Судья Шиловская Е.И. Дело № ***-2017

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Мурманск 10 марта 2017 года

Мурманский областной суд в составе: 

председательствующего судьи Ухабовой Н.Г.,

при секретаре Федотовой А.Н.,

с участием: прокурора Теткина К.Б., 

защитников-адвокатов Дышина А.М., ***,

обвиняемого А. с применением систем видеоконференц-связи,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвокатов Дышина А.М., Тимофеевой А.В., Симановой М.В. на постановление Октябрьского районного суда г.Мурманска от 15 февраля 2017 года, которым 

А., ***, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ, 

продлен срок содержания под стражей на 02 месяца 05 суток, а всего до 04 месяцев 05 суток, то есть по 23 апреля 2017 года. 

Изложив содержание судебного решения, существо апелляционных жалоб, выслушав пояснения обвиняемого А. в режиме видеоконференц-связи и его защитников Дышина А.М. и Симановой М.В., поддержавших доводы жалоб, мнение прокурора Теткина К.Б., полагавшего постановление законным и обоснованным, суд

установил:

в апелляционной жалобе адвокат Дышин А.М. выражает несогласие с судебным решением в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом.

Ссылаясь на Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», указывает, что суд надлежащей оценки наличию обоснованного подозрения не дал и конкретных обстоятельств в подтверждение своих выводов не привел, а голословная констатация судом самого факта привлечения А. к уголовной ответственности за вымогательство на данной стадии расследования уголовного дела и продления срока содержания под стражей явно недостаточна. Причастность А. к совершению преступления подтверждается исключительно показаниями Б. от 26 мая и 15 сентября 2016 года, которые имеющимися в деле материалами или доказательствами объективно не подтверждены.

Отмечает, что указанные в постановлении обстоятельства, послужившие основанием для продления А. срока содержания под стражей, не являются достоверными и не свидетельствуют о том, что он, находясь на свободе, может скрыться от следствия и суда, помешать производству по делу, оказать давление на участников уголовного судопроизводства. При этом обращает внимание, что заявление потерпевшего Б. об опасении оказания давления на него со стороны обвиняемого с целью изменения показаний носят характер предположений и догадок. На данный момент Б. неоднократно допрошен, с его участием проведены очные ставки, по делу допрошены все лица, что исключает возможность оказания давления со стороны А. на участников судопроизводства.

Указывает, что в судебном заседании стороной защиты были сделаны соответствующие заявления и представлены необходимые документы в обоснование необходимости изменения А. меры пресечения на домашний арест, однако в удовлетворении ходатайства было отказано, при этом приведенная судом аргументация о невозможности изменения меры пресечения обвиняемому, по мнению защиты, голословна, неубедительна и несостоятельна.

Просит постановление суда отменить и вынести иное судебное решение, изменив А. меру пресечения на домашний арест. 

В апелляционной жалобе адвокаты Тимофеева А.В. и Симанова М.В. считают судебное решение незаконным и необоснованным, просят его изменить, избрав А. меру пресечения в виде домашнего ареста либо залога.

Защита полагает, что в настоящее время обстоятельства, указанные в постановлении об избрании меры пресечения в виде содержания под стражей от 18 декабря 2016 года, послужившие основанием для избрания указанной меры пресечения, так же как и основания, по которым суд отказал в избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, изменились. У суда имеется согласие собственников жилья на предоставление жилого помещения обвиняемому по двум адресам в случае, если мера пресечения будет изменена на домашний арест. 

Указывают, что материал о продлении срока содержания под стражей А. был представлен суду 11 февраля 2017 года, при этом в описи к материалу имелась ссылка на наличие протокола допроса потерпевшего Б. от 10 февраля 2017 года (л.д.39), однако фактически этого протокола не имелось, как и не имелось в материале и листа за номером 39, имелись листы 38 и 40, что подтверждается соответствующей описью представленных следствием документов. Протокол, представленный следствием в судебном заседании, имеет два листа и приложение к протоколу на отдельном листе, что свидетельствует о том, что на 11 февраля 2017 года протокола допроса и заявления Б. от 10 февраля 2017 года не существовало.

Ссылаясь на Определение Конституционного Суда РФ от 04 апреля 2006 года № 100, обращают внимание на незаконность отказа суда в приобщении протоколов опроса В. и Г. и допросе указанных лиц, явившихся в судебное заседание, об обстоятельствах, изложенных в указанных протоколах опроса, поскольку изложенные в них сведения ставят под сомнение показания секретного свидетеля Д. об оказании давления на потерпевшего. Вместе с тем при условии действительности его опасений за жизнь и здоровье, продолжающихся угрозах со стороны третьих лиц, данных о том, что потерпевший обращался с заявлением об обеспечении ему государственной защиты, следствием не представлено, что подтверждает недостоверность сведений, изложенных в протоколе допроса потерпевшего от 10 февраля 2017 года и протоколе допроса секретного свидетеля.

Указывают, что, отказывая в изменении меры пресечения на домашний арест, суд в постановлении не привел мотивов и доказательств, подтверждающих возможность осуществления противоправного поведения при домашнем аресте и намерений обвиняемого эту деятельность осуществлять.

Отмечают, что защитой представлено ***, из которого усматривается, что с учетом имеющихся у А. ***, ***, обвиняемый нуждается в ***, ***, которые в условиях следственного изолятора представлены быть не могут, также отсутствует возможность установить, имеются или нет у обвиняемого ***. Ходатайства защиты к следствию о допуске в изолятор ***, с учетом *** обвиняемого, более месяца следствием не рассмотрены, а протокол допроса *** Е. не содержит сведений о нынешнем *** А. Полагают, что вывод суда о возможности *** содержания обвиняемого под стражей, сделан без достаточных оснований.

Полагают, что отказ суда в удовлетворении ходатайства об изменении меры пресечения на домашний арест, который исключает возможность скрыться и совершить иные противоправные действия, обоснованным не является. Считают выводы суда, приведенные в обжалуемом постановлении, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, при его вынесении судом неверно применены нормы права, что является основанием для его отмены.

Проверив представленные материалы, доводы апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции находит постановление законным и обоснованным.

В соответствии с ч.1 ст.108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения.

Согласно ч.2 ст.109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда до 6 месяцев. 

В силу ст.110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.ст.97, 99 УПК РФ.

Данные требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок применения такой меры пресечения как заключение под стражу, а также продление срока содержания под стражей по настоящему делу не нарушены.

При этом вопреки доводам жалобы, представленные суду материалы содержали в первом томе л.д.39-40 с протоколом допроса потерпевшего Б. от 26 мая 2016 года, что соответствовало и описи, приложенной к материалу, а протокол допроса потерпевшего Б. и его заявление от 10 февраля 2017 года об опасении оказания на него давления со стороны обвиняемого с целью изменения показаний были приобщены судом по ходатайству следователя в ходе судебного заседания.

Согласно представленным материалам, ходатайство следователя о продлении обвиняемому А. срока содержания под стражей составлено уполномоченным на то должностным лицом, в производстве которого находилось уголовное дело, в рамках возбужденного уголовного дела, в установленные законом сроки и с согласия соответствующего руководителя следственного органа, данное ходатайство мотивированно необходимостью выполнения ряда следственных и процессуальных действий, при этом каких-либо данных указывающих на неэффективность предварительного расследования и волокиту в расследовании уголовного дела, не установлено.

Как обоснованно указал суд, срок о продлении которого ходатайствует следователь, с учетом объема следственных и процессуальных действий, которые необходимо выполнить органом предварительного расследования, является разумным.

Принимая решение о продлении срока содержания под стражей обвиняемому А., суд мотивировал свои выводы о необходимости оставления ему именно этой меры пресечения.

Решая вопрос по заявленному ходатайству, суд, надлежащим образом проверив обоснованность подозрения А. в причастности к совершению расследуемого преступления, без вхождения в обсуждение достаточности доказательств, их проверки и решения вопроса о правильности квалификации его действий, поскольку разрешение данных вопросов не входит в компетенцию суда на данной стадии уголовного судопроизводства, а возможно лишь при рассмотрении судом уголовного дела по существу, учел характер и степень тяжести этого уголовно-наказуемого деяния, что он обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание свыше трех лет лишения свободы. Также судом учтены стадия производства по уголовному делу и данные о личности обвиняемого.

Данные обстоятельства в их совокупности позволили суду прийти к обоснованному выводу о том, что А., находясь на свободе, может скрыться от органов предварительного следствия и суда, может воспрепятствовать производству по уголовному делу путем оказания давления на участников уголовного процесса, в том числе потерпевшего Б.

Выводы суда о необходимости продления в отношении обвиняемого срока содержания под стражей в качестве меры пресечения в постановлении мотивированы.

Из материала видно, что судебное разбирательство проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства. Все имеющие значение обстоятельства и доводы сторон, в том числе аргументы защитников относительно возможности изменения А. меры пресечения на иную, не связанную с заключением под стражу, в том числе домашний арест или залог, вопреки доводам жалоб, получили в постановлении надлежащую оценку.

Данные о личности обвиняемого, на которые имеются ссылки в апелляционных жалобах, в том числе о ***, были учтены судом первой инстанции при принятии решения. При этом суд обоснованно пришел к выводу о том, что надлежащих документов, свидетельствующих о невозможности содержания А. в условиях следственного изолятора, ***, или о том, что ему ***, представлено не было. Не представлены такие документы и в суд апелляционной инстанции. 

Доводы стороны защиты о необоснованном отказе судом первой инстанции в приобщении протоколов опроса В. и Г. и допросе указанных лиц - являются несостоятельными, поскольку указанные лица были допрошены в судебном заседании по обстоятельствам, касающимся вопроса о продлении меры пресечения, при этом допрос свидетелей по обстоятельствам уголовного дела не предусмотрен.

Соглашаясь с решением суда о продлении обвиняемому срока содержания под стражей, суд апелляционной инстанции не находит новых оснований, не ставших предметом судебного разбирательства при решении вопроса о мере пресечения, которые могли бы послужить основанием для отмены или изменения ранее избранной меры пресечения. То есть, те обстоятельства, которые послужили основанием для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу обвиняемому, в настоящее время не отпали, а объективных данных для изменения им меры пресечения на иную, не связанную с содержанием под стражей, с учетом предъявленного обвинения не имеется.

Таким образом, апелляционная инстанция не усматривает нарушений требований уголовно-процессуального закона, являющихся поводом для пересмотра состоявшегося судебного решения вышестоящим судом, и полагает, что обжалуемое постановление является законным и обоснованным, в связи с чем, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд 

постановил:

постановление Октябрьского районного суда г.Мурманска от 15 февраля 2017 года в отношении обвиняемого А. оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвокатов Дышина А.М., Тимофеевой А.В., Симановой М.В - без удовлетворения.

Постановление суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий