Мировой судья Свободникова И.М. Дело № 10-1/2018г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

07 февраля 2018 года г. Саратов

Фрунзенский районный суд г. Саратова в составе:

председательствующего судьи Бобровой О.В.,

при секретаре судебного заседания Павловичевой И.О.,

с участием государственного обвинителя - прокурора отдела прокуратуры Саратовской области Евтушенко И.В.,

оправданного ФИО1 и его адвоката Еремина А.Ю., представившего удостоверение № 2302, ордер № 200,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы представителя потерпевшего ФИО2 - адвоката Холоденко В.Д. на приговор мирового судьи судебного участка № 3 Фрунзенского района г. Саратова от 31 августа 2017 года, которым ФИО1 оправдан по ч. 5 ст. 128.1 УК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Заслушав оправданного ФИО1, его защитника Еремина А.Ю., прокурора, суд,

УСТАНОВИЛ:

Приговором мирового судьи судебного участка № 3 Фрунзенского района г. Саратова от 31 августа 2017 года ФИО1 оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 128.1 УК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию. 

Из указанного приговора следует, что ФИО1 органами предварительного расследования обвинялся в совершении клеветы, то есть распространении заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица и подрывающих его репутацию, содержащейся в средствах массовой информации, соединенной с обвинением лица в совершении тяжкого и особо тяжкого преступления, при следующих обстоятельствах.

Достоверно зная, что в отношении потерпевших ФИО2 и ФИО3 не имеется обвинительного приговора, ФИО1, в период с начала апреля 2014 г. по 16.02.2015 г., систематически распространял в информационно-телекоммуникационной сети общего пользования «Интернет», на интернет-сайте сетевого издания «Общественное мнение», на интернет-сайте издания «ПроСаратов», а также на интернет-страницах социальных сетей «ВКонтакте» и «Facebook» («Фейсбук»), заведомо ложные сведения о нарушении ФИО2 уголовного и иного законодательства, моральных норм и принципов, а также распространил в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», на интернет-странице социальных сетей «Facebook» («Фейсбук»), заведомо ложные сведения о нарушении ФИО3 уголовного законодательства, выражая их в форме утверждения о фактах. 

16.04.2014 года ФИО1, находясь на территории г. Саратова, реализуя свой преступный умысел, достоверно зная о том, что в отношении ФИО2 никогда не выносился обвинительный приговор, на интернет-сайте сетевого издания «Общественное мнение», являющегося средством массовой информации, разместил за своей подписью (под своим именем) статью «ФИО4 помешал Курихину создать подконтрольную «русскую диаспору»?», в которой содержатся заведомо ложные сведения, выраженные в форме утверждения о том, что именно ФИО2 спланировал «многоходовку» по обвинению ветерана Великой отечественной войны, редактора «Книги памяти» ФИО22 в фальсификации фронтовой биографии, а также организовал передачу компромата (архивных документов) на ФИО21 с последующей публикацией на сайте, о том, что ФИО2 в течение нескольких последних лет целенаправленно пытается продвигать в политику отдельных русских националистов (ФИО20), сопровождая их информационной поддержкой. Тем самым, ФИО1 распространил заведомо ложные сведения, порочащие честь и достоинство и подрывающие репутацию ФИО2 в средствах массовой информации. 

Кроме того, не позднее 25.01.2015 г., ФИО1, находясь на территории г. Саратова, дал интервью по телефону неустановленному лицу, представившемуся ФИО1 редактором интернет-сайта «ПроСаратов» ФИО23, в ходе которого, зная, что изложенная им информация будет опубликована на интернет-сайте издания «ПроСаратов», сообщил указанному выше лицу заведомо ложные сведения о том, что ФИО2 является заказчиком нападения на него и его избиения, а также сообщил указанному выше лицу заведомо ложные сведения о том, что ФИО2 «является выходцем из, так называемой, «парковской» ОПГ», то есть сведения о том, что ФИО2 в прошлом был членом «парковской» организованной преступной группы. 

Затем, ФИО1 по окончании интервью, на интернет-сайте издания «ПроСаратов» разместил публикацию «Журналиста ФИО1 избили по заказу депутата ФИО2. Эксклюзивное интервью с пострадавшим», в которой содержатся заведомо ложные сведения о том, что ФИО2 является заказчиком нападения на ФИО1 и его избиения, а также о том, что ФИО2 «является выходцем из, так называемой, «парковской» ОПГ», то есть сведения о том, что ФИО2 в прошлом был членом «парковской» организованной преступной группы. Тем самым, ФИО1 распространил о ФИО2 заведомо ложные сведения, порочащие его честь и достоинство и подрывающие его репутацию. 

16.02.2015 г. ФИО1 разместил текст «Депутат Саратовской областной думы ФИО2 продолжает принимать поздравления. На этот раз к ним присоединяются анонимные сотрудники некоего силового ведомства, которое, судя по всему, вело разработку этого во всех смыслах авторитетного господина после убийства облпрокурора ФИО5. Почитайте эти интересные документы, очень похожие на внутренние служебные записки. Я только некоторое выложил. Это песня» и документы -пять фотографий с изображениями документов, в которых содержатся заведомо ложные сведения о ФИО2, о его причастности к организованной преступности и о совершении им тяжких и особо тяжких преступлений. 

Тем самым, ФИО1 распространил заведомо ложные сведения, содержащие утверждения о том, что ФИО2 в прошлом был лидером организованной преступной группы, в составе которой совершал тяжкие и особо тяжкие преступления.

Кроме этого в указанных выше документах, размещенных ФИО1 16 февраля 2015 г. в сети «Интернет», на своей персональной странице в социальной сети «FaceBook» («Фейсбук»), содержатся также заведомо ложные сведения, порочащие честь и достоинство и подрывающие репутацию ФИО3 о том, что «полковник госнаркоконтроля ФИО3, когда он работал в налоговой полиции помог ФИО2 закрыть уголовное дело по факту неуплаты налогов за 100000 рублей». 

Тем самым, ФИО1 умышленно распространил о ФИО2 и ФИО3 заведомо ложные сведения, порочащие их честь и достоинство и подрывающие их репутацию. 

Таким образом, органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в совершении клеветы, то есть, распространении заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица и подрывающих его репутацию, содержащиеся в средствах массовой информации, соединенные с обвинением лица в совершении тяжкого и особо тяжкого преступления.

Не согласившись с приговором суда, представитель потерпевшего ФИО2 - адвокат Холоденко В.Д. 07.09.2017г. подал апелляционную жалобу, в которой указал, что приговор является незаконным, необоснованным и подлежащим отмене, так как выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела.

В дополнительной апелляционной жалобе от 20.09.2017г. представитель потерпевшего ФИО2 - адвокат Холоденко В.Д. указал также, что выводы суда о том, что умысла на клевету у ФИО1 не имелось, являются необоснованными и не подтверждаются материалами дела. Считает, что стороной обвинения представлено достаточно доказательств, подтверждающих то обстоятельство, что ФИО1 имел прямой умысел на распространение в отношении ФИО2 заведомо ложных сведений, содержащихся в подготовленной им публикации «ФИО4 помешал Курихину создать подконтрольную «русскую диаспору»?». Кроме того указал, что суд при вынесении приговора не учел тот факт, что в отношении ФИО2 и ФИО3 никогда не выносился обвинительный приговор. Суд также не учел, что ни в одной из исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре публикаций, на которые ссылался ФИО1 в подтверждение того, что он был уверен в достоверности сведений о ФИО2 и ФИО3 не сказано о том, что в отношении ФИО2 и ФИО3, когда- либо выносился обвинительный приговор, а также не содержатся сведения о том, что ФИО2 и ФИО3 когда- либо привлекались или освобождались от уголовной ответственности. Также эти сведения отсутствуют и в протоколах допросов свидетелей, а также отсутствуют сведения о том, что ФИО3 помог ФИО2 закрыть уголовное дело по факту неуплаты налогов за 100000 рублей, то есть сведения о получении ФИО3 взятки. В приговоре суда также не дана оценка исследованной в судебном заседании публикации «Мелкий бес Саратовской политики». В жалобе также указано, что судом в приговоре неверно указаны слова ФИО24 в статье «ФИО2: друзья и враги», а также слова ФИО25 которые были им сказаны в ходе интервью изданию «Комсомольская правда». Указывает, что суд ошибочно пришел к выводу о том, что умысла на клевету у ФИО1, а именно на распространение заведомо ложных сведений, не имелось, и он добросовестно заблуждался относительно правдивости тех сведений, которые изложены в предъявленном ему обвинении. 

В дополнительной апелляционной жалобе от 04.10.2017г. представитель потерпевшего ФИО2 - адвокат Холоденко В.Д. указал, что приговор суда подлежит отмене в связи с тем, что судом при вынесении приговора была нарушена тайна совещательной комнаты, а именно, после провозглашения приговора в него были внесены многочисленные изменения, дополнения и исправления, которые не произносились при провозглашении приговора 31.08.2017г.

В дополнительной апелляционной жалобе от 31.10.2017г. представитель потерпевшего ФИО2 - адвокат Холоденко В.Д. указал, что в приговоре суд признал установленным то обстоятельство, что в тексте и документах, размещенных ФИО1 16.02.2015г. в социальной сети «Фейсбук» содержатся заведомо ложные сведения, выраженные в форме утверждения о том, что ФИО3 получил взятку, одновременно с этим судом сделан вывод о том, что заведомость распространения таких сведений в отношении обоих потерпевших не доказана, материалами дела не установлено что ФИО1 16.02.2015 года, размещая на своей персональной странице в социальной сети «Фейсбук» пять фотографий с изображением документов, содержащих сведения о потерпевших ФИО2 и ФИО3, желал распространить заведомо ложные сведения, порочащие честь и достоинство или подрывающих репутацию потерпевших и сознательно желал именно этого. Указанные выводы суда являются взаимоисключающими.

В дополнительной апелляционной жалобе от 09.11.2017г. представитель потерпевшего ФИО2 - адвокат Холоденко В.Д. указал, что в приговоре отсутствуют обстоятельства, установленные судом, а также основания оправдания ФИО1 и доказательства их подтверждающие о том, что ФИО1 25.01.2015г. по окончании интервью разместил публикацию, в которой содержатся заведомо ложные сведения о ФИО2 о том, что он является заказчиком нападения на него и его избиения. Также в указанной жалобе адвокат Холоденко В.Д. обжалует постановление мирового судьи от 19.10.2017г. об отклонении замечаний на протоколы судебных заседаний от 11.08.2017г., 18.08.2017г., 25.08.2017г. и 28.08.2017г. Считает, что постановление подлежит отмене, поскольку замечания на протоколы судебных заседаний суд рассмотрел в его отсутствие, судья не рассмотрела замечания под номером 5 на протокол судебного заседания, кроме того, в материалах дела отсутствует протокол судебного заседания от 19.10.2017г., когда судья рассматривала замечания на протокол судебного заседания.

По всем поданным жалобам представитель потерпевшего просил отменить приговор мирового судьи Судебного участка № 3 Фрунзенского района г. Саратова от 31.08.2017 года в отношении ФИО1 и передать уголовное дело на новое рассмотрение.

В судебном заседании представитель потерпевшего ФИО2 - адвокат Холоденко В.Д. не присутствовал, хотя был под подпись извещен о месте и времени судебного разбирательства, о причинах неявки суду не сообщил, доказательств уважительности неявки не представил. 

Потерпевший ФИО2 не пожелал участвовать в судебном заседании и в подготовительной части судебного разбирательства покинул заседание суда апелляционной инстанции. 

Потерпевший ФИО3 в судебное заседание не явился, был извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Прокурор Евтушенко И.В. просила суд отменить приговор и направить уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, поскольку в обвинительном заключении не определено место совершения преступления.

Оправданный ФИО1 в судебном заседании с доводами апелляционных жалоб адвоката Холоденко В.Д. не согласился, считал приговор суда законным и обоснованным. 

Защитник ФИО1 - адвокат Еремин А.Ю. в судебном заседании также с доводами апелляционных жалоб адвоката Холоденко В.Д. не согласился, полагая, что приговор мирового судьи является законным и обоснованным.

Изучив в судебном заседании доводы апелляционных жалоб представителя потерпевшего ФИО2 - адвоката Холоденко В.Д., пояснения оправданного ФИО1 и его защитника Еремина А.Ю. не согласившихся с доводами апелляционных жалоб, а также государственного обвинителя Евтушенко И.В., проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Статья 128.1 ч. 5 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за клевету, то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица и подрывающих его репутацию, содержащиеся в средствах массовой информации, соединенные с обвинением лица в совершении тяжкого и особо тяжкого преступления.

Объектом преступления выступают общественные отношения, складывающиеся в связи с реализацией человеком права на достоинство, честь и репутацию.Объективная сторона данного преступления выражается в распространении заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию. Ложные сведения - это сведения вымышленные, надуманные, не соответствующие действительности.Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому они относятся.Субъективная сторона преступления - вина в форме прямого умысла. Лицо должно осознавать, что распространяет ложные сведения о другом человеке, которые порочат его честь и достоинство или подрывают деловую репутацию, и желает их распространить. Если лицо, распространяющее ложные измышления, добросовестно заблуждалось относительно соответствия действительности распространяемых им сведений, оно не может быть привлечено к уголовной ответственности за клевету. Таким образом, обязательным признаком состава клеветы, является заведомость, означающая знание виновным, что сведения, изначально ложные, вымышленные, не соответствуют действительности. При этом лицо осознает, что такого рода сведения порочат потерпевшего. То есть, данное преступление совершается только с прямым умыслом. Суд полагает, что мировой судья пришел к правильному выводу о том, что умысел ФИО1 на совершение клеветы не установлен. Мировым судьей обоснованно дана оценка тому обстоятельству, что в ходе судебного разбирательства не получены объективные данные, позволяющие судить о том, что ФИО1 имел умысел на распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство ФИО2 и ФИО3 или подрывающих их репутацию, суд учел при этом показания допрошенных свидетелей и дал им правильную оценку. В соответствии со ст. 49 ч. 3 Конституции РФ - неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого, тем самым, всякое сомнение толкуется в пользу обвиняемого. Это означает, что если доказательства по делу спорны или противоречивы и возможно их различное толкование, то решение должно быть вынесено в пользу обвиняемого. Правило о толковании всякого сомнения в пользу обвиняемого относится лишь к тем сомнениям, которые не могут быть устранены после самой тщательной проверки всех обстоятельств дела. Только неустранимые сомнения истолковываются в пользу обвиняемого. Обвинение должно быть основано на доказанных, а не предположительных фактах и вывод о виновности лица в совершении преступления может быть сделан на основании объективно и точно установленных доказательств.С учетом вышеизложенного, мировой судья обоснованно пришел к выводу о необходимости оправдать ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 128.1 УК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава вышеуказанного преступления.

Доводы апелляционной жалобы Холоденко В.Д. о том, что выводы суда, изложенные в приговоре не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, дело рассмотрено с существенными нарушениями уголовно-процессуального законодательства, суд считает не состоятельными, поскольку эти доводы не нашли своего объективного подтверждения. 

Так, ФИО1 в суде первой инстанции показал, что статья «ФИО4 помешал Курихину создать подконтрольную «русскую диаспору»?» написана им в форме версии и предположения, поэтому в заголовке статьи стоит вопросительный знак. 

Что касается его интервью порталу «ПроСаратов», то как следует из пояснений ФИО1, он рассказал корреспонденту лишь свое мнение, версию произошедших с ним событий, предположив, как потерпевший, что нападение на него и его избиение организовал ФИО2 

Что касается размещения в соцсетях «Фейсбуке» фотографий пяти документов, содержащих сведения о причастности ФИО2 к организованной преступной группировке, то указанные сведения, как пояснил ФИО1 в суде первой инстанции, он узнал задолго до их размещения в соцсетях из средств массовой информации (статья «Скелеты в шкафу Курихина» в газете «Саратовский репортер» за 2010 год) и от оперативных сотрудников РУБОПа. При этом, ФИО1 в суде первой инстанции пояснил, что, размещая фотокопии с информацией о причастности ФИО2 к ОПГ, был уверен в их соответствии действительности.

Что касается эпизода в отношении потерпевшего ФИО3, то ФИО1 пояснил, что информацию о ФИО3 он узнал из статьи «Скелеты в шкафу Курихина» в газете «Саратовский репортер», после чего, изложил информацию о ФИО3 у себя на странице в соцсетях. Считает, что указанная информация не является уголовно-наказуемой, поскольку умысла на распространение заведомо ложной информации о ФИО3 у него не имелось.

Суд соглашается с выводами мирового судьи о том, что заведомого распространения ложных сведений, порочащих честь и достоинство, подрывающих репутации потерпевших ФИО2 и ФИО3 со стороны ФИО1 не имелось, поскольку в своих статьях и интервью ФИО1 рассуждал, предполагал и излагал информацию, которая задолго до её размещения ФИО1 уже была опубликована и известна потерпевшим, в частности, ФИО2

Доводы апелляционной жалобы ФИО6 о том, что суду первой инстанции было предоставлено достаточно доказательств, подтверждающих умысел ФИО1 на заведомое распространение ложных сведений о ФИО2, что ФИО1 достоверно знал о том, что ни ФИО2, ни ФИО3 ранее не были судимы, и все же распространил про них ложные сведения о их причастности к совершению тяжких и особо тяжких преступлений, суд считает несостоятельными. 

Так, в соответствии с ч.1 ст. 88 УПК РФ, суд оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все собранные доказательства по данному делу в их совокупности недостаточными для признания ФИО1 виновным в совершении предъявленного ему преступления. 

То обстоятельство, что оба потерпевших не были судимы, не свидетельствует о том, что ФИО1 умышленно, заведомо распространял про них ложные сведения о их причастности к совершению тяжких о особо тяжких преступлений. ФИО1 лишь разместил сведения, которые ранее были изложены в средствах массовой информации.

Доводы апелляционной жалобы о том, что в приговор после его оглашения были внесены многочисленные изменения, дополнения и исправления, не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

В обоснование своих доводов представитель потерпевшего ФИО6 ссылался на произведенную в судебном заседании при оглашении приговора 31 августа 2017 года аудиозапись, которую вел он и видеозапись, которая велась корреспондентами информационного агентства «Взгляд-инфо».

Вместе с тем, указанная аудиозапись к материалам уголовного дела после провозглашения приговора адвокатом не приобщалась. Также указанная запись не была приобщена адвокатом ни к одной из пяти поданных апелляционных жалоб.

Кроме того, как указал Конституционный Суд РФ в определении от 22.04.2010 года № 576-О-О, произведенная участниками уголовного судопроизводства аудиозапись не является официальным способом фиксации хода и результатов судебного разбирательства и не может заменить собой протокол судебного заседания. 

Решение о производстве судом аудиозаписи судебного разбирательства не принималось. 

Что касается доводов о ведении видеозаписи оглашения приговора от 31.08.2017 года корреспондентами информационного агентства «Взгляд-инфо», то из протокола судебного заседания от 28 августа 2017 года на л.д. 133-150 том 17, следует, что в судебном заседании присутствовали журналисты «Взгляд-инфо» ФИО26 Вместе с тем, из протокола судебного заседания видно, что указанные журналисты никаких ходатайств о ведении видеозаписи, киносъемки либо фотофиксации процесса суду не заявляли, как того требует ч.5 ст. 241 УПК РФ. Решения суда о разрешении видеосъемки не имеется. 

Более того, как следует из протокола судебного заседания от 31 августа 2017 года на л.д. 150-151 том 17, при оглашении указанного приговора журналистами также не заявлялось ходатайство о ведении видеозаписи оглашения приговора и решение судом в этой части также не принималось. 

Замечания на протокол судебного заседания от 28 августа 2017 года и 31 августа 2017 года в указанной части сторонами, и в частности, представителем потерпевшего ФИО2- адвокатом ФИО6, не приносились. 

Суд апелляционной инстанции установил, что сторонам была предоставлена возможность в полном объеме осуществлять предоставленные им права на участие в судебном разбирательстве. Все предоставленные сторонами доказательства, относящиеся к установлению фактических обстоятельств дела, были исследованы в судебном заседании с достаточной полнотой при активном участии сторон.

Протоколы судебного заседания надлежаще оформлены, подписаны судьей и секретарем судебного заседания. Представитель потерпевшего ФИО6 воспользовался своим процессуальным правом, предусмотренным ст. 260 УПК РФ и принес свои замечания на протоколы судебных заседаний. Указанные замечания были разрешены судьей в соответствии с нормами уголовно-процессуального законодательства, которое не требует обязательного присутствия лица, принесшего замечания и ведение протокола судебного заседания. 

Что касается доводов жалобы об отмене постановления судьи от 19.10.2017 года об отклонении замечаний на протокол судебного заседания, поскольку судья не рассмотрела его замечания от 19.10.2017 года на протокол судебного заседания под номером 5, то суд считает, что указанные замечания, которые гласят о «многочисленных ошибках и неточностях в написании фамилий и цифр, указании страниц и листов дела, искажающие смысл заявлений участников процесса и содержание исследованных доказательств», не конкретизированы, поданы абстрактно, а поэтому не подлежат рассмотрению.

Более того, ничто не мешало представителю потерпевшего до направления дела в суд апелляционной инстанции подать дополнительные, более конкретные замечания на протокол судебного заседания, в которых указать на конкретное ошибочное написание фамилий, цифр, страниц и листов дела. 

Не ставит под сомнение законность и обоснованность приговора требование, изложенное в дополнительной апелляционной жалобе от 09.11.2017 года об отмене постановления от 19.10.2017 года об отклонении замечаний на протокол судебного заседания представителя потерпевшего ФИО2 - адвоката Холоденко В.Д., которое подлежит рассмотрению в контексте оспариваемого итогового решения по уголовному делу. 

Указанное постановление вынесено судьей-председательствующим в судебном заседании в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом. Оснований сомневаться в соответствии выводов суда, содержащихся в этом решении, реальным ходу и содержанию судебного разбирательства, не имеется, как нет оснований считать, вопреки позиции представителя потерпевшего, что вынесением этого постановления были существенно нарушены нормы уголовно-процессуального закона. Доводы апелляционных жалоб представителя потерпевшего судом апелляционной инстанции рассмотрены, в том числе, с учетом замечаний, принесенных на протоколы судебного заседания от 18.08.17 г., 25.08.17 г. и 28.08.17г. по уголовному делу, однако оснований для удовлетворении доводов жалобы представителя потерпевшего, включая приведенные в апелляционной жалобе от 09.11.2017 года на постановление от 19.10.2017 года, не выявлено.

Доводы апелляционной жалобы о том, что в приговоре не указаны обстоятельства, установленные судом по эпизоду от 25.01.2015 года, касающиеся размещения ФИО1 сведений о том, что заказчиком его избиения является ФИО2, надуманы, поскольку в приговоре имеются указанные сведения. 

Суд апелляционной инстанции не находит оснований к переоценке доказательств и отклоняет доводы апелляционных жалоб о том, что выводы суда первой инстанции, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, а само дело рассмотрено с многочисленными нарушениями уголовно-процессуального закона.

Доводы представителя потерпевшего о том, что мировым судьей была нарушена тайна совещательной комнаты, поскольку в период нахождения 31 августа 2017 года в совещательной комнате, мировой судья принимала решения об отложении гражданских и уголовных дел, назначенных на 31.08.2017 года, суд считает не нашедшими своего подтверждения в судебном заседании.

Так, по запросу суда апелляционной инстанции, была предоставлена официальная информация мирового судьи с приложенными справками по гражданским и уголовным делам, назначенным к рассмотрению на 31.08.2017 года об отложении рассмотрении дел. При этом, из приложенных справок по гражданским делам № 2-2878\2017, №2-2793\2017, № 2-2817\2017 и уголовным делам № 1- 60\2017 и № 1-62\2017 следует, что судебное заседание по указанным делам не проводилось, было отложено секретарем судебного заседания по указанию мирового судьи при уходе в совещательную комнату и возможном нахождении в совещательной комнате 31.08.2017 года по уголовному делу в отношении ФИО1 

Поскольку мировой судья, находясь в совещательной комнате 31 августа 2017 года по уголовному делу в отношении ФИО1, не рассматривала дела, в процесс не выходила, процессуальные решения по указанным делам не принимала, суд апелляционной инстанции считает, что тайна совещательной комнаты при вынесении приговора в отношении ФИО1 не была нарушена.

Доводы представителя потерпевшего о том, что, по его мнению, не все участники процесса получили его апелляционные жалобы, суд считает надуманными, поскольку в материалах дела имеются сопроводительные письма о направлении апелляционных жалоб представителя потерпевшего участникам процесса и почтовые уведомления о получении жалоб, либо личные подписи сторон о получении указанных жалоб.

Остальные доводы жалоб представителя потерпевшего не влияют на законность принятого мировым судьёй решения. 

Производство по делу проведено с соблюдением принципа состязательности сторон. Потерпевшей стороне была обеспечена возможность довести до суда свою позицию, в том числе, путем допросов свидетелей, специалистов. Все заявленные по делу ходатайства разрешены судом с приведением соответствующих мотивов.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, перечисленных в ст. 389.17 УПК РФ, влекущих отмену приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Оснований для возвращения данного уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ суд также не усматривает.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Как правильно установлено судом первой инстанции, ФИО1 16.02.2015г. в социальной сети «Фейсбук» разместил сведения о том, что ФИО3, когда работал в налоговой полиции, помог ФИО2 закрыть уголовное дело по факту неуплаты налогов за 100 000 рублей.

Вместе с тем, в описательной части оправдательного приговора, суд первой инстанции ошибочно указал, что ФИО1 16.02.2015г. в социальной сети «Фейсбук» разместил сведения о том, что ФИО3, когда работал в налоговой полиции, помог ФИО2 закрыть уголовное дело по факту неуплаты налогов за 100 000 рублей, то есть, разместил «заведомо ложные» сведения.

Исключение из приговора указания на размещение «заведомо ложных» сведений не влияет на законность и обоснованность постановленного судебного решения в отношении ФИО1

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что приговор мирового судьи судебного участка № 3 Фрунзенского района г. Саратова от 31 августа 2017 года в отношении ФИО1, оправданного по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 128.1 УК РФ в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, является законным и обоснованным, оснований для его отмены суд не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд,

ПОСТАНОВИЛ:

приговор мирового судьи судебного участка № 3 Фрунзенского района г. Саратова от 31 августа 2017 года в отношении ФИО1, оправданного по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 128.1 УК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления-, изменить, исключить из описательной части оправдательного приговора указание о размещении ФИО1 16.02.2015г. в социальной сети «Фейсбук» - «заведомо ложных» сведений о ФИО3

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы представителя потерпевшего ФИО2 - адвоката Холоденко В.Д., без удовлетворения.

Постановление суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главами 47.1 УПК РФ и 48.1 УПК РФ. 

Судья: О.В. Боброва