РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Железногорск-Илимский 27 февраля 2019 года

Нижнеилимский районный суд Иркутской области в составе председательствующей судьи Тимощук Ю.В., при секретаре Малетиной О.О., с участием прокурора Колобкова Ф.В., истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-329/2019 по исковому заявлению ФИО1 к ПАО «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» о компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился с иском к Публичному Акционерному Обществу «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» (далее – ПАО «Коршуновский ГОК») о компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания. В обосновании искового заявления указал, что в период с 20.10.1982г. по 27.01.2017г. он работал в должности *** ПАО «Коршуновский ГОК».

В мае 2004 года по результатам исследования в клинике *** выдано заключение, в соответствии с которым, ему установлено профессиональное заболевание - ***

По результатам медицинского заключения, *** ответчиком составлен Акт о случае профессионального заболевания, в соответствии с которыми произведено расследование случая профессионального заболевания.

Актом о случае профессионального заболевания от *** установлено, что профессиональное заболевание возникло в следствии длительного воздействия шума и конструктивных недостатков машины.

По результатам медицинского освидетельствования в мае 2007 года установлена умеренная ***, а с 2011 года установлен диагноз -***

Справкой серии МСЭ-*** от ***. ему установлена утрата профессиональной трудоспособности, на основании указанного заболевания, в размере ***%.

В связи с установленным профессиональным заболеванием, он был вынужден расторгнуть трудовые отношения с ответчиком.

Учетное дело передано работодателем в фонд социального страхования основании которого, ему назначена и выплачена единовременная страховая выплата, также выплачиваются ежемесячные страховые выплаты.

Между тем, согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998г. № 125 возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. Таким образом, на ПАО «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» возлагается обязанность по компенсации ему морального вреда.

Статьи 151 и 1101 ГК РФ указывает на необходимость учитывать «степень вины причинителя вреда». Считает, что вина ответчика имеет место. Его физические и нравственные страдания подтверждаются справкой МСЭ-*** от ***. об установлении профессиональной трудоспособности, в размере ***%, а также справкой МСЭ-*** от ***. об установлении ему ***.

Поскольку здоровье гражданина относится к нематериальным благам, охраняемым Конституцией РФ и ст. 151 ГК РФ, считает, что ему причинен моральный вред (нравственные и физические страдания). Таким образом, он вправе требовать с ответчика - ПАО «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» компенсацию морального вреда, а он, в свою очередь, обязан компенсировать нравственные и физические страдания, которые оцениваются им в размере 300 000 (триста тысяч) рублей.

Просит суд взыскать в свою пользу с ответчика ПАО «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» компенсацию морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием в размере 300 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО2, допущенная к участию в деле на основании заявления согласно п.6 ст.53 ГПК РФ, исковые требования поддержали, в их обоснование привели доводы, изложенные в исковом заявлении. Дополнительно истец пояснил, что не слышит обращенной к нему речи, не может ответить на поставленные вопросы, приходится все время переспрашивать, при ходьбе на улице, не слышит движущегося транспорта. В последнее время в случае, если слышит речь, не может разобрать ее смысл. С каждым годом состояние ухудшается. 

Представитель ответчика ПАО «Коршуновский ГОК» ФИО3, действующая на основании доверенности от *** сроком действия по ***, исковые требования не признала по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление. Просила суд в удовлетворении исковых требований отказать.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела и оценив их в совокупности в соответствии с требованиями ст.ст. 59, 60 и 67 ГПК РФ, выслушав заключение прокурора, считавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, суд приходит к следующему выводу.

Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации, являющейся социальным государством, охраняются труд и здоровье людей (статья 7).

Здоровье человека - высшее неотчуждаемое благо, без которого утрачивают свое значение многие другие блага и ценности. 

В силу ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Статья 151 ГК РФ устанавливает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания), действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Судом с достоверностью установлено и подтверждается представленной суду трудовой книжкой, что с *** истец ФИО1 был переведен *** в ПАО «Коршуновский ГОК», где работал в разных должностях. В период с *** по *** работал в должности *** ПАО «Коршуновский ГОК». С *** переведен ***. *** уволен по собственному желанию в связи с уходом на пенсию по возрасту п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. 

Согласно медицинскому заключению *** Клиники ***, ФИО1 находился на обследовании и лечении в клинике с *** по *** с диагнозом *** 

В соответствии с заключением *** Клиники *** от 2007 г., истцу выставлен диагноз: *** 

Согласно заключения *** Клиники *** от 2007 г., ФИО1 установлен диагноз: ***

Заключениями Клиники *** от 2011 г., 2012, 2013 гг. истцу выставлен диагноз: *** 

В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 8 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ (в последней редакции) моральный вред подлежит возмещению причинителем вреда.

В соответствии с санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от ***, утвержденной Главным государственным санитарным врачом по ***, условия труда ФИО1 относятся к классу ***, характеризуются рядом неблагоприятных особенностей: ***

Актом о случае профессионального заболевания от *** установлено, что ***, возникла при условиях несоблюдения режима труда и отдыха. Рабочая смена 12 часов. Длительное воздействие шума, конструктивные недостатки машин. Причиной профессионального заболевания является длительное воздействие шума. В результате расследования установлено, что заболевание является профессиональным, возникло в результате длительного воздействия шума, нарушения режима труда и отдыха, конструктивных недостатков машин. Непосредственной причиной данного заболевания послужило длительное воздействие шума – 22 года. 

В соответствии со справкой серии МСЭ-***, ФИО1 *** повторно установлена *** 

Из справки МСЭ-***, выданной ФГУ ГБ МСЭ по *** Филиал *** *** *** следует, что ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, установленным актом расследования от *** в размере ***% на срок с ***. 

Представитель ответчика ФИО3 не оспаривала достоверность данных документов.

Таким образом, судом с достоверностью установлено, что в результате длительной работы по профессии водителя дрезины от длительного воздействия шума, а также в связи с нарушением режима труда и отдыха, конструктивных недостатков машин, то есть вследствие прямой вины работодателя – ПАО «Коршуновский ГОК» у истца возникло профессиональное заболевание, которое причиняет ему физические и нравственные страдания. Доказательств иного, в том числе того, что профессиональное заболевание истцом получено по его вине, а не по вине ответчика, суду не представлено.

Статья 212 ТК РФ предусматривает среди прочих обязанностей работодателя по обеспечению безопасных условий и охраны труда, обязанность обеспечить соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте.

Таким образом, работодатель не в полном объеме, исполнил свои обязанности по обеспечению соответствующих требований по охране труда, в связи с чем, ФИО1 было приобретено профессиональное заболевание, в результате чего истец испытывает нравственные и физические страдания. 

Суд критически оценивает доводы представителя ответчика о том, что поскольку ФИО1 добровольно устроился к ним на работу на основании своего личного заявления, и прекрасно понимал, что принимается на работу с вредными производственными факторами и риском возникновения профессионального заболевания.

Действительно в силу ч.3 ст.1064 ГК РФ, в возмещении вреда может быть отказано, если вред причинен по просьбе или с согласия потерпевшего, а действия причинителя вреда не нарушают нравственные принципы общества.

Между тем, как установлено судом, оформляя свои трудовые отношения с ответчиком, ФИО1 лишь выразил свое желание на осуществление определенной трудовой функции, при этом, своего согласия на ее исполнение в условиях, не обеспечивающих исключение получения какого-либо вреда здоровью, в том числе, получения профессионального заболевания, не выражал. Доказательств иного суду не представлено. Кроме того, суд также полагает, что не обеспечение ответчиком безопасных условий труда, нарушение режима труда и отдыха, вследствие чего истцом и было приобретено профессиональное заболевание, нарушает также и основные принципы, установленные Конституцией РФ, в том числе и установленные ст.7, об охране труда и здоровья людей.

Статья 1101 ГК РФ устанавливает способ и размер компенсации морального вреда.

В силу закона компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Таким образом, совокупностью исследованных судом доказательств установлен факт наличия у истца профессионального заболевания, в результате чего истцу причинен вред его здоровью, нарушено его личное неимущественное право на здоровье, в связи с чем истец испытывает нравственные страдания (ухудшение качества его жизни и сильный психический стресс в связи с невозможностью общаться с окружающими, полностью утрачена возможность вести нормальный, обычный образ жизни, работать), то есть, причинен моральный вред.

При определении размера компенсации морального вреда, следует учесть степень, глубину и характер физических и нравственных страданий истца, проработавшего длительное время у ответчика и вынужденного прекратить свою трудовую деятельность, степень вины ответчика, не исполнившего должным образом нормы об охране труда своего работника и не исключившего возможность получения профессионального заболевания. Так, в соответствии с актом о случае профессионального заболевания от 03 июня 2004 года одной из причин возникновения профессионального заболевания определено нарушения режима труда и отдыха, что полностью зависело от действий работодателя. Кроме того, наряду с этим следует также учесть, что в связи с вышеназванным профессиональным заболеванием истцу установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно.

В связи с получением профессионального заболевания у истца возникли ограничения в быту. Как пояснил истец, в судебном заседании он не слышит человеческой речи, постоянно переспрашивает собеседника, в последнее время, если слышит звуки, отдельные слова не может разобрать смысл сказанного, понимает обращенную к нему речь по губам, не слышит звуков на улице, что создает угрозу его жизни и здоровью, не может смотреть телевизор с обычным уровнем громкости. Слух неуклонно снижается с каждым годом, никаких улучшений не наблюдается. 

При этом при определении размера компенсации, суд также учитывает, что истец, несмотря на то, что после установления факта профессионального заболевания в 2004 г., в 2006 г. был переведен электромонтером контактной сети в Службу электрификации и энергохозяйства Железнодорожного цеха, вместе с тем, профессиональное заболевание истца прогрессировало, с 2004 г. от тугоухости легкой степени снижения слуха до значительной степени в 2009 г. В настоящее время истцу рекомендовано использование слуховых аппаратов на оба уха, что может свидетельствовать о значительной и необратимой утрате органом слуха истца его функций вследствие профессионального заболевания. 

Доводы представителя ответчика о том, что ПАО «Коршуновский ГОК» в настоящее время находится в трудном материальном положении, суд также принять во внимание не может, поскольку данное обстоятельство в силу закона не обуславливает право истца на компенсацию морального вреда, причиненного ему вследствие профессионального заболевания, по вине работодателя. 

Таким образом, исходя из принципов соразмерности, разумности и справедливости, суд полагает, что требования истца о компенсации морального вреда, подлежат удовлетворению в размере 150 000 рублей.

Поскольку согласно ч.1 ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации пропорционально удовлетворенной части исковых требований, то с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление ФИО1 к ПАО «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» о компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания, удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания в размере 150000 рублей.

В удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда в размере 150000 рублей ФИО1 отказать. 

Взыскать с ПАО «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Нижнеилимский районный суд Иркутской области в течение месяца со дня составления мотивированного решения – 06.03.2019 года.

Судья Тимощук Ю.В.