66RS0016-01-2019-001219-06

Мотивированное 

решение

 составлено 27.12.2019. Дело № 2-782/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Артемовский 20 декабря 2019 года

Артемовский городской суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи Тюриковой Т.В., при секретаре Гужавиной О.А., с участием представителя истца ФИО4, соответчиков ФИО5, ФИО6, 

рассмотрев гражданское дело по иску открытого акционерного общества «Российские железные дороги» к ФИО5, ФИО6 о взыскании ущерба, причиненного работодателю,

УСТАНОВИЛ:

ОАО «Российские железные дороги» в лице представителя обратилось в суд с иском к ФИО5, ФИО6 о взыскании ущерба в размере 65 000 руб., судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 1 850 руб., судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 2 205,50 руб.

В обоснование исковых требований истец в иске указал, что решением Артемовского городского суда Свердловской области от 16.08.2018 по делу №2-471/2018 (в мотивированном виде изготовлено 21.08.2018, вступило в законную силу 21.09.2018) с ОАО «РЖД» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве, произошедшего 07.12.1999, в размере 65 000 руб., а также расходы по оплате услуг представителя в размере 1 850 руб. ОАО «РЖД» исполнило вышеуказанное решение суда, перечислив ФИО1 66 850 руб. В качестве лиц, допустивших нарушений требований охраны труда, что повлекло за собой травмирование ФИО1, признаны ФИО5 и ФИО6 Просит суд иск удовлетворить (л.д. 3-4).

В ходе судебного разбирательства истец уточнил требования иска, просил суд взыскать с ответчиков в пользу истца по 33 425 руб. с каждого, судебные расходы по уплате государственной пошлины пропорционально сумме иска, вернуть излишне уплаченную госпошлину из бюджета (л.д. 60).

В судебном заседании представитель истца ФИО4, действуя по доверенности, поддержала заявленные требования по изложенным в иске доводам, с учетом уточнения. 

Дополнила, что поводом для обращения с данным иском в суд послужила выплата денежных средств ФИО1 в 2018 году. Ответчики были привлечены к участию в деле 2-471/2018 в качестве третьих лиц, и те обстоятельства, на которые истец ссылается, являются установленными для всех участников настоящего процесса. Именно ответчики должны нести ответственность, поскольку они поименованы в разделе 8 Акта Н-1 о несчастном случае на производстве, в качестве лиц, которые должны нести ответственность за нарушение, повлекшее за собой несчастный случай. На текущий момент оба ответчика утверждают, что не участвовали в расследовании, и не знали о существовании этого акта. Чтобы оценить ущерб, причиненный работодателю, считает, что необходимо произвести индексацию заработной платы соответчиков, начиная с 1999 года относительно суммы, выплаченной ФИО1 в настоящее время. Как следует из материалов служебной проверки, ответчики были в курсе этого несчастного случая, с них брались объяснения, в отношении их действий издавались приказы, связанные с необходимостью приведения входной группы в надлежащее состояние. Акт составлялся с участием главного инженера отделения Свердловской железной дороги, в акт занесены выводы о виновности тех или иных лиц в случившемся. Обстоятельства, зафиксированные в акте, являются установленными, и никем не оспорены, из содержания акта и исходит истец. На момент травмы ФИО5 являлся начальником Егоршинского депо. По спектру должностных обязанностей ответчиков пояснить не может, поскольку, должностные инструкции найти не удалось. При решении вопроса о виновности соответчиков, ориентировались на п.8 Акта Н1, правила техники безопасности и производственной санитарии станций и вокзалов, которые утверждены Министерством путей сообщения. ФИО6 являлся начальником станции Егоршино, п. 2.1 Правил указывает, что сооружения и устройства станции должны находиться в постоянной исправности и чистоте, начальник станции обязан осуществлять контроль за исправным содержанием всех устройств станции, и предъявлять требования к работникам других зданий, сооружений, устройств в исправности. Согласно объяснению, жалобы на состояние входа на контрольный пост от работников поступали неоднократно, но до данного несчастного случая никаких мер по устранению замечаний предпринято не было, после несчастного случая были изданы приказы о необходимости совершения дополнительных действий по оборудованию данного входа. 

В судебном заседании ответчик ФИО5 против удовлетворения заявленных требований возражал согласно письменным возражениям, из которых следует, что о данном травматическом случае ему ничего неизвестно. При ознакомлении с актом формы Н-1, ФИО5 увидел, что при расследовании данного несчастного случая были допущены многочисленные нарушения. Согласно п. 8 Постановления Правительства РФ № 279 от 11.03.1999 «О расследовании несчастных случаев на производстве», руководитель дистанции пути обязан был сообщить ему о выводах комиссии, что не было сделано. Согласно п. 9 Постановления, при расследовании тяжелого несчастного случая, в состав комиссии по расследованию обязаны были включить представителя местной исполнительной власти, что не было сделано. Согласно п. 12 Постановления при расследовании несчастного случая с лиц, признанных виновными, должны быть взяты объяснения. С него объяснения никто не брал. Согласно п. 13 п/п «в» Постановления должны быть комиссионно составлены документы, характеризующие состояние рабочего места, которые отсутствуют. Для составления такого документа должны приглашать представителя организации, на территории которого произошел несчастный случай. В данном случае представителей вагонного депо Егоршино никто не приглашал для составления акта осмотра. В акте формы Н-1 отражено, что ФИО1 не находился в состоянии алкогольного опьянения, однако акт медицинского заключения на предмет наличия алкоголя в крови отсутствует, хотя потерпевший обратился в больницу спустя сутки после получения травмы. Данные нарушения при расследовании травматического случая с ФИО1 привели к неверным выводам и не могут быть доказательством его вины. Так же начальник дистанции пути не имеет права признать начальников других предприятий виновными. Вину начальника вагонного депо Егоршино и начальника станции Егоршино мог определить только вышестоящий руководитель - начальник Свердловского отделения дороги. Для признания вины должен быть произведен разбор, на котором устанавливается вина, затем должен быть издан приказ начальника Свердловского отделения дороги о привлечении виновных в травматическом случае с ФИО1 к ответственности. Разбор не проводился (л.д. 41).

В судебном заседании пояснял, что о травмировании ФИО1 в 1999 году он узнал, когда получил судебную повестку по данному делу. В 1999 году он занимал должность начальника вагонного депо станции Егоршино. Контрольный пост, где произошло травмирование, входит в состав ПТО. У начальника ПТО указано пофамильно кто несет персональную ответственность за текущее техническое состояние зданий, сооружений. ФИО5, как начальник, обязан был осуществлять контроль за зданием. Сторона истца сейчас не сможет доказать в какой обуви был ФИО7. ФИО5 такой несчастный случай не помнит, и с актом его не знакомили. Акт о несчастном случае не имеет юридической силы, он не законен. По расследованию составляется целое личное дело, такие документы хранятся в ПЧ 70 лет. Акт Н1 составлен с нарушениями закона РФ, как и само расследование проведено с нарушениями, а именно: в акте Н1 не собрана комиссия в полном составе, ответчики с актом Н1 не ознакомлены, хотя это обязаны были сделать. Этот документ нельзя рассматривать, как доказательство вины ответчиков.

В судебном заседании ответчик ФИО6 возражал против удовлетворения заявленных требований, согласно письменным возражениям, из которых следует, что в результате нарушений, допущенных бывшими работниками структурного подразделения Свердловской железной дороги - филиала ОАО «РЖД», а именно: ФИО5 - начальником Егоршинского вагонного депо и ФИО6 - начальником железнодорожной станции Егоршино, ФИО1 причинена производственная травма. Истцом не представлены доказательства вины ответчика, а именно: отсутствуют документы: должностная инструкция с подписью ознакомления работника; объяснения ответчика по указанному несчастному случаю (п.п. «д» п. 13 - протоколы опросов, объяснения пострадавших, очевидцев несчастного случая и должностных лиц), опросы очевидцев, объяснение пострадавшего (в соответствии с п. 12, п. 13 Постановления Правительства от 11.03.1999 № 279 (далее - постановление), действующего на момент несчастного случая), полученные при проведении служебной проверки, доказывающие вину ответчика; медицинское заключение о нахождении пострадавшего в состоянии алкогольного или наркотического опьянения (п.п. ж п. 13 Постановления); акт о расследовании тяжелого несчастного случая на производстве (п. 15 постановления); результаты служебной проверки, проведенной по факту несчастного случая с установлением виновных лиц, указывающие на вину ответчика; приказы о привлечении должностных лиц к ответственности, с подписями ознакомления виновных лиц, в том числе ответчика; акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1 от 20.12.1999 с листом ознакомления лиц, признанных виновными в нарушении требований охраны труда (оригиналы отсутствуют); документы, подтверждающие выдачу пострадавшему специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты в соответствии с действующими нормами, а также ее наличие на пострадавшем в момент несчастного случая. На основании вышеуказанных документов, комиссия определяет лиц, допустивших нарушения требований безопасности и охраны труда. Считает, что в отсутствии данных документов определить вину ответчика не представляется возможным. Об указанном несчастном случае ответчик ранее не был уведомлен, информация была впервые получена в июле 2018 года при получении повестки в суд. Просит суд истцу в удовлетворении исковых требований отказать (л.д. 34-36).

Пояснял, что при составлении Акта Н-1 стоит подпись ФИО2, он является членом комиссии, но утвердил акт, якобы, ФИО3, а подпись стоит Молочко. Как может человек быть членом комиссии, и председателем, который утверждает акт? В 1999 году ФИО6 являлся начальником станции Егоршино, отвечал в целом за работу системы безопасности, жизни и здоровья людей на территории станции, хотя контрольный пост находился в ведении Вагонного депо, и со всеми случаями его должны были ознакомить. Но этот случай ФИО6 не знает, хотя в круглосуточном режиме, не выходя с поста, находился его работник, который своевременно бы его известил, и ФИО6 должен был принять участие в этом расследовании. Этот акт ФИО6 получил в 2018 году, и ничего не мог вспомнить, поэтому написал о рассмотрении дела без его участия в качестве третьего лица. На территории станции есть маршрут служебного прохода работников. Если бы ФИО1, не доходя одного метра до крыльца, упал и травмировался, то ответственность несла бы Дистанция пути, то есть работодатель ФИО1 сам бы нес 100 % ответственность, однако в акте написано, что он упал на крыльце, фактически на территории чужого предприятия - вагонного депо Егоршино. С актом о несчастном случае его не ознакомили, подписи его в нем нет. В должностные обязанности ФИО6 входило обеспечение контроля за состоянием мест служебного прохода на территории станции, все объекты на территории станции ФИО6 должен контролировать, протяженность станции Егоршино свыше 5 км., и порядка 10 зданий, но, каждое здание имеет своего балансодержателя, и все здания распределены, кто и за что несет ответственность. За маршрут служебного прохода между этими зданиями несет ответственность сама Дистанция пути, где и произошел несчастный случай. Непонятно, как посчитали сумму 33 425 руб. С любым приказом, издающимся вышестоящей организацией, знакомят работника, и он подшивается в личное дело, в крайнем случае, допускает, что было большое количество приказов, но хотя бы в одном экземпляре подпись ответчиков должна быть. Непонятно, почему иск только к вагонному депо и станции, а дистанция пути, которая не доработала с ФИО1 в каких-то вопросах, их ответственность была определена, а иск им не предъявляется? На крыльцо попала вода, образовалась наледь, человек шел, поскользнулся, но, ФИО6 не мог находиться на крыльце круглосуточно. Само крыльцо было в исправном состоянии.

В судебном заседании 3 лицо ФИО1 заявленные требования поддержал. Когда обратился в больницу, отправили на рентген, наложили гипс на руку, с травмой спины лежал 10 дней в стационаре, брали все анализы, в том числе анализ крови на трезвость, сам начальник ПЧ за этим следил, показал анализ отрицательный, ФИО1 не пил и не пьет. Была погода в день несчастного случая - прохладно, метели не было, ясная, температура минус 20 градусов. На ФИО1 была рабочая одежда: валенки, гудок. ФИО1 сообщил 7 числа, что получил травму, упал при выходе с контрольного поста. ФИО8 помог встать, сообщили механику о травме. Другим не сообщил о травме, и еще сутки отработал, все знали, и Кукушкина тоже, сразу написали объяснительные 7 числа, а 8 уточняли кто свидетели.

Заслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В силу ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Положения ст. 56 ГПК РФ в контексте с п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляют принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Согласно части первой статьи 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Согласно ст. 241 ТК РФ за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Из совокупности представленных и исследованных в судебном заседании письменных материалов дела установлено, что согласно решению Артемовского городского суда от 16.08.2018 по гражданскому делу № 2-471/2018, вступившего в законную силу 22.09.2018 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Судом решено: взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 65 000 руб., расходы по оплате услуг нотариуса в размере 1 850 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказать (л.д. 5-7).

В силу п. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Судом установлено, что действиями работодателя ОАО «РЖД» работнику ФИО1 был причинен тяжкий вред здоровью, что явилось основанием для взыскания с работодателя компенсации морального вреда в пользу ФИО1 

Как следует из Акта о тяжелом несчастном случае на производстве, в ходе расследования комиссия установила, что 07.12.1999 в 8:15 часов водитель дрезины ФИО1 при выходе из здания контрольного поста, находящегося на балансе Вагонного ДЕПО ст. Егоршино, поскользнулся и упал на крыльце. Крыльцо не было очищено ото льда. В здании контрольного поста располагаются работники станции и вагонного депо. Конкретных работников вагонного депо, отвечающих за очистку крыльца, назначено не было. Размеры крыльца требованиям СниПа соответствуют. Причиной несчастного случая явилось неудовлетворительное состояние мест прохода (крыльца контрольного поста). На основании медицинского заключения о повреждении состояния здоровья установлен диагноз: компрессионный перелом Гh 11-12, перелом правого локтевого отростка. Лица, допустившее нарушение требований охраны труда (п. 8): начальник Егоршинского вагонного депо ФИО5, который не обеспечил своевременную очистку мест прохода контрольного поста ото льда и снега, чем нарушил п. 2.1 и 2.9 Правил ЦЦ-ЦЛ\3116; начальник станции ФИО6, который не обеспечил контроль за состоянием мест прохода на станции, нарушил п.2.1 Правил ЦД-ЦЛ\3116 (л.д. 8-9). 

Как следует из платежного поручения № 717 от 22.11.2018, ФИО1 Центральной дирекцией инфраструктуры-филиала ОАО «РЖД» произведена оплата компенсации морального вреда и судебных расходов в размере 66 850 руб. (л.д. 40).

Как следует из дополнительного соглашения от 01.04.2006 к трудовому договору от 01.10.2003, ФИО5 принят в ОАО «РЖД» на должность (профессию): начальника депо с оплатой труда по 15 разряду ОЕТС в Вагонное ремонтное депо Егоршино Свердловской Дирекции по ремонту грузовых вагонов – структурное подразделение ЦДРВ ОАО «РЖД» г.Артемовский, на неопределенный срок. 

Согласно п. 9 соглашения, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него Положением о Вагонном ремонтном депо Егоршино, настоящим Трудовым договором, должностной инструкцией (инструкционной карточкой), приказом о распределении обязанностей между руководством Вагонного ремонтного депо Егоршино, не допускать действий, препятствующих другим работникам исполнять свои трудовые обязанности; исполнять нормативные документы ЦДРВ ОАО «РЖД», ОАО «РЖД», распоряжения, также поручения вышестоящих и непосредственных руководителей, отданные в пределах с должностных полномочий; правила внутреннего трудового распорядка, условия заключенного коллективного договора (л.д.70-75).

Как следует из приказа ЦДРВ ОАО «РЖД» № 14л от 05.02.2008, трудовой договор расторгнут на основании заявления ФИО5 по собственному желанию (л.д.76).

Как следует из контракта от 07.05.1999, приказа №2198/НОК от 07.05.2019, между Свердловской железной дорогой и ФИО6 заключен контракт, предметом которого является прохождение работником профессиональной службы в должности начальника станции Егоршино Дирекции перевозок 14 разряда оплаты труда и 3 должностного ранга руководителя старшего состава (л.д.80-81,82).

Согласно п. 2.3.2 контракта, работник обязан добросовестно исполнять возложенные на него обязанности, определенные должностной инструкцией, требования Положения о дисциплине работников железнодорожного транспорта Российской Федерация» Правил технической эксплуатации железных дорог Российской Федерации, приказов, инструкций и других нормативных актов МПС России.

В настоящее время трудовой контракт по указанной должности с ФИО6 прекращен. 

Таким образом, истец, как работодатель, обратился с иском к работникам о взыскании причиненного работодателю ущерба, с которыми трудовые отношения прекращены.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Согласно части первой статьи 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

В силу части первой статьи 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

В соответствии с частью второй статьи 247 ТК РФ истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном данным кодексом (часть третья статьи 247 ТК РФ).

Из приведенных правовых норм трудового законодательства следует, что необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Исходя из представленных суду доказательств следует, что при решении вопроса о привлечении к дисциплинарной ответственности соответчиков, в связи с возмещением причиненного работодателю ущерба в сумме 66 850 руб., истцом, в нарушении требований, предусмотренных ст. 247 Трудового кодекса РФ, с ответчиков не были истребованы письменные объяснения для установления причины возникновения ущерба является, что является обязательным. Объяснения, полученные работодателем от ответчиков в 1999 году по поводу обстоятельств травмирования ФИО1, относятся к расследованию несчастного случая на производстве, произошедшего в 1999 году. Обстоятельства причинения ущерба работодателю в 2018 у ответчиков не выяснялись. То обстоятельство, что соответчики на момент судебного разбирательства не находятся с истцом в трудовых отношениях, не освобождает последнего от обязанностей по соблюдению обязательных требований привлечения к дисциплинарной ответственности работников, предусмотренной ст.247 Трудового кодекса РФ.

Кроме того, истцом не доказаны основания для возложения на соответчиков обязанности по несению полной материальной ответственности в целях возмещения ущерба, причинённого работодателю на сумму 66 850 руб. (с каждого по 33 425 руб.), согласно требований, предусмотренных ст. 243-245 Трудового кодекса РФ. Исходя из справок о заработной плате соответчиков, по состоянию на 07.12.1999, у ФИО5 таковая составила 7 408,91 руб., у ФИО6 – 5 401,37 руб. (л.д. 64,65). Применение индексации к среднему заработку работника, существовавшего на момент травмирования ФИО1, при решении вопроса о возмещении причиненного работодателю ущерба, установленного в 2018 году, действующим законодательством не предусмотрено. 

Одним из совокупных признаков в качестве основания для возмещения ущерба работодателю работником является его вина в ненадлежащем выполнении (не выполнении) своих должностных обязанностей. Вместе с тем, должностные инструкции в отношении соответчиков, в период их трудовой деятельности у истца, действовавшие по состоянию на 07.12.1999, суду представлены не были. 

То обстоятельство, что соответчик ФИО5 в ходе судебного разбирательства пояснял, что в он осуществлял контроль за состоянием здания Вагонного депо на ст.Егоршино, не является достаточным доказательством и основанием для возложения вины на данного работника в условиях отсутствия должностных инструкций. Ответчик ФИО6 отрицал то обстоятельство, что в его должностные обязанности входил контроль за состоянием входных групп здания ПТО Вагонного ДЕПО на ст.Егоршино. 

Указанные возражения ответчика не были опровергнуты стороной истца. 

В условиях отсутствия должностных инструкций суд лишен возможности проверить возложение работодателем на соответчиков соответствующих обязанностей, а также то, в каком порядке каждый из них нес ответственность по содержанию входной группы ПТО здания Вагонного ДЕПО на ст.Егоршино, по состоянию на 07.12.1999. 

Согласно п. 2.1 Правил техники безопасности и производственной санитарии для работников станции и вокзалов (утв. Президиумом ЦК профсоюза рабочих ж.д. транспорта 16.05.1973), сооружения и устройства станций должны находиться в постоянной исправности и чистоте. Начальник станции обязан осуществлять контроль за исправным содержанием всех устройств станции и предъявлять требования к работникам других служб по содержанию сооружений и устройств в исправности. Согласно п. 2.9 правил в зимнее время при гололеде служебные проходы по станционным путям и рабочие места должны посыпать песком или мелким шлаком, а в летние месяцы - поливать водой.

Согласно п.8 Акта о несчастном случае на производстве от 20.12.1999, указано, что ФИО5 нарушил п.2.1 и 2.9 Правил ЦД-ЦЛ/3116, ФИО6 – п.2.1 ЦД-ЦЛ/3116 (имеется ввиду - Правила техники безопасности и производственной санитарии для работников станции и вокзалов (утв. Президиумом ЦК профсоюза рабочих ж.д. транспорта 16.05.1973). 

Вместе с тем, ФИО5 начальником станции Егоршино, по состоянию на 07.12.1999, не являлся, поэтому, вменение ему не выполнения указанного пункта, является необоснованным. Пунктом 2.9 Правил не регламентировано кто из должностных лиц осуществляет контроль и несет обязанность по отсыпке рабочих мест песком в зимнее время. В условиях отсутствия должностной инструкции в отношении ответчика ФИО5, суд лишен возможности проверить обстоятельства не соблюдение им возложенной указанным пунктом Правил должностной обязанности. 

Также суд приходит к выводу, что в условиях отсутствия должностной инструкции в отношении ответчика ФИО6, суд также лишен возможности проверить обстоятельства не соблюдение им предусмотренной пунктом 2.1 Правил, должностной обязанности по содержанию сооружений и устройств в исправности. 

Выводы, содержащиеся в пункте 8 Акта о несчастном случае на производстве от 20.12.1999, о виновных в происшествии лицах, начальнике Егоршинского вагонного депо ФИО5 и начальнике станции ФИО6 также не содержат мотивированных выводов о нарушении последними должностных обязанностей.

С указанным актом соответчики, по окончании проведения служебной проверки 20.12.1999, ознакомлены не были, своевременно оспорить таковой не могли, что также является нарушением порядка привлечения работников к дисциплинарной ответственности, предусмотренной ст. 247 Трудового кодекса РФ (в том числе в редакции статьи, действовавшей по состоянию на 1999 год). Поэтому, указанный акт о несчастном случае на производстве суд не вправе использовать, как допустимое доказательство по настоящему делу. 

Таким образом, юридически значимые по настоящему делу обстоятельства, а именно: нарушение процедуры привлечения ответчиков к возмещению ущерба, виновные действия ответчиков в причинении ущерба ОАО «РЖД», причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчиков и наступившим у общества ущербом, судом не установлены.

При таких обстоятельствах, исковые требования ОАО «РЖД» удовлетворению на подлежат, а также требования о взыскании судебных расходов.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований открытого акционерного общества « Российские железные дороги» к ФИО5, ФИО6 о взыскании ущерба, причиненного работодателю в сумме по 33 425 рублей с каждого, взыскании судебных расходов по оплате госпошлины – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда, с подачей апелляционной жалобы через Артемовский городской суд Свердловской области, в течение одного месяца со дня, следующего за днем составления мотивированного решения.

Судья Т.В. Тюрикова