Дело № 2-216/2021 Мотивированное 

решение

 изготовлено 14 июня 2021 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 июня 2021 года г. Кировск

Кировский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Лихачева В.И. 

при секретаре Сергеевой Е.И.

с участием прокурора Веремчука А.Г. 

с участием истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит» об установлении причинно-следственной связи между несчастным случаем на производстве и заболеванием, взыскании денежной компенсации морального вреда,

У С Т А Н ОВ И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Апатит» (далее – АО «Апатит») об установлении причинно-следственной связи между несчастным случаем на производстве и заболеванием, взыскании денежной компенсации морального вреда, указав в обоснование заявленных требований, что в период с 22 декабря 1976 года по 09 октября 2006 года он работал в АО «Апатит» по профессиям: путевой рабочий горно-капитального участка, машинист электровоза, взрывник, электрослесарь Расвумчоррского рудника. 16 апреля 1982 года, при выполнении взрывных работ при постановке фугаса, произошел несчастный случай в виде падения валуна на правую голень. В результате указанного несчастного случая получил травму в виде .... На лечении находился 214 дней, с 16 апреля "1982. года по 12 декабря 1982 года. В связи с трудовым увечьем (производственной травмой) была установлена инвалидность 2 группы 12 декабря 1982 года, а также 45% утраты обшей трудоспособности и 100% утраты профессиональной трудоспособности. 13 декабря 1982 года был уволен по ст. 31 КЗоТ РСФСР, по причине инвалидности, установленной в связи с несчастным случаем на производстве. Факт получения травмы подтверждается актом о несчастном случае на производстве № 4 от17 апреля 1982 года. После выздоровления вновь устроился работать в АО «Апатит». 02 июля 1985 года при выполнении производственного задания, в порядке наряда, во время передвижения по ходовой стороне откаточной выработки запнулся за металлические листы, лежащие на рельсах, упал, в результате чего получил травму .... На лечении находился 177 дней. 07 апреля 1986 года была установлена 3 группа инвалидности и 40% утраты трудоспособности. 27 января 1989 года был уволен по ст. 31 КЗоТ РСФСР, по причине инвалидности, установленной в связи с несчастным случаем на производстве. После увольнения не работал, так как был нетрудоспособен, вынужден был проходить длительное лечение в Кировской городской больнице. Была проведена операция, выполнены лечебно-профилактические мероприятия.

Профессиональная трудоспособность в полном объеме не восстановлена.

Полученные в результате несчастных случаев на производстве трудовые увечья, как по отдельности, так и в их совокупности, связанные с ними операции, иные лечебно-профилактические мероприятия, утрата работы и достойного заработка причиняли и продолжают причинять физические и нравственные страдания, что подтверждается характерами травм, способами их лечения, наступившими негативными последствиями. В момент получения травм испытывал сильную физическую боль и страх, в ходе их лечения испытал и испытываю переживания по поводу увечий. В феврале 2006 г. появились боли в шейном отделе позвоночника с иррадиацией по боковой поверхности левой руки, левого плеча. Боли усиливались при движении, онемение в шейной, межлопаточной области, левой руки. В связи с обнаруженным заболеванием лечился в Кировской городской больнице. 25 августа 2006 г. поступил в ГУЗ «Мурманская областная больница им. П.А. Баяндина», где находился на лечение по 11 сентября 2006 г. 31 августа 2006 г. мне была произведена операция: ...).До настоящего времени постоянно испытывает физическую боль в ногах, шейной области, что подтверждается характером перенесенных травм и заболеваний, полученных в период работы с декабря 1976 года по октябрь 2006 года в АО «Апатит», испытывает ограничения и неудобства в быту в связи с ограничением подвижности, испытывает нравственные переживания из-за вынужденной ограниченности в возможности выбирать труд, профессию, чем причинен моральный ущерб.

Просит установить причинно-следственную связь между заболеванием позвонков шейного отдела в 2006 г., как от производственных травм полученных в 1982 и 1985 г.г. и, как следствие развитее профессионального заболевания. Установление причинно-следственной связи необходимо для взыскания с ответчика возмещения морального вреда причиненного по вине работодателя, в виде физических и нравственных страданий в результате полученного на производстве вреда здоровью. Просит взыскать с АО «Апатит» в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного трудовыми увечьями в размере 500 000 рублей, а также судебные расходы в размере 15 000рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал, настаивал на их удовлетворении в полном объеме.

Представитель ответчика АО «Апатит» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело его отсутствие, представил письменный отзыв на исковое заявление, из которого следует, что увечья причинены истцу в результате несчастных случаев на производстве, произошедших 16 апреля 1982 года и 07 января 1985 года, то есть до введения в действие законодательных актов, предусматривающих право потерпевшего на компенсацию морального вреда, при этом доказательств того,что противоправные действия ответчика продолжаются до настоящего времени, истцом не представлено. Просил в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме.

Суд, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося представителя ответчика и третьего лица.

Выслушав пояснения истца, исследовав материалы дела, медицинскую карту истца, заслушав заключение помощника прокурора, суд приходит к выводу о том, что исковые требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Охрана труда регулируется Конституцией Российской Федерации, Всеобщей декларацией прав человека от 10 декабря 1948 года, Международным пактом «Об экономических, социальных и культурных правах» 1966 года, конвенциями Международной организации труда (МОТ), Трудовым кодексом Российской Федерации, другими законами и подзаконными нормативными актами.

Так, Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого человека на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, не угрожающих жизни и здоровью (ст.ст. 7, 37).

Содержание этого права работника раскрывается в ряде нормативных правовых актов, основным из которых является Трудовой кодекс Российской Федерации, в соответствии со статьей 5 которого трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со статьями 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда работников при осуществлении технологических процессов, соответствующие требованиям охраны труда на каждом рабочем месте; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, информировании работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о существующем риске повреждения здоровья и полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты. К этим положениям корреспондирует и статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации, определяющая права работника.

Согласно положениям статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага, к которым относится, в том числе и здоровье, подлежат защите в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и порядке, ими предусмотренных.

Одним из способов защиты гражданских прав в соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации является компенсация морального вреда.

В судебном заседании установлено, что истец в период с 22 декабря 1976 года по 09 октября 2006 года я работал в АО «Апатит» по профессиям: путевой рабочий горно-капитального участка, машинист электровоза, взрывник, электрослесарь Расвумчоррского рудника. Спорное требование возникло из требований об установлении причинно-следственной связи между заболеванием 2006 г., и производственных травм, полученных в 1982 и 1985 г.г. 

Увечья причинены истцу в результате несчастных случаев на производстве, произошедших 16 апреля 1982 года и 07 января 1985 года, то есть до введения в действие законодательных актов, предусматривающих право потерпевшего на компенсацию морального вреда.

На территории Российской Федерации впервые закон, предусматривающий возможность возмещения морального вреда, причиненного неправомерными виновными действиями причинителя вреда, присуждением в его возмещение денежной компенсации, был принят 31 мая 1991 года. 

Статьей 131 Основ законодательства Союза ССР и республик от 31 мая 1991 года, было установлено, что моральный вред (физические или нравственные страдания), причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем вреда при наличии его вины.

Основы же института компенсации морального вреда в Российской Федерации были заложены в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, часть первая которого введена в действие с 1 января 1995 года.

В соответствии со статьей 5 Федерального закона РФ от 30 ноября 1994 года. № 52-ФЗ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», часть первая Гражданского кодекса применяется к правоотношениям, возникшим после введения ее в действие. 

По гражданским правоотношениям, возникшим до введения ее в действие, часть первая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие.

Вместе с тем, как следует из п. 1 ст. 4 ГК РФ, акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. 

При этом нормы трудового законодательства не могут являться основанием для компенсации морального вреда истцу, поскольку отношения между работником и работодателем, связанные с возмещением морального вреда, не были урегулированы до введения в действие Трудового кодекса Российской Федерации, то есть до 1 февраля 2002 года.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», следует, что учитывая, что вопросы компенсации морального вреда в сфере гражданских правоотношений регулируются рядом законодательных актов, введенных в действие в разные сроки, суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда.

В пункте 6 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 разъяснено, что если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (пункт 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации). 

Однако, если противоправные действия (бездействие) ответчика, причиняющие истцу нравственные или физические страдания, начались до вступления в силу закона, устанавливающего ответственность за причинение морального вреда, и продолжаются после введения этого закона в действие, то моральный вред в указанном случае подлежит компенсации. 

Истец предъявляя требования об установлении причинно-следственной связи между несчастными случаями на производстве и заболеванием, которое возникло в 2006году,указывает о наличии указанного выше обстоятельства. Между тем, связь межу указными событиями в суде стороной истца не доказана. Судебно- медицинская экспертиза ответа на поставленные вопросы не дала, по причине отсутствия подлинных медицинских документов (с рентгенограммами) о диагностике и лечении после травм, полученных в 1982 и 1985 годах. 

Принимая во внимание, что несчастные случаи на производстве с ФИО1 произошли 16 апреля 1982 года и 07 января 1985 года, факт причинения физических и нравственных страданий, влекущих обязанность возместить моральный вред истцу установлен до введения в действие актов, предусматривающих право потерпевшего на компенсацию морального вреда, при отсутствии доказательств, что противоправные действия ответчика продолжаются до настоящего времени, суд полагает, что у истца не имеется правовых оснований для требований компенсации морального вреда.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит» об установлении причинно-следственной связи между несчастным случаем на производстве и заболеванием, взыскании денежной компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кировский городской суд Мурманской области в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий: В.И. Лихачев