По 1-й инст. – судья Насекин Д. Е. Дело № 22-1566/2025

76RS0016-01-2024-003516-26

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Ярославль «29» августа 2025 года

Ярославский областной суд в составе 

председательствующего Чугунова А. Б.

при ведении протокола помощником судьи Чурсиновой Е. Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Дзержинского района 

г. Ярославля ФИО4 и апелляционным жалобам потерпевшей и гражданского истца Потерпевший №1, защитников осуждённых ФИО29 

В. Ю. и ФИО28 – адвокатов Старостиной Г. Е. и Кузьминова П. А. и гражданского ответчика – ГУЗ ЯО «ОДКБ» на приговор Дзержинского районного суда г. Ярославля от 19 июня 2025 года, которым

ФИО29 

и

ФИО28 

осуждены по ч. 2 ст. 109 УК РФ – каждая к 2 годам ограничения свободы (с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории города Ярославля и муниципальных округов Ярославской области без разрешения и не менять места жительства (пребывания) без уведомления (согласия) специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанности являться для регистрации в этот специализированный государственный орган в установленные им дни и время один раз в месяц) с лишением права занимать должность врача-педиатра и заниматься врачебной деятельностью по профилю «педиатрия» на срок 2 года;

с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ярославской области «Областная детская клиническая больница» в пользу потерпевшей Потерпевший №1 взысканы 395 780 рублей в возмещение расходов на погребение и компенсация морального вреда в размере 2 000 000 рублей;

принято решение о вещественных доказательствах.

Заслушав выступления прокурора Алхимовой А. И. в поддержание представления и потерпевшей Потерпевший №1 и её представителя – адвоката Новожилова Я. Б., осуждённых ФИО29 и ФИО28 и их защитников – адвокатов Старостиной Г. Е. и Кузьминова П. А., представителя гражданского ответчика – ФИО2 в поддержание соответствующих жалоб, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО29 и ФИО28 осуждены за причинение 24 сентября 2023 года малолетнему ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения в период с 12 часов 25 минут 02 сентября 2023 года до 08 часов 03 сентября 2023 года и с 08 часов 03 сентября 2023 года до 08 часов 04 сентября 2023 года своих профессиональных обязанностей врачей-педиатров приёмного отделения стационарной помощи ГБУЗ ЯО «ОДКБ».

В апелляционном представлении прокурор района просит приговор отменить и направить дело на новое рассмотрение. Ссылается на то, что при установлении ограничений суду следовало запретить выезд за пределы территории г. Ярославля и Ярославского муниципального района, а не всех муниципальный округов Ярославской области.

В апелляционной жалобе потерпевшая просит об изменении судебного решения, исключении ухода ФИО28 за супругом как смягчающего обстоятельства, усилении наказания и увеличении размера компенсации морального вреда до 5 000 000 рублей. Обращает внимание на то, что супруг названной осуждённой скончался, полагает, что суд первой инстанции не в полной мере учёл характер и степень причинённых Потерпевший №1 по вине работников больницы нравственных страданий, невосполнимости утраты самого близкого человека и невосстановимого права истицы на родительскую связь с сыном. В своих возражениях потерпевшая подчёркивает, что она не доктор и что всем врачам сообщала о сильных болях в животе мальчика с 01 сентября 2023 года, и не соглашается с доводами защитников и представителя ответчика, содержащимися в их жалобах.

Адвокат Старостина Г. Е. в апелляционной жалобе и дополнении просит приговор отменить и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство. Пишет о том, что за неприменение клинических рекомендаций врача привлечь к уголовной ответственности нельзя. Воспроизводит показания ФИО29, свидетелей ФИО3, ФИО22, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, подробно повторяет позицию стороны защиты, занятую в районном суде, и не соглашается с оценкой доказательств районным судом. Отмечает, что у ребёнка имелась патология кишечника и, возможно, гемостаза, наблюдались неврологические симптомы и, несмотря на лейкоцитоз, не было характерных для инвагинации трёх классических признаков, прежде возникавшие боли воспринимались как проявление панических атак, до утра 04 сентября 2023 года живот пациента был мягким и безболезненным, то есть с 01 до 03 сентября 2023 года инвагинация отсутствовала и могла сформироваться в ночь на 04 сентября 2023 года, но и на момент ультразвукового исследования за несколько часов до первой операции кровоток в стенках кишечника ещё сохранялся, поэтому привлечённые территориальным фондом обязательного медицинского страхования эксперты качества медицинской помощи признали, что вызванный осложнениями летальный исход был обусловлен нетипичной клинической картиной манифестации заболевания на фоне врождённого порока развития кишечника (незавершённого поворота) и, возможно, врождённой патологии гемостаза. Развёрнуто, опираясь на заключение специалистов НП «Саморегулируемая организация судебных экспертов», критикует заключения и показания экспертов ФИО21 и ФИО45, думает, что проведение комиссионных судебно-медицинских экспертиз было поручено следователем негосударственному и материально зависимому экспертному учреждению неправомерно, а стороне защиты суд дважды отказал в назначении повторной экспертизы и отверг заключение специалистов необоснованно, как отказал и в допросе экспертов, хотя ФИО28 эксперт ФИО23 в электронной переписке прямо признался в неучастии в производстве экспертизы и неподписании заключений. Особо подчёркивает нарушение тайны совещательной комнаты (дача поручения и общение удалившегося в совещательную комнату судьи Насекина Д. Е. с секретарём судебного заседания ФИО24) и грубое нарушение права ФИО29 на защиту и справедливый суд, ведь в постановлении от 06 июня 2025 года, которое упомянуто и в описательно-мотивировочной части итогового судебного решения, суд первой инстанции исходил из информации, полученной по телефону и процессуально не проверенной, и оценил заключения экспертов как допустимые и достоверные доказательства, выразив предубеждение в виновности подсудимых, после чего всем стало понятно, что приговор будет обвинительным.

Адвокат Кузьминов П. А. в апелляционной жалобе просит об отмене судебного решения и об оправдании ФИО28 за отсутствием в её деянии состава преступления. Считает предъявленное обвинение абстрактным и неясным из-за отсутствия указаний на конкретные положения Клинических рекомендаций, выражает мнение о том, что несоответствие медицинской помощи пациенту при инвагинации критериям выполнения как осмотра детским хирургом, так и УЗИ органов брюшной полости не позднее 1 часа с момента поступления в стационар не может вменяться в вину его доверительнице, дежурившей не 02, но 03 сентября 2023 года, когда в состоянии мальчика даже наблюдалась положительная динамика. Обращает внимание на то, что именно ФИО28 в 08 часов 04 сентября 2023 года, обнаружив у ребёнка появление отсутствовавших накануне болей в животе, экстренно назначила ультразвуковое исследование и что окончательный диагноз должен быть поставлен не позднее 24 часов с момента поступления больного в профильное отделение, куда ФИО1 и поступил 04 сентября 2023 года. Как и адвокат Старостина Г. Е., повествует об отсутствии у мальчика инвагинации и сопутствующей картины «острого живота» в продолжение 02 и 03 сентября 2023 года, критикует заключения судебно-медицинских экспертиз и показания экспертов ФИО21 и ФИО45, сетует на одностороннюю и явно обвинительную позицию районного суда, отклонившего почти все ходатайства защиты, нарушившего тайну совещания и принявшего полученные секретарём устные пояснения эксперта ООО «Межрегиональный центр экспертизы и оценки «Выбор».

В апелляционной жалобе и дополнении учреждения здравоохранения, подписанной главным врачом, ставится вопрос об отмене приговора, описываются произошедшие события и приводятся аргументы о невиновности осуждённых. Автор категорически не соглашается с заключениями экспертов, убеждён в нужности проведения по делу повторной судебно-медицинской экспертизы и в том, что основной причиной поздней постановки диагноза послужило атипичное течение заболевания пациента, которому был введён путающий сознание и снижающий рефлексы диазепем (сибазон), без обычной клиники и симптомов, тяжесть же течения инвагинации была связана с пороком развития кишечника – незавершённым поворотом. Пишет о крайне трудном материальном положении больницы и полагает, что 2 000 000 рублей – сумма «неподъёмная», упрекает суд во взыскании стоимости пяти венков с траурными лентами и в возмещении расходов на погребение по ненадлежащее оформленным квитанциям, не подтверждёнными кассовыми чеками.

Проверив по представлению и жалобам законность, обоснованность и справедливость судебного решения, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим отмене ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона.

Осуждённые признаны виновными в том, что, имея реальную возможность поставить верный диагноз, организовать и провести своевременное и надлежащее лечение и предотвратить смерть малолетнего, вопреки обязанностям врачей-педиатров оказали медицинскую помощь ФИО1 с обусловившим ухудшение состояния здоровья существенным дефектом – не назначили проведение (а ФИО28 – и не провела сама) ультразвукового исследования органов брюшной полости и не обеспечили консультацию детского хирурга, в результате чего не было выявлено наличие инвагинации кишечника, своевременно и оперативно не приняты меры для её устранения и не выполнено оперативное вмешательство, что привело к серьёзным осложнениям в виде мезентериального тромбоза, некроза кишки, перитонита, синдрому полиорганной недостаточности, каковые и явились непосредственной причиной смерти ребёнка.

Для установления юридически значимых фактических обстоятельств уголовного дела и наличия либо отсутствия в действиях докторов состава предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ преступления требуются специальные познания в медицине, а потому особое и критически важное доказательственное значение имеют заключения комиссии экспертов ФИО45, ФИО25, ФИО26, ФИО27 и ФИО23 № 12/02/24 от 28 февраля и № 05/04/24 от 10 апреля 2024 года.

Закреплённые в статье 14 Международного пакта о гражданских и политических правах и статье 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод стандарты справедливого судебного разбирательства включают право обвиняемого на разбирательство дела и рассмотрение любого предъявленного уголовного обвинения независимым и беспристрастным судом.

Конституция РФ, гарантируя каждому право на судебную защиту его прав и свобод (часть 1 статьи 46), возлагает на суд обязанность обеспечить справедливую процедуру принятия судебных решений.

В силу ч. 2 ст. 61 УПК РФ судья не может участвовать в производстве по уголовному делу в случаях, если имеются обстоятельства, дающие основания полагать, что он лично, прямо или косвенно, заинтересован в исходе дела.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации (Постановления от 02 июля 1998 года № 20-П и от 23 марта 1999 года № 5-П, Определения от 01 ноября 2007 года № 799-О-О и от 17 июня 2008 года № 733-О-П) судья, ранее высказавший в ходе производства по уголовному делу своё мнение относительно достоверности и достаточности собранных доказательств и виновности лица в совершении преступления, не должен принимать участие в дальнейшем производстве по делу.

Настоящее уголовное дело рассмотрено судом первой инстанции в составе председательствующего – судьи Насекина Д. Е.

До вынесения приговора судья Насекин Д. Е., разрешая ходатайство подсудимых и защитников, возобновляя судебное следствие и отказывая в вызове и допросе экспертов, в постановлении от 06 июня 2025 года не только сформулировал абстрактное и предположительное умопостроение о сфабрикованности переписки ФИО28 с ФИО30, но и констатировал, что все необходимые судебные экспертизы по делу органами предварительного расследования проведены и что у суда нет оснований сомневаться в правильности выводов, изложенных в экспертных заключениях № 12/02/24 от 28 февраля и № 05/04/24 от 10 апреля 2024 года, то есть недвусмысленно оценил эти основные и главные доказательства виновности врачей, оспариваемые стороной защиты, как достаточные и заведомо достоверные, чем, по сути, априори признал ФИО29 и ФИО28 виновными в причинении пациенту тяжкого вреда здоровью и смерти . 

Более того, в описательно-мотивировочной части приговора от 19 июня 2025 года председательствующий при оценке тех же заключений комиссии экспертов, отвергая позицию стороны защиты, прямо сослался на свои прежние суждения, содержащиеся в постановлении от 06 июня 2025 года .

Таким образом, ещё до завершения рассмотрения уголовного дела, предрешая его исход, судья Насекин Д. Е. публично выразил уже сложившееся у него убеждение в доказанности виновности подсудимых в совершении преступления.

Данное обстоятельство связывало председательствующего при принятии итогового решения и повлияло на его беспристрастность, что исключало рассмотрение судьёй Насекиным Д. Е. дела по существу.

Поскольку допущенное районным судом нарушение уголовно-процессуального закона влечёт отмену постановленного незаконным составом суда приговора и не может быть устранено путём вынесения апелляционного приговора, суд апелляционной инстанции, отменяя обжалуемое судебное решение, передаёт дело на новое рассмотрение и не оценивает прочие доводы апеллянтов. 

В соответствии с ч. 4 ст. 389-19 УПК РФ остальные аргументы авторов апелляционных представления и жалоб будут исследованы судом первой инстанции при новом разбирательстве.

Руководствуясь ст.ст. 389-13, 389-20 и 389-28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Дзержинского районного суда г. Ярославля от 19 июня 2025 года в отношении ФИО29 и ФИО28 отменить и передать уголовное дело на новое рассмотрение иным составом Дзержинского районного суда г. Ярославля.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47-1 УПК РФ, (выборочной кассации) в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции.

Председательствующий А. Б. Чугунов