Судья: Кукушкина Л.Н.

Дело № 33-43789/2025УИД 50RS0033-01-2025-003990-18

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московской области 3 декабря 2025 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Цуркан Л.С.,

судей Гордиенко Е.С., Колесникова Д.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Деевым С.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело 

<

данные изъяты> по иску ФИО к ИП ФИО о признании записи об увольнении в трудовой книжке незаконной и изменении формулировки увольнения,

по апелляционной жалобе ИП ФИО,

на решение Орехово-Зуевского городского суда Московской области от 17 сентября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Цуркан Л.С.,

объяснения представителя истца, ответчика, представителя ответчика,

УСТАНОВИЛА:

ФИО обратилась в суд с иском к ответчику ИП ФИО о признании записи об увольнении в трудовой книжке незаконной и изменении формулировки увольнения.

В обоснование иска указала, что с 28.11.2024 г. работала у ИП ФИО в должности старшего менеджера по продажам в магазине (продукты) по адресу 

<

...>, с полной материальной ответственностью. Трудовой договор № 1 от 28.11.2024 г. был заключен на неопределенный срок. В связи с обострением личных отношений она приняла решение расторгнуть указанный трудовой договор, подав письменное заявление об увольнении по собственному желанию 04.04.2025 г., с просьбой уволить ее с 05.04.2025 г. Указанное заявление было принято ответчиком, однако указана дата увольнения 25.05.2025 г. Поскольку с 04.04.2025 г. ей был открыт лист нетрудоспособности в связи с её заболеванием и на работу она уже не выходила (больничный был закрыт 24.04.2025 г.), поэтому полагала, что срок предупреждения работодателя об увольнении по состоянию на указанную дату уже истек. Однако её увольнение не было оформлено в установленном порядке, в связи с чем она повторно 18.04.2025 г. направила ответчику заявление об увольнении и только 20.05.2025 г. она узнала, что уволена по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ (за совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности). Приказ об увольнении она не получала, никакие иные документы ею подписаны не были и ей не вручались, никаких нарушений за время её работы она не допускала, никакие дисциплинарные взыскания к ней не были применены, претензии и предупреждения со стороны работодателя к ней не предъявлялись. Полагая свое увольнение незаконным по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, истица считает, что ответчиком нарушены её права, оснований для увольнения по указанной статье не имелось, никакими доказательствами факт недостачи, утраты, порчи или хищения материальных ценностей не подтвержден, поскольку никакой инвентаризации не проводилось и данное увольнение по указанным выше основаниям связывает исключительно с личными неприязненными отношениями.

Просила признать её увольнение по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ незаконным и изменить формулировку увольнения с п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ на расторжение трудового договора по инициативе работника (по собственному желанию) в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ. Дата увольнения принципиального значения не имеет, поскольку в настоящее время она уже трудоустроена на другом месте работы. Требований о взыскании заработной платы, компенсации морального вреда не заявляет.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истицы, действующий по доверенности ФИО, заявленные требования поддержал полностью.

Ответчица ИП ФИО и ее представитель, действующий по устному заявлению ФИО, в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление, указав, что между сторонами действительно был заключен трудовой договор 28.11.2024 г. Истица работала в магазине «продукты» продавцом, с полной материальной ответственностью. Поскольку истицей был допущен ряд нарушений в оформлении отчетной документации, оформлении договоров на поставку продукции без ведома руководства, продажей товаров без кассовых чеков и распоряжением денежных средств самостоятельно, то при подаче заявления об увольнении по собственному желанию ФИО действительно на заявлении была поставлена резолюция с указанием даты увольнения 25.05.2025г., т.к. к этой дате было решено провести сверку отчетных документов и материальных ценностей и составить соответствующие акты. Поскольку работодателем были выявлены наличие подложных документов, договоров поставки, но никаких объяснений со стороны истицы не поступило, то трудовой договор был с ней прекращен по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового Кодекса РФ (за совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности). Поэтому сторона ответчика считает, что увольнение ФИО было оформлено правильно по законному основанию, поэтому её исковые требования удовлетворению не подлежат.

Решением Орехово-Зуевского городского суда Московской области от 17 сентября 2025 г. исковые требования удовлетворены.

Суд признал запись в трудовой книжке об увольнении ФИО по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового Кодекса и приказ ИП ФИО № 26 от 19.05.2025 г. незаконными; изменил формулировку увольнения ФИО, с п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ на расторжение трудового договора по инициативе работника (по собственному желанию) в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ; обязал ИП ФИО внести соответствующие изменения в трудовую книжку ФИО; взыскал с ИП ФИО госпошлину в доход государства, от уплаты которой освобожден истец при подаче иска, в сумме 20 000 руб.

В апелляционной жалобе представитель ответчика просит решение суда отменить, как незаконное и необоснованное, и принять по делу новое решение.

В возражениях на апелляционную жалобу истец просит решение суда оставить без изменения, жалобу без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о дате и времени судебного заседания.

Участвующие по делу лица также извещались публично путем заблаговременного размещения информации о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы на интернет-сайте Московского областного суда в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации».

На основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия рассмотрела апелляционную жалобу в отсутствие истца и третьего лица, учитывая их надлежащее уведомление о месте, дне и времени рассмотрения дела и отсутствие сведений об уважительной причине неявки в заседание.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены судебной коллегией по гражданским делам Московского областного суда в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов апелляционной жалобы.

Согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с частями 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации - в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, заслушав пояснения явившихся лиц, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

В соответствии со статьей 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Решение суда является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Согласно статьям 196 и 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению. В мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом, доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах, доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства, законы, которыми руководствовался суд.

Судебная коллегия полагает, что обжалуемое решение суда вышеназванным требованиям в части взыскания государственной пошлины в доход бюджета не отвечает.

Судом первой инстанции установлено, что с 28.11.2024 г. ФИО работала у ИП ФИО в должности старшего менеджера по продажам в магазине (продукты) по адресу 

<

...>, с полной материальной ответственностью.

Трудовой договор № 1 от 28.11.2024 г. был заключен на неопределенный срок, права и обязанности работника перечислены в п. 3 - п.п. 3.2 указанного договора (л.д. 6-8, 67-72).

В связи с обострением личных отношений ФИО приняла решение расторгнуть указанный трудовой договор, подав письменное заявление работодателю об увольнении по собственному желанию 04.04.2025 г., с просьбой уволить ее с 05.04.2025 г. (л.д. 9).

Указанное заявление было принято ответчиком с указанием ее подписи на заявлении, однако указана дата увольнения 25.05.2025 г., поскольку к этой дате было решено провести сверку отчетных документов и материальных ценностей и составить соответствующие акты, что не оспаривалось стороной ответчика.

Поскольку с 04.04.2025 г. истцу был открыт лист нетрудоспособности в связи с её заболеванием и на работу она уже не выходила (больничный был закрыт 24.04.2025 г.), то она полагала, что 14-тидневный срок предупреждения работодателя об увольнении по собственному желанию по состоянию на 25.04.2025 г. уже истек.

Однако увольнение истца не было оформлено в установленном порядке, поэтому ФИО повторно 18.04.2025 г. направила ответчику заявление об увольнении и только 20.05.2025 г. она узнала, что уволена по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ (за совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности) (л.д. 62-66).

В связи с нарушением своих трудовых прав истец ФИО обратилась в прокуратуру г.о. Орехово-Зуево Московской области и Государственную инспекцию труда в Московской области и ей было рекомендовано обратиться в суд за защитой своих трудовых прав.

Разрешая спор, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции исходил из того, что действиями работодателя трудовые права истца были нарушены, в связи с чем пришел к выводу об удовлетворении исковых требований и признал запись в трудовой книжке об увольнении ФИО по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ и приказ ИП ФИО № 26 от 19.05.2025 г. незаконными; изменил формулировку увольнения ФИО, с п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ на расторжение трудового договора по инициативе работника (по собственному желанию) в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ, обязал ИП ФИО внести соответствующие изменения в трудовую книжку ФИО

Судебная коллегия соглашается с данным выводом суда, исходя из следующего.

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 2 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу требований статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

В соответствии со статьей 77 Трудового кодекса Российской Федерации основаниями прекращения трудового договора являются: соглашение сторон, истечение срока трудового договора, расторжение трудового договора по инициативе работника, расторжение трудового договора по инициативе работодателя.

Частью 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. При этом предупредить работодателя об увольнении работник может не только в период работы, но и в период нахождения в отпуске или в период временной нетрудоспособности.

В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

В силу положений пункта 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях: совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Согласно пункту 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по пункту 7 части 1 статьи 81 Кодекса в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты доверия к ним.

По мотиву утраты доверия могут быть уволены работники, совершившие умышленно или по неосторожности действия, которые имели или могли иметь вредные последствия, то есть причинили или могли причинить имущественный вред, и когда имеются конкретные факты, оформленные документами, подтверждающими невозможность доверять работнику ценности. При этом утрата доверия по смыслу закона предполагает невозможность дальнейшего продолжения трудовых отношений, независимо от предшествующего поведения работника и его отношения к труду.

Из приведенных положений Трудового кодекса и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что дисциплинарное взыскание в виде увольнения по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации может быть применено только к работникам, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, и в случае установления их вины в действиях, дающих основание для утраты доверия к ним со стороны работодателя. Такими работниками по общему правилу являются те, которые относятся к категории лиц, несущих полную материальную ответственность за необеспечение сохранности вверенных им денежных или товарных ценностей на основании специальных законов или особых письменных договоров.

Утрата доверия со стороны работодателя к этим работникам должна основываться на объективных доказательствах вины работников в причинении материального ущерба работодателю. Если вина работника в этом не установлена, то он не может быть уволен по мотивам утраты доверия. При этом обязанность доказать наличие законного основания увольнения работника и соблюдение установленного порядка его увольнения возлагается на работодателя.

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности сторон трудового договора по возмещению причиненного ущерба и условия наступления материальной ответственности, содержатся в главе 37 Трудового кодекса Российской Федерации.

На основании части 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном кодексом (часть 3 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действий или бездействия) работника, причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

За совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям (часть 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18,19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду (абзацы 1, 2 пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (части 1 - 6 данной статьи).

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если виновные действия, дающие основание для утраты доверия, либо аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей, то такой работник может быть уволен с работы (соответственно по пункту 7 или 8 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации) при условии соблюдения порядка применения дисциплинарных взысканий, установленного статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка при привлечении к дисциплинарной ответственности является обязательным условием наступления таковой. Проступок не может характеризоваться как понятие неопределенное, основанное лишь на внутреннем убеждении работодателя, а вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке

Из материалов дела усматривается, что ФИО являлась материально-ответственным лицом, работодателем с ней был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности и она привлечена работодателем к дисциплинарному взысканию в виде увольнения по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ за утрату доверия (за совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности).

Материалами дела подтверждается, что с истцом был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности.

В приказе № 26 от 19.05.2025 г. об увольнении истца по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ указано основание увольнения (утрата доверия), который фактически истцу вручен не был и на котором от руки дописано: «служебная записка от 15.05.2025 г. по итогам инвентаризации» (л.д. 73).

При этом указанная служебная записка датирована 16.05.2025 г. (л.д.74).

Какого-либо акта (итогов) инвентаризации не составлялось, обратного материалы дела не содержат.

Из представленных актов на списание товаров усматривается, что они подписаны только ответчиком ИП ФИО, договоры поставки, справки «Точка» Банка о совершенных платежах, служебные записки о нарушении кассовых операций.

Суд первой инстанции критически отнесся к вышеуказанным документам, поскольку факты, свидетельствующие о недобросовестных действиях работника ФИО, надлежащим образом документально не зафиксированы.

При этом установлено, что работодатель намеревался провести полную инвентаризацию по состоянию на 15.05.2025 г., о чем истец был заблаговременно уведомлен. Однако соответствующие процедурные действия, включая оформление инвентаризационных документов, в установленном порядке не осуществлены.

В материалах дела имеется приказ от 04.04.2025 г. о проведении полной инвентаризации в срок до 25.05.2025 г., с которым истец ФИО не ознакомлена (л.д. 76-132, 133, 134).

Постановлением от 26.06.2025 г. в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО отказано.

Данное постановление было обжаловано стороной ответчика в соответствии со ст. 125 УПК РФ.

Постановлениями от 04.08.2025 г. производство по жалобе ФИО о признании вышеуказанных постановлений дознавателя УМВД по Орехово-Зуевскому городскому округу от 26.06.2025 г. об отказе в возбуждении уголовного дела прекращено (л.д. 31-32, 153-156).

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В нарушении требований положения статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороной ответчика не представлены сведения о вынесении приказа о создании инвентаризационной комиссии и о её проведении, акта по итогам проведения инвентаризации с установлением периода возникновения недостачи, а также недостача чьих именно товарно-материальных ценностей или денежных средств была установлена.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия обращает внимание, что ответчиком не соблюден порядок установления факта виновности истца в причинении ущерба (образовании недостачи) товарно?материальных ценностей.

Судом выявлены существенные нарушения выраженные в том, что истец не был надлежащим образом уведомлен о времени и месте проведения инвентаризации, отсутствует приказ о создании инвентаризационной комиссии, на момент увольнения истца не составлен акт инвентаризации, подтверждающий наличие недостачи товарно?материальных ценностей.

В связи с чем указанные обстоятельства свидетельствуют о недоказанности причастности истца к образованию недостачи и не позволяют обоснованно возложить на него материальную ответственность за причиненный ущерб.

Таким образом, приходя к выводу к выводу, что увольнение истца осуществлено с нарушением требований действующего трудового законодательства, суд первой инстанции обоснованно указал на то, что в ходе разбирательства ответчик не представил доказательств виновного причинения истцом материального ущерба, либо образования недостачи товарно?материальных ценностей в магазине работодателя; не соблюдал установленный порядок увольнения и процедуру расторжения трудового договора.

Между тем, судебная коллегия не может согласиться с выводом суда в части взыскания с ИП ФИО государственной пошлины в доход государства.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 333.17 Налогового кодекса Российской Федерации плательщиками государственной пошлины признаются организации и физические лица.

Специальный порядок уплаты индивидуальными предпринимателями государственной пошлины при обращении в суд не установлен.

На основании пункта 1 статьи 11 Налогового кодекса Российской Федерации институты, понятия и термины гражданского, семейного и других отраслей законодательства Российской Федерации, используемые в данном кодексе, применяются в том значении, в каком они используются в этих отраслях законодательства, если иное не предусмотрено указанным кодексом.

Для целей Налогового кодекса Российской Федерации и иных актов законодательства о налогах и сборах под индивидуальными предпринимателями понимаются физические лица, зарегистрированные в установленном порядке и осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, главы крестьянских (фермерских) хозяйств (пункт 2 статьи 11 Налогового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, с учетом положений статьи 11 Налогового кодекса Российской Федерации и положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при обращении в суд индивидуального предпринимателя государственная пошлина уплачивается этим лицом в размере, установленном для физических лиц.

В силу пункта 3 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, государственная пошлина уплачивается при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, искового заявления неимущественного характера для физических лиц – 3 000 рублей.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции подлежит изменению в части взыскания с ИП ФИО государственной пошлины в доход государства.

С ИП ФИО в доход бюджета Мунициапльного образования «Городской округ Орехово-Зуево Московской области» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

В остальной части решение суда отмене либо изменению не подлежит.

Руководствуясь статьями 199, 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Орехово-Зуевского городского суда Московской области от 17 сентября 2025 г. в части взыскания с ИП ФИО государственной пошлины в доход государства изменить.

Взыскать с ИП ФИО в доход бюджета Мунициапльного образования «Городской округ Орехово-Зуево Московской области» государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Апелляционную жалобу ИП ФИО удовлетворить частично.

Председательствующий

Судьи