Судья Дядя Т.В. Дело №22-100/20

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

21 февраля 2020 года г. Севастополь 

Севастопольский городской суд в составе:

председательствующего: Кожевникова И.В., 

при секретаре: Курманском А.С.,

с участием прокурора: Алтаевой Е.Б.,

подсудимого: ФИО1, адвоката: Березняка А.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя на постановление Нахимовского районного суда г.Севастополя от 19 декабря 2020 года, которым уголовное дело в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

данные изъяты>, гражданина РФ, с высшим образованием, женатого, работающего 

<

данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>, обвиняемого по ч.2 ст.216 УК РФ,

прекращено на основании ст.251 УПК РФ, в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 50 000 рублей, который должен быть уплачен в срок по 18.03.2020.

установил:

Заиченко обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.216 УК РФ, совершённого 17 августа 2018 года в период с 08.00 часов по 14.00 часов в г. Севастополе, при обстоятельствах, изложенных в постановлении суда.

В судебном заседании обвиняемым и его защитником было заявлено ходатайство о прекращении уголовного преследования в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, которое судом было удовлетворено.

В апелляционном представлении государственного обвинителя Шачнева ставится вопрос об отмене постановления, в связи с допущенными судом существенным нарушением уголовного и уголовно-процессуального законов.

Анализируя нормы уголовного, уголовно-процессуального законов, а также «Обзор судебной практики освобождения от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа (ст.76.2 УК РФ)», утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 10.07.2019 прокурор считает, что суд первой инстанции не в полной мере выполнил требования ст.76.2 УК РФ и ст.25.1 УПК РФ. Указывает, что в результате совершения преступления наступила смерть потерпевшего, загладить причиненный вред, т.е. «воскресить погибшего, невозможно, следовательно, получение родственниками погибшего денежных средств нельзя считать заглаживанием вреда». Данное обстоятельство, по его мнению, свидетельствует о невозможности применения положений ст.76.2 УК РФ. Кроме того, считает, что суд формально перечислил основания и условия освобождения от уголовной ответственности. Вместе с тем, прекращение уголовного дела является правом, а не обязанностью суда. Кроме того, автор апелляционного представления обращает внимание на внутреннюю противоречивость судебных актов, т.к. ранее судом было отказано в прекращении уголовного дела на основании ст.76 УК РФ. При этом суд пришел к выводу, что обвиняемый не загладил вред и отказал в прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон.

В возражениях на представление прокурора адвокат просит постановление суда оставить без изменения.

В ходе судебных прений государственный обвинитель предложила прекратить уголовное преследование Заиченко вследствие примирения сторон, т.к. он и потерпевшая примирились, причиненный ей вред заглажен, суд первой инстанции необоснованно отказал в ходатайстве потерпевшей об этом. 

Сторона защиты также просили прекратить уголовное дело в связи с примирением.

Выслушав участников процесса, суд приходит к следующему выводу:

в соответствии со ст. 389.21 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд отменяет обвинительный приговор или иное решение суда первой инстанции и прекращает уголовное дело при наличии оснований, предусмотренных ст. 24, 25, 27 и 28 настоящего Кодекса.

Согласно положениям ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Из заявлений, протокола судебного заседания и постановления суда первой инстанции видно, что потерпевшая и Заиченко ходатайствовали о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, просили производство по делу прекратить.

Отказывая в удовлетворении ходатайства потерпевшей о прекращении дела в связи с примирением сторон, суд в своем решении фактически указал лишь характер и степень общественной опасности совершенного преступления, его последствия (смерть человека в результате нарушения безопасности при ведении строительных работ). При этом дал неверное толкование разъяснению постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 19 от 27 июня 2013 года "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности".

Согласно правовой позиции, выраженной в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 19 от 27 июня 2013 года "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности", в соответствии со статьей 76 УК РФ освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно при выполнении двух условий: примирения лица, совершившего преступление, с потерпевшим и заглаживания причиненного ему вреда. При разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности судам следует также учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после содеянного, данные о его личности, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Из материалов дела усматривается, что в ходе расследования дела и в суде Заиченко вину в содеянном признавал, раскаивался, принес извинения потерпевшей, возместил материальный и моральный вред, впервые совершил преступление средней тяжести.

Потерпевшая в суд первой инстанции представила ходатайство о прекращении дела за примирением сторон, сведения о возмещении ей вреда обвиняемым в полном объеме. Волеизъявления потерпевшей выражено в ее заявлении адресованном суду. Потерпевшая примирился с Заиченко, простила его, оценила содеянное и личность обвиняемого.

Судом установлен факт добровольного и свободного волеизъявления потерпевшей при реализации ею права на подачу заявления о примирении, а также факт заглаживания причиненного потерпевшей вреда.

Последствия прекращения дела сторонам понятны.

Таким образом, по делу имеются все основания для применения положений ст. 76 УК РФ.

Кроме того, конкретные обстоятельства совершения Заиченко преступления, данные о его личности, который ранее не судим, имеет малолетнего ребенка, характеризуется по месту жительства и работы положительно; его поведение после совершения преступления - признание вины, раскаяние в содеянном, примирение с потерпевшим и полное возмещение вреда до судебного заседания, а также позиция потерпевшей, которая просила прекратить уголовное дело за примирением сторон, свидетельствуют о том, что не прекращение уголовного дела по ст. 25 УПК РФ не будет соответствовать целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, требованиям справедливости, гуманизма и целям правосудия.

Прекращение уголовного дела по ст. 25 УПК РФ, безусловно, чем освобождение от уголовной ответственности по ст. 76.2 УК РФ улучшает процессуальное положение Заиченко. 

Ранее такое ходатайство в суде первой инстанции заявлялось, поэтому государственный обвинитель при рассмотрении дела в апелляционном суде вправе вновь инициировать данный вопрос.

В связи с вышеизложенным, суд принимает решение об отмене постановления районного суда, и прекращает дело за примирением сторон.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.19, 389.20, 389.21, 389.28, 389.33 УПК РФ,

постановил:

постановление Нахимовского районного суда г.Севастополя от 19 декабря 2020 года в отношении ФИО1 отменить, дело производством прекратить в соответствии со ст. 25 УПК РФ за примирением сторон.

Судья