.

дело № 1-262/2020 . 

УИД №

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

09 сентября 2020 года город Норильск

Норильский городской суд Красноярского края

в составе: председательствующего судьи Литвиновой Ю.В., 

при секретаре судебного заседания Натыровой Г.И.,

с участием государственного обвинителя Недоступа П.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Юсупова Н.Ф.,

представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1, 

<

данные изъяты>, судимостей не имеющего,

содержащегося под стражей с ДД.ММ.ГГГГ,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, 

установил:

ФИО1 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти М.А.

Преступление им совершено в г. Норильске Красноярского края при следующих обстоятельствах: 

В период времени с 22:30 часов ДД.ММ.ГГГГ до 06:20 часов ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения 

<

адрес>, совместно со своими знакомыми М.А. и И.Т., где в указанное время между ФИО2 произошел конфликт, переросший в драку, в ходе которой последний причинил ФИО1 телесные повреждения в виде двух ушибленных ран в теменной области головы слева, которые квалифицируются как легкий вред здоровью человека, глубокой ссадины в области левого ската и крыла носа, поверхностной ссадины в височной области головы слева, которые квалифицируются как повреждения не причинившие вреда здоровью человека. Указанное противоправное поведение М.А. явилось основанием возникновения у ФИО1 личных неприязненных отношений к нему и умысла на его убийство. 

В указанные время и месте, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, действуя умышленно, с целью лишения жизни М.А., нанес ему не менее 16 ударов фарфоровой статуэткой, руками и ногами в область головы, грудной клетки, шеи, верхней и нижней конечностей М.А., а также вооружился ножом и, используя его в качестве орудия, которым при ударе в область жизненно-важных органов можно причинить повреждения, несовместимые с жизнью человека, умышленно нанес им М.А., пассивно обороняющемуся от посягательства, не менее трех ударов в область живота, правого локтевого сустава и правой голени, тем самым убил его.

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил М.А. телесные повреждения в виде: 

- множественных колото-резаных ранений: 

слепого колото-резаного ранения живота - с наличием раны (№ 4) длиной 2,2 см на правой боковой стенке грудной клетки на уровне 9-го межреберья по передней подмышечной линии, на высоте 128 см от подошв, проникающим в брюшную полость в 9-м межреберье по средне-ключичной линии; со сквозным повреждением по ходу раневого канала правой доли печени, малого сальника и ветвей воротной (или нижней полой) вены. Проникающее колото-резаное ранение живота (рана № 4) с повреждением правой доли печени и сосудов в области ворот печени, осложнившееся кровотечением в брюшную полость в объеме не менее 1 815 мл, развитием массивной кровопотери и геморрагического шока тяжелой степени состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти М.А. Указанное повреждение явилось опасным для жизни и, тем самым, соответствует квалифицирующему признаку тяжкого вреда, причиненного здоровью человека. На основании этого, расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью человека. 

сквозного колото-резаного ранения в области правого локтевого сустава - раны № 5, 6, соответственно на задне-внутренней поверхности локтевого сустава и нижней трети левого плеча; длиной соответственно 2,3 см и 0,6 см, соединенных общим раневым каналом длиной 6,5 см; без повреждения крупных сосудов и нервов; слепого колото-резаного ранения передне-наружной поверхности правой голени в средней трети - рана № 7, длиной 0,9 см, с раневым каналом глубиной 3,7 см в подкожной жировой клетчатке; 

- резаных ран № 1, 2, 3, в области лба слева, резаные раны лица № 1, 2, 3, колото-резаные раны в области правого локтевого сустава и правой голени № 5, 6, 7, не состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти, как по отдельности, так и в совокупности не являлись опасными для жизни и не вызвали стойкой утраты общей трудоспособности. По своему характеру требовали проведения хирургической обработки и наложения швов. Указанные раны имеют ориентировочные сроки нетрудоспособности от 7-10 до 15-20 дней. Срок временной нетрудоспособности не превышающий 21 сутки, отнесен к критериям квалифицирующего признака кратковременного расстройства здоровья. По указанному признаку кратковременное расстройство здоровья квалифицируется как легкий вред здоровью. Таким образом, указанными ранами, как по отдельности, так и в совокупности, М.А. был причинен легкий вред здоровью. 

- закрытой тупой черепно-лицевой травмы - множественные переломы правой скуловой кости со смещением (по линии лобно-скулового шва, по линии скуло-верхнечелюстного шва, двойной фрагментарный перелом скуловой дуги); массивные кровоподтеки в окологлазнично-скуловой и околоушно-височной области справа с обширными кровоизлияниями в подлежащие мягкие ткани; кровоизлияние в мягкие ткани теменно-височной области головы справа, которая не состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти, не являлась опасной для жизни и не вызвала стойкой утраты общей трудоспособности. Все ее компоненты подлежат экспертной оценке в совокупности, как имеющие единый механизм образования, в том числе, множественные переломы правой скуловой кости со смещением, имеют ориентировочные сроки нетрудоспособности 20-30 дней. Срок временной нетрудоспособности, превышающий 21 сутки, отнесен к критериям квалифицирующего признака длительного расстройства здоровья. По указанному признаку, длительное расстройство здоровья квалифицируется как вред здоровью средней тяжести. Таким образом, в результате закрытой тупой черепно-лицевой травмы, ведущим компонентом которой были множественные переломы правой скуловой кости со смещением, М.А. был причинен вред здоровью средней тяжести. 

- закрытой тупой травмы грудной клетки - конструкционные переломы ребер справа (3-го по передней подмышечной линии, 4, 5, 6-го по средне-ключичной линии) с кровоизлияниями в мягкие ткани по окологрудинной линии (на отдалении от зоны переломов), которая не состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти, не являлась опасной для жизни и не вызвала стойкой утраты общей трудоспособности. Все ее компоненты подлежат экспертной оценке в совокупности, как имеющие единый механизм образования в том числе, односторонние переломы четырех ребер без смещения, имеют ориентировочные сроки нетрудоспособности 45-80 дней. Срок временной нетрудоспособности, превышающий 21 сутки, отнесен к критериям квалифицирующего признака длительного расстройства здоровья. По указанному признаку, длительное расстройство здоровья квалифицируется как вред здоровью средней тяжести. Таким образом, в результате закрытой тупой травмы грудной клетки с переломами 3, 4, 5, 6 ребер справа, М.А. причинен вред здоровью средней тяжести. 

- кровоподтека с осаднением в области лба справа у границы роста волос; U-образной ссадины шеи в подчелюстной области справа, кровоподтеков (2) на задне-наружной поверхности правого предплечья в верхней трети; ссадин на тыле правой кисти (множественные), на передней поверхности правого коленного сустава (1), которые не состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти, как по отдельности, так и в совокупности не вызывают какого-либо расстройства здоровья или стойкой утраты общей трудоспособности, тем самым не соответствуют ни одному квалифицирующему признаку тяжести вреда, причиненного здоровью человека, расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека. 

Смерть М.А. наступила в период времени с 04:30 до 06:30 часов ДД.ММ.ГГГГ на месте происшествия, в результате проникающего колото-резаного ранения живота с повреждением правой доли печени и сосудов в области ворот печени, осложнившегося кровотечением в брюшную полость в объеме не менее 1 815 мл, развитием массивной кровопотери и геморрагического шока тяжелой степени.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании после изложения государственным обвинителем предъявленного ему обвинения, показал, что виновным себя в предъявленном обвинении признает частично, поскольку умысла на убийство потерпевшего у него не было, не оспаривая при этом совокупность причиненных ему телесных повреждений, указав лишь, что причинил их при превышении пределов необходимой обороны. Однако, давая показания по существу предъявленного обвинения, в ходе судебного следствия, отвечая на вопросы защиты и прокурора, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он, познакомившись с потерпевшим 

<

адрес>, и проводив его до дома, зашел к нему в гости, где они стали распивать спиртное. В ходе распития спиртного между ними произошел конфликт, в ходе которого неожиданно для него, потерпевший нанес ему удар по голове сзади, каким-то предметом, возможно статуэткой, поскольку были осколки. Он стал спрашивать его, зачем он это сделал, на что потерпевший сказал, что завалит его. Между ними завязалась драка, в ходе которой потерпевший наносил ему множественные удары по ногам, телу и лицу, а он в ответ наносил потерпевшему множественные удары кулаками и ногами по корпусу и лицу, кулаками в живот и по ребрам, а также один удар головой в область носа. При этом в процессе драки он понял, что физически сильнее потерпевшего, так как у последнего появилась заторможенность ударов, удары были не сильные, и у него не было уверенности в себе. Непосредственно от его ударов потерпевший не падал и ни обо что не ударялся. Через какое-то время драка прекратилась, и они стали разговаривать. В ходе разговора, потерпевший вышел из комнаты, а когда вернулся, в его правой руке был нож. Поняв, что происходит, он отбежал к окну, при этом потерпевший продолжал двигаться в его сторону, размахивая ножом, типа нанося удары, но удары фактически нанести не смог, так как он отбегал от него. Он, в свою очередь, испугавшись за свою жизнь, пытался его успокоить словами, но потерпевший не реагировал, говорил, что все равно убьет его. Тогда он понял, что ему необходимо так ударить потерпевшего, чтобы последний потерял сознание, а он смог выхватить у него нож. После чего он нанес потерпевшему удар кулаком в область головы, и стал вырывать у него нож, но ему вначале это не удавалось, тогда он взял потерпевшего за шею, опрокинул его на спинку дивана, и продолжил отбирать нож, фиксируя его руку. После того, как ему удалось забрать нож, он, держа его за лезвие двумя пальцами большим и указательным, нанес им 2-3 удара в боковую часть ноги потерпевшего, и вроде бы один удар в область руки. Больше никуда удары ножом не наносил, а нож откинул в сторону. Дальше, он схватил потерпевшего за грудную клетку, стал трясти его, разговаривать с ним, а также нанес ему пощечину, чтобы он пришел в себя. Момента нанесения потерпевшему удара в живот он не помнит, поэтому оговаривать себя не будет. Удары ножом в мышцы ног наносил не для того, чтобы убить потерпевшего, а чтобы привести его в чувства. Далее, после окончания конфликта, он, не желая выходить на улицу в состоянии опьянения, попросил у потерпевшего разрешения остаться ночевать, на что он разрешил. Проснувшись утром, он обнаружил потерпевшего мертвым, лежащим на полу.

После исследования показаний, данных в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, ФИО1 оспаривая изложенные в них обстоятельства произошедшего, показал, что показания в протоколах записаны не с его слов, ножевого ранения в живот он потерпевшему не причинял, резаные повреждения в области лба слева, кровоподтеки, потерпевший возможно причинил себе сам, когда падал, не отрицая при этом, что в протоколах стоят его подписи, и допрашивался он в присутствии защитника, однако подтверждая изложенные в протоколах показания, он замечаний по существу изложенных в них обстоятельствах не писал, так как боялся, что на него может быть оказано давление. 

Однако впоследствии после возобновления судебного следствия подсудимый ФИО1 показал, что свои показания, данные им в ходе предварительного следствия, подтверждает, фактические обстоятельства, установленные в ходе предварительного следствия, а также совокупность причиненных потерпевшему телесных повреждений, в том числе ножевого ранения в живот, не оспаривает, однако момент причинения данного ранения помнит плохо, так как находился в испуганном состоянии, реально опасаясь за свою жизнь, настаивая при этом на том, что умысла на убийство потерпевшего у него не было. 

Из показаний подсудимого ФИО1 на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон, следует, что он, будучи допрошенным в качестве подозреваемого ДД.ММ.ГГГГ и обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ в присутствии защитника, вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал, не оспаривая при этом причинение потерпевшему телесных повреждений повлекших его смерть, также показал, что ДД.ММ.ГГГГ около 22-х часов он познакомился с М.А., при этом оба находились в состоянии алкогольного опьянения, и решили продолжить распивать спиртное в квартире М.А., для чего приобрели бутылку водки и прошли 

<

адрес>. В квартире также находилась женщина по имени Т., которая была в состоянии алкогольного опьянения и легла спать на матрасе. В ходе распития спиртного около часа ночи ДД.ММ.ГГГГ, М.А. стал предъявлять к нему претензии по поводу того, что он сидит на матрасе, на котором спит Т., в ответ на это он выразился в его адрес нецензурно, после чего М.А. вышел из комнаты, а когда вернулся, ударил его по затылку каким-то предметом, в ответ на что, он встал и нанес М.А. множественные удары руками и ногами по телу, голове и конечностям, при этом они оба не падали, стояли на ногах. Затем М.А. взял в руки нож, а он убежал от него в другую комнату, где закрылся и просил М.А. успокоиться, на что М.А. говорил, что он ответит за свои слова. Затем минут через пять они оба успокоились и продолжили распивать спиртное. Позже между ними снова возник словесный конфликт, во время которого М.А. схватил в правую руку, находящийся рядом с ним на выступе шкафа нож с синей ручкой и замахнулся на него, но ему удалось отобрать нож, после чего он отошел к стене, а М.А. стал приближаться к нему, требуя отдать ему нож. Поскольку он опасался, что М.А. заберет у него нож, он, держа его в своей правой руке, нанес М.А. удар ножом в живот справа, и еще два удара – в руку и ногу, после чего бросил нож на пол. Убивать потерпевшего не хотел, хотел только напугать его. Затем М.А. предложил ему выпить с ним, на что он отказался, и пошел спать в другую комнату, а потерпевший немного выпив спиртного, лег спать рядом с Т.. Проснувшись около 13-14 часов ДД.ММ.ГГГГ, он прошел в зал, где увидел, что М.А. лежит между матрасом и шкафом, тело его при этом было холодное, с синим оттенком. Он разбудил Т., и сказал, что М.А. мертв и нужно вызвать скорую и полицию, а затем ушел из квартиры к своему другу Г.В., которому рассказал о случившемся. Понимает, что потерпевший умер из-за него. (том 3 л.д. 13-16, 20-25) 

При этом, будучи дополнительно допрошенным в качестве обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ и при перепредьявлении обвинения ДД.ММ.ГГГГ в присутствии защитника вину в инкриминируемом ему преступлении признал полностью, и показал, что подтверждает обстоятельства, изложенные в постановлении о привлечении его в качестве обвиняемого. Ножевые ранения потерпевшему причинил из-за его противоправного поведения, так как он затеял драку. Не исключает, что в момент причинения потерпевшему ножевых ранений, последний упал на пол, и его (подсудимого) жизни ничего не угрожало, но более точно не помнит, так как был пьян и возбужден. Каким именно предметом ударил его потерпевший по голове, он не помнит. При каких обстоятельствах у потерпевшего образовались резаные раны и кровоподтеки с осаднением в области лба, не знает, но возможно он нанес ему эти удары тем же самым предметом, который он разбил о его голову. (том 3 л.д. 30-32, 46-49)

Из протокола явки с повинной от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ФИО1 сообщил о совершенном им преступлении, а именно о том, что в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ он, находясь в квартире ранее незнакомого ему мужчины по имени М., в ходе распития спиртных напитков, причинил ему телесные повреждения и ножевые ранения, от которых М. скончался. (том 1 л.д. 57)

Несмотря на частичное признание подсудимым своей вины в совершении инкриминируемого ему деяния, виновность ФИО1 подтверждается совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств.

Так, из показаний потерпевшего К.А. на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон следует, что М.А. является его отцом, об обстоятельствах его убийства, ему ничего не известно. Отношения между ними были нейтральными, близко они не общались, охарактеризовать его может как человека адекватного, спокойного, не агрессивного. (том 2 л.д. 110-112)

Из показаний свидетеля П.Н. на предварительном следствии исследованных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон, следует, что К. М.А. является ее отцом, проживал он вместе с И.Т. в 

<

адрес> при этом оба злоупотребляли спиртными напитками. ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 01:00 до 02:00 часов она созвонилась с М.А., который сообщил о том, что у него конфликт с парнем по имени Д., который пристает к его сожительнице И.Т. и попросил ее сожителя Н.Е. приехать и прогнать Д. из квартиры. Во время разговора отец на кого-то выражался нецензурной бранью, говорил: «не надо, к ней не лезь, это моя женщина», а также она слышала вздохи И.Т. и слова неизвестного ей мужчины, который выражался в адрес отца нецензурной бранью и говорил, что разберется с ним. Около 02:00 часов домой вернулся Н.Е., и она попросила его сходить в квартиру отца. Н.Е. пошел к М.А., но не достучался до него. ДД.ММ.ГГГГ в 14:00 часов она сама отправилась к отцу, где в квартире обнаружила его без признаков жизни, после чего вызвала скорую помощь и полицию. В квартире находилась И.Т., которая была в состоянии алкогольного опьянения. (том 2 л.д. 160-163)

Из показаний свидетеля Н.Е. на предварительном следствии исследованных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон, следует, что примерно в 02:20 часа ДД.ММ.ГГГГ он, по просьбе сожительницы П.И., пришел к квартире М.А., расположенной 

<

адрес>, дверь которой оказалась закрытой. В течение 15 минут он стучал в дверь, однако ему никто не отрыл, при этом за дверью он слышал голоса И.Т. и какого-то постороннего мужчины, который помимо того, что выражался нецензурной бранью, говорил: «М. вставай. Это полиция приехала. Зачем полицию вызвал». Помимо этого, неизвестный мужчина несколько раз повторял «вставай», от чего он подумал, что данный мужчина пытается разбудить М.А., после чего решив, что последний уснул, он ушел домой. (том 2 л.д. 166-168)

Из показаний свидетеля И.Т. на предварительном следствии исследованных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон, следует, что она проживала вместе с М.А. 

<

адрес>. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ они совместно с М.А. распивали спиртное, и что происходило в указанный период она пояснить не может, поскольку когда употребляет алкоголь, она не помнит, что происходит в процессе его распития. Также не помнит, при каких обстоятельствах в ее квартире был обнаружен труп М.А. (том 2 л.д. 169-172, 174-176)

Из показаний свидетеля П.Н. на предварительном следствии исследованных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон, следует, что ее квартира находится 

<

адрес>. Около 02:10 часов ДД.ММ.ГГГГ она услышала крики из указанной квартиры, было слышно два мужских голоса, один из которых спрашивал «получил удовольствие?», после чего добавил «я тебя сейчас завалю, и мне ничего не будет», после чего второй голос сказал «не лезь ко мне, дай я уйду». Затем первый мужчина несколько раз сказал «я тебя сейчас зарежу», а второй мужчина просил дать ему уйти, после чего из квартиры в течение 10 минут стали доноситься истошные крики, визги без слов. При этом ей показалось, что голос второго мужчины принадлежит жильцу квартиры, а первый голос незнакомому мужчине. Около 02:30 часов она также слышала, что в дверь 

<

адрес> кто-то сильно стучал, после чего все утихло, и больше ничего не было слышно. В вечернее время от сотрудников полиции ей стало известно, что в указанной квартире произошло убийство. (том 2 л.д. 201-203)

Из показаний свидетеля Г.В. на предварительном следствии исследованных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон, следует, что у него есть друг ФИО1, который ведет асоциальный образ жизни, злоупотребляет спиртными напитками, употребляет наркотики, нигде не работает, по характеру достаточно нервный, конфликтный, так как часто инициирует конфликты и ввязывается в драки. ДД.ММ.ГГГГ около 12:00 часов к нему пришел ФИО1, который находился в подавленном настроении, в состоянии похмелья, на его теле, а именно на голове по средней линии, в теменной области и на носу имелись раны. На его вопрос о том, что случилось, ФИО1 рассказал, что ДД.ММ.ГГГГ он познакомился с пожилым мужчиной и пошел к нему домой, где вместе с ним и его сожительницей стал распивать спиртное. В ходе застолья он начал проявлять интерес к сожительнице указанного мужчины и хотел вступить с ней в половое сношение по обоюдному согласию, из-за чего между ним и мужчиной возник конфликт, в ходе которого мужчина ударил его по голове статуэткой и схватил нож, в ответ на что ФИО1 ударил мужчину, пояснив ему, что вырубил его с одного удара, от чего он упал, а затем отобрал нож и нанес ему удар ножом в живот. После конфликта ФИО1 лег спать, а когда проснулся, обнаружил, что мужчина мертв. (том 2 л.д. 178-181)

Из показаний свидетеля П.А. на предварительном следствии исследованных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон, следует, что он работает врачом скорой помощи. В 15:30 часов ДД.ММ.ГГГГ он совместно с бригадой скорой помощи прибыл 

<

адрес>, где на полу в гостиной комнате лицом вниз лежал мужчина – М.А., который не подавал признаков жизни, на его голове имелась кровь, при этом труп он не переворачивал, реанимационные мероприятия не проводил, ввиду явных признаков смерти, в связи с чем, им была зафиксирована биологическая смерть. (том 2 л.д. 208-210)

Из показаний свидетеля Л.М. на предварительном следствии исследованных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон, следует, что он работает в должности участкового уполномоченного полиции, и на его участке расположен дом, где проживал М.А. ДД.ММ.ГГГГ в 15:05 часов ему из дежурной части поступило сообщение о том, что ему необходимо проехать в 

<

адрес>, где обнаружен труп. По приезду на место он встретил П.И., которая рассказала о том, что М.А. является ее отцом, ночью он звонил ей и просил прислать к нему ее мужа, чтобы выгнать из квартиры какого-то Д., который проявляет повышенное внимание к его сожительнице. Пройдя в квартиру он увидел труп М.А., на голове и лице которого имелись телесные повреждения, также имелись следы крови на его одежде, при этом труп он не трогал и не переворачивал, на место вызвал следственно-оперативную группу. (том 2 л.д. 212-214)

Из показаний свидетеля К.М. на предварительном следствии исследованных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон, следует, что он является сотрудником полиции, в ходе проведенных оперативно-розыскных мероприятий было установлено, что к совершению убийства М.А. может быть причастен ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ местонахождение ФИО1 было установлено, и он был доставлен в ОМВД России по г. Норильску, где сообщил о совершении им убийства М.А. и написал явку с повинной. (том 2 л.д. 183-185)

Из показаний свидетеля А.В. на предварительном следствии исследованных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон, следует, что ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес> обнаружен труп М.А. с признаками насильственной смерти. ДД.ММ.ГГГГ по подозрению в совершении данного преступления был задержан ФИО1, в отношении которого были проведены оперативно-технические мероприятия «негласная аудиозапись» и «негласное видеонаблюдение», при проведении которых, в ходе беседы, ФИО1 добровольно сообщил о том, что в ходе ссоры, М.А. ударил его по голове предметом наподобие вазы, в ответ на что он стал наносить М.А. удары руками и один раз ногой в область грудной клетки, при этом в руках последнего откуда-то оказался нож, который ФИО1 выхватил из его рук и нанес М.А. несколько ударов данным ножом. (том 2 л.д. 186-188)

Кроме изложенных доказательств виновность подсудимого подтверждается иными материалами уголовного дела:

Как следует из материалов дела – протокола осмотра места происшествия и приложенной к нему фототаблицы от ДД.ММ.ГГГГ, а также протокола дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, объектом осмотра являлась квартира 

<

адрес>, где в комнате № 1 напротив входа в указанную комнату на полу обнаружен лежащий лицом вниз труп М.А. с множественными телесными повреждениями, на одежде которого имелись пятна бурого цвета похожие на кровь; кроме того, в ходе осмотров места происшествия обнаружены и изъяты: осколки фарфоровой статуэтки, нож с рукояткой белого цвета и следами вещества бурого цвета, пиала в двумя окурками, два выреза одеял с пятнами бурого цвета, 18 отрезков ленты-скотч со следами пальцев рук, мобильный телефон, темно-синяя футболка, кальсоны, 5 отрезков ленты-скотч, нож с рукояткой синего цвета с наслоением вещества бурого цвета. (том 1 л.д. 14-31, 33-38)

Из протокола выемки от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в служебном кабинете 

<

адрес>, у судебно-медицинского эксперта К.К. изъяты кровь М.А. с контролем, а также срезы ногтевых пластин с правой и левой кистей, два кожных лоскута с ранами М.А. (том 1 л.д. 79-81)

Из протокола выемки от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в помещении следственного кабинета 

<

адрес>, у ФИО1 были изъяты брюки черного цвета, кофта черного цвета и куртка сине-серого цвета, в которых он находился в момент совершения преступления. (том 1 л.д. 86-90)

Изъятые в ходе проведения осмотров места происшествия и выемок предметы являлись объектами осмотров (том 1 л.д. 91-101, 102-109); признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств. (том 1 л.д. 110)

Так, согласно заключению биологической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ не исключено происхождение следов крови на вырезе с одеял из двух комнат и на одном фрагменте фарфоровой статуэтки, от М.А., при этом нельзя исключить и примесь крови ФИО1 на указанных предмерах, при наличии у него повреждений, сопровождавшихся наружным кровотечением. (том 2 л.д. 24-31)

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ножи, изъятые ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотров места происшествия 

<

адрес>, к холодному оружию не относятся, и являются ножами хозяйственно-бытового назначения, изготовлены заводским способом. (том 1 л.д. 204-206)

Из заключения биологической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в следах на клинках обоих ножей и на рукояти ножа, изъятого ДД.ММ.ГГГГ, найдена кровь человека смешанная с потом человека, которая могла произойти от потерпевшего М.А., при этом не исключается в указанных следах примеси пота и крови, от ФИО1, только при обязательном наличии повреждений, сопровождавшихся наружным кровотечением. (том 1 л.д. 215-222)

Из заключения дактилоскопической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что один из следов пальцев рук, изъятых в ходе осмотра места происшествия 

<

адрес>, на бутылке из-под водки «Топаз» оставлен средним пальцем правой руки И.Т., один след пальцев с телевизора у левой стены комнаты оставлен большим пальцем правой руки ФИО1, один след пальца оставлен большим пальцем левой руки М.А., два следа оставлены ни ФИО1, ни И.Т. и ни М.А., а другими лицами, остальные же следы рук на отрезках липкой ленты «скотч» не пригодны для идентификации. (том 1 л.д. 186-195)

Согласно заключению биологической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ на представленных для исследования синей футболке с длинным рукавом и синих кальсонах, принадлежащих М.А. найдена кровь человека, происхождение которой не исключена от М.А. Примесь крови ФИО1 на указанных предметах одежды исключить нельзя, но лишь при наличии у последнего повреждений, сопровождавшихся наружным кровотечением (том 2 л.д. 42-48). При этом на одежде ФИО1: брюках черного цвета, кофте черного цвета, куртке сине-серого цвета кровь не найдена. (том 1 л.д. 233-239)

Из заключения медико-криминалистической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на представленном препарате кожи, обозначенном как «рана № 4», обнаружено повреждение в виде раны, имеющей свойства колото-резаной, которая возникла в результате однократного воздействия плоского клинка колюще-режущего предмета (орудия, оружия), имеющего лезвие, ширина которого на глубине погружения около 16,0 мм и П-образный в сечении обух, толщина которого в следообразующей части около 1,0 мм. На представленном препарате кожи, обозначенном как «рана №», обнаружено повреждение в виде раны, имеющей свойства колото-резаной, которая возникла в результате однократного воздействия плоского клинка колюще-режущего предмета (орудия, оружия), имеющего лезвие, ширина которого на глубине погружения около 7,0 мм и П-образный в сечении обух, толщина которого в следообразующей части около 1,0 мм. Причинение подлинных колото-резаных ранений на представленных препаратах кожи от трупа М.А. не исключается от воздействия клинком представленного на экспертизу ножа № 2, изъятого в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ, либо другим колюще-режущим предметом с аналогичными конструктивными особенностями клинка. Причинение подлинных повреждений представленным на экспертизу ножом № 1 – маловероятно, в виду обнаруженных различий в характере краев и концов, образованных действием лезвия, обуха и острия, т.е. в основном отобразившимся групповым признакам (том 1 л.д. 163-171), при этом ФИО1, ознакомившись с указанным заключением эксперта, в ходе допроса в качестве обвиняемого, подтвердил нанесение М.А. ранений ножом № 2, при этом объяснить происхождение крови на другом ноже не смог. (том 3 л.д. 30-32)

Из протокола осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ следует, что объектом осмотра являлся диск с видеозаписью от ДД.ММ.ГГГГ - документирования результатов ОРМ, в ходе осмотра которого установлено, что находясь 

<

адрес>, ФИО1 в ходе разговора с А.В., рассказал о том, что в ходе ссоры с М.А. нанес ему удары кулаками и ногой, а также несколько раз ударил его ножом с синей ручкой в правый бок, предварительно отобрав его у потерпевшего. (том 2 л.д. 192-196)

Из заключения судебно-медицинской экспертизы трупа № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 119-130) следует, что смерть М.А. насильственная и наступила в результате проникающего колото-резаного ранения живота с повреждением правой доли печени и сосудов в области ворот печени, осложнившегося кровотечением в брюшную полость в объеме не менее 1 815 мл, развитием массивной кровопотери и геморрагического шока тяжелой степени. Давность наступления смерти на момент осмотра трупа М.А. на месте происшествия ДД.ММ.ГГГГ в 16:30 часов составляла около 10-12 часов. 

При судебно-медицинской экспертизе трупа М.А. обнаружены телесные повреждения в виде:

А) множественных колото-резаных ранений: 

- слепого колото-резаного ранения живота - с наличием раны (№ 4) длиной 2,2 см на правой боковой стенке грудной клетки на уровне 9-го межреберья по передней подмышечной линии, на высоте 128 см от подошв; с раневым каналом длиной не менее 15 см, идущим спереди назад, справа налево под углом 45° к фронтальной плоскости и сверху вниз под углом около 15° к горизонтальной плоскости; проникающим в брюшную полость в 9-м межреберье по средне-ключичной линии; со сквозным повреждением по ходу раневого канала правой доли печени, малого сальника и ветвей воротной (или нижней полой) вены;

- сквозного колото-резаного ранения в области правого локтевого сустава (раны № 5, 6), соответственно на задне-внутренней поверхности локтевого сустава и нижней трети левого плеча; длиной соответственно 2,3 см и 0,6 см, соединенных общим раневым каналом длиной 6,5 см; без повреждения крупных сосудов и нервов; 

- слепого колото-резаного ранения передне-наружной поверхности правой голени в средней трети (рана № 7), длиной 0,9 см, с раневым каналом глубиной 3,7см. в подкожной жировой клетчатке. 

Указанные ранения возникли и результате трех отдельных воздействий острого предмета (или предметов), обладающего колюще-режущими свойствами, возможно, ножа с плоским однолезвийным клинком, имеющим тонкий П-образный обушок; с максимальной шириной клинка на уровне погружения в мягкие ткани около 16 мм и максимальной длиной на уровне погружения в мягкие ткани не менее 15,0 см. Более вероятно, что в момент причинения указанных ранений М.А. находился в малоподвижном горизонтальном, либо близком к таковому положении на левом боку, правым боком к нападавшему, находившемуся над ним в вертикальном положении и наносившему удары колюще-режущим предметом сверху вниз. При этом со стороны М.А. предпринимались попытки пассивной самообороны с целью защитить тело от ударов - путем выставления перед собой согнутой в локте правой рукой, а также согнутой в колене и подтянутой к животу правой ногой, что и обусловило появление «защитных» колото-резаных ранений в области правого локтевого сустава и на правой голени. 

Б) закрытой тупой черепно-лицевой травмы - множественные переломы правой скуловой кости со смещением (по линии лобно-скулового шва, по линии скуло-верхнечелюстного шва, двойной фрагментарный перелом скуловой дуги); массивные кровоподтеки в окологлазнично-скуловой и околоушно-височной области справа с обширными кровоизлияниями в подлежащие мягкие ткани; кровоизлияние в мягкие ткани теменно-височной области головы справа. Данные повреждения возникли в результате неоднократного (не менее 5-6) целенаправленного ударного воздействия в правую половину лица и волосистой части головы со значительной силой тупым твердым предметом или предметами с ограниченной контактирующей поверхностью без четких индивидуальных особенностей (кистью руки человека, сжатой в кулак, и т.п. предметами).

В) закрытой тупой травмы грудной клетки - конструкционные переломы ребер справа (3-го по передней подмышечной линии, 4, 5, 6-го по средне-ключичной линии) с кровоизлияниями в мягкие ткани по окологрудинной линии (на отдалении от зоны переломов). Данные повреждения возникли в результате неоднократного (не менее 2) целенаправленного ударного воздействия по передней поверхности правой половины грудной клетки со значительной силой тупым твердым предметом или предметами с ограниченной контактирующей поверхностью без четких индивидуальных особенностей (кистью руки человека, сжатой в кулак, обутой или разутой ногой и т.п. предметами).

Г) резаных ран (№ 1, 2, 3) в области лба слева, которые возникли в результате трех отдельных воздействий острого предмета или предметов, обладающих режущими свойствами. При этом ровные лоскутообразные края ран характерны для воздействия осколков стекла или керамики (разбитые бутылки, посуда, и т.п.) 

Д) кровоподтека с осаднением в области лба справа у границы роста волос – возник в результате однократного ударного воздействия тупым твердым ограниченным предметом с наличием в следообразующей части короткого ребра или угла. Не исключается его причинение в результате удара целым стеклянным или керамическим сосудом, разбившимся в результате этого удара и осколками которого были причинены в дальнейшем вышеописанные резаные раны № 1, 2, 3.

Е) U-образной ссадины шеи в подчелюстной области справа, которая возникла в результате скользящего воздействия твердого предмета, имевшего ограниченную закругленную ребристую поверхность (возможно, от края ногтевой пластинки пальца руки человека).

Ж) кровоподтеков (2) на задне-наружной поверхности правого предплечья в верхней трети; ссадин на тыле правой кисти (множественные), на передней поверхности правого коленного сустава (1), которые возникли от неоднократного (не менее 4-х) прямого и скользящего воздействия тупым твердым предметом или предметами без четких индивидуальных особенностей.

Все вышеперечисленные телесные повреждения имеют сравнительно однотипные морфологические свойства. Возможно их причинение в период времени от нескольких десятков минут до нескольких часов (не более 3-6 часов) до наступления смерти М.А., в течение которых потерпевший мог совершать активные целенаправленные действия (в том числе передвигаться, разговаривать и даже употреблять алкоголь). 

При этом образование телесных повреждений, указанных в п. Ж не исключается в результате падения с высоты собственного роста на правую половину тела с упором на тыльную поверхность правого предплечья и кисти, а также на переднюю поверхность правого коленного сустава. Образование всех остальных телесных повреждений, перечисленных в п.п. А-Е в результате как однократного, так и многократного падения с высоты собственного роста исключается. 

Проникающее колото-резаное ранение живота (рана № 4) с повреждением правой доли печени и сосудов в области ворот печени, осложнившееся кровотечением в брюшную полость в объеме не менее 1 815 мл, развитием массивной кровопотери и геморрагического шока тяжелой степени состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти М.А. Указанное ранение являлось опасным для жизни и тем самым соответствует квалифицирующему признаку тяжкого вреда, причиненного здоровью человека. На основании этого, расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью человека. 

Все остальные телесные повреждения, перечисленные в п.п. Б-Ж, как по отдельности, так и в совокупности, не состоят в какой-либо причинно-следственной связи с наступлением смерти М.А., в том числе:

- закрытая тупая черепно-лицевая травма, не являлась опасной для жизни и не вызвала стойкой утраты общей трудоспособности. Все ее компоненты подлежат экспертной оценке в совокупности, как имеющие единый механизм образования. В том числе, множественные переломы правой скуловой кости со смещением, имеют ориентировочные сроки нетрудоспособности 20-30 дней, Срок временной нетрудоспособности, превышающий 21 сутки, отнесен к критериям квалифицирующего признака длительного расстройства здоровья. По указанному признаку, длительное расстройство здоровья квалифицируется как вред здоровью средней тяжести. Таким образом, в результате закрытой тупой черепно-лицевой травмы, ведущим компонентом которой были множественные переломы правой скуловой кости со смещением, М.А. был причинен вред здоровью средней тяжести. 

- закрытая тупая травма грудной клетки с переломами 3, 4, 5, 6 ребер справа в данном случае также не являлась опасной для жизни и не вызвала стойкой утраты общей трудоспособности. Все ее компоненты подлежат экспертной оценке в совокупности, как имеющие единый механизм образования. В том числе, односторонние переломы четырех ребер без смещения, имеют ориентировочные сроки нетрудоспособности 45-80 дней. Срок временной нетрудоспособности, превышающий 21 сутки, отнесен к критериям квалифицирующего признака длительного расстройства здоровья. По указанному признаку, длительное расстройство здоровья квалифицируется как вред здоровью средней тяжести. Таким образом, в результате закрытой тупой травмы грудной клетки с переломами 3, 4, 5, 6 ребер справа М.А. причинен вред здоровью средней тяжести.

- резаные раны лица № 1, 2, 3, колото-резаные раны области правого локтевого сустава и правой голени № 5, 6, 7 как по отдельности, так и в совокупности не являлись опасным для жизни и не вызвали стойкой утраты общей трудоспособности. По своему характеру требовали проведения хирургической обработки и наложения швов. Указанные раны имеют ориентировочные сроки нетрудоспособности от 7-10 до 15-20 дней. Срок временной нетрудоспособности не превышающий 21 сутки, отнесен к критериям квалифицирующего признака кратковременного расстройства здоровья. По указанному признаку кратковременное расстройство здоровья квалифицируется как легкий вред здоровью. Таким образом, указанными ранами, как по отдельности, так и в совокупности М.А. был причинен легкий вред здоровью. 

- кровоподтек с осаднением в области лба справа, U-образная ссадина шеи в подчелюстной области справа, кровоподтеки на задне-наружной поверхности правого предплечья в верхней трети, ссадины на тыле правой кисти и на передней поверхности правого коленного сустава как по отдельности, так и в совокупности не вызывают какого-либо расстройства здоровья или стойкой утраты общей трудоспособности и расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека.

При судебно-химическом исследовании в крови и моче М.А. обнаружен этиловый спирт, в концентрации соответствующей средней степени алкогольного опьянения. 

Из заключения судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что у ФИО1 на момент проведения экспертизы обнаружены телесные повреждения в виде: ушибленных ран в теменной области головы слева, расположенные на одной условной линии ориентированной на 11 и 5 часов условного циферблата (2), одна из которых (на 11 часах) расположена на фоне кровоподтека, глубокой ссадины в области левого ската и крыла носа, поверхностной ссадины в височной области головы слева ближе к границе роста волос; которые возникли в срок не менее трех и не более пяти суток до момента проведения экспертизы, не менее чем от 3-х отдельных ударного (ушибленные раны) и скользящих (ссадины) воздействий тупым твердым предметом или предметами, с достаточной силой для их образования, при этом ушибленные раны возникли при действии такового предмета под близким к прямому углом к поверхности головы. При этом в связи с тем, что ФИО1 за медицинской помощью после причинения ему ушибленных ран не обращался соответственно отсутствуют документы с данными о необходимости проведения медицинских манипуляций, их объема, течении, завершении лечения и его результатах, не представляется возможным определить степень тяжести вреда здоровью, причиненного указанными ранами ввиду неясности исхода на момент проведения экспертизы. Однако значительные размеры ран свидетельствуют об их глубоком характере, а заживление подобных ран происходит с формированием рубцов, в связи с чем, учитывая, что ориентировочные сроки нетрудоспособности при открытых ранах волосистой части головы без осложнений, составляет 7-10 дней, что не превышает 21 сутки, соответственно отмеченными ушибленными рана в области головы ему был причинен легкий вред здоровью. При этом ссадины не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, и квалифицируются как повреждения, не причинившие вред здоровью. Причинение ушибленных ран в области головы и глубокой ссадины могло сопровождаться наружным кровотечением из поврежденных сосудов кожи, но более вероятно умеренным в проекции ран и незначительным в проекции ссадины, без признаков фонтанирования. Причинение поверхностной ссадины не могло сопровождаться наружным кровотечением. (том 1 л.д. 150-153)

Выше исследованные доказательства, как полученные с соблюдением уголовно-процессуального закона суд признает допустимыми и в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела, признания вины подсудимого в умышленном убийстве и постановления обвинительного приговора, поскольку в ходе судебного разбирательства из совокупности изложенных выше доказательств достоверно установлено, что в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ, в ходе совместного распития спиртных напитков, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений ФИО1 умышленно причинил М.А. телесные повреждения, повлекшие его смерть, т.е. убил его. 

При этом оценивая доводы подсудимого и его защиты о том, что у него не было умысла на убийство М.А., ножевые ранения потерпевшему нанес, действуя при превышении пределов необходимой обороны, обороняясь от его посягательства, суд признает их необоснованными и надуманными, недостоверными и вызванными желанием подсудимого уйти от уголовного наказания за более тяжкое преступление, поскольку объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства они не нашли.

Так, из показаний подсудимого, данных им в ходе предварительного следствия и принятых судом за основу, в том числе подтвержденных подсудимым в ходе судебного разбирательства в конце судебного следствия, следует, что в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ он находился в квартире потерпевшего, где они совместно распивали спиртное, в ходе которого потерпевший стал предъявлять ему претензии по поводу того, что он сидел на матрасе, на котором спала его женщина, при этом подсудимый в свою очередь выразился в адрес потерпевшего нецензурно, в ответ на что, потерпевший нанес подсудимому удар по затылку каким-то предметом. После чего подсудимый нанес потерпевшему множественные удары руками и ногами по телу, голове и конечностям. Далее М.А. взял в руки нож, увидев это, подсудимый убежал от него в другую комнату, где закрылся и попросил потерпевшего, который говорил подсудимому, что он ответит за свои слова, успокоиться. Минут через пять, после того, как потерпевший успокоился, они продолжили распивать спиртное, однако между ними вновь возник конфликт, в ходе которого потерпевший схватил нож и замахнулся на подсудимого, которому удалось отобрать нож у потерпевшего, и отойти с ним к стене, но поскольку подсудимый опасался того, что М.А. заберет у него нож, он, держа его в своей правой руке нанес потерпевшему удар ножом в живот справа, и еще два удара – в руку и ногу, после чего бросил нож на пол. 

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что фактически инициатором конфликта, возникшего между подсудимым и потерпевшим, явился подсудимый, который в ответ на предъявляемые ему претензии выразился в адрес потерпевшего нецензурной бранью, повлекшие за собой дальнейшие противоправные действия потерпевшего, выразившиеся в нанесении ударов подсудимому по голове. Данные обстоятельства подтверждаются не только показаниями свидетеля П.Н., которая показала, что разговаривая с отцом в период времени с 01:00 до 02:00 часов ДД.ММ.ГГГГ, последний просил ее о помощи, сообщив о том, что у него возник конфликт с парнем по имени Д., который пристает к его сожительнице, и он просит прийти к нему ее сожителя с целью прогнать из квартиры подсудимого, но и показаниями свидетеля Г.В., который показал, что ДД.ММ.ГГГГ около 12:00 часов к нему пришел его знакомый ФИО1, который находился в подавленном настроении, в состоянии похмелья, на теле которого имелись телесные повреждения, пояснивший, что ДД.ММ.ГГГГ он познакомился с пожилым мужчиной, с которым в ходе распития спиртного у него возник конфликт на почве того, что он стал проявлять интерес к его сожительнице, в ходе которого мужчина нанес ему удар по голове статуэткой, после чего схватил нож, который подсудимому удалось забрать, вырубить потерпевшего одним ударом, после чего нанести ему удар ножом в область живота, от чего потерпевший умер. 

При этом наличие телесных повреждений на теле подсудимого подтверждают лишь факт противоправного поведения со стороны потерпевшего.

К доводам подсудимого, высказанным им в ходе судебного заседания о том, что показания данные им в ходе предварительного следствия он не подтверждает, поскольку они написаны не с его слов, так как он говорил только то, что ему говорили, боясь при этом оказания на него какого-либо давления, суд относится критически и расценивает их как избранную подсудимым линию защитного поведения, имеющую целью избежать уголовной ответственности за содеянное, поскольку в ходе судебного разбирательства подтверждения, данные доводы не нашли, сам подсудимый в ходе судебного заседания после возобновления судебного следствия, свою позицию изменил, показания, данные им в ходе предварительного следствия, подтвердил. Кроме того, в судебном заседании нарушений требований уголовно-процессуального закона при их получении судом не установлено: подсудимый допрошен в допустимое время, при непосредственном участии защитника, что исключало оказание на него какого-либо давления, из протоколов следственных действий следует, что каждый из них был ознакомлен с содержанием протоколов, возражений после ознакомления с протоколами относительно достоверности и правильности изложения, сообщенных в ходе допросов сведений от подсудимого не поступало, о чем свидетельствует как его подпись, так и подпись защитника в процессуальных документах. У суда нет оснований ставить под сомнение правдивость указанных показаний подсудимого, данных в ходе предварительного следствия, поскольку они последовательны, подтверждаются совокупностью представленных и исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств. 

С учетом изложенного, у суда нет оснований ставить под сомнение объективность и достоверность сообщенных свидетелями сведений, поскольку данные ими показания последовательны, по главным и существенным для дела обстоятельствам согласуются между собой, взаимно дополняют друг друга и не противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, до начала допроса свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, указанные лица в исходе дела заинтересованности не имеют, доказательств, опровергающих обстоятельства, установленные в ходе их допроса, суду не представлено, при этом иные обстоятельства, которые могли бы повлиять на достоверность и объективность данных свидетелями показаний, стороной защиты не названо и в ходе судебного разбирательства не установлено. 

Так, судом достоверно установлено, что все вышеуказанные повреждения потерпевшему были причинены именно ФИО1, что подсудимым, в свою очередь, также не отрицалось, который в судебном заседании подтвердил, что до причинения потерпевшему телесных повреждений, на его теле никаких повреждений не было, в процессе конфликта в квартире кроме них никого больше не было. Таким образом, причастность к содеянному иных лиц, исследованными в судебном заседании доказательствами полностью исключается. 

В то же время доводы подсудимого о том, что он находился в состоянии необходимой обороны, вследствие чего был вынужден применить в отношении потерпевшего нож, судом признаются несостоятельными, поскольку они опровергаются всей совокупностью исследованных судом доказательств. Так, в момент причинения телесных повреждений, повлекших смерть потерпевшего, в руках последнего какое-либо оружие отсутствовало, те повреждения, которые зафиксированы на теле у ФИО1, квалифицируются, как повреждения, причинившие легкий вред здоровью и не причинившие вред здоровью, что указывает на то, что действия потерпевшего не создавали угрозу жизни и здоровью подсудимому ФИО1, дающие ему право на защиту от него, напротив, как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы трупа М.А., последний в момент причинения ему телесных повреждений, повлекших его смерть находился в малоподвижном горизонтальном, либо близкому к таковому положении на левом боку, правым боком к нападавшему, находившемуся над ним в вертикальном положении и наносившему удары колюще-режущим предметом сверху вниз, при этом со стороны потерпевшего предпринимались попытки пассивной самообороны с целью защитить тело от ударов – путем выставления перед собой согнутой в локте правой рукой, а также согнутой в колене и подтянутой к животу правой ногой.

Оснований ставить под сомнение достоверность и обоснованность экспертных выводов суд не усматривает, поскольку исследования проведены лицами, обладающими необходимыми образованием, опытом работы и стажем экспертной деятельности, на исследование представлены достаточные для производства научно обоснованных выводов материалы, выводы экспертов по поставленным на разрешение вопросам мотивированны и непротиворечивы.

Кроме этого, отвергая как необоснованные доводы подсудимого об имевшем место посягательстве на его жизнь и здоровье со стороны погибшего, суд учитывает также возраст и состояние здоровья погибшего, физические характеристики обоих, нахождение погибшего в момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения. 

О наличии у подсудимого именно прямого умысла, направленного на лишение жизни потерпевшего, указывают также характер и локализация ранений, сосредоточенных, в том числе, в жизненно важных областях тела человека, каковыми являются брюшная полость, грудная клетка. 

О прямом умысле свидетельствуют также количество нанесенных ФИО1 ранений, что указывает на настойчивость подсудимого в достижении своей цели, направленной на лишение потерпевшего жизни, а также орудие, которым были причинены эти ранения, в том числе ножом, то есть предметом, обладающим необходимыми поражающими свойствами, достаточными для причинения человеку повреждений, в том числе и смертельных. 

Так, под необходимой обороной понимаются защита личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. 

При этом по смыслу закона, общественно опасное посягательство, сопряженное с опасным для жизни насилием, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица. Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно несоответствующих характеру и опасности посягательства. 

Факт применения в отношении ФИО1 какого-либо насилия, опасного для его жизни, либо реальной угрозы применения такого насилия, судом не установлен.

Напротив, из показаний подсудимого ФИО1 следует, что до нанесения потерпевшему ударов ножом, он понял, что физически сильнее потерпевшего, который в процессе драки ослаб и не мог оказывать ему значительного сопротивления. Кроме того, из заключения эксперта следует, что удары ножом ФИО1 наносил потерпевшему в момент, когда последний лежал и соответственно не представлял никакой опасности для жизни ФИО1 Данные обстоятельства подтверждаются и показаниями самого подсудимого, пояснившего, что в момент причинения потерпевшему ножевых ранений, последний упал на пол, и его (подсудимого) жизни ничего не угрожало.

Кроме того, его дальнейшие действия после завершения конфликта также свидетельствуют об отсутствии реальной угрозы его жизни и здоровья, поскольку он не покинул квартиру потерпевшего, не только после того, как ему было причинено телесное повреждение, причинившее ему легкий вред здоровью, но и после причинения потерпевшему ножевых ранений, а остался там ночевать.

При этом доводы защиты о том, что показания подсудимого о наличии посягательства на его жизнь со стороны потерпевшего подтверждаются, в том числе показаниями свидетеля П.Н. - соседки потерпевшего, поскольку последняя пояснила, что она слышала, что в квартире потерпевшего происходила ссора между двумя мужчинами, один из которых кричал, что лишит другого жизни, а второй просил дать ему возможность уйти, суд признает необоснованными и несоответствующими фактическим обстоятельствам дела, поскольку как следует из показаний данного свидетеля голос, высказывающий угрозы убийством принадлежал мужчине ей не знакомому, а голос просивший оставить его в покое и дать возможность уйти, принадлежал потерпевшему. 

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что действия ФИО1 были направлены на умышленное причинение смерти потерпевшему, поскольку данных, свидетельствующих о том, что непосредственно перед нанесением подсудимым потерпевшему ножевых ранений, в том числе повлекшего его смерть, в действиях последнего имело место посягательство на жизнь и здоровье, либо реальной действительной угрозы применения такого насилия в судебном заседании не добыто, а потому оснований для признания в действиях ФИО1 признаков превышения пределов необходимой обороны не имеется. Таким образом, доводы подсудимого и защиты о совершении ФИО1 преступления при превышении пределов необходимой обороны своего объективного подтверждения в судебном заседании не нашли и опровергаются перечисленными выше доказательствами.

При таких обстоятельствах, оценив доказательства по делу с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в их совокупности достаточности, с учетом позиции государственного обвинителя, действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Квалифицируя, таким образом, действия подсудимого, суд приходит к выводу, что нанесение потерпевшему ударов в жизненно важный орган и выбор для этого в качестве орудия преступления предмета с колюще-режущими свойствами, которым возможно нарушить анатомическую целостность тканей человека, свидетельствуют о наличии умысла на лишение жизни.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

При определении вида и размера наказания суд учитывает следующее:

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 в соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 61 УК РФ суд признает – признание подсудимым своей вины, 

<

данные изъяты>, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, ФИО1 еще до его задержания, давая объяснения добровольно рассказал о случившемся, сообщив при этом сведения, ранее неизвестные сотрудникам полиции об обстоятельствах совершенного преступления и о его причастности к его совершению, подтвердив их в дальнейшем в ходе допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также противоправное поведение потерпевшего, явившегося поводом для преступления, выразившееся в нанесение ФИО1 ударов по голове. При этом установленные судом смягчающие наказание обстоятельства исключительными не являются, в связи с чем, суд не усматривает оснований для применения положений ст. 64 УК РФ. 

Также суд учитывает данные о личности подсудимого, 

<

данные изъяты>.

При этом, оснований для признания в качестве отягчающего наказание ФИО1 обстоятельства, как на то указано в обвинительном заключении – «совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя», предусмотренного ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, суд не находит, поскольку по смыслу уголовного закона, сам факт нахождения лица в момент совершения преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, и констатация этого факта при описании преступного деяния, не может безусловно признаваться обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, т.к. иных доказательств, которые подтверждали бы факт того, что нахождение ФИО1 в состоянии опьянения способствовало совершению им преступления, материалы дела не содержат и в судебном заседании таковых установлено не было. Кроме того, в судебном заседании государственный обвинитель данное обстоятельство в качестве отягчающего наказание подсудимого учитывать не просил, сам же подсудимый в судебном заседании заявил, что данное состояние на его действия в момент совершения им преступления не повлияло. 

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого судом не установлено, в связи с чем, при назначении наказания суд применяет положения ч. 1 ст. 62 УК РФ. 

Оценивая обстоятельства дела в их совокупности, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимого, принимая во внимание влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого и условия его жизни, суд приходит к выводу о том, что исправление подсудимого должно проходить в условиях изоляции от общества, поскольку иной вид наказания не обеспечит достижение целей уголовного наказания, установленных ст. 43 УК РФ, и принципа справедливости, закрепленного в ст. 6 УК РФ, однако полагает возможным не назначать ФИО1 дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, отбывание ФИО1 наказания подлежит в исправительной колонии строгого режима, поскольку он осуждается к лишению свободы за совершение особо тяжкого преступления.

Учитывая, что ФИО1 по настоящему приговору осужден к реальному сроку в виде лишения свободы, суд, с учетом положений ч. 2 ст. 97 УПК РФ, и в целях обеспечения исполнения приговора, полагает необходимым до вступления приговора в законную силу, избранную в отношении него меру пресечения в виде заключения под стражу – оставить без изменения.

Кроме того, на основании ч. 2 ст. 22, п. «в» ч. 1 ст. 97, ч. 2 ст. 99, ч. 1 ст. 104 УК РФ, как лицу, совершившему преступление в состоянии вменяемости, но нуждающемуся в лечении психических расстройств, не исключающих вменяемости, суд наряду с наказанием считает необходимым назначить ФИО1 принудительную меру медицинского характера в виде амбулаторного наблюдения и лечения у психиатра по месту отбывания наказания.

Несмотря на совокупность установленных судом смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, с учетом фактических обстоятельств дела, степени общественной опасности содеянного, оснований к изменению в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ категории совершенного подсудимым деяния на менее тяжкое, суд не усматривает.

Разрешая судьбу вещественных доказательств, суд приходит к выводу, что в силу ч. 3 ст. 81 УПК РФ, предметы, изъятые по месту жительства потерпевшего, - подлежат уничтожению; кроме сотового телефона, который подлежит возвращению законному владельцу; брюки черного цвета, кофта черного цвета, куртка сине-серого цвета, - также подлежат возвращению законному владельцу; CD-R-диск с видеозаписью, находящийся на хранении в 

<

адрес>, – подлежит передачи в Норильский городской суд, для дальнейшего хранения при материалах уголовного дела в течение всего срока хранения последнего.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 9 (девяти) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу. На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время задержания и содержания ФИО1 под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления настоящего приговора в законную силу, зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

В соответствии с ч. 2 ст. 22, ст. 97, ч. 2 ст. 99, ч. 1 ст. 104 УК РФ назначить ФИО1 принудительную меру медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра по месту отбывания наказания.

Меру пресечения – заключение под стражу – до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства:

- пиалу с двумя окурками, 18 отрезков ленты скотч, футболку темно-синего цвета с длинным рукавом, кальсоны темно-голубые, осколки фарфоровой статуэтки в виде жирафа, нож с белой рукоятью со следами бурого цвета, два выреза с пятнами бурого цвета с одеял, 5 отрезков ленты скотч, кровь с контролем марли в конверте, два кожных лоскута с ранами, нож с пластиковой рукоятью синего цвета, находящиеся на хранении 

<

адрес>, - уничтожить;

- мобильный телефон «Нокиа», находящийся на хранении 

<

адрес>, - вернуть по принадлежности К.А.;

- брюки черного цвета, кофту черного цвета, куртку сине-серого цвета, находящиеся на хранении в 

<

адрес>, - вернуть по принадлежности ФИО1;

- CD-R-диск с видеозаписью, находящийся на хранении 

<

адрес>, - передать в Норильский городской суд, где хранить при материалах уголовного дела в течение всего срока хранения последнего.

Приговор может быть обжалован в Красноярский краевой суд через Норильский городской суд в течение 10 суток с момента провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии и участии защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должен указать в апелляционной жалобе. В случае подачи апелляционного представления или апелляционной жалобы иными лицами, о своем участии и участии защитника в заседании суда апелляционной инстанции, осужденный должен указать в отдельном ходатайстве либо в возражениях на жалобу или представление в течение 10 суток со дня вручения копии жалобы или представления.

Председательствующий Ю.В. Литвинова