УИД 86RS0014-01-2019-001126-85

Дело № 2-6/2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 февраля 2020 года город Урай

Урайский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе:

председательствующего судьи Орловой Г. К., 

при секретаре Колосовской Н. С., 

с участием

представителя истца адвоката Варюхиной Е. П., действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ со сроком полномочий пять лет,

представителя ответчика ФИО1 - ФИО2, действующей на основании доверенностей от ДД.ММ.ГГГГ со сроком полномочий пять лет с правом передоверия,

представителя ответчика ФИО3 - ФИО2, действующей на основании доверенностей от ДД.ММ.ГГГГ со сроком полномочий три года с правом передоверия,

представителя ответчика ФИО4 ФИО5, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ со сроком полномочий пять лет, 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску ФИО6 к ФИО4, ФИО3, ФИО1 о признании права общей долевой собственности на имущество, взыскании расходов на погребение, взыскании компенсации за имущество,

у с т а н о в и л:

Истец ФИО6 обратилась в суд с указанным иском и дополнениями к нему, мотивировав тем, что проживала совместно без регистрации брака с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с ныне умершим ДД.ММ.ГГГГ П.Е.В.. В период совместного проживания ДД.ММ.ГГГГ составили соглашение, по которому все приобретаемое имущество и денежные накопления принадлежат обоим в равных долях. В период проживания действовали в соответствии с соглашением. За время проживания приобрели:

- земельный участок с недостроенным домом по адресу: 

<

адрес>, строительство которого завершили в 2010 году и в котором проживали. 

- после завершения строительства дома ДД.ММ.ГГГГ выкупили земельный участок у администрации города Урай;

- транспортные средства Рено Логан – ДД.ММ.ГГГГ, Stels 600L – ДД.ММ.ГГГГ; УАЗ—29891-ДД.ММ.ГГГГ, прицеп бортовой ЛАВ-81013А – ДД.ММ.ГГГГ.

В КСП КПК «ЭКПА» на лицевом счете П.Е.В. хранили денежные накопления, на ДД.ММ.ГГГГ их размер составил 

<

данные изъяты> рубля. Полагает, что 1/2 из них в размере 

<

данные изъяты> рубля принадлежит ей.

Она выехала из названного жилого дома, откуда забрала с собой кухонный гарнитур с плитой и духовым шкафом стоимостью 35 000 рублей, которые приобретали совместно с П.Е.В. на совместные денежные средства. Также забрала с собой телевизор Самсунг стоимостью в 5 000 рублей, всего забрала имущества на общую стоимость 40 000 рублей. В доме осталась мебель: диван и два кресла, которые она оценивает в 40 000 рублей, стол и 4 стула – стоимостью 5 000 рублей, морозильная камера Стинол – стоимостью 20 000 рублей, газовая плита стоимостью 5 000 рублей, Общая стоимость всего имущества 70 000 рублей, ? доля принадлежит ей, из которой имущества на 15 000 рублей она уже забрала. Данные предметы мебели и бытовой техники приобретали совместно с П.Е.В. на совместные денежные средства. 

Наследниками П.Е.В. являются его отец и дочери, но организацией похорон П.Е.В. занималась она, все материальные затраты на это также несла она, наследники и другие родственники в организации похорон и несении затрат не участвовали. 

Жилой дом они с П.Е.В. строили по большей части собственными силами, он ей дорог как память о погибшем П.Е.В.. 

Просит с учетом дополнений к исковым требованиям признать за ней право собственности на ? долю:

- в праве собственности на жилой дом кадастровый № и в праве собственности на земельный участок кадастровый №,расположенные по адресу: 

<

адрес>; 

- в праве собственности на транспортные средства RENOULT LOGAN госномер №; STELS 600L госномер №; УАЗ-29891 госномер №; ЛАВ-81013А госномер №. 

Признать за ней право собственности на денежные средства в размере 

<

данные изъяты> рубля, находящиеся на счете пайщика П.Е.В. в Кредитном потребительском кооперативе Кредитный союз потребителей «ЭКПА». 

Взыскать с ответчиков в её пользу также ? долю от разницы в стоимости имущества в виде мебели и бытовой техники в размере 15 000 рублей, расходы, которые она единолично понесла на погребение П.Е.В. в общем размере 177 331,47 рубля, из которых 5 000 рублей – вывоз тела умершего с места происшествия до морга; 54 876.58 рубля – ритуальные услуги, 2000 рублей, 1 296 рублей – приобретение одежды для захоронения; 52 000 рублей, 38 800 рублей, 15 000 рублей - оплата поминального обеда; 2 658 рублей, 3 025,01 рубля, 2 675,88 рубля – расходы на приобретение продуктов питания для поминального обеда в день похорон. 

От ответчиков ФИО4, ФИО3, ФИО1 поступили письменные возражения, согласно которым с иском не согласны, указывают, что являются наследниками первой очереди после умершего ДД.ММ.ГГГГ П.Е.В.. Они подали заявление нотариусу о вступлении в наследство.

Истец не является наследником умершего П.Е.В. соответственно не имеет право на имущество, оставшееся после его смерти.

Представленное истцом соглашение от ДД.ММ.ГГГГ вызывает у них сомнение в подлинности выполнения подписи на этом соглашении самим П.Е.В.. При жизни П.Е.В., общаясь с отцом, детьми и бывшей супругой заявлял, что у него не было намерений оформлять брачные отношения с ФИО6. Он говорил, что все имущество, которое он приобретает, это имущество приобретается на его денежные средства. Он не состоял в брачных отношениях с ФИО6, а встречался с ней как с женщиной, которая иногда проживала у него. Кроме неё П.Е.В. встречался с другими женщинами. Он был очень скурпулезным по отношению к деньгам, технике, недвижимости, в связи с чем, приобретая имущество, он все оформляя на себя единолично. Денежные средства складывал на своем счете.

Документы, подтверждающие возникновение права собственности у ФИО6 отсутствуют. На их обращение об освобождении земельного участка и жилого дома, о передаче ключей, 03.08.2019 года ФИО6 в добровольном порядке освободила дом, передала ключи от жилого дома, хозпостроек и автотехники. Все комнаты в доме были пустые, мебель была вся вывезена, из мебели остались только диван и стол.

В момент передачи жилого дома и ключей Истец не высказывала каких-либо прав на наследственное имущество, оставшееся после смерти П.Е.В., не говорила о наличии у неё какого-либо соглашения с П.Е.В., не показывала его. При передаче ключей предлагала заключить соглашение о том, что наследники не будут претендовать на деньги в сумме 346 423 рубля, которые были сняты ею после смерти П.Е.В., взамен она обещала передать коробку со всеми документами, которые до настоящего времени она удерживает у себя. По заявлению ФИО2 30.09.2019 было возбуждено уголовное дело по факту снятия ФИО6 денежных средств с банковского счета умершего П.Е.В. в сумме 346 423,18 рубля. 

Доказательств, подтверждающих факт её участия в приобретении спорного имущества, оформленного на имя П.Е.В. путем вложения собственных денежных средств истцом ФИО6 не представлено.

Ответчики просили в удовлетворении иска ФИО6 отказать в полном объеме.

Истец ФИО6, ответчики ФИО7, ФИО1, ФИО3, третье лицо нотариус г. Урай ФИО8 в судебное заседание не явились, были извещены о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, ходатайств об отложении не представили, об уважительных причинах неявки суд не известили. Истец и ответчики направили в судебное заседание своих представителей. Третье лицо просил о рассмотрении дела в его отсутствие, оставив разрешение иска на усмотрение суда. В силу статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие сторон и третьего лица.

Представитель истца ФИО6 - Варюхина Е. П. в судебном заседании исковые требования ФИО6 поддержала в полном объеме по доводам искового заявления. Дополнила о том, что ФИО6 принимала личное участие в строительстве жилого дома и благоустройстве земельного участка, приобретении автотехники. Заключая в 2003 году соглашение с П.Е.В., истец определила порядок последующей регистрации на имущество, считая, что она обеспечивает себя и это гарантирует ей право на имущество. Она добросовестно заблуждалась относительно правовой природы образования собственности, полагала, что у неё нет препятствий в последующем оформить это имущество на себя.

Те денежные средства, которые зарабатывала ФИО6, тратились на семейные нужды, на строительство дома, сбережений лично она не имела. Все накопления шли на счет П.Е.В.. Представленные суду расписки, договоры подтверждают, что ФИО6 расплачивалась со строителями дома, ездила за техникой, которая приобреталась на имя П.Е.В.. Наличие мебели и бытовой техники в жилом доме подтверждают фотографии и свидетели. Доказательств их стоимости у неё нет. Факт постоянного совместного проживания ФИО6 с П.Е.В. подтверждается сообщением органа опеки и попечительства, согласно которому постоянно проводилось обследование условий жизни несовершеннолетней, находящейся под опекой у ФИО6, которая, как и дочь Поповой, также проживала в доме по 

<

адрес>.

Соглашение относительно имущества между ФИО6 и П.Е.В. заключалось в 2003 году в г. Урае в присутствии юриста, фамилию которого ФИО6 не помнит.. Других присутствующих не было.

Похоронами П.Е.В. занималась только она, наследники и родственники в этом не участвовали, все материальные затраты понесла также только она. 

Также представитель истца оспорила заключение почерковедческой экспертизы, обосновав это тем, что судом не были получены экспериментальные образцы почерка П.Е.В., эксперту были представлены образцы почерка П.Е.В., выполненные им не в тот период времени, когда было подписано соглашение между П.Е.В. и Поповой. 

Просила иск ФИО6 удовлетворить в полном объеме. 

Представители ответчиков ФИО5 и ФИО2 в судебном заседании иск ФИО6 не признала по доводам письменных возражений. Дополнили о том, что П.Е.В. кроме основной работы, занимался сбором дикоросов, был охотником, отчего имел дополнительный доход. По результатам почерковедческой экспертизы подпись в соглашении от 2003 года, которое представила суду истец, П.Е.В. не принадлежит.

Относительно расходов на погребение пояснили, что ответчики не участвовали в этом, похоронами занималась ФИО6, но это она делала на деньги, которые сняла со счета П.Е.В., а также ей передавались 100 000 рублей братом П.Е.В. Сергеем и 120 000 рублей – деньги с работы были переданы ей через брата Владимира. Просили в удовлетворении иска отказать в полном объеме.

Ответчик ФИО9, участвующий в ходе судебного разбирательства, отрицал совместное проживание его сына П.Е.В. с ФИО6, видел её один раз. Иск не признавал, просил в иске отказать. 

Выслушав представителей сторон, лиц, участвующих в деле, свидетелей С.В.Л., Ю.Н.П., Г.И.А., К.Л.А., Ш.Е.А., Ш.С.И., К.Е.С., Т.А.П., К.С.А., К.С.Д., исследовав материалы дела, оценив в совокупности со ст. 67 ГПК РФ объяснения стороны и представленные ими доказательства, суд приходит к следующему:

Как установлено судом и из материалов дела, в том числе наследственного дела № (л.д. 34-176 том 2), следует, что ДД.ММ.ГГГГ умер П.Е.В. (л.д. 17 том 2), наследниками после смерти которого являются его отец ФИО4, дети ФИО1 и ФИО3, являющиеся ответчиками по настоящему делу, которые заявили о себе, подав соответствующие заявления нотариусу нотариального округа город Урай ФИО8 (л.д. 36-39 том 2).

По договору купли-продажи незавершенного строительством объекта от ДД.ММ.ГГГГ П.Е.В. приобрел в собственность незавершенный строительством объект – объект индивидуального жилищного строительства (л.д. 13,14 том 1), заключил договор аренды земельного участка № от ДД.ММ.ГГГГ под указанный объект площадью 1 190 кв. м (л.д. 15-16 том 1), а впоследствии, ДД.ММ.ГГГГ приобрел его в собственность по договору купли-продажи № (л.д. 17 том 1). Почтовый адрес объекта: 

<

адрес>.

Право собственности на земельный участок согласно сведениям из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним зарегистрировано за П.Е.В. ДД.ММ.ГГГГ, что следует из выписки из Единого государственного реестра недвижимости, представленной в адрес нотариуса (л.д. 54-56, 57 том 2). 

Право собственности на объект индивидуального жилищного строительства – жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес> зарегистрировано за П.Е.В. ДД.ММ.ГГГГ, что следует из выписки из Единого государственного реестра недвижимости, представленной в адрес нотариуса (л.д. 72-74 том 2). 

Также в собственности П.Е.В. находились транспортные средства по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 12-16 том 3) автомобиль Рено Логан госномер №; автомобиль УАЗ-29891 госномер № с ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 20-21 том 1); прицеп бортовой ЛАВ-81013А госномер № с ДД.ММ.ГГГГ, и самоходная машина - снегоход STELS 600L госномер № с ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 18-20 том 3), что не оспаривается сторонами. 

Сведения о П.Е.В., как о собственнике транспортных средств, внесены в паспорта транспортных средств и паспорт самоходной машины (л.д. 18, 20, 22-24,25,27 том 1), указанные средства поставлены на учет в органах ГИБДД и Гостехнадзора г. Урая на его имя, что подтверждается свидетельствами о регистрации (л.д. 19, 21, 26, 28 том 1) и карточками учета транспортных средств, представленных нотариусу (л.д. 101, 102, 103 том 1). 

Также П.Е.В. имел сбережения, являясь пайщиком кредитного потребительского кооператива «Кредитный союз потребителей «ЭКПА», которые хранил на счете. Согласно справке указанного кооператива по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ (день смерти П.Е.В.) размер сбережений составлял 

<

данные изъяты> рубля (л.д. 8 том 2). 

Настоящий спор возник в связи с тем, что, по мнению истца ФИО6, за ней должно быть признано право собственности на 1/2 долю в праве собственности на жилой дом и земельный участок по адресу: 

<

адрес>, на вышеуказанные транспортные средства и признано право на вышеуказанные сбережения в размере 1 020 424,10 рубля, а также взыскана компенсация в размере 15 000 рублей за мебель и бытовую технику в виде диван и двух кресел, которые она оценивает в 40 000 рублей, стола и 4 стульев – стоимостью 5 000 рублей, морозильной камеры Стинол – стоимостью 20 000 рублей, газовой плиты, которые остались в доме, поскольку данное имущество было приобретено в период ее совместного проживания с П.Е.В. без регистрации брака за счет совместных денежных средств и при их совместном вложении труда, в целях формирования долевой собственности с П.Е.В. по соглашению от ДД.ММ.ГГГГ. Также считает, что с ответчиков, как наследников, должны быть взысканы расходы в размере 177 331,47 рубля, которые она понесла по организации похорон и погребению П.Е.В..

Разрешая спор, суд установил из справок отдела ЗАГС администрации города Урай (л.д. 13- 16 том 2) о том, что П.Е.В. с 05.10.2002 года и на день смерти – ДД.ММ.ГГГГ в браке не состоял. 

Из показаний допрошенных свидетелей С.В.Л., Ш.Е.А., К.С.А., Ш.С.И., К.Е.С., Т.А.П., К.С.Д., а также из письменных доказательств и фотографий, представленных стороной истца, следует, что П.Е.В. и ФИО10 на момент приобретения вышеперечисленного недвижимого имущества и транспортных средств проживали совместно, вели общее хозяйство.

Справка начальника отдела опеки и попечительства администрации города Урай от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой по адресу: 

<

адрес>, с момента назначения опеки (постановление администрации города Урай от ДД.ММ.ГГГГ №) совместно с попечителем ФИО6 и до наступления совершеннолетия проживала Н.Ю.Р., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, подтверждает показания вышеперечисленных свидетелей.

Показания названных свидетелей также подтверждаются:

- оригиналами расписок гражданина З.М.М. от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым он получил от ФИО6 480 000 рублей за строительные работы и 140 000 рублей за отделку по адресу: 

<

адрес> (л.д. 29, 30 том 3).

- оригиналом договора от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного ФИО6 с индивидуальным предпринимателем ФИО11 на установку девяти окон с предварительной оплатой в размере 50 500 рублей по адресу: Юго-Восточный 2-я очередь участок 41 (л.д. 26-28 том 3).

Адрес г. Урай, 

<

адрес> соответствует адресу незавершенного строительством объекта, который приобрел в собственности по договору купли -продажи ДД.ММ.ГГГГ П.Е.В. (л. 13-14 том 1), и которому в последующем был присвоен адрес: 

<

адрес>. 

При этом показания свидетелей К.Л.А. и Г.И.А., согласно которым им было известно, что П.Е.В. проживал в жилом доме один, судом не принимаются, поскольку опровергаются совокупностью вышеизложенных доказательств. 

Вместе с тем, суд учитывает положения пункта 2 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которому признается брак, заключенный только в органах записи актов гражданского состояния. 

Согласно статье 10 Семейного кодекса Российской Федерации брак заключается в органах записи актов гражданского состояния. Права и обязанности супругов возникают со дня государственной регистрации заключения брака в органах записи актов гражданского состояния.

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 мая 1995 г. N 26-О, правовое регулирование брачных отношений в Российской Федерации осуществляется только государством. В настоящее время закон не признает незарегистрированный брак и не считает браком сожительство мужчины и женщины. Оно не порождает правовых последствий и потому не устанавливается судами в качестве факта, имеющего юридическое значение.

В связи с чем, на имущественные отношения лиц, проживавших совместно, но не состоящих в браке, не распространяется режим совместной собственности супругов и положения статей 34, 39 Семейного кодекса Российской Федерации, предусматривающие возможность раздела между супругами общего имущества. Данные правоотношения регулируются нормами гражданского законодательства, содержащимися, в частности, в главе 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей основания приобретения права собственности, и в главе 16 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующей вопросы общей собственности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу статьи 244 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность). Общая собственность на имущество является долевой, за исключением случаев, когда законом предусмотрено образование совместной собственности на это имущество. Общая собственность возникает при поступлении в собственность двух или нескольких лиц имущества, которое не может быть разделено без изменения его назначения (неделимые вещи) либо не подлежит разделу в силу закона. Общая собственность на делимое имущество возникает в случаях, предусмотренных законом или договором. По соглашению участников совместной собственности, а при недостижении согласия по решению суда на общее имущество может быть установлена долевая собственность этих лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 252 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, находящееся в долевой собственности, может быть разделено между ее участниками по соглашению между ними.

Исходя из вышеприведенных норм материального права, спорное имущество могло быть признано общей долевой собственностью лишь при доказанности, что между П.Е.В. и ФИО6 было достигнуто соглашение (договоренность) о создании долевой собственности.

Показания допрошенных судом свидетелей о совместном проживании ФИО6 и П.Е.В., о ведении ими общего хозяйства без регистрации брака, не свидетельствуют о наличии соглашения между ними на создание общей собственности

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

Истец ФИО6 в подтверждение возникновения общей долевой собственности с П.Е.В. на спорное имущество в виде объектов недвижимости, транспортных средств, мебели и бытовой техники, денежных средств представила соглашение от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 10 том 1), согласно которому они подтверждают, что с ДД.ММ.ГГГГ находятся в брачных отношениях. Имущество, приобретаемое сторонам с момента подписания соглашения, осуществляется на совместные денежные средства с вложением каждой стороны в приобретение имущества по 50% от стоимости этого имущества. 

На любое имущество приобретенное сторонами с момента подписания настоящего соглашения действует режим долевой собственности. Доли в собственности в имуществе каждой стороны, приобретенном с момента подписания настоящего соглашения, являются равными по одной второй у каждой стороны.

Согласно указанному соглашения его стороны также определили, что денежные средства, которые они накапливают с момента подписания настоящего соглашения являются равными по одной второй у каждой стороны. Доля вложений в накопления, хранящиеся на банковских счетах у каждой из сторон являются равными по одной второй доле у каждой стороны.

Также определено, что настоящее соглашение действует до момента прекращения брачных отношений между сторонами. 

Однако суд не может принять данное соглашение в качестве безусловного основания возникновения у истца ФИО6 права собственности на заявленное имущество.

Суд исходит из вышеприведенных положений закона, в частности о том, что, признается только брак, заключенный в органах записи актов гражданского состояния. Следовательно, брачные отношения возникают лишь с момента государственной регистрации брака в соответствии с нормами семейного законодательства Российской Федерации. 

Согласно ст. 8 Гражданского кодекса РФ, гражданские прав возникают, в том числе, из договоров, предусмотренных законом, а также из договоров, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Следовательно, оснований считать, что между П.Е.В. и ФИО6 возникли брачные отношения, не имеется. Имело место лишь их сожительство, которое, в свою очередь, не порождает правовых последствий и потому не устанавливается судами в качестве факта, имеющего юридическое значение. 

Истец претендует на признание права собственности в размере ? доли на объекты недвижимого имущества, в частности, жилой дом, который как она заявила, строили совместными силами с П.Е.В., вкладывая собственные денежные средства.

Между тем, что в силу ст. 219 Гражданского кодекса РФ, право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

Как установлено в ходе судебного разбирательства право собственности на жилой дом и земельный участок под ним зарегистрированы лишь за П.Е.В.. Сведения о регистрации права собственности за ФИО6 на указанные объекты недвижимости в Едином государственном реестре прав на недвижимость отсутствуют. При этом истец ФИО6 не представила суду доказательств, которые бы объективно препятствовали ей стать участником договора купли-продажи объекта незавершенного строительства – жилого дома, и в последующем земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, наравне с покупателем П.Е.В.. 

Представленные письменные доказательства о несении затрат по производству строительных и отделочных работ в жилом доме, приобретение строительных и отделочных материалов, свидетельские показания о личном участии ФИО6 в строительстве жилого дома и освоении земельного участка не подтверждают факта того, что ФИО6 стал участником общей долевой собственности на названные объекты недвижимости с учетом того, что она при регистрации права собственности в органах Росреестра не заявила о себе как о долевом участнике.

Также истцом не представлено доказательств тому, что она производила денежные вложения в приобретение спорного движимого имущества. Представив справки о своих доходах за период с 2002 года по 2018 год (л.д. 41-57 том 1) и доходах П.Е.В. за период с 2008 года по 2019 год (л.д. 30-40 том 1), истец не представила сведений о том, куда направлялись эти доходы, учитывая, что на иждивении у ФИО6, как установлено судом, находилось двое несовершеннолетних детей.

Не представлено доказательств тому, что ФИО6 имела возможность вкладывать свои доход в размере 50 % стоимости приобретаемого имущества. 

Не представлено истцом и доказательств наличия таких причин, которые препятствовали ей быть включенной в договор купли-продажи транспортных средств и снегохода в качестве покупателя.

Кроме того, представленное суду соглашение от ДД.ММ.ГГГГ не может быть принято в качестве бесспорного доказательства по результатам почерковедческой экспертизы, которая была назначена на основании определения суда от 31 октября 2019 года, производство которой было поручено экспертам межрайонного отдела по обслуживанию Урайской зоны ЭКЦ УМВД России по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (л.д. 74-78 том 3). 

Так, по согласно выводам заключения эксперта № от 18.12.2019 подлежащий исследованию документ – согласие от ДД.ММ.ГГГГ является оригиналом, а не копией документа, что удовлетворяет условиям проведения почерковедческой экспертизы согласно существующей методике. Подпись, выполненная от имени П.Е.В. в соглашении от ДД.ММ.ГГГГ вероятно, выполнена не П.Е.В., образцы подписи которого представлены на экспертизу, а другим лицом (л.д. 110-119 том 3).

Доводы представителя истца Варюхиной Е. П. о том, что названная экспертиза не может быть принята судом в качестве доказательства, поскольку экспериментальные образцы почерка П.Е.В. не отбирались, а представленные образцы его почерка имели место быть в другом временном промежутке, отличном от даты составления соглашения, судом не принимаются. Суд исходит из того, что экспериментальные образцы почерка П.Е.В. не могли быть отобраны в связи с его смертью и поэтому в качестве свободных образцов его подписи были представлены запрошенные с его места работы письменные документы, в которых содержалась его подпись, и письменные доказательства, которые представила сторона истца и в которых содержалась подпись П.Е.В., что ею не отрицалось. Данные письменные документы, содержат подпись П.Е.В., начиная с 2008 года, что относительно 2003 года является небольшим временным промежутком. Иных образцов подписи за период с 2003 года сторона истца не представила. Эксперт, составивший заключение, принял данные письменные документы в качестве образцов подписи П.Е.В. и провел их анализ, что отражено заключении эксперта.

Иных письменных доказательств в соответствии со ст. 162 Гражданского кодекса РФ тому, что ФИО6 и П.Е.В. достигли соглашение о приобретении имущества в долевую собственность, стороной истца суду не представлено. Согласно указанной норме несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и её условий на свидетельские показания. 

Таким образом, на момент приобретения спорного имущества в зарегистрированном браке ФИО6 и П.Е.В. не состояли, совместное проживание и ведение общего хозяйства на момент приобретения имущества бесспорно не свидетельствует о возникновении совместной собственности указанных лиц на имущество, приобретенное в данный период одним из них, поскольку режим совместной собственности установлен законом лишь для супругов, в связи с чем, намерение иных лиц создать совместную собственность, приобрести имущество в совместную либо долевую собственность, должно быть подтверждено достоверными и допустимыми доказательствами.

Более того, сожительство ФИО6 и П.Е.В., независимо от его продолжительности, не создает какой-либо общей собственности, в том числе долевой. В таких случаях возникающие между сожителями имущественные отношения регулируются не семейным законодательством, а гражданским. В частности, к данным отношениям должны применяться нормы Гражданского кодекса Российской Федерации об общей долевой собственности. Споры о разделе имущества лиц, являющихся сожителями, разрешаются с учетом степени участия каждого из них в создании или приобретении такого имущества. Законом также не предусмотрено, что имущество, приобретенное лицом, находящимся в сожительстве с другим лицом, поступает в их общую собственность.

По смыслу п. п. 2 и 4 ст. 244 и п. п. 1 и 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ, при обращении с требованием о признании права общей собственности истец должен доказать, что обе стороны согласовали в договоре либо иным образом выразили свою волю на поступление имущества в общую собственность, либо то, что поступление имущества в общую собственность предусмотрено законом, а также то обстоятельство, что лицо, требующее признания за ним права собственности, изначально имело намерение получить данное имущество в свою собственность, в частности создавало либо приобретало его для себя.

При таких обстоятельствах, в удовлетворении исковых требований ФИО6 о признании за ней права собственности на ? долю в праве собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>; в праве собственности на транспортные средства и снегоход; о признании за ней право собственности на денежные средства в размере 

<

данные изъяты> рубля, находящиеся на счете пайщика П.Е.В. в Кредитном потребительском кооперативе Кредитный союз потребителей «ЭКПА» и взыскании с ответчиков в её пользу ? долю от разницы в стоимости имущества в виде мебели и бытовой техники в размере 15 000 рублей. следует отказать.

Относительно мебели и бытовой техники суд отмечает, что стороной истца не представлено доказательств, кроме свидетельских, наличия данного имущества, а также его совместное с П.Е.В. приобретение. Не представлены суду индивидуальные признаки данного имущества, по которым возможно было бы определить существование данного имущества. Также не представлено доказательств его рыночной стоимости. 

Вместе с тем, суд считает, что подлежит удовлетворению иск ФИО6 о взыскании с ответчиков расходов на организацию похорон и погребение П.Е.В..

Ответчики не отрицают того, что ФИО6 понесла затраты на организацию похорон и погребение П.Е.В.. Они в этом участия не принимали, как наследники расходы на погребение наследодателя П.Е.В. не понесли. Их доводы том, что ФИО6 передавались денежные средства другими родственниками П.Е.В. подтверждают факт того, что сами ответчики в таких расходах не участвовали. Доказательства тому, что эти денежные средства принадлежали им ответчики не представили. 

С учетом положений ст. 1153 Гражданского кодекса РФ, в соответствии с которой ответчики путем подачи заявления нотариусу по месту открытия наследства подтвердили принятие наследства П.Е.В., следовательно, они обязаны за счет наследства в пределах его стоимости, возместить ФИО6 необходимые расходы на погребение наследодателя. 

Правоотношения, связанные с погребением, регламентированы Федеральным законом от 12.01.1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», статья 3 которого определяет погребение, как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, в склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

В силу ст. 5 Федерального закона "О погребении и похоронном деле" вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

Как следует из представленных истцом письменных доказательств она понесла расходы на вывоз тела П.Е.В. с места происшествия до морга в размере 5 000 рублей, что подтверждается товарным чеком индивидуального предпринимателя ФИО12 от 19.04.2019 (л.д. 212 том 2).

Также истец ФИО6 заключила договор № от 20.04.2019 года на оказание ритуальных услуг по организации похорон П.Е.В. с ООО «Ритуальные услуги» (л.д. 214 том 2), оплатив по счету заказу № от 20.04.2019 (л.д. 213 том 2) 54 876,58 рублей, что подтверждается кассовым чеком (л.д. 215 том 2).

Суд считает обоснованными расходы истца в размере 2000 рублей– приобретение одежды для захоронения, что подтверждается кассовым чеком ИП ФИО13 (л.д. 216 том 2)

Указанные расходы истца в общем размере 61 876,58 рубля суд считает подлежащими взысканию с ответчиков в её пользу в равных долях с каждого. Суд учитывает, что общая стоимость наследственного имущества превышает размер расходов на погребение, что следует из материалов наследственного дела (л.д. 34-176 том 2)

Понесенные истцом расходы на сумму 1 296 рублей (л.д. 216 том 2); на сумму 52 000 рублей и 38 800 рублей (л.д. 218 том 2), 15 000 рублей (л.д. 217 том 2) на оплату поминальных обедов; на сумму 2 658 рублей, 3 025,01 рубля, 2 675,88 рубля – расходы на приобретение продуктов питания для поминального обеда в день похорон (л.д. 217 том 2) суд считает не подлежащим возмещению истцу за счет ответчиков, поскольку представленные доказательства в виде кассовых чеков не подтверждают факт проведения поминальных обедов и приобретение продуктов питания для поминального обеда в день похорон, так как они не содержат об этом указания. 

Таким образом, с ответчиков в пользу истца подлежат взысканию расходы, связанные с погребением П.Е.В., умершего ДД.ММ.ГГГГ, в размере 20 625,53 рубля с каждого.

Ходатайств истцом о взыскании судебных расходов не заявлялось. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО6 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, в пользу ФИО6 расходы, связанные с погребением П.Е.В., умершего ДД.ММ.ГГГГ, в размере 20 625,53 рубля (двадцать тысяч шестьсот двадцать пять рублей 53 копейки). 

Взыскать с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес>, в пользу ФИО6 расходы, связанные с погребением П.Е.В., умершего ДД.ММ.ГГГГ, в размере 20 625,53 рубля (двадцать тысяч шестьсот двадцать пять рублей 53 копейки).

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес>, в пользу ФИО6 расходы, связанные с погребением П.Е.В., умершего ДД.ММ.ГГГГ, в размере 20 625,53 рубля (двадцать тысяч шестьсот двадцать пять рублей 53 копейки).

В удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФИО4, ФИО3, ФИО1 о признании права общей долевой собственности на имущество, взыскании компенсации за имущество отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в течение одного месяца со дня составления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционных жалоб через Урайский городской суд.

Решение в окончательной форме составлено 03 марта 2020 года.

Председательствующий судья Г. К. Орлова