ЛЕНИНСКИЙ РАЙОННЫЙ СУД ГОРОДА СТАВРОПОЛЯ

Дзержинского ул., д. 235, г. Ставрополь, 355003 

тел.: (8652) 71 47 06, факс (8652) 35 60 94

http:// http://lenynsky.stv.sudrf.ru е-mail: lenynsky.stv@sudrf.ru

дело №2-2426/2021

УИД 26RS0002-01-2019-006392-03

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 июня 2021 г. г.Ставрополь 

Ленинский районный суд г.Ставрополя Ставропольского края в составе 

председательствующего судьи Поповой Ю.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Кубаевой Ф.А., 

с участием представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО2 и представителя ответчика СПАО «Ингосстрах» по доверенности ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к СПАО «Ингосстрах» о взыскании страхового возмещения, неустойки, штрафа и судебных расходов, 

установил:

24 октября 2019 г. ФИО1, действуя через представителя по доверенности ФИО4, обратилась в суд с иском к СПАО «Ингосстрах» о взыскании страхового возмещения, неустойки, штрафа и судебных расходов.

В обоснование требований указано, что 2 марта 2019 г. на 

<

адрес обезличен> в районе 

<

адрес обезличен> произошло дорожно-транспортное происшествие (далее ДТП) с участием трех транспортных средств: 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак 

<

номер обезличен> под управлением ФИО5, 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак 

<

номер обезличен> под управлением ФИО6 и 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак 

<

номер обезличен> под управлением ФИО7 Автомобили получили механические повреждения.

30 октября 2018 г. в отношении транспортного средства (далее ТС) 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак 

<

номер обезличен> заключен договор добровольного страхования по риску «Ущерб» и «Хищение» между страховщиком СПАО «Ингосстрах» и страхователем – истцом ФИО1, страховой полис серии 

<

номер обезличен> 

<

номер обезличен>.

20 марта 2019 г. истцом заявлено о страховом случае, в адрес страховщика СПАО «Ингосстрах» переданы все необходимые документы для оформления выплатного дела, 21 марта 2019 г. подано заявление о проведении дополнительного осмотра поврежденного ТС.

Заявленный случай признан страховым (номер убытка 

<

номер обезличен>), ответчиком выдано направление на СТОА официального дилера КИА ООО «СБСВ-КЛЮЧАВТО КМВ».

17 июня 2019 г. сотрудниками ООО «СБСВ-КЛЮЧАВТО КМВ» сообщена информация, что страховщик СПАО «Ингосстрах» согласовал лишь частично заявленные повреждения, необоснованно исключив большую часть.

Полагая такие действия СПАО «Ингосстрах» противоправными, истцом принято решение забрать машину с СТОА официального дилера КИА ООО «СБСВ-КЛЮЧАВТО КМВ» до момента включения страховщиком всех повреждений ТС 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак 

<

номер обезличен>, полученных в результате ДТП 2 марта 2019 г. и подлежащих в соответствии с условиями договора КАСКО серии 

<

номер обезличен> 

<

номер обезличен> восстановительному ремонту.

1 июля 2019 г. в СПАО «Ингосстрах» подана претензия с требованиями в десятидневный срок согласовать с СТОА официального дилера КИА ООО «СБСВ-КЛЮЧАВТО КМВ» необоснованно исключенные повреждения, а именно: задняя правая цапфа, задние правые поперечные развальные рычаги (2 шт.), задние правые поперечные неразвальные рычаги (3 шт.), заднее стекло, молдинг стойки, колесо, парктроники и крышка багажника, и приступить в кратчайшие сроки к восстановительному ремонту застрахованного ТС 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак 

<

номер обезличен>.

Однако указанные требования оставлены без внимания.

Для установления стоимости восстановительного ремонта автомобиля истец обратился к независимому оценщику ООО «Эксперт Групп», согласно отчету 

<

номер обезличен> которого стоимость ремонта указанного ТС без учета износа составляет 567 555 рублей 38 копеек, утрата товарной стоимости (далее УТС) - 59 850 рублей.

Расходы, понесенные истцом на оплату услуг оценщика, составили 8 000 рублей.

4 октября 2019 г. страховщику вручена вторая претензия с требованием произвести выплату страхового возмещения в размере 627 405 рублей 38 копеек, неустойки в размере 82 060 рублей, а также возместить вынужденные расходы на оценщика в размере 8000 рублей. Указанная претензия также оставлена ответчиком без внимания.

Страховая премия по договору 

<

номер обезличен> 

<

номер обезличен> составила 82 060 рублей.

Период просрочки с 1 апреля 2019 г. (первый рабочий день по истечении 30 рабочих дней с момента представления страховщику необходимых документов страхователем) по 26 сентября 2019 г. (дата подачи второй претензии) равен 179 дням.

Таким образом, размер неустойки составляет 440 662 рубля из расчета: 82060x3/100x179. Поскольку сумма неустойки не может превышать сумму страховой премии, подлежащая выплате неустойка составляет 82 060 рублей.

Истец оценивает причиненный ему ответчиком моральный вред в размере 100 000 рублей.

Представитель истца ФИО4 просил взыскать с СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО1 страховое возмещение в размере 567 555 рублей 38 копеек, величину УТС в размере 59 850 рублей, расходы по оплате независимой оценки в размере 8000 рублей, неустойку в размере 82 060 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству истца по делу назначена судебная экспертиза с поручением ее проведения ООО Центр Экспертиз «Лидер», согласно заключению 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> которого стоимость восстановительного ремонта ТС истца, поврежденного в результате ДТП 2 марта 2019 г., без учета износа составила 384 581 рубль 50 копеек, величина УТС - 38 475 рублей.

Уточнив в связи с этим исковые требования, представитель истца по доверенности ФИО8 просил взыскать с СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО1 страховое возмещение в размере 384 581 рубль 50 копеек, величину УТС в размере 38 475 рублей, расходы по оплате независимой оценки в размере 8 000 рублей, неустойку в размере 82 060 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей.

В письменных возражениях на исковое заявление представитель СПАО «Ингосстрах» по доверенности ФИО9 считает исковые требования необоснованными ввиду допущенного истцом злоупотребления правом, поскольку заявленное истцом событие не является страховым случаем, а потому оснований для взыскания страхового возмещения и производных от него требований не имеется, просит в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Решением Ленинского районного суда г. Ставрополя от 4 марта 2020 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 12 августа 2020 г., исковые требования ФИО1 к СПАО «Ингосстрах» удовлетворены частично.

С СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО1 взысканы: страховое возмещение в размере 354 581 рублей, УТС в размере 38 475 рублей, неустойка в размере 25 000 рублей, штраф в размере 100 000 рублей, расходы по оплате экспертизы в размере 8 000 рублей, компенсация морального вреда в размере 1000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 8000 рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований ФИО1 к СПАО «Ингосстрах» о взыскании расходов по оплате экспертизы в размере 30 000 рублей, неустойки в размере 57 060 рублей, компенсации морального вреда в размере 99 000 рублей, штрафа в размере 96 528 рублей, расходов по оплате услуг представителя в размере 17 000 рублей отказано.

Определением Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 17 февраля 2021 г. решение Ленинского районного суда г. Ставрополя от 4 марта 2020 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 12 августа 2020 г. отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Истец ФИО1, представитель третьего лица АО «Кредит Европа Банк», будучи надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в судебного заседание не явились, сведений об уважительности причин неявки не представили и не просили об отложении дела слушанием, в связи с чем суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных участников процесса на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ).

В судебном заседании представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО2 заявила ходатайство о назначении по делу повторной судебной комплексной экспертизы, представив заключение специалиста ФИО10 от 

<

дата обезличена> – рецензию на заключение судебной комплексной автотехнической и транспортно-трасологической экспертизы АНО «Северо-Кавказский институт экспертиз и исследований» 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена>, проведенной на основании определения суда, уточненные исковые требования поддержала и просила их удовлетворить, положив в основу решения суда выводы судебной экспертизы ООО Центр Экспертиз «Лидер».

В судебном заседании представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» по доверенности ФИО3 просил отказать в удовлетворении ходатайства представителя истца о назначении повторной судебной комплексной экспертизы и отказать в удовлетворении иска по доводам, изложенным в возражениях на исковое заявление, в основу судебного решения суда просил положить выводы судебной экспертизы АНО «Северо-Кавказский институт экспертиз и исследований».

Суд, выслушав участников процесса, исследовав письменные доказательства по делу, оценив представленные доказательства в их совокупности, приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации установлено, что каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Исходя из положений статей 12 и 56 ГПК РФ, гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая из сторон должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как основания своих требований и возражений.

В силу пункта 3 статьи 3 Закона РФ от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» добровольное страхование осуществляется на основании договора страхования и правил страхования, определяющих общие условия и порядок его осуществления. Правила страхования принимаются и утверждаются страховщиком или объединением страховщиков самостоятельно в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее ГК РФ) и данным Законом и содержат положения о субъектах страхования, об объектах страхования, о страховых случаях, о страховых рисках, о порядке определения страховой суммы, страхового тарифа, страховой премии (страховых взносов), о порядке заключения, исполнения и прекращения договоров страхования, о правах и об обязанностях сторон, об определении размера убытков или ущерба, о порядке определения страховой выплаты, о сроке осуществления страховой выплаты, а также исчерпывающий перечень оснований отказа в страховой выплате и иные положения.

На основании пункта 2 статьи 9 вышеназванного Закона РФ от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Статьей 310 ГК РФ установлено, что односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. 

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести, для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как следует из материалов дела, ФИО1 является собственником автомобиля 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак 

<

номер обезличен>

2 марта 2019 г. в 17 час 50 мин на 

<

адрес обезличен> в районе 

<

адрес обезличен> произошло ДТП с участием принадлежащего истцу автомобиля 

<

данные изъяты> под управлением ФИО5, а также автомобилей 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак 

<

номер обезличен> под управлением ФИО6 и 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак 

<

номер обезличен> под управлением ФИО7 

На момент ДТП автомобиль ФИО1 был застрахован на условиях добровольного страхования в СПАО «Ингосстрах» по полису серии 

<

номер обезличен> 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> (т.1 л.д.11), в связи с чем истец обратился с заявлением к ответчику о выплате страхового возмещения за причиненный автомобилю вред (повреждения).

После произведенного 27 ноября 2018 г. ответчиком осмотра транспортного средства истца заявленный случай признан страховым, истцу выдано направление на ремонт (т.1 л.д.19), из которого следует, что страховщиком согласован ремонт в ООО «СБСВ-КЛЮЧАВТО КМВ», но с исключением большей части повреждений транспортного средства, которые признаны не относящимися к страховому случаю.

Не согласившись с такими действиями, истец отказался от ремонта и обратился к независимому оценщику ООО «Эксперт Групп», согласно отчету 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> которого стоимость ремонта ТС без учета износа составляет 567 555 рублей 38 копеек, УТС - 59 850 рублей (т.1 л.д.28-63).

Согласно заключению проведенной по делу судебной транспортно-трасологической экспертизы ООО ЦЭ «Лидер» 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца с учетом износа составляет 384 581 рубль 50 копеек, величина УТС - 38 475 рублей (т.1 л.д.122-173).

При этом эксперт ООО ЦЭ «Лидер» ФИО11, проведя исследование, пришел к выводу, что такие повреждения, как «задний бампер, заднее правое крыло, задние парктроники, правый глушитель, молдинг бампера, задняя правая блок фара-отражатель, заднее правое крыло, диск ЛКП, задняя правая цапфа, задние правые поперечные развальные рычаги (2 шт.), задние правые поперечные неразвальные рычаги (3 шт.), заднее стекло, молдинг стойки и крышка багажника» могли быть получены в результате заявленного ДТП от 2 марта 2019 г.

В представленном стороной ответчика в качестве рецензии заключении эксперта ИП ФИО12 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> указано, что заключение транспортно-трасологической экспертизы ООО ЦЭ «Лидер» 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> составлено с нарушениями методики проведения транспортно-трасологической экспертизы в части относимости следов деформаций на автомобиле истца к заявленному событию ДТП без объективного установления взаимных пар контактирования на ТС, а также без учета характера и направления образования повреждений на транспортных средствах.

Эксперт ФИО12 сделал вывод, что повреждения заднего правого колеса, задней правой цапфы, задних правых поперечных рычагов, задних правых поперечных неразвальных рычагов автомобиля истца не могли быть образованы при заявленных обстоятельствах ДТП от 2 марта 2019 г., в связи с чем выводы эксперта ФИО11 в заключении 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> в полной мере необоснованны и не соответствуют реальным обстоятельствам дела, и как следствие, определение стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца, выполненное экспертом ФИО13, также является недостоверным (т.184-195).

Определением суда от 7 апреля 2021 г. по ходатайству представителя ответчика СПАО «Ингосстрах» по доверенности ФИО14 по делу назначена повторная судебная комплексная автотехническая и транспортно-трасологическая экспертиза, проведение которой поручено АНО «Северо-Кавказский институт экспертиз и исследований».

Согласно выводам заключения эксперта АНО «Северо-Кавказский институт экспертиз и исследований» 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> повреждения кузова автомобиля 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак 

<

номер обезличен> не соответствуют заявленному механизму и обстоятельствам ДТП от 2 марта 2019 г. и в своей совокупности не могли быть образованы в результате наезда на автомобиль 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

номер обезличен> при заявленных водителем обстоятельствах ДТП.

С целью исследования заявленного механизма ДТП экспертом проведен анализ представленных материалов административного производства, включая объяснений водителей о механизме развития рассматриваемого события ДТП, схемы места ДТП, а также исследование повреждений на автомобиле истца по представленным на электронном носителе фотоизображениям ТС.

Поскольку проведенным исследованием установлено несоответствие механических повреждений кузова автомобиля истца заявленному ДТП, эксперт пришел к выводу, что решение вопросов об определении стоимости восстановительного ремонта ТС лишено технического смысла и остается без исполнения (т.2 л.д.143-172).

В силу статьи 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии с частью 2 статьи 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Согласно части 1 статьи 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

По смыслу положений статьи 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования.

Экспертное заключение оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

У суда не возникло сомнений в правильности или обоснованности заключения повторной судебной комплексной автотехнической и транспортно-трасологической экспертизы АНО «Северо-Кавказский институт экспертиз и исследований» 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена>, оцененного по правилам статьи 86 ГПК РФ в совокупности с иными представленными суду доказательствами.

Довод стороны истца в обоснование ходатайства о назначении по делу повторной судебной экспертизы о некомпетентности эксперта АНО «Северо-Кавказский институт экспертиз и исследований» ФИО15, поскольку он не обладает образованием эксперта-техника и не состоит в государственном реестре экспертов-техников, и несоответствии исследования требованиям Положения Банка России от 19 сентября 2014 г. № 432-П «О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства» суд находит несостоятельным.

Как следует из вводной части заключения экспертизы 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена>, эксперту ФИО15 поручено производство экспертизы по вопросу № 1, поставленному в определении суда о назначении повторной судебной комплексной автотехнической и транспортно-трасологической экспертизы, а именно: соответствуют ли повреждения ТС 

<

данные изъяты> регистрационный номер 

<

номер обезличен>, в том числе повреждения таких запчастей, как: задняя правая цапфа, задние правые поперечные развальные рычаги (2 шт.), задние правые поперечные неразвальные рычаги (3 шт.), заднее стекло, молдинг стойки, колесо, парктроники и крышка багажника, заявленным обстоятельствам и механизму ДТП от 2 марта 2019 г.?

Производство экспертизы по вопросам № 2 и № 3, а именно: об определении стоимости восстановительного ремонта ТС истца с учётом только тех повреждений, которые получены в ДТП от 2 марта 2019 г., по ценам на запасные части и работы в соответствии с Единой методикой, утвержденной Центральным Банком Российской Федерации от 19 сентября 2014 г., с использованием справочников РСА и размера утраты товарной стоимости ТС - в случае положительного ответа на первый вопрос – поручены эксперту-технику ФИО16

Таким образом, эксперт ФИО15 проводил трасологическую экспертизу по вопросу соответствия повреждений ТС обстоятельствам ДТП, при этом расчет стоимости ремонта ТС в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Банка России от 19 сентября 2014 г. № 432-П, не производил.

Требований к эксперту-трасологу о включении его в реестр действующим законодательством не предусмотрено. 

Так, в соответствии пунктом 2.1 вышеназванной Единой методики в рамках исследования устанавливается возможность или невозможность получения транспортным средством потерпевшего повреждений при обстоятельствах, указанных в заявлении о страховом случае, в документах, оформленных компетентными органами, и в иных документах, содержащих информацию относительно указанных обстоятельств.

При этом пунктом 2.4 Единой методики предусмотрено, что если для установления обстоятельств и причин образования повреждений транспортного средства требуются знания в специальных областях науки и техники, соответствующие исследования проводятся в рамках экспертиз по соответствующим экспертным специальностям.

Таким образом, нормативно-правовыми актами не установлено, что эксперты, необходимость в познаниях которых дополнительно возникает в ходе исследования транспортного средства, должны состоять в государственном реестре экспертов-техников наравне с экспертами-техниками, требования к которым установлены пунктом 4 статьи 12.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ, Приказом Минтранса России от 22 сентября 2016 г. № 277 «Об утверждении требований к экспертам-техникам, осуществляющим независимую техническую экспертизу транспортных средств, в том числе требований к их профессиональной аттестации, оснований ее аннулирования».

Эксперт ФИО15 имеет высшее техническое образование квалификацию «Инженер» по специальности «Организация дорожного движения» и специализации «Расследование и экспертиза дорожно-транспортных происшествий», что подтверждается дипломом с отличием ГОУ ВПО «Северо-Кавказский государственный технический университет», имеет право самостоятельного производства автотехнических экспертиз по исследованию обстоятельств ДТП, маркировочных обозначений ТС, следов на ТС и месте ДТП, технического состояния ТС, технического состояния деталей и узлов ТС, что подтверждается свидетельством, выданным ЦЭКК МВД России (т.2 л.д.160-165), а потому имел право проводить исследование следов на ТС и месте ДТП (транспортно-трасологическое исследование).

Согласно выписке из государственного реестра экспертов-техников, осуществляющих независимую техническую экспертизу транспортных средств (т.2 л.д.167), эксперт-техник ФИО16 включена в государственный реестр экспертов-техников (регистрационный 

<

номер обезличен>), в связи с чем имела право проводить техническую экспертизу.

Приложенное к ходатайству стороны истца о назначении по делу повторной судебной экспертизы заключение специалиста ООО «Северо-Кавказский центр судебной экспертизы» ФИО10 (т.2 л.д.183) в качестве рецензии на заключение экспертов АНО «Северо-Кавказский институт экспертиз и исследований» выводы судебной комплексной автотехнической и транспортно-трасологической экспертизы не опровергает, в том числе по вышеизложенным основаниям. Несогласие специалиста ФИО10 с применением (неприменением) экспертами тех или иных методов исследования не имеет в данном случае правового значения, поскольку, исходя из положений Федерального закона от 29 июля 1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», выбор методики проведения исследования является исключительной прерогативой эксперта.

Указанная рецензия на заключение судебной экспертизы получена вне рамок рассмотрения дела и является субъективным мнением специалиста -частного лица, который не знакомился ни с определением суда о назначении экспертизы, ни с материалами дела, не предупреждался об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложных заключений, в связи с чем такая рецензия не может быть признана экспертным заключением, полученным в соответствии со статьей 86 ГПК РФ и являться допустимым доказательством.

Кроме того, нормами ГПК РФ не предусмотрено оспаривание экспертного заключения рецензией другого экспертного учреждения.

Несогласие стороны истца с заключением судебной экспертизы, при отсутствии у суда сомнений в правильности и обоснованности данного экспертного заключения, не может являться основанием для признания заключения недопустимым доказательством, о чем просил представитель истца.

Принцип правовой определенности предполагает, что стороны не вправе требовать пересмотра выводов заключения судебной экспертизы, назначенной по определению суда, только в целях проведения повторной экспертизы и получения нового заключения другого содержания. Иная точка зрения на то, какие выводы должны быть сформулированы экспертом в заключении экспертизы, не может являться поводом для исключения экспертизы, назначенной по определению суда, из числа представленных в материалы дела доказательств.

В этой связи суд не усмотрел оснований, предусмотренных статьями 79 и 87 ГПК РФ, для удовлетворения ходатайства представителя истца о назначении по делу повторной судебной комплексной экспертизы.

Учитывая изложенное, суд в данном случае не находит оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы АНО «Северо-Кавказский институт экспертиз и исследований» 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена>, поскольку экспертиза проведена компетентными экспертами, имеющими необходимую квалификацию и значительный стаж экспертной деятельности, рассматриваемая экспертиза соответствует требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылку на использованную техническую литературу, конкретный ответ на поставленные судом вопросы, является последовательным. Эксперты не заинтересованы в исходе дела, до начала производства исследования предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Выводы экспертного заключения могут быть категоричными и вероятными, безусловными и альтернативными. 

Заключение эксперта с вероятным выводом прямого доказательственного значения иметь не может. Вероятный вывод предполагает установление степени вероятности наличия (отсутствия) устанавливаемого факта. Определение доказательственной значимости такого вывода зависит от того, насколько вероятность близка к действительности. При этом в заключении должна быть определена не только сама вероятность, но ее степень (математическим путем). Оценить эту степень вероятности должен суд: если, по мнению суда, степень вероятности позволяет установить причинно-следственную связь, то лишь при таком условии такое заключение эксперта может быть признано прямым доказательством и положено в обоснование судебного решения. 

Прямым доказательством, положенным в основу решения суда, может быть только категоричный вывод в заключении.

Анализируя вышеизложенные обстоятельства, а также учитывая, что выводы заключения судебной экспертизы ООО ЦЭ «Лидер» 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> о том, что имеющиеся повреждения автомобиля истца могли быть получены в результате ДТП от 2 марта 2019 г., носят вероятностный характер, тогда как выводы заключения судебной экспертизы АНО «Северо-Кавказский институт экспертиз и исследований» 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> о том, что повреждения кузова автомобиля 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак 

<

номер обезличен> не соответствуют обстоятельствам ДТП от 2 марта 2019 г. и не могли быть образованы при заявленных обстоятельствах ДТП, носят исключительно категоричный характер и не опровергнуты истцом допустимыми и надлежащими доказательствами, суд приходит к выводу о том, что данное заключение судебной экспертизы АНО «Северо-Кавказский институт экспертиз и исследований» может быть положено в основу решения как достоверное и объективное доказательство. 

Суд считает необходимым отметить, что документы, оформленные сотрудниками ГИБДД на месте ДТП, сам факт страхового случая не подтверждают, поскольку в документах ГИБДД механизм повреждения автомобилей сторон и обстоятельства ДТП указаны со слов его участников, а они по заключению экспертов не соответствуют заявленным обстоятельствам ДТП, сотрудники ГИБДД лишь фиксируют повреждения транспортного средства, при этом не сопоставляя повреждения с механизмом ДТП, в обязанности сотрудника ГИБДД не входит установление причинно-следственной связи между повреждениями транспортного средства и ДТП.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о необоснованности доводов истца о причинении его транспортному средству механических повреждений в результате ДТП от 2 марта 2019 г., а поэтому не находит оснований для удовлетворения требований истца о взыскании суммы страхового возмещения, а также утраты товарной стоимости автомобиля, признавая, что права истца ответчиком не нарушены. 

Поскольку судом отказано истцу в удовлетворении основных требований, то и требования в части взыскания с ответчика неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, расходов по оплате независимой эксперты и расходов по оплате юридических услуг, не подлежат удовлетворению, поскольку они производны от основных требований.

В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, помимо прочих, суммы, подлежащие выплате экспертам.

По общему правилу, установленному частью 1 статьи 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Учитывая, что в рамках рассмотрения возникшего спора стороной ответчика произведены судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в размере 3000 рублей и за подачу кассационной жалобы в размере 3000 рублей, а также расходы за проведение судебной экспертизы в размере 60 000 рублей, что подтверждается платежными поручениями 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена>, 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена>, 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> об уплате указанных сумм соответственно, указанные расходы подлежат взысканию с истца ФИО1 как с проигравшей стороны в пользу ответчика СПАО «Ингосстрах».

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к СПАО «Ингосстрах» о взыскании страхового возмещения в размере 384 581 рубль 50 копеек, величины утраты товарной стоимости в размере 38 475 рублей неустойки в размере 82 060 рублей, штрафа в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, расходов по оплате независимой оценки в размере 8000 рублей и расходов на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу СПАО «Ингосстрах» расходы на уплату государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в размере 3000 рублей, расходы на уплату государственной пошлины за подачу кассационной жалобы в размере 3000 рублей и расходы за проведение судебной экспертизы в размере 60 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Ставрополя в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 21 июня 2021 г.

Судья Ю.А. Попова