1072 ГК РФ лицо, застраховавшее свою ответственность, в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещает разницу между страховыми возмещением и фактическим размером ущерба.

Просит взыскать с ответчика в счет возмещения вреда, причиненного в результате повреждения застрахованного имущества в порядке суброгации в размере 165 641 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 4512,82 руб., проценты за пользования чужими денежными средствами на взысканную сумму с момента вступления в силу решения суда до полной уплаты взысканной суммы. 

Представитель истца СПАО «Ингосстрах» ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом. В предыдущем судебном заседании исковые требования поддержала. Считает доводы ответчика о совместной вине участников ДТП несостоятельны, так как имеется составленный в отношении ответчика протокол об административном правонарушении, на основании которого ФИО1 нарушил правила дорожного движения. Свою вину в рамках административного дела ответчик не оспорил. 

Ответчик ФИО1 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, пояснил, что он не согласен с тем, что сотрудниками ГИБДД определена только его вина в ДТП, полагает, что имеется также и вина второго участника ДТП – ФИО2 Относительно обстоятельств ДТП пояснил, что он ехал на автомобиле ГАЗ по правой полосе на зеленый сигнал светофора ориентировочно со скоростью около 50 км/ч. Перед ним ехал автомобиль ФИО4 красного цвета, дистанция между ними была около 3 – 3,5 метра. Перед Калиной ехал автомобиль Хавал. Неожиданно автомобиль Хавал резко затормозил на зеленый сигнал светофора без каких-либо причин. От резкого торможения, отходя от удара, автомобиль ФИО4 съехал на обочину и объехал автомобиль Хавал с правой стороны. Первое, что он увидел перед собой, как автомобиль ФИО4 начал уходить от столкновения. Увидев, что создается аварийная ситуация, он нажал на тормоз, но избежать столкновения не удалось, так как был мокрый асфальт. В связи с этим считает, что в действиях водителя автомобиля Хавал также имеется нарушение ПДД. С выводами судебной экспертизы согласен. Просит в иске отказать. 

Представитель ФИО1 – ФИО5, действующий в судебном заседании в соответствии с ч.6 ст. 53 ГПК РФ, в судебном заседании с иском не согласился, высказал аналогичную позицию, что и его доверитель. С выводами судебной экспертизы согласился. Дополнил, что на основании выводов судебной экспертизы, в действиях водителя ФИО2 также усматривается вина. Соответственно, с учетом распределения вины между участниками ДТП в иске к ФИО1 следует отказать. 

Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещалась судом надлежащим образом. Представила письменные пояснения на иск, а также пояснения относительно обстоятельств ДТП, из которых следует, что свою вину в ДТП исключает. 

Представитель третьего лица АО «МАКС» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Суд, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 965 Гражданского кодекса РФ к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

В соответствии с пунктом 2 статьи 965 Гражданского кодекса РФ перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

На основании статьи 1072 Гражданского кодекса РФ лицо, ответственность которого застрахована в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего, отвечает за причиненный вред в случае недостаточности страхового возмещения в виде разницы между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Статьей 1082 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Согласно статье 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснению в п. 74 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", если размер возмещения, выплаченного страховщиком по договору добровольного имущественного страхования, превышает страховую сумму по договору обязательного страхования, к страховщику в порядке суброгации наряду с требованием к страховой организации, обязанной осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, переходит требование к причинителю вреда в части, превышающей эту сумму (глава 59 ГК РФ).

Из вышеприведенных положений действующего гражданского законодательства следует, что к страховщику в порядке суброгации переходит право на получение с лица, виновного в причинении ущерба, материального ущерба, определяемого в соответствии с положениями Гражданского кодекса РФ. 

Из системного толкования и смысла статей 15 и 1082 Гражданского кодекса РФ следует, что размер подлежащего возмещению материального ущерба определяется расходами, необходимыми для восстановления поврежденного имущества.

Пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ определено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Материалами дела установлено, что 27.06.2020 в 07.55 час. на ул. Коммунальная около дома 20 в г. Тольятти, ФИО1, управляя автомобилем ГАЗ 2834 г.р.з. № не выбрал безопасную дистанцию до движущегося впереди автомобиля Haval F7 и совершил с ним столкновение, чем нарушил п. 9.10 ПДД РФ. 

Постановлением инспектора группы ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УМВД России г. Тольятти от 03.07.2020, ФИО1 привлечен к административной ответственности по ч.1 ст. 12.15 КоАП РФ. 

Автомобиль Haval F7, был застрахован по риску «КАСКО» в СПАО «Ингосстрах» по страховому полису серии АА № от 22.06.2020, сроком действия с 22.06.2020 по 21.06.2021.

Как следует из материалов дела, по факту наступления страхового случая ФИО2 обратилась в страховую компанию, где ей было выдано направление на ремонт.

Восстановительный ремонт транспортного средства Haval F7 производился на станции технического обслуживания ООО «Автомир-Трейд». В соответствии с предъявленным счетом на оплату, заказ-наряда, СПАО «Ингосстрах» произвело оплату услуг по ремонту автомобиля на расчетный счет ООО «Автомир-Трейд» в размере 565 641 руб., в качестве компенсации ущерба, понесенного страхователем в результате страхового случая, что подтверждается платежным поручением № 137619 от 18.11.2020. 

Гражданская ответственность ФИО1 была застрахована в АО «МАКС» по полису ОСАГО ХХХ №.

В пределах лимита, установленного ст. 7 ФЗ «Об ОСАГО» - 400000 руб. ответственность по данному страховому случаю несет АО «МАКС», которое компенсировало истцу 400 000 руб. в пределах лимита по ОСАГО.

Невозмещенная сумма составила 165 641 руб. (565 641 – 400 000 (сумма, возлагаемая на страховщика ОСАГО).

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что к истцу, как страховщику, возместившему в полном объеме вред страхователю, перешли в порядке суброгации права требования страхователя (кредитора) к лицу, ответственному за убытки вследствие причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия - ответчику.

Основанием для возложения ответственности за причиненный вред в данном случае, является наличие вины.

В судебном заседании ответчик ФИО1 и его представитель не согласились с определением только вины ФИО1 в данном ДТП, считают, что имеется также вина второго водителя ФИО2

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля водитель автомобиля ФИО4 – ФИО7 пояснил, что он двигался на своем автомобиле по правой полосе на зеленый сигнал светофора за автомобилем Хавал, приблизительно со скоростью 50-55 км/ч. За ним ехал автомобиль ГАЗ. На светофоре водитель автомобиля Хавал резко остановился и включил сигнал левого поворота, при этом горел зеленый сигнал светофора. Он понял, что не сможет остановиться, принял решение объехать автомобиль Хавал по обочине с правой стороны. Дальше услышал свист тормозов. По левой полосе также ехали автомобили. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля водитель автомобиля ВАЗ 2106 – ФИО8 пояснил, что он ехал по левой полосе на зеленый сигнал светофора. Перед ним ехало три автомобиля. Он начал сбавлять скорость, так как ехавшие перед ним автомобили стали поворачивать налево. Также он увидел, что по правому ряду ехал автомобиль Хавал, который остановился на перекрестке и включил левый сигнал поворота, вместе с тем на светофоре горел зеленый сигнал светофора. Он видел, как водитель автомобиля ФИО4 ушел от столкновения на бордюр, а водитель ГАЗ стал тормозить, но столкновение не возможно было избежать. 

В связи с несогласием ответчиком своей вины в ДТП от 27.06.2020, судом по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза.

Согласно заключению эксперта № 94 от 31 мая 2021 года ООО «Научно-исследовательский центр судебной экспертизы», в варианте дорожно-транспортной обстановки по объяснениям ФИО1, ФИО7 и ФИО8 водитель а/м ГАЗ 2834, государственный регистрационный знак №, ФИО1 при движении перед происшествием должен был руководствоваться требованиями пунктов 9.10, 10.1 (ч. 1) Правил дорожного движения РФ. 

В варианте дорожно-транспортной обстановки по объяснениям ФИО2 экспертная оценка действий водителя а/м ГАЗ 2834, государственный регистрационный знак №, не проводилась, так как представленные ФИО2 сведения о том, что в результате удара её автомобиль ХАВАЛ Ф7 (HAVAL F7) проехал через перекресток и там она затормозила и остановилась, не соответствуют схеме ДТП, характеру повреждений обоих автомобилей и локализации осыпи осколков на месте ДТП. 

В варианте дорожно-транспортной обстановки по объяснениям ФИО1, ФИО7 и ФИО8, действия водителя, а/м ГАЗ 2834, государственный регистрационный знак №, ФИО1, при движении перед происшествием не соответствовали требованиям пунктов 9.10, 10.1 (ч. 1) Правил дорожного движения РФ, являясь достаточным условием возникновения данного происшествия; действия водителя, а/м ХАВАЛ Ф7 (HAVAL F7X без государственного регистрационного знака), ФИО2, при движении перед происшествием не соответствовали требованиям п. 8.1 (в части безопасности маневра и не создании помех другим участникам движения), п. 8.2 (в части принятия мер предосторожности), 8.5, 10.5 (ч. 4) Правил дорожного движения РФ, являясь, с экспертной точки зрения, необходимым условием возникновения ДТП.

Вариант дорожно-транспортной обстановки по объяснениям ФИО2 не рассматривался по причине, изложенной в пункте 1. 

Как следует из исследовательской части экспертного заключения, категорически утверждать, что сведения, представленные в объяснении ФИО2 о том, что в результате удара её автомобиль HAVAL F7X проехал через перекресток и там она затормозила и остановилась, не соответствуют схеме ДТП, характеру повреждений обоих автомобилей и локализации осыпи осколков на месте ДТП. Так, в случае сильного удара в результате произошедшего наезда, из-за которого произошел бы отброс вперед а/м ХАВАЛ Ф7 (Haval F7) через весь перекресток, осыпь осколков также располагалась бы на большей части пути отброса данного автомобиля. При этом сам факт безаварийного проезда автомобиля «ФИО4» красного цвета под управлением водителя ФИО7 через перекресток, не дает никаких оснований для утверждения о том, что предпринятое водителем ФИО2 торможение на якобы обнаруженную ей справа опасность в виде автомобиля темного цвета было бы обоснованным. Поэтому, развитие дорожно-транспортной обстановки согласно сведениям, имеющимся в объяснении ФИО2, представляется, с экспертной точки зрения, невозможным. Следовательно, данный вариант дальнейшему исследованию не подлежит.

В варианте дорожно-транспортной обстановки согласно объяснениям ФИО1, ФИО7 и ФИО8, водитель а/м ХАВАЛ Ф7 (Haval F7), ФИО2, двигаясь по правому ряду, резко остановилась на перекрестке, включив сигнал левого поворота, при горящем в её направлении зеленом сигнале. Водитель, следовавшего за а/м ХАВАЛ Ф7 (Haval F7), автомобиля «ФИО4» ФИО7, в результате предпринятого им маневра вправо избежал столкновения, а водитель следовавшего третьим автомобиля ГАЗ-2834 ФИО1, не смотря на предпринятое им торможение, допустил столкновение. При торможении по мокрому асфальту, следы торможения сохраняются крайне непродолжительное время. Поэтому, их отсутствие на фотоизображениях и в схеме ДТП не дает никаких оснований для утверждения о том, что водитель а/м ГА3-2834 не применял мер к экстренному торможению. А вот расположение данного автомобиля передней частью кабины у места столкновения, как раз подтверждает заявленные сведения о том, что водитель а/м ГАЗ-2834 применил торможение перед столкновением. Поэтому, развитие дорожно-транспортной обстановки, исходя из сведений, указанных в объяснениях ФИО1, ФИО7 и ФИО8, с экспертной точки зрения, возможно. Следовательно, представленный ими вариант дорожно-транспортной обстановки подлежал дальнейшему исследованию.

Исходя из представленных сведений, произошло попутное столкновение автомобилей, которому предшествовало их движение по одной полосе в условиях мокрого состояния дорожного покрытия. При этом сам водитель, а/м ГАЗ-2834, ФИО1 в своих пояснениях суду указывает, что он двигался со скоростью 50 км/ч, а дистанция до двигавшегося перед ним автомобиля «ФИО4» красного цвета была около 3-3,5 метров. При движении транспортных средств, друг за другом, безопасность их движения зависит от соблюдения водителем заднего транспортного средства безопасной дистанции до движущегося впереди транспортного средства. Пункт 9.10 Правил дорожного движения РФ требует от водителя соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения.

Часть 1 п. 10.1 указанных Правил обязывает водителя вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом дорожные и метеорологические условия. Выбранная скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля над движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Поэтому, в рассматриваемом варианте дорожно-транспортной обстановки, водитель а/м ГАЗ 2834, г/р/з №, ФИО1, должен был руководствоваться требованиями п.п. 9.10, 10.1 (ч. 1) Правил дорожного движения РФ. Таким образом, в варианте дорожно-транспортной обстановки по объяснениям ФИО1, ФИО7 и ФИО8 водитель а/м ГАЗ 2834, государственный регистрационный знак №, ФИО1 при движении перед происшествием должен был руководствоваться требованиями пунктов 9.10, 10.1 (ч. 1) Правил дорожного движения РФ и его действия не соответствовали требованиям данных пунктов указанных Правил.

В рассматриваемом варианте дорожной обстановки произошло резкое торможение а/м ХАВАЛ Ф7 на перекрестке при горящем в направлении движения для водителя данного автомобиля зеленом сигнале светофора. Требованием пункта 10.5 (ч. 4) Правил установлено, что водителю запрещается резко тормозить, если это не требуется для предотвращения дорожно-транспортного происшествия. Учитывая представленные сведения о том, что резкая остановка а/м ХАВАЛ Ф7 на перекрестке была сопряжена с подачей водителем данного автомобиля сигнала левого поворота, следует утверждать, что водитель а/м ХАВАЛ Ф7 на перекрестке решила осуществить маневр поворота налево из правой полосы движения. Поэтому, в рассматриваемом варианте дорожно-транспортной обстановки водитель а/м ХАВАЛ Ф7 (HAVAL F7X) ФИО2 при движении перед происшествием также должна была руководствоваться и требованиями пунктов 8.1, 8.2, 8.5 Правил дорожного движения РФ.

Согласно п. 8.1 указанных Правил, перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Пункт 8.2 этих же Правил обязывает водителя производить подачу сигнала заблаговременного до начала поворота. При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

Пункт 8.5 обязывает водителя перед поворотом направо, налево или разворотом заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

В рассматриваемом варианте дорожно-транспортной обстановки, сам факт столкновения, которому предшествовала резкая остановка а/м ХАВАЛ Ф7 в правом ряду на перекрестке с подачей сигнала левого поворота, свидетельствует, с технической точки зрения о том, что действия водителя, а/м ХАВАЛ Ф7 (без государственного регистрационного знака), ФИО2, при движении перед происшествием не соответствовали требованиям:

п. 8.1 Правил дорожного движения РФ в части безопасности маневра и не создании помех другим участникам движения;

п. 8.2 этих же Правил в части принятия мер предосторожности;

8.5, 10.5 (ч. 4) указанных Правил.

Указанные несоответствия действий водителя ФИО2 требованиям Правил дорожного движения РФ являются, с экспертной точки зрения, необходимым условием возникновения ДТП.

Заключение экспертизы оценивается судом по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ наряду с другими доказательствами.

Оснований не доверять указанному заключению судебной автотехнической экспертизы у суда не имеется, поскольку экспертиза проведена в установленном законом порядке, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, экспертиза проведена экспертом, имеющим соответствующую квалификацию и достаточный стаж экспертной работы и работы по специальности. 

Таким образом, судом также в качестве доказательств принимается заключение эксперта, а также пояснения участников ДТП, свидетелей, эксперта при определении вины участников ДТП, так как только с учетом совокупности исследования всех представленных доказательств можно определить вину участников ДТП.

Оценив в совокупности все представленные сторонами и имеющиеся в материалах дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что действия водителя ФИО1, так и действия водителя ФИО2 находятся в причинной связи с рассматриваемым дорожно-транспортным происшествием, ДТП произошло при обоюдной вине участников ДТП.

С учетом допущенной водителем ФИО2 неосторожности при пересечении перекрестка, суд считает необходимым определить степень её вины в происшедшем событии в объеме 30 процентов, а степень вины водителя ФИО1- 70 процентов, так как последний нарушил ч.1 п. 10.1, п.9.10 ПДД. 

Таким образом, с учетом определения степени вины ответчика ФИО1, а также размера причиненного ущерба (565 641 руб. х 70% = 395948,70 руб.), суд полагает в удовлетворении исковых требований следует отказать. 

Так как в удовлетворении требований о взыскании материального ущерба в порядке суброгации истцу отказано, следовательно, оснований для взыскания процентов за пользования чужими денежными средствами не имеется. 

Кроме того, при разрешении спора по существу, суд разрешает ходатайство ООО «Научно-исследовательский центр судебной экспертизы» о взыскании расходов по оплате экспертизы в размере 25 970 руб.

Поскольку проведение экспертизы явилось необходимым для правильного и объективного разрешения спора по существу и разрешения вопроса о возможности удовлетворения иска и определения вины участников ДТП, судом установлен факт частичной вины со стороны ответчика. При таких обстоятельствах расходы по проведению судебной экспертизы подлежат взысканию в полном объеме с истца. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198, ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке суброгации в размере 165 641 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами и судебных расходов, отказать.

Взыскать со страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Научно-исследовательский центр судебной экспертизы» судебные расходы по проведению экспертизы в сумме 25970 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Заволжский районный суд города Ульяновска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.В. Киреева