Дело № 2- 788/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Моршанск 19 сентября 2017 года 

Моршанский районный суд Тамбовской области в составе:

Федерального судьи Артемкиной А.В.,

при секретаре Хмылёвой Д.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО2 о признании договоров дарения недействительными, 

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 и ФИО2 о признании договоров дарения недействительными.

В обоснование заявленных требований ФИО1 указал, что ОАО «Сбербанк России» Тамбовское отделение № 8594 обратился в Моршанский районный суд с иском о взыскании задолженности по кредитным договорам с ФИО1, ФИО2 и ФИО2.

Кредитные договора были заключены с ФИО3. Первый договор от 30.05.2012 года на сумму 1 500 000 рублей 

<

***>, второй договор тоже на сумму 1 500 000 рублей от 14.12.2012 года 

<

***>.

Установлено, что заемщица ФИО3 умерла 21 сентября 2013 года. После её смерти установлен круг наследников: ФИО1, ФИО2, ФИО2 Данные факты установлены решением Моршанского районного суда Тамбовской области от 11 ноября 2014 года. 17 декабря 2014 года определением Моршанского районного суда целях обеспечения иска наложен арест на имущество, принадлежащее ответчикам ФИО1, ФИО2 и ФИО2 соразмерно заявленным исковым требованиям. 

Копия определения Моршанского районного суда от 17 декабря 2014 года о наложении ареста на имущество ФИО1, ФИО2, ФИО2 с копией исполнительного листа направлена была в Сбербанк и Моршанский районный отдел Судебных приставов УФССП России по Тамбовской области.

26 марта 2015 года определением Моршанского районного суда в удовлетворении ходатайства ФИО2, действующего в своих интересах и интересах ФИО2 об установлении запрета пользования всем имуществом ФИО3, отказано. Так как определением Моршанского районного суда от 17 декабря 2014 года по ходатайству истца был наложен арест на имущество, принадлежащее ФИО1, ФИО2, ФИО2 соразмерно заявленным исковым требованиям. Определение суда исполнено. 

16 ноября 2016 года ФИО2 обратился в суд с заявлением об отмене обеспечительных мер в виде ареста на имущество, в чем Моршанским районным судом определением от 16 ноября 2016 года ФИО2 отказано.

Несмотря на то, что имущество всех троих уже арестовано, ФИО2 26 октября 2016 года все свое имущество, которое он унаследовал и которое было под арестом, подарил ФИО2. 

Очевидно, действия ФИО2 прямо противоречат определению Моршанского районного суда от 17 декабря 2014 года, так как до настоящего времени долг по кредитному договору 

<

***> от 14 декабря 2012 года не погашен и нарушается не только определение суда, но и ст. 46 Конституции РФ, согласно которой каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод, а также ст. 13 ГПК РФ, устанавливающая обязательность вступивших в законную силу судебных постановлений, в том числе в форме определений, для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории РФ. Сам ФИО1 имеет право регресса иска. 

Таким образом, сделка между ФИО2 и ФИО2 в силу ст. 168 ч. 1 ГК РФ является оспоримой, т.е. недействительной по основаниям, установленным законом в силу признания её таковой судом (ч. 1 ст. 166 ГК РФ).

В связи с чем ФИО1 обратился в суд с иском, в котором просит признать договор дарения имущества от 26 октября 2016 года ФИО2 получения по наследству ФИО2 – недействительным; прекратить запись в едином государственном реестре и сделок с ним регистрационный № 68-68/015-68/015/292/2016-498/3, №68-68/015-68/015/292/2016-497/3, №68-68/015-68/015/292/2016-495/3 от 26 октября 2016 года о праве на указанное имущество ФИО2; признать недействительным свидетельство о регистрации прав ФИО2. 

Определением Моршанского районного суда Тамбовской области от 19 апреля 2017 года к участию в деле в качестве третьего лица привлечена нотариус города Моршанска и Моршанского района ФИО4.

В процессе рассмотрения дела истец ФИО1 уточнил первоначальные исковые требования и просил признать недействительными договор дарения 1/6 доли квартиры № 68 АА 0734465-68АА0734466 от 20.10.2016 года, договор дарения доли складов и доли земельного участка № 68АА 0734469-68АА 0734470 от 20.10.2016 года, договор дарения 1/3 доли в помещении № 68 АА 0734467-68АА 0734468 от 20.10.2016 года; прекратить запись в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационный № 68-68/015-68/015/292/2016-498/3, №68-68/015-68/015/292/2016-497/3, №68-68/015-68/015/292/2016-495/3 от 26 октября 2016 года о праве на указанное имущество ФИО2; признать недействительным свидетельство о регистрации прав ФИО2; а также вернуть стороны в первоначальное положение. 

В судебном заседании истец ФИО1 уточненные исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил признать недействительными договор дарения 1/6 доли квартиры № 68 АА 0734465-68АА0734466 от 20.10.2016 года, договор дарения доли складов и доли земельного участка № 68АА 0734469-68АА 0734470 от 20.10.2016 года, договор дарения 1/3 доли в помещении № 68 АА 0734467-68АА 0734468 от 20.10.2016 года; прекратить запись в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационный № 68-68/015-68/015/292/2016-498/3, №68-68/015-68/015/292/2016-497/3, №68-68/015-68/015/292/2016-495/3 от 26 октября 2016 года о праве на указанное имущество ФИО2; а также вернуть стороны в первоначальное положение. При этом пояснил, что в марте 2015 года по иску ПАО «Сбербанк» было вынесено решение, в котором была возложена солидарная ответственность по погашению долга на него, ФИО2 и ФИО2 поровну. Однако выплаты производил только он. После чего он заключил соглашение с банком и производил выплаты сначала по 50000 рублей, потом сумма начала снижаться. Потом в июле 2016 года на него пришел исполнительный лист от приставов. Он обратился к приставам, чтобы уточнить, пришли ли такие же исполнительные листы на ФИО10 и и ФИО10. На ФИО10 исполнительный лист пришел только 10 октября 2016 года на сумму 676 000 рублей кредита. Приставы пояснили, что дается пятидневный срок на добровольное исполнение. Но у Андрея ничего не было арестовано. На каком основании договора дарения должны быть признаны недействительными, ответить затруднился.

Представитель истца ФИО1 – ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, с учетом уточнений и просил суд их удовлетворить в полном объёме. При этом пояснил, что 21 сентября 2013 года умерла ФИО3. Наследниками после смерти которой являются её муж - ФИО1, и сыновья – ФИО14. При жизни между ФИО3 и ОАО Сбербанк России был заключены кредитные договора, которые на момент её смерти не были полностью погашены. В связи с чем, ОАО «Сбербанк России» обратилось в суд с иском к ФИО13 и Алексею Михайловичу о взыскании задолженности по кредитным договорам. 17 декабря 2014 года определением Моршанского районного суда целях обеспечения иска наложен арест на имущество, принадлежащее ответчикам ФИО1, ФИО2 и ФИО2 соразмерно заявленным исковым требованиям. Данное определение суда никто не отменял. Вышеназванное решение суда исполнял только ФИО1, поэтому он обратился в суд с иском к ФИО2 и ФИО2 о взыскании денежных средств в порядке регресса. Суд вынес решение, которым иск ФИО1 удовлетворил в части и взыскал с ФИО2 и ФИО2 в пользу ФИО1 по 974 789 рублей 77 копеек с каждого в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества. Ответчики данное решение не исполнили. Кроме того, по гражданскому делу по иску ОАО «Сбербанк России» к ФИО1, ФИО2 и ФИО2 о взыскании задолженности по кредитной карте в целях обеспечения иска определением Моршанского районного суда от 24 июня 2014 года был наложен арест на спорное имущество, принадлежащее ответчикам ФИО6. В свою очередь, ФИО2 обратился в суд с заявлением об отмене обеспечительных мер. Определением Моршанского районного суда Тамбовской области от 22 сентября 2016 года обеспечительные меры в отношении имущества отменены. В этот промежуток времени ФИО2 свою долю наследственного имущества после смерти матери подарил своему брату ФИО2. Данная сделка не может быть законной, поскольку заключена с нарушением норм права, с целью не платить долг ФИО1, взысканный решением суда, а также в период действия обеспечительных мер на подаренное имущество. В силу ст. 170 ч. 2 ГК РФ данная сделка носит характер притворной, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, а также в силу ст. 168 ч. 1 ГК РФ является оспоримой, т.е. недействительной по основаниям, установленным законом в силу признания её таковой судом (ч. 1 ст. 166 ГК РФ). Просил суд признать договор дарения 1/6 доли квартиры № 68 АА 0734465-68АА0734466 от 20.10.2016 год, договор дарения доли складов и доли земельного участка № 68АА 0734469-68АА 073447 от 20.10.2016 года, договор дарения 1/3 доли в помещении № 68 АА 0734467-68АА0 7344468 от 20.10.2016 года недействительными; прекратить запись в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационный № 68-68/015-68/015/292/2016-498/3, №68-68/015-68/015/292/2016-497/3, №68-68/015-68/015/292/2016-495/3 от 26 октября 2016 года о праве на указанное имущество ФИО2; признать недействительным свидетельство о регистрации прав ФИО2; вернуть стороны в первоначальное положение. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился. О слушании дела извещен надлежащим образом, его интересы по доверенности представляет ФИО7

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился. О слушании дела извещен надлежащим образом, его интересы по доверенности представляет ФИО7

Представитель ответчиков ФИО2 и ФИО2 – ФИО7, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные исковые требования не признала и возражала против их удовлетворения. При этом пояснила, что в Моршанский районный суд Тамбовской области обратился ФИО1 с исковым заявлением к ФИО2 и ФИО2 о признании недействительными договоров дарения от 20 октября 2016 года, заключенных между ФИО2 и ФИО2 в отношении 1/3 доли в праве общей долевой собственности на помещение по адресу: 

<

...>, 1/6 доли в праве общей долевой собственности на квартиру №24 дома №1 по ул. ФИО8 

<

...> долей в праве общей долевой собственности на земельный участок и 1614/24627 долей в праве общей долевой собственности на здание складов по адресу: г.Моршанск ул. Октябрьская пл. пом. №5, так как, по мнению ФИО1, имевшие место сделки «являются оспоримыми ( ч.1 ст. 168 ГК РФ), недействительными по основаниям, предусмотренным законом». При этом ни в исковом заявлении, ни в судебном заседании истец либо его представитель не смогли пояснить, какому именно закону не соответствуют данные сделки, а также заключенные и нотариально удостоверенные договора дарения. Кроме того, в исковом заявлении указано, что дарение было осуществлено в отношении имущества, находящегося под арестом. Между тем, перед подписанием договоров дарения нотариус г. Моршанска и Моршанского района Тамбовской области ФИО4 запрашивала из Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии информацию в отношении имущества, являвшегося предметом договора, а именно, информацию о том, находится ли это имущество под арестом, запрещением, обременением, не является ли это имущество предметом судебного спора, имеются ли в отношении отчуждаемого имущества зарегистрированные обременения, так как все обременения в отношении недвижимого имущества подлежат в обязательном порядке регистрации в органах Росреестра с внесением соответствующих сведений в ЕГРП в отношении спорных объектов. В отношении спорных объектов никаких обременений, арестов, запретов и т.д. на 20 октября 2016 года зарегистрировано не было, что не препятствовало им заключить договора дарения, нотариусу эти договора нотариально удостоверить, а регистрирующему органу произвести государственную регистрацию перехода права собственности на имя ФИО2. В данном случае закон нарушен не был. Форма и содержание договора, порядок его удостоверения, регистрации, все это соответствовало требованиям закона. Таким образом, истец не указал, какой именно закон был нарушен, какая правовая норма закона по его мнению была не соблюдена. В суд истцом не было представлено и судебных решений либо определений о наложении арестов, ни постановлений либо предписаний судебных приставов-исполнителей о наложении арестов либо запретов на отчуждение конкретного имущества: 1/3 доли в праве общей долевой собственности на помещение по адресу: 

<

...> долю в праве общей долевой собственности на квартиру №24 дома №1 по ул. ФИО8 

<

...> долей в праве общей долевой собственности на земельный участок и 1614/24627 долей в праве общей долевой собственности на здание складов по адресу: г.Моршанск ул. Октябрьская пл. пом. №5, принадлежавших ФИО2. До заключения договоров дарения ФИО2, действуя разумно и добросовестно, совместно с ФИО2 сходил в Моршанский отдел УФССП России по Тамбовской области, выяснил, имеются ли возбужденные исполнительные производства в отношении ФИО2 Убедившись, что в отношении ФИО2 имеется задолженность по исполнительному производству на 200 000 рублей перед ФИО1, и перед бывшей супругой по исполнительному производству о взыскании алиментов, он попросил ФИО2 в добровольном порядке исполнить требования судебных актов и судебных приставов. ФИО2 в его присутствии перечислил задолженность по всем исполнительным производствам, возбужденным в отношении его в службе судебных приставов. Согласно ст. 35 Конституции РФ, право частной собственности охраняется законом, каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным способом. При этом в совершении дарения закон предъявляет к данной сделке определенные требования ( ст. 572-576 Гражданского кодекса), которые связаны с письменной формой договора, его нотариальным удостоверением, в случае, если имеет место дарение доли в праве общей долевой собственности, безвозмездностью и безусловностью дарения, государственной регистрацией перехода прав собственности на объект. Все указанные требования ФИО2 были добросовестно и надлежащим образом исполнены. А учитывая презумпцию добросовестности действий граждан, предусмотренную ст. 10 Гражданского кодекса РФ (добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются), получив ответ из Росреестра об отсутствии каких либо обременений в отношении имущества, которое было предметом договора, ФИО2 дал согласие на получение в дар долей квартиры, складов, помещения и земельного участка, с благодарностью принял дар, подписал договор дарения, зарегистрировал свое право на полученное в дар имущество, он действовал добросовестно и более чем разумно. При таких обстоятельствах, требования ФИО1 о признании договоров дарения недействительными по основаниям нарушений закона при их заключении, нельзя признать обоснованными. Кроме того, согласно ст. 46 Конституции РФ, каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Между тем, не всякое право подлежит судебной защите. В соответствии со ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. Исходя из указанной нормы права, судебной защите подлежит только нарушенное право, оспоренное право и законный интерес. В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение, и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика. В этой связи, при рассмотрении судебного спора подлежит доказыванию факт нарушения его прав действиями ответчика. Нарушение должно затрагивать право на имущество не косвенно, а непосредственно. Способы защиты по заявленному требованию должны быть разумными и соразмерными, что вытекает также по смыслу из ст. 10 ГК РФ. Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса. Следовательно, истец, обращаясь в суд за защитой нарушенных прав, должен указать, какие его права и каким образом нарушены ответчиком, а также самостоятельно избрать предусмотренный законом способ защиты нарушенного права. Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом, и этот выбор является правомерным только в том случае, если он действительно приведет к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса. Если удовлетворение заявленных требований не приведет к защите законного интереса истца и восстановлению права (при их наличии), следует считать, что наличие права на заявленные требования в рамках конкретного дела у истца отсутствует. В исковом заявлении ФИО1 и в судебном заседании его представитель ФИО5 не предоставили доказательств реального нарушения прав истца, либо созданной угрозы нарушения права. Истцом не представлено надлежащих доказательств, отвечающих требованиям ст.ст. 59, 60 ГПК РФ и подтверждающих, что оспариваемые сделки и договора, их заключение, создает истцу препятствия в пользовании своей долей в праве общей долевой собственности на имущество. При отсутствии данных о нарушении права собственности, законного владения истца, не должно являться основанием для удовлетворения заявленных требований. Кроме того, в силу ст. 17 ч. 3, ст. 19 ч. 1 и 2, ст. 55 ч. 1 и ст. 3 Конституции РФ и, исходя из общеправового принципа справедливости, защита вещных прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота. Положения ст. 10 ГК РФ содержат запрет на злоупотребление правом в любых формах. А обращение ФИО1 в суд с настоящим иском, является ничем иным как злоупотреблением правом и направлено только на то, чтобы доставить ФИО2 неприятности, неудобства, причинить материальный ущерб в виде судебных расходов. Действия ФИО1 связаны с имеющимся у него к ФИО2 неприязненными отношениями, а не с реальным нарушением прав истца. На основании изложенного, просит отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

Представитель третьего лица – Моршанского районного отдела судебных приставов УФССП России по Тамбовской области – ФИО9, действующая на основании доверенности, в судебном заседании пояснила, что 24 июня 2014 года Моршанским районным судом Тамбовской области в целях обеспечения иска по гражданскому делу по иску ОАО «Сбербанк России» Тамбовское отделение №8594, был наложен арест на имущество, принадлежащее ФИО1, ФИО2 и ФИО2. В исполнительном листе указанно, в целях обеспечения иска наложить арест на имущество, а именно: здания и склады, расположенные по адресу: Тамбовская область, г. Моршанск, Октябрьская площадь, д.5, площадью 20,9 кв.м., нежилое помещение расположенное по адресу: Тамбовская область, г. Моршанск, ул. Октябрьская площадь, д.5, помещение №1, земельный участок расположенные по адресу: Тамбовская область, Моршанский район, в садоводничестве, принадлежащий в 1/3 доли каждому: ФИО1, ФИО2, ФИО2. Судебным приставом Сурковой, было вынесено постановление о запрете регистрационных действий в отношении недвижимого имущества от 02.07.2014 года и два постановления о запрете регистрационных действий в отношении недвижимого имущества от 07.07.2014 года в отношении ФИО1, ФИО10, ФИО10 22.09.2016 года Моршанским районным судом было вынесено определение о снятии данной обеспечительной меры, соответственно, ими было отправлено постановление о снятии запрета в отношении данного недвижимого имущества. Это была одна единственная обеспечительная мера, в которой нужно было наложить запрет именно на спорное имущество. Решение по данному спору относит на усмотрение суда.

Представитель третьего лица – Моршанского отдела Управления Федеральной службы государственной Регистрации кадастра и картографии по Тамбовской области в судебное заседание не явился. О слушании дела извещены надлежащим образом. В адрес суда от представителя по доверенности ФИО11 поступило заявление, где они просят рассмотреть данное дело в отсутствие их представителя, при этом поясняют, что не имеют ни материальной, ни процессуальной заинтересованности в рассмотрении данного дела.

Представитель третьего лица – ОАО «Сбербанк России» Моршанское Отделение Тамбовского отделения №8594 в судебное заседание не явился. О слушании дела извещены надлежащим образом, причина неявки суду не известна. Своих возражений относительно данного иска не представили.

Третье лицо - Нотариус г. Моршанска и Моршанского района Тамбовской области ФИО4 в судебном заседании пояснила, что в сентябре 2016 года к ней обратились братья С-вы. Они пояснили, что ФИО10 хочет подарить ФИО10 имущество, которое досталось ему по наследству после смерти матери. Она им пояснила, что нотариус при совершении нотариальных действий производит предварительную проверку всех документов, проверку имущества для выяснения чистоты сделки. Ей было известно, что ведутся судебные дела. Ею были сделаны запросы по проверке дееспособности, паспортов, наличия или отсутствия арестов на отчуждаемое имущество. Ряд других запросов, например, по кадастровой стоимости. Когда все эти сведения аккумулируются, они вызывают на прием обратившихся граждан. Когда был сделан запрос в ЕГРН, выяснилось, что на имущество С-вых наложен арест. Она позвонила им и сообщила об этом, при этом пояснив, что сделку совершить невозможно, поскольку на имущество наложен арест. ФИО2 пояснил, что арест наложен ошибочно, его должны в скором времени снять. Когда она вновь направила запрос в ЕГРН, то пришли ответы по всем спорным объектам недвижимого имущества с информацией о том, что на каждый из объектов, которые входили в предмет сделки по дарению, арестов и обременений не зарегистрировано. После этого С-вы были приглашены к нотариусу, присутствовали оба. С её стороны, как нотариуса, сделка удостоверена полностью правильно. Считает, что исковые требования об отмене спорных договоров и прекращении записи в ЕГРН необоснованны.

В силу ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть данное дело в отсутствие не явившихся участников процесса. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.

В соответствии с ч. 1 ст. 45 Конституции РФ - государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется.

В соответствии с ч. 2 ст. 45 Конституции РФ - каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Согласно ч. 1 ст. 46 Конституции РФ - каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. 

В силу закона избрание способа защиты права принадлежит истцу.

Согласно ст. 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают:

1) из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии с ч. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В судебном заседании установлено, что ФИО2, являясь собственником следующего имущества: 1/3 доли в праве общей долевой собственности на помещение по адресу: 

<

...>; 1/6 доли в праве общей долевой собственности на 

<

...>; 1614/24627 долей в праве общей долевой собственности на здание складов и 6/100 долей в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенные по адресу: 

<

...> пом. №5, на основании договоров дарения от 20 октября 2016 года передал его в дар своему брату – ФИО2. 

Указанные сделки были удостоверены нотариусом города Моршанска и Моршанского района Тамбовской области ФИО4, и составлены соответствующие договоры, а именно: договор дарения 1/6 доли в праве общей долевой собственности на 

<

...> № 68 АА 0734465 - 68 АА 0734466 от 20.10.2016 года; договор дарения 1614/24627 долей в праве общей долевой собственности на здание складов и 6/100 долей в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенные по адресу: 

<

...> пом. №5 № 68 АА 0734469 - 68 АА 073447 от 20.10.2016 года; договор дарения 1/3 доли в праве общей долевой собственности на помещение по адресу: 

<

...> № 68 АА 0734467 – 68 АА 0734468 от 20.10.2016 года.

В силу ст. 574 ГПК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации. В соответствии с ч. 3 ст. 433 ГК РФ договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом. 

Вышеуказанные договора дарения были зарегистрированы в Моршанском отделе Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Тамбовской области 26 октября 2016 года, о чём свидетельствуют записи в Едином государственном реестре недвижимости, а именно: регистрационный № 68-68/015-68/015/292/2016-498/3, №68-68/015-68/015/292/2016-497/3, №68-68/015-68/015/292/2016-495/3.

Из норм части 1 статьи 11 и статьи 12 Гражданского кодекса РФ в их взаимосвязи с нормой части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса РФ следует, что судебной защите подлежат оспоренные или нарушенные права, при этом выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом. Следовательно, истец, обращаясь в суд за защитой нарушенных прав, должен указать, какие его права и каким образом нарушены ответчиком, а также самостоятельно избрать предусмотренный законом способ защиты нарушенного права. В свою очередь, способы защиты гражданских прав предопределяются правовыми нормами, регулирующими конкретное правоотношение. 

Одним из способов защиты гражданских прав, предусмотренных ст. 12 ГК РФ, является признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а также применение последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании оспоримой сделки недействительной, применении последствий недействительности ничтожной сделки (а также о признании сделки ничтожной) может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле. Юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой. 

Лицо считается имеющим материальный интерес в деле, если оно требует защиты своего субъективного права или охраняемого законом интереса, а предъявляемый иск является средством такой защиты. Это лицо, правовое положение которого претерпело бы те или иные изменения, если бы сделка на самом деле была действительной. К этим лицам относятся, прежде всего, сами стороны ничтожной сделки, а так же другие лица, чьи права могут оказаться нарушенными как исполнением сделки, так и одним только мнимым ее существованием. 

Истцом ФИО1 заявлены требования о признании договоров дарения недействительными. Основанием предъявленного требования ФИО1 указывает то обстоятельство, что ответчики, зная о том, что в отношении них возбуждены исполнительные производства, спорное имущество находится под арестом, чтобы не допустить в дальнейшем изъятия имущества в счет погашения долга, принадлежащего ФИО2, заключили договора дарения.

В своём исковом заявлении истец ссылается на тот факт, что определением Моршанского районного суда Тамбовской области от 17 декабря 2014 года в целях обеспечения иска по гражданскому делу по иску ОАО «Сбербанк России» в лице Моршанского отделения Тамбовского отделения № 8594 к ФИО1, ФИО2, ФИО2 о взыскании задолженности по кредитным договорам и расторжении кредитных договоров наложен арест на имущество, принадлежащее ответчикам, соразмерно заявленным исковым требованиям, и указанным определением суда на имущество, являющееся предметом оспариваемых договоров дарения, был наложен арест.

Данная ссылка истца не соответствует обстоятельствам дела.

Судом установлено, что определением Моршанского районного суда Тамбовской области от 17 декабря 2014 года в целях обеспечения иска по гражданскому делу по иску ОАО «Сбербанк России» в лице Моршанского отделения Тамбовского отделения № 8594 к ФИО1, ФИО2, ФИО2 о взыскании задолженности по кредитным договорам и расторжении кредитных договоров действительно был наложен арест на имущество, принадлежащее ответчикам, соразмерно заявленным исковым требованиям. Однако в рамках исполнительного производства № 50454/14/68011-ИП по указанному определению суда спорное имущество арестовано не было. 

Решением Моршанского районного суда от 26 марта 2015 года исковые требования ОАО «Сбербанк России» были удовлетворены, с ответчиков в солидарном порядке в пользу ОАО «Сбербанк России» Тамбовского отделения №8594 была взыскана задолженность по кредитному договору №3773-127 от 14 декабря 2012 года в сумме 881 372 рубля 96 копеек, по кредитному договору 

<

***> от 30 мая 2012 года в сумме 546 876 рублей 73 копейки, в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества после смерти ФИО3, умершей 21 сентября 2013 года, в одной третьей доле каждому, состоящего из 1614/8209 доли в праве общей долевой собственности на здание складов, по адресу: Тамбовская область, г.Моршанск, Октябрьская площадь, д.5, кадастровая стоимость 1 830 716 рублей 18 копеек; нежилого помещение, общей площадью 101,2 кв.м., по адресу: Тамбовская область, г.Моршанск, Октябрьская площадь, д.5, помещение 1, кадастровая стоимость 1 006 984 рубля 53 копейки; земельного участка общей площадью 1400 кв.м., по адресу: Тамбовская область, Моршанский район, в садоводческом товариществе «Локомотив», кадастровая стоимость 4 886 рублей 00 копеек), а также в равных долях с ответчиков взысканы судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 20 682 рубля 48 копеек.

Как следует из пояснений представителя истца, по данным долговым обязательствам ответил только один ФИО1, полностью погасив задолженность перед банком по одному из кредитных договоров. В связи с чем, ФИО1 был вынужден обратиться в суд с иском к ФИО2 и ФИО2 о взыскании денежных средств в порядке регресса. 

Из материалов дела усматривается, что определением Моршанского районного суда Тамбовской области от 15 июля 2015 года в целях обеспечения иска по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО2 и ФИО2 о взыскании денежных средств в порядке регресса был наложен арест на имущество, принадлежащее ответчикам, соразмерно заявленным исковым требованиям. Однако в рамках исполнительного производства № 23885/15/68011-ИП по указанному определению суда спорное имущество также арестовано не было. Более того, указанное исполнительное производство было окончено на основании заявления взыскателя ФИО1 о возврате исполнительного листа в связи с добровольным решением вопроса.

Решением Моршанского районного суда Тамбовской области от 26 мая 2016 года исковые требования ФИО1 удовлетворены в части и взыскано в пользу ФИО1 с ФИО2 и ФИО2 по 974 789 рублей 77 копеек с каждого в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества. 

По мнению истца, в период неисполненных долговых обязательств, ФИО2 обратился в суд с заявлением об отмене обеспечительных мер по гражданскому делу по иску ОАО «Сбербанк России» в лице Моршанского отделения Тамбовского отделения № 8594 к ФИО1, ФИО2, ФИО2 о взыскании задолженности по кредитной карте, ссылаясь на полное погашение задолженности. 

В ходе рассмотрения дела было установлено, что определением Моршанского районного суда Тамбовской области от 24 июня 2014 года в целях обеспечения иска по гражданскому делу по иску ОАО «Сбербанк России» в лице Моршанского отделения Тамбовского отделения № 8594 к ФИО1, ФИО2, ФИО2 о взыскании задолженности по кредитной карте наложен арест на имущество, находящееся в собственности ответчиков, а именно: здание склада по адресу: Тамбовская область, г. Моршанск, площадь Октябрьская, дом №5, площадью 820.9 кв.м., кадастровый номер: 68:27:0000063:47; нежилое помещение, по адресу: Тамбовская область, г. Моршанск, площадь Октябрьская, дом №5, помещение № 1, кадастровый номер 68:27:0000063:216; земельный участок, пол адресу: Тамбовская область, Моршанский район, в садоводческом товариществе «Локомотив», кадастровый номер 68:09:5003019:22. Данное имущество принадлежит по 1/3 доли каждому из ответчиков. 

Определением Моршанского районного суда от 22 сентября 2016 года обеспечительные меры в виде наложения ареста по указанному гражданскому делу были отменены в связи с связи с исполнением решения суда по данному делу и погашением задолженности по кредитной карте. Следовательно, снят арест с вышеназванного имущества. 

В обоснование исковых требований истец и его представитель ссылаются на то, что сделки по дарению имущества, заключенные между ФИО2 и ФИО2 в силу ч. 1 ст. 168 ГК РФ являются оспоримыми и в силу ч. 2 ст. 170 ГК РФ носят характер притворных, то есть сделки, которые совершены с целью прикрыть другую сделку.

Суд не может согласиться с данными доводами истца по следующим основаниям. 

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относится: соглашение об устранении или ограничении ответственности лица, указанного в пункте 3 статьи 53.1 ГК РФ (пункт 5 статьи 53.1 ГК РФ); соглашение участников товарищества об ограничении или устранении ответственности, предусмотренной в статье 75 ГК РФ (пункт 3 статьи 75 ГК РФ); сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности (статья 169 ГК РФ); мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ).

В силу ч. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Из содержания приведенной правовой нормы следует, что притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка), и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит не совершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. В том случае, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является. 

Как разъяснено в п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25"О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами. 

В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

На основании ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ч. 1 ст. 432 ГК РФ договор считает заключенным, если между сторонами, в требуемой подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида.

Судом установлено, что между ФИО2 и ФИО2 было достигнуто соглашение по всем существенным условиям, изложенным в оспариваемых договорах дарения, которые были подписаны сторонами. Произведена перерегистрация недвижимого имущества на нового собственника – ФИО2.

Перечень оснований отмены уже исполненного договора дарения установлен ст. 578 ГК РФ и является исчерпывающим. Основания ничтожности договора дарения, предусмотренные п. 3 ст. 572 ГК РФ, в данном случае также отсутствуют.

Соответственно, все условия договора дарения и требования к сделке сторонами были соблюдены, никаких признаков ничтожности (притворности) либо оспоримости указанный договор не имеет. 

Помимо этого, доводы истца ФИО1 о том, что целью заключения данных договоров является сокрытие имущества, за счет которого могло быть произведено взыскание долга в его пользу, вследствие чего данные договора являются недействительными, также не основаны на законе. 

Судом установлено, что при заключении данных договоров дарения обременений и арестов на спорные объекты недвижимости наложены не были. Так, определением Моршанского районного суда от 22 сентября 2016 года здание склада по адресу: Тамбовская область, г. Моршанск, площадь Октябрьская, дом №5, площадью 820.9 кв.м., кадастровый номер: 68:27:0000063:47; нежилое помещение, по адресу: Тамбовская область, г. Моршанск, площадь Октябрьская, дом №5, помещение № 1, кадастровый номер 68:27:0000063:216; земельный участок, по адресу: Тамбовская область, Моршанский район, в садоводческом товариществе «Локомотив», кадастровый номер 68:09:5003019:22 были освобождены от ареста. Отменен запрет на совершение действий по отчуждению данного недвижимого имущества. То есть наложение, а затем снятие ареста с доли имущества, принадлежавшего ФИО2, не повлекло правовых последствий для ФИО1

Кроме того, на недвижимое имущество в виде 1/6 доли в праве общей долевой собственности на 

<

...> и 6/100 долей в праве общей долевой собственности на земельный участок по адресу: 

<

...> пом. №5, также являющееся предметом оспариваемых сделок, на момент заключения договоров дарения также не было зарегистрировано никаких ограничений и обременений, что подтверждается выписками из ЕГРП от 18.10.2016 года.

Согласно ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов, такая защита является задачей судопроизводства в судах. По правовому смыслу данной нормы закона, предъявленный иск должен способствовать восстановлению нарушенных или оспариваемых прав ФИО1, то есть в результате удовлетворения иска должен удовлетворяться его материально-правовой интерес. 

Довод истца о том, что на момент совершения сделки дарения, имущество, которое было передано в дар, находилось под арестом, является несостоятельным, поскольку оно было отменено определением суда в силу исполнения долговых обязательств перед ПАО "Сбербанк России" по решению суда.

Ссылка истца на то, что на данное имущество наложены обеспечительные меры и по другим долговым обязательствам и спорам иными определениями Моршанского районного суда, также не может быть принята судом во внимание, поскольку при изучении представленных Моршанским МРО СП УФССП России по Тамбовской области исполнительных производств в отношении ФИО1, ФИО2 и ФИО2, судом установлено, что только по исполнительному производству № 27422/14/11/68-ИП, возбужденного судебным приставом исполнителем ФИО12 02.07.2014 года по гражданскому делу по иску ОАО «Сбербанк России» в лице Моршанского отделения Тамбовского отделения № 8594 к ФИО1, ФИО2, ФИО2 о взыскании задолженности по кредитной карте на основании определения суда от 24 июня 2014 года, предметом исполнения являлось спорное имущество: здание склада по адресу: Тамбовская область, г. Моршанск, площадь Октябрьская, дом №5, площадью 820.9 кв.м., кадастровый номер: 68:27:0000063:47; нежилое помещение, по адресу: Тамбовская область, г. Моршанск, площадь Октябрьская, дом №5, помещение № 1, кадастровый номер 68:27:0000063:216; земельный участок, по адресу: Тамбовская область, Моршанский район, в садоводческом товариществе «Локомотив», кадастровый номер 68:09:5003019:22.

Как уже отмечалось, определением Моршанского районного суда от 22 сентября 2016 года обеспечительные меры в виде наложения ареста по указанному гражданскому делу были отменены в связи с погашением задолженности по кредитной карте. 

Нотариус города Моршанска и Моршанского района Тамбовской области ФИО4 в судебном заседании подтвердила, что на момент удостоверения договоров дарения в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним не было зарегистрировано никаких ограничений, обременений, правопритязаний и заявленных в судебном порядке прав требования в отношении отчуждаемого имущества.

Данный факт подтверждается сведениями из ЕГРП по состоянию на 18.10.2016 года.

Согласно статьи 163 ГК РФ нотариальное удостоверение сделки осуществляется путем совершения на документе, соответствующем требованиям статьи 160 ГК РФ, удостоверительной надписи нотариусом или другим должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие. Нотариальное удостоверение сделок обязательно, в том числе в случаях, предусмотренных соглашением сторон, хотя бы по закону для сделок данного вида эта форма не требовалась (п. 2 ст. 163 ГК РФ).

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации, статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если это не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств, подтверждающих, что договора дарения имели цель прикрыть дальнейшее намерение ответчика ФИО2 уйти от своих долговых обязательств перед истцом ФИО1, суду не представлено. 

Напротив, сам текст договора дарения содержит в себе основные условия договора, из которого следует, что даритель ФИО2 передал своему брату ФИО2 в дар, безвозмездно имущество, которое ему принадлежит на праве собственности в порядке наследования. 

Оспариваемый договор дарения соответствует требованиям, установленным законом, был заключен в письменной форме, с соблюдением статьи 574 ГК РФ, оснований для запрещения дарения и ограничения дарения, предусмотренных ст. 575, 576 ГК РФ не имеется. Доказательств того, что сторонами заключен иной договор, не соответствующий их волеизъявлению, истцом не представлено.

Действительная воля сторон договора дарения была установлена в ходе судебного разбирательства, которая была направлена именно на заключение договоров дарения между двумя братьями, суд приходит к выводу как об отсутствии оснований для признания оспариваемых договоров дарения недействительными в силу признания их таковыми судом на основании ст. 166 ГК РФ и применения последствий недействительности сделки, так и об отсутствии оснований для признания их ничтожными и применении к договорам правил, установленных п. 2 ст. 170 ГК РФ о притворности сделки.

В силу ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд считает, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что договора дарения спорного имущества являются недействительными на основании ч. 1 ст. 166 ГК РФ, а также притворными сделками, направленными на прикрытие иной сделки по правилам ч. 2 ст. 170 ГК РФ, как не представлено и достаточных доказательств его нарушенного права.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение, и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Исходя из указанных оснований предъявленных исковых требований и в соответствии с требованиями действующего гражданского законодательства, в целях правильного разрешения возникшего между сторонами спора и руководствуясь принципом состязательности сторон, суд разъяснил сторонам бремя доказывания юридически значимых обстоятельств, при этом истцу было предложено представить доказательства в обоснование своих исковых требований и изложенных в иске обстоятельств. На ответчиков возложена обязанность по представлению доказательств в обоснование своих возражений по иску. 

Анализ представленных в суд доказательств позволяет сделать вывод о недоказанности истцом изложенных в иске обстоятельств, в том числе наличия оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 170 ГК РФ. В этой связи, суд не может признать доказанными доводы истца о том, что оспариваемая сделка является недействительной в силу признания ее таковой судом (оспоримой) либо притворной, во избежание уплаты долга перед кредиторами, достоверных и убедительных доказательств того, что подлинное волеизъявление сторон при заключении оспариваемой сделки было направлено на заключение иной сделки и не было связано с отчуждением имущества, суду представлено не было.

При таких обстоятельствах, суд считает необходимым исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО2 о признании договоров дарения недействительным оставить без удовлетворения.

Учитывая, что в удовлетворении исковых требований о признании недействительными договоров дарения недвижимого имущества истцу ФИО1 отказано, требования истца о прекращении записей в Едином государственном реестре недвижимости за № 68-68/015-68/015/292/2016-498/3, №68-68/015-68/015/292/2016-497/3, №68-68/015-68/015/292/2016-495/3 от 26 октября 2016 года о праве на указанное имущество ФИО2, признании недействительным свидетельства о регистрации прав ФИО2 и о возврате сторон в первоначальное положение также удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194- 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО2 о признании договоров дарения недействительными - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Моршанский райсуд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме: 22 сентября 2017 года.

Федеральный судья А.В. Артемкина