УИД 29RS0024-01-2024-001070-64

Судья Карамышева Т.А.

№ 2-701/2025

28 января 2026 г.

Докладчик Зайнулин А.В.

№ 33-568/2026

г. Архангельск

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе председательствующего судьи Бланару Е.М.,

судей Зайнулина А.В., Поповой Т.В.,

при секретаре судебного заседания Бородиной Е.Г.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «АКМ-Секьюрити» о взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «АКМ-Секьюрити» на решение Соломбальского районного суда г. Архангельска от 19 августа 2025 г.

Заслушав доклад судьи Зайнулина А.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью ЧОП «АКМ-Секьюрити» (далее – ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити») о взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указал, что с 8 октября 2019 г. осуществлял трудовую деятельность в должности 

<

данные изъяты> в ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити». Местом работы истца являлись объекты в г. 

<

данные изъяты>, в отношении которых с ответчиком заключены договоры на оказание 

<

данные изъяты> услуг. Истец работал по сменному графику – сутки через двое, в связи с чем, по мнению истца, им превышена нормальная продолжительность рабочего времени (40 часов в неделю). При этом доплата за переработку и доплата за работу в ночное время работодателем не производилась. В январе 2024 г. работодатель не передал истцу информацию о том, на каких объектах ему предстоит выполнять свои должностные обязанности, а позднее сообщил о сокращении объектов, подлежащих охране в г. 

<

данные изъяты>, и сокращении численности штата, в связи с чем предложил истцу оформить соглашение о расторжении трудового договора, однако, ФИО1 от такого предложения отказался. 5 февраля 2024 г. истцу вручено уведомление о предстоящем сокращении штата организации и о наличии вакантных должностей. 5 апреля 2024 г. ФИО1 уволен в связи с сокращением штата работников, однако, при увольнении работодатель не выплатил истцу в полном объеме компенсацию за неиспользованный отпуск (количество непредоставленных дней отпуска составило 231 день), а также не выплатил выходное пособие. Кроме того, за период с января 2024 г. по апрель 2024 г. работодатель не обеспечил истца работой, в связи с чем указанный период должен быть оплачен ответчиком как время простоя по вине работодателя. На основании изложенного, с учетом неоднократно уточненных требований, истец просил взыскать с ответчика невыплаченную заработную плату за период с 18 октября 2019 г. по 5 апреля 2024 г. в сумме 1 504 515 рублей 16 копеек, компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 18 октября 2019 г. по 31 декабря 2023 г., компенсацию утраченного заработка за время вынужденного простоя в размере 85 502 рубля 33 копейки, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Решением Соломбальского районного суда г. Архангельска от 4 октября 2024 г. исковое заявление ФИО1 к ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» о взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации утраченного заработка за время вынужденного простоя, компенсации морального вреда удовлетворено частично.

С ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» в пользу ФИО1 взысканы невыплаченная заработная плата за период с апреля 2023 г. по декабрь 2023 г. в размере 197 011 рублей 59 копеек, компенсация за неиспользованный отпуск за период с 5 апреля 2023 г. по 5 апреля 2024 г. в размере 41 977 рублей 35 копеек, компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей.

В удовлетворении искового заявления ФИО1 к ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» о взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, выходного пособия, компенсации утраченного заработка за время вынужденного простоя, компенсации морального вреда в большем объеме отказано.

Также с ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 5 889 рублей 89 копеек.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда от 23 января 2025 г., оставленным без изменения определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 4 июня 2025 г., указанное решение суда отменено в части отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании задолженности по заработной плате за период с 18 октября 2019 г. по 4 апреля 2023 г. и с 1 января 2024 г. по 5 апреля 2024 г., а также в части требований о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации морального вреда, в отмененной части дело направлено в Соломбальский районный суд г. Архангельска для разрешения по существу.

Таким образом, при новом рассмотрении дела в суде первой инстанции предметом спора являлись исковые требования о взыскании задолженности по заработной плате за период с 18 октября 2019 г. по 4 апреля 2023 г. и с 1 января 2024 г. по 5 апреля 2024 г., компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда.

Решением Соломбальского районного суда г. Архангельска от 19 августа 2025 г. исковые требования ФИО1 к ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» о взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда удовлетворены.

С ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» в пользу ФИО1 взысканы невыплаченная заработная плата за период с 18 октября 2019 г. по 4 апреля 2023 г. в размере 1 014 736 рублей 71 копейка, невыплаченная заработная плата за период с 1 января 2024 г. по 5 апреля 2024 г. в размере 21 682 рубля 92 копейки (без учета удержаний налога на доходы физических лиц), компенсация за неиспользованный отпуск в размере 243 713 рублей 54 копейки, компенсация морального вреда в размере 35 000 рублей.

Также с ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 14 559 рублей 48 копеек.

С указанным решением не согласилось ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити», в поданной апелляционной жалобе представитель ответчика просит решение отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование жалобы ссылается на несогласие с решением суда в части восстановления истцу пропущенного срока для обращения в суд с иском о взыскании заработной платы за период с 18 октября 2019 г. по 4 апреля 2023 г., полагает его незаконным, не соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

Также ответчик указывает на несогласие с произведенным судом расчетом заработной платы и выводом суда о нарушениях, допущенных при переводе истца в другое подразделение общества.

Относительно требований истца о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении ответчик полагает данное требование злоупотреблением правом со стороны истца, поскольку за весь период работы он не обращался к работодателю с письменным заявлением о предоставлении оплачиваемого отпуска, доказательств этому стороной истца не представлено. Также ответчик полагает неправильным расчет указанной компенсации, выполненный истцом, в части определения количества дней неиспользованного отпуска.

В дополнениях к апелляционной жалобе ответчик ссылается на нарушение принципа относимости и допустимости доказательств, указывая на принятие судом личных записей истца о количестве отработанных смен за достоверные данные. Ответчик полагает, что принятие указанных записей в качестве основного доказательства привело к переложению бремени доказывания на ответчика, хотя истец должен доказывать свои требования в соответствии со статьей 56 ГПК РФ.

Также ответчик ссылается на то, что судом допущены противоречия между мотивировочной и резолютивной частями решения в части учета налога на доходы физических лиц с взысканных сумм. Формулировка резолютивной части решения не позволяет определить, в каком размере следует произвести уплату налога на доходы физических лиц.

Истец в возражениях на апелляционную жалобу указывает на несогласие с ее доводами, просит оставить решение суда без изменения.

ФИО1, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился, представителя не направил. Судебная коллегия по гражданским делам, руководствуясь положениями части 3 и 4 статьи 167, части 1 статьи 327 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Согласно положениям части 1 статьи 327.1 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, поступивших возражений, выслушав пояснения представителя ответчика ФИО2, поддержавшей доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что в период с 14 декабря 2018 г. по 31 декабря 2023 г. ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» оказывало 

<

данные изъяты> услуги ООО «

<

данные изъяты>» на основании соответствующих договора и дополнительных соглашений к нему, заключенных между данными обществами.

С 8 октября 2019 г. истец ФИО1 работал в ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» на основании трудового договора, заключенного между сторонами, и осуществлял трудовую деятельность в должности 

<

данные изъяты>.

Согласно приказу ответчика от 8 октября 2019 г. № 32, истец ФИО1 принят на работу в ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» в основное подразделение 

<

данные изъяты> на условиях полной занятости с тарифной ставкой (окладом) в размере 20 500 рублей.

В соответствии с приказом ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» от 1 октября 2020 г. № 44 истец ФИО1 переведен в обособленное подразделение г. 

<

данные изъяты>.

1 января 2024 г. между ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» и ООО «

<

данные изъяты>» составлен акт о снятии в 0 часов 01 минуту 1 января 2024 г. 

<

данные изъяты>, расположенных по адресу: 

<

данные изъяты> в составе 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты>

На основании приказа ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» от 29 января 2024 г. № 2 истец ФИО1 переведен в основное подразделение 

<

данные изъяты> с тарифной ставкой (окладом) 30 000 рублей.

5 февраля 2024 г. истцу ФИО1 вручено уведомление о сокращении штата работников обособленного подразделения в г. 

<

данные изъяты> с 5 апреля 2024 г.

В соответствии с приказом ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» от 5 апреля 2024 г. № 135 трудовой договор, заключенный между сторонами, прекращен (расторгнут) и ФИО1 уволен с должности 

<

данные изъяты> основного подразделения на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ.

Обращаясь с рассматриваемым иском в суд, истец полагал, что работодатель не в полном объеме выплатил ему заработную плату в части оплаты переработки, оплаты работы в ночное время, оплаты сверхурочной работы за период с 8 октября 2019 г. по 31 декабря 2023 г., а также в части неоплаты вынужденного простоя за период с 1 января 2024 г. по 5 апреля 2024 г. Кроме того, истец ссылался на то, что при увольнении работодатель не выплатил ему в полном объеме компенсацию за неиспользованный отпуск за весь период работы у ответчика.

Разрешая рассматриваемый спор о взыскании задолженности по заработной плате за период с 18 октября 2019 г. по 4 апреля 2023 г., суд первой инстанции пришел к выводу, что расчет заработной платы истца работодателем производился без учета часов, отработанных в ночное время и сверхурочной работы, в связи с чем признал доводы истца о неверном расчете работодателем заработной платы за период с 18 октября 2019 г. по 5 апреля 2023 г. обоснованными и взыскал с ответчика в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за указанный период в размере 1 014 736 рублей 71 копейка.

При этом суд первой инстанции пришел к выводу о том, что истцом не пропущен срок на обращение с иском в суд по требованию о взыскании задолженности по заработной плате за март, апрель 2023 г., а также признал уважительными причины пропуска истцом срока на обращение с иском в суд о взыскании задолженности по заработной плате за период с октября 2019 г. по февраль 2023 г. В связи с этим суд не усмотрел оснований для применения по данным требованиям последствий пропуска срока на обращение с иском в суд, о необходимости применения которых заявлял ответчик.

Также суд первой инстанции пришел к выводу, что работодатель с 1 января 2024 г. по 5 апреля 2024 г. фактически отстранил истца от работы без законных на то оснований, которые перечислены в статье 76 Трудового кодекса РФ, а также с 29 января 2024 г. незаконно, в нарушение требований части 1 статьи 72.1 Трудового кодекса РФ, перевел ФИО1 на другую работу. В связи с этим суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 234 Трудового кодекса РФ, взыскал с ответчика в пользу истца неполученный заработок в связи с незаконным лишением возможности трудиться за период с 1 января 2024 г. по 5 апреля 2024 г. в размере 21 682 рубля 92 копейки

Кроме того, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 116, 122, 123, 127, 321 Трудового кодекса РФ, установив, что работодатель не предоставлял истцу за весь период оплачиваемый отпуск, а при увольнении выплатил компенсацию за неиспользованный отпуск не в полном объеме и без учета взысканных судом сумм задолженности по заработной платы, взыскал с ответчика в пользу ФИО1 соответствующую компенсацию в размере 243 713 рублей 54 копейки.

Установив факт нарушения трудовых прав истца со стороны работодателя при выплате заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 237 Трудового кодекса РФ, взыскал с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 35 000 рублей.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении норм материального права, соответствуют доказательствам, которые получили надлежащую оценку суда по правилам статьи 67 ГПК РФ.

В статье 129 Трудового кодекса РФ определено, что заработная плата работника – вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) (часть 1).

Заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных данным кодексом (часть 1 статьи 132 Трудового кодекса РФ).

Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (части 1 и 2 статьи 135 Трудового кодекса РФ).

Из приведенных норм Трудового кодекса РФ следует, что заработная плата работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и устанавливается трудовым договором в соответствии с действующей у работодателя системой оплаты труда. При этом системы оплаты труда и системы премирования устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и должны соответствовать трудовому законодательству и иным нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права.

В соответствии с частью 1 статьи 96 Трудового кодекса РФ ночное время – время с 22 часов до 6 часов.

В части 1 статьи 99 Трудового кодекса РФ определено, что сверхурочной является работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени – сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

В части 1 статья 152 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы – не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно.

В силу статьи 154 Трудового кодекса РФ каждый час работы в ночное время оплачивается в повышенном размере по сравнению с работой в нормальных условиях, но не ниже размеров, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Минимальные размеры повышения оплаты труда за работу в ночное время устанавливаются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений. Конкретные размеры повышения оплаты труда за работу в ночное время устанавливаются коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников, трудовым договором.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 22 июля 2008 г. № 554 (действовавшим в спорный период) установлено, что минимальный размер повышения оплаты труда за работу в ночное время (с 22 часов до 6 часов) составляет 20 процентов часовой тарифной ставки (оклада (должностного оклада), рассчитанного за час работы) за каждый час работы в ночное время.

Материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривается, что истец ФИО1 в период с 8 октября 2019 г. по 31 декабря 2023 г. осуществлял у ответчика трудовую деятельность по сменному режиму рабочего времени. При этом, несмотря на положения пункта 4.2 трудового договора, продолжительность рабочей смены истца составляла 24 часа (с 8 часов 00 минут до 8 часов 00 минут следующего дня).

Для разрешения требований истца о взыскании задолженности по заработной плате за указанный период, а также для определения фактически отработанного истцом времени суд первой инстанции неоднократно запрашивал у ответчика табели учета рабочего времени, расчетные листки и иные документы, содержащие сведения о фактически отработанном истцом времени.

Работодателем в материалы дела предоставлены расстановки сотрудников 

<

данные изъяты>, графики сменности, а также выборочно предоставлены ведомости заработной платы.

В представленных документах отражены сведения о количестве отработанных истцом смен без отдельного указания количества часов, отработанных в ночное время, и часов сверхурочной работы.

Учитывая, что учет рабочего времени является обязанностью работодателя и ненадлежащее исполнение данной обязанности не должно ущемлять права работника на выплату ему вознаграждения за труд, суд первой инстанции при определении фактически отработанного истцом времени обоснованно исходил из продолжительности смены – 24 часа (с 8 часов 00 минут до 08 часов 00 минут следующего дня), из которых 8 часов, отработанных в ночное время (в каждую смену с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут следующего дня).

При определении фактически отработанного истцом времени в период с октября 2019 г. по март 2023 г. (за исключением времени в декабре 2019 г., мае, сентябре 2020 г. и июле 2021 г.) суд обоснованно руководствовался сведениями, содержащимися в ведомостях заработной платы и в расстановке сотрудников охраны, предоставленными ответчиком.

Также, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд обоснованно при определении фактически отработанного истцом времени за декабрь 2019 г., май, сентябрь 2020 г. и июль 2021 г. воспользовался информацией, отраженной в письменных записях истца, поскольку ответчиком не предоставлено первичных учетных документов, содержащих сведения об отработанном истцом времени за указанные периоды, и не опровергнуты соответствующие сведения истца. При этом материалами дела подтверждается, что за указанные периоды ответчик выплачивал истцу заработную плату, что подтверждает факт выполнения истцом должностных обязанностей в декабре 2019 г., мае, сентябре 2020 г. и июле 2021 г. Более того, сведения истца по большинству других периодов, за которые ответчик предоставил первичные учетные документы, совпадают со сведениями, предоставленными ответчиком. При таких обстоятельствах и в отсутствие первичных учетных документов, содержащих сведения об отработанном истцом времени, у суда не имелось оснований не доверять информации, предоставленной истцом о фактически отработанном им времени за декабрь 2019 г., май, сентябрь 2020 г. и июль 2021 г.

Во все остальные месяцы спорного периода с октября 2019 г. по март 2023 г. при определении фактически отработанного истцом времени суд использовал сведения, отраженные в ведомостях заработной платы и в расстановке сотрудников охраны, предоставленных ответчиком.

Указанные документы в решении суда получили подробную, мотивированную и надлежащую правовую оценку. Проанализировав сведения о фактически отработанном истцом времени, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что истцом отработано в октябре 2019 г. – 80 часов в ночное время, 56 часов – сверхурочная работа; в ноябре 2019 г. – 80 часов в ночное время, 80 часов – сверхурочная работа; в декабре 2019 г. – 80 часов в ночное время, 65 часов – сверхурочная работа; в январе 2020 г. – 80 часов в ночное время, 104 часа – сверхурочная работа; в феврале 2020 г. – 72 часа в ночное время, 64 часа – сверхурочная работа; в марте 2020 г. – 88 часов в ночное время, 96 часов – сверхурочная работа; в апреле 2020 г. – 80 часов в ночное время, 65 часов – сверхурочная работа; в мае 2020 г. – 88 часов в ночное время, 129 часов – сверхурочная работа; в июне 2020 г. – 88 часов в ночное время, 97 часов – сверхурочная работа; в июле 2020 г. – 96 часов в ночное время, 104 часа – сверхурочная работа; в августе 2020 г. – 80 часов в ночное время, 72 часа – сверхурочная работа; в сентябре 2020 г. – 32 часа в ночное время; в октябре 2020 г. – 88 часов в ночное время, 88 часов – сверхурочная работа; в ноябре 2020 г. – 80 часов в ночное время, 81 час – сверхурочная работа; в декабре 2020 г. – 24 часа в ночное время; в январе 2021 г. – 80 часов в ночное время, 120 часов – сверхурочная работа; в феврале 2021 г. – 80 часов в ночное время, 89 часов – сверхурочная работа; в марте 2021 г. – 80 часов в ночное время, 64 часа – сверхурочная работа; в апреле 2021 г. – 80 часов в ночное время, 65 часов – сверхурочная работа; в мае 2021 г. – 80 часов в ночное время, 88 часов – сверхурочная работа; в июне 2021 г. – 80 часов в ночное время, 73 часа – сверхурочная работа; в июле 2021 г. – 96 часов в ночное время, 112 часов – сверхурочная работа; в августе 2021 г. – 64 часа в ночное время, 16 часов – сверхурочная работа; в сентябре 2021 г. – 56 часов в ночное время; в октябре 2021 г. – 72 часа в ночное время, 48 часов – сверхурочная работа; в ноябре 2021 г. – 80 часов в ночное время, 81 час – сверхурочная работа; в декабре 2021 г. – 56 часов в ночное время; в январе 2022 г. – 56 часов в ночное время, 40 часов – сверхурочная работа; в феврале 2022 г. – 32 часа в ночное время; в марте 2022 г. – 88 часов в ночное время, 89 часов – сверхурочная работа; в апреле 2022 г. – 80 часов в ночное время, 72 часа – сверхурочная работа; в мае 2022 г. – 80 часов в ночное время, 96 часов – сверхурочная работа; в июне 2022 г. – 56 часов в ночное время; в июле 2022 г. – 80 часов в ночное время, 72 часа – сверхурочная работа; в августе 2022 г. – 88 часов в ночное время, 80 часов – сверхурочная работа; в сентябре 2022 г. – 48 часов в ночное время; в октябре 2022 г. – 24 часа в ночное время; в ноябре 2022 г. – 80 часов в ночное время, 73 часа – сверхурочная работа; в декабре 2022 г. – 80 часов в ночное время, 64 часа – сверхурочная работа; в январе 2023 г. – 80 часов в ночное время, 104 часа – сверхурочная работа; в феврале 2023 г. – 32 часа в ночное время; в марте 2023 г. – 32 часа в ночное время.

Оснований не согласиться с указанным выводами суда первой инстанции о количестве часов работы в ночное время и часов сверхурочной работы у судебной коллегии не имеется, поскольку они подтверждаются вышеуказанными документами, содержащими сведения о фактически отработанном истцом времени.

При таких обстоятельствах, установив, что указанные часы работы в ночное время и часы сверхурочной работы не были оплачены ответчиком, суд первой инстанции обоснованно взыскал с ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с октября 2019 г. по март 2023 г.

При этом судебной коллегией отклоняются доводы апелляционной жалобы о том, что истцу установлен суммированный учет рабочего времени с учетным периодом 12 месяцев, в связи с чем часы переработки истца подлежали определению исходя из количества часов, отработанных за год, поскольку в материалах дела не имеется доказательств того, что истцу в спорный период устанавливался суммированный учет рабочего времени. Ответчик таких доказательств суду не предоставлял ни при первоначальном рассмотрении дела (решение суда от 4 октября 2024 г.), ни в ходе пересмотра данного дела после частичной отмены указанного решения судом апелляционной инстанции. Ссылка ответчика на приказ ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» от 27 мая 2019 г. № 18 является несостоятельной, поскольку из данного документа не следует, что истцу установлен суммированный учет рабочего времени. Вопреки доводам стороны ответчика, из содержания указанного приказа следует, что работникам, у которых установлен суммированный учет рабочего времени, определяется учетный период 12 месяцев. Однако данным приказом не определены работники, которым устанавливается суммированный учет рабочего времени, в т.ч. приказ не содержит сведений об установлении истцу такого способа учета рабочего времени. Более того, ответчиком не предоставлено доказательств, подтверждающих ознакомление истца с приказом ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» от 27 мая 2019 г. № 18, в связи с чем у работодателя не имелось оснований требовать от ФИО1 его исполнения и распространять на истца положения данного приказа.

Также судебная коллегия обращает внимание, что решением суда от 4 октября 2024 г. в части, не отмененной судом апелляционной инстанции и вступившей в законную силу, о взыскании заработной платы за период с апреля по декабрь 2023 г. судом произведен расчет задолженности по заработной плате таким же способом, что и в оспариваемом решении. При этом решением суда от 4 октября 2024 г., имеющим преюдициальное значение для разрешения спора о взыскании заработной платы за период с октября 2019 г. по март 2023 г., не применялись положения трудового законодательства о суммированном учете рабочего времени и не использовался учетный период 12 месяцев при определении задолженности по заработной плате за период с апреля по декабрь 2023 г. Ответчик на указанное обстоятельство не ссылался и не оспаривал решение суда от 4 октября 2024 г. Доказательств того, что на период с апреля по декабрь 2023 г. устанавливался иной способ учета рабочего времени, по сравнению с периодом с октября 2019 г. по март 2023 г., в материалах дела не имеется. Напротив, представитель ответчика в суде апелляционной инстанции настаивал на том, что способ учета рабочего времени в указанные периоды являлся одинаковым и не менялся.

Несмотря на положения пункта 4.2 трудового договора, которым предусмотрено предоставление истцу перерывов для отдыха и питания продолжительностью 2 часа за смену, ответчик не предоставил в материалы дела доказательства, подтверждающие фактическое предоставление истцу перерывов для отдыха и питания продолжительностью 2 часа, надлежащий учет рабочего времени за спорный период работодателем не осуществлялся.

При этом именно на ответчике, как на работодателе, лежит бремя доказывания фактического предоставления работнику перерывов для отдыха и питания, однако, таких доказательств ответчик не предоставил, доводы истца не опроверг.

Более того, из табелей учета рабочего времени за период с марта по декабрь 2023 г. следует, что в данный период истцу не предоставлялись перерывы для отдыха и питания, что согласуется с выводами суда о непредоставлении истцу соответствующих перерывов за весь спорный период.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции обоснованно не учитывал периоды для отдыха и питания при определении отработанного истцом количества времени.

Согласно расчету, подробно приведенному судом первой инстанции в оспариваемом решении, задолженность работодателя по заработной плате за период с 18 октября 2019 г. по 4 апреля 2023 г. за работу истца в ночное время и сверхурочную работу составит 1 014 736 рублей 71 копейка. Оснований не согласиться с указанным расчетом суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает, поскольку он полностью соответствует требованиям статей 129, 133, 152, 154 Трудового кодекса РФ, а также положениям Постановления Правительства Российской Федерации от 22 июля 2008 г. № 554 (действовавшего в спорный период).

При этом судебной коллегией признаются несостоятельными доводы апелляционной жалобы о том, что в стоимость тарифной ставки за смену работодателем изначально заложена оплата переработок и ночного времени, согласно приказу ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» от 27 мая 2019 г. № 18, а также, что при расчете задолженности суд необоснованно исходил из тарифной ставки за смену, установленной приказом ответчика от 1 июня 2022 г. № 10/2022, поскольку указанный способ определения заработной платы за работу в ночное время и за сверхурочную работу противоречит положениям статей 152, 154 Трудового кодекса РФ.

Кроме того, судебная коллегия обращает внимание, что заработная плата истца, рассчитанная исходя из тарифной ставки за смену, составляла ниже минимального размера оплаты труда. В связи с этим, вопреки указанным доводам апелляционной жалобы, суд при расчете задолженности по заработной плате за период с 18 октября 2019 г. по 4 апреля 2023 г. исходил не из тарифной ставки за смену, а из минимального размера оплаты труда, на который производил начисление 20 % за работу в ночное время, а также производил увеличение в полуторном (за первые два часа) и двойном (за последующие часы) размере за соответствующие часы сверхурочной работы.

Более того, идентичный порядок расчета задолженности по заработной плате применен в имеющем преюдициальное значение для разрешения настоящего спора решении суда от 4 октября 2024 г., в части не отмененной судом апелляционной инстанции и вступившей в законную силу, о взыскании заработной платы за период с апреля по декабрь 2023 г.

Доводы апелляционной жалобы о пропуске истцом срока на обращение с иском в суд, установленного статьей 392 Трудового кодекса РФ, с требованиями о взыскании задолженности по заработной плате за период с 18 октября 2019 г. по 4 апреля 2023 г. приводились в суде первой инстанции, в решении суда получили подробную, мотивированную и надлежащую правовую оценку, оснований не согласиться с которой у судебной коллегии не имеется.

Кроме того, судебная коллегия обращает внимание, что апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда от 23 января 2025 г. (№ 33-492/2025), вынесенным в рамках настоящего гражданского дела, установлено, что истцом по уважительной причине пропущен срок на обращение с иском в суд с требованием о взыскании задолженности по заработной плате за период с октября 2019 г. по февраль 2023 г., а срок на обращение с иском в суд о взыскании задолженности по заработной плате за март 2023 г. не пропущен.

Указанное определение Архангельского областного суда от 23 января 2025 г. (№ 33-492/2025) вступило в законную силу со дня его вынесения, а также оставлено судом кассационной инстанции без изменения (определение Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 4 июня 2025 г.), в связи с чем выводы, изложенные в данном определении суда апелляционной инстанции, в силу части 2 статьи 61 ГПК РФ не могут быть оспорены ответчиком и обязательны для суда.

Оценивая доводы апелляционной жалобы относительно исковых требований о взыскании задолженности по заработной плате за период с 1 января 2024 г. по 5 апреля 2024 г., судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы. Каждый имеет право на отдых. Работающему по трудовому договору гарантируются установленные федеральным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск (часть 3 и часть 5 статьи 37 Конституции Российской Федерации).

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: права на отдых, на справедливую оплату труда, на безопасные условия труда и другие.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе РФ введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзаца 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном данным кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с абзацем 3 части 1 статьи 21 ТК РФ работник имеет право на предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором.

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором (абзац 2, 3 часть 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ).

В части 1 статьи 56 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что трудовой договор как соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Требования к содержанию трудового договора определены статьей 57 Трудового кодекса РФ, согласно которой в трудовом договоре предусматриваются как обязательные его условия, так и другие (дополнительные) условия по соглашению сторон.

Обязательными для включения в трудовой договор являются, в том числе условия о трудовой функции (работе по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы) (абзац 3 части 2 статьи 57 Трудового кодекса РФ).

Согласно статье 234 Трудового кодекса РФ, работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Из приведенных нормативных положений трудового законодательства следует, что трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, который должен заключаться в письменной форме и должен содержать условия, на которых работником будет осуществляться трудовая деятельность. Обязательным для включения в трудовой договор является, в частности, условие о трудовой функции работника (работе по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы). Согласованные сторонами трудового договора (работником и работодателем) условия трудового договора должны соблюдаться.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 в соответствии с приказом ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» от 1 октября 2020 г. № 44 переведен из основного подразделения в обособленное подразделение г. 

<

данные изъяты>, в связи с чем с 1 октября 2020 г. осуществлял трудовую деятельность в указанном структурном подразделении ответчика.

С 1 января 2024 г. ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» прекратило оказание 

<

данные изъяты> услуг ООО «

<

данные изъяты>».

В связи с этим в период с 1 января 2024 г. по 5 апреля 2024 г. (дата увольнения) работодатель фактически перестал исполнять обязанность по предоставлению истцу работы, обусловленной трудовым договором (по должности частный охранник), по причине прекращения ответчиком фактической деятельности в г. 

<

данные изъяты>.

При этом в нарушение требований части 1 статьи 72.1 Трудового кодекса РФ, без получения письменного согласия истца на перевод в другое структурное подразделение и в отсутствие исключительных случаев, предусмотренных частями 2 и 3 статьи 72.2 Трудового кодекса РФ, ответчик ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» на основании приказа от 29 января 2024 г. № 2 перевел истца ФИО1 из обособленного подразделения г. 

<

данные изъяты> в основное подразделение общества, расположенное за пределами г. 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> области. При этом фактически истец по-прежнему находился в г. 

<

данные изъяты> и не обеспечивался работой по должности 

<

данные изъяты>.

Принимая во внимание приведенные обстоятельства, а также отсутствие доказательств вины истца в невыполнении трудовых обязанностей, судебная коллегия приходит к выводу о том, что работодатель с 1 января 2024 г. по 5 апреля 2024 г. фактически отстранил истца от работы без законных на то оснований, которые перечислены в статье 76 Трудового кодекса РФ, а также с 29 января 2024 г. незаконно, в нарушение требований части 1 статьи 72.1 Трудового кодекса РФ, перевел ФИО1 на другую работу.

В статье 234 Трудового кодекса РФ указано, что в случае незаконного отстранения работника от работы, а также в случае его незаконного перевода на другую работу работодатель обязан выплатить работнику неполученный им заработок.

Следовательно, истец вправе требовать взыскания с ответчика неполученного заработка за период с 1 января 2024 г. по 5 апреля 2024 г. в связи с незаконным лишением возможности трудиться в указанный период.

При этом доводы ответчика о прохождении истцом санаторно-курортного лечения в январе 2024 г. не имеют правового значения для разрешения спора.

Как установлено судебной коллегией выше и подтверждается материалами дела, начиная с 1 января 2024 г. истец не привлекался работодателем к работе и фактическую деятельность на территории г. 

<

данные изъяты> не осуществлял, с графиками смен истец работодателем не ознакамливался, рабочим местом истец не был обеспечен.

При этом именно на работодателе лежит обязанность по предоставлению работнику работы, обусловленной трудовым договором.

Следовательно, причиной невыхода истца на работу в январе 2024 г. явилось именно необеспечение истца со стороны ответчика работой по должности частный охранник, а отсутствие истца на рабочем месте вызвано непредоставлением ему со стороны работодателя такого места.

При этом применение положений статьи 234 Трудового кодекса РФ вместо положений трудового законодательства об оплате времени простоя (статьи 155 Трудового кодекса РФ) не свидетельствует о выходе суда за переделы заявленных требований.

В соответствии со статьей 395 Трудового кодекса РФ при признании органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор, денежных требований работника обоснованными они удовлетворяются в полном размере.

Работник является слабой стороной в трудовых правоотношениях, он в отличие от работодателя может не располагать юридическими познаниями для выбора правильной нормы, на основании которой подлежат удовлетворению его денежные требования.

При этом в силу положений гражданского процессуального законодательства правильность применения материального закона возложена на суд.

Следовательно, предъявление истцом обоснованных требований о взыскании задолженности по заработной плате и удовлетворение судом таких требований на основании иной нормы трудового законодательства, чем указывал истец в своем исковом заявлении, не является выходом за пределы заявленных исковых требований.

Все вышеприведенные выводы относительно требования о взыскании задолженности по заработной плате за период с 1 января 2024 г. по 5 апреля 2024 г. сделаны судебной коллегией по гражданским делам Архангельского областного суда в своем апелляционном определении от 23 января 2025 г. (№ 33-492/2025), которое вступило в законную силу. В связи с этим выводы, изложенные в данном определении суда апелляционной инстанции, в силу части 2 статьи 61 ГПК РФ не могут быть оспорены ответчиком и обязательны для суда.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца задолженности по заработной плате за период с 1 января 2024 г. по 5 апреля 2024 г. в виде среднего заработка истца в связи с незаконным лишением возможности трудиться в указанный период.

Согласно расчету, подробно приведенному судом первой инстанции в оспариваемом решении, задолженность работодателя по заработной плате за период с 1 января 2024 г. по 5 апреля 2024 г. составит 21 682 рубля 92 копейки. Оснований не согласиться с указанным расчетом суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает, поскольку он полностью соответствует требованиям статей 139, 234 Трудового кодекса РФ, а также Положению об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденному постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. № 922 (действовавшему в спорный период).

При этом судебной коллегией признаются несостоятельными доводы апелляционной жалобы о том, что при расчете задолженности по заработной плате за указанный период необходимо было учитывать ежемесячно начисляемую истцу заработную плату в размере 30 000 рублей, с которой в последующем был удержан налог на доходы физических лиц.

Из расчета суда следует, что им при определении задолженности по заработной плате за период с 1 января 2024 г. по 5 апреля 2024 г. учтены фактически выплаченная истцу в январе, феврале и марте 2024 г. ежемесячная заработная плата в размере 26 100 рублей (за каждый месяц). При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что работодатель начислял и выплачивал истцу в январе, феврале и марте 2024 г. ежемесячную заработную плату в размере 30 000 рублей (за каждый месяц), а также производил удержание с указанной суммы налога на доходы физических лиц.

Напротив, из содержания расчетного листка за январь 2024 г., предоставленного в материалы дела ответчиком, следует, что работодатель не производил истцу начисление заработной платы за указанный месяц и не производил удержание налога на доходы физических лиц, при этом произвел выплату заработной платы в размере 26 100 рублей.

Из содержания расчетных листков за февраль, март 2024 г., также предоставленных в материалы дела стороной ответчика, следует, что работодатель начислил истцу в каждый из указанных месяцев заработную плату в сумме 15 500 рублей и удержал с нее налог на доходы физических лиц в сумме 2 015 рублей, при этом фактически выплатил истцу заработную плату в размере 26 100 рублей (за каждый месяц).

При этом указанные расчетные листки не содержат сведений о том, что истцу начислялась заработная плата в размере 30 000 рублей, а также что с указанной суммы производилось удержание налога на доходы физических лиц.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно при определении размера задолженности по заработной плате за период с 1 января 2024 г. по 5 апреля 2024 г. исходил из среднего заработка истца за указанный период, из которого вычел фактически выплаченные истцу суммы заработной платы за январь, февраль, март 2024 г. (по 26 100 рублей за каждый месяц), поскольку они превышают начисленные работодателем суммы за январь 2024 г. в размере 0 рублей и за февраль, март 2024 г. в размере по 15 500 рублей.

Согласно части 1 статьи 122 Трудового кодекса РФ, оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно.

При увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска (часть 1 статьи 127 Трудового кодекса РФ).

Установив, что за период работы с 18 октября 2019 г. по 5 апреля 2024 г. ответчик не предоставлял истцу ежегодный оплачиваемый отпуск и при увольнении выплатил компенсацию за неиспользованный отпуск не в полном объеме, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации, предусмотренной частью 1 статьи 127 Трудового кодекса РФ.

Доводы апелляционной жалобы о злоупотреблении истцом правом при предъявлении требования о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, поскольку ФИО1 в период работы у ответчика не обращался к последнему с заявлениями о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска, приводились в суде первой инстанции, в решении суда получили подробную, мотивированную и надлежащую правовую оценку, оснований не согласиться с которой у судебной коллегии не имеется.

Кроме того, судебная коллегия обращает внимание, что вопросы предоставления работнику отпуска и его оформления трудовым законодательствам отнесены к ведению работодателя. При этом в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции установлено и подтверждено представителем ответчика в суде апелляционной инстанции, что за весь период работы истца в ООО ЧОП «АКМ-Секьюрити» работодатель не составлял в отношении истца графики отпусков и не предлагал ФИО1 воспользоваться правом на ежегодный оплачиваемый отпуск. Сведений о том, что истец уклонялся или отказывался от использования права на отпуск, в материалах дела не имеется. Напротив, из пояснений истца, подтвержденных показаниями свидетеля, следует, что работодателем чинились работнику препятствия в использовании ежегодного оплачиваемого отпуска путем установления дополнительных требований для реализации данного права, не предусмотренных трудовым законодательством.

При таких обстоятельствах судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии со стороны истца злоупотребления правом при предъявлении требования о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск.

Согласно расчету, подробно приведенному судом первой инстанции в оспариваемом решении, размер невыплаченной истцу компенсации за неиспользованный отпуск составит 243 713 рублей 54 копейки. Оснований не согласиться с указанным расчетом суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает, поскольку он полностью соответствует требованиям статей 115, 121, 127, 139, 321 Трудового кодекса РФ, а также Положению об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденному постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. № 922 (действовавшему в спорный период).

Судебной коллегией признаются несостоятельными доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что при определении количества дней неиспользованного отпуска необходимо было из подсчета стажа работы, дающего право на ежегодный оплачиваемый отпуск, исключить периоды временной нетрудоспособности истца.

Согласно части 1 статьи 121 Трудового кодекса РФ, в стаж работы, дающий право на ежегодный основной оплачиваемый отпуск, включаются: время фактической работы; время, когда работник фактически не работал, но за ним в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором сохранялось место работы (должность).

При этом в части 2 статьи 121 Трудового кодекса РФ, предусматривающей время, подлежащее исключению из подсчета стажа работы, дающего право на ежегодный основной оплачиваемый отпуск, не отнесены к такому времени периоды временной нетрудоспособности работника.

Также вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции при подсчете компенсации за неиспользованный отпуск обоснованно включил в средний заработок спорные суммы заработной платы, взысканные оспариваемым решением суда, поскольку при разрешении настоящего спора установлено, что работодатель не в полном объеме выплачивал истцу заработную плату. При этом нарушение прав работника со стороны ответчика на полную выплату заработной платы не может освобождать работодателя от обязанности выплатить компенсацию за неиспользованный отпуск исходя из сумм, которые подлежали выплате работнику. Более того, исключение взысканных судом сумм, как того просит ответчик, при расчете среднего заработка для компенсации за неиспользованный отпуск приведет к повторному обращению работника с иском в суд, что, в свою очередь, повлечет нарушение прав работника на своевременную защиту его трудовых прав.

В силу статьи 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно пункту 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Трудового кодекса РФ суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что работник в силу статьи 237 Трудового кодекса РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.

Учитывая, что нарушение трудовых прав истца со стороны ответчика нашло свое подтверждение, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для применения положений статьи 237 Трудового кодекса РФ и взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, при определении размера которой судом учтены объем и характер причиненных работнику нравственных страданий, степень вины работодателя, фактические обстоятельства дела.

Оценивая обоснованность взысканной судом суммы компенсации морального вреда, судебная коллегия учитывает следующие обстоятельства:

- ответчиком допущено нарушение прав истца на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск;

- фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред (вред причинен работодателем, т.е. наиболее сильной стороной по отношению к слабой стороне трудовых правоотношений; в результате виновных действий работодателя, нарушившего трудовое законодательство, и в отсутствие вины работника);

- характер и степень причиненных истцу нравственных страданий (переживания истца, связанные с невыплатой заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск в полном объеме);

- длительность периода допущенного ответчиком нарушения (начиная с октября 2019 г.);

- неустранение допущенных нарушений вплоть до настоящего времени.

Изложенное, безусловно, сказалось на нравственных страданиях работника.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, характер причиненных истцу нравственных страданий, а также то обстоятельство, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, судебная коллегия соглашается с размером компенсации морального вреда, определенным судом первой инстанции.

Также судебная коллегия признает необоснованными доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что в оспариваемом решении суда содержатся противоречия в части указания в резолютивной части решения на взыскание сумм задолженности по заработной плате без учета удержаний налога на доходы физических лиц и указания в мотивировочной части решения на взыскание сумм задолженности по заработной плате включая налог на доходы физических лиц.

Вопреки доводам ответчика, данные предписания суда относительно налога на доходы физических лиц не противоречат друг другу и не препятствуют исполнению решения суда.

Из содержания мотивировочной части решения следует, что расчет задолженности по заработной плате произведен судом включая налог на доходы физических лиц, т.е. без учета последующего удержания данного налога. Также и в резолютивной части суд указывает на взыскание с ответчика задолженности по заработной плате без учета удержаний налога на доходы физических лиц, т.е. включая данный налог.

В силу статей 207-209, 226 Налогового кодекса РФ вознаграждение за выполнение трудовых обязанностей признается объектом налогообложения налогом на доходы физических лиц. Обязанность исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму указанного налога возлагается законом на налогового агента. Суд в отношении истца налоговым агентом не является, в связи с чем суд первой инстанции обосновано взыскал с ответчика в пользу истца вышеуказанные денежные средства без учета последующего удержания с этих сумм налога на доходы физических лиц, которое должен произвести работодатель.

Кроме того, судебная коллегия обращает внимание, что в соответствии со статьями 202, 433 ГПК РФ в случае неясности или затруднительности исполнения решения суда сторона ответчика вправе обратиться в суд с заявлением о разъяснении решения суда, а также способа и порядка его исполнения.

Все обстоятельства, на которые ссылался податель апелляционной жалобы в обоснование своих доводов, получили соответствующую правовую оценку судом первой инстанции, исходя из положений подлежащего применению к правоотношениям сторон законодательства.

По существу в апелляционной жалобе не содержится новых данных, не учтенных судом при рассмотрении дела. Обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, доводы жалобы не содержат, выводов суда не опровергают, а лишь выражают несогласие с ними, сводятся к переоценке установленных судом фактических обстоятельств дела и иному толкованию правовых норм трудового законодательства.

Учитывая, что обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции определены верно на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, судебная коллегия в пределах доводов апелляционной жалобы оснований к отмене или изменению оспариваемого решения не усматривает.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Соломбальского районного суда г. Архангельска от 19 августа 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «АКМ-Секьюрити» – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 11 февраля 2026 г.

Председательствующий

Е.М. Бланару

Судьи

А.В. Зайнулин

Т.В. Попова