Дело № 2-566/2019

55RS0034-01-2019-000104-53

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

<

адрес> 20 сентября 2019 г.

Тарский городской суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Казаковой Н.Н., при секретаре ФИО4, помощнике судьи ФИО4, с участием представителя ответчика по доверенности ФИО5, помощника Тарского межрайонного прокурора ФИО12, рассмотрев в открытом судебном заседании в 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к БУЗОО «

<

данные изъяты>» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с названным иском, указав, что ДД.ММ.ГГГГ у ФИО7 (отец ФИО3) случился сильный болевой приступ в поясничной и паховой области тела. Мама (ФИО1), сестра (ФИО2), зять (ФИО6) сразу вызвали скорую помощь, а также измерили артериальное давление домашним аппаратом. Давление было очень низким, его кожный покров был очень бледным. В БУЗОО «

<

данные изъяты>» ФИО7 на автомобиле «Скорой помощи» поступил в 00 ч. 50 мин. ДД.ММ.ГГГГ, через два часа после поступления в ЦРБ осмотр был проведен врачом ФИО8 Действия врача ФИО8 по оказанию медицинской помощи ограничились только визуальным осмотром и ощупыванием поясничной области тела. Врач ФИО18 не отреагировал на призыв госпитализировать ФИО7, в связи с тем, что не видел для этого оснований, родственники настаивали на оказании надлежащей медицинской помощи ФИО7 Кроме того, ФИО7 сообщил врачу, что боли не характерны для болей как при почечной колике, появились новые ощущения жжения в области паха. Однако врач не принял слова пациента и его родственников во внимание и отказал в госпитализации. В связи с отказом ФИО8 поместить отца в стационар на диагностику и лечение, родные вынуждены были вернуться домой. Дома за отцом наблюдали, видели, что лучше ему не становиться, но верили в слова врача, что приступ связан с 

<

данные изъяты>. В 10-00-11-00 ДД.ММ.ГГГГ отцу стало плохо, у него случился болевой шок, его вырвало, он потерял сознание, родные вызвали «Скорую помощь». Врачи доставили отца в ЦРБ и госпитализировали в реанимацию. ДД.ММ.ГГГГ мне сообщили, что папа умер. Она испытала шок, боль утраты родного человека, выехала в 

<

адрес>. После вскрытия была установлена причина смерти отца – 

<

данные изъяты>. Считает, что если бы врач ФИО19 при первом обращении ФИО7 в больницу произвел надлежащую диагностику, обратил внимание на его жалобы, обратил внимание на анализ мочи и крови, поместил в стационар, то человеку можно было бы своевременно поставить правильный диагноз, назначить верное лечение и облегчить физические страдания перед смертью. Однако всего этого сделано не было, врачи реанимационного отделения также не произвели надлежащего диагностического исследования, также не учли результатов анализов и не поставили правильный диагноз. Из ответа главного врача БУЗОО «

<

данные изъяты>» следовало, что диагноз ФИО7 поставлен не был, ему вводили лекарства обезболивающего свойства, который по факту усиливали кровотечение. Полагает, что бездействие врачей 

<

данные изъяты> стали причиной смертельного исхода отца. Считает, что между действиями врачей БУЗОО «

<

данные изъяты>» (ФИО8, ФИО9, ФИО10) и смертью ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 есть причинно-следственная связь. Согласно заключению эксперта №, заключению эксперта №, при первичном обращении отца в больницу специалисты 

<

данные изъяты> неверно оценили клиническую картину и тяжесть состояния больного, что привело к выбору неправильной тактики и постановки неверного диагноза, т.е. по факту надлежащая медицинская помощь не была оказана. Эксперт ФИО14 при рассмотрении искового заявления ФИО1, ФИО2 в 

<

данные изъяты> суде, в 

<

данные изъяты> суде пояснил, что если бы отца при первом обращении госпитализировали и назначили соответствующее лечение, 

<

данные изъяты> могла синхронизироваться, что также бы продлило жизнь отца. ФИО7 имел право на предоставление ему медицинской помощи надлежащего качества, а медицинское учреждение – БУЗОО «

<

данные изъяты>» обязано было обеспечить надлежащее качество предоставляемых услуг, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболевания. Смерть ее отца, вопиющие отношение ответчика в первом и втором случае оказали на нее сильное моральное воздействие, так как она его любила, уважала, постоянно с ним общалась, он принимал участие в воспитании ее дочери. Просит суд взыскать с БУЗОО «

<

данные изъяты>» компенсацию морального вреда в пользу ФИО3 в размере 500 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО3 не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Представитель ответчика БУЗОО «

<

данные изъяты>» ФИО11 в судебном заседании пояснил, что не возражает против взыскания удовлетворения требований истца, однако полагает сумму компенсации завышенной, просит снизить ее до разумных пределов. 

Помощник прокурора ФИО12 пояснила, что с учетом исследованных судом доказательств исковые требования подлежат удовлетворению, просила взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в разумных пределах.

Проверив материалы дела, заслушав объяснения явившихся лиц, а также заключение помощника прокурора, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В силу частей 2, 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Из свидетельства о рождении истца (л.д. 55), справки о заключении брака (л.д. 56) следует, что ее отцом является ФИО7

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Решением Тарского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № по иску ФИО1 и ФИО2 к БУЗОО «Тарская ЦРБ» о взыскании морального вреда и материального ущерба, в рассмотрении которого истец принимала участие в качестве третьего лица, установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 00:45 ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р., доставлен бригадой скорой помощи в приемное отделение БУЗОО «

<

данные изъяты>» с жалобами на боли в области живота. До момента прибытия в больницу был осмотрен бригадой скорой медицинской помощи на дому в 00:15 часов ДД.ММ.ГГГГ, предъявлял жалобы на боли в животе, продолжавшиеся 2 часа. В приемном отделении осмотрен дежурным врачом-хирургом, установлен диагноз: 

<

данные изъяты>. При введении препарата «Баралгин» болевой синдром был купирован. Пациент был отпущен домой без госпитализации.

Повторный вызов бригады скорой помощи поступил в 13:00 часов ДД.ММ.ГГГГ от супруги ФИО7 Прибывшей по вызову бригадой скорой помощи установлена потеря сознания ФИО7, состояние тяжелое, в 13:40 пациент доставлен в ЦРБ с диагнозом: 

<

данные изъяты>. В 13:43 ФИО7 поступил в приемное отделение БУЗОО «

<

данные изъяты>», госпитализирован в отделение реанимации с предварительным диагнозом мезентериальный тромбоз. С 22:00 часов ДД.ММ.ГГГГ констатировано крайне тяжелое состояние, произведена интубация трахеи, перевод на искусственную вентиляцию легких. Реанимационные мероприятия были неэффективны и ДД.ММ.ГГГГ в 07:30 часов зарегистрирована биологическая смерть. При патологоанатомическом вскрытии № от ДД.ММ.ГГГГ установлена причина смерти: 

<

данные изъяты>.

В рамках рассмотрения данного дела были проведены экспертизы. Экспертным заключением № Омского БСМЭ установлены многочисленные дефекты, допущенные при оказании ФИО7 медицинской помощи в период его пребывания в ЦРБ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в частности: допущена недооценка воспалительных изменений в анализе крови ФИО15, не было проведено ультразвуковое и рентгеновское исследование ФИО15 для установки и подтверждения диагноза при первичном и при повторном поступлении в ЦРБ, в тексте МСКБ отсутствуют показатели гемодинамики, при первичном обращении в стационар в 00:50 часов ДД.ММ.ГГГГ не проведено полное обследование пациента: не детализированы жалобы, не выявлен анамнез заболевания, не выяснен анамнез жизни, не измерены показатели гемодинамики, не проведена термометрия, не полно проведен осмотр пациента, не исследованы периферические лимфоузлы, не определено состояние языка, пациент был выписан в 00:50, а анализ крови проведен в 01:10 часов ДД.ММ.ГГГГ, анализ мочи в 02:34 часа ДД.ММ.ГГГГ. Кроме этого, допущено небрежное оформление медицинской карты №, так как время поступления и время выписки пациента совпадают в 00:50 часов. Эксперты пришли к выводу, что специалистами БУЗОО «

<

данные изъяты>» при первичном поступлении ФИО7 в стационар недооценена степень тяжести его состояния, при первом поступлении ФИО15 было необходимо госпитализировать в стационар для уточнения диагноза и дообследования, по анализу крови (проведен в 01:10 ДД.ММ.ГГГГ) имелись признаки септического воспаления, требовавшего немедленной госпитализации. При этом при выписке ФИО7 в 00:50 из стационара не указана причина выписки, нет сведений по дальнейшему наблюдению и лечению. В медицинской карте больного не указан перечень лиц, которым пациент разрешил предоставлять информацию о своем состоянии. При повторном поступлении в стационар состояние ФИО15 экспертами оценено как шоковое, однако, данное состояние не оценено врачом и не выставлено в диагноз, не были приняты неотложные мероприятия, не проведено обследование: не проведена перкуссия и аускультация живота, не проведена аускультация легких, ректальный осмотр проведен неполно, не проверены характеристики пульса. Надлежащее динамическое наблюдение за пациентом врачами-хирургами отсутствует, при ухудшении состояния хирург не приглашался. При осмотре кардиологом не дана долженствующая оценка изменений показателей гемодинамики, не оценены данные ЭКГ. По мнению экспертов при проведении пациенту абдоминального УЗИ, надлежащей оценке гемодинамики, лабораторных показателей, данных ЭКГ, возможно было заподозрить и диагностировать внутреннее кровотечение или даже точно установить разрыв аневризмы абдоминального отдела аорты. При этом комиссия экспертов подчеркивает, что даже с учетом все перечисленных дефектов, которые были допущены в БУЗОО «

<

данные изъяты>» как при первичном поступлении ФИО15 в стационар, так и при повторном поступлении, они не оказали какого-либо существенного влияния на течение хронического патологического процесса в виде 

<

данные изъяты> (п. 10 выводов экспертного заключения).

ООО «Независимое экспертное бюро «ВЕТО» 

<

адрес> составлено заключение комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ. В данном экспертом заключении выражено согласие с выводами экспертов Омского Бюро СМЭ в части описания и наличия многочисленных дефектов, допущенных врачами 

<

данные изъяты> при оказании медпомощи ФИО7 Указано на постановку неверного диагноза при первичном поступлении больного, отказ в госпитализации, несмотря на наличие к тому показаний. По мнению экспертов, избежать тяжкого последствия в виде смерти ФИО7 было возможно в момент его первого обращения в 00:50 часов ДД.ММ.ГГГГ в БУЗОО «

<

данные изъяты>» при оказании надлежащей помощи, а также экспертами установлено наличие косвенной причинно-следственной связи между неверной диагностикой болезни в момент первого обращения в больницу и неверно избранной тактикой лечения и последствием в виде смерти. Эксперты также ссылаются на возможность вызова бригады санавиации, чем врачи Тарской ЦРБ не воспользовались. 

В указанном решении суд пришел к выводу о том, что материалами дела подтвержден факт оказания ФИО15 медицинской помощи ненадлежащего качества. Имеющиеся дефекты оказания медицинской помощи, несмотря на недоказанность наличия прямой причинной связи между данными дефектами и самим фактом смерти пациента, являются основанием для возмещения истицам компенсации морального вреда, поскольку косвенная связь между смертью и качеством оказанной помощи установлена однозначно. Наличие у ФИО7 тяжелого заболевания, которое, по мнению различных специалистов, приводит к летальным исходам, не освобождало специалистов 

<

данные изъяты> от обязанности оказать ФИО7 должную и квалифицированную помощь. В связи с чем требования ФИО1 и ФИО2 к БУЗОО «

<

данные изъяты>» о взыскании морального вреда и материального ущерба были удовлетворены, с ответчика в пользу каждого из истцов была взыскана компенсация морального вреда по 

<

данные изъяты> рублей каждому, а также в пользу ФИО1 взысканы расходы на погребение и обустройство места захоронения в общей сумме 

<

данные изъяты> и судебные расходы.

Апелляционным определением 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ суда указанное решение было изменено. Суд апелляционной инстанции установил, что выводы суда первой инстанции о наличии причинной связи между дефектами медицинской помощи и смертью пациента не основаны на представленных доказательствах, носят вероятностный характер, между тем, вывод суда первой инстанции о том, что пациент не получил должного лечения в условиях Тарской ЦРБ, которое ему должно было быть оказано, несмотря на тяжесть заболевания, является правильным, установлено наличие оснований для госпитализации пациента при первом обращении для дообследования, а также проведения лечебных процедур: контроль артериального давления, свертываемости крови, жизненных функций, болевого синдрома. Судом установлено наличие дефектов оказания медицинской помощи, в результате которых пациент фактически был оставлен без медицинской помощи при наличии показаний для госпитализации. В связи с чем резолютивная часть решения Тарского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ изложена в следующей редакции: «взыскать с БУЗОО «

<

данные изъяты>» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины 300 руб. Взыскать с БУЗОО «

<

данные изъяты>» в пользу ФИО2 компенсацию причиненного морального вреда в размере 100 000 рублей. В удовлетворении остальной части иска ФИО1, ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда отказать. В удовлетворении иска ФИО1 о взыскании расходов на погребение и обустройство места захоронения отказать. Взыскать с БУЗОО «

<

данные изъяты>» государственную пошлину в бюджет Тарского муниципального района 300 руб.».

Постановлением президиума Омского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ апелляционное определение Омского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. 

Согласно апелляционному определению судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ дело № решение Тарского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ дело № в части взыскания компенсации морального вреда по 200000 рублей в пользу истцов признано законным и обоснованным исходя из того, что суд первой инстанции, проанализировав собранные по делу доказательства в их совокупности и дав им надлежащую правовую оценку, пришел к правильному выводу о наличии косвенной причинно-следственной связи между действиями врачей районной больницы, выразившимися в оказании ФИО7 медицинской помощи ненадлежащего качества и наступлением его смерти.

Поскольку решением Тарского городского суда, а также апелляционным определением Омского областного суда было установлено наличие дефектов оказания медицинской помощи ФИО7, в результате которых пациент фактически был оставлен без медицинской помощи при наличии показаний для госпитализации, а так же установлена косвенная причинно-следственная связь между действиями врачей районной больницы, выразившимися в оказании ФИО7 медицинской помощи ненадлежащего качества и наступлением его смерти, суд приходит к выводу о том, что истец перенесла нравственные страдания, испытывала тревогу за состояние здоровья близкого ей человека, перенесла глубокие нравственные страдания в связи с несвоевременной госпитализацией ее отца ФИО7 в стационар Тарской ЦРБ и неоказанием ему медицинской помощи, а так же в связи потерей близкого ей человека, в связи с чем суд полагает, что имеются основания для удовлетворения заявленных исковых требований о компенсации морального вреда.

При определении характера причиненных истцу нравственных страданий суд также учитывает характер семейных отношений, близкое родство, а так же то, что жизнь истца изменилась в связи с потерей отца, она осталась без поддержки.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, суд полагает соответствующей фактическим обстоятельствам дела, требованиям разумности и справедливости компенсацию причиненного истцу морального вреда в размере 200 000 рублей.

С учетом взысканных с БУЗОО «

<

данные изъяты>» в пользу ФИО3 денежных средств в сумме 100 000 по отмененному решению Тарского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (по исполнительному листу № № от ДД.ММ.ГГГГ), взысканию с Бюджетного учреждения здравоохранения 

<

адрес> «

<

адрес>» в пользу ФИО3 подлежит 100 000 рублей.

В соответствии со ст.88, ст.94 гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В соответствии со ст.103 Гражданского процессуального кодекса РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. Согласно п.8 ч.1 ст.333.20 Налогового кодекса РФ, если истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии с главой 25.3 Налогового кодекса РФ, государственная пошлины уплачивается ответчиком пропорционального размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Истец освобожден от оплаты государственной пошлины, ее исковые требования о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены частично, ответчик льготами по оплате госпошлины не обладает. В связи с этим, с ответчика в доход бюджета Тарского муниципального района 

<

адрес>, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, надлежит взыскать государственную пошлину в сумме 300 рублей за требование о взыскание компенсации морального вреда. Однако, с учетом взысканной с БУЗОО «

<

адрес>» в пользу бюджета Тарского муниципального района 

<

адрес> государственной пошлины в сумме 300 рублей по отмененному решению Тарского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (по исполнительному листу № №), фактическое взыскание государственной пошлины в рамках рассмотрения настоящего дела не производится.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

исковые требования ФИО3 к БУЗОО «

<

данные изъяты>» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения 

<

адрес> «

<

данные изъяты>» в пользу ФИО3 компенсацию причиненного морального вреда в размере 200 000 (двести тысяч) рублей.

С учетом взысканных с БУЗОО «Тарская ЦРБ» в пользу ФИО3 денежных средств в сумме 100 000 (сто тысяч рублей) по отмененному решению Тарского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (по исполнительному листу ФС № от ДД.ММ.ГГГГ), взысканию с Бюджетного учреждения здравоохранения 

<

адрес> «

<

данные изъяты>» в пользу ФИО3 подлежит 100 000 (сто тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных требований ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в судебную коллегию по гражданским делам Омского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда в окончательной форме подписано ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: подпись 

Решение не вступило в законную силу

Копия верна

Судья: Н.Н. Казакова

Согласовано