В окончательной форме изготовлено 07.12.2017 года

Дело № 2-1264/2017 20 ноября 2017 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Поповой Е.И., 

при секретаре Завражской Е.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО6, ФИО7 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности, признании права собственности, 

УСТАНОВИЛ:

Первоначально истец ФИО5 обратился в суд с иском к ответчику ФИО6, в котором просил признать недействительной сделку по отчуждению квартиры № № в доме 

<

адрес>, заключенную между ФИО1 и ФИО6 и применить последствия недействительности; признать за ФИО5 право собственности на квартиру № в 

<

адрес> в порядке наследования по закону.

После уточнения исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ, и привлечения к участию в деле в качестве соответчика ФИО7, истец просит: признать недействительным договор купли-продажи квартиры № в доме 

<

адрес>, заключенный 29.05.2016 года между ФИО1 и ФИО6 и применить последствия недействительности; признать недействительным договор ипотеки от 16.09.2016 года, заключенный между ФИО7 и ФИО6 и применить последствия недействительности сделки; признать за ФИО5 право собственности на квартиру № в доме 

<

адрес> в порядке наследования по закону.

В обоснование заявленных требований истец указал, что -.09.2016 года, умер его отец - ФИО1, который являлся собственником квартиры № в доме 

<

адрес>. Указанную квартиру истец считает наследственным имуществом после смерти ФИО1 Единственным наследником ФИО1 первой очереди по закону является сын наследодателя - ФИО5. Истец обратился к нотариусу ФИО8 с заявлением о принятии наследства после смерти отца - ФИО1, заведено наследственное дело №. Однако от нотариуса истцу стало известно о том, что квартира № в доме 

<

адрес> на момент смерти уже не принадлежала наследодателю. Из выписки ЕГРП истцу стало известно, что ее собственником является ответчик - ФИО6. Из представленных в материалы дела документов стало известно, что 31.05.2016 года Управлением Росресстра по Санкт-Петербургу зарегистрировано право собственности ФИО1 на основании дубликата свидетельства о праве на наследство по закону, выданного 16.05.2016 года нотариусом ФИО8 

29.05.2016 года между ФИО1 и ФИО6 заключен договор купли-продажи квартиры № в доме 23 корпус 2 литер А по ул. Софийская в Санкт-Петербург. Истец в иске обращает внимание, что указанный договор заключен 29.05.2016 года, при этом, спорная квартира не являлась принадлежащей ФИО1. В данной связи 29.05.2016 года ФИО1 не обладал правомочиями собственника жилого помещения, а именно правом распоряжения квартирой № в доме 

<

адрес>.

Ссылаясь на положения ст. 168 ГПК РФ, истец полагает договор купли-продажи квартиры № в доме 

<

адрес>, заключенный 29.05.2016 года не соответствующим, требованиям законодательства, в связи с чем, недействительным.

Кроме того, истец указал, что ФИО1 длительное время злоупотреблял спиртными напитками. В данной связи неоднократно госпитализировался в психиатрические больницы: ПБ им. Скворцова Степанова (СПб ГКУЗ «Городская больница № 3»); ПБ № 1 им ФИО9 (г. Гатчина). При этом, ФИО1 вел асоциальный образ жизни, в связи с данными обстоятельствами истец длительное время не общался с ним. Истец не мог убедить отца в необходимости бросить употребление спиртных напитков. В связи с употреблением спиртными напитками ФИО1 не мог воспринимать адекватно происходящие события; совершать необходимые поступки и действовать сообразно обстоятельствам. Так, наследство после смерти 06.06.2009 года своей матери - ФИО2, ФИО1 не оформлял длительное время. После долгих уговоров, убеждений в необходимости юридического оформления наследственных прав, ФИО1 выдал доверенность ФИО4 Самостоятельно заниматься принятием наследства, совершать все необходимые для этого юридические действия ФИО1 не мог. В мае 2016 года ФИО1 перестал отвечать на телефонные звонки. По месту жительства не проживал. Длительное время истец не знал о месте нахождения отца. Такие ситуации бывали с ФИО1 и ранее. В состоянии запоя ФИО1 мог не появляться по месту своего жительства. Однако в ноябре истцу стало известно, что ФИО1 умер. Обстоятельства смерти остаются для истца не выясненными. Все вышеперечисленные обстоятельства свидетельствовали о состоянии психики ФИО1, как адекватного человека истец его воспринимать не мог несколько лет. Истец ссылается на положения ч.1 ст. 177 ГК РФ, полагая договор купли-продажи недействительным. В соответствии с ч. 1 ст. 167 ГК РФ - недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

16.09.2016 года между ФИО7 (залогодержатель) и ФИО6 (залогодатель) заключен договор ипотеки. Предметом указанного договора является обеспечение договора займа от 16.09.2016 года, заключенного между ФИО7 и ФИО6, путем залога квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Государственная регистрация ипотеки произведена 03.10.2016 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу.

По основаниям, предусмотренным ст.ст. 166, 167, 168 ГК РФ, договор ипотеки между ФИО7 и ФИО6 от 16.09.2016 года истец полагает недействительным (л.д. 5-7, 67-68, 87-89 том 1).

Истец и его представители - адвокат Колмакова Т.В., действующая по ордеру и на основании доверенности, и ФИО10, действующий на основании доверенности, в судебное заседание явились, заявленные требования поддержали в полном объеме, настаивали на их удовлетворении.

Представитель ответчиков - ФИО11, действующая на основании доверенностей, в судебное заседание явилась, заявленные требования не признала в полном объеме.

Третье лицо нотариус ФИО8, извещенная судом надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, просила рассматривать дело в свое отсутствие (л.д. 241 том 1).

Представитель третьего Управления Росреестра по Санкт-Петербургу, в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, ранее представил в суд правовую позицию по заявленным требованиям (л.д. 121-123 том 1).

Суд, определив рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ, выслушав доводы явившихся лиц, изучив материалы дела и оценив все собранные по делу доказательства, приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, в сентябре 2016 года умер ФИО1, что подтверждается копией актовой записи о смерти № от 10.10.2016 года (л.д. 248 том 1), который является отцом истца, что следует из копии свидетельства о рождении (л.д. 8 том 1).

При жизни ФИО1 являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, которая была приобретена им на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 16.05.2016 года (л.д. 12 том 1).

29.05.2016 года ФИО1 с ФИО6 был заключен договор купли-продажи указанной квартиры (л.д. 153-154 том 1), который 06.06.2016 года был зарегистрирован Управлением Росреестра по Санкт-Петербургу.

16.09.2016 года между ФИО6 и ФИО7 был заключен договор ипотеки в отношении спорной квартиры в обеспечение договора займа, заключенного сторонами (л.д. 85-86 том 1), который прошел государственную регистрацию 03.10.2016 года (оборот л.д. 86 том 1).

В силу ст. 11 ГК РФ, ст. 3 ГПК РФ судебной защите подлежит нарушенное либо оспариваемое гражданское право, гражданин вправе обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В соответствии с ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с положениями ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно п. 1 ст. 549 ГК РФ, по договору купли-продажи недвижимого имущества продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Положениями ст. 550 - 551 ГК РФ определены требования к форме договора купли-продажи недвижимости, который должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации.

В силу положений ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Согласно ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В обоснование исковых требований истец ссылается на то обстоятельство, что в момент подписания договора купли-продажи ФИО1 не мог понимать значения своих действий, поскольку он длительное время злоупотреблял спиртными напитками, в связи с чем, как указал истец, имеются основания полагать о болезненном состоянии психики ФИО1

В ходе рассмотрения дела в качестве свидетелей были допрошены ФИО3, являющаяся супругой истца, и ФИО4, который является зятем бывшей супруги ФИО1, которые пояснили суду, что ФИО1 злоупотреблял спиртными напитками. 

В судебном заседании 14.09.2017 года по ходатайству истца с целью установления состояния здоровья ФИО1 была назначена посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза (л.д. 216-220 том 1).

Согласно заключению комиссии экспертов № от 03.10.2017 года, установлено, что ФИО1 в период совершения юридически значимых действий 29 мая 2016 года психическим расстройством, которое бы лишало его способности понимать значение свих действий и руководить ими, не страдал. У него имелся синдром зависимости от употребления алкоголя (по МКБ-10 F 10.2). Об этом свидетельствуют данные анамнеза, мед. Документации, материалов гражданского дела, указывающие на длительный период злоупотребления алкоголем (более 30 лет), запойное пьянство в результате чего сформировались психофизическая зависимость и алкогольный абстинентный синдром. В 1979 г. перенес алкогольный делирий. В 1984 г. проходил стационарное лечение в связи с абстинентным состоянием. Во время госпитализации в психиатрической больнице интеллектуально-мнестических расстройств не отмечалось. В течение жизни на учете у психиатра не состоял. Данных о наличии интеллектуально-мнестического снижения, психотических состояний с 1979 г. в материалах дела не имеется, таким образом. ФИО1 мог понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения договора купли-продажи квартиры 29 мая 2016 года (л.д. 224-234 том 1).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении.

Оснований не доверять выводам, изложенным в заключении экспертов № от 03.10.2017 года у суда не имеется, поскольку при производстве указанной экспертизы эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со ст. 307 УК РФ (л.д. 224 том 1). При оценке заключения эксперта, суд принимает во внимание, что экспертиза от 03.10.2017 года проведена в соответствии с требованием Закона РФ "О государственной судебно-экспертной деятельности" и Гражданского процессуального кодекса РФ, экспертами, имеющими, соответствующее образование в области для разрешения поставленных перед ними вопросов, указанным в определении суда от 14.09.2017 года о назначении экспертизы, и имеющими длительный стаж экспертной работы, выводы обоснованы, не противоречат другим собранным по делу доказательствам, оснований сомневаться в компетентности и объективности экспертов не имеется.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено доказательств того, что ФИО1 в момент оформления оспариваемого договора находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Суду также не представлено доказательств того, что ФИО1 когда-либо был признан в соответствии с действующим законодательством ограниченно дееспособным либо недееспособным.

Кроме того, в обоснование требований истец указал, что на момент подписания договора купли-продажи 29.05.2017 года ФИО1 не имел права собственности на квартиру, так как государственная регистрация его права состоялась только 31.05.2017 года.

Как разъяснено в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», граждане, юридические лица являются собственниками имущества, созданного ими для себя или приобретенного от других лиц на основании сделок об отчуждении этого имущества, а также перешедшего по наследству или в порядке реорганизации (статья 218 ГК РФ). В силу пункта 2 статьи 8 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом. Иной момент возникновения права установлен, в частности, для приобретения права собственности на недвижимое имущество в случае полной выплаты пая членом потребительского кооператива, в порядке наследования и реорганизации юридического лица (абзацы второй, третий пункта 2, пункт 4 статьи 218 ГК РФ, пункт 4 статьи 1152 ГК РФ). Так, если наследодателю или реорганизованному юридическому лицу (правопредшественнику) принадлежало недвижимое имущество на праве собственности, это право переходит к наследнику или вновь возникшему юридическому лицу независимо от государственной регистрации права на недвижимость.

В силу ч. 1, 2 ст. 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Таким образом, с учетом приведенных разъяснений и положений закона, вне зависимости от даты государственной регистрации права собственности, право собственности ФИО1 на спорную квартиру возникло 16.05.2016 года (даты выдачи свидетельства о праве на наследство по закону), и именно с этой даты он имел право на распоряжение имуществом. 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что на момент заключения оспариваемого договора купли-продажи ФИО1 имел право на его заключение. При этом, сам факт более поздней регистрации за ним права собственности, что в настоящем случае является лишь административным действием, не может влиять на его право распоряжение принадлежащим имуществом. Кроме того, заслуживает внимание и тот факт, что документы на регистрацию за ФИО1 права собственности были поданы 26.05.2016 года (заявление на л.д. 156 том 1), то есть до заключения договора.

Таким образом, оснований для удовлетворения требований ФИО5 о признании договора купли-продажи недействительным и признании за ним права собственности, не имеется.

В отношении оспаривания договора ипотеки суд не находит оснований для удовлетворения данного требования, поскольку оно является вытекающим из первоначального требования, в удовлетворении которого суд отказывает.

Поскольку судом принимается решение по существу заявленного спора, суд полагает необходимым в порядке ст. 144 ГПК РФ отменить меры по обеспечению иска, принятые определением суда от 29 ноября 2016 года (л.д. 18 том 1) в виде ареста спорной квартиры, принимая во внимание, что сохранение мер по обеспечению иска более нецелесообразно.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 56, 67, 144, 167, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО5 - отказать. 

Отменить меры по обеспечению иска, принятые определением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 29 ноября 2016 года: снять арест с квартиры, расположенной по адрес: 

<

адрес>, разрешить Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу осуществлять регистрацию перехода права собственности на указанный объект. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья: