АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

23 июля 2024 года г.Уфа

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе: председательствующего судьи Каримова Ф.М., судей Халитова Н.Х. и Галимзяновой З.Т.,

при секретаре Кожевникове Д.С.,

с участием прокурора Мустафина Р.И.,

потерпевшей ГГР и ее представителя БФВ,

защитника – адвоката Ермолаева И.Н.,

осужденного ФИО1 (в режиме видеоконференц-связи),

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным представлению государственного обвинителя Иркабаева А.М. и жалобе адвоката Ермолаева И.Н. в интересах осужденного ФИО1 на приговор ... суда ... от 28 марта 2024 года, по которому

ФИО1, дата г.р., судимый 12 января 2024 года по ч.1 ст.119, п. «д» ч.2 ст.127, ч.2 ст.69 УК РФ к 1 году 1 месяцу лишения свободы условно, с испытательным сроком 1 год,

осужден по ч.4 ст.111 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В срок отбытия наказания зачтено время содержания его под стражей с 10 ноября 2023 г. до дня вступления приговора в законную силу из расчета 1 день содержания под стражей за 1 день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. 

Приговор ... суда ... от 12 января 2024 г. постановлено исполнять самостоятельно.

Разрешены гражданский иск и судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Галимзяновой З.Т., выступления осужденного ФИО1 и адвоката Ермолаева И.Н. в поддержку доводов апелляционной жалобы, мнения потерпевшей ФИО2, ее представителя ФИО3 и прокурора Мустафина Р.И. об отмене приговора, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего в адрес, при следующих обстоятельствах.

В период времени с 23.40 час. 9 ноября по 00.13 час.10 ноября 2023 г. в подъездном помещении около адрес между ФИО1 и ГАР произошел конфликт на почве личной неприязни, где ГАР нанес несколько ударов в область лица ФИО1, и у него возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ГАР.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО1 в вышеуказанный период времени, находясь в подъездном помещении квартиры по вышеуказанному адресу, осознавая, что своими действиями причиняет тяжкий вред здоровью ГАР, желая этого, не предвидя, хотя должен был и мог предвидеть возможность наступления последствий в виде смерти ГАР, используя тычковый нож в качестве орудия преступления, умышленно нанес ножом 1 удар ГАР в расположение жизненно-важного органа потерпевшего, то есть шеи, причинив ему тем самым телесное повреждение в виде проникающего колото-резаного ранения шеи слева с повреждением по ходу раневого канала шеи слева, подкожно-жировой клетчатки, мягких тканей шеи слева, с полным пересечением внутренней сонной артерии, с неполным пересечением яремной вены, где в глубоких мягких тканях шеи слепо затухает, с направлением раневого канала спереди назад, слева направо и сверху вниз, с длиной раневого канала около 7,2 см; по данным судебно-гистологического исследования: нарушение целостности (рана с ровными контурами) стенки сонной артерии, инфильтрующее кровоизлияние в окружающих мягких тканях, без лейкоцитарной реакции, точечное нарушение целостности стенки вены шеи с обширным кровоизлиянием в окружающих мягких тканях, без лейкоцитарной реакции, кровоизлияния в мягких тканях шеи №1, №2, №3, без лейкоцитарной реакции. Данное повреждение причинило вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни (согласно п.6.1.26 Приказа Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 г. №194н г.Москва «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека») и по этому признаку квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Данное повреждение стоит в прямой причинной связи со смертью ГАР.

Смерть ГАР наступила в период времени с 23.40 час. 9 ноября по 02.00 час.10 ноября 2023 г. в адрес от проникающего колото-резаного ранения шеи слева с повреждением по ходу раневого канала шеи слева, подкожно-жировой клетчатки, мягких тканей шеи слева, с полным пересечением внутренней сонной артерии, с неполным пересечением яремной вены, осложнившегося травматико-геморрагическим шоком.

В судебном заседании вину в предъявленном обвинении ФИО1 частично признал, дело рассмотрено в общем порядке судебного разбирательства.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ... Иркабаев А.М., излагая нормы УК РФ, УПК РФ, разъяснения постановлений Пленума Верховного Суда РФ №1 от 27.01.1999 г., №55 от 29.11.2016 г., ставит вопрос об отмене судебного решения ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного закона, вынесении нового обвинительного приговора. Указывает на то, что суд ошибочно переквалифицировал действия ФИО1 с ч.1 ст.105 УК РФ на ч.4 ст.111 УК РФ. Так как смерть ГАР явилась следствием примененного к нему насилия, характер избранного осужденным орудия и локализация причиненного ранения прямо свидетельствуют о направленности умысла на лишение потерпевшего жизни. Направление раневого канала «спереди назад, слева направо и сверху вниз, с длиной около 7,2 см» явно указывает на нанесение ему целенаправленного с приложением силы удара, что опровергает вывод суда о косвенном умысле на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть. Доводы ФИО1 о том, что в результате нанесенных ударов по голове у него образовались телесные повреждения, несостоятельны, поскольку судебно-медицинским экспертом исключена возможность их образования в инкриминируемый период. Остальные установленные телесные повреждения, как он сам пояснил в суде, получены им при задержании сотрудниками полиции. Об умышленном причинении смерти ГАР свидетельствуют использование в качестве оружия ножа и нанесение им с достаточной силой удара в область жизненно-важного органа человека – шею. Продемонстрированные ФИО1 действия при проверке показаний на месте преступления, в частности, когда потерпевший замахнулся на него кулаком, а он в этот момент достал из кармана нож и отмахнулся, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, поскольку указанный им процесс требовал длительного промежутка времени, который явно не сопоставим с зафиксированными событиями. Его показания в части действий ГАР по нанесению телесных повреждений, обстоятельств использования им ножа противоречат установленным фактам, являются надуманными, свидетельствуют о желании избежать предусмотренной законом ответственности за более тяжкое преступление. Кроме того, суд первой инстанции в описательно-мотивировочной части приговора пришел к выводу о совершении им преступления в форме небрежности, указал, что ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел наступление общественно опасных последствий в виде тяжкого вреда здоровью потерпевшего и допускал их наступление, однако не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия. Одновременно суд в приговоре сделал вывод и о том, что он осознавал, что, нанося удар ножом потерпевшему, может причинить тяжкий вред здоровью, однако легкомысленно отнесся к наступлению данных последствий, вследствие чего по неосторожности наступила смерть потерпевшего. Таким образом, выводы суда содержат противоречия в части формы совершенного ФИО1 по неосторожности преступления (легкомыслие или небрежность). 

В апелляционной жалобе с дополнением защитник осужденного, излагая показания допрошенных лиц, нормы УК РФ, УПК РФ, действующего законодательства, правовые позиции Конституционного суда РФ, разъяснения постановлений Пленума Верховного Суда РФ №58 от 22.12.2015 г., №51 от 19.12.2017 г., просит отменить судебное решение и направить уголовное дело на новое рассмотрение. Ссылается на то, что у ФИО1 зафиксированы телесные повреждения. Доводы стороны защиты о возможности квалификации его действий по ст.109 УК РФ, превышении пределов необходимой обороны судом должным образом не проверены и не опровергнуты, незаконно сняты задаваемые вопросы. Не принято во внимание заключение специалиста, не назначена и не проведена дополнительная судебно-психиатрическая экспертиза. Не приведено объективного анализа обстоятельств, имеющих правовое значение для определения признаков необходимой обороны: было ли посягательство со стороны ГАР, создавало ли оно реальную угрозу для его жизни, физические возможности сторон, изменились ли характер и степень опасности нападения после демонстрации наличия ножа, можно ли было в существующих условиях избрать адекватный способ защиты и реагирования. Показания ФИО1 в совокупности с исследованными доказательствами не оценены. Назначено чрезмерно суровое наказание, без учета явки с повинной, практически максимально возможное при применении ч.1 ст.62 УК РФ, хотя совокупность смягчающих обстоятельств может быть признана исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности преступления. Компенсация морального вреда в сумме 2 млн. руб. взыскана с него необоснованно, ничем не мотивирована, подлежит снижению. Неприязненные отношения и умышленное причинение потерпевшему вреда ничем не подтверждены, мотив преступления не установлен. Свидетель ЕКГ очевидцем произошедшего не была, каких-либо изобличающих ФИО1 показаний не давала, заинтересована в исходе дела, так как испытывает к нему неприязнь. Потерпевшая ГАР все узнала со слов других лиц.

В возражении государственный обвинитель предлагает апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, указывая на несостоятельность изложенных доводов.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных представления, жалобы и возражения, судебная коллегия приходит к выводу, что обвинительный приговор суда первой инстанции подлежит отмене с постановлением по делу нового обвинительного приговора. Оснований к возвращению уголовного дела на новое рассмотрение не усматривается, поскольку препятствий к вынесению итогового решения апелляционным судом не имеется.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, то есть постановленным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанным на правильном применении уголовного закона.

В силу ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов и последствий преступления; доказательства, на которых основаны выводы суда, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Эти требования закона соблюдены не в полной мере.

Судом первой инстанции неправильно применен уголовный закон, изложенные в приговоре в отношении ФИО1 выводы о совершении им преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, не соответствуют установленным в судебных заседаниях фактическим обстоятельствам дела, содержат противоречия в видах неосторожной формы вины в смерти потерпевшего. 

При апелляционном рассмотрении дела судом установлено, что в период времени с 23.40 час. 9 ноября по 00.13 час. 10 ноября 2023 г. в подъездном помещении около адрес между ФИО1 и ГАР произошел конфликт на почве личной неприязни, ГАР нанес несколько ударов в область лица ФИО1, и у него возник преступный умысел, направленный на его убийство. Реализуя свой преступный умысел, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность смерти человека, сознательно допуская ее наступление, ФИО1 нанес имевшимся при себе тычковым ножом 1 удар в жизненно важный орган ГАР – шею, причинив телесное повреждение в виде проникающего колото-резаного ранения шеи слева с повреждением по ходу раневого канала шеи слева, подкожно-жировой клетчатки, мягких тканей шеи слева, с полным пересечением внутренней сонной артерии, с неполным пересечением яремной вены, где в глубоких мягких тканях шеи слепо затухает, осложнившееся травматико-геморрагическим шоком, повлекшее смерть ГАР в указанной квартире в период времени до 02.00 час. дата

19.03.2024 г. в суде ФИО1 показал, что 09.11.2023 г. в течение дня возил потерпевшего ГАР по делам, конфликтовали, тот нанес ему несколько ударов по лицу. Вечером ГАР пригласил его к себе с целью возврата долга. В подъезде дома, на площадке 8 этажа потерпевший стал наносить ему множественные удары по телу и лицу. В кармане куртки был нож, достал его, он самопроизвольно открылся, держал в вытянутой руке. ГАР направился в его сторону, продолжил наносить удары кулаком, своей шеей напоролся на нож, потом бежал за ним и матерился. 

25.03.2024 г. ФИО1 показал, что ГАР вывернул ему руку. Он присел, нащупал в кармане нож, который открылся, когда доставал, поднял на уровень своей головы, сказал потерпевшему остановиться. ГАР наклонился, чтобы ударить, сделал шаг вперед и наткнулся на нож.

Однако, несмотря на непризнание, его вина в совершении преступления подтверждена совокупностью собранных по делу доказательств, исследованных в суде.

Будучи допрошенным с соблюдением уголовно-процессуального законодательства на предварительном следствии, он показал, что в подъезде дома ГАР начал размахивать руками, пытался ударить, задел ударом по голове. Нецензурно выражался, говорил, чтоб ушел. Он в это время выхватил нож, нажал на кнопку сброса ножен, с целью защиты один раз махнул клинком и ускоренным шагом направился в сторону лестничной площадки. Вслед слышались шаги, слова нецензурной брани (л.д.239-244 т.1, 8-13 т.2).

По показаниям потерпевшей ГГР, ее сын, ГАР, со своей девушкой ЕКГ проживали отдельно. С сыном общалась практически каждый день, характеризует его положительно. В ночь с 9 на 10 ноября 2023 г. ей позвонила ЕКГ и сообщила, что ФИО1 Р убил ГАР. Когда она приехала к ним, то увидела ГАР лежащим на полу, в крови, сотрудники скорой медицинской помощи уже уехали. В квартире и в коридоре везде была кровь.

Из показаний свидетеля ЕКГ следует, что она проживала совместно с ГАР по адресу: адрес, в присутствии других людей между собой никогда не ссорились. 09.11.2023 г. около 23.00 час. к ним домой пришел его приятель, ФИО1, который нервничал, постирал свою шапку, попил чай. Около 00.00 час. 10.11.2023 г. попрощался и пошел обуваться, ГАР пошел за ним, они разговаривали. Через 15-20 секунд она вышла в тамбур, ГАР шел навстречу с общего балкона, был без обуви, держался за горло, откуда обильно фонтаном шла кровь. Попросил вызвать скорую медицинскую помощь, сказав, что умирает, его порезал ФИО1.

Свидетель АЮВ показала, что около 10 месяцев совместно проживала с ФИО1, характеризует его положительно. ГАР, массивного мальчика, которого называли кирпичом, видела около 4 раз, подвозили в автомобиле. 10 ноября 2023 г. ей позвонила бывшая супруга ФИО1, сказала, что им интересуются сотрудники органа следственного комитета. Потом позвонил участковый уполномоченный отдела полиции, сообщил о случившемся. После чего она созвонилась с ФИО1 и ЕКГ.

По показаниям свидетеля СКС, своего брата, ФИО1, характеризует положительно. 10 ноября 2023 г. ей позвонила АЮВ и сообщила о конфликтной ситуации у ГАР, она все рассказала матери.

Свидетель МИА показала, что своего сына, ФИО1, характеризует положительно. 10 ноября 2023 г. от дочери узнала о произошедшем, позвонила ему, сообщила о смерти ГАР. Он не поверил, сказал, что когда уходил, то ГАР кричал ему вслед гадости. Отключился, обещал ей перезвонить. 

По протоколам осмотров мест происшествий, выемок, с приложенными фототаблицами, в подъезде адрес обнаружены и изъяты на марлевые тампоны смывы вещества бурого цвета; в адрес этого дома – наволочка, с трупа снята одежда; в легковом автомобиле ФИО1 – куртка, тычковый нож с деревянной ручкой, в пластмассовых ножнах, мобильный телефон; у ЕКГ изъят принадлежащий ГАР мобильный телефон; у ФИО1 изъята одежда: кофта и штаны (л.д.9-21, 22-29, 51-54, 57-60 т.1).

По заключениям экспертов, на трико, кофте, носках, трусах, футболке ГАР, на наволочке, тычковом ноже, ножнах, куртке ФИО1 обнаружена кровь, происхождение которой возможно от ГАР и исключается от ФИО1 ввиду иной групповой принадлежности (л.д.80-83 т.1).

У ФИО1 установлены телесные повреждения: кровоподтеки лица, левого плеча, ссадина области правого локтевого сустава, не причинившие вред здоровью. Их образование возможно в сроки около 10-15 суток до производства экспертизы (21.11.2023 г.), в ночь с 9 на 10 ноября 2023 г. не исключается. Имеющиеся подкожные кровоизлияния волосистой части головы в затылочной области, возможно, образованы в ближайшее к дате проведения экспертизы время (л.д.143-145 т.1).

При судебно-медицинской экспертизе трупа ГАР, дата г.р., обнаружено проникающее колото-резаное ранение шеи слева с повреждением по ходу раневого канала кожи шеи слева, подкожно-жировой клетчатки, мягких тканей шеи слева, с полным пересечением внутренней сонной артерии, с неполным пересечением яремной вены, где в глубоких мягких тканях шеи слепо затухает, с направлением раневого канала спереди назад, слева направо и сверху вниз, с длиной раневого канала около 7,2 см. Оно могло быть причинено незадолго до смерти плоским обоюдоострым колюще-режущим орудием (оружием), с острыми ровными лезвиями, погрузившаяся следообразующая часть которого имела острие и ширину клинка около 30 мм, в результате не менее однократного воздействия в область левой боковой поверхности шеи. Причинило тяжкий вред здоровью, опасный для жизни, создающий непосредственную угрозу для жизни. Состоит в прямой причинной связи со смертью. Смерть его наступила от проникающего колото-резаного ранения шеи слева с повреждением по ходу раневого канала кожи шеи слева, подкожно-жировой клетчатки, мягких тканей шеи слева, с полным пересечением внутренней сонной артерии, с неполным пересечением внутренней яремной артерии, осложнившегося травматико-геморрагическим шоком. Возможность совершения потерпевшим активных целенаправленных действий, в том числе передвигаться, кричать и т.д. не исключается в период времени от момента получения телесных повреждений до момента потери сознания (л.д.97-123 т.1).

Смерть ГАР наступила в период времени от 23.00 час. 9 ноября до 02.00 час. 10 ноября 2023 г., не исключается в 00.22 час.10 ноября 2023 г. (л.д.128-138 т.1).

По заключению амбулаторной комплексной психолого-психиатрической экспертизы ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством или слабоумием не страдает и может осознавать общественную опасность своих действий и руководить ими. В период совершения деяния не обнаруживал какого-либо временного психического расстройства (был в ясном сознании, полностью ориентировался в окружающей обстановке, не обнаруживал бреда и галлюцинаций, совершал целенаправленные действия), мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, руководить ими. В настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать о них показания (л.д.89-93 т.1).

Судебная коллегия считает, что все доказательства по уголовному делу собраны с соблюдением действующего законодательства, являются относимыми, допустимыми, а в совокупности достаточными для постановления в отношении ФИО1 обвинительного приговора.

Не верить стабильным и последовательным показаниям свидетеля ЕКГ оснований не имеется. Причин для оговора не усматривается. Они согласуются между собой и другими доказательствами, исследованными судом и изложенными в приговоре, существенных противоречий не содержат. 

Показания ФИО1 в суде о действиях в пределах необходимой обороны, о том, что потерпевший ГАР сам напоролся на нож, следует оценивать как стремление облегчить свою участь и попытку избежать уголовной ответственности за содеянное. Так как они противоречат его же показаниям на предварительном следствии в качестве подозреваемого, обвиняемого, данным в присутствии адвоката, с проведением при проверке показаний на месте видеозаписи (л.д.245-256 т.1), подтвержденным материалами дела.

При этом следует учесть, что ФИО1 и ГАР дружили и тесно общались на протяжении 5 лет. Конфликты между ними произошли 9 и 10 ноября 2023 г., повлекли неприязнь друг к другу, послужили поводом для нанесения умышленного удара ножом в шею человека.

Заключения экспертов получены в соответствии с положениями ст.204 УПК РФ, основания для признания их недопустимыми доказательствами отсутствуют. Экспертные исследования проведены компетентными лицами, обладающими специальными познаниями и навыками в области экспертного исследования. Выводы экспертов мотивированы, научно обоснованы, объективно подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами.

Исходя из установленных фактических обстоятельств дела, действия ФИО1 подлежат квалификации по ч.1 ст.105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Необходимо отграничивать убийство от умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего, имея в виду, что при убийстве умысел виновного направлен на лишение потерпевшего жизни, а при совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, отношение виновного к наступлению смерти потерпевшего выражается в неосторожности. 

По смыслу закона, при решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Механизм причинения ФИО1 ГАР телесного повреждения – нанесение потерпевшему удара ножом слева направо и сверху вниз, со значительной силой, о чем свидетельствует глубина раневого канала (7,2 см), в область расположения жизненно-важного органа (шеи), орудие причинения телесного повреждения – обоюдоострый тычковый нож, имеющий лезвия, значительную ширину клинка (30 мм), обладающий колюще-режущими свойствами, поведение осужденного после нанесения удара в совокупности подтверждают умышленное причинение ему смерти.

Суд первой инстанции, квалифицируя действия ФИО1 по ч.4 ст.111 УК РФ в приговоре указал, что в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о совершении им иных, кроме 1 удара ножом в шею ГАР, активных действий направленных на лишение его жизни, при наличии у него такой возможности. Цель убийства потерпевшего и желание наступления его смерти ничем не подтверждены.

Однако судом упущено из виду, что убийство человека возможно не только с прямым, но и с косвенным умыслом, когда виновное лицо осознает общественную опасность своих действий, предвидит возможность наступления общественно-опасных последствий, не желает, но сознательно допускает эти последствия либо относится к ним безразлично.

Установленные фактические обстоятельства дела свидетельствуют о том, что ФИО1, нанося удар ножом в шею ГАР, предвидел возможность наступления его смерти, не желал, но сознательно ее допускал.

Признаков необходимой обороны, превышения пределов необходимой обороны не выявлено.

В силу чч.1 и 2 ст.37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законов интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

Как видно из материалов дела, вред здоровью, создающий реальную угрозу для жизни, здоровья ФИО1 или другого лица ГАР не причинял, оружия или предметов, используемых в качестве оружия, у него не было, угроз о намерении причинить такой вред не высказывал.

По показаниям подсудимого, отраженные в заключении эксперта телесные повреждения им получены 9 ноября 2023 г., до произошедшего.

Эти телесные повреждения не опровергают характер и направленность действий виновного на причинение смерти человеку, которые не были обусловлены необходимостью защиты от посягательства, а совершены из чувства личной неприязни к потерпевшему, поэтому не являются необходимой обороной или превышением ее пределов.

Сведений о его нахождении при нанесении удара ножом в шею потерпевшего в состоянии сильного душевного волнения не имеется, сам он об этом не заявлял. Аффект характеризуется временным затуманиванием сознания, которое сохраняется непродолжительный промежуток времени, в течение которого виновное лицо лишено возможности контролировать свои действия и отдавать им отчет.

В подъезде дома с ГАР они находились непродолжительное время, исчисляемое секундами, минутами, после удара нож он из шеи вытащил, убежал к своему автомобилю, нож положил в ножны, до вечера у родственников и знакомых не появлялся, но общался с ними, был задержан возле магазина. Дал подробные детальные показания.

Заключение 2 специалистов (врача невролога и врача психиатра, психолога-педагога), представленное в суд первой инстанции стороной защиты, где указано, что у Ахтямова реального целеполагания на причинение тяжкого вреда здоровью или убийство ГАР не имелось, его действия обоснованы защитой от агрессивных действий, не исключается нахождение в состоянии аффекта (л.д.36-62 т.3), послужило поводом для назначения судом апелляционной инстанции дополнительной экспертизы. 

По заключению дополнительной амбулаторной комплексной психолого-психиатрической экспертизы (3 судебно-психиатрических экспертов и 1 психолога-эксперта) в момент совершения инкриминируемого деяния ФИО1 не находился в состоянии аффекта или ином выраженном эмоциональном состоянии, которое оказало существенное влияние на его сознание и поведение. Проанализированные экспертом материалы уголовного дела указывают на отсутствие квалификационных признаков, характерных для состояния выраженного аффективного деликта (аффекта или иного выраженного эмоционального состояния) с типичной динамикой развития эмоциональных реакций с их внешними проявлениями. В инкриминируемой ему ситуации его восприятие не нарушено, действия осознанные и целенаправленные.

Оснований сомневаться в правильности и объективности заключения экспертов, которое никем не оспаривалось, судебная коллегия не усматривает. Проведена экспертиза 4 компетентными экспертами, имеющими соответствующие стаж работы и квалификацию, с соблюдением требований действующего законодательства. Ими изучены материалы уголовного дела и тщательно обследован сам подэкспертный, который подробно рассказал о себе, своем здоровье и о совершенном деянии. Весь ход обследования ФИО1 полно описан в заключении, выводы экспертов являются ясными и понятными, каких-либо противоречий не содержат.

Наличие или отсутствие состава преступления, вины в совершении преступления, ее форма и виды устанавливаются не специалистами или экспертами, а судом по результатам исследования и анализа представленных сторонами допустимых, достоверных доказательств.

При определении ФИО1 вида и размера наказания судебная коллегия в соответствии с требованиями ст.ст.6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности, смягчающие обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни семьи.

Судом принимается во внимание, что на учете у врачей нарколога и психиатра он не состоит. Смягчающими обстоятельствами, при отсутствии отягчающих, учитываются: то, что ранее не судим; активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, поскольку в своих показаниях в качестве подозреваемого и обвиняемого, при проверке их на месте, детально изложил обстоятельства преступления, которые не были известны органу следствия; частично признал вину; а также неудовлетворительное состояние его здоровья; наличие на иждивении малолетнего ребенка и матери предпенсионного возраста; противоправное поведение потерпевшего по нанесению телесных повреждений, явившееся поводом для преступления.

Под явкой с повинной, которая в силу п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ – обстоятельство, смягчающее наказание, следует понимать добровольное сообщение лица о совершенном им или с его участием преступлении, сделанное в письменном или устном виде.

Не может признаваться добровольным заявление о преступлении, сделанное лицом в связи с его задержанием по подозрению в совершении этого преступления. Признание лицом своей вины в совершении преступления в таких случаях может быть учтено судом в качестве иного смягчающего обстоятельства в порядке ч.2 ст.61УК РФ или, при наличии к тому оснований, как активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Явка с повинной ФИО1 написана 10 ноября 2023 г. после задержания, смягчающим обстоятельством не является. Частичное признание вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступления при назначении наказания осужденного учтены. 

Суд апелляционной инстанции приходит к убеждению, что ему должно быть назначено наказание в виде лишения свободы за совершенное преступление, с применением ч.1 ст.62 УК РФ, с реальным отбыванием наказания в условиях изоляции от общества, в силу п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима.

Оснований для применения ст.ст.53.1, 73 УК РФ к ФИО1 судебная коллегия не находит, полагая, что цели восстановления социальной справедливости, его исправления и предупреждения совершения им новых преступлений могут быть достигнуты лишь при реальном отбывании назначенного ему наказания в виде лишения свободы.

Также с учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности не усматривается оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не выявлено, в связи с чем, не имеется оснований для применения ст.64 УК РФ.

Состоявшийся 12 января 2024 г. приговор, по которому ФИО1 назначено лишение свободы условно с испытательным сроком, подлежит самостоятельному исполнению, поскольку новое преступление им совершено в ноябре 2023 г., а в ст.74 УК РФ дан исчерпывающий перечень обстоятельств, на основании которых возможна отмена условного осуждения. В таких случаях приговоры по первому и второму делам исполняются самостоятельно.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, отсутствуют и основания для отказа в удовлетворении гражданского иска потерпевшей. 

По смыслу закона, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст.ст.151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Моральный вред компенсируется в денежной форме

Потерпевшей ГГР в суде первой инстанции заявлен иск о возмещении ФИО1 морального вреда, причиненного ей совершенным им преступлением, в сумме 5 млн. руб., оно подлежит, по мнению судебной коллегии, частичному удовлетворению, в размере 2 000 000 руб., с учетом требований разумности и справедливости. 

Принимая решение о размере компенсации морального вреда, суд в соответствии с положениями закона, регламентирующего порядок разрешения данного вопроса, учитывает степень нравственных страданий матери вследствие смерти сына, материальное положение осужденного, степень его вины.

Судьба вещественных доказательств по уголовному делу определяется судом в соответствии со ст.81 УПК РФ.

В связи с изложенным, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.23, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

п р и г о в о р и л а:

Приговор ... суда ... от 28 марта 2024 года в отношении ФИО1 отменить.

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 9 лет 8 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания исчислять с 23 июля 2024 г. В соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы время содержания его под стражей с 10 ноября 2023 г. до 23 июля 2024 г. из расчета 1 день содержания под стражей за 1 день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. 

Приговор ... суда ... от 12 января 2024 г. исполнять самостоятельно.

Взыскать с ФИО1 в пользу ГГР в счет возмещения морального вреда 2 000 000 рублей.

Вещественные доказательства: футболку, кофту, трусы, носки, трико ГАР, наволочку, тычковый нож, ножны уничтожить; куртку, кофту, штаны ФИО1, телефоны марки «IPhone XS» и «Honor» возвратить ФИО1, телефон «IPhone 11» возвратить ГГР, оптические диски хранить при уголовном деле.

Апелляционный приговор может быть обжалован в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г.Самара) путем подачи кассационных жалобы или представления:

- в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения, а для осужденного, содержащегося под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции для рассмотрения в порядке, предусмотренном ст.ст.401.7 и 401.8 УПК РФ; 

- по истечении вышеуказанного срока – непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в порядке, предусмотренном ст.ст.401.10-401.12 УПК РФ.

В случае обжалования судебных решений в кассационном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий п/п

Судьи п/п п/п 

Справка: 

дело №22-2479/2024 

судья Багаутдинов Т.Р.