Дело №2-1427/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 июля 2018 года г. Саранск, Республика Мордовия

Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия в составе:

председательствующего – судьи Куликовой И.В.,

при секретаре судебного заседания Карпушкиной Я.Н.,

с участием в деле: 

истца – ФИО7, представителя истца - ФИО8, действующего на основании части 6 статьи 53 ГПК Российской Федерации, 

ответчика – Адвокатской палаты Республики Мордовия, в лице представителя ФИО9, действующего на основании доверенности от 13 июня 2018 года, сроком действия один год, без права передоверия,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика - Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Мордовия в лице представителя ФИО10 действующей на основании доверенности №2 от 20.06.2018г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к Адвокатской палате Республики Мордовия о признании незаконным и отмене заключения квалификационной комиссии, признании незаконным и отмене решения по дисциплинарному производству, прекращении дисциплинарного производства и о восстановлении статуса адвоката, признании незаконным и отмене решения по его обращению, 

у с т а н о в и л:

ФИО7 обратился в суд с иском к Адвокатской палате Республики Мордовия о признании незаконным и отмене заключения квалификационной комиссии, признании незаконным и отмене решения по дисциплинарному производству, прекращении дисциплинарного производства и о восстановлении статуса адвоката, признании незаконным и отмене решения по его обращению.

В обосновании исковых требований указав, что 21 июля 2016 года ФИО7 по ранее заключенному соглашению 25 июня 2016 года с ФИО5, был выписан ордер адвоката на защиту № 178 от 21 июля 2016 года, по данному ордеру он был допущен к участию в уголовном деле и с его участием проводились следственные действия 21 июля 2016 года и 29 июля 2016г года, 08 августа 2016 года он случайно узнал, что ордер № 178 выдавался ему в предыдущем периоде, контроль за использованием ордеров возложена на председателей коллегий. Заведенными председателем ФИО3 в коллегии адвокатов «Фемида» правилами, членом, которой он являлся ранее, номер ордера является номером договора, нумерация договоров шла по годам. В связи с чем, становилось не возможным получить гонорар, по соглашению с денежным средствам, ранее сданным в коллегию. В связи с чем, им 08 августа 2016 года был заполнен дополнительный ордер № 155 и представлен следствию совместно с заявлением о технической ошибке.

Он вновь следователем был допущен к участию в уголовном деле и принял участие по данному делу в трех инстанциях. Доверитель ФИО5. его работой как адвоката была довольна.

По сфальсифицированным представлениям и заключению квалификационной комиссии, 25 января 2017 года он был не законно лишен статуса адвоката, по сфальсифицированному обвинению, он был судим и оправдан 28 февраля 2018 года.

Апелляционным приговором Верховного Суда Республики Мордовия от 28 февраля 2018 года он признан не виновным по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1, ст. 327 УК РФ, он оправдан на основании п. 2, ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Апелляционным приговором Верховного Суда Республики Мордовия от 28 февраля 2018 года установлена фальсификация и ничтожность представления прокуратуры Кочкуровского района «об устранении нарушений законодательства и привлечении к ответственности от 09 августа 2016 года» и представления о прекращении статуса адвоката от 13 октября 2016 года министерства юстиции РФ по РМ. Поскольку в их основу, положены обстоятельства фактически не соответствующие действительности, сфальсифицированные сотрудниками Кочкуровской прокуратуры РМ и сотрудниками УФСБ РМ, не знающих законодательства РФ.

На основании представления прокуратуры Кочкуровского района «об устранении нарушений законодательства и привлечении к ответственности от 09. 08. 2016 года» вице президент Круглов В.А. изготовил представление о привлечении адвоката ФИО7 к дисциплинарной ответственности от 09 сентября 2016 года, содержащие заведомо ложные сведения относительно его действий.

На основании представления, о привлечении адвоката к дисциплинарной ответственности от 09 сентября 2016 года составленного ФИО9, содержащие заведомо ложные сведения относительно его действий, и представления о прекращении статуса адвоката от 13 октября 2016 года министерства юстиции РФ по РМ содержащие не соответствующие действительности сведения, в виду представления в министерство юстиции РФ по РМ сфальсифицированных сведений сотрудниками УФСБ по РМ, президентом адвокатской палаты РМ ФИО11 вынесены два распоряжения о возбуждении в отношении меня двух дисциплинарных производств от 07 октября и 17 октября 2016 года, поводом для которых стало одно событие, случайное заполнение им ордера № 178.

Оба распоряжения, изданных ФИО1, о возбуждении в отношении его двух дисциплинарных производств от 07 октября и 17 октября 2016 года, а так же представление от 09 сентября 2016 изданное ФИО9, содержат заведомо ложные сведения, а именно: что адвокат ФИО7 вступил в уголовный процесс по защите ФИО5 представив следствию не действительный ордер, что адвокат ФИО7 изготовил поддельный ордер № 178 от 21 июля 2016 года, сделал надпись «ИО» перед словами «председатель коллегии», что, по мнению фальсификаторов, свидетельствует об умышленных действиях Демина по фальсификации документа, соглашения об оказании юридической помощи между адвокатом Деминым и доверителем ФИО5 на момент изготовления не действительного ордера № 178 не было, денежные средства по соглашению об оказании юридических услуг ФИО5 были внесены Деминым в кассу ММКА «Фемида» после 08 августа 2016 года.

Указанный фальсификат, сочиненный ФИО9 и ФИО1 положенный в основу дисциплинарного производства, противоречит материалам дисциплинарного производства, предъявленному ему обвинению коррумпированным следствием, и полностью опровергается Апелляционным приговором от 28 февраля 2018 года.

При этом Апелляционный приговор конкретно указывает, что представителями АП РМ в отношении него совершены не законные действия, при осуществлении деятельности по привлечению его к дисциплинарной ответственности и открытой фальсификации обстоятельств.

02 ноября 2016 года квалификационная комиссией адвокатской палаты РМ было вынесено заключение о наличии в действиях (бездействиях) адвоката ФИО7 нарушений требований ч. 1 и 2 ст. 6, п. 1 и 4 ч. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», требований п. 1 и 2 ст. 4, ст. 5, п. 1 ст. 8, ст. 12, п. 6 ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившиеся при обстоятельствах, изложенных в представлениях вице — президента АП РМ ФИО9 и Президента ФИО1, от 09 сентября 2016 года, 07 октября 2017 года, 17 октября 2016 года, вынесенные по одному и тому же обстоятельству: допущенная техническая ошибка при заполнении ордера, согласно заключенного соглашения. Заполнен бланк ордера, выданный в прошедшем периоде.

25 января 2017 года совет АП РМ принял решение о признании наличия в действиях адвоката МРКА ФИО7 нарушений требований ч. 1 и 2 ст. 6, п. 1 и 4 ч. 1 ст. 7 Федерального закона «», требований п. 1 и 2 ст. 4, ст. 5, п. 1 ст. 8, ст. 12, п. 6 ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката, и за указанные выше нарушения прекратили статус адвоката ФИО7 имеющему статус адвоката с 2003 года. 

ФИО7 оспаривалось и оспаривается решение квалификационной комиссии от 02 ноября 2016 года и совета АП РМ от 25 января 2017 года как не законные, не обоснованные, принятые с нарушениями требований законодательства Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ и Кодекса профессиональной этики адвоката.

Выводы квалификационной комиссии Адвокатской палаты РМ противоречат материалам дисциплинарного производства.

Так в материалах дисциплинарного производства имеется соглашение от 25 июня 2016 года заключенное между ним и доверителем ФИО5, денежные средства внесены доверителем 21 июля 2016 года, в этот же день он приступил к исполнению договора поручения. Как следует из объяснений доверителя от 14 октября 16 года, от 07 ноября 2016 года ФИО5 25 июня 2016 года она заключила соглашение с адвокатом Деминым, 21 июля 2016 года внесла в кассу оплату по соглашению, при этом квитанцию не получала. Прибыв к месту проведения следственных действий адвокатом в спешке в сложных условиях, был заполнен ордер на защиту ФИО5, в который были внесены достоверные сведения, с ее участием проведены следственные действия.

08 августа 2016 года он узнал о технической ошибке, допущенной при заполнения ордера на защиту ФИО5. Проведенной им проверкой он установил, что достоверные сведения случайно внесены в бланк ордера за прошедший период, о существовании которого он не помнил и не знал. Какого либо умысла на нарушения Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», Кодекса профессиональной этики адвоката, либо иного закона я не имел. Ордер фактически является действительным.

После установления ошибки им лично были проинформированы президент адвокатской палаты ФИО1 и доверитель ФИО5. В связи с произошедшим случаем доверитель ФИО5 каких-либо претензий к нему не имеет. Позиция доверителя подтверждена ее объяснениями, и последующим соглашением на защиту интересов в суде, фактом прибытия на заседание квалификационной комиссии.

По требованию президента ФИО1 был вызван и заслушан адвокат ФИО3, имеющий стойкую не приязнь к нему, принимающий не законные распоряжения и ведущий в коллегии учеты по своему усмотрению. Однако приглашенная им, для дачи разъяснений по обстоятельствам произошедшего случая, непосредственный участник произошедших событий, ФИО5, была изгнана с заседания квалификационной коллегии Адвокатской палаты Республики Мордовия президентом ФИО1. При этом ни один член квалификационной комиссии не поддержал его возражений, о том, ФИО5 была участником всех обстоятельств случая, подлежащих установлению. Тем самым его умышленно лишили возможности представлять доказательства своей не виновности, находящегося фактически в беспомощном состоянии, дали не адекватную оценку материалам дисциплинарного производства, поскольку как ему стало известно, имелась явная заинтересованность в исходе дела.

Из заключения Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Республики Мордовия от 02 ноября 2016 года, также следует о нарушении им кодекса профессиональной этики адвоката, чего на самом деле не имело место быть.

После вынесения Апелляционного приговора, он узнал о допущенных в отношении него прямого нарушения закона, фальсификации оснований привлечения меня к дисциплинарной и уголовной ответственности и обратился с заявлением к совету, в добровольном порядке:

Признать не законным заключение дисциплинарной комиссии от 02 ноября 2016 года, решение совета по дисциплинарному производству в отношении адвоката ФИО7 от 25 января 2017 года, о лишении статуса адвоката, и отменить их.

Восстановить статус Адвоката ФИО7, с предоставлением в министерство юстиции РФ по РМ, сведений о восстановлении статуса адвоката ФИО7 для возобновления регистрации в реестре адвокатов РМ, адвоката Демина А.М. под прежним номером 286/13.

Принять меры к реабилитации адвоката ФИО7.

Вышеуказанные требования оставлены ответчиком без удовлетворения.

На основании вышеизложенного, просил суд:

- признать не законным, и отменить заключение Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Республики Мордовия от 02 ноября 2016 года, в отношении адвоката ФИО7 о наличии в его действиях (бездействиях) нарушений ч. 1 и 2 ст. 6, п. 1 и 4 ч. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», требований п. 1 и 2 ст. 4, ст. 5, п. 1 ст. 8, ст. 12, п. 6 ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката;

- признать не законным, и отменить решение совета Адвокатской палаты Республики Мордовия от 17 апреля 2018 года по обращению ФИО7 в порядке п. 3. ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката;

- признать не законным, и отменить решение совета Адвокатской палаты Республики Мордовия от 25 января 2017 года по дисциплинарному производству в отношении адвоката ФИО7, которым прекращен статус адвоката ФИО7 имеющего номер 286/13 в реестре адвокатов РМ, дисциплинарное производство прекратить, восстановить ФИО7 в членах адвокатской палаты РМ, с внесением сведений в реестр адвокатов РМ.

В судебном заседании истец ФИО7 и его представитель ФИО8 исковые требования поддержали по тем же основаниям, просили суд их удовлетворить.

В судебном заседании представитель ответчика Адвокатской палаты Республики Мордовия - Круглов В.А. относительно иска возразил, по основаниям, изложенным в письменных возражениях, заявил ходатайство и применении срока исковой давности.

В судебное заседание представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика - Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Мордовия не явился, по неизвестным суду причинам, о дне и времени судебного заседания извещался своевременно и надлежащим образом.

И.о. начальника Управления ФИО4 представил суду заявление о рассмотрении дела в отсутствие Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Мордовия.

В связи с чем, суд в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Свидетель ФИО5 суду пояснила, что в Адвокатскую палату в здание «Дом быта». Она не помнит точную дату, прошло примерно 2 года, приехала по просьбе А. В.. Когда она приехала, позвонила, на что он ей ответил, что болеет, температура у него, но раз уж она приехала, он тоже поедет. Ждали с 14ч. до 16ч.30мин. примерно. Когда все приехали, они зашли, её один из присутствующих начал выпроваживать со словами «Вы кто? Зачем сюда пришли? Выходите. Её сначала А. В. не отпускал, потом тот человек хотел встать и выгнать, она отпустила руку А. В. и вышла. Только она вышла, чуть погодя, вышел и А. В., может разница была в минуту. Потом А. В. обратно зашёл и снова вышел, и они ушли. Договор с ФИО7 она заключала. В какой день деньги оплачивала, не помнит, в день, когда её в следственные органы повезли. Денежные средства внесены по договору 21.07.2016г..

Суд, выслушав пояснения сторон, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 4 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» законодательство об адвокатской деятельности и адвокатуре основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из настоящего Федерального закона, других федеральных законов, принимаемых в соответствии с федеральными законами, нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации и федеральных органов исполнительной власти, регулирующих указанную деятельность, а также из принимаемых в пределах полномочий, установленных настоящим Федеральным законом, законов и иных нормативно правовых актов субъектов Российской Федерации.

Принятый в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом, Кодекс профессиональной этики адвоката устанавливает обязательные для каждого адвоката правила поведения при осуществлении адвокатской деятельности, а также основания и порядок привлечения адвоката к ответственности.

Согласно пп.5 п.3 статьи 31 Федерального закона « Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» к компетенции Совета адвокатской палаты отнесено определение порядка оказания юридической помощи адвокатами, участвующими в качестве в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда; доводит этот порядок до сведения указанных органов, адвокатов и контролирует его исполнение адвокатами.

Адвокат обязан: честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами.

В соответствии с пунктом 4 статьи 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», п.6 ст.15 Кодекса профессиональной этики адвоката, соблюдение данного Кодекса и исполнение адвокатом решений органов адвокатской палаты и органов Федеральной палаты адвокатов, принятых в пределах их компетенции, является его прямой обязанностью.

В силу п.п. 2,3 п.2 статьи 17 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» статус адвоката может быть прекращен по решению совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, а региональный реестр, которого внесены сведения об адвокате, на основании заключения квалификационной комиссии при нарушении адвокатом норм кодекса профессиональной этики адвоката, не исполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом решений органов адвокатской палаты, принятых в пределах их компетенции.

Согласно статье 15 Кодекса профессиональной этики адвоката, адвокат строит свои отношения с другими адвокатами на основе взаимного уважения и соблюдения их профессиональных прав. Адвокат обязан выполнять решения органов адвокатской палаты и органов Федеральной палаты адвокатов, принятые в пределах их компетенции.

В соответствии со статьей 18 Кодекса профессиональной этики адвоката, нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящего Кодекса, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящим Кодексом. При определении меры дисциплинарной ответственности должны учитываться тяжесть совершенного проступка, обстоятельства, при которых он совершен, а также иные обстоятельства, которые Советом признаны существенными и приняты во внимание при вынесении решения.

Мерами дисциплинарной ответственности могут являться: замечание, предупреждение, прекращение статуса адвоката.

В силу части 2 статьи 19 Кодекса поступок адвоката, который порочит его честь и достоинство, умаляет авторитет адвокатуры, неисполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем, а также неисполнение решений органов адвокатской палаты должны стать предметом рассмотрения соответствующих квалификационной комиссии и Совета, заседания которых проводятся в соответствии с процедурами дисциплинарного производства, предусмотренными настоящим Кодексом.

В соответствии со статьей 25 Кодекса Совет адвокатской палаты вправе принять по дисциплинарному производству решение о наличии в действиях (бездействии) адвоката нарушение норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) Кодекса профессиональной этики адвоката, о неисполнении или ненадлежащем исполнении им своих обязанностей перед доверителем и о применении к адвокату мер дисциплинарной ответственности.

Из письменных материалов дела следует, что ФИО7 являлся адвокатом Мордовской межтерриториальной коллегии адвокатов «Фемида» (далее по тексту ММКД «Фемида»), и имел регистрационный номер 13/286 в реестре адвокатов Республики Мордовия. 

09 августа 2016 года прокурором Кочкуровского района Республики Мордовия в адрес президента Адвокатской палаты Республики Мордовия ФИО1 направлено представление о возбуждении дисциплинарного производства и привлечении адвоката ФИО7 к ответственности в соответствии с Федеральным законом от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». 

Основанием для направления представления послужило следующее. 

В производстве старшего следователя СО ММО МВД России «Лямбирский» майора юстиции ФИО2 находится уголовное дело № 15358, возбужденное 23 июня 2016 года по подозрению ФИО5 в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 306 УК РФ. Защиту интересов подозреваемой - ФИО5 по уголовному делу № 15358 на основании ордера за № 178 от 21 июля 2016 года осуществлял адвокат в ММКА «Фемида» ФИО7, с участием которого следователем проводились следственные действия. 

Изучение в порядка надзора материалов уголовного дела показало, что адвокатом ФИО7 допущены существенные нарушения требований Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», Кодекса профессиональной этики адвоката, уголовно-процессуального законодательства и конституционного права подозреваемой на защиту и права на судопроизводство в разумный срок. 

Так, в соответствии с требованиями части 3 статьи 49 УПК РФ адвокат ФИО7 на основании ордера за № 178 от 21 июля 2016 года старшим следователем СО ММО МВД Росси «Лямбирский» ФИО2 допущен к участию в уголовном деле № 15358 в качестве защитника ФИО5 

Проведенной проверкой установлено, что ФИО7 ордер за № 178 не выдавался и данный ордер числится за председателем ММКА «Фемида», а представленный в уголовное дело ФИО7 ордер подписан неуполномоченным на то лицом, которое не вправе подписывать и выдавать ордера членам коллегии, поскольку данным правом наделен только председатель данной коллегии адвокатов, который данный ордер ФИО7 для защиты интересов ФИО5 не выдавал. Кроме того, адвокат ФИО7 в период времени с 04 июля 2016 года по 31 июля 2016 года находился в очередном оплачиваемом отпуске и в соответствии с распоряжением председателя ММКА «Фемида» № 3 от 18 октября 2013 года не имел права заключать соглашения с доверителями и использовать ордера в период отпуска. 

Учитывая изложенное представленный адвокатом ФИО7 ордер не давал ему право на участие в следственных действиях в качестве защитника интересов ФИО5 и исключает его дальнейшее участие в уголовном деле, а все следственные действия, проведенные с его участием в соответствии со статьей 75 УПК РФ признаны недопустимыми доказательствами.

07 октября 2016 года и 17 октября 2016 года в отношении адвоката ФИО7 президентом Адвокатской палаты Республики Мордовия возбуждено дисциплинарное производство, в действиях которого усматриваются нарушения требований части 1 и 2 статьи 6, пунктов 1 и 4 части 1 статьи 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», требований пункта 1 и 2 статьи 4, статьи 5, пункта 1 статьи 8, статьи 12, пункта 6 статьи 15 Кодекса профессиональной этики адвоката. Материалы дисциплинарного производства переданы для рассмотрения в квалификационную комиссию Адвокатской палаты Республики Мордовия. 

02 ноября 2016 года квалификационная комиссия Адвокатской палаты Республики Мордовия пришла к заключению о наличии в действиях адвоката Мордовской межтерриториальной коллегии адвокатов «Фемида» ФИО7 нарушений требований части 1 и 2 статьи 6, пунктов 1 и 4 части 1 статьи 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», требований пункта 1 и 2 статьи 4, статьи 5, пункта 1 статьи 8, статьи 12, пункта 6 статьи 15 Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившихся в том, что адвокат ФИО7 вступил в уголовный процесс по защите интересов ФИО5, предоставив ордер № 178 от 21 июля 2016 года, подписанный не председателем коллегии адвокатов ФИО3, а лицом, не имеющим полномочий выдавать и подписывать ордера членам коллегии: данный ордер адвокату ФИО7 не выдавался и числится за председателем ММКА «Фемида» ФИО3; без соглашения об оказании юридических услуг между адвокатом ФИО7 и доверителем ФИО5 на момент изготовления ордера № 178 от 21 июля 2016 года, денежные средства по соглашению об оказании юридических услуг ФИО5 были внесены адвокатом ФИО7 в кассу ММКА «Фемида» только 08 августа 2016 года и передаче материалов дисциплинарного производства в совет Адвокатской палаты Республики Мордовия для принятия мер дисциплинарного воздействия.

25 января 2017 года решением Совета Адвокатской палаты Республики Мордовия на основании п. 2 ч. 2 статьи 17 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», статей 18, 25 Кодекса профессиональной этики адвоката признано наличие в действиях адвоката «Мордовской республиканской коллегии адвокатов» Адвокатской палаты Республики Мордовия ФИО7, номер 13/286 в реестре адвокатов Республики Мордовия, нарушений требований ч. 1 и 2 статьи 6, п. 1 и 4 ч.1 статьи 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», требований п. 1 и 2 статьи 4, статьи 5, п. 1 статьи 8, статьи 12, п. 6 статьи 15 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Руководствуясь положениями п. 2 ч. 2 статьи 17 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», статей 18, 25 Кодекса профессиональной этики адвоката, за нарушение требований ч. 1 и 2 статьи 6, п. 1 и 4 ч.1 статьи 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», требований п. 1 и 2 статьи 4, статьи 5, п. 1 статьи 8, статьи 12, п. 6 статьи 15 Кодекса профессиональной этики адвоката прекращен статус адвоката ФИО7, регистрационный номер 13/286 в Реестре адвокатов Республики Мордовия с 25 января 2017 года (л.д. 182-198).

Исходя из содержания части 1 статьи 12 ГПК Российской Федерации, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком.

В судебном заседании представителем ответчика заявлено о пропуске истцом срока на обжалование решения Совета Адвокатской палаты Республики Мордовия от 25.01.2017г. о прекращении статуса адвоката ФИО7.

Согласно части 2 статьи 199 ГПК Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Частью 1 статьи 196 ГПК Российской Федерации установлено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 197 ГПК РФ для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Правила статьи 195, пункта 2 статьи 196 и статей 198 - 207 настоящего Кодекса распространяются также на специальные сроки давности, если законом не установлено иное.

В силу положений пункта 2 статьи 25 указанного Кодекса профессиональной этики адвоката, в соответствии с Федеральным законом "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" решение Совета адвокатской палаты о прекращении статуса адвоката может быть обжаловано в суд в связи с нарушением процедуры его принятия лицом, привлеченным к дисциплинарной ответственности, в месячный срок со дня, когда ему стало известно или оно должно было узнать о состоявшемся решении.

25 января 2017 года ФИО7 присутствовал на заседании Совета Адвокатской палаты Республики Мордовия, что подтверждается выпиской из протокола заседания Совета Адвокатской палаты Республики Мордовия от 25 января 2017 года.

О принятом в отношении него решении истец узнал в день его вынесения, что им в судебном заседании не оспаривалось.

Так в ходе судебного заседания истцом ФИО7 заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока на обжалование решения Совета Адвокатской палаты Республики Мордовия от 25.01.2017г.

С настоящим иском в суд ФИО7 обратился 23.05.2018года, что следует из штемпеля входящей корреспонденции суда, то есть со значительным пропуском срока для оспаривания решения.

В обосновании довода об уважительности пропуска срока истец пояснил, что в связи с болезнью не мог оспорить решение своевременно, о чем предоставил копии результатов Магнитно-резонансной томографии от 29.10.2014г. и копию из медицинской карты амбулаторного больного от 23 декабря 2016г. осмотра у врача невролога, копии листов нетрудоспособности (л.д.40,41).

Учитывая установленные выше обстоятельства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для восстановления ФИО12 пропущенного процессуального срока на обжалование решения Совета Адвокатской палаты Республики Мордовия от 25.01.2017г., поскольку указанные истцом обстоятельства не свидетельствуют об уважительных причинах пропуска установленного законом срока и об исключительных обстоятельствах препятствовавших ему столь длительный срок (более года) обратиться в суд.

Поскольку в удовлетворении ходатайства о восстановлении пропущенного срока ФИО12 отказано, доказательства уважительности пропуска срока признаны судом несостоятельны, таким образом, исковые требования ФИО12 в части признания не законным, и отмене решения совета Адвокатской палаты Республики Мордовия от 25 января 2017 года по дисциплинарному производству в отношении адвоката ФИО7, удовлетворению не подлежат.

Что касается требования о признании не законным, и отмене заключение Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Республики Мордовия от 02 ноября 2016 года, в отношении адвоката ФИО7 о наличии в его действиях (бездействиях) нарушений ч. 1 и 2 ст. 6, п. 1 и 4 ч. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», требований п. 1 и 2 ст. 4, ст. 5, п. 1 ст. 8, ст. 12, п. 6 ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерацию» законодательство об адвокатской деятельности и адвокатуре основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из настоящего Федерального закона, других федеральных законов, принимаемых в соответствии с федеральными законами нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации и федеральных органов исполнительной власти, регулирующих указанную деятельность, а также из принимаемых в пределах полномочий, установленных настоящим Федеральным законом, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации. 

Согласно части 2 статьи 4 указанного Федерального закона принятый в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом, кодекс профессиональной этики адвоката устанавливает обязательные для каждого адвоката правила поведения при осуществлении адвокатской деятельности, а также основания и порядок привлечения адвоката к ответственности.

Согласно статье 2 Кодекса профессиональной этики адвоката настоящий Кодекс дополняет правила, установленные законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре. В соответствии со статьей 3 действие настоящего Кодекса распространяется на адвокатов. 

В силу статьи 19 Кодекса профессиональной этики адвоката порядок рассмотрения и разрешения жалоб, представлений, обращений в отношении адвокатов (в том числе руководителей адвокатских образований, подразделений) устанавливается разделом 2 Кодекса. 

Поступок адвоката, который порочит его честь и достоинство, умаляет авторитет адвокатуры, неисполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем, а также неисполнение решений органов адвокатской палаты должны стать предметом рассмотрения соответствующих квалификационной комиссии и Совета, заседания которых проводятся в соответствии с процедурами дисциплинарного производства, предусмотренными настоящим Кодексом. 

В соответствии со статьей 22 Кодекса профессиональной этики адвоката дисциплинарное производство включает стадию разбирательства в квалификационной комиссии и стадию разбирательства в совете адвокатской палаты. Окончательное решение по результатам дисциплинарного производства принимается Советом адвокатской палаты субъекта Российской Федерации.

Совет палаты субъекта Российской Федерации вправе не только привлечь адвоката к дисциплинарной ответственности, но и прекратить дисциплинарное производство, в том числе и вопреки заключению квалификационной комиссии (пп. 1.2, 1.3, 1.4, 1.6, 1.7 статьи 25 Кодекса профессиональной этики адвоката), а также направить дисциплинарное производство в квалификационную комиссию для нового разбирательства (пункт 1.5 статьи 25 Кодекса профессиональной этики адвоката). 

При этом, часть 2 статьи 25 Кодекса профессиональной этики адвоката не предусматривает, что заключение квалификационной комиссии, разбирательство в которой представляет собой первую стадию дисциплинарного производства, самостоятельному обжалованию не подлежит. 

Исходя из системного толкования положений Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и Кодекса профессиональной этики адвоката применение конкретных мер дисциплинарной ответственности является исключительной прерогативой Адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, и суд не вправе входить в обсуждение данного вопроса. 

В рассматриваемом случае, суд должен ограничиться проверкой процедуры рассмотрения дисциплинарного производства в отношении адвоката. Вместе с тем, как установлено в ходе рассмотрения дела, данная процедура завершена, поскольку на основании заключения квалификационной комиссии Адвокатской палаты Республики Мордовия от 02 ноября 2016 года, решением Совета Адвокатской палаты Республике Мордовия от 25 января 2017 года. 

Поскольку заключение квалификационной комиссии Адвокатской палаты Республики Мордовия от 02 ноября 2016 года, принятое в соответствии с действующим законодательством, не нарушает прав, свобод и законных интересов ФИО7, не возлагает на него какой-либо обязанности, а принятое на основании данного заключения решением Совета Адвокатской палаты Республике Мордовия от 25 января 2017 года в установленный законом срок истцом не обжаловано, таким образом, суд приходит к выводы об отказе в удовлетворении требований истца о признании не законным, и отмене заключение Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Республики Мордовия от 02 ноября 2016 года, в отношении адвоката ФИО7 о наличии в его действиях (бездействиях) нарушений ч. 1 и 2 ст. 6, п. 1 и 4 ч. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», требований п. 1 и 2 ст. 4, ст. 5, п. 1 ст. 8, ст. 12, п. 6 ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Апелляционным приговором Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Мордовия от 28 февраля 2018 года приговор Кочкуровского районного суда г. Саранска от 28 февраля 2018 года в отношении осужденного ФИО7 отменен. ФИО7 признан невиновным и по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 327 УК РФ, оправдан на основании пункта 2 части 1 статьи 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

12 апреля 2018 года истец обратился в Совет Адвокатской палаты Республики Мордовия с заявлением о признании не законным заключения дисциплинарной комиссии от 02 ноября 2016 года, решения совета по дисциплинарному производству в отношении адвоката ФИО7 от 25 января 2017 года, о лишении статуса адвоката, и их отмене.

Восстановить статус адвоката ФИО7, с предоставлением в Министерство юстиции РФ по РМ, сведений о восстановлении статуса адвоката ФИО7 для возобновления регистрации в реестре адвокатов РМ, адвоката Демина А.М. под прежним номером 286/13.

Принять меры к реабилитации адвоката ФИО7

Решением Адвокатской палаты Республики Мордовия от 12 апреля 2018 года заявление ФИО7 об отмене решения Совета Адвокатской палаты Республики Мордовия от 25 января 2017 года о прекращении статуса адвоката ФИО7 порядке пункта 3 статьи 25 Кодекса профессиональной этики адвоката оставить без удовлетворении, по тем основаниям, что Совет считает, что в представленном заявлении ФИО7 и приложенных им документах новых и (или) вновь открывшихся обстоятельств, являющимися основаниями для отмены или изменения решения Совета Адвокатской палаты Республики Мордовия от 25 января 2017 года о прекращении статуса адвоката ФИО7, не установлено.

Руководствуясь с пунктом 3 статьи 25 Кодекса профессиональной этики адвоката Совет вправе отменить либо изменить свое решение о применении мер дисциплинарной ответственности к адвокату при наличии новых и (или) вновь открывшихся обстоятельств.

Согласно выписке из протокола от 25 января 2017 года и решения Совета Адвокатской палаты Республики Мордовия, Совет при обсуждении материалов дисциплинарного производства, возбужденного в отношении адвоката Мордовской республиканской коллегии адвокатов ФИО7 установлено следующее.

Согласно части 1 статьи 25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ, адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем.

Из пункта 4 статьи 49 УПК РФ следует, что адвокат вступает в уголовное дело в качестве защитника по предъявлении удостоверения адвоката и ордера.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» полномочия адвоката, участвующего в качестве представителя доверителя в конституционном, гражданском и административном судопроизводстве, а также в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях, регламентируются соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации.

В случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый соответствующим адвокатским образованием. Форма ордера утверждается федеральным органом юстиции. В иных случаях адвокат представляет доверителя на основании доверенности. Никто не вправе требовать от адвоката и его доверителя предъявления соглашения об оказании юридической помощи (далее также - соглашение) для вступления адвоката в дело.

Согласно пунктам 1 и 4 части 1 статьи 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокат обязан: честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами; соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката, адвокат при всех обстоятельствах должен сохранять честь и достоинство, присущие его профессии. Необходимость соблюдения правил адвокатской профессии вытекает из факта присвоения статуса адвоката.

Согласно статье 5 Кодекса профессиональной этики адвоката, профессиональная независимость адвоката, а также убежденность доверителя в порядочности, честности и добросовестности адвоката являются необходимыми условиями доверия к нему. Адвокат должен избегать действий (бездействия), направленных к подрыву доверия к нему или к адвокатуре. Злоупотребление доверием несовместимо со званием адвоката.

В силу положения пункта 1 статьи 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, при осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и настоящим Кодексом.

В соответствии со статьей 12 Кодекса профессиональной этики адвоката, участвуя в судопроизводстве, а также представляя интересы доверителя в органах государственной власти и органах местного самоуправления, адвокат должен соблюдать нормы соответствующего процессуального законодательства, проявлять уважение к суду и лицам, участвующим в деле, следить за соблюдением закона в отношении доверителя и в случае нарушений прав последнего ходатайствовать об их устранении.

В силу положений пункта 6 статьи 15 Кодекса профессиональной этики адвоката, адвокат обязан выполнять решения органов адвокатской палаты и органов Федеральной палаты адвокатов, принятые в пределах их компетенции.

Совет исходил из следующих установленных по дисциплинарному делу фактов и обстоятельств: адвокат ФИО7 вступил в уголовный процесс по защите интересов ФИО5, предоставив ордер № 178 от 21 июля 2016 года, подписанный не председателем коллегии адвокатов ФИО3, а лицом, не имеющим полномочий выдавать и подписывать ордера членам коллегии: данный ордер адвокату ФИО7 не выдавался и числится за председателем ММКА «Фемида» ФИО3; без соглашения об оказании юридических услуг между адвокатом ФИО7 и доверителем ФИО5 на момент изготовления ордера № 178 от 21 июля 2016 года, денежные средства по соглашению об оказании юридических услуг ФИО5 были внесены адвокатом ФИО7 в кассу ММКА «Фемида» только 08 августа 2016 года после поступления в коллегию запроса прокурора Кочкуровского района ФИО6 от 03 августа 2016 года №15-2-2016/1469.

Так, принимая решение об отказе в пересмотре решение Совета Адвокатской палаты Республики Мордовия от 25 января 2017 года о прекращении статуса адвоката ФИО7, Совет принял решение в рамках компетенции, в соответствии с действующим законодательством, предусмотренная законом процедура не нарушена. При определении меры дисциплинарного воздействия учтена тяжесть совершенного проступка.

Таким образом, решение Совета Адвокатской палаты Республики Мордовия от 25 января 2017 года принято на основании совершения адвокатом ФИО7 дисциплинарного правонарушения, а не факта привлечения истца к уголовной ответственности.

Кроме того, пересмотр решения Совета об отмене или изменении ранее принятого им решения при наличии новых и (или) вновь открывшихся обстоятельств является правом.

При таких обстоятельствах заявленные исковые требования подлежат отклонению.

В соответствии со статьей 67 ГПК Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО7 к Адвокатской палате Республики Мордовия о признании незаконным и отмене заключения квалификационной комиссии, признании незаконным и отмене решения по дисциплинарному производству, прекращении дисциплинарного производства и о восстановлении статуса адвоката, признании незаконным и отмене решения по его обращению, оставить без удовлетворения.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Мордовия через Ленинский районный суд г. Саранска в течение месяца через Ленинский районный суд г.Саранска Республики Мордовии.

Мотивированное решение изготовлено 23 июля 2018 года.

Судья Ленинского районного суда

г. Саранска Республики Мордовия И.В.Куликова