Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

г.Красноярск 30 июня 2017г.

Ленинский районный суд г.Красноярска в составе:

председательствующего судьи Снежинской Е.С.,

при секретаре судебного заседания Исаковой З.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Вермикулит» об установлении факта трудовых отношений и взыскании задолженности по заработной плате;

встречному иску ООО «Вермикулит» к ФИО1 о взыскании денежных средств, 

установил:

ФИО1 обратился с иском, неоднократно уточненным в ходе судебного разбирательства, к ООО «Вермикулит» об установлении факта трудовых отношений. 

Требования мотивированы тем, что 01 марта 2016г. ФИО1 трудоустроился на ООО «Вермикулит» в должности 

<

данные изъяты>, на его имя был оформлен пропуск в 

<

адрес>. 04 июня 2016г. он получил травму на производстве, находился на лечении. Однако трудовые отношения с ним официально не оформлены, трудовой договор он не подписывал, запись в трудовую книжку не вносились. В период судебного разбирательства, ему стало известно об увольнении его с 13 июля 2017г. в связи с прогулом. Однако, в указанный период он находился на больничном листе. Поскольку он вступил в трудовые отношения с другим работодателем, то просит установить факт трудовых отношений с 01 марта 2016г. по 13 ноября 2016г., изменить формулировку основания увольнения по собственному желанию и дату увольнения на 13 ноября 2016г., взыскать задолженность по заработной плате и за время вынужденного прогула в размере 319 928 руб. 77 коп., взыскать компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., судебные расходы на представителя в размере 20 000 руб. 

Со встречным иском, уточненным в ходе судебного разбирательства, обратился ООО «Вермикулит», в котором просит взыскать с ФИО1 денежную сумму в размере 227 387 руб. 20 коп., как излишне перечисленную в период его работы исполнительным директором, обязать ФИО1 вернуть ноутбук Asus, мышь беспроводную DEXP, сумку Continent или возместить их стоимость в размере 16 639 руб. 06 коп. 

Требования мотивированы тем, что с 01 марта 2016г. по 10 июня 2016г. ФИО1 исполнял обязанности 

<

данные изъяты>. Трудовые отношения не оформлены по вине работника, отказавшегося подписывать документы. За указанный период ФИО1 перечислено 424 000 руб., включающие в себя заработную плату, компенсацию за неиспользованный отпуск, а также денежные средства, переданные в подотчет на общую сумму 244 751 руб. 81 коп. Поскольку документы ФИО1 на подотчетные деньги представлены частично, то оставшаяся сумма в 227 387 руб. 20 коп. признается подотчетом, за который работник не отчитался (т.2 л.д.26-27, 226).

В судебном заседании ФИО1 и его представитель по устному ходатайству ФИО2 иск поддержали, в удовлетворении встречного иска просили отказать. 

ООО «Вермикулит» в лице представителей ФИО3 и ФИО4 просили встречный иск удовлетворить, в удовлетворении иска ФИО1 отказать. В случае отмены приказа об увольнении №, определить первую дату дня прогула ФИО1, сохранив основание увольнения – прогул. 

Суд, выслушав стороны, показания свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 15 ТК РФ трудовыми отношениями признаются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно со статьей 16 ТК РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого им в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, а также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Судом установлено, что на основании приказа № от 01 марта 2016г. ФИО1 принят на работу в ООО «Вермикулит» в должности 

<

данные изъяты> с окладом 17 960 руб., с надбавками – премия 100%, районный коэффициент – 1,3, северная надбавка – 30%, испытательный срок 3 месяца. (т. 1 л.д.103).

В соответствии со штатным расписанием за 2016г. ООО «Вермикулит» должностной оклад исполнительного директора составляет 17 960руб., премия 100% - 17 960 руб., районный коэффициент 30% - 10776 руб.,, северная надбавка 30 % - 10 776 руб., итого 57472 руб. (т. 1 л.д.109).

С 14 июня 2016г. ФИО1 на работу не выходил, что подтверждается актами работодателя (т. 1 л.д.173-195) и табелем учета рабочего времени за июнь и июль 2016г. (т.1 л.д. 142-148).

Приказом № от 13 июля 2016г. ФИО1 уволен с работы 13 июля 2016г. за однократное грубое нарушение - прогул по подпункту «А» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. С данным приказом об увольнении ФИО1 не был ознакомлен (т. 1 л.д.213). Соответствующая запись в трудовую книжку ФИО1 не внесена (т. 4 л.д. 135). 

Таким образом, требования ФИО1 об установлении факта трудовых отношений в должности исполнительного директора ответчиком не оспариваются. 

Доводы ООО «Вермикулит» о том, что документы не были подписаны по вине ФИО1, противоречат требованиям трудового законодательства, согласно которому обязанность надлежащего оформления трудовых отношений с работником лежит именно на работодателе, т.е. ООО «Вермикулит». 

В соответствии с пп. "а" п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Согласно ч. 6 ст. 81 Трудового кодекса РФ, не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуального предпринимателя) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Согласно ч. 1 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение за прогул является одним из видов дисциплинарного взыскания, поэтому в соответствии с ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение.

Из объяснений участников процесса, как ФИО1, так и представителей ООО «Вермикулит», следует, что объяснения у работника ФИО1 по поводу отсутствия на рабочем месте не исстребовались, акты об отсутствии на рабочем месте за период с 14 июня 2016г. по 13 июля 2016г., и как следствие акты об отказе ФИО1 от подписи в указанных актах, составляющие собой единый документ, составлены в отсутствие ФИО1 без истребования от него каких-либо объяснений. 

Таким образом, судом установлено, что ответчик до применения к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде увольнения по пп. "а" п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации не истребовал от него письменного объяснения о причинах отсутствия на рабочем месте.

Вместе с тем, согласно представленных медицинских документов 04 июня 2016г. ФИО1 получил травму правого колена, 14 июня 2016г. находился на приеме у врача травматолога – ортопеда КГБУЗ «КМКБ №», выставлен диагноз «

<

данные изъяты>», 20 июня 2016г. находился на приеме у терапевта КГБУЗ «Красноярская городская поликлиника №» для прохождения медосвидетельствования перед оперативным лечением, с 10 июля по 13 июля 2016г. находился на стационарном лечении в КГБУЗ «Краевая клиническая больница», где 11 июля 2016г. проведена операция, при выписке установлена временная нетрудоспособность, дополнительно указано, что ФИО1 в выдаче листка нетрудоспособности не нуждается. 

Доводы ответчика ООО «Вермикулит» о том, что ФИО1 получил бытовую травму, не поставив в известность об этом работодателя, являются не состоятельными, опровергаются как объяснениями самого ФИО1 о том, что по согласованию с руководством было решено не оформлять производственную травму, так и показаниями свидетелей – работников ООО «Вермикулит» в июне 2016г., а именно П.М.М., начальника производства, и К.В.А., оператор технологического оборудования, о том, что при разгрузке машины в июне 2016г. ФИО1 повредил ногу и хромал (т.2 л.д.15-23). 

Таким образом, оценив по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, руководствуясь ст. ст. 81, 192, 193 Трудового кодекса Российской Федерации, учитывая, что увольнение истца произведено с нарушением установленного порядка привлечения истца к дисциплинарной ответственности, поскольку от истца в нарушение ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации не было истребовано объяснение, а также приказ об увольнении подписан в период временной нетрудоспособности ФИО1, в связи с чем приказ № от 13 июля 2016г. об увольнении является незаконным. 

Согласно позиции Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в п. 60 постановления от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» по заявлению работника, увольнение которого признано незаконным, суд может ограничиться вынесением решения о взыскании в его пользу среднего заработка за время вынужденного прогула и об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию (части третья и четвертая статьи 394 ТК РФ).

Судом установлено, что 14 ноября 2016г. ФИО1 принят на работу в ООО 

<

данные изъяты>», следовательно требования истца об изменении формулировки увольнения на п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по инициативе работника, даты увольнения в связи с трудоустройством истца на дату предшествующую дню начала работы – 13 ноября 2016г., подлежат удовлетворению. 

Кроме того, работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу (ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как видно из материалов дела, и не оспаривалось сторонами за период с 01 марта 2016г. по 14 июнь 2016г. ФИО1 начислено 174 721 руб. 80 коп. и выплачено в качестве заработной платы 160 374 руб. 24 коп.: за март – 57 472 руб. (начислено) и 50 000 руб. (выплачено), за апрель – 43 104 руб. (начислено) и 37 500 руб. (выплачено), за май – 48 851 руб. 20 коп. (начислено) и 42 500 руб. 20 коп. (выплачено), за июнь – 10 947 руб. 04 коп. (начислено) и 9 524 руб. (выплачено), компенсация за неиспользованный отпуск составила 14 347 руб. 62 коп. и 12 484 руб. 62 коп. (т.1 л.д. 154-155, 213).

Согласно записки-расчету ООО «Вермикулит» от 13 июля 2016г. при увольнении компенсация за неиспользованный отпуск не выплачена, в связи с использованием аванса (т.1 л.д.212). 

На основании приказов от 04 мая 2016г. №, 02 июня 2016г. №г., 01 июля 2016г. ФИО1 лишен премии за каждый из этих месяцев на 50%. С данными приказами истец не ознакомлен, его подписи в них отсутствуют, в связи с чем составлены акты об отказе работника от подписания приказов. Объяснения ФИО1 по служебным запискам, составленным заместителем генерального директора П.А.А., не отбирались (т.1 л.д. 165-173).

Вместе с тем, поскольку премия в размере 100 % входит в систему оплаты труда, является обязательной составляющей заработной платы, что подтверждается приказом от 01 марта 2016г. и штатным расписанием за 2016г., то принятие решения о снижении или лишения работника премии не может зависеть только от усмотрения работодателя, а подлежит обязательному и полному обоснованию, которое в настоящем случае отсутствует. 

В данном же случае, принимая во внимание недоказанность ответчиком факта невыполнения ФИО1 каких-либо показателей премирования, неисполнения или ненадлежащего исполнения им должностных обязанностей, лишение ФИО1 премии за апрель 2016г., май 2016г. и июнь 2016г. являлось необоснованным и нарушило права истца на получение заработной платы в том объеме, как это установлено заключенным с ним трудовым договором и предусмотрено действующей в ООО «Вермикулит» системой оплаты труда.

Учитывая, что истец ФИО1 не просит взыскать заработную плату в виде оплаты времени его нетрудоспособности за период с 14 июня 2016г. по 10 августа 2016г. включительно, то размер заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск и время вынужденного прогула подлежит исчислению в следующем порядке. 

Так, ФИО1 подлежала начислению заработная плата за отработанное им время в размере 194 310 руб. 09 коп.: 

за март, апрель, май 2016г. по 57 472 руб. за каждый месяц =172 416 руб.;

за июнь 2016г. - (17 960+17960+10776+10776) : 21 день (норма времени) х 8 дней (отработано с 01 по 10 июня) = 21 894 руб. 09 коп.; 

начислено ответчиком 174 721 руб. 86 коп.;

Итого, подлежит взысканию 19 588 руб. 23 коп. 

Порядок исчисления средней заработной платы для оплаты времени вынужденного прогула установлен статьей 139 ТК РФ. 

Как следует из позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 62 Постановления от 17 марта 2004 года (с послед. изм. и доп.) № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету. 

Время вынужденного прогула составило с 11 августа 2016г. (с момента окончания нетрудоспособности) по 13 ноября 2016г. - 63 рабочих дней. 

Среднедневной заработок истца составляет 2816 руб. 08 коп. (194 310,09: 69 раб. дней с 01.03.2016 по 10.06.2016), в связи с чем размер компенсации составляет 177 413 руб. 04 коп. (63 рабочих дней х 2816,08 руб.). 

Поскольку на 13 ноября 2016г. у ФИО1 имелось право на выплату компенсации за неиспользованный отпуск в размере 24 дней (за полных 8 месяцев с 01 марта по 13 ноября 2016г.).

Среднедневной заработок истца для исчисления компенсации равен 48 884 руб. 13 коп. (371723,13 : (29,3 х 5 мес.+ 36 дн))х 24 дня отпуска), где

371 723,13 руб. (зарплата, фактически начисленная за расчетный период = 194 310 руб. 09 коп.+ 177 413 руб. 04 коп.)

5 мес. (количество полных календарных месяцев, исключая период временной нетрудоспособности (март, апрель, май, сентябрь, октябрь)

36 дней (количество календарных дней в неполных календарных месяцах – 13 дн. июня, 10 дн. августа, 13 дн. ноября).

Оснований для удовлетворения встречного иска ООО «Вермикулит» о взыскании излишне уплаченных денежных средств в размере 227 387 руб. 20 коп., не имеется.

Как следует из встречных исковых требований и уточнений к ним (т. 2 л.д. 26,226) данная сумма сформирована ООО «Вермикулит» как денежная сумма, перечисленная частями исполнительному директору ФИО1 для производственных нужд, а именно приобретения оборудования и выплаты заработной платы, за которую работник не предоставил отчетных документов, т.е. является неосновательным обогащением работника в полном объеме. 

Вместе с тем, оснований для возложения на работника ФИО1 данной материальной ответственности, не предусмотренной нормами трудового законодательства, не имеется. 

Отсутствие надлежащего бухгалтерского учета на предприятии не является основанием для взыскания денежных средств с работников предприятия. По этим, же основаниям суд не усматривает оснований для возложения на ФИО1 обязанности вернуть ноутбук с принадлежностями, либо оплатить его стоимость. Кроме того, факт нахождения ноутбука у работодателя после ухода ФИО1 в июне 2016 г. подтверждается показаниями работников ООО «Вермикулит», а именно свидетеля Н.М.Г. (т.2 л.д.201). 

Доводы ответчика о необходимости сохранения ФИО1 основания увольнения – прогул, не обоснованны. Так судом установлено, что ФИО1 уволен незаконно в период временной нетрудоспособности 13 июля 2016г. с нарушением процедуры увольнения. В период до 10 августа 2016г. ФИО1 находился в состоянии временной нетрудоспособности, выполняя рекомендации врача о соблюдении режима покоя в течение 4 недель. 29 июля 206г. им подано заявление об установлении факта трудовых отношений, поскольку ООО «Вермикулит» в этом ему было отказано. По истечении периода временной нетрудоспособности, он не смог приступить к исполнению своих трудовых обязанностей, поскольку на его место был принят другой сотрудник. 

Данные обстоятельства стороной ответчика не опровергнуты. 

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает степень нравственных страданий, связанных с нарушением работодателем обязанности по соблюдению процедуры оформления трудовых отношений и выплате заработной платы, период образования задолженности, и личность истца. В связи с чем, суд, руководствуясь принципами разумности и справедливости, определяет размер компенсации морального вреда в 6 000 руб.

В соответствии с положениями ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Как видно из материалов дела ФИО1 оплачено за составление искового заявления, участие представителя ФИО2 в судебных заседаниях, что подтверждается соответствующими договором и распиской (т.1 л.д.5-6,7). С учетом требований разумности, принимая во внимание категорию дела, суд приходит к выводу о взыскании в пользу истца судебных расходов за предоставление юридической помощи в полном размере в 20 000 руб.

В силу ст.103 ГПК РФ государственная пошлина в размере 5958 руб. 85 коп. (5658,85 рублей – за требование о взыскании заработной платы и 300 рублей – за компенсацию морального вреда), от уплаты которой истец освобожден, подлежит взысканию с ответчика.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО «Вермикулит» в период с 01 марта 2016г. по 13 ноября 2016г. в должности исполнительного директора.

Признать приказ № от 13 июля 2016г. об увольнении ФИО1 по п.п.А п.6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ незаконным. 

Возложить на ООО «Вермикулит» обязанность внести в трудовую книжку запись о приеме его на работу в должности исполнительного директора с 01 марта 2016г. на основании приказа № от 01 марта 2016г. и запись об увольнении по инициативе работника по п.3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ с 13 ноября 2016 г. на основании решения суда.

Взыскать с ООО «Вермикулит» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 19 588 руб. 23 коп., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 48 884 руб. 13 коп., заработную плату за время вынужденного прогула в размере 177 413 руб. 04 коп., компенсацию морального вреда в размере 6 000 руб., судебные расходы в размере 20 000 руб.

Взыскать с ООО «Вермикулит» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 5958 руб. 85 коп.

В удовлетворении встречного иска ООО «Вермикулит» к ФИО1 о взыскании денежных средств, возложении обязанности - отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г.Красноярска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.С. Снежинская