Дело №2-5073/2019

Изготовлено 30 августа 2019 года

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

16 августа 2019 года Октябрьский районный суд города Мурманска 

в составе: председательствующего - судьи Матвеевой О.Н.

при секретаре Саакян Г.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей 

<

данные изъяты>, к УМВД России по Мурманской области, УМВД России по г. Мурманску, ГОБУЗ «Областное Мурманское бюро судебно-медицинской экспертизы» о признании проверки по факту гибели супруга незаконной, оспаривании заключения по результатам проверки, оспаривании акта судебно-медицинского исследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, действующая в интересах своих несовершеннолетних детей 

<

данные изъяты>, к УМВД России по Мурманской области, обратилась в суд с иском к УМВД России по г.Мурманску, ГОБУЗ «Областное Мурманское бюро судебно-медицинской экспертизы» о признании проверки по факту гибели супруга незаконной, оспаривании заключения по результатам проверки, оспаривании акта судебно-медицинского исследования.

В обоснование заявленных требований указано, что её муж и отец несовершеннолетних 

<

данные изъяты> – майор полиции ФИО1 проходил службу в УМВД России по г.Мурманску в должности 

<

данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 погиб в результате дорожно-транспортного происшествия. 

Согласно ответу заместителя начальника УМВД России по Мурманской области от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО2 и членам семьи отказано в страховых гарантиях и выплатах в целях возмещения вреда, причиненного смертью сотрудников органов внутренних дел, предусмотренных Федеральным законом от 28.03.1998 №52-ФЗ.

Основанием для отказа послужило заключение служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ.

В ответе, поступившем на её обращение, было указано, что смерть ФИО1 признана наступившей в связи с добровольным приведением себя в состояние алкогольного опьянения в период прохождения службы в органах внутренних дел РФ, не при выполнении служебных обязанностей, что является обстоятельством, исключающим страховые выплаты, а также гарантии, распространяющиеся на членов семьи и родителей сотрудника, погибшего (умершего) при выполнении служебных обязанностей.

Полагает, что заключение служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ и доводы ответчика, приведенные в письме от ДД.ММ.ГГГГ, являются несостоятельными и не основанными на законе. 

В основу служебной проверки положен акт судебно-медицинского исследования трупа № от ДД.ММ.ГГГГ, полученный в рамках проведения проверки следственного отдела по 

<

данные изъяты> району СУ СК России по Мурманской области №.

Согласно выводам указанного акта причиной смерти ФИО1 явилась 

<

данные изъяты>. Между комплексом всех повреждений, составляющих 

<

данные изъяты>, в совокупности, повлекших за собой тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, и наступившей смертью ФИО1 имеется прямая причинно-следственная связь. Также актом установлено, что на момент смерти ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения.

Считает, что акт составлен без учета действующего законодательства, без применения современной теоретической базы, именно акт судебно-медицинского исследования трупа не соответствует положениям приказа Минздравсоцразвития РФ от 12.05.2010 №346н «Об утверждении Порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации», Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Также полагает, что назначение судебно-медицинской экспертизы было обязательным, однако таковая проведена не была. Между тем, акт судебно-медицинского исследования трупа является непроцессуальным документом, оформление которого не предусмотрено нормативными документами и прямо запрещено. Эксперт при проведении исследования не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Кроме того, в нарушение п.49 приказа №346 н от 12.05.2010 из трупа ФИО1 не забиралась моча для определения наличия и концентрации этанола (этилового спирта). В акте не указано, из какого органа бралась проба крови, что является принципиально важным для интерпретации результатов судебно-химического исследования. Также не указано, каким методом и спустя какое время после забора проб было произведено количественное определение этанола в крови, какое специальное оборудование для этого использовалось, каков срок действия сертификации такого оборудования.

Отсутствие указанных данных, а также результатов количественного определения алкоголя в моче не позволяет правильно оценить результаты исследования, а также учесть процесс новообразования этилового алкоголя в трупе, который всегда происходит у трупов при реакции, проходящей в результате жизнедеятельности микроорганизмов в тканях и средах трупа.

Ссылаясь на выводы, изложенные в научной литературе, полагает, что в данном случае невозможно достоверно подтвердить факт прижизненного употребления алкоголя погибшим по результатам посмертных исследований. Указание на наличие этилового спирта в крови ФИО1 в концентрации 2% с учетом указанных недостатков проведения исследования не может быть достоверным подтверждением факта употребления алкоголя в день его смерти. 

<

данные изъяты>

Истец считает, что УМВД, приняв за основу указанный выше акт, составленный в нарушение закона и Методических рекомендаций, не воспользовалось правом направить запрос о наличии или отсутствии иных причин образования этилового спирта в крови трупа (либо прижизненное самостоятельное принятие).

Просит суд признать проведенную служебную проверку в отношении обстоятельств гибели ФИО1 незаконной, признать гибель ФИО1 наступившей при выполнении служебных обязанностей в период прохождения службы в органах внутренних дел.

Истец и ее представитель ФИО3 в судебном заседании уточнили исковые требования, просили также признать акт судебно-медицинского исследования недействительным, поскольку он является недопустимым доказательством в рамках служебной проверки. Представитель ФИО3 дал суду пояснения аналогичные изложенному в описательной части решения суда. Также указал, что если лицо, производящее судебно-медицинское исследование трупа согласно УПК РФ не имеет процессуального статуса эксперта, следовательно, данное лицо может носить только процессуальный статус специалиста, поскольку в ином случае производство судебно-медицинское исследование трупа будет полностью выведено из уголовно-процессуального поля Российской Федерации. В таком случае, согласно ст. 80 УПК РФ, оформляется заключение специалиста, а самому специалисту, согласно ст. 58 УПК РФ, разъясняются его права, а также, согласно ст. 307 УК РФ, разъясняется ответственность за дачу заведомо ложного заключения специалиста. Таким образом, при составлении акта судебно-медицинского исследования трупа, в случае наличия у лица, производившего исследование, процессуального статуса специалиста, он также не предупреждался по ст.307 УК РФ, что делает сделанные выводы ничтожными и не имеющими юридической силы. Фактически экспертиза проведена не была, тогда как её назначение являлось обязательным. Полагает, что указанные факты прямо свидетельствуют об изначальном несоответствии акта процессуальным нормам. Между тем, сотрудниками полиции, проводившими служебную проверку, акт судебно-медицинского исследования трупа принят за основу, что, по мнению стороны истца, неправомерно. Полагал, что при проведении служебной проверки, сотрудниками её проводившими должны быть установлены факты и обстоятельства совершения дисциплинарного проступка; кроме того, они должны были ходатайствовать о привлечении к участию в проведении служебной проверки специалистов по вопросам, требующим научных, технических и иных специальных знаний. Сотрудниками полиции не был установлен факт употребления ФИО1 алкоголя, не были опрошены лица, которые могли бы опровергнуть факт употребления алкоголя. Между тем, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 спиртные напитки не употреблял, поскольку 

<

данные изъяты>. Данные факты, по мнению стороны истца, противоречат выводам, изложенным в заключении служебной проверки, о том, что ФИО1 самостоятельно и добровольно ввел себя в состояние алкогольного опьянения. Сотрудниками полиции также не был собран характеризующий материал в отношении погибшего. То обстоятельство, что ФИО1 не злоупотреблял спиртными напитками также подтверждают его коллегии; ФИО1 не мог находиться в состоянии алкогольного опьянения, поскольку появление в подобном состоянии на работе повлекло бы увольнение. Помимо этого, оспариваемый акт содержит технические противоречия; так, акт содержит в своем составе результаты дополнительных исследований – судебно-гистологического от ДД.ММ.ГГГГ и судебно-химического от ДД.ММ.ГГГГ, которое получено ДД.ММ.ГГГГ, то есть раньше исследования трупа. Бюро СМЭ указывает на то, что в данном случае имеют место технические ошибки.

Также представитель истца в судебном заседании в обоснование заявленных требований приводил доводы о том, что у трупа ФИО1 моча для определения наличии и концентрации этанола не забиралась. При этом, в акте не указано, из какого органа бралась проба крови, что является принципиально важным для интерпретации результатов судебно-химического исследования. Указание на наличие этилового спирта в крови ФИО1 в концентрации 2,0% не может быть достоверным подтверждением факта употребления алкоголя и нахождения в состоянии алкогольного опьянения. В акте указано, что в мочевом пузыре имеются следы мочи, в связи с чем эксперт указал, что её недостаточно для забора и направления на исследование. Вместе с тем, в случае отсутствия мочи в мочевом пузыре, производится забор мочи из мочеточников или иных объектов. Утверждение о нахождении погибшего в состоянии алкогольного опьянения противоречит факту отсутствия мочи в мочевом пузыре, поскольку одним из морфологических критериев острой алкогольной интоксикации является переполненность мочевого пузыря мочой и растяжение его стенок. Важное значение имеет определение наличия и концентрации алкоголя в моче (помимо крови) для возможного исключения процесса новообразования алкоголя в крови, поскольку новообразования алкоголя в моче у трупов не происходит. Вследствие неисполнения экспертом всех необходимых исследований, акт не может быть принят в качестве допустимого доказательства. Указание в отзыве СМЭ на то, что кровь для определения этилового спирта отбиралась из пазух твердой мозговой оболочки трупа ФИО1, по мнению стороны истца, не подтверждается документально. Считает, что указание точного места забора крови при химических исследованиях обязательно для определения содержания и концентрации алкоголя и других редуцирующих веществ, имитирующих этиловый спирт, что происходит неодинаково в различных участках сосудистой системы трупа. Считает, что, с учетом того, что исследование крови проводилось спустя двое суток после забора, определить её условия хранения не представляется возможным, в связи с чем нельзя достоверно исключить возможное влияние процесса новообразования эндогенного этанола в крови ФИО1 Просит исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Истец ФИО2 в судебном заседании поддержала уточненные исковые требования, а также доводы, изложенные ее представителем. 

Представитель ответчика УМВД России по Мурманской области ФИО4 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, полагала заявленные истцом требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению; согласно представленному письменному отзыву ДД.ММ.ГГГГ в УМВД России по г.Мурманску поступила информация о дорожно-транспортном происшествии с участием ФИО1 Согласно полученной информации ФИО1 скончался на месте. По факту ДТП СО по 

<

данные изъяты> району СУ СК РФ по Мурманской области ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 по основаниям, предусмотренным п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ (за отсутствием состава преступления). Как следует из указанного постановления, ФИО1, управляя автомобилем, допустил нарушение правил дорожного движения, что привело в дорожно-транспортному происшествию. В связи с тем, что другим участникам ДТП не причинен тяжкий вред здоровью, содеянное не образует состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ. При судебно-медицинском исследовании установлено, что в крови ФИО1 обнаружен этиловый спирт в концентрации 2%, что соответствует средней степени алкогольного опьянения. Из заключения проверки, проведенной УМВД России по г.Мурманску дорожно-транспортное происшествие произошло по пути следования ФИО1 к месту прохождения службы. Часть 3 статьи 68 Федерального закона от 30.11.2011 №342-ФЗ определяет исчерпывающий перечень случаев, при которых сотрудник органа внутренних дел независимо от места нахождения и времени суток считается выполняющим служебные обязанности, а часть 4 указанной статьи определен перечень случаев, при которых сотрудник не признается погибшим (умершим) вследствие увечья или иного повреждения здоровья (заболевания) либо получившим увечье или иное повреждение здоровья (заболевание) при выполнении служебных обязанностей, то есть случаев, в которых на сотрудников органов внутренних дел не распространяются страховые гарантии и не осуществляются выплаты в целях возмещения вреда, причиненного в связи с выполнением служебных обязанностей.

По результатам проведенной кадровым подразделением УВМД России по г.Мурманску проверки сделан вывод о том, что гибель (смерть) ФИО1 произошла в период прохождения им службы в органах внутренних дел вследствие увечья (соченная тупая травма) при обстоятельствах, не связанных с выполнением служебных обязанностей. ДД.ММ.ГГГГ состоялось заседание комиссии УМВД России по Мурманской области по вопросам выплат в целях возмещения вреда, причиненного в связи с выполнением служебных обязанностей, сотрудникам органов внутренних дел или из близким родственникам. На основании поступивших документов, комиссией принято решение об отказе в выплате единовременного пособия в размере трех миллионов рублей членам семьи ФИО1 в связи с тем, что его гибель произошла вследствие увечья при обстоятельствах, не связанных с выполнением служебных обязанностей. 

Просит в удовлетворении исковых требований отказать. Считает, что фактически доводы истца сводятся к переоценке результатов, установленных актом судебно-медицинского исследования № от ДД.ММ.ГГГГ, и не содержат сведений, свидетельствующих о незаконности проведенной сотрудниками органов внутренних дел проверки.

Представитель ответчика УМВД России по г.Мурманску ФИО5 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, привел доводы аналогичные доводам представителя УМВД России по Мурманской области.

Представитель ответчика ГОБУЗ «Областное Мурманское бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО6 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, указав, что оспариваемый акт был составлен на основании поручения следователя СО по 

<

данные изъяты> району СУ СК РФ по Мурманской области от ДД.ММ.ГГГГ о проведении судебно-медицинского исследования трупа ФИО1, в порядке статьи 144 УПК РФ. В данном случае следователем было принято решение поручить исследование трупа ФИО1 с получением акта судебно-медицинского исследования, а не назначать судебную экспертизу. Противоречия в датах объясняются технической ошибкой (опечаткой) при наборе текста и оформлении акта. В акте № от ДД.ММ.ГГГГ имеются ответы на все поставленные следователем вопросы. Порядок, утвержденный приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 12.05.2010 №346н, не устанавливает обязательности отражения в актах судебно-медицинского исследования информации об органах, из которых изымается кровь для проведения анализа. В данном конкретном случае кровь для определения этилового спирта отбиралась из 

<

данные изъяты> трупа ФИО1 Согласно Методическим указаниям о судебно-медицинской диагностике смертельных отравлений этиловым алкоголем и допускаемых при этом ошибках», утвержденным приказом Минздрава СССР от 03.07.1974, результаты количественного определения алкоголя могут быть объективно оценены лишь при условии параллельного определения его в крови и моче. Только таким путем можно судить, в какой фазе алкогольной интоксикации (резорбции или элиминации) наступила смерть потерпевшего. При отсутствии мочи результаты количественного определения алкоголя в крови не позволяют решить вопрос о стадии его действия и могут иметь только относительное значение. Данные сведения необходимы для определения времени принятия алкоголя до момента наступления смерти. Вопрос о времени принятия алкоголя следователем в поручении не ставился; в случае если данный вопрос был бы эксперту поставлен, отсутствие мочи в мочевом пузыре не позволило бы эксперту ответить на данный вопрос. Таким образом, отсутствие результатов лабораторных исследований мочи не повлияло как на обнаружение этилового спирта в концентрации 2% в крови, так и на определение степени опьянения ФИО1 Судебно-химическое исследование оформлено актом № от ДД.ММ.ГГГГ, в котором отражены все этапы химического исследования, в том числе методика выполнения измерения концентрации этанола в крови, моче, слюне, указан прибор, на котором производились измерения, указан порядок качественного и количественного определения этилового спирта в крови. Хранение проб биообъектов происходило в надлежащих условиях. 

Кроме того, указал, что труп ФИО1 находился в бюро в соответствующих условиях, исключающих возможность возникновения гнилостных изменений трупа. В Порядке №346н определены места забора крови, в которых позднее всего наступают гнилостные изменения – периферические вены, синусы твердой оболочки головного мозга, в связи с чем в акте не указано, из какого органа производился забор крови. Из иных органов забор крови не осуществляется. Длительность изготовления акта была вызвана нахождением в производстве большого количества экспертиз, в связи с чем сроки изготовления сдвигаются. 

В связи с изложенным полагал доводы стороны истца необоснованными. Относительно требований к УМВД вопрос об удовлетворении иска оставил на усмотрение суда.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив материал проверки №, суд приходит к следующему.

Гарантии социальной защиты сотрудников органов внутренних дел, сотрудников полиции, членов их семей определены главой 9 Федерального закона от 30.11.2011 №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Федеральный закон от 30.11.2011 №342-ФЗ), главой 8 Федерального закона от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции».К таким гарантиям относится, в частности, обязательное государственное страхование жизни и здоровья сотрудников органов внутренних дел, сотрудников полиции и выплаты в целях возмещения вреда, причиненного сотруднику в связи с выполнением служебных обязанностей.

Согласно части 1 статьи 4 Федерального закона от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции» полиция является составной частью единой централизованной системы федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

Статьей 43 Федерального закона от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции» установлены страховые гарантии сотруднику полиции и выплаты в целях возмещения вреда, причиненного ему в связи с выполнением служебных обязанностей, а также выплаты членам семьи сотрудников органов внутренних дел и лицам, находившимся на их иждивении, в случае гибели (смерти) сотрудника органов внутренних дел вследствие увечья или иного повреждения здоровья, полученных им в связи с выполнением служебных обязанностей либо вследствие заболевания, полученного им в период прохождения службы в полиции.

Так, согласно пункту 1 части 3 статьи 43 Федерального закона от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции» членам семьи сотрудника полиции и лицам, находившимся на его иждивении, выплачивается единовременное пособие в размере трех миллионов рублей в равных долях в случае гибели (смерти) сотрудника полиции вследствие увечья или иного повреждения здоровья, полученных в связи с выполнением служебных обязанностей, либо вследствие заболевания, полученного в период прохождения службы в полиции.

Приказом МВД России от 18.06.2012 №590 утверждена Инструкция о порядке осуществления выплат в целях возмещения вреда, причиненного в связи с выполнением служебных обязанностей, сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации или их близким родственникам.

Пунктом 4 названной инструкции установлено, что в случае гибели (смерти) сотрудника, смерти гражданина Российской Федерации, наступившей в течение одного года после увольнения со службы в органах внутренних дел Российской Федерации, получения сотрудником увечья или иного повреждения здоровья, причинения вреда имуществу, принадлежащему сотруднику или его близким родственникам, кадровым подразделением органа (организации, подразделения) в течение 30 календарных дней проводится проверка обстоятельств случившегося и их причинно-следственной связи с выполнением служебных обязанностей и о ее результатах уведомляются заинтересованные лица.

Из приведенных нормативных положений следует, что члены семьи сотрудника органа внутренних дел и лица, находившиеся на его иждивении, имеют право на единовременное пособие в размере трех миллионов рублей в случае гибели (смерти) сотрудника вследствие увечья или иного повреждения здоровья, полученных при исполнении служебных обязанностей. Для установления причинно-следственной связи гибели (смерти) сотрудника органов внутренних дел с выполнением служебных обязанностей соответствующим кадровым подразделением органа внутренних дел проводится проверка, о результатах которой уведомляются заинтересованные лица.

Основания для признания сотрудника органов внутренних дел выполняющим служебные обязанности приведены в статье 68 Федерального закона от 30.11.2011 №342-ФЗ.

Согласно части 3 статьи 68 названного закона сотрудник органов внутренних дел независимо от места нахождения и времени суток считается выполняющим служебные обязанности в случае, если он совершает действия по предупреждению и пресечению правонарушений, оказанию помощи лицам, находящимся в беспомощном состоянии либо в состоянии, опасном для их жизни или здоровья, иные действия в интересах общества и государства; следует к месту службы, командирования, медицинского освидетельствования (обследования) или лечения и обратно; находится на лечении в медицинской организации в связи с увечьем или иным повреждением здоровья (заболеванием), полученными при выполнении служебных обязанностей; захвачен и содержится в качестве заложника; участвует в сборах, учениях, соревнованиях или других служебных мероприятиях.

Таким образом, сотрудник органов внутренних дел считается исполняющим служебные обязанности не только при непосредственном исполнении им должностных обязанностей, установленных в соответствии с законом, уставами, наставлениями, инструкциями и другими актами, но и в том числе при следовании его к месту службы, командирования и обратно.

Частью 4 статьи 68 Федерального закона от 30.11.2011 №342-ФЗ установлен исчерпывающий перечень случаев, при наличии которых сотрудник органов внутренних дел не признается погибшим (умершим) вследствие увечья или иного повреждения здоровья (заболевания) либо получившим увечье или иное повреждение здоровья (заболевание) при выполнении служебных обязанностей. Соответственно при таких случаях на сотрудника органов внутренних дел и членов его семьи не распространяются страховые гарантии и не осуществляются выплаты в целях возмещения вреда, причиненного в связи с выполнением служебных обязанностей.

Так, пунктом 1 части 4 статьи 68 Федерального закона от 30.11.2011 №342-ФЗ определено, что сотрудник органов внутренних дел не признается погибшим (умершим) вследствие увечья или иного повреждения здоровья (заболевания) либо получившим увечье или иное повреждение здоровья (заболевание) при выполнении служебных обязанностей, если гибель (смерть), увечье или иное повреждение здоровья (заболевание) наступили в связи с добровольным приведением себя в состояние алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Из изложенного следует, что если смерть сотрудника органов внутренних дел наступила в связи с добровольным приведением себя в состояние алкогольного опьянения, то есть между добровольным приведением в состояние алкогольного опьянения и гибелью сотрудника органов внутренних дел имеется причинно-следственная связь, такой сотрудник не признается погибшим (умершим) вследствие увечья или иного повреждения здоровья, полученного при выполнении служебных обязанностей, и это исключает в силу положений пункта 1 части 3 статьи 4 Федерального закона от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции» право членов его семьи и лиц, находившихся на его иждивении, на получение единовременной выплаты в размере трех миллионов рублей.

Согласно положениям статьи 13 Федерального закона от 30.11.2011 №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

В соответствии с частью 4 статьи 7 Федерального закона от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции» сотрудник полиции, как в служебное, так и во внеслужебное время должен воздерживаться от любых действий, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности или нанести ущерб авторитету полиции.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 проходил службу на различных должностях среднего и начальствующего состава. С ДД.ММ.ГГГГ замещал должность 

<

данные изъяты>.

Приказом УМВД России по Мурманской области от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 исключен из реестра сотрудников органов внутренних дел ДД.ММ.ГГГГ, в связи со смертью.

ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля под управлением ФИО1, который допустил столкновение с движущимся в попутном направлении автомобилем «Ford Transit». ФИО1 от полученных повреждений скончался на месте.

В тот же день следователем по особо важным делам СО по 

<

данные изъяты> району СУ СК России по Мурманской области подан рапорт об обнаружении признаков преступления, предусмотренного ст.264 УК РФ. Указанный рапорт зарегистрирован в книге регистрации сообщений о преступлении, после чего начата проверка в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ.

В рамках проведения проверки в порядке ст. 144 УПК РФ на основании поручения следователя от ДД.ММ.ГГГГ проведено судебно-медицинское исследование трупа ФИО1

Согласно акту судебно-медицинского исследования трупа № от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти ФИО1 явилась 

<

данные изъяты>. При судебно-химическом исследовании в кропи трупа ФИО1 обнаружен этиловый спирт в концентрации 2,0%. Данная концентрация соответствует средней степени алкогольного опьянения. 

Согласно заключению эксперта ФБУ Мурманская лаборатория судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ в данных дорожных условиях водителю ФИО1 следовало руководствоваться требованиями пунктов 10.1 (абзц 1) и 9.10 Правил дорожного движения РФ. Несоответствие действий водителя ФИО1 требованиям пунктов 10.1 (абзац 1) и 9.10 ПДД РФ, с технической точки зрения, находится в причинной связи со столкновением автомобилей. 

Постановлением следователя СО по 

<

данные изъяты> району СУ СК России ро Мурманской области от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием состава преступления. Этим же постановлением также отказано в возбуждении уголовного дела о совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 105, 107-110, ч.4 ст.111 УК РФ, по факту обнаружения трупа ФИО1 по основаниям п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием события преступления. 

ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО2 обратилась в УМВД России по Мурманской области с заявлением с просьбой сообщить о всех полагающихся ей денежных выплатах, связанных с гибелью мужа и о способах реализации её права на получение таких выплат.

В соответствии с требованиями п.4 Инструкции о порядке осуществления выплат в целях возмещения вреда, причиненного в связи с выполнением служебных обязанностей, сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и их близким родственникам, утведленной приказом МВД России от 18.06.2012 №590, кадровым подразделением УМВД России по г.Мурманску проведена проверка.

Согласно заключению проверки от ДД.ММ.ГГГГ по факту смерти (гибели) в дорожно-транспортном происшествии ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ гибель (смерть) майора полиции ФИО44 произошла в период прохождения службы в органах внутренних дел вследствие увечья (

<

данные изъяты>) при обстоятельствах, не связанных с выполнением служебных обязанностей.

ДД.ММ.ГГГГ истцу ФИО2 был дан ответ на обращение, в котором с разъяснением положений действующего законодательства, а также нормативных актов МВД России, с учетом проведенных проверок, указано, что правовых оснований для выплаты ЕСВ членам семьи, а также родителям погибшего сотрудника не имеется. 

ДД.ММ.ГГГГ истцу ФИО2, 

<

данные изъяты> УМВД России по г.Мурманску сообщено об отказе в выплате единовременного пособия в размере 

<

данные изъяты> рублей членам семьи ФИО1 в связи с тем, что гибель (смерть) ФИО1 произошла вследствие увечья при обстоятельствах, не связанных с выполнением служебных обязанностей.

Не согласившись с указанным заключением, ФИО2 обратилась в суд с рассматриваемым иском.

Истец и ее представитель ФИО3 в судебном заседании приводили доводы о несоответствии оспариваемого акта исследования трупа № установленным требованиям, в связи с чем считают заключение проверки УМВД по факту смерти ФИО1 незаконным.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства в совокупности, суд находит доводы стороны истца о признании незаконным акта судебно-медицинского исследования трупа № от ДД.ММ.ГГГГ необоснованными в связи со следующим.

Так, согласно статье 144 Уголовно-процессуального кодекса РФ при проверке сообщения о преступлении дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа вправе получать объяснения, образцы для сравнительного исследования, истребовать документы и предметы, изымать их в порядке, установленном настоящим Кодексом, назначать судебную экспертизу, принимать участие в ее производстве и получать заключение эксперта в разумный срок, производить осмотр места происшествия, документов, предметов, трупов, освидетельствование, требовать производства документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов, привлекать к участию в этих действиях специалистов, давать органу дознания обязательное для исполнения письменное поручение о проведении оперативно-розыскных мероприятий.

В соответствии со статьей 19 Федерального закона РФ от 31.02.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» основанием для производства судебной экспертизы в государственном судебно-экспертном учреждении являются определение суда, постановления судьи, лица, производящего дознание, следователя.

ДД.ММ.ГГГГ следователем направлено поручение о судебно-медицинском исследовании трупа в ГОБУЗ «ОМБ СМЭ», на основании которого составлен акт №, составленный в соответствии с приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации №346н от 12.05.2010 «Об утверждении Порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации».

Статьей 57 Уголовно-процессуального кодекса РФ предусмотрено предупреждение эксперта и разъяснение ему прав и обязанностей за дачу заведомо ложного заключения при производстве экспертизы.

Вместе с тем, как установлено, в рассматриваемом случае по соответствующему поручению в рамках проводимой проверки производилось судебно-медицинское исследование. В акте № от ДД.ММ.ГГГГ имеются ответы на все поставленные следователем вопросы. 

Доводы и пояснения представителя ГОБУЗ «ОМБ СМЭ», приведенные в описательной части решения в ходе рассмотрения дела по существу в судебном заседании с достоверностью не опровергнуты.

Представленное стороной истца заключение специалистов № не может являться в рамках рассматриваемого дела допустимым доказательством, опровергающим достоверность проведенной в рамках проверки в порядке статьи 144 Уголовно-процессуального кодекса РФ, поскольку данное заключение, а фактически рецензия, экспертным заключением не является. 

Рецензирование акта № проведено истцом самостоятельно вне рамок судебного разбирательства, без извещения другой стороны, выводы рецензии являются субъективным мнением лиц её составивших и не отвечают требованиям допустимости доказательств.

Представленная суду рецензия на отзыв на исковое заявление ФИО2 к УМВД России по Мурманской области, также не может быть принята судом в качестве допустимого доказательства, поскольку отзыв – это письменное выражение юридической позиции ответчика по делу, рецензированию не подлежит, указанная рецензия составлена врачами судебно-медицинскими экспертами и фактически повторяет выводы, изложенные в заключении специалистов №.

Таким образом, суд приходит к выводу, что доводы стороны истца о необоснованном применении УМВД России по г.Мурманску в качестве основания для принятия решения о том, что ФИО1 добровольно привел себя в состояние алкогольного опьянения, акта судебно-медицинского исследования №, сводятся к переоценке результатов, установленных указанным актом. Иных доказательств помимо представленного суду вышеуказанного заключения специалистов, с достоверностью свидетельствующих о незаконности проведенного исследования, суду не представлено. 

Оценивая доводы стороны истца о неполноте проведенной проверки по факту гибели сотрудника и отклоняя их, суд учитывает следующее.

Пунктами 31, 33 Инструкции о порядке проведения проверок обстоятельств гибели (смерти) сотрудника, получения увечья или иного повреждения здоровья сотрудником органов, подразделений и учреждений внутренних дел Мурманской области, утвержденного приказом УМВД России по Мурманской области от 11.06.2013 №380, установлено, что проверка обстоятельств гибели (смерти) сотрудника в целях возмещения вреда, причиненного в связи с выполнением служебных обязанностей, проводится с установлением причинно-следственной связи с выполнением служебных обязанностей. При проведении проверки полно, объективно и всесторонне устанавливается: факт происшествия с участием сотрудника, время, место, обстоятельства гибели (смерти) сотрудника; связано ли происшествие с выполнением служебных обязанностей; медицинские диагнозы, причина смерти (гибели); нахождение сотрудника в момент гибели (смерти) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, совершение сотрудником умышленного преступления; другие обстоятельства, подтверждающие факт гибели (смерти) сотрудника органов внутренних дел.

В рамках проведенной проверки следователем были опрошены участники дорожно-транспортного происшествия, осмотрено место происшествия, проведены необходимые исследования. Поскольку по результатам проверки установлено, что дорожно-транспортное происшествие произошло в связи с несоблюдением ФИО1 Правил дорожного движения РФ, а в отношении него преступлений, предусмотренных ст.ст.105, 107-110, ч.4 ст.111 УК РФ не совершалось, было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела.

Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, принятое по результатам проверки по факту дорожно-транспортного происшествия, в рамках которого проведено судебно-медицинское исследование трупа ФИО1, не обжаловалось и не отменено.

С учетом изложенного, анализируя представленные сторонами доказательства в совокупности с установленными юридически значимыми обстоятельствами, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований в полном объеме. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 56, 67, 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО2, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей 

<

данные изъяты>, к УМВД России по Мурманской области, УМВД России по г. Мурманску, ГОБУЗ «Областное Мурманское бюро судебно-медицинской экспертизы» о признании проверки по факту гибели супруга незаконной, оспаривании заключения по результатам проверки от ДД.ММ.ГГГГ, оспаривании акта судебно медицинского исследования трупа № от ДД.ММ.ГГГГ – оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в Мурманский областной суд через Октябрьский районный суд города Мурманска в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Решение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу при условии, что лицами, участвующими в деле, и другими лицами, если их права и законные интересы нарушены, были исчерпаны иные установленные ГПК РФ способы обжалования до дня его вступления в законную силу.

Председательствующий: О.Н. Матвеева