№

№

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

10 июня 2025 года город Саки

Сакский районный суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи – Степановой Н.К.,

при ведении протокола секретарями судебного заседания ФИО3, ФИО4, с участием государственных обвинителей ФИО9, ФИО5, ФИО6, подсудимого ФИО1, защитника – адвоката ФИО7, потерпевшей Потерпевший №1 и ее представителей – адвокатов ФИО15, ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке судебного разбирательства уголовное дело в отношении:

ФИО1 ФИО22, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, получившего высшее образование, женатого, имеющего одного малолетнего ребёнка года рождения, работает врачом хирургом стационара ГБУЗ РК 

<

данные изъяты> инвалидом не являющегося, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, не судимого, 

обвиняемого по ч. 2 ст. 109 УК РФ,

ФИО2 Н О В И Л:

Органами предварительного расследования ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, то есть в причинении смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.

Согласно предъявленному обвинению, поддержанному государственным обвинителем, указанное преступление совершено ФИО1 при следующих обстоятельствах.

ФИО1, являясь на основании приказа главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Крым 

<

данные изъяты> (далее – ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>») от ДД.ММ.ГГГГ № врачом-хирургом хирургического отделения ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>», владеющим теоретическими знаниями и практическими навыками в области лечебного дела и хирургии, и имеющим возможность оказывать медицинскую помощь в соответствии с требованиями закона и нормативными правовыми актами.

В соответствии с табелем учета использования рабочего времени и расчета оплаты труда, утвержденного главным врачом ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осуществлял согласно должностной инструкции трудовую функцию – дежурство в качестве врача хирурга стационара в ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>».

Потерпевший №1 ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минуты обратился в ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>», расположенное по адресу: 

<

адрес>. Врачом приемного отделения последнему поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>, после чего Потерпевший №1 госпитализирован в хирургическое отделение ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» и ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут осмотрен в хирургическом отделении лечащим врачом ФИО1 совместно с заведующим хирургического отделения. 

В период с 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут ДД.ММ.ГГГГ до 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, являясь лечащим врачом Потерпевший №1, в период его нахождения в ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>», в соответствии с положениями ч. 2 и 5 ст. 70 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» как медицинский работник был обязан организовать своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, установить диагноз, основанный на всестороннем обследовании пациента, при необходимости созвать консилиум врачей.

В соответствии с должностными обязанностями врача хирурга стационара ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>», утвержденными главным врачом ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ, с которыми ФИО1 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, он был обязан: осуществлять сбор жалоб, анамнеза жизни и заболевания у пациентов с хирургическими заболеваниями и (или) состояниями, осмотр и физикальное обследование пациентов с хирургическими заболеваниями и (или) состояниями; формулировать предварительный диагноз и составлять план лабораторных обследований пациентов с хирургическими заболеваниями и (или) состояниями в соответствии с действующими порядками оказания медицинской помощи, клиническими рекомендациями (протоколами лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, с учетом стандартов медицинской помощи; направлять пациентов с хирургическими заболеваниями и (или) состояниями на лабораторное обследование, инструментальное обследование в соответствии с действующими порядками оказания медицинской помощи, клиническими рекомендациями (протоколами лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, с учётом стандартов медицинской помощи; проводить ежедневный осмотр в стационаре больного. Разрабатывать план обследования больного, уточнять объем и рациональные методы обследования пациента с целью получения в минимально короткие сроки полной и достоверной диагностической информации. Обеспечивать безопасность диагностических манипуляций. Выполнять хирургические вмешательства и лечебные манипуляции при хирургических заболеваниях и (или) состояниях в стационарных условиях; вносить изменения в план лечения в зависимости от состояниях пациента и определять необходимость дополнительных методов обследования, делать это с предоставлением документов соответствующей комиссии (подкомиссии); контролировать правильность и своевременность выполнения средним медицинским персоналом данных пациенту назначений; оказывать неотложную медицинскую помощь; оценивать тяжесть состояния пациента с хирургическими заболеваниями и (или) состояниями; разрабатывать план лечения пациентов с хирургическими заболеваниями и (или) состояниями с учётом диагноза, возраста и клинической картины в соответствии с действующими порядками оказания медицинской помощи, клиническими рекомендациями (протоколами лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, с учётом стандартов медицинской помощи; наблюдать, контролировать состояние пациентов с хирургическими заболеваниями и (или) состояниями; оценивать состояние пациентов, требующих оказание медицинской помощи в экстренной форме. Выполнять основные хирургические вмешательства и лечебные манипуляции через все основные виды хирургических доступов с помощью прямого открытого манипулирования, навигации, эндоскопии; распознавать состояния, представляющие угрозу жизни пациентов, включая состояние клинической смерти, требующих оказания медицинской помощи в экстренной форме.

Кроме того, врач хирург должен знать законы и иные нормативно-правовые акты Российской Федерации, регламентирующие деятельность учреждений здравоохранения, в частности Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», руководствоваться ими и общехирургической практикой, в частности, ФИО1 в соответствии с положениями приказа от 01.10.2020 № 1054н «Об утверждении стандартов медицинской помощи взрослым при сахарном диабете 2 типа», Клиническими рекомендациями по диагностике и лечению синдрома диабетической стопы, Приказом Минздрава России от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», врач хирург ФИО1 обязан сразу на госпитальном этапе своевременно оценить весь комплекс лечебных и диагностических мероприятий, указать динамику пульса на тыльной артерии стопы, передней и задней большеберцовых артериях или лодыжечно-плечевом индексе; провести бактериологическое исследование раны; провести оценку состояния углеводного и липидного обмена (общего холестерина, холестерина ЛПНП сыворотки крови); провести приём (осмотр, консультация) врача-офтальмолога, эндокринолога; провести исследование уровня гликированного гемоглобина в крови; определить альбумин в моче, провести расчет скорости клубочковой фильтрации; описать состояние раны в динамике; провести в стационаре дуплексное сканирование артерий нижних конечностей, проводить постоянное наблюдение за больным Потерпевший №1

В соответствии с вышеуказанными положениями нормативно-правовых документов, должностной инструкции, клиническими рекомендациями, а также сложившейся общехирургической практикой, регламентирующими деятельность учреждений здравоохранения, ФИО1, исполняя возложенные на него вышеуказанными нормами и положениями для врача профессиональные обязанности, должен был оказать квалифицированную, своевременную и адекватную медицинскую помощь Потерпевший №1 с учетом анамнеза, клинической картины развития заболевания 

<

данные изъяты> результатов обследований, а также осуществлять функции организации работы медицинского персонала хирургического отделения больницы по своевременному и качественному оказанию лечебно-профилактической помощи больному, имея при этом реальную возможность исполнения своих профессиональных обязанностей – оказание квалифицированной медицинской помощи и недопущения причинения вреда здоровью пациента.

Как указано в обвинении ФИО1, будучи обязанным оказать Потерпевший №1 качественную медицинскую помощь в соответствии с вышеуказанными нормами и положениями для врача, проявляя неосторожность в форме преступной халатности, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своего бездействия в виде ухудшения состояния здоровья Потерпевший №1 и возможности наступления смерти пациента, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, с учетом имеющихся профессиональных навыков и опыта работы должен был и мог предвидеть эти последствия, в ходе назначения лечения и осмотра Потерпевший №1 в период с 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут ДД.ММ.ГГГГ до 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут ДД.ММ.ГГГГ неправильно оценил тяжесть состояния больного, не указал динамику пульса на тыльной артерии стопы, передней и задней большеберцовых артериях или лодыжечно-плечевом индексе; не провел бактериологическое исследование раны; не провел оценку состояния углеводного и липидного обмена (общего холестерина, холестерина ЛПНП сыворотки крови); не провёл прием (осмотр, консультация) врача-офтальмолога, эндокринолога; не провёл исследование уровня гликированного гемоглобина в крови; не провёл определение альбумина в моче, не провёл расчёт скорости клубочковой фильтрации; не описал состояние раны в динамике; в стационаре не назначил проведение дуплексного сканирования артерий нижних конечностей.

Кроме того, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ при наличии анурии в последующие дни в период с 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут ДД.ММ.ГГГГ до 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут ДД.ММ.ГГГГ не указана оценка гидробаланса (выпито-выделено), нет консультации нефролога, не проведено бактериологическое исследование тканей раны для определения микрофлоры и её чувствительности к антибактериальным препаратам. Отсутствует определение лодыжечно-плечевого индекса, не проведена рентгенография стоп и голеностопных суставов в двух проекциях для оценки состояния костей и суставов, для определения очагов остеолиза (остеомиелита), оценка пульсации артерий стопы была проведена только при поступлении, в последующие дни отсутствует описание местного статуса. При нарастании отрицательной клинической картины не проведена консультация ангиохирурга. При наличии противопоказаний, ФИО1 назначены Потерпевший №1 пероральные сахароснижающие препараты и не назначены инсулины, что привело к нарастанию уремии. В качестве важнейшего компонента комплексной терапии раневой инфекции ФИО1 не была проведена при поступлении первичная хирургическая обработка раны правой нижней конечности Потерпевший №1 Кроме того, ФИО1 назначено использование мазевых повязок (левосин), что было противопоказано Потерпевший №1 Так же ФИО1 нарушена преемственность: при нарастании отрицательной клинической и лабораторной симптоматики в динамике, при отсутствии возможности своевременного и полного выполнения комплекса диагностических и лечебных мероприятий, направленных на восстановление кровотока пораженной конечности, предотвращение потери конечности, с консультацией ангиохирурга, последним Потерпевший №1 не был переведен в медицинскую организацию более высокого уровня в отделение сосудистой хирургии, но и не был своевременно переведен в отделение реанимации (а при отсутствии мест не был обеспечен почасовым контролем за состоянием пациента, контролем всех жизненно-важных функций организма и проведением интенсивной терапии), что привело к ухудшению состояния пациента.

ФИО1, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своего бездействия в виде развития у пациента Потерпевший №1 критической ишемии нижней конечности и почечной недостаточности и наступления смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, с учетом имеющихся профессиональных навыков и опыта работы должен был и мог предвидеть эти последствия, ненадлежащим образом исполняя свои профессиональные обязанности, допустил дефекты обследования и диагностики, имея реальную возможность выставления верного диагноза «

<

данные изъяты>», а также реальную возможность адекватно и своевременно оценить ухудшение состояния здоровья Потерпевший №1, обусловленное дефектами оказания медицинской помощи со стороны ФИО1 и оказать ему дальнейшую качественную медицинскую помощь, необоснованно не назначая при наличии показаний для данного заболевания соответствующее лечение.

Смерть Потерпевший №1 наступила в стационаре ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ судебно-медицинская экспертная комиссия считает, что учитывая отсутствие достоверных данных макроскопического (секционного) – исследования (патологоанатомического, микроскопического (гистологического) исследования и развившиеся аутолитические (гнилостные) изменения согласно данным судебно-медицинской экспертизы эксгумированного трупа – установить истинную причину смерти Потерпевший №1 не представляется возможным. 

Однако, судебно-медицинская экспертная комиссия считает, что согласно данным медицинских документов, с учётом данных судебно-медицинской экспертизы эксгумированного трупа, смерть Потерпевший №1 могла наступить от заболевания – 

<

данные изъяты>). 

Таким образом, в указанный период времени Потерпевший №1 не была оказана необходимая и показанная в данном случае медицинская помощь, тогда как надлежащее оказание которой исключило бы наступление неблагоприятного исхода заболевания у пациента и его дальнейшую смерть.

Между дефектами оказания медицинской помощи, выразившимися в постановке неправильного диагноза, отсутствии должного наблюдения и оказания специализированной медицинской помощи Потерпевший №1, допущенными врачом-хирургом ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» ФИО1 и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего и его смертью имеется прямая причинно-следственная связь.

Как указано в обвинении, при указанных обстоятельствах врачом-хирургом хирургического отделения ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» ФИО1, являющегося лечащим врачом Потерпевший №1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, последнему не оказана необходимая и показанная медицинская помощь, в результате чего наступила смерть пациента, тогда как надлежащее оказание медицинской помощи исключило бы наступление неблагоприятного исхода заболевания у пациента и его дальнейшую смерть.

В судебном заседании государственный обвинитель ФИО9 отказался от поддержания обвинения, предъявленного ФИО1, обосновывая свою позицию тем, что в ходе судебного следствия по уголовному делу установлено, что причину смерти Потерпевший №1 установить не представляется возможным в связи с резко выраженными гнилостными изменениями трупа (заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №).

Выслушав подсудимого ФИО1 и его защитника-адвоката ФИО7, представителя потерпевшей – адвоката ФИО8, не возражавших против прекращения уголовного преследования в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, исследовав материалы уголовного дела, суд приходит к выводу, что производство по уголовному делу по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, подлежит прекращению по следующим основаниям.

Из обвинительного заключения следует, что ФИО1 на основании приказа главного врача ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № является врачом-хирургом хирургического отделения ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>», владеющим теоретическими знаниями и практическими навыками в области лечебного дела и хирургии, и имеющим возможность оказывать медицинскую помощь в соответствии с требованиями закона и нормативными правовыми актами.

В соответствии с табелем учета использования рабочего времени и расчёта оплаты труда, утверждённого главным врачом ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осуществлял согласно должностной инструкции трудовую функцию – дежурство в качестве врача хирурга стационара в ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>».

Потерпевший №1 ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минуты обратился в ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» и врачом приемного отделения последнему поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>, после чего Потерпевший №1 госпитализирован в хирургическое отделение ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» и ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут осмотрен в хирургическом отделении лечащим врачом ФИО1 совместно с заведующим хирургического отделения.

ФИО1, будучи обязанным оказать Потерпевший №1 качественную медицинскую помощь в соответствии с вышеуказанными нормами и положениями для врача, проявляя неосторожность в форме преступной халатности, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своего бездействия в виде ухудшения состояния здоровья Потерпевший №1 и возможности наступления смерти пациента, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, с учетом имеющихся профессиональных навыков и опыта работы должен был и мог предвидеть эти последствия, в ходе назначения лечения и осмотра Потерпевший №1 в период с 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут ДД.ММ.ГГГГ до 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут ДД.ММ.ГГГГ неправильно оценил тяжесть состояния больного, не указал динамику пульса на тыльной артерии стопы, передней и задней большеберцовых артериях или лодыжечно-плечевом индексе; не провел бактериологическое исследование раны; не провел оценку состояния углеводного и липидного обмена (общего холестерина, холестерина ЛПНП сыворотки крови); не провёл прием (осмотр, консультация) врача-офтальмолога, эндокринолога; не провёл исследование уровня гликированного гемоглобина в крови; не провёл определение альбумина в моче, не провёл расчёт скорости клубочковой фильтрации; не описал состояние раны в динамике; в стационаре не назначил проведение дуплексного сканирования артерий нижних конечностей.

Кроме того, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ при наличии анурии в последующие дни в период с 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут ДД.ММ.ГГГГ до 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут ДД.ММ.ГГГГ не указана оценка гидробаланса (выпито-выделено), нет консультации нефролога, не проведено бактериологическое исследование тканей раны для определения микрофлоры и её чувствительности к антибактериальным препаратам. Отсутствует определение лодыжечно-плечевого индекса, не проведена рентгенография стоп и голеностопных суставов в двух проекциях для оценки состояния костей и суставов, для определения очагов остеолиза (остеомиелита), оценка пульсации артерий стопы была проведена только при поступлении, в последующие дни отсутствует описание местного статуса. При нарастании отрицательной клинической картины не проведена консультация ангиохирурга. При наличии противопоказаний, ФИО1 назначены Потерпевший №1 пероральные сахароснижающие препараты и не назначены инсулины, что привело к нарастанию уремии. В качестве важнейшего компонента комплексной терапии раневой инфекции ФИО1 не была проведена при поступлении первичная хирургическая обработка раны правой нижней конечности Потерпевший №1 Кроме того, ФИО1 назначено использование мазевых повязок (левосин), что было противопоказано Потерпевший №1 Так же ФИО1 нарушена преемственность: при нарастании отрицательной клинической и лабораторной симптоматики в динамике, при отсутствии возможности своевременного и полного выполнения комплекса диагностических и лечебных мероприятий, направленных на восстановление кровотока пораженной конечности, предотвращение потери конечности, с консультацией ангиохирурга, последним Потерпевший №1 не был переведен в медицинскую организацию более высокого уровня в отделение сосудистой хирургии, но и не был своевременно переведен в отделение реанимации (а при отсутствии мест не был обеспечен почасовым контролем за состоянием пациента, контролем всех жизненно-важных функций организма и проведением интенсивной терапии), что привело к ухудшению состояния пациента.

ФИО1, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своего бездействия в виде развития у пациента Потерпевший №1 критической ишемии нижней конечности и почечной недостаточности и наступления смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, с учетом имеющихся профессиональных навыков и опыта работы должен был и мог предвидеть эти последствия, ненадлежащим образом исполняя свои профессиональные обязанности, допустил дефекты обследования и диагностики, имея реальную возможность выставления верного диагноза 

<

данные изъяты>», а также реальную возможность адекватно и своевременно оценить ухудшение состояния здоровья Потерпевший №1, обусловленное дефектами оказания медицинской помощи со стороны ФИО1 и оказать ему дальнейшую качественную медицинскую помощь, необоснованно не назначая при наличии показаний для данного заболевания соответствующее лечение.

Смерть Потерпевший №1 наступила в стационаре ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут.

Из исследованного в ходе судебного следствия заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что причину смерти Потерпевший №1 установить не представляется возможным в связи с резко выраженными гнилостными измерениями трупа.

Из заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что установить причину смерти Потерпевший №1 не представляется возможным, поскольку судебно-медицинское исследование эксгумированного трупа проводилось спустя длительное время (около трёх месяцев) после наступления смерти, в связи с чем тело находилось в стадии выраженных поздних трупных изменений и изъятый для судебно-гистологического исследования материал не информативен, ввиду утраты микроскопической структуры внутренних органов, клинических и лабораторных данных недостаточно для установления объективной причины смерти. Смерть Потерпевший №1 наступила ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут. По результатам судебно-медицинской экспертизы эксгумированного трупа в полной мере достоверно судить о имевшихся у Потерпевший №1 заболеваниях не представляется возможным ввиду выраженных гнилостных изменений трупа, при этом достоверно установлены следующие заболевания: 

<

данные изъяты>. Все указанные заболевания в своём клиническом течении либо через их осложнения могли привести к летальному исходу. В связи с тем, что патологоанатомическое исследование трупа не проводилось, то при судебно-медицинской экспертизе эксгумированного трупа причину смерти установить не представилось возможным.

Из исследованного в ходе судебного следствия заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что в связи с отсутствием достоверных данных макроскопического (секционного) исследования (патологоанатомического, микроскопического (гистологического) исследования, развившиеся аутолитические (гнилостные) изменения согласно данным судебно-медицинской экспертизы эксгумированного трупа – установить истинную причину смерти Потерпевший №1 не представляется возможным. В то же время, комиссия экспертов считает, что согласно данным медицинских документов, с учётом данных судебно-медицинской экспертизы эксгумированного трупа, смерть Потерпевший №1 могла наступить от заболевания 

<

данные изъяты>. Согласно представленным медицинским документам смерть Потерпевший №1 наступила ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут. Согласно представленной амбулаторной медицинской карты Потерпевший №1 страдал следующими заболеваниями: 

<

данные изъяты>. Не представляется возможным установить правильно ли выставлен диагноз смерти при патологоанатомическом исследовании Потерпевший №1, в связи с отсутствием секционного (патологоанатомического) исследования с гистоархивом. Согласно представленной медицинской документации, на госпитальном этапе сотрудники ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» пациенту не был своевременно выполнен весь комплекс лечебных и диагностических мероприятий, что на фоне сахарного диабета привело к критической ишемии нижней конечности и почечной недостаточности. Судебно-медицинской экспертной комиссией установлена причинно-следственная связь между отсутствием оказания специализированной медицинской помощи (бездействием сотрудников (лечащего врача) ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» и наступлением смерти Потерпевший №1

Также в заключении эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № указано, что экспертная комиссия считает, что учитывая отсутствие достоверных данных макроскопического (секционного) – исследования (патологоанатомического, микроскопического (гистологического) исследования и развившиеся аутолитические (гнилостные) изменения согласно данным судебно-медицинской экспертизы эксгумированного трупа – установить истинную причину смерти Потерпевший №1 не представляется возможным. 

Однако, судебно-медицинская экспертная комиссия считает, что согласно данным медицинских документов, с учётом данных судебно-медицинской экспертизы эксгумированного трупа, смерть Потерпевший №1 могла наступить от заболевания – 

<

данные изъяты>). 

Выводы комиссионной повторной судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № являются противоречивыми, поскольку в п. 1 выводов экспертов указано, что установить истинную причину смерти Потерпевший №1 не представляется возможным, в то же время указано, что смерть Потерпевший №1 могла наступить от заболевания 

<

данные изъяты>. В п. 7 выводов указано, что судебно-медицинской экспертной комиссией установлена причинно-следственная связь между отсутствием оказания специализированной медицинской помощи ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» и наступлением смерти Потерпевший №1

В ходе судебного следствия с целью определения причины смерти Потерпевший №1 проведена судебно-медицинская экспертиза в Федеральном Государственном учреждении «Российский центр судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Российской Федерации», из которой следует, что комиссия экспертов пришла к выводу, что достоверно установить причину смерти и подтвердить её результатами собственных исследований морфологического (гистологического) материала и медицинской документации не представляется возможным, Возможность установления причины смерти Потерпевший №1 следует считать утраченной безвозвратно. Поскольку причина смерти Потерпевший №1 не может быть достоверно установлена, то наступление смерти не может рассматриваться комиссией экспертов в качестве неблагоприятного исхода оказания медицинской помощи. Ввиду вышеуказанного сущность неблагоприятного исхода оказания медицинской помощи Потерпевший №1 не может быть установлена. Проанализировав имеющиеся в медицинской документации сведения, комиссия экспертов отметила, что Потерпевший №1 длительное время страдал сахарным диабетом, который привёл к развитию множественных осложнений: диабетической микроангиопатии и макроангиапатии. На момент поступления в ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ у Потерпевший №1, вероятно также имелось осложнение сахарного диабета в виде синдрома диабетической стопы. У Потерпевший №1 в период стационарного лечения в ГБУЗ РК «

<

данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ наличие критической ишемии нижней конечности, а также сепсиса достоверно не подтверждено имеющимися в распоряжении комиссии экспертов сведениями из медицинской документации. Достоверно установить причину смерти Потерпевший №1 ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут комиссия экспертов не смогла, в связи с чем комиссия экспертов не смогла установить наличие или отсутствие причинно-следственной связи между допущенными недостатками медицинской помощи и наступлением смерти Потерпевший №1

В ходе судебного следствия подсудимый ФИО1 вину в совершении указанного преступления не признал и показал, что при поступлении дежурным персоналом (хирургом, терапевтом), принимавшим пациента ДД.ММ.ГГГГ, был выставлен диагноз «

<

данные изъяты>». После совместного обхода с заведующим хирургического отделения ДД.ММ.ГГГГ он получил соответствующую медицинскую документацию пациента, принял его под своё наблюдение и наблюдал до ДД.ММ.ГГГГ, то есть пока он находился на работе. При анализе первичной медицинской документации, им были рассмотрены возможные неблагоприятные исходы течения заболевания, в частности гангрена или сепсис, но за время нахождения Потерпевший №1 под его наблюдением, а также лабораторными данными, указанные патологии не выявлены, в связи с чем диагноз «

<

данные изъяты>» не был выставлен в окончательный диагноз, то есть указанный диагноз не был подтверждён. Во время нахождения пациента под его наблюдением он получал комплексную терапию. Во время нахождения ФИО10 под его наблюдением, состояние пациента расценивалось как средней степени тяжести, без отрицательной динамики, в связи с чем отсутствовала необходимость и показания для применения экстренных мер, направленных на перевозку пациента на более высокий уровень медицинской помощи. Также при поступлении пациент страдал рядом заболеваний, а именно: 

<

данные изъяты>. В ДД.ММ.ГГГГ году пациент перенёс 

<

данные изъяты>, что является достаточно серьёзной патологией. Все вышеперечисленные заболевания являются тяжелыми хроническими заболеваниями и в свою очередь могут привести к усугублению течения любого сопутствующего заболевания. Любое из хронических заболеваний, с которыми Потерпевший №1 поступил в хирургическое отделение могло привести к летальному исходу. 

Также в ходе судебного следствия были допрошены эксперты ФИО16, ФИО11, ФИО12, проводившие экспертизу от ДД.ММ.ГГГГ №., показания которых носят противоречивый и вероятностный характер, в частности эксперт ФИО16 показала, что из-за того, что патологоанатом не вскрывался труп были скрыты причины, из-за которых произошла смерть пациента, в связи с чем причина смерти неизвестна, возможно только предположить причину смерти, исходя из карты пациента, что носит предположительный характер. Эксперт ФИО11 показала, что если бы Потерпевший №1 вовремя ампутировали нижнюю конечность и не развивалась бы картина интоксикационного синдрома и сепсиса, то, возможно Потерпевший №1 имел бы шанс выжить, но точно она сказать не может, поскольку вскрытие трупа не проводилось. Основным диагнозом Потерпевший №1 была ишемия нижних конечностей, которая развилась на фоне сахарного диабета. Это всё ухудшало его состояние на фоне сопутствующей патологии в виде сахарного диабета и из-за того, что вовремя не была ампутирована нижняя конечность развился сепсис, что возможно привело к смерти Потерпевший №1 Эксперт ФИО12 показала, что установить истинную причину смерти Потерпевший №1 не представилось возможным, поскольку отсутствуют сведения секционного исследования, однако учитывая данные медицинских документов, клинических архивов можно предположить, что смерть Потерпевший №1 наступила от осложнений основного заболевания – 

<

данные изъяты> и исходя из медицинской документации, которая велась в больнице таким осложнением была 

<

данные изъяты>.

Таким образом, в ходе судебного следствия по уголовному делу не установлено объективных доказательств, свидетельствующих о причастности подсудимого ФИО1 к совершению преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, при обстоятельствах, изложенных органом предварительного следствия в обвинительном заключении. 

В соответствии с ч.7 ст. 246 УПК РФ если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придёт к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения и излагает суду мотивы отказа. 

С учётом принципа состязательности и равноправия сторон, принимая во внимание, что формирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечивается обвинителем, суд приходит к выводу, что при установленных обстоятельствах, связанных с отказом государственного обвинителя от поддержания обвинения ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, с приведением мотивов отказа от обвинения, уголовное преследование подлежит прекращению по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

В соответствии с положениями п. 2 ч. 2 ст. 133, ст. 134 УПК РФ, подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, имеет право на реабилитацию, в том числе, право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в установленном законом порядке.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 254, 256 УПК РФ, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Прекратить уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1 ФИО23 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО1 ФИО24 состава данного преступления. 

Признать за ФИО1 ФИО25 право на реабилитацию в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения в порядке главы 18 УПК РФ, разъяснив право на возмещение имущественного и морального вреда в порядке, предусмотренном ст.ст. 133-136 УПК РФ.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – отменить. 

Процессуальные издержки отнести за счёт средств федерального бюджета. 

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Крым в течение 15 суток со дня его провозглашения.

Председательствующий Н.К. Степанова