Дело № 2-1975/2025 (2-13659/2024)

УИД № 35RS0010-01-2024-022124-59

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Вологда 07 марта 2025 года

Вологодский городской суд Вологодской области в составе:

председательствующего судьи Вершининой Т.А., 

при секретаре Степановой Е.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Федеральной службы судебных приставов, Управления Федеральной службы судебных приставов по Вологодской области к ФИО2 о взыскании ущерба, причинённого работником, 

установил:

Федеральная служба судебных приставов (далее ФССП России), Управление Федеральной службы судебных приставов по Вологодской области (далее так же УФССП по Вологодской области, истец) обратились в суд с исковым заявлением к ФИО2 (далее так же ответчик) о взыскании ущерба, причинённого работником, мотивируя тем, что в рамках исполнительного производства № ответчиком составлен акт совершения исполнительных действий, согласно которому арестованного 06.06.2018 имущества на сумму 5 456 200 руб. не обнаружено, а именно: товары в обороте (арматура, труба в ассортименте, сталь, профили, прокат г/к, рулон х/к, швеллер, лист г/к и пр.) стоимостью 5 100 000 руб.; электродвигатель № инв.№ стоимостью 8500 руб.; источник тока № инв. № стоимостью 63 200 руб.; крюк скобы для перевозки штрипса инв. № стоимостью 3000 руб.; ножевой узел АС.088.081.000 инв. № стоимостью 9300 руб.; ноутбук msi-16 инв. № стоимостью 7600 руб.; ноутбук MSI-16 инв. № стоимостью 7600 руб.; ноутбук HP-615 инв. № стоимостью 6000 руб.; пресс гидравлический S-12 инв. № стоимостью 248 200 руб.; трансформатор инв. № стоимостью 400 руб.; факсимильный аппарат инв. № стоимостью 2400 руб. Указано, что проверка сохранности арестованного имущества судебным приставом-исполнителем не проводилась. В порядке ст.143 УПК РФ рапорт об обнаружении признаков состава преступления, предусмотренного ст.312 УК РФ ФИО2 по факту отсутствия арестованного имущества не выносился. Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Вологодской области от 20.07.2023 года по делу № с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов в пользу АО «Промышленный энергетический банк» в лице конкурсного управляющего – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» взысканы убытки, причиненные действиями (бездействием) 

<

данные изъяты> в сумме 5 456 200 руб. Выплаченная по решению сумма, является материальным ущербом, причиненным по вине 

<

данные изъяты> – ответчика, допустившего нарушение законодательства об исполнительном производстве. Просят взыскать с ответчика в пользу ФССП России ущерб в размере 5 506 481 руб.

Определением, внесенным в протокол судебного заседания от 14.02.2025, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО1

В судебном заседании представители истца ФССП, УФССП России по Вологодской области по доверенности ФИО3 исковые требования поддержала в полном объёме, просила удовлетворить по доводам искового заявления. Суду пояснила, что считает вину ответчика в причинении ущерба установленной, подтверждённой в том числе результатами служебной проверки. К дисциплинарной ответственности по данному факту ответчик не привлекалась.

В судебном заседании ответчик ФИО2 исковые требования не признала, просила в удовлетворении требований отказать. Поддержала доводы письменных отзывов своего представителя. Пояснила, что предпринимала меры к проверке арестованного имущества, которые не принесли результата. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 по доверенности ФИО4 просила в удовлетворении исковых требований отказать по доводам письменных отзывов. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО1 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Руководствуясь статьями 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд определил рассмотреть гражданское дело в отсутствии не явившихся участников процесса.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

Согласно части 3 статьи 19 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения», ущерб, причиненный сотрудником органов принудительного исполнения гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.

Статьей 6.4 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения» предусматривается, что организация деятельности рабочих и служащих органов принудительного исполнения, их трудовые отношения регламентируются трудовым законодательством и правилами внутреннего служебного распорядка в органах принудительного исполнения.

В силу части 2 статьи 2 Федерального закона от 01.10.2019 № 328-ФЗ «О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» правоотношения, связанные с поступлением на федеральную государственную гражданскую службу (далее - гражданская служба) в органы принудительного исполнения, прохождением и прекращением такой службы, регулируются законодательством Российской Федерации о государственной гражданской службе Российской Федерации, а трудовые отношения - трудовым законодательством.

В соответствии с частью 3 статьи 15 Федерального закона от 01.10.2019 № 328-ФЗ «О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» за нарушение служебной дисциплины на сотрудника в соответствии со статьями 45, 47 - 51 настоящего Федерального закона налагаются дисциплинарные взыскания.

Вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника при исполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. В случае возмещения Российской Федерацией вреда, причиненного противоправными действиями (бездействием) сотрудника, федеральный орган принудительного исполнения имеет право обратного требования (регресса) к сотруднику в размере выплаченного возмещения, для чего федеральный орган принудительного исполнения может обратиться в суд от имени Российской Федерации с соответствующим исковым заявлением (часть 4 статьи 15 Федерального закона от 01.10.2019 № 328-ФЗ).

Частью 5 статьи 15 Федерального закона от 01.10.2019 № 328-ФЗ установлено, что за ущерб, причиненный органам принудительного исполнения, сотрудник несет материальную ответственность в порядке и случаях, которые установлены трудовым законодательством.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно положениям статьи 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (часть 1).

Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование в случае возмещения ими вреда по основаниям, предусмотренным статьями 1069 и 1070 ГК РФ имеют право регресса к лицу, в связи с незаконными действиями (бездействием) которого произведено указанное возмещение (часть 3.1).

В силу пункта 1 статьи 886 ГК РФ по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Подпунктом 1 пункта 1 статьи 161 и пунктом 1 статьи 887 ГК РФ предусмотрено, что договор хранения между юридическим лицом и гражданином должен быть заключен в письменной форме.

В соответствии с пунктом 2 статьи 887 ГК РФ простая письменная форма договора хранения считается соблюденной, если принятие вещи на хранение удостоверено хранителем выдачей поклажедателю сохранной расписки, квитанции, свидетельства или иного документа.

В соответствии со статьей 906 ГК РФ правила главы 47 указанного кодекса применяются к обязательствам хранения, возникающим в силу закона, если законом не установлены иные правила.

Согласно статье 86 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» движимое имущество должника, на которое наложен арест, передается на хранение под роспись в акте о наложении ареста должнику или членам его семьи, взыскателю либо лицу, с которым ФССП России или ее территориальным органом заключен договор.

Анализ приведенных выше норм позволяет сделать вывод о том, что правила главы 47 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются к обязательствам лица, которому 

<

данные изъяты> передано на хранение арестованное имущество должника. Подтверждением возникновения такого обязательства является акт о наложении ареста на имущество с подписью лица, получившего это имущество на хранение.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Размер ответственности хранителя определяется в соответствии с положениями статьи 902 ГК РФ.

Частью 7 ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) установлено, что на государственных служащих и муниципальных служащих действие трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права, распространяется с особенностями, предусмотренными федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации о государственной службе и муниципальной службе.

Согласно части 4 статьи 15 Федерального закона от 01.10.2019 № 328-ФЗ «О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника при исполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. В случае возмещения Российской Федерацией вреда, причиненного противоправными действиями (бездействием) сотрудника, федеральный орган принудительного исполнения имеет право обратного требования (регресса) к сотруднику в размере выплаченного возмещения, для чего федеральный орган принудительного исполнения может обратиться в суд от имени Российской Федерации с соответствующим исковым заявлением.

За ущерб, причиненный органам принудительного исполнения, сотрудник несет материальную ответственность в порядке и случаях, которые установлены трудовым законодательством (часть 5 статьи 15 Федерального закона от 01.10.2019 № 328-ФЗ «О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Статьей 232 ТК РФ предусмотрено, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно статье 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В соответствии с ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действия или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Статьей 241 ТК РФ определено, что за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено Кодексом или иными федеральными законами.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных Кодексом или иными федеральными законами (часть 2 статьи 242 ТК РФ).

В силу части 1 статьи 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части 2 статьи 247 ТК РФ истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Из материалов дела следует и установлено судом, что в соответствии с приказом УФССП России по Вологодской области от 20.05.2020 года № ФИО2 назначена на должность 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты> присвоено специальное звание 

<

данные изъяты>. 

Приказом ФССП России от 03.11.2023 № на ФИО2 возложено временное исполнение обязанностей на период с 01.11.2023 по 30.11.2023 по вакантным должностям в 

<

данные изъяты>.

Приказом ФССП России от 01.12.2023 № ФИО2 назначена в порядке перевода 

<

данные изъяты>, присвоено специальное звание – 

<

данные изъяты>.

10.04.2018 

<

данные изъяты> на основании исполнительного листа № возбуждено исполнительное производство № в отношении ООО ТПК «Авеона» о взыскании задолженности, путем обращения взыскания на заложено имущество в пользу АО «Промышленный энергетический банк» в лице конкурсного управляющего – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов».

06.06.2018 в рамках указанного исполнительного производства составлен акт описи и ареста имущества, указанного в исполнительном документе, которое передано на ответственное хранение без права пользования представителю должника ФИО1

Имущество, указанное в акте описи и ареста оставлено на ответственное хранение, без права пользования, по адресу: 

<

адрес>, ответственному хранителю ФИО1

08.11.2019 состоялись торги по продаже части залогового имущества. Повторных торгов не состоялось, в связи с чем, 11.05.2021 взыскателю направлено предложение МОСП по ОИП об оставлении нереализованного имущества, на что 27.05.2021 направлено согласие банка.

27.07.2022 при попытке передачи арестованного имущества взыскателю 

<

данные изъяты> ФИО2 составлен акт совершения исполнительских действий, согласно которому арестованного 06.08.2018 имущества в рамках исполнительного производства № на сумму 5 456 200 руб. не обнаружено, а именно: товары в обороте (арматура, труба в ассортименте, сталь, профили, прокат г/к, рулон х/к, швеллер, лист г/к и пр.) стоимостью 5 100 000 руб.; электродвигатель № инв.№ стоимостью 8500 руб.; источник тока К140293 инв. № стоимостью 63 200 руб.; крюк скобы для перевозки штрипса инв. № стоимостью 3000 руб.; ножевой узел № инв. № стоимостью 9300 руб.; ноутбук msi-16 инв. № стоимостью 7600 руб.; ноутбук MSI-16 инв. № стоимостью 7600 руб.; ноутбук HP-615 инв. № стоимостью 6000 руб.; пресс гидравлический S-12 инв. № стоимостью 248 200 руб.; трансформатор инв. № стоимостью 400 руб.; факсимильный аппарат инв. № стоимостью 2400 руб. 

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 20.07.2023 № с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов в пользу акционерного общества «Промышленный энергетический банк» в лице конкурсного управляющего – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» взысканы убытки в сумме 5 456 200 руб., расходы по уплате госпошлины в размере 50 281 руб.

Платежным поручением № от 11.01.2024 ФССП России произвела оплату в размере 5 506 481 руб. путем перечисления денежной суммы на расчетный счет Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов».

Приказом УФССП России по ВО от 29.11.2024 № назначена проверка в отношении ФИО2 для расследования факта причинения работником ущерба.

ФИО2 в рамках проведения проверки предоставлено объяснение, из которого следует, что по факту обнаружения признаков состава преступления, предусмотренного ст.312 УК РФ докладывала в отдел организации дознания Управления.

Согласно заключению по результатам проверки в соответствии со ст. 247 ТК РФ в отношении ФИО2 установлен факт виновного причинения ущерба казне Российской Федерации в размере 5 506 481 руб. 

<

данные изъяты> ФИО2, принято решение о целесообразности подачи искового заявления о взыскании ущерба в порядке регресса.

26.12.2024 в адрес ФИО2 УФССП России по Вологодской области направлено уведомление об окончании проверки, согласно которому установлено нарушение последней ч.2 ст.68, ч.1 ст.69 Федерального закона «Об исполнительном производстве», пп.4.3.35 Должностной инструкции 

<

данные изъяты>, утв. 18.06.2021, что привело к возникновению убытков, размер которых определён в сумме 5 506 481 руб. Предложено ознакомится с результатами проверки, сообщено о намерении обратиться в суд с исковым заявлением о взыскании убытков. 

Должностной инструкцией 

<

данные изъяты> установлено, что 

<

данные изъяты> обязан в том числе проводить проверку сохранности арестованного имущества.

Согласно должностному регламенту 

<

данные изъяты>, утвержденного 01.08.2017, 

<

данные изъяты> несет материальную ответственность за причиненный имущественный ущерб, связанный с исполнением профессиональной служебной деятельности.

Исходя из объяснительной ответственного хранителя ФИО1, данной 04.08.2022 ответчику, в период с 09.07.2019 по 27.07.2022 ФИО1 доступа в производственные помещения, где располагалось залоговое имущество, не имел. На заявления, направленные в адрес арендодателя производственных помещений – ООО «БСК», где хранилось арестованное имущество, ответов получено не было. 

Финансовым управляющим ФИО1 в адрес 

<

данные изъяты> ФИО2 направлено информационное письмо, в котором сообщатся, что 16.08.2019 с территории завода, расположенного по адресу: 

<

адрес>, группа неустановленных лиц вывезла часть движимого имущества, по данному факту направлено обращение в правоохранительные органы.

<

данные изъяты> ФИО2 направлялись запросы в адрес ООО «БСК» в лице конкурсных управляющих, о предоставлении акта о результатах инвентаризации имущества, находившегося по адресу: 

<

адрес>.

Учитывая указанные выше нормы права специальными законами материальная ответственность должностных лиц Управления Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации не регулируется, поэтому при рассмотрении данного дела применению подлежат нормы ТК РФ.

Необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действий или бездействия) работника, причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Установлено, что 

<

данные изъяты> ФИО2 предпринимала попытки выяснить местонахождение арестованного имущества, из материалов дела следует, что утрата имущества произошла не по вине ответчика, а по вине хранителя имущества.

Таким образом, утрата имущества, не связана напрямую с действиями (бездействиями) 

<

данные изъяты> и не является ущербом, причиненным действиями 

<

данные изъяты>, о котором имеется указание в приведенных положениях пункта 1 статьи 1081 ГК РФ, статье 238 ТК РФ и части 3 статьи 19 Федерального закона «Об органах принудительного исполнения», что свидетельствует о том, что данные расходы взысканию в порядке регресса с 

<

данные изъяты> не подлежат.

Доказательств, подтверждающих противоправность поведения (действия или бездействия) ответчика, в материалах дела не содержится.

Учитывая изложенное, суд пришёл к выводу, что фактически заключением служебной проверки не установлена вина конкретного работника – ответчика ФИО2 в причинении истцу ущерба именно от действий (бездействия) последней, фактически проверка не проводилась, истцом не представлено доказательств того, что работодателю причинен действительный, подтвержденный определенными средствами доказывания, ущерб.

При этом доводы истца о том, что в нарушение должностных обязанностей ответчиком проверка сохранности арестованного имущества не проводилась, в порядке ст.143 УПК РФ рапорт об обнаружении признаков состава преступления, предусмотренного ст.312 УК РФ ФИО2 по факту отсутствия арестованного имущества не выносился, правого значения не имеют. Меры по установлению местонахождения отсутствующего имущества, в том числе путём решения вопроса о необходимости возбуждения уголовного дела по ст.312 УК РФ в отношении ответственного хранителя истцом не предпринимались. 

При этом работодатель не учел тот факт, что ФИО1 при передаче ему на хранение имущества расписался в акте о наложении ареста (описи имущества), в связи с чем на него распространялись обязанности хранителя, предусмотренные положениями статей 891 и 900 ГК РФ, и он как хранитель отвечал за утрату, недостачу или повреждение имущества, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным статьей 401 ГК РФ (пункт 1 статьи 901 ГК РФ).

Выявленные проведенной служебной проверкой нарушения могли служить основанием для привлечения ответчика к дисциплинарной ответственности, но не к материальной ответственности в виде возмещения истцу материального ущерба.

Таким образом, суд приходит к выводу о необходимости отказать истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования Федеральной службы судебных приставов, Управления Федеральной службы судебных приставов по Вологодской области к ФИО2 о взыскании ущерба, причинённого работником, оставить без удовлетворения. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Вологодский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Судья Т.А. Вершинина

Мотивированное заочное решение изготовлено 21.03.2025 г.