УИД 50RS0026-01-2023-017604-61

Дело № 2-1314/2024 (2-14249/2023;)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

6 февраля 2024 г. 

г.о. Люберцы Московской области 

Люберецкий городской суд Московской области в составе: 

председательствующего судьи Баринова С.Н., 

при помощнике судьи Осипове В.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 в лице законного представителя ФИО2 к ООО СК "Газпром Страхование" о взыскании страхового возмещения, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, действуя в интересах несовершеннолетней дочери ФИО1, ДД.ММ.ГГ г.р., обратился в суд с иском к ООО СК "Газпром Страхование" (ранее - ООО СК "ВТБ Страхование") о взыскании страхового возмещения в размере 584 112 рублей, штрафа за необоснованный отказ в выплате страхового возмещения в размере 292 056 рублей, компенсации морального вреда в размере 60 000 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами с даты обращения за страховым возмещением по дату принятия судом решения.

Иск обоснован тем, что несовершеннолетняя ФИО1 является дочерью ФИО3, умершей ДД.ММ.ГГ ДД.ММ.ГГ между ФИО3 и ООО СК «ВТБ Страхование» заключен договор страхования Финансовый резерв №, предметом по которому являлись следующие страховые риски: травма; госпитализация в результате несчастного случая и болезни; инвалидность в результате несчастного случая и болезни; смерть в результате несчастного случая и болезни. Выгодоприобретателем согласно страхового полиса является застрахованное лицо, а в случае смерти застрахованного лица - его наследники. Срок действия договора страхования определен с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ После наступления страхового случая, а именно смерти застрахованного лица, представитель истца - ФИО2 неоднократно обращался в адрес ответчика с заявлением о выплате истцу страхового возмещения согласно условиям вышеназванного договора страхования, приложив все необходимые документы, однако ответчик по итогам рассмотрения вышеуказанных заявлений отказал в выплате страхового возмещения, мотивируя свой отказ тем, что на момент заключения договора страхования ФИО3 страдала онкологическим заболеванием и не сообщила об указанном факте, что послужило основанием для обращения в суд.

Ответчик исковые требования не признал, в возражениях на исковое заявление сославшись на то, что согласно посмертному эпикризу ГБУЗ МО «Московский ООД», причина смерти застрахованного лица - рак левой молочной железы, диагностированное ФИО3 ДД.ММ.ГГ, то есть до заключения договора страхования, в связи с чем страховой случай, как считает ответчик, не наступил, ссылаясь на пункт особых условий страхования, согласно которому события, указанные в пп. 4.2.1-4.2.4, 4.2.6, в том числе смерть застрахованного лица от болезни, не признаются страховыми, если они произошли в результате лечения заболеваний или последствий несчастных случаев, имевших место до начала или после окончания периода действия страховой защиты.

ФИО2 в судебное заседание явился, поддержал исковые требования в полном объеме, указывая на то, что по состоянию на июнь 2017 года ФИО3 была полностью здорова - заболевание рак левой молочной железы, диагностированное ФИО3 ДД.ММ.ГГ было вылечено, на момент заключения договора страхования ФИО3 каким-либо онкологическим заболеванием не страдала.

Представитель ООО СК "Газпром Страхование" ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в возражениях на исковое заявление, указав, что договор страхования заключен при заключении кредитного договора, считая, что застрахованное лицо утаило факт наличия у нее онкологического заболевания, при этом посчитав нецелесообразным проведение судебной медицинской экспертизы для установления причинно-следственной связи между заболеванием застрахованного лица, диагностированного в 2013 году, и заболеванием, явившимся причиной смерти застрахованного лица в 2020 году, и установления, являлось ли причиной смерти застрахованного лица именно заболевание, диагностированное в 2013 году, имело ли оно место на момент заключения договора страхования, и явилось ли именно это заболевание причиной смерти застрахованного лица.

Выслушав объяснения явившихся лиц, исследовав материалы дела и оценив представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ввиду следующего.

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных ( правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии со ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Факт надлежащего исполнения обязательств, равно как и отсутствие вины в неисполнении либо ненадлежащем исполнении обязательства, по общему правилу доказывается обязанным лицом (п. 2 ст. 401 ГК РФ, п. 28 постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГ N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", согласно которому бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства лежит на продавце (изготовителе, исполнителе).

В силу п. 1 ст. 934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Согласно ст. 9 Закона РФ от ДД.ММ.ГГ N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Такое событие должно обладать признаками вероятности и случайности наступления.

Согласно п. 1 ст. 944 ГК РФ, при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Как разъяснено в п. 12 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГг. № «О применении судами законодательства о добровольном страховании граждан» предполагаемое событие, на случай наступления которого производится страхование, должно обладать признаками вероятности и случайности. При этом событие признается случайным, если при заключении договора страхования участники договора не знали и не должны были знать о его наступлении, либо о том, что оно не может наступить.

При этом бремя истребования и сбора информации о страховом риске лежит на страховщике, который должен нести риск последствий заключения договора без соответствующей проверки состояния здоровья страхуемого лица, выявления обстоятельств, влияющих на степень риска.

В пункте 10 Обзора практики рассмотрения судами споров, возникающих из отношений по добровольному личному страхованию, связанному с предоставлением потребительского кредита, утверженного Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГ, разъяснено, что существенными признаются, во всяком случае, обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГ между ФИО3 и ООО СК «ВТБ Страхование» заключен договор страхования Финансовый резерв №, предметом по которому в частности являлись следующие страховые риски: смерть в результате несчастного случая и болезни.

В договоре страхования содержится следующее заверение страхователя «Подписывая настоящий Полис, я. Страхователь (Застрахованный): Подтверждаю, что…не страдаю онкологическими заболеваниями, сахарным диабетом, заболеваниями, вызванными воздействием радиации, сердечно-сосудистыми заболеваниями, а именно, перенесенные в прошлом (да даты заключения договора страхования): инфаркт миокарда (включая установление диагноза ишемическая болезнь сердца), инсульт острое нарушение мозгового кровообращения, инфаркт головного мозга, атеросклероз сосудов головного мозга; не осведомлен о том, что на дату заключения Договора страхований являюсь носителем ВИЧ-инфекции и не имею иных заболеваний, связанных с вирусомиммунодефицита человека; не находился в течение последних 6 (шести) месяцев на стационарном лечении по поводу вышеуказанных заболеваний».

Срок действия договора страхования определен с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, страховая сумма определена в размере 584 112 рублей.

Согласно положениям особых условий страхования по страховому продукту Финансовый резерв, события, указанные в пп. 4.2.1 (смерть застрахованного в результате несчастного случая или болезни)-4.2.4, 4.2.6, не признаются страховыми, если они произошли в результате лечения заболеваний или последствий несчастных случаев, имевших место до начала или после окончания периода действия страховой защиты (п. 4.5.8).

ФИО3 умерла ДД.ММ.ГГ, согласно корешку медицинского свидетельства о смерти к учетной форме №/У-08, причиной ее смерти явилось злокачественное новообразование молочной железы, выходящее за пределы одной и более вышеуказанных локализаций. В графе приблизительный период времени между началом патологического процесса и смертью проставлено значение «неизвестно».

Согласно регистрационной карты онкологического больного ГБУЗ МО «

<

адрес> онкологический диспансер» причина смерти ФИО3 – злокачественное новообразование верхненаружного квадранта молочной железы. Аналогичный диагноз ей был установлен ДД.ММ.ГГ при мониторинге которого по состоянию на ДД.ММ.ГГ проставлена запись «без рецидивов и метастазов».

Из медицинской карты стационарного больного № следует, что она поступила в ГБУЗ МО «

<

адрес> клинический противотуберкулезный диспансер» ДД.ММ.ГГ с диагнозом – диссеминированный процесс в легких неуточненного генеза МБТ, осложнения ДН1 (дыхательная недостаточность), онкоостороженность, сопутствующий диагноз – кахексия.

В эпикризе от ДД.ММ.ГГ установлен основной диагноз: метастатическое поражение легких, головного мозга, печени. Мастектомия слева от 2014 г по поводу c-r левой молочной железы.

Из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № ГБУЗ МО «Люберецкая областная больница» следует, что по состоянию на ДД.ММ.ГГ приведен следующий анамнез ФИО3: «в 2014г диагностироан сг левой молочной железы. Цит№. В 2014г проведено 6 курсов ПХТ по схеме FAC. 02.06.14г-РМЭ слева. Гист№-инвазивный протоковый рак. ИГХ: РЭ-отриц; РП -отриц ; Her|2neu (3+); KI 67-50%. C06.02.15r по 13.03.15r -ДГТ (40-40-44-44Гр) в МООД. В 2015г- 18 курсов таргентной терапии(Герцептин).08.06.17г в МООД выполнена отсроченная реконструкция левой молочной железы ТДЛ лоскутом +установка эндопротеза.Прошла обследование в ЛОД: УЗИ ОБП.ОМТ и М/Ж(28.09.18г)- очаговой патологии не выявлено.С X 2018г по VI 2020г в ГБУЗ МО ЛОД не обращалась. В 2019г физиологические роды. С I 2020г в течении нескольких месяцев появилась выраженная слабость, потливость, снижение веса на 5-6 кг. В VI 2020 г отмечала повышение температуры, нарушение речи, обратилась в поликлинику при обследовании выявлены по МСКТ ОГК (25.06.20г) на фоне матового стекла полисекментарно в обоих легких группы крупных мягкотканных очагов и фокусных образований различных размеров. На дальнейшее обследование пациентка была направлена в МОКПТД. С 15.07.20r по 28.07.20г находилась на дообследовании в ГБУЗ МО МОКПТД Клиника №,УЗИ ОБП(16.07.20г)- гепатомегалия,множественные метастазыы обоих долей печени;по КТ головного мозга от 17.07.20г)- КТ-картина очагового поражения головного мозга,вероятно мтс.Фибробронхоскопия(20.07.20г)- Катаральный бронхит 1 ст воспаления слева. Рубцовый стеноз Б1-2 слева, деформация бронхов в/доли слева. Цитологическое исследование №: Аденогенный рак. Учитывая анамнез нельзя исключить метастаз рака молочной железы. №(2)- комплексы клеток злокачественной опухоли с дегенеративными изменениями и признаками железистой дифференцировки. В ПЭТ Технолоджи Балашиха проведена ДЛТ(СОД ЗЗГр). С 31.08.20r по 07.09.20г по рекомендации МООД в ЛОД проведен 1-ый курс ПХТ по схеме: ФИО5 45 мг в/в кап в 1;8 дни+ ФИО6 2500 мг per os с 1-14 дни. Состояние ухудшилось. Спецлечение не показано. В плане симптоматическая терапия, адекватное обезболивание».

Из посмертного эпикриза отделения паллиативной помощи ГБУЗ МО «

<

адрес> онкологический диспансер» следует, что ФИО3 установлен основной диагноз рак левой молочной железы IIIА st T2N2M0. Комплексное лечение и таргентная терапия в 2014- 15гг. Отсроченная реконструкция левой молочной железы с установкой эндопротеза 08.06.17г. Прогрессирование в VI 2020 г- мтс в легкие, печень, головной мозг. Состояние после после ДЛТ на головной мозг VIII-2020r. и 1-го курса ПХТ Прогрессирование в IХ-2020г. Оеложнения: Хронический болевой синдром. Кахексия. Интоксикационный синдром. Полиорганная недостаточность. Приведен анамнез «В 2014г диагностирован рак левой молочной железы. Цит№. В 2014г проведено 6 курсов ПХТ по схеме РАС. 02.06.14г-РМЭ слева. Гист№> 10005-инвазивный протоковый рак. ИГХ: РЭ-отр; РП -отр ; Her2neu (3+); Ki 67-50%. С 06.02.15г по 13.03.15г -ДГТ на п/операционный рубец и зоны регионарного мтс: 40-40- 44-44Гр) в МООД. В 2015г - получила. 18 курсов таргетной терапии с Терпентином. 08.06.17г в МООД выполнена отсроченная реконструкция левой молочной железы ТДЛ лоскутом -^установка эндопротеза. С Х-2018г по VI 2020г в ГБУЗ МО ПОД не обращалась. В 2019г физиологические роды. Ухудшение состояния с марта 2020 года, когда появились нарастающая общая слабость, утомляемость, потливость, потеря веса на 5-6 кг. С VI-2020 года стало отмечаться повышение температуры, нарушилась речь. При обследовании в поликлинике по м/жительства на МСКТ ОГК от ДД.ММ.ГГ на фоне матового стекла полисе кментар но в обоих легких группы крупных мягкотканных очагов различных размеров. Далее дообследовалась в ГБУЗ МО МОКПТД Клиника №, ФБС от ДД.ММ.ГГ - Катаральный бронхит 1 ст воспаления слева. Рубцовый стеноз Б1-2 слева, деформация бронхов в/доли слева. Цит. №б-2;377-2: Адено- генный рак. Учитывая анамнез, нельзя исключить метастаз рака молочной железы. УЗИ ОБП от ДД.ММ.ГГ-гепатомегалия, множественные метастазы в обеих долях печени; по КТ головного мозга от ДД.ММ.ГГ - КТ-картин а очагового поражения головного мозга, вероятно мтс. В ООО «ПЭТ Технолоджи Балашиха» проведена ДЛТ (СОД 33 Гр). С 31.08.2020г. по 07.09.2020г. по рекомендации МООД в Л ОД проведен 1-ый курс ПХТ по схеме: ФИО5 45 мг в/в кап в 1;8 дии+ ФИО6 2500 мг per os с 1-14 дни. Ухудшение состояния в течение 5 дней, когда появились нарастающая общая слабость, утомляемость, расстройство стула, тошнота, головокружение, пропал аппетит, боли в правом подреберья приняли интенсивный характер. ДД.ММ.ГГ обратилась в КДЦ ГБУЗ МО МООД для выработки тактики лечения. Проведен консилиум: учитывая тяжесть состояния пациентки, распространенность онкопроцесса, болевой синдром, рекомендована госпитализация в ООП ГБУЗ МО МООД для проведения симптоматической терапии и подбора адекватной. Дома с обезболивающей целью получала НПВС и не наркотические анальгетики с незначительным непродолжительным эффектом. При поступлении состояние тяжелое. В отделении проводилась дезинтокеикационная, антиэметическая, обезболивающая и общеукрепляющая терапия, Хронический болевой с-м у больной был купирован назначением Морфин гидрохлорид-1,0п/к-2раза в день в 9-00 и 21-00. Несмотря на проводимую терапию, состояние пациента прогрессивно ухудшалось, нарастали явления опухолевой интоксикации. 25,10.2020 года в 00,50 - констатирована смерть пациента. Реанимационные мероприятия не проводились.».

Из содержания исследованных анамнезов достоверно установить время (март-сентябрь 2020 г.) ухудшения состояния здоровья страхователя, приведшее к ее смерти, а также прийти к выводу о том, что заболевание, приведшее к смерти страхователя тоже, что и заболевание диагностированное в 2014 году не представляется возможным, во всяком случае, подтверждений наличия у ФИО3 онкологического заболевания на момент заключения договора страхования и за шесть предшествующих месяцев, а также его лечения не имеется.

Напротив, из выписного эпикриза ГБУЗ МО «

<

адрес> онкологический диспансер» по результатам нахождения ФИО3 на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ (более чем за 1 год и 5 месяцев до заключения договора страхования) с диагнозом рак левой молочной железы в графе достигнутый результат лечения внесена запись «с выздоровлением».

По состоянию на ДД.ММ.ГГ рецидивов и метастазов не обнаружено, что как указано выше следует из регистрационной карты онкологического больного ГБУЗ МО «

<

адрес> онкологический диспансер».

При таких обстоятельствах, у суда отсутствуют основания считать, что вышеприведенные заверения ФИО3 при заключении договора страхования об отсутствии у нее на тот момент онкологических заболеваний не соответствовали действительности (более того, и договор страхования по этому основанию недействительным не признавался), а также считать, что причиной ее смерти являлось именно то заболевание, которое было ей диагностировано в 2013 году, и/или она умерла в результате лечения именно этого заболевания (п.п. 4.5.8 особых условий страхования), а не заболевания, развывшегося в 2020 году согласно сведениям из вышеприведенных эпикризов ФИО3

Обратного ответчиком в нарушение ч. 1 ст. 56 ГПК РФ не доказано, от заявления ходатайства о назначении судебной экспертизы ответчик отказался.

ФИО1 является дочерью ФИО3, вступила в наследство после смерти последней, что подтверждается нотариальным свидетельством о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГ, зарегистрированном в реестре за №-н/50-2021-2-364.

Из положений особых условий страхования по страховому продукту Финансовый резерв следует, что выгодоприобретателем, согласно приведенной в них дефиниции в п. 2 является застрахованный, а в случае смерти застрахованного – его наследники.

В пп. 10.1.1 этих условий установлено, что при наступлении страхового случая по риску «смерть в результате НС и Б», страховщик осуществляет страховую выплату в размере 100 % страховой суммы. При этом датой наступления страхового случая по событию, указанному в п. 4.2.1. особых условий, является дата смерти застрахованного.

В связи с этим у суда имеются основания для вывода о том, что отказ страховой компании в выплате несовершеннолетней ФИО1 страхового возмещения от ДД.ММ.ГГ является неправомерным, поскольку событие, связанное со смертью страхователя, отвечает всем признакам страхового случая, бесспорных и убедительных доказательств обратного ответчиком не представлено, из имеющихся материалов дела с должной очевидностью и достоверностью не следует, что случай не является страховым.

Таким образом, требование истца о взыскании с ответчика суммы страхового возмещения в размере 584 112 рублей – соответствующему 100% размера страховой суммы подлежит удовлетворению в полном объеме.

В соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно п.п. 10.4. особых условий страхования по страховому продукту Финансовый резерв выплата страхового возмещения производится в течение 10 (десяти) рабочих дней со дня составления страховщиком страхового акта. Страховой акт составляется и подписывается страховщиком в течение 30 (тридцати) рабочих дней после получения заявления о наступлении страхового события и документов, подтверждающих факт наступления страхового случая в соответствии с п. 9 условий.

Учитывая, что ответчиком не представлен страховой акт, а истцом не представлены сведения о дате первоначального обращения к ответчику с заявлением о страховой выплате, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами по истечении 10 рабочих дней с даты письменного отказа ответчика истцу в выплате страхового возмещения, т.е. со ДД.ММ.ГГ и по дату принятия судом решения в размере30 620 по следующей формуле:

периоды дн. дн/г ставка, % проценты, ?

ДД.ММ.ГГ – 29.10.2023 28 365 13 5 825,12

ДД.ММ.ГГ – 17.12.2023 49 365 15 11 762,26

ДД.ММ.ГГ – 31.12.2023 14 365 16 3 584,69

ДД.ММ.ГГ – 06.02.2024 37 366 16 9 447,93

В соответствии с п. 1 Обзора практики рассмотрения судами споров, возникающих из отношений по добровольному личному страхованию, связанному с предоставлением потребительского кредита (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГ), на отношения между физическим лицом - потребителем финансовой услуги, заключившим договор добровольного личного страхования одновременно с потребительским кредитным договором, и финансовой организацией распространяются положения Закона РФ "О защите прав потребителей". 

Согласно ст. 15 Закона «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами РФ, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. 

В пунктах 25 - 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда. Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. В пункте 30 названного постановления Пленума Верховного Суда РФ обращено внимание судов, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Из разъяснений, содержащихся в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГг. № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Вместе с тем, учитывая возраст и, соответственно, социальное положение истца, длительность и причины неисполнения ответчиком обязательств перед ней суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца, равным 30 000 рублей. 

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает, в связи с чет в удовлетворении требования о его компенсации в большем размере отказывает.

В соответствии с ч. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГ N 17 разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей).

В связи с этим, хотя размер штрафа и неверно рассчитан представителем истца (верным будет являться следующий расчет (584 112 + 30 000 + 30 620)/2=322 366) с учетом вышеуказанных разъяснений суд не ограничен в этой части суммой данного требования, указанной в просительной части искового заявления.

В абзаце втором п. 34 постановления Пленума Верховного Суда от ДД.ММ.ГГ N 17 разъяснено, что применение ст. 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Аналогичные положения, предусматривающие инициативу ответчика в уменьшении неустойки (штрафа) на основании данной статьи, содержатся в п. 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", в котором также разъяснено, что заявление ответчика о применении положений ст. 333 ГК РФ может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае, если он перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, а также принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (ст. 1 ГК РФ) размер неустойки (штрафа) может быть снижен судом на основании ст. 333 ГК РФ только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика, поданного суду первой инстанции или апелляционной инстанции, если последним дело рассматривалось по правилам, установленным ч. 5 ст. 330 ГПК РФ.

Более того, помимо самого заявления о явной несоразмерности штрафа последствиям нарушения обязательства, ответчик в силу положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ обязан представить суду доказательства, подтверждающие такую несоразмерность.

Суд не усматривает оснований для снижения штрафа в порядке ст. 333 ГК РФ при отсутствии надлежащим образом мотивированного ходатайства ответчика и с учетом длительности уклонения стороны от исполнения законного требования потребителя, субъектного состава участников правоотношений, отсутствия оснований полагать, что взыскание штрафа в определенном законом размере может повлечь получение истцом необоснованной выгоды – чрезмерность которого, как единственное основание, ссылается ответчик в возражениях на исковое заявления без раскрытия исключительности конкретных обстоятельств, позволяющих применить по делу положения ст. 333 ГК РФ.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца штрафа в размере 322 366 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1, СНИЛС № в лице законного представителя ФИО2 к ООО СК "Газпром Страхование", ИНН 

<

***>, удовлетворить частично.

Взыскать с ООО СК "Газпром Страхование" в пользу ФИО1 страховое возмещение в размере 584 112 рублей, компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период со ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в размере 30 620 рублей, штраф в размере 322 366 рублей. 

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Люберецкий городской суд Московской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

«решение изготовлено в окончательной форме 6 февраля 2024 г.»

Судья 

С.Н. Баринов