Дело № (17)

Р Е Ш Е Н И Е

 

именем Российской Федерации 

с. Екатеринославка 17 мая 2017 года 

Октябрьский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Крицкой И.А.,

с участием:

прокурора Октябрьского района Амурской области ФИО5, 

представителей ответчика ООО «ФИО1» ФИО6 и ФИО11,

при секретаре ФИО7, 

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление ФИО3 к ООО «ФИО1» о взыскании компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратился с исковым заявлением к ООО «ФИО1» о взыскании компенсации морально вреда в размере 2.000.000 (Два миллиона рублей) рублей, по следующим основаниям. 

ДД.ММ.ГГГГ при выполнении работ по проведению пуско-наладочных работ транспортерного узла СС 7.10 на строительстве объектов семенного завода, расположенного в 

<

адрес>а 

<

адрес>, которые осуществляло ООО «ФИО1», получил телесные повреждения его сын ФИО2. ДД.ММ.ГГГГ от полученных телесных повреждений он скончался в ГБУЗ 

<

адрес> «Октябрьская больница». 

По данному факту старшим следователем Октябрьского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по 

<

адрес> проведена процессуальная проверка, по результатам которой ДД.ММ.ГГГГ принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела по факту смерти ФИО2 по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 143 и ч. 2 ст. 216 УК РФ. 

Согласно копиям документов, полученных в ООО «ФИО1», следует, что ФИО2 работал в данной организации на основании договоров возмездного оказания услуг от ДД.ММ.ГГГГ №. от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №. Согласно заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что причиной смерти ФИО2 явился травматический шок, развившийся в результате сочетанной тупой травмы головы и грудной клетки. Причина смерти находится в прямой причинно-следственной связи с сочетанной тупой травой головы и грудной клетки. 

Истец считает, что у него имеются законные и обоснованные требования к ответчику по возмещению морального вреда, причиненного в результате гибели сына в результате несчастного случая на производстве, поскольку он понес невосполнимую потерю, находится в шоковом состоянии, постоянно испытывает нравственные страдания. Ему причинен моральный вред, поскольку в связи с гибелью сына причинены нравственные страдания, выражающиеся в дискомфортном душевном состоянии, переживаниях, вызванных утратой родного человека. У него ухудшилось состояние здоровья, появились головные боли, нарушение сна.

Представитель ответчика в письменном отзыве указал, что при рассмотрении искового заявления необходимо принять во внимание следующие обстоятельства.

Как следует из фактических обстоятельств произошедшего, услуги по сборке оборудования ФИО2 оказывал на основании договора возмездного оказания услуг от ДД.ММ.ГГГГ №.

Данное обстоятельство также установлено в решении Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, в приложенном истцом к исковому заявлению.

В соответствии с условиями указанного договора ФИО2 обязался лично, либо с привлечением третьих лиц оказать ООО «ФИО1» услуги по сборке оборудования, а также по подбору решет для наладки зерноочистительного оборудования, смазке и отладке оборудования для нападки зерноочистительного процесса (п.п. 1.1, 1.2 договора).

Какого-либо контроля со стороны ООО «ФИО1» за безопасностью при выполнении ФИО2 обязанностей по договору возмездного оказания услуг от ДД.ММ.ГГГГ № условия данного договора не предусматривают.

Являясь самостоятельным, дееспособным субъектом гражданского законодательства и равноправной стороной по договору, ФИО2 должен был оказывать услуги надлежащим образом, с соблюдением соответствующих для оказания подобного рода услуг требований и правил, проявляя при этом, разумную и необходимую в соответствующей ситуации осторожность, осмотрительность и внимательность.

Тем самым, ФИО2 обязан был самостоятельно обеспечивать свою безопасность и следить за ее соблюдением при оказании услуг по договору возмездного оказания услуг от ДД.ММ.ГГГГ №.

Из постановления старшего следователя Октябрьского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по 

<

адрес> ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО2 присутствовал при проведении ООО «ФИО1» инструктажей по технике безопасности, знал о необходимости соблюдения требований техники безопасности при ремонте оборудования, однако нарушил данные требования, лично передав по рации команду запустить оборудование, не отойдя при этом на безопасное расстояние (за металлические перила, огораживающие оборудование). Ответственность за соблюдением техники безопасности при оказании услуг согласно договора возмездного оказания услуг от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО2 нес самостоятельно. ФИО2 получил телесные повреждения в результате собственной небрежности, так как после устранения неисправности транспортера, ему необходимо было покинуть «опасное место», то есть выйти за пределы металлического ограждения транспортера, после чего подать оператору команду о запуске механизма транспортера, однако вследствие собственной небрежности ФИО2 не вышел за ограждение и дал команду о запуске транспортера, в результате чего получил телесные повреждения, от которых в последствие наступила его смерть.

Указанное постановление вынесено в соответствии с требованиями УПК РФ, должностным лицом, уполномоченным на его вынесение, - следователем Следственного комитета Российской Федерации, в результате определенной законом процедуры проверки сообщения о преступления (ст.ст. 144, 145, 148 УПК РФ), данное постановление не отменено и истцом не обжаловалось.

Указанным постановлением установлено отсутствие со стороны должностных лиц ООО «ФИО1» вины (как умышленной, так и неосторожной) в несчастном случае, произошедшем с ФИО2 при оказании им услуг по сборке оборудования.

Из акта о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ Государственной инспекции труда в 

<

адрес> следует, что ФИО2 подал сигнал по рации на запуск конвейера, но за ограждение площадки не вышел, оставаясь в опасной зоне вращательного движения муфты и редуктора скребкового конвейера нижней галереи. Виновным в несчастном случае в данном акте признан ФИО2, который нарушил п. ДД.ММ.ГГГГ Межотраслевых правил по охране труда при эксплуатации промышленного транспорта и п. 4.5 раздела 4 «Указания мер безопасности» Паспорта скребкового конвейера СС-7.10. Несчастный случай, произошедший с ФИО2, в указанном акте квалифицирован как несчастный случай, не связанный с производством.

Акт о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ Государственной инспекции труда в 

<

адрес> также не отменен и истцом не обжаловался.

О том, что ФИО2 лично дал по рации команду запустить оборудование, не отойдя при этом на безопасное расстояние, показали свидетели ФИО9 и ФИО10 Показания данных лиц приведены в решении Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ6 года по делу №.

Указанные доказательства, как по отдельности, так и в совокупности свидетельствуют о том, что произошедший несчастный случай находится в прямой причинно-следственной связи с действиями (дал команду на запуск оборудования) и бездействием (не отошел на безопасное расстояние от оборудования) ФИО2

Тем самым, несчастный случай произошел исключительно по вине самого ФИО2, вины ООО «ФИО1» в данном несчастном случае не имеется.

Истец обратился с настоящим исковым заявлением спустя более чем один год и пять месяцев со дня смерти ФИО2.

ООО «ФИО1» возместило расходы на погребение, ФИО2, после произошедшего несчастного случая ООО «ФИО1» готово было способствовать получению ФИО2 необходимой квалифицированной медицинской помощи, возместило расходы на поминальные обеды.

Полагают, что в настоящем случае взыскиваемый истцом с ООО «ФИО1» размер компенсации морального вреда принципу справедливости не соответствует.

Несчастный случай произошел по вине самого потерпевшего, в результате его небрежности, вины ООО «ФИО1» и его работников в данном несчастном случае не имеется. Компетентными органами (Следственным комитетом РФ и Государственной инспекцией труда в Амурской области) это закреплено в соответствующих вышеуказанных документах.

Безусловно, с ФИО2 произошла трагедия, и его родным никто не может компенсировать утрату. ООО «ФИО1» как до произошедшего (проведение инструктажей по технике безопасности, в том числе с лицами, оказывающими услуги по договору), так и после предпринимались и предпринимаются все меры, направленные на недопущение подобных ситуации. Иных несчастных случаев в ходе производственной деятельности ООО «ФИО1» не имелось. В то же время никто не застрахован от человеческой, как в настоящем случае, беспечности и неосторожности.

Со своей стороны ООО «ФИО1» оказало посильную помощь родным погибшего, поступив, в отсутствие со своей стороны какой- либо вины, гуманно, по-человечески.

С учетом фактических обстоятельств несчастного случая, отсутствия вины ООО «ФИО1» в данном несчастном случае, того обстоятельства, что несчастный случай произошел из-за неосторожности погибшего, полагают, что взыскиваемый истцом размер компенсации морального вреда является завышенным и несоразмерным произошедшему.

В судебное заседание не явились истец ФИО3 и его представитель ФИО14. Выслушав мнение участников процесса, не возражавших на рассмотрении дела при указанной явке, в силу ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть настоящее дело в отсутствие указанных лиц, поскольку они извещены надлежащим образом, что подтверждается материалами дела, истец об уважительности причин неявки суду не сообщил, истец и его представитель просили рассмотреть дело в их отсутствие.

В судебном заседании представители ответчика ФИО6, действующий на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ, и ФИО11, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, письменный отзыв на исковое заявление поддержали по изложенным доводам.

Дополнительно представитель ответчика ФИО11 просил суд учесть, что со стороны предприятия вины в гибели работника не было. Вина лежит исключительно на потерпевшем. Со своей стороны предприятие способствовала компенсации морального вреда родным потерпевшего путем оплаты расходов на погребение и поминальных обедов. Во время произошедшего предприятие было готово оказать всю необходимую медицинскую помощь, в том числе, вызов медицинского вертолета для экстренной транспортировки потерпевшего в больницу, но, к сожалению, этого не понадобилось. Просит учесть, что в пользу матери потерпевшего уже взыскано 850 тысяч рублей в счет компенсации морального вреда. Каждое близкое лицо в семье ФИО15 понесло невосполнимую утрату и заслуживают компенсации, в силу действующего законодательства. Просил учесть отношение истца к настоящему процессу, в который он не явился, просто продублировал иск своей жены, не пояснил какие переживания он понес в связи с утратой сына. Просил суд учесть все указанные обстоятельства и снизить размер взыскиваемой в пользу истца компенсации морального вреда. 

Представитель ответчика генеральный директор ООО «ФИО1»- ФИО6 дополнительно пояснил, что после случившегося они провели необходимые мероприятия по транспортировке ФИО2 в областную больницу 

<

адрес>, но не успели этого сделать, так как ФИО15 скончался. Родителей пострадавшего очень жалко, но когда им требовалась материальная помощь, они сделали все необходимое и посильное, помогли в похоронах сына. 

Из заключения прокурора 

<

адрес> ФИО5, следует, что заявленный иск подлежит частичному удовлетворению. Компенсация морального вреда носит оценочный характер, с учетом понесенных истцом нравственных и физических страданий, необходимым учесть обстоятельства, на которые ссылается представитель ответчика, а именно тот факт, что вина в случившемся так же лежит на погибшем. 

Истцом ФИО3 при подачи иска в суд заявлено ходатайство об исследовании судом материалов гражданского дела № (16) по иску ФИО12 к ООО ««ФИО1» о взыскании компенсации морального вреда. Просит принять во внимание доказательства представленные в этих материалах и состоявшееся по делу решение от ДД.ММ.ГГГГ.

Представители ответчика не возражают на заявленное истцом ходатайство, кроме того просят суд принять во внимание апелляционное определение Амурского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, признанные судом общеизвестными, не нуждаются в доказывании. Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

На основании изложенного, суд принимает во внимание решение Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение Амурского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку они доказывают обстоятельства и причины смерти ФИО2. Истцом по гражданскому делу № (16) являлась мать умершего ФИО2- ФИО12, ответчиком - ООО ««ФИО1». 

Выслушав объяснения представителей ответчика, заключение прокурора, исследовав материалы настоящего дела и дела №(16), суд приходит к следующему выводу. 

Статья12 Гражданского кодекса РФ относит компенсацию морального вреда к способам защиты нарушенных прав. 

Согласно ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления или ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», разъяснено, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. 

По смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. 

В соответствии с ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Из материалов дел следует, что между ООО «ФИО1» и ФИО2 возникли гражданско-правовые отношения на основании заключенного ДД.ММ.ГГГГ договора возмездного оказания услуг №. 

ДД.ММ.ГГГГ при выполнении работ по проведению пуско-наладочных работ транспортного узла СС 7.10 на строительстве объектов семенного завода, расположенного в 

<

адрес>, которые осуществляло ООО «ФИО1» ФИО2 получил телесные повреждения. ДД.ММ.ГГГГ от полученных повреждений ФИО2 скончался в ГБУЗ 

<

адрес> «Октябрьская больница». 

Судом установлено и следует из обстоятельств дела, что оборудование, - конвейер скребковый цепной КС-390, Q =150, L=48м, который по технологической схеме ООО «ФИО1» маркируется как СС 7.10, было приобретено ответчиком на основании договора № от ДД.ММ.ГГГГ на поставку технологического оборудования на сумму 88 000 000 рублей от ООО «Корпорация «СКЭСС». Из условий договора поставки, (п. 1.3), следует, что право собственности на продукцию переходит к Покупателю на складе Поставщика при подписании товаротранспортных накладных.

Исходя из представленных в материалы дела документов, в том числе принимая во внимание акт о приеме-передаче от ДД.ММ.ГГГГ, счета фактуры от ДД.ММ.ГГГГ, на момент несчастного случая право собственности на конвейер скребковый цепной КС-390, Q =150, L=48m перешло к ответчику, в связи с чем, ООО «ФИО1» является владельцем указанного оборудования, являющегося источником повышенной опасности для окружающих.

На основании Устава ООО «ФИО1», свидетельства о государственной регистрации юридического лица в едином государственном реестре, ООО «ФИО1» является самостоятельным юридическим лицом, а значит надлежащим ответчиком по делу. 

Указанные обстоятельства подтверждаются актом расследования несчастного случая со смертельным исходом, постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела, медицинским свидетельством о смерти ФИО2. 

Согласно медицинского свидетельства о смерти серия 10143 № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умер ДД.ММ.ГГГГ, причина смерти - связана с производством. 

Согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти ФИО2 явился травматический шок, развившийся в результате сочетанной тупой травмы головы и грудной клетки. Телесные повреждения ФИО2 носят характер прижизненных и могли образоваться от сдавливания тела между движущимися поверхностями, с силой достаточной для их образования в короткий промежуток времени, одно вслед за другим или одновременно. Указанные телесные повреждения квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни и как повлекшие за собой смерть. Непосредственная причина смерти находится в прямой причинно-следственной связи с телесными повреждениями, указанными выше. При судебно – химическом исследовании крови от трупа ФИО2 – этиловый спирт не обнаружен.

По данному факту ст. следователем Октябрьского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по 

<

адрес> проведена процессуальная проверка, по результатам которой ДД.ММ.ГГГГ принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела по факту смерти ФИО2 по основаниям, предусмотренным п. 1 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступлений, предусмотренных ч. 2 ст.143 и ч. 2 ст. 216 УК РФ. 

Из материалов расследования по факту смерти ДД.ММ.ГГГГ в ООО «ФИО1» ФИО2 представленных Государственной инспекцией труда по 

<

адрес> следует, что в действиях ФИО2 установлено нарушение требований охраны труда, а именно - при проведении наладочных работ скребкового конвейера СС -7.10 - муфты соединения электродвигателя, зав. № и редуктора скребкового конвейера нижней галереи, наладочные работы потерпевшим производились при работающем электродвигателе приводного устройства. Были нарушены требования межотраслевых правил по охране труда при эксплуатации промышленного транспорта (конвейерные, трубопроводные и другие транспортные средства непрерывного действия) ПОТ Р М – 029-2003; п. ДД.ММ.ГГГГ – «Производство ремонтных и других работ на конвейере во время его работы не допускается». Раздела 4 – «Указания мер безопасности» Паспорта скребкового конвейера СС 7.10: п. 4.5 - «Все регулировочные и наладочные работы и ремонт производится только при неработающем электродвигателе приводного устройства». На основании материалов расследования несчастного случая главным государственным инспектором труда Государственной инспекции труда в 

<

адрес> ФИО13 сделан вывод, что несчастный случай, произошедший с ФИО2, заключившим договор гражданско – правового характера с ООО «ФИО1», квалифицирован как несчастный случай, не связанный с производством.

Действующее гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине (ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 11 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснил, что предусмотренная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия своей вины должен представить сам ответчик. 

Ответчик не представил доказательства отсутствия своей вины. 

Между тем, как следует из справки № от ДД.ММ.ГГГГ за подписью генерального директора ФИО6, при проведении ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ работ на скребковом конвейере СС. 7.10, с потерпевшим инструктаж по технике безопасности не проводился, поскольку он осуществлял работы не по трудовому, а по гражданско-правовому характеру, зашел в опасную зону скребкового конвейера по заданию старшего смены ФИО4, выполнил необходимые работы, после чего из опасной зоны не вышел, дал задание работникам запускать двигатель, при этом, защитного кожуха на муфте скребкового конвейера в момент его запуска не было, в результате чего ФИО2 зацепило оборудование, и ДД.ММ.ГГГГ, из-за полученных на данном оборудовании телесных повреждений, ФИО2 скончался. 

Наличие постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, в результате проведенной ст. следователем Октябрьского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по 

<

адрес> процессуальной проверки в виду отсутствия признаков уголовно наказуемого деяния не исключает гражданско-правовой ответственности в отношении ООО «ФИО1».

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.23 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего. Под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства. Под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид).

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абз. 3 п.2 ст. 1083 ГК РФ, подлежит уменьшению. 

Умысел пострадавшего ФИО2 материалами проверки следственного органа не установлен. Данных, объективно свидетельствующих о наличии в действиях потерпевшего умысла на причинение смерти, не установлено. Обстоятельства, влекущие освобождение владельца источника повышенной опасности от ответственности, судом не установлены, и доказательства тому ответчиком не представлены.

Поскольку, на момент гибели ФИО2 состоял в договорных отношениях гражданско – правового характера на возмездное оказание услуг с ООО «ФИО1», суд приходит к выводу о возникновении у ООО «ФИО1» гражданско-правовой ответственности в связи с причинением вреда жизни потерпевшего и считает подлежащим удовлетворению заявленные требовании. При возмещении морального вреда, следует учитывать, что ответственность за его возмещение наступает независимо от вины погибшего, поскольку вред его здоровью причинен источником повышенной опасности, владельцем которого является ответчик.

В соответствии со свидетельством о рождении 11 - ЖО № истец ФИО3 приходился умершему ФИО2 отцом. 

В соответствии со справкой Екатеринославской сельской администрации № от ДД.ММ.ГГГГ на момент смерти ФИО2 истец проживал совместно с погибшим. 

На основании справки Центра занятости населения 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО3 относится к категории безработного с ДД.ММ.ГГГГ. 

Истец ФИО3 к заявлению приложил копии выписок из амбулаторной карты больного, однако они не подтверждают доводы истца о том, что его состояние здоровья ухудшилось после смерти сына, соответственно не подтверждаются доводы истца о причинении физических страданий. 

Ответчик не представил доказательства обоснованности своего довода о том, что оказывал материальную помощь в похоронах ФИО2 и организации поминального обеда, оказана помощь матери погибшего в сумме 850.000 рублей.

Согласно положениям Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2); каждый имеет право на жизнь (пункт 1 статьи 20); право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (пункт 1 статьи 41).

Принимая во внимание, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае истца, который лишился сына, являвшегося для него, исходя из содержания искового заявления, близким и любимым человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Утрата близкого человека (родственника) рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние субъективного стресса и эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

Исходя из вышеизложенного, поскольку близкие родственники во всех случаях испытывают нравственные страдания, вызванные смертью потерпевшего, факт причинения им морального вреда предполагается и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

Истец заявил требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 2.000.000 рублей, между тем суд полагает, что при установленных судом обстоятельствах размер компенсации морального вреда в указанном истцом размере не соответствует степени и характеру причиненного вреда, не отвечает требованиям разумности и справедливости.

При указанных обстоятельствах, с учетом конкретных обстоятельств рассматриваемого дела, в том числе наличия вины со стороны самого погибшего, допустившего нарушение правил по охране труда, приведшее к указанному происшествию, а также исходя из требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 700.000 ( Семьсот тысяч) рублей.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «

<

данные изъяты>» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> (семьсот тысяч) рублей. В остальной части заявленного иска отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Амурский областной суд через Октябрьский районный суд, в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, начиная с ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий Крицкая И.А.

Мотивированное решение принято ДД.ММ.ГГГГ.