Председательствующий по делу Дело № 22-1794/2021

судья Ри Е.С.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Чита 21 июля 2021 г.

Забайкальский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Арефьевой Л.Е.

при секретаре судебного заседания Будажапове А.Б.

с участием: 

прокурора отдела прокуратуры Забайкальского края Осипова Р.С.

осужденного Г

адвоката Уваровой Д.С.

представителя потерпевшего – адвоката Нестеренко Л.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе и дополнениям к ней осужденного Г на приговор 

<

данные изъяты> районного суда 

<

данные изъяты> от 17 мая 2021 г., которым

Г, 

<

данные изъяты> не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к ограничению свободы на срок 2 года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года. 

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установлены ограничения: не выезжать за пределы муниципального образования 

<

адрес> и не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложена обязанность являться на регистрацию один раз в месяц в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы. 

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения, до вступления приговора в законную силу.

Исковые требования потерпевшего ПВП о компенсации морального вреда удовлетворены частично, постановлено взыскать с Г в пользу ПВП в счет возмещения морального вреда 200 000 рублей.

Судьба вещественных доказательств по делу разрешена.

При обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре, Г признан виновным и осужден за нарушение правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. 

Преступление совершено 

<

Дата> в 

<

адрес>.

В судебном заседании осужденный Г вину в совершении инкриминируемого деяния не признал, отрицая свою причастность. Указал, что столкновение произошло из-за высокой скорости мотоцикла, у которого к тому же отсутствовал свет передней фары.

Заслушав доклад судьи Забайкальского краевого суда Арефьевой Л.Е., выслушав мнение осуждённого Г, адвоката Уваровой Д.С., поддержавших доводы, изложенные в апелляционной жалобе и дополнениях к ней, мнение прокурора, потерпевшего и его представителя, просивших об оставлении апелляционной жалобы и дополнений к ней без удовлетворения, приговор без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л :

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный Г, выражая несогласие с приговором, оспаривает свою виновность в совершении преступления. Обращает внимание на схему ДТП, и указывает, что она не содержит полноты произошедшего, поскольку на ней не зафиксирован отброс осколков деталей транспортных средств, следы волочения мотоцикла, не указано расстояние, пройденное мотоциклом от момента столкновения до полной остановки, что, по мнению автора жалобы, приводит к невозможности определения параметров отдельных фаз ДТП, или реконструкции механизма ДТП. 

Далее обращает внимание на заключение автотехнической экспертизы, которая, по мнению осужденного, проведена поверхностно, поскольку не исследована траектория столкновения, не установлена направленность удара, эксперт при проведении автотехнической экспертизы транспортные средства не осматривал. Указывает, что автомобиль и мотоцикл были осмотрены следователем 

<

Дата>, тогда как заключение составлено экспертом 

<

Дата>, на момент проведения экспертизы протоколы осмотра автомобиля и мотоцикла в материалах дела отсутствовали, эксперт не располагал описанием повреждений. 

По мнению осужденного, удар был прямым, а не скользящим, как об этом указал в судебном заседании эксперт ЯЮА В подтверждение своих доводов приводит повреждения автомобиля – вмято левое крыло, разбита левая фара, вывернуто левое колесо, загнут левый нижний рычаг. При этом обращает внимание на прямое направление правого колеса автомобиля относительно движения, что, по мнению осужденного, указывает на то, что к маневру водитель автомобиля не успел приступить. С учетом изложенного, показания водителя мотоцикла расценивает, как способ защиты и уклонения от ответственности. 

Усматривает необходимость проведения дополнительной автотехнической экспертизы для установления скорости мотоцикла, которая, по мнению осужденного, была значительно превышена, в связи с чем он (Г) не мог предвидеть ДТП. Утверждает, что двигался в соответствии с Правилами дорожного движения, и ожидал, что все участники дорожного движения их так же соблюдают, поворот выполнял в разрешенном месте, перед началом поворота подал сигнал световым указателем, опасности для движения не создавал. Предполагает, что водитель мотоцикла совершил обгон впереди идущего автомобиля, и в момент, когда он (Г) начал совершать поворот, мотоцикл уходил с полосы встречного движения на свою полосу, в связи с чем считает необходимым изучение траектории движения мотоцикла. 

Просит приговор отменить, и постановить в отношении него оправдательный приговор. 

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного Г помощник прокурора 

<

данные изъяты> ФИО1 считает приговор законным и обоснованным, а назначенное наказание – справедливым. 

Проверив имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы жалобы и дополнений к ней, поступившие возражения, заслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Обвинительный приговор в отношении Г отвечает требованиям ст.ст.307-308 УПК РФ. В нем приведены доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекших причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью ПВП, приведены мотивы, по которым суд принял одни доказательства и отверг другие.

Доводы осужденного о том, что виновником дорожно-транспортного происшествия явился водитель мотоцикла ПВП, который превысил скорость и допустил столкновение с его автомобилем, тщательно проверены судом и мотивированно опровергнуты в приговоре с приведением убедительных аргументов.

Исследованные в судебном заседании доказательства, в частности, показания потерпевшего ПВП, свидетелей ОИВ, ДБЭ, ДЦА, экспертное заключение и протоколы следственных действий суд оценил с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Совокупности исследованных доказательств дана надлежащая оценка, не вызывающая сомнений в правильности выводов суда.

Так суд в обоснование выводов о виновности Г в свершении преступления правильно сослался на показания потерпевшего ПВП о том, что он до момента столкновения двигался на технически исправном мотоцикле по своей полосе движения с включенными световыми приборами, скорость движения была не более 40-45 км.\ ч. При подъезде к перекрестку видел свет фар встречных машин, однако сигнала поворота у них он не видел. В результате дорожно-транспортного происшествия ему был причинен тяжкий вред здоровью.

Из показаний свидетеля ОИВ следует, что она видела, как движущийся впереди нее автомобиль "

<

данные изъяты>" стал осуществлять маневр поворота налево, не останавливаясь. Как только он выехал на полосу встречного движения, произошел удар с мотоциклистом, который двигался во встречном направлении. До столкновения она мотоцикл не видела, так как обзор ей перекрывали впереди идущие машины. После столкновения мотоцикл отбросило, она видела, что передняя фара у мотоцикла горела. После этого она стала оказывать помощь пострадавшему.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ДБЭ пояснил, что он составлял схему дорожно-транспортного происшествия и производил все замеры. Было установлено, что столкновение произошло в момент, когда автомобиль под управлением осужденного совершал маневр поворота налево, а мотоциклист двигался по своей полосе движения во встречном направлении, при этом присутствующий на месте ДТП водитель автомобиля не оспаривал правильность установления места столкновения, которое было определено по осыпи осколков и деталей. 

Аналогичное следует и из показаний свидетеля ДЦА, которая была на месте ДТП в составе следственно-оперативной группы и оформляла первичные документы. На момент осмотра водитель автомобиля присутствовал, водитель мотоцикла был уже госпитализирован, транспортные средства находились на месте. Автомашина находилась на проезжей части, мотоцикл находился за пределами проезжей части, его отбросило. Сотрудниками ГИБДД с участием понятых была составлена схема ДТП, с которой Г был ознакомлен и ее не оспаривал.

Кроме этого суд в обоснование доказанности виновности осужденного сослался на протоколы осмотра места происшествия, осмотра транспортных средств с фиксацией повреждений как на автомобиле, так и мотоцикле, заключение судебно-медицинской экспертизы потерпевшего, заключение автотехнической экспертизы, и иные доказательства, которые подробно и правильно изложил в приговоре.

При исследовании и оценке доказательств судом не допущено каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, ставящих под сомнение правильность установления фактических обстоятельств, что, соответственно, указывает на отсутствие по делу судебной ошибки в этой части.

Вопреки доводам жалобы осужденного, судом, наряду с другими доказательствами по делу дана оценка автотехнической экспертизе.

При этом суд пришел к обоснованному выводу, что экспертное заключение выполнено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, его выводы являются научно-обоснованными. Оснований сомневаться в компетенции, незаинтересованности и беспристрастности эксперта, судом первой инстанций обоснованно не усмотрено.

Эксперт располагал достаточными данными, позволяющими прийти к выводам, которые им в заключении мотивированы со ссылкой на научную литературу и исходя из обстоятельств, установленных в ходе предварительного следствия на основании осмотра места ДТП, данных следственного эксперимента, показаний участников дорожно-транспортного происшествия, а также очевидцев. Отсутствие протоколов осмотра транспортных средств на момент проведения экспертизы, на что обращает внимание осужденный в жалобе, не повлияло на правильность выводов эксперта, поскольку к протоколу осмотра места происшествия были приложены фототаблицы, на которых зафиксированы повреждения транспортных средств.

Эксперт ЯЮА в судебном заседании был допрошен и подтвердил свои выводы о том, что водителем автомобиля Г не были соблюдены Правила дорожного движения, а именно то, что при выполнении маневра поворота налево вне перекрестка, он не уступил дорогу транспортному средству, двигающемуся во встречном направлении, чем создал опасность для движения и данное нарушение находится в причинной связи с происшествием. Учитывая, что водитель мотоцикла не располагал технической возможностью избежать столкновения, так как не успевал среагировать на возникшую опасность, то в его действиях несоответствий требованиям Правил дорожного движения не усмотрено, равно, как и не усмотрено причинной связи с происшествием. При этом эксперт пояснил, что необходимости в установлении скорости, с которой двигался мотоциклист, не имелось, поскольку первопричиной ДТП явилось несоблюдение Правил водителем автомобиля. Также эксперт указал, что удар был скользящим.

Таким образом, выводы эксперта не противоречат совокупности исследованных доказательств, а также соответствуют показаниям осужденного, который изначально не оспаривал, что им совершался маневр поворота налево и мотоциклиста он не увидел, в связи с чем и произошло столкновение. Также осужденный не оспаривал, что столкновение произошло на встречной полосе движения.

С учетом изложенного, следует признать, что доводы жалобы осужденного, с изложением своей версии обстоятельств дела и анализа доказательств, в частности автотехнической экспертизы, сводятся к переоценке им доказательств по делу, однако оснований не согласиться с оценкой доказательств, выполненных судом, на основании совокупности исследованных относимых допустимых и признанных достоверными доказательств, - не имеется.

Сведений об искажении в протоколах следственных действий обстановки на месте дорожно-транспортного происшествия суд также не установил, из материалов уголовного дела таких сведений не усматривается.

Схема осмотра дорожно-транспортного происшествия составлялась в присутствии осужденного, который с ней был согласен и каких-либо замечаний не принес.

Судом достоверно установлено, что Г, управляя автомобилем и имея техническую возможность при выполнении требований Правил дорожного движения, нарушив требования п. 1.5, 8.1, 8.8. Правил, при выполнении вне перекрестка маневра поворота налево на левую обочину улицы, не уступил дорогу встречному транспортному средству, в результате чего допустил столкновение с мотоциклом под управлением ПВП, которому в результате ДТП по неосторожности был причинен тяжкий вред здоровью.

С учетом изложенного суд, установив фактические обстоятельства дела, верно квалифицировал действия Г по ч.1 ст.264 УК РФ. Оснований для иной юридической оценки действий осужденного не имеется.

Вопреки доводам жалобы об обвинительном уклоне суда и непринятии доводов стороны защиты, из материалов дела, протокола судебного заседания не усматривается. Судебное следствие по делу выполнено в соответствии с положениями ст.15 УПК РФ на основе принципа состязательности сторон, с созданием им необходимых условий для исполнения процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все ходатайства, заявленные стороной защиты, в том числе и о назначении дополнительной судебно-автотехнической экспертизы, были рассмотрены судом, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а принятое решение об отказе в удовлетворении ходатайства о назначении такой экспертизы, является обоснованным и мотивированным.

Наказание Г назначено в соответствии с требованиями ст.6, 43,60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, влияния назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, смягчающих наказание обстоятельств, к которым суд отнес положительные характеристики, социальную адаптацию, отсутствие судимостей, неправомерные действия потерпевшего ПВП, управлявшего мотоциклом при отсутствии права на его управление.

Обстоятельств, отягчающих наказание Г, по делу не установлено.

Суд обоснованно учитывал правила ст.56 УК РФ и назначил осужденному наказание не связанное с лишение свободы - в виде ограничения свободы.

Назначенное наказание по своему виду и размеру, соразмерно содеянному и снижению не подлежит.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначенное осужденному мотивировано судом, в соответствии с требованиями ч.3 ст.47 УК РФ.

Суд первой инстанции также обосновал частичное удовлетворение исковых требований потерпевшего, в силу ст.ст.151, 1099 ГК РФ, о компенсации морального вреда в размере 200000 рублей, с учетом причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также фактических обстоятельств дела.

Оснований для удовлетворения жалобы осужденного не имеется.

В то же время суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что вынесенный приговор подлежит изменению.

В обоснование своего решения о виновности Г в совершенном преступлении суд сослался на показания сотрудников полиции ДЦА и ДБЭ об обстоятельствах, ставших им известными при нахождении на месте ДТП и опросе Г

Между тем, в соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2004 г. № 44-О, недопустимо воспроизведение в ходе судебного разбирательства содержания показаний участников процесса, данных в ходе досудебного производства по уголовному делу, путем допроса в качестве свидетеля дознавателя или следователя, производивших дознание или предварительное следствие.

Суд не вправе допрашивать дознавателя и следователя, равно как и сотрудника, осуществляющего оперативное сопровождение дела, о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства.

Тем самым закон исключает возможность любого, прямого или опосредованного, использования содержащихся в них сведений.

В связи с изложенным, показания свидетелей ДЦА, ДБЭ относительно сведений, которые стали им известны из беседы с Г не могут быть использованы в качестве доказательства виновности осужденного и подлежат в данной части исключению из числа доказательств по делу.

Вместе с тем, по мнению суда апелляционной инстанции, исключение из числа доказательств показаний указанных лиц относительно сведений, которые стали им известны из беседы с осужденным Г, не влияет на правильность выводов суда о его виновности, поскольку имеется совокупность иных доказательств, которые соответствуют требованиям ст.ст.87,88 УПК РФ и оценены в приговоре с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.20, 389,26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор 

<

данные изъяты> районного суда 

<

данные изъяты> от 17 мая 2021 г. в отношении Г - изменить.

- исключить из числа доказательств показания свидетелей ДЦА и ДБЭ в части воспроизведения сведений, сообщенных им осужденным.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, путем подачи кассационной жалобы через суд, постановивший приговор.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

В случае пропуска срока обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Забайкальского краевого суда Л.Е. Арефьева