Дело № 2-313/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

р.п. Каргаполье 19 августа 2019 г.

Каргапольский районный суд Курганской области в составе:

председательствующего судьи Киселевой Н.С.,

при секретаре судебного заседания Корчагиной И.Н.,

с участием прокурора Недорезова В.Ю.,

истца ФИО1 и её представителя ФИО2, 

ответчика ФИО3,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 

установил:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование иска указала, что 24 декабря 2017 года около 17 часов 50 минут ФИО3, управляя автомобилем марки ВАЗ 21093, государственный регистрационный знак №*, двигаясь по 305 км автодороги сообщением Екатеринбург-Шадринск-Курган в Каргапольском районе Курганской области по направлению г. Курган, допустил выезд на полосу встречного движения и совершил столкновение с движущимся навстречу по своей полосе движения автомобилем Ауди 80, государственный регистрационный знак №*, под управлением П..

Являясь пассажиром автомобиля Ауди 80, в результате ДТП она получила телесные повреждения различной степени тяжести.

Согласно приговору №1-35/2018 от 21 июня 2018 года, ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 УК РФ, ему назначено наказание в виде ограничения свободы на срок 1 год 6 месяцев.

В результате ДТП она получила телесные повреждения: сочетанная травма, ЗЧТМ, сотрясение головного мозга, закрытый перелом шиловидного отростка лучевой кости правого предплечья без смещения, ушиб грудной клетки слева, ушиб мягких тканей правой голени, левой кисти, что подтверждается выпиской из истории болезни № 13146.

В период с 24 декабря 2017 года по 26 декабря 2017 года она находилась на лечении в ГБУ «Каргапольская ЦРБ им Н.А.Рокиной». 26 декабря 2017 года через санавиацию переведена в ГБУ «Курганская больница № 2», где проходила лечение в период с 26 декабря 2017 по 17 января 2018 года.

С 17 января 2018 года по 9 апреля 2018 года и с 14 июня 2018 года по 22 августа 2018 она проходила лечение в ГБУ «Каргапольская ЦРБ им. Н.А. Рокиной».

В связи с полученными травмами испытывала трудности в удовлетворении своих бытовых потребностей, выполнение определенных обязанностей по дому, гигиенические потребности, уход за собой. После полученных травм длительное время испытывала физическую боль, недомогание, нарушение сна и сильные душевные переживания, которые испытывает до настоящего времени. В результате полученных травм ей причинены нравственные страдания морального характера. До настоящего времени она не оправилась от полученных травм, тяжело переживает произошедшее, испытывает длительную психотравмирующую ситуацию, связанную с невозможностью продолжать привычный образ жизни. Компенсацию морального вреда она оценивает в 200000 руб.

Для защиты прав и законных интересов она была вынуждена обратиться в центр защиты прав потерпевших «БлагоМед», за оказанные услуги оплатила 20000 руб.

Просит суд, взыскать с ФИО3 в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 200000 руб., а также расходы по оплате услуг представителя в размере 20000 руб.

В судебном заседании истец ФИО4 на исковых требованиях настаивала по доводам, изложенным в иске. В дополнении пояснила, что после ДТП до настоящего времени она испытывает боль. Рука полностью не восстановилась, она разработала только пальцы, остались рубцы после операции. Врачи сказали, что рука полностью не восстановится. В связи с травмой она не может выполнять домашнюю работу, рука болит. Ногу после ДТП неправильно лечили, не заметили порыв связки и сухожилия. Сейчас врачи в РНЦ «ВТО» сказали, что уже ничего нельзя исправить. На ноге начался трамбоз, она увеличена в размере, постоянно болит. Опухоль ноги была до мая 2018 года, пока не обратилась в РНЦ «ВТО». После ДТП начались проблемы с давлением, ухудшилось зрение, плохой сон. Ответчик после ДТП материальную помощь не оказывал. Представитель, в рамках договора на оказание услуг, собрал документы, составил иск и направил его в суд.

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании на исковых требованиях настаивал. Просил удовлетворить заявленные требования в полном объеме, так как ДТП явилось психотравмирующей ситуацией для истца. После ДТП истец не может вернуться к полноценной жизни. Полученные травмы сказываются в быту, истец не может выполнять обычные домашние обязанности, так как рука полностью не восстановилась и не будет восстановлена. Просил учесть срок прохождения истцом лечения после ДТП. Обращал внимание, что гражданская ответственность ответчика не была застрахована, в связи с чем истец лишена возможности получить страховую выплату.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, считал, размер компенсации морального вреда завышенным. Он направлял истцу перевод в размере 5000 руб., который ему вернулся обратно. Он не работает, так как после ДТП его уволили, ищет работу с достойной зарплатой. По профессии он тренер - преподаватель, работал управляющим на базе по ул. Омской. Планирует отучиться и поехать на Север. На сегодняшний день он осуществляет уход за пенсионером - знакомым родителем, получает пособие, имеет временные заработки. Не отрицал, что по приговору суда с него взыскана компенсация морального вреда в пользу ФИО5, выплаты он не производил. В момент ДТП он являлся собственником автомобиля ВАЗ 21093, до настоящего времени транспортное средство он на себя не зарегистрировал.

Заслушав пояснения сторон, заключение прокурора, полагавшего, что требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Установлено, что приговором Каргапольского районного суда Курганской области от 21 июня 2018 года, ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 Уголовного Кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде ограничения свободы на срок 1 год 6 месяцев.

Осужденному ФИО3 установлены следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования «город Курган» без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

На осужденного ФИО3 возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

С ФИО3 в пользу потерпевшего ФИО5 взыскана компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя по договору возмездного оказания юридических услуг в размере 10 000 рублей (л.д. 4-13).

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Курганского областного суда от 21 августа 2018 года приговор Каргапольского районного суда Курганской области от 21 июня 2018 года в отношении ФИО3 изменен. 

Увеличен размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ФИО3 в пользу ФИО5, до 400000 руб. В остальном приговор в отношении ФИО3 оставлен без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения (л.д. 51,52). Приговор вступил в законную силу 21 августа 2018 года.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК Российской Федерации) вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Приговором от 21 июня 2018 года установлено, что 24 декабря 2017 года около 17 часов 50 минут ФИО3, управляя автомобилем марки ВАЗ 21093, государственный регистрационный знак 

<

***>, двигаясь по 305 км автодороги сообщением Екатеринбург-Шадринск-Курган в Каргапольском районе Курганской области по направлению г. Курган со скоростью 70 км/ч, нарушил п.п. 10.1, 8.1, 2.7, ПДД РФ, допустил выезд на полосу встречного движения и совершил столкновение с движущимся навстречу по своей полосе движения автомобилем Ауди 80, государственный регистрационный знак 

<

***>, под управлением ФИО6

В результате дорожно-транспортного происшествия пассажирам автомобиля Ауди 80 ФИО5 и ФИО4 причинены телесные повреждения.

После ДТП ФИО4 доставлена в ГБУ «Каргапольская ЦРБ им Н.А Рокиной» в отделение скорой медицинской помощи. Из медицинской карты № 516 стационарного больного, следует, что ФИО4 проходила лечение в хирургическом отделении с 24 декабря 2017 года по 26 декабря 2017 года. Поступила с жалобами на головную боль, слабость, подташнивание, боль в области правого лучезапястного сустава. После обследования установлен следующий диагноз: сочетанная ДТП-травма. ЗЧМТ. Сотрясение головного мозга. Ушиб мягких тканей головы. Ушиб грудной клетки слева. Ушиб передней брюшной стенки. Закрытый перелом краевой головки лучевой кости справа со смещением. Закрытый краевой перелом большеберцовой кости справа. Ушиб левой кисти. 26 декабря 2017 года 09:00 через санавиацию после консультации с зав. отделением политравмы, переведена в «Курганскую больницу № 2» (л.д. 53).

Из выписки истории болезни № 13146, следует, что ФИО4 находилась на лечении в отделении множественной и сочетательной травмы ГБУ «Курганская больница № 2» в период с 26 декабря 2017 года по 10 января 2018 года. Диагноз заключительный клинический: сочетанная травма. Закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга. Закрытый перелом кости носа. Закрытый перелом шиловидного отростка лучевой кости правого предплечья без смещения. Ушиб грудной клетки слева. Ушиб мягких тканей правой голени, левой кисти. После проведенного лечения выписана в удовлетворительном состоянии, под наблюдение у хирурга в поликлинике по месту жительства.

Из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № 31727, представленную по запросу суда ГБУ «Каргапольская ЦРБ им Н.А.Рокиной» следует, что 17.01.2018 ФИО4 обратилась к хирургу с жалобами на хромоту, боли при движении. ФИО4 находилась на больничном листе в период с 26 декабря 2017 года по 23 марта 2018 года. С 24 апреля 2018 года выписана, рекомендован легкий труд на 3 месяца.

26 марта 2018 года была на консультационном приеме в консультативно - диагностическом отделении ФГБУ «РНЦ «ВТО» им. акад. ФИО7» у травматолога - ортопеда.

В ходе осмотра поставлен диагноз: М 24.5- постравматический артроз правого голеностопного сустава 1 ст. Повреждение связок. Консолидированный перелом наружной лодыжки. Контрактура голеностопного сустава, что подтверждается справкой № 1969/5013. Рекомендовано: массаж право голени и стопы № 10, ЛФК, физио лечение, назначены лекарственные препараты (л.д. 30).

3 апреля 2018 года в ходе обследования ФИО4 в ФГБУ «РНЦ «ВТО» им. акад. ФИО7» вынесено заключение: застарелый вывих ладьевой кости правой кисти. Неправильный сросшийся внутрисуставной краевой перелом дистального эпифиза правой лучевой кости. Посстравматический артроз, синовит правого лучезапястного сустава, что следует из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № 164313 (л.д. 60 оборот).

Из выписного эпикриза ФГБУ «РНЦ «ВТО» им акад. ФИО7», следует, что ФИО4 находилась на лечении с 21 мая 2018 года по 8 июня 2018 года с диагнозом, Основной диагноз: М21.9 - Приобретенная деформация правой верхней конечности на уровне лучезапястного сустава. Застарелый вывих ладьевидной кости правой кисти, неправильно сросшийся перелом шиловидного отростка правой лучевой кости. Посттравматический артроз правого лучезапястного сустава 2 ст., стойкая артрогенная комбинированная контрактура правого лучезапястного сустава, болевой синдром. Сопутствующий диагноз: 111.9 - Гипертоническая болезнь 2 ст. риск 3. ХСН1.

24 мая 2018 года проведена операция: артроз правого лучезапястного сустава, стилоидэктомия правой лучевой кости, артропластика правого лучезапястного сустава, остеосинтез правого предплечья и кисти аппаратом ФИО7.

За время госпитализации достигнуто восстановление оси правой верхней конечности на уровне лучезапястного сустава, купирование болевого синдрома. В удовлетворительном состоянии выписана из стационара, под амбулаторное наблюдение по месту жительства (л.д. 63).

2 июля 2018 года ФИО4 была на консультационном приеме в консультативно - диагностическом отделении ФГБУ «РНЦ «ВТО» им. акад. ФИО7» у травматолога - ортопеда.

В ходе осмотра поставлен диагноз: М 21.9- постравматический деформация право верхней конечности. Состояние после оперативного лечения, что подтверждается справкой № 7373/2018 (л.д. 31). 

6 августа 2018 года ФИО4 была на консультационном приеме в консультативно - диагностическом отделении ФГБУ «РНЦ «ВТО» им. акад. ФИО7» у травматолога - ортопеда.

В ходе осмотра поставлен диагноз: М 21.9-постравматический деформация на уровне правого лучезапястного сустава. Состояние после коррекции, что подтверждается справкой № 10062/2018/13890. Демонтирован аппарат, спицы удалены. Наложена лонгетта. Рекомендовано: физиопроцедуры, медицинские препараты, ЛФК лучезапястного сустава и кисти. Контрольный осмотр через месяц (л.д. 31).

ФИО4 находилась на больничном листе в период с 21 мая 2018 года по 22 августа 2018 года. С 23 августа 2018 года выписана на легкий труд на 6 месяцев (л.д. 32).

В рамках рассмотрении уголовного дела проводилась экспертиза в отношении ФИО1 с использованием медицинских документов.

Как следует из заключения эксперта № 57 от 20 января 2018 года и № 57а от 10 апреля 2018 года, проводимых в рамках уголовного дела экспертом ГКУ «Курганское областное бюро судебно- медицинской экспертизы» (л.д. 47-50), на основании медицинских документов, установлено, что ФИО4 24 декабря 2017 года около 18:00 попала в ДТП, была пассажиром, поступила в ГБУ «Каргапольская ЦРБ им. Н.А.Рокиной». 26 декабря 2017 года переведена в «Городскую больницу № 2» г. Кургана с диагнозом: закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга. Перелом лучевой кости справа. Закрытый перелом большеберцовой кости справа. Ушиб передней брюшной стенки. Жалобы на головную боль, слабость, подташнивание, боль в области правого лучезапястного сустава. После проведенного лечения выписана 10 января 2018 года в удовлетворительном состоянии, под наблюдение у хирурга в поликлинике по месту жительства. Заключительный клинический диагноз: сочетанная травма. Закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга. Закрытый перелом кости носа. Закрытый перелом шиловидного отростка лучевой кости правого предплечья без смещения. Ушиб грудной клетки слева. Ушиб мягких тканей правой голени, левой кисти. По мнению эксперта, телесные повреждения носят характер тупой травмы, могли образоваться в результате травматического воздействия тупого твердого предмета (каким могли быть выступающие части внутри салона автомобиля при его столкновении с препятствием) в указанные области, не противоречат сроку 24 декабря 2017 года. Данные телесные повреждения повлекли за собой длительное расстройство здоровья сроком более 3-х недель и по этому признаку расцениваются как повреждения, повлекшие вред здоровью средней тяжести.

Причинно-следственная связь между произошедшим ДТП и полученными ФИО4 телесными повреждениями, подтверждена представленными в материалы дела доказательствами.

Ответчиком ФИО3, в нарушение требований ст. 56 ГПК Российской Федерации доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, представлено не было.

Суд считает, что истцу в результате дорожно-транспортного происшествия был причинен моральный вред в связи с полученными телесными повреждениями, испытанием физической боли, прохождением лечения.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно п. 2 ст. 1079 названного Кодекса, владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Таким образом, обстоятельствами, имеющими значение для разрешения спора о возложении обязанности по возмещению вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, являются, в частности, обстоятельства, связанные с тем, кто в силу положений ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации являлся законным владельцем повышенной опасности на момент дорожно-транспортного происшествия.

Исходя из данной правовой нормы, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое не просто имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, используя его на момент причинения вреда, но обладало законными полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности в момент причинения вреда.

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств.

Как следует из карточки учета транспортного средства, владельцем автомобиля ВАЗ 21093, государственный регистрационный знак 

<

***>, по состоянию на 15 августа 2019 года является Б. (л.д. 43).

В соответствии с п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из договора купли - продажи транспортного средства от 24 декабря 2017 года следует, что Б. (продавец) передала в собственность ФИО3 (покупатель), а покупатель принял и оплатил транспортное средство ВАЗ 21093, 2003 года выпуска, в размере 70000 руб. 

Согласно п. 5 договора, право собственности за приобретенное транспортное средство переходит к покупателю с момента подписания настоящего договора (л.д. 53). 

Поскольку в момент ДТП, ФИО3 управлял транспортным средством ВАЗ 21093 на законном основании, суд приходит к выводу, что требования заявлены к надлежащему ответчику – владельцу источника повышенной опасности, на которого должна быть возложена обязанность по возмещению морального вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, жизнь и здоровье, личная неприкосновенность, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

Согласно ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Под моральным вредом понимаются, в том числе нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, и т.п.). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья и другое (п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснений, данных в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). 

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

С учетом установленных обстоятельств по делу, причины дорожно-транспортного происшествия, полученных истцом телесных повреждений, тяжести причиненного вреда здоровью (вред здоровью средней степени тяжести), длительности нахождения на излечении – 8 месяцев, имеющиеся последствия, опосредованные с испытанием на протяжении длительного времени физической боли, связанной с повреждением здоровья, психологической травмой, нравственных страданий и переживаний истца по поводу произошедшего, учитывая форму вины ответчика – неосторожность, его материальное положение, а также то, что ФИО3 не лишен возможности трудиться и получать доход, руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд полагает исковые требования ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными, и подлежащими удовлетворению в полном объеме, в размере 200 000 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что для оказания юридических услуг ФИО4 (заказчик) обратилась в ООО «Центр помощи потерпевшим «БлагоМед» (исполнитель) в связи с чем, 6 марта 2019 года между сторонами был заключен договор № 0064/19 возмездного оказание юридических услуг (л.д. 45).

Согласно п.1.1 договора, исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги: предоставление юридических консультаций, представление интересов в судах, страховых компаниях. Исковое производство, поддержание исковых требований в суде, взыскание денежных средств присужденных судом, по факту ДТП, произошедшего 24 декабря 2017 года.

Заказчик оплачивает исполнителю услуги в размере 20000 руб. (п. 4.1. договора).

Оплата по договору произведена истцом в полном объеме, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 6 марта 2019 года в размере 20000 руб. (л.д. 44).

Согласно разъяснениям, данным в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ).

Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. 

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ) (п. 11 указанного выше Постановления).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 13 указанного Постановления, разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

При определении размера возмещения расходов на оплату услуг представителя, суд принимает во внимание объём работы представителя истца по настоящему гражданскому делу (сбор документов, составление искового заявления и направление его в суд), категорию спора, продолжительность его участия при рассмотрении дела (участие в одном судебном заседании), с учетом принципа разумности и справедливости, полагает, что с ФИО3 в пользу ФИО4 подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя в размере 10000 руб.

Поскольку истец при подаче иска была освобождена от уплаты государственной пошлины, в соответствии со ст. ст. 98, 103 ГПК Российской Федерации с ФИО3 в доход Муниципального образования Каргапольский район подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь ст. ст.194-198 ГПК Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО4 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 200000 (двести тысяч) руб., в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя 10000 (десять тысяч) руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ФИО3 в доход Муниципального образования Каргапольский район государственную пошлину в размере 300 (триста) руб. 

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд через Каргапольский районный суд Курганской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья Н.С. Киселева 

Мотивированное решение изготовлено 20.08.2019 

Судья Н.С. Киселева