12-15/2017 

РЕШЕНИЕ

30 ноября 2017 г. г. Волгоград

Судья Волгоградского гарнизонного военного суда Будай Роман Альбертович в помещении Волгоградского гарнизонного военного суда (

<

...>), с участием старшего помощника военного прокурора Волгоградского гарнизона 

<

данные изъяты> ФИО1, защитника лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, – ФИО2, представителя руководителя управления Федеральной антимонопольной службы по 

<

адрес> – ФИО3, рассмотрев жалобу военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты>

ФИО4, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> края, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>, 

на постановление заместителя руководителя управления Федеральной антимонопольной службы по 

<

адрес> от 23 октября 2017 года № 17-02-7.32-02/494 о назначении административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ,

установил:

Как указано в обжалуемом постановлении, командир войсковой части № ФИО4, являясь должностным лицом и выполняя организационно-распорядительные функции, сведения о дополнительном соглашении от 21 июня 2017 года, изменяющем условия заключенного командованием воинской части государственного контракта от 18 марта 2017 года, разместил в Единой информационной системе 4 июля 2017 года, то есть по прошествии установленного срока, составляющего три рабочих дня. Поскольку предписанные законом действия ФИО4 совершил несвоевременно, чем нарушил требования ч. 3 ст. 103 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», заместитель руководителя управления Федеральной антимонопольной службы по 

<

адрес> установил в действиях ФИО4 состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ, и применил к нему наказание в виде административного штрафа в размере 20 000 рублей. 

В жалобе ФИО4 просит отменить указанное постановление, поясняя, что к административной ответственности он привлечен незаконно. 

Защитник ФИО4 в судебном заседании не оспаривал, что сведения о дополнительных соглашениях, изменяющих условия заключенного командованием войсковой части № государственного контракта от 18 марта 2017 года, размещены в ЕИС с нарушением срока, предусмотренного ч. 3 ст. 103 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок». Поддержав требования и доводы жалобы, защитник пояснил, что ответственность по ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ должна быть возложена на иных должностных лиц воинской части, по заказу которых заключен государственный контракт, либо на должностных лиц объединенной бухгалтерии воинской части, поскольку пунктом 3.7 Регламента распределения функциональных обязанностей контрактной службы (утверждены приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №) на таких лиц возложена обязанность размещать в Единой информационной системе (далее – ЕИС) соответствующую информацию о заключенных контрактах в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных нужд, а также об изменении условий этих контрактов.

Представитель руководителя управления Федеральной антимонопольной службы России по 

<

адрес> (далее – Управление) просил отказать в удовлетворении жалобы ФИО4, сославшись на указанные в обжалуемом постановлении доводы. 

Исследовав представленные доказательства, а также выслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым оставить постановление без изменения, прихожу к следующим выводам.

Дело об административном правонарушении возбуждено постановлением военного прокурора Волгоградского гарнизона от 11 августа 2017 года в порядке, предусмотренном ст. 28.1, 28.4 КоАП РФ. В данном постановлении указано, что действия командира войсковой части 3642 ФИО4, за подписью которого сведения о дополнительных соглашениях, изменяющих условия государственного контракта от 18 марта 2017 года, размещены в ЕИС по истечении установленного срока, образуют состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ.

В соответствии с чч. 1, 2 и 3 ст. 103 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок» федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции по кассовому обслуживанию исполнения бюджетов бюджетной системы РФ, ведет реестр контрактов, заключенных заказчиками (далее - реестр контрактов). В реестр контрактов, помимо наименования заказчика, источника финансирования, способа определения поставщика (подрядчика, исполнителя), даты заключения контракта, копии заключенного контракта, подписанной усиленной электронной подписью заказчика, включается, в частности, информация об изменении контракта с указанием условий контракта, которые были изменены. В течение трех рабочих дней с даты заключения контракта заказчик направляет указанную в пунктах 1-7, 9, 12 и 14 части 2 настоящей статьи информацию в федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции по кассовому обслуживанию исполнения бюджетов бюджетной системы Российской Федерации. В случае, если в соответствии с настоящим Федеральным законом были внесены изменения в условия контракта, заказчики направляют в указанный орган информацию, которая предусмотрена частью 2 настоящей статьи и в отношении которой были внесены изменения в условия контракта, в течение трех рабочих дней с даты внесения таких изменений.

18 марта 2017 года командиром войсковой части № заключен государственный контракт №, которому присвоен реестровый №.

21 июня 2017 года заключено дополнительное соглашение к указанному контракту, а из карточки контракта, размещенной в ЕИС усматривается, что информация о дополнительном соглашении внесена в ЕИС за электронной подписью ФИО4 4 июля 2017 года, то есть по истечении срока, предусмотренного ч. 3 ст. 103 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок».

Кроме того, исследованными документами, а также объяснениями защитника подтверждается, что по истечению установленного трехдневного срока в ЕИС также внесены сведения об актах указанных услуг от 31 марта, 30 апреля, 31 мая, 30 июня и 10 июля 2017 года – такое внесение осуществлено только 25 июля 2017 года.

Частью 2 статьи 7.31 КоАП РФ предусмотрена ответственность должностных лиц в виде наложения административного штрафа за несвоевременное представление в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный на ведение реестра контрактов, заключенных заказчиками, информации (сведений) и (или) документов, подлежащих включению в такие реестры контрактов, если направление, представление указанных информации (сведений) и (или) документов являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок.

При таких обстоятельствах, учитывая положение ст. 2.4 КоАП РФ, прихожу к выводу о том, что в обжалуемом постановлении обоснованно сделан вывод о нарушении ФИО4, являющимся должностным лицом – командиром воинской части, требований ч. 3 ст. 103 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок», в связи с чем заместитель руководителя Управления правомерно усмотрел в действиях ФИО4 состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ.

Поскольку государственный контракт от 18 марта 2017 года № об оказании услуг для обеспечения государственных нужд заключен ФИО4 как командиром войсковой части № и за его же электронной подписью в соответствующий орган представлены сведения о дополнительном соглашении путем их внесения в ЕИС, является очевидным, что именно ФИО4, а не иное должностное лицо, является субъектом административного правонарушения.

К данному выводу суд приходит, поскольку системный анализ положений п. 6 ст. 103 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок», п. 3 постановления Правительства РФ от 28 ноября 2013 N 1084 «О порядке ведения реестра контрактов, заключенных заказчиками, и реестра контрактов, содержащего сведения, составляющие государственную 

<

данные изъяты>», а также п. 6 приказа Министра финансов РФ от 24 ноября 2014 года N 136н «О порядке формирования информации, а также обмена информацией и документами между заказчиком и Федеральным казначейством в целях ведения реестра контрактов, заключенных заказчиками», в их совокупности, возлагает персональную ответственность за формирование информации и документов, за их полноту и достоверность на лицо, имеющее право действовать от имени заказчика, электронной подписью которого подписаны соответствующие информация и документы.

Данной норме корреспондируют и требования ст. 33 и 83 Устава внутренней службы ВС РФ, которыми на командира воинской части, являющегося единоначальником, возложена персональная ответственность не только за принятые им решения, изданные приказы, но и за их выполнение. 

Изложенное позволяет прийти к выводу о несостоятельности довода ФИО4 и его защитника о том, что в силу Положения о контрактной службе воинской части и Регламента распределения функциональных обязанностей (утверждены приказом командира войсковой части № от 15 июля 2015 года №) нести административную ответственность должны иные должностные лица воинской части.

Нахождение ФИО4 в период с 15 по 29 июня 2017 года в отпуске также не является уважительной причиной для бездействия в вопросах исполнения требований законодательства и организации в воинской части работы по внесению сведений в ЕИС в установленные сроки, поскольку, как указано выше, персональная ответственность за формирование информации и документов, за их полноту и достоверность возлагается на лицо, имеющее право действовать от имени заказчика, электронной подписью которого подписаны соответствующие информация и документы.

Утверждение защитника о том, что сведения о дополнительном соглашении к государственному контракту подлежали внесению только по окончанию действия контракта, основаны на неправильном толковании положений законодательства.

Довод о малозначительности совершенного ФИО4 правонарушения получил соответствующую оценку в обжалуемом постановлении, должным образом мотивирован, в связи с чем отвергаю такой довод.

Доказательства, на основании которых установлена вина ФИО4, получены с соблюдением требований закона, содержат необходимые для разрешения дела сведения и не вызывают сомнений в своей достоверности. Оснований для переоценки этих доказательств не имеется.

При таких обстоятельствах вывод в постановлении о привлечении ФИО4 к административной ответственности, о том, что именно последний как командир части несет ответственность по ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ за несвоевременное размещение в ЕИС сведений о дополнительном соглашении, которые изменяют условия ранее заключенного государственного контракта, является правильным. 

Обжалуемое постановление вынесено уполномоченным должностным лицом в пределах предусмотренного ст. 4.5 КоАП РФ срока привлечения к административной ответственности. 

Наказание ФИО4 назначено в соответствии с ч. 1 ст. 4.1 КоАП РФ в соответствии с санкцией ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ.

Поскольку при рассмотрении жалобы ФИО4 не установлено указанных в ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ обстоятельств, влекущих необходимость изменения, отмены, или прекращения производства по делу, данная жалоба удовлетворению не подлежит. 

Руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, 

решил:

Постановление заместителя руководителя управления Федеральной антимонопольной службы по 

<

адрес> ФИО5 от 23 октября 2017 года о привлечении командира войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО4 к административной ответственности за правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобу ФИО4 без удовлетворения.

Судья Р.А. Будай