Дело № 2-199/2017 07 августа 2017 года

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

Новодвинский городской суд Архангельской области в составе 

председательствующего судьи Белоусова А.Л., при секретаре Хрущевой Ю.В.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

представителя третьего лица ФИО4 ФИО5, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Новодвинске Архангельской области в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу Страховая Компания «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, убытков, компенсации морального вреда и штрафа,

УСТАНОВИЛ:

истец ФИО1, в лице своего представителя ФИО2, обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу Страховая Компания «Росгосстрах» (далее по тексту ПАО СК «Росгосстрах») о взыскании страхового возмещения, убытков, компенсации морального вреда и штрафа, указав, что 10.04.2016 в 09 час. 15 мин. в районе 19 км автодороги «Исакогорка-Новодвинск-Холмогоры», произошло дорожно-транспортное происшествие (далее по тексту ДТП) с участием автомобиля «Шевроле Нива», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, под управлением собственника ФИО4 и принадлежащем ему автомобилем «BMW 520I», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> и под его управлением. В результате ДТП автомобилю «BMW 520I» причинены механические повреждения. Согласно экспертного заключения ООО «Архангельское общество оценщиков» № стоимость восстановительного ремонта автомобиля «BMW 520I», с учетом износа заменяемых запчастей, исходя из средних сложившихся в г. Архангельске цен составила 453900 руб. За проведение оценки и составление экспертного заключения им уплачено 7700 руб. Учитывая, что гражданская ответственность причинителя вреда водителя ФИО4 на момент ДТП была застрахована по полису ОСАГО серия № в ПАО СК «Росгосстрах», а его ответственность в таком порядке застрахована не была, он обратился 29.06.2016 к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения, представив необходимые документы. Письмом от 15.07.2016 № ПАО СК «Росгосстрах» отказало в выплате страхового возмещения. Для защиты своего нарушенного права и подготовки претензии о выплате страхового возмещения он заключил договор об оказании юридических услуг, стоимость которых составила 3000 руб. 08 декабря 2016 года полученная ответчиком претензия о выплате страхового возмещения и неустойки за нарушение срока его выплаты также оставлена ответчиком без удовлетворения. В связи с чем, просил взыскать с ответчика страховое возмещение, в виде расходов на восстановительный ремонт поврежденного автомобиля в сумме 400000 руб., в пределах страховой суммы, предусмотренной ст. 7 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее по тексту Закон об ОСАГО), расходы на оценку и составление экспертного заключения в размере 7700 руб., расходы на оплату юридических услуг по составлению претензии в сумме 3000 руб., компенсацию морального вреда в сумме 5000 руб., в связи с отказом страховщика в добровольном порядке возместить причиненный ему ущерб при ДТП и штраф в размере 50 % от присужденного размера страховой выплаты в размере 200000 руб.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2, в судебном заседании ссылаясь на результаты проведенной Федеральным бюджетным учреждением «Архангельская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» (далее по тексту ФБУ «Архангельская ЛСЭ Минюста России») судебной экспертизы исковые требования к ответчику в части взыскания невыплаченного страхового возмещения в виде расходов на восстановительный ремонт поврежденного автомобиля уменьшили до 319461 руб., о взыскании штрафа до 159730,50 руб., на остальных требованиях настаивают. Считают, что причиной ДТП послужило невыполнение ФИО4 требований Правил дорожного движения уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом движения, поскольку управляемый истцом автомобиль «BMW520I», двигаясь в сторону с.Холмогоры по автомобильной дороге «Исакогорка-Новодвинск-Холмогоры» в районе 18,5 км приступил к совершению обгона транспортных средств до того, как ФИО4 при управлении автомобилем «Шевроле Нива» приступил к совершению маневра налево, не убедившись в безопасности совершаемого им маневра на участке дороги, имевшей поворот направо по ходу движения.

Представитель ответчика ПАО СК «Росгосстрах» ФИО3, действующая на основании доверенности, не оспаривая право истца на выплату страхового возмещения в пределах страховой суммы, предусмотренной ст. 7 Закона об ОСАГО (400000 руб.), в судебном заседании не согласилась с заявленными требованиями, считает, что причиной ДТП послужила обоюдная, равная вина обоих его участников, поэтому право истца на выплату страхового возмещения ограничено 50 % размера страхового возмещения, заявленного истцом в уточнённых требованиях. Оснований для взыскания с ответчика мер ответственности, требуемых истцом, полагает, не имеется, поскольку при обращении истца к ответчику с претензией о выплате страхового возмещения не были соблюдены нормы абз. 2 п. 1 ст. 16.1 Закона об ОСАГО, о предоставлении подтверждающих документов, обосновывающих требование истца, в частности, экспертного заключения ООО «Архангельское общество оценщиков» № Н-28/09/16 о стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца.

ФИО4, привлечённый к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, извещенный надлежащим образом о рассмотрении дела, в судебное заседание не явился, направил своего представителя ФИО5, который в судебном заседании против требований истца возразил, считает, что в рассматриваемом ДТП от 10.04.2016 не исключается вина истца, допустившего нарушение требований Правил дорожного движения уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом движения, поскольку управляемый ФИО4 автомобиль «Шевроле Нива» перед совершением маневра налево заблаговременно включил левый указатель поворота, снизил скорость и начал совершение маневра налево. Истец же напротив, не убедившись в безопасности движения, управляя автомобилем «BMW 520I», приступил к выполнению обгона впереди идущих транспортных средств при скоростном режиме, превышающем допустимый, что привело к произошедшему ДТП и причинению автомобилю истца механических повреждений. Доводы истца о том, что выбранный им скоростной режим соответствовал допустимому, считает несостоятельным, поскольку противоречит установленным обстоятельствам ДТП, при котором автомобиль «Шевроле Нива» от удара автомобиля истца откинуло на несколько метров и привело к опрокидыванию, несмотря на предпринятые истцом меры торможения. Данные обстоятельства движения автомобиля истца и значительный характер повреждений, полученных автомобилями, подтверждают, что в момент ДТП автомобиль «BMW 520I» двигался на большой скорости, превышающей допустимую 90 км/ч.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке лиц, участвующих в деле.

Выслушав истца и представителей сторон и третьего лица, исследовав материалы дела, письменные материалы гражданского дела №, административный материал ОМВД России «Приморский» от 10.04.2016, показания свидетеля ФИО9, ФИО6 и, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему. 

Как установлено по материалам дела, 10.04.2016 в 09 час. 15 мин. в районе 18,5 км автодороги «Исакогорка-Новодвинск-Холмогоры», произошло ДТП с участием автомобиля «Шевроле Нива», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, под управлением собственника ФИО4 и принадлежащем истцу автомобилем «BMW 520I», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> и под его управлением.

В результате произошедшего ДТП автомобилю истца, принадлежащему ему на праве собственности, причинены механические повреждения передней части автомобиля, в связи со столкновением с автомобилем «Шевроле Нива».

Лицом, привлеченным к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ по указанному ДТП за невыполнение требований пункта 8.1 Правил дорожного движения, утверждённых Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № (далее по тексту ПДД РФ), при выполнении маневра поворота налево, является водитель автомобиля «Шевроле Нива» ФИО4, гражданская ответственность которого в порядке ОСАГО на момент ДТП была застрахована в ООО «Росгосстрах», правопреемником которого является ответчик. 

Гражданская ответственность истца в порядке ОСАГО на момент ДТП застрахована не была. Поэтому требования истца о взыскании страхового возмещения предъявлены к ответчику.

В связи с наступлением страхового случая, истец 29.06.2016 обратился к ответчику ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о страховой выплате, представив необходимые документы о произошедшем ДТП (л.д.104,105 т.1).

На полученное заявление ПАО СК «Росгосстрах» письмом от 15.07.2016 № (л.д.118 т.1) ответил отказом, в связи с тем, что выданный 30.01.2015 ФИО4 страховой полис ОСАГО серии № на момент ДТП (10.04.2016) прекратил свое действие.

08 декабря 2016 года ПАО СК «Росгосстрах» получена от истца претензия о выплате страхового возмещения и неустойки за нарушение срока его выплаты. 

13 декабря 2016 года в письме № ПАО СК «Росгосстрах» отказал в удовлетворении претензии по тем же основаниям.

Отсутствие положительного решения по заявлению и претензии истца, явилось основанием для обращения истца с иском в суд к ПАО СК «Росгосстрах» по настоящему делу.

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064, абзацем 2 пункта 3 статьи 1079 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. 

Согласно п. 4 ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы, предусмотренной ст. 7 Закон об ОСАГО.

Определение размера такой страховой выплаты и порядок ее осуществления установлен ст. 12 Закона об ОСАГО, соблюдение которой со стороны истца, сомнений у суда не вызывает, ответчиком не оспорено.

В силу п. 1 ст. 5 Закона об ОСАГО, порядок реализации определенных настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами прав и обязанностей сторон по договору обязательного страхования устанавливается Центральным банком Российской Федерации в правилах обязательного страхования.

В соответствии с п. 1.1 «Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств», утверждённых Положением Банка России 19.09.2014 № 431-П (далее – «Правила об ОСАГО № 431-П»), ст. 1 Закона об ОСАГО, договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее - договор обязательного страхования) заключается на один год, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств". Договор обязательного страхования заключается в отношении владельца транспортного средства, лиц, указанных им в договоре обязательного страхования, или в отношении неограниченного числа лиц, допущенных владельцем к управлению транспортным средством в соответствии с условиями договора обязательного страхования, а также иных лиц, использующих транспортное средство на законном основании.

Договор обязательного страхования может быть заключен как путем оформления и выдачи страхователю страхового полиса обязательного страхования на бумажном носителе, так и путем составления и направления ему страхового полиса обязательного страхования в виде электронного документа в случаях и порядке, предусмотренных настоящими Правилами.

Как установлено судом 30.01.2015 между третьим лицом ФИО4 и ООО «Росгосстрах» заключен договор обязательного страхования на один год на период с 00 час. 00 мин. 02.02.2016 по 23 час. 59 мин. 59 сек. 01.02.2017, о чем третьему лицу выдан страховой полис обязательного страхования на бумажном носителе от 30.01.2015 серии №, что не противоречит названным положениям закона.

Таким образом, учитывая, что условия указанного договора обязательного страхования никем не оспорены и являются действующими, суд считает, отказ ответчика в выплате страхового возмещения, изложенный в письме от 15.07.2016 №, основанный лишь на прекращении срока действия данного договора, является незаконным.

Пунктами 3.11-3.13 «Правила об ОСАГО № 431-П», пунктами 11-14 статьи 12 Закона об ОСАГО, предусмотрено, что осмотр поврежденного транспортного средства и (или) выяснение при повреждении транспортных средств обстоятельств причиненного вреда, установления характера повреждений транспортного средства и их причин, технологии, методов, стоимости его ремонта, а также действительной стоимости транспортного средства на дату ДТП возлагается на страховщика, застраховавшего риск гражданской ответственности владельца транспортного средства, путем назначения независимой технической экспертизы транспортного средства в соответствии с правилами, утвержденными Банком России, или независимой экспертизы (оценки).

Неисполнение страховщиком указанной обязанности, предоставляет потерпевшему право обратиться самостоятельно за такой технической экспертизой или экспертизой (оценкой), В таком случае результаты самостоятельно организованной потерпевшим независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) принимаются страховщиком для определения размера страховой выплаты.

Согласно пунктов 4.15 и 4.16 «Правил об ОСАГО № 431-П», пунктов 18 и 19 статьи 12 Закона об ОСАГО, в случае повреждения имущества потерпевшего, размер страховой выплаты определяется в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до наступления страхового случая (восстановительных расходов). Восстановительные расходы оплачиваются исходя из средних сложившихся в регионе цен, за исключением случаев получения потерпевшим возмещения причиненного вреда в натуре.

При определении размера восстановительных расходов учитывается износ деталей, узлов и агрегатов. Размер расходов на запасные части определяется с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте. При этом на указанные комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты) не может начисляться износ свыше 50 процентов их стоимости.

В расходы по восстановлению поврежденного имущества включаются: расходы на материалы и запасные части, необходимые для ремонта (восстановления); расходы на оплату работ, связанных с таким ремонтом. 

К восстановительным расходам не относятся дополнительные расходы, вызванные улучшением и модернизацией имущества, и расходы, вызванные временным или вспомогательным ремонтом либо восстановлением. 

Размер расходов на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта транспортного средства, расходов на оплату, связанных с таким ремонтом работ, и стоимость годных остатков определяются в порядке, установленном «Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства», утверждённой Положением Банка России 19.09.2014 № 432-П (далее по тексту «Единая методика по ОСАГО № 432-П»).

Как следует из материалов дела, несмотря на исполнение истцом своей обязанности по предоставлению документов, предусмотренных «Правилами об ОСАГО № 431-П» и представлении для осмотра поврежденного транспортного средства, ответчик выплату страхового возмещения не произвел, отказав истцу по основаниям, не предусмотренным ни Законом об ОСАГО, ни Правилами об ОСАГО № 431-П, что послужило основанием для организации истцом самостоятельно независимой технической экспертизы его автомобиля.

Согласно экспертному заключению ООО «Архангельское общество оценщиков» № от 05.10.2016 расчетная стоимость ремонта повреждённого автомобиля истца с учетом износа заменяемых запчастей по состоянию на дату ДТП (10.04.2016) составила 453900 руб.

Оспаривая данный размер причинённого истцу ущерба, ответчик, в лице своего представителя, ссылаясь на подп. "а" п. 18 ст. 12 Закон об ОСАГО, заключение АО «Технэкспро» «Об определении аварийной цены ТС и размере годных остатков по договору ОСАГО» № от 10.08.2016 и экспертное заключение АО «Технэкспро» № от 09.08.2016 о размере стоимости ремонта транспортного средства истца, указывала, что размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу истца должен быть определен в рассматриваемом случае, исходя из размера действительной стоимости его транспортного средства «BMW 520I» на день наступления страхового случая в сумме 390000 руб. за вычетом стоимости годных остатков в размере 120000 руб., при стоимости ремонта транспортного средства истца с учетом износа заменяемых деталей в размере 426200 руб.

При рассмотрении дела, в связи со спором сторон, относительно размера ущерба, причиненного автомобилю истца, судом была назначена судебная экспертиза, производство которой поручено экспертам ФБУ «Архангельская ЛСЭ Минюста России».

Согласно заключения ФБУ «Архангельская ЛСЭ Минюста России» от 17.07.2017 №, размер расходов на восстановительный ремонт повреждений автомобиля истца применительно к рассматриваемому ДТП, рассчитанный в соответствии с «Единой методикой по ОСАГО № 432-П», с учётом износа заменяемых деталей на дату ДТП (10.04.2016) составил 319461 руб., при среднерыночной стоимости указанного автомобиля в доаварийном состоянии на 10.04.2016 в сумме 455004,32 руб. и экономически целесообразным ремонтом данного автомобиля. 

Указанные в заключении судебного эксперта повреждения автомобиля истца соответствуют характеру и видам повреждений, указанных на данном автомобиле в справке о ДТП от 10.04.2016 и Акте осмотра ООО «Архангельское общество оценщиков» от 20.09.2016 (л.д.26,27 т.1).

При проведении оценки стоимости восстановительного ремонта поврежденных элементов автомобиля истца экспертом ФБУ «Архангельская ЛСЭ Минюста России» ФИО7, предупрежденным об ответственности за дачу ложного заключения, имеющим необходимое специальное образование, стаж работы и наделённым правом выполнять независимую техническую экспертизу транспортных средств на профессиональной основе, применен Закон об ОСАГО и «Единая методика по ОСАГО №432-П», что соответствует указанным нормам права, сомнений у суда не вызывает и при разбирательстве дела оспорено не было.

При таких обстоятельствах, суд считает, данное заключение ФБУ «Архангельская ЛСЭ Минюста России» допустимым доказательством по делу, подтверждающим размер ущерба, причиненного автомобилю истца в результате произошедшего ДТП в части расходов на его восстановительный ремонт в сумме 319461 руб. и экономически целесообразным ремонтом данного автомобиля.

Оснований для применения размера расходов на восстановительный ремонт автомобиля истца, определённый ООО «Архангельское общество оценщиков» в экспертном заключении № от 05.10.2016 в сумме 453900 руб., суд не усматривает, поскольку, как следует из данного заключения, при расчете такого размера расходов, стоимость запасных частей, подлежащих замене, применена не по сведениям, содержащимся в справочниках «Российского Союза Автостраховщиков», что противоречит требованиям пунктов 3.6.5, 3.8.1, 7.1, 7.4, 7.6 «Единой методики по ОСАГО №432-П» и подп. "д" п. 3 ст. 12.1 Закона об ОСАГО.

При таких обстоятельствах, право истца на возмещение расходов на восстановительный ремонт поврежденного от ДТП автомобиля в порядке ОСАГО ограничено 319461 руб., с чем обе стороны при разбирательстве дела согласились.

Таким образом, факт причинения вреда имуществу истца, в результате произошедшего ДТП подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами и не оспаривается сторонами и лицами, участвующими в деле. 

Размер причиненного ущерба подтвержден представленными в дело экспертным заключением ФБУ «Архангельская ЛСЭ Минюста России» от 17.07.2017 №, возражения относительно определенной экспертным путем стоимости восстановительного ремонта поврежденного автомобиля истца также отсутствуют.

Вместе с тем, между спорящими сторонами возникли разногласия относительно определения лица, виновного в совершении ДТП.

Оспаривая свою вину в произошедшем ДТП и как следствие причинение вреда имуществу истца, третье лицо ФИО4 считает, что основной причиной возникновения вреда для истца являются виновные действия водителя ФИО1, нарушившего требования ПДД РФ при совершении обгона впереди идущих автомобилей «ВАЗ 2121», государственный регистрационный номер 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО8 и «Шевроле Нива» под управлением ФИО4

В силу п. 1 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии с п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» в силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом. На основании ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, по аналогии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).

Указанное означает, что преюдициальное значение для рассмотрения гражданского дела имеют только постановления и решения судей по делам об административных правонарушениях. Постановления должностных лиц такого свойства не имеют.

Следовательно, постановление ОГИБДД ОМВД России «Приморский» от 23.05.2016, которым ФИО4 привлечен к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ за то, что, управляя автомобилем «Шевроле Нива» при повороте налево не убедился в безопасности маневра налево, чем нарушил п. 8.1 ПДД, не имеет преюдициального характера при установлении причин ДТП, на что обоснованно указано представителем третьего лица ФИО4 в судебном заседании.

В целях правильного установления обстоятельств дела, имеющих юридическое значение, судом по ходатайству представителя третьего лица была назначена судебная автотехническая экспертиза для установления причин возникновения ДТП, произошедшего 10.04.2016.

В соответствии с выводами эксперта ФИО10, изложенными в заключении от 11.07.2017 №, № ФБУ «Архангельская ЛСЭ Минюста России», вещно-следовая обстановка, зафиксированная на дороге, зафиксированное расположение автомобилей «BMW 520I» и «Шевроле Нива» на дороге после столкновения, механические повреждения, зафиксированные у данных автомобилей, позволяют утверждать, что механизм указанного ДТП развивался следующим образом. Перед столкновением автомобиль «Шевроле Нива» поворачивал налево с правой стороны проезжей части в направлении левой обочины, а автомобиль «BMW 520I» двигался в попутном направлении и в заторможенном состоянии по левой стороне проезжей части, постепенно смещаясь влево к обочине, а затем выехав левыми колёсами на левую обочину.

Удар при столкновении пришёлся передней правой частью кузова автомобиля «BMW 520I» в левую боковую сторону кузова автомобиля «Шевроле Нива» на уровне его задней левой двери и в заднее левое колесо автомобиля «Шевроле Нива». К моменту столкновения продольная ось автомобиля «Шевроле Нива» была повёрнута влево относительно продольной оси автомобиля «BMW 520I» не менее 45 градусов. 

В результате удара автомобиль «BMW 520I» развернуло вправо относительно направления его движения перед столкновением на угол в пределах 15-20 градусов, а автомобиль «Шевроле Нива» развернуло влево на угол более 90 градусов и отбросило от места столкновения на несколько метров вправо относительно направления его движения перед столкновением.

В момент столкновения автомобиль «BMW 520I» правыми колёсами находился на левой стороне проезжей части, а левыми колёсами - на левой обочине. Автомобиль «Шевроле Нива» в момент столкновения задними колёсами находился на левой стороне проезжей части, а передними колёсами - на левой обочине. Место столкновения находится под автомобилем «BMW 520I» (здесь имеется ввиду зафиксированное расположение данного автомобиля после столкновения), при этом место столкновения находится на левой стороне проезжей части ближе к её левому краю.

По мнению эксперта, произошедшее ДТП стало возможно при следующих возможных обстоятельствах:

1. если включение указателя левого поворота на автомобиле «Шевроле Нива» произошло до того, как водитель автомобиля «BMW 520I» начал выполнять обгон, то, следовательно, в этом случае в действиях водителя автомобиля «BMW 520I» усматривается несоответствие требованию пункта 11.2 (абзацы 1 и 3) ПДД РФ и в этом случае водитель автомобиля «BMW 520I» имел техническую возможность избежать столкновение при условии соблюдения указанного требования Правил, при которых водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево;

2. если автомобиль «BMW 520I» уже был на полосе встречного движения и осуществлял обгон, когда автомобиль «Шевроле Нива» начал манёвр поворота налево, в этом случае водитель автомобиля «Шевроле Нива» перед началом выполнения поворота налево мог не увидеть автомобиль «BMW 520I» в зеркала заднего вида, поскольку обзорность полосы встречного движения сзади ему могли ограничивать поворот дороги направо и двигавшийся сзади автомобиль «ВАЗ-2121». Поэтому водитель автомобиля «Шевроле Нива» перед началом манёвра поворота налево должен был принять меры предосторожности с учётом указанных обстоятельств. В связи с чем, в данной дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, в действиях водителя автомобиля «Шевроле Нива» усматривается несоответствие требований пунктов 8.2 (абзац 2), 8.1 (абзац 1), ПДД РФ, при которых подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности, при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения». В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Шевроле Нива» имел техническую возможность избежать столкновения при условии соблюдения приведённых выше требований пунктов 8.2 (абзац 2), 8.1 (абзац 1) ПДД РФ

Давая анализ указанных выводов эксперта, суд учитывает также следующее.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из письменных объяснений ФИО1 от 10.04.2016, содержащихся в административном материале, его пояснений в судебном заседании, а также показаний свидетеля ФИО6, находившегося в момент ДТП в автомобиле «BMW 520I» на переднем пассажирском сиденье, схемы места совершения административного правонарушения от 10.04.2016, с которой согласились оба водителя ФИО1 и ФИО4, следует, что автомобиль «BMW 520I» уже был на полосе встречного движения и совершал обгон автомобиля «ВАЗ-2121», государственный регистрационный номер 

<

данные изъяты>, под управлением Свидетель №2, когда автомобиль «Шевроле Нива» начал непосредственный манёвр поворота налево, о чем также свидетельствуют и следы торможения автомобиля «BMW 520I» (левый след торможения 31,20 м, правый след торможения 20,20 м) на полосе встречного движения.

Указанное стало возможным из-за того, что водитель автомобиля «Шевроле Нива» перед началом выполнения маневра поворота налево на участке дороге, не имеющей никакой дорожной разметки, запрещающей совершать обгон, наличие которой позволяло бы водителю автомобиля «Шевроле Нива» ФИО4 иметь преимущество при совершении поворота налево, не увидел автомобиль «BMW 520I» в зеркала заднего вида, поскольку обзорность полосы встречного движения сзади ему ограничивал поворот дороги направо и двигавшийся сзади автомобиль «ВАЗ-2121».

Поэтому водитель автомобиля «Шевроле Нива» перед началом манёвра поворота налево должен был принять меры предосторожности с учётом указанных обстоятельств, однако этого не сделал, несмотря на то, что в момент поворота автомобиля «Шевроле Нива» налево автомобиль «BMW 520I» уже находился на полосе встречного движения, выполняя обгон автомобиля «ВАЗ-2121».

В связи с чем, суд считает, что в действиях водителя ФИО4 усматривается нарушение требований пунктов 8.1 (абзац 1), 8.2 (абзац 2) ППД РФ, предписывающих водителю при выполнении маневра не создавать опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, а также то, что подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности. 

Вместе с тем, указанную причину возникновения ДТП суд не находит основной, в силу следующего.

Как следует из письменных пояснений водителя автомобиля «ВАЗ-2121» Свидетель №2 и пассажира данного автомобиля ФИО9, письменных пояснений водителя автомобиля «Шевроле Нива» ФИО4 от 10.04.2016, содержащихся в административном материале, пояснений ответчика ФИО4 в предварительном судебном заседании при рассмотрении гражданского деда № (л.д.89,90 д. 2-1284/2016), показаний свидетеля ФИО9, изложенных в протоколе судебного заседания от 21.04.2017 по настоящему делу, составленных свидетелем ФИО9 и истцом ФИО1 подробной схемы движения автомобилей «BMW 520I» и «Шевроле Нива» перед ДТП (л.д.165 т.1, л.д.9 т.2), водитель автомобиля «Шевроле Нива» заблаговременно (задолго) до начала выполнения манёвра поворота налево включил указатель левого поворота в месте поворота автодороги «Исакогорка-Новодвинск-Холмогоры» направо, то есть тогда, когда еще водитель автомобиля «BMW 520I» ФИО1 не начал маневр обгона автомобилей «ВАЗ 2121» и «Шевроле Нива» под управлением ФИО4, что согласуется с пояснениями истца ФИО1 и свидетеля ФИО6 в судебном заседании.

При чем, при совершении такого маневра обгона впереди идущих автомобилей «ВАЗ 2121» и «Шевроле Нива», скорость которых не превышала 5-10 км/ч, водитель ФИО1, двигаясь на максимально допустимой скорости не менее 90 км/ч начал маневр обгона тогда, когда еще не закончился поворот автодороги «Исакогорка-Новодвинск-Холмогоры» направо, что не позволило последнему из-за впереди идущего автомобиля «ВАЗ-2121» своевременно увидеть включённый на автомобиле «Шевроле Нива» левый указатель поворота и прекратить начатый обгон транспортных средств, дождавшись завершения водителем «Шевроле Нива» маневра поворота налево.

В связи с чем, суд считает, что в действиях водителя ФИО1 усматривается нарушение требований пунктов 11.1 и 11.2 (абзацы 1 и 3) ПДД РФ, предписывающих водителю, прежде чем начать обгон убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, а также то, что водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево.

Таким образом, в рассматриваемой ситуации в силу указанных требований ПДД РФ водитель ФИО1, двигаясь на максимально допустимой скорости не менее 90 км/ч, перед началом совершения обгона колонны машин, скорость которых не превышала 5-10 км/ч, не убедившись в безопасности движения, создал опасность для движения водителям автомобилей «ВАЗ-2121» и «Шевроле Нива» и допустил с ним столкновение.

Выполнение истцом названных требований ПДД РФ позволило бы избежать произошедшее ДТП, на что обоснованно, указано в экспертном заключении ФБУ «Архангельская ЛСЭ Минюста России».

Делая такой вывод, суд также учитывает и то, что перед началом маневра обгона впереди идущих транспортных средств, скорость которых не превышала 5-10 км/ч, при допустимой скорости 90 км/ч, водитель ФИО1 мог и должен был учесть указанный скоростной режим впереди идущих транспортных средств на участке дороги имеющей поворот направо и выяснить причину такого скоростного режима и только после этого начать выполнять маневр обгон.

Установление такой причины замедленной скорости впереди идущих транспортных средств позволило бы водителю ФИО1 увидеть включённый левый указатель поворота на «Шевроле Нива» и не допустить начало маневра обгона до завершения маневра поворота налево «Шевроле Нива».

Довод представителя третьего лица о превышении водителем ФИО1 скоростного режима в момент ДТП судом проверен и признан необоснованным, поскольку допустимых доказательств, подтверждающих данный факт, в материалы дела представлено не было.

Высказанное свидетелем ФИО9 мнение о превышении водителем ФИО1 скоростного режима до 120 км/ч основано только на ее предположении и не более.

Как установлено судом, свидетель ФИО9 перед ДТП являлась пассажиром на автомобиле «ВАЗ-2121», двигавшемся за автомобилем «Шевроле Нива», скорость движения которых была снижена до 5-10 км/ч, в связи с намерением водителя автомобиля «Шевроле Нива» совершить маневр поворота налево.

Поэтому движение автомобиля «BMW 520I» на максимально допустимой скорости не менее 90 км/ч перед столкновением вполне могло быть принято свидетелем ФИО9 за высокую скорость движения при соотношении к скорости движения автомобиля «ВАЗ-2121» 5-10 км/ч.

При определении степени вины каждого из водителей, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Обязанность возместить вред является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также вину причинителя вреда.

При причинении вреда в результате взаимодействия источников повышенной опасности вред возмещается их владельцам по принципу ответственности за вину, при наличии обоюдной вины указанных владельцев транспортных средств размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого из них, при невозможности определить степень вины доли признаются равными.

При чем, при причинении вреда в результате взаимодействия источников повышенной опасности действие презумпции виновности распространяется на обоих участников ДТП, что вытекает из факта наличия вреда, причиненного обоим транспортным средствам, участвовавшим в ДТП.

В рассматриваемом случае оба участника спорного ДТП перед началом выполнения своих маневров не убедились в их безопасности, что и привело к ДТП. Доказательств отсутствия своей вины в произошедшем ДТП, ни истцом, ни третьим лицом, в судебное заседание представлено не было.

При чем, как подтверждено экспертным заключением ФБУ «Архангельская ЛСЭ Минюста России» от 11.07.2017 №, № оба участника ДТП, при установленных судом обстоятельствах, технически могли избежать произошедшее ДТП, в случае надлежащего исполнения ПДД РФ.

Таким образом, поскольку ДТП стало возможно по вине обоих водителей и их действия состоят в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, суд определяет степень вины обоих водителей ФИО1 и ФИО4 равной.

Поэтому возмещение ущерба в соответствие с абз. 4 п. 22 ст. 12 Закона об ОСАГО и разъяснении, данным в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 № 2 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" за счет средств страховой компании, застраховавшего ответственность ФИО4 должно производится в размере 50% от размера установленной стоимости расходов на восстановительный ремонт автомобиля истца в сумме 159730,50 (319461 руб. х 50%).

В связи с чем, исковые требования истца о взыскании с ответчика страхового возмещения в виде расходов на восстановительный ремонт поврежденного автомобиля подлежат удовлетворению в указанной части. В остальной части иска надлежит отказать по указанным выше основаниям.

Подлежащими удовлетворению, исходя из установленного судом соотношения степени вины участников ДТП, суд считает и требования истца о взыскании с ответчика ПАО СК «Росгосстрах» расходов на составление претензии в сумме 3000 руб., являющимися необходимыми расходами для реализации потерпевшим права на получение страховой суммы и потому подлежащими включению в состав страховой суммы, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая обязуется возместить потерпевшим причиненный вред (п. 10 «Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств», утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 22.06.2016).

Несение истцом данных расходов подтверждается материалами дела – договором на оказание юридических услуг от 15.10.2016, заключенного между истцом и ФИО2, актом сдачи приемки оказанных услуг от 15.10.2016 и распиской в получении денежных средств, не оспариваемых ответчиком ни в какой его части.

Таким образом, требования истца о взыскании с ответчика расходов на оплату юридических услуг по составлению претензии подлежат удовлетворению частично в сумме 1500 (3000 руб. х 50 %) руб. В остальной части иска надлежит отказать, в связи с установленной виной истца в произошедшем ДТП.

Обоснованными суд считает и требования истца о взыскании с ответчика ПАО СК «Росгосстрах» расходов на проведение оценки размера причиненного ущерба в сумме 7700 руб., так как указанные расходы в соответствии со ст. 15 ГК РФ являются убытками истца, понесёнными для защиты своего нарушенного права. Несение данных расходов подтверждается письменными материалами дела - договором № от 20.09.2016, и квитанцией об оплате от 14.10.2016, не оспариваемых ответчиком ПАО СК «Росгосстрах» ни в какой части при разбирательстве дела. 

Составленное ООО «Архангельское общество оценщиков» экспертное заключение представлено истцом в материалы дела, в качестве доказательства размера и объема причиненного ущерба.

При этом, как следует из экспертного заключения ФБУ «Архангельская ЛСЭ Минюста России», проведение назначенной судом экспертизы производилось экспертом по представленным материалам дела, в том числе и с использованием материалов, содержащихся в экспертном заключении ООО «Архангельское общество оценщиков».

При этом в соответствии с абз. 2 п. 13, п. 14, ст. 12 Закона об ОСАГО расходы на проведение оценки размера, причиненного ущерба не являются страховым возмещением, поскольку должны быть понесены при осуществлении страховщиком обычной хозяйственной деятельности. Неисполнение ПАО СК «Росгосстрах» обязанности по проведению экспертизы поврежденного транспортного средства и выплате страхового возмещения создало препятствия для реализации истцом его прав и привело к необходимости несения им расходов на проведение такой экспертизы.

Следовательно, стоимость независимой экспертизы (оценки), проведенной по инициативе истца, включается в состав убытков, подлежащих возмещению страховщиком, а не в состав страховой выплаты и подлежит взысканию с ответчика в соответствии с абз. 2 п. 13, п. 14, п. 22, ст. 12 Закона об ОСАГО в полном объеме.

Таким образом, общим размером невыплаченного истцу страхового возмещения является 161230,50 (159730,50 + 1500) руб.

В отношении требований истца взыскать с ответчика ПАО СК «Росгосстрах» штраф за неисполнение его требований о выплате страхового возмещения в полном объеме, суд отмечает следующее.

Согласно п. 3 ст. 16.1 Закона об ОСАГО при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

Как следует из материалов дела, невыплаченным размером страховой выплаты является 161230,50 руб. В связи с чем, с ответчика ПАО СК «Росгосстрах» в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 80615,25 (161230,50 х 50 %) руб. 

Указанный размер штрафа в полной мере соответствует характеру и степени допущенных ответчиком нарушений прав истца, как потребителя услуг, ненадлежащим образом оказанных ему ПАО СК «Росгосстрах», нарушившим условия договора страхования. В остальной части требований истца о взыскании штрафа надлежит отказать, в связи с их необоснованностью. 

Довод представителя ответчика о несоблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора и положений п. 1 ст. 16.1 Закона об «ОСАГО» судом проверен и признан необоснованным, поскольку, как следует из материалов дела, до предъявления к страховщику иска, содержащего требование об осуществлении страховой выплаты, истцом соблюдены положения п. 1 ст. 16.1 указанного закона.

Доказательств того, что на основании представленных истцом документов ответчик был лишен возможности самостоятельно определить размер страхового возмещения в установленном порядке и своевременно выплатить его истцу в пределах установленного абз. 4 п. 22 ст. 12 Закона об ОСАГО размера, в судебное заседание представлено не было.

По требованиям истца о взыскании с ПАО СК «Росгосстрах» 5000 руб. в качестве компенсации морального вреда, суд отмечает следующее.

Согласно подп. б, п. 2, ст. 6, п. 2 ст. 16.1 Закона об ОСАГО, право физического лица на компенсацию морального вреда в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением страховщиком обязательств по договору обязательного страхования физических лиц, являющихся потерпевшими или страхователями, подлежит защите в соответствии со ст. 15 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», согласно которой моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Исходя из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, изложенных в п. 45 Постановления от 28.06.2012 № 17, при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Основанием компенсации морального вреда истцом указаны неправомерные действия страховщика по нарушению его прав потребителя на выплату страхового возмещения в установленный законом срок. 

По смыслу положений ст. 15 Закона РФ "О защите прав потребителей", для наступления ответственности необходимо наличие вины причинителя вреда (в любой форме), которая предполагается (презумпция вины). Обязанность доказывать отсутствие вины лежит на причинителе морального вреда. Он может быть освобожден от ответственности, если докажет, что моральный вред причинен нарушением прав потребителя, вызванных действием непреодолимой силы. В данном случае, непосредственным причинителем вреда, является ответчик, поскольку, как установлено в судебном заседании ответчик нарушил права истца на выплату страхового возмещения в установленный срок и в полном объеме.

Каких-либо доказательств обратного, равно как и доказательств отсутствия вины, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, ответчиком не представлено.

Учитывая все обстоятельства по делу, принимая во внимание, что в понятие морального вреда включаются те лишения, которые испытывает человек в результате нарушения его прав как потребителя, в том числе, при отказе ответчика удовлетворить его законные и обоснованные требования как потребителя в добровольном порядке (возместить причиненный ущерб), душевные переживания, отрицательные эмоции, суд находит достаточной и отвечающей принципу справедливости компенсацию морального вреда в сумме 1000 руб. В остальной части требований истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда надлежит отказать.

Согласно ст. 103 ГПК РФ и п. 2 ст. 61.2 Бюджетного кодекса РФ с ответчика ПАО СК «Росгосстрах», пропорционально размеру удовлетворенных судом требований подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета МО «Город Новодвинск», от уплаты которой истец был освобожден при подаче искового заявления.

Размер государственной пошлины определен ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, с учетом особенностей, указанных в п. 6 ст. 52 названного кодекса и составляет 300 руб. по требованиям неимущественного характера (компенсация морального вреда) и 3326,82 (168930,50 / 330161) х 6502) руб. по требованиям имущественного характера, что в сумме составляет 3626,82 руб.

При рассмотрении дела по ходатайству представителя ответчика ПАО СК «Росгосстрах», на основании определения суда от 27.04.2017 была назначена судебная экспертиза, производство которой было поручено экспертам ФБУ «Архангельская ЛСЭ Минюста России» с возложением на данного ответчика обязанности возместить экспертному учреждению расходы по проведению экспертизы по вопросам, указанным в пунктах 4.9, 4.10, 4.11, 4.12 определения суда.

По итогам проведения экспертизы экспертным учреждением представлено в суд экспертное заключение № от 17.07.2017 с актом выполненных работ № от 17.07.2017 на сумму 22000 руб., уплаченных ответчиком ПАО СК «Росгосстрах» в полном объеме, что подтверждается платежным поручением от 23.06.2017 № (л.д.216 т.1).

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в частности, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

Таким образом, учитывая, что имущественные требования истца к ответчику ПАО СК «Росгосстрах» удовлетворены частично, с истца необходимо взыскать в пользу ответчика ПАО СК «Росгосстрах» в счет оплаты услуг ФБУ «Архангельская ЛСЭ Минюста России» на производство экспертизы судебные издержки в сумме 10743,46 руб. пропорционально той части исковых требований имущественного характера, в которой истцу отказано к данному ответчику.

В силу требований ч. 5 ст. 198 ГПК РФ суд обязан распределить данные судебные расходы в порядке, установленном ст. 98 ГПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к Публичному акционерному обществу Страховая Компания «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, убытков, компенсации морального вреда и штрафа, удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества Страховая Компания "Росгосстрах" в пользу ФИО1 страховое возмещение в сумме 161230 руб. 50 коп., из которых 159730 руб. 50 коп. затраты на восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства, 1500 руб. расходы на представителя, понесенные при составлении и направлении претензии в страховую компанию, а также расходы на оценку размера ущерба в сумме 7700 руб., штраф в размере 80615 руб. 25 коп., компенсацию морального вреда в размере 1000 руб., всего взыскать 250545 руб. 75 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к Публичному акционерному обществу Страховая Компания «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, убытков, компенсации морального вреда и штрафа отказать.

Взыскать с Публичного акционерного общества Страховая Компания "Росгосстрах" в пользу бюджета муниципального образования «Город Новодвинск» Архангельской области государственную пошлину в размере 3626 руб. 82 коп.

Взыскать с ФИО1 в пользу Публичного акционерного общества Страховая Компания «Росгосстрах» судебные расходы в виде оплаты стоимости судебной экспертизы в сумме 10743 руб. 46 коп.

На решение суда сторонами и лицами, участвующими в деле может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Новодвинский городской суд.

Председательствующий А.Л. Белоусов

Мотивированное решение 

изготовлено 12 августа 2017 года.