Судья Ходкин С.В. Дело № 22-725/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень 10 апреля 2025 года

Тюменский областной суд в составе:

председательствующего судьи Казанцевой Н.Н., 

при помощнике судьи Будниченко Д.А.,

с участием:

прокурора Осовец Т.А.,

защитника – адвоката Плоховой М.Ю.,

представителя потерпевшего - адвоката Гейворонского В.В. 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Плоховой М.Ю. в защиту интересов осуждённого ФИО1, апелляционному представлению прокурора Центрального АО г. Тюмени ФИО3, апелляционной жалобе представителя потерпевшего адвоката Гейворонского В.В. на приговор Центрального районного суда г. Тюмени от 23 января 2025 года в отношении:

ФИО1, 

<

.......>, ранее не судимого,

которым он осуждён по ч. 2 ст. 216 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года.

В соответствии со ст.73 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком один год.

Возложены на ФИО1 обязанности: не менять постоянного места жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; периодически (один раз в месяц, в дни, установленные данным органом) являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, по месту его жительства.

Мера пресечения ФИО1 - подписка о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу. 

По делу разрешена судьба вещественных доказательств. 

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных жалоб и представления, заслушав выступления адвоката Плоховой М.Ю., представителя потерпевшего - адвоката Гейворонского В.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Осовец Т.А., частично поддержавшей доводы апелляционного представления и просившей приговор изменить, суд апелляционной инстанции 

У С Т А Н О В И Л:

По приговору суда ФИО1 признан виновным и осуждён за нарушение правил безопасности при проведении строительных работ, повлёкшее по неосторожности смерть человека.

Преступление им совершено 09 октября 2024 года в г. Тюмени при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя признал.

В апелляционной жалобе адвокат Плохова М.Ю., не оспаривая виновность и квалификацию содеянного ФИО1, считает приговор незаконным и необоснованным в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, а также ввиду несправедливости. В обоснование доводов жалобы указывает, что в ходе предварительного следствия потерпевшим Потерпевший №1 было заявлено ходатайство об освобождении ФИО1 от уголовной ответственности в связи с примирением сторон, поскольку ФИО1 загладил причинённый преступлением материальный ущерб и моральный вред – выплатил ему 500 000 рублей, принёс свои извинения и примирился с потерпевшим. Кроме того, потерпевший выразил согласие на прекращение уголовного дела в связи с применением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа. Аналогичное ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон представитель потерпевшего заявил в судебном заседании, подтвердив и его согласие на прекращение уголовного дела на основании ст. 25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Отказывая в удовлетворении заявленного ходатайства, суд указал, что выплата ФИО1 потерпевшему 500 000 рублей не является полным возмещением вреда от преступления, а также то, что ФИО1 не мог примириться с потерпевшим в виду его смерти, а примирение с представителем потерпевшего (родным братом) не может быть принято судом как юридическое основание для прекращения уголовного дела за примирением сторон и для наложения судебного штрафа. Автор жалобы обращает внимание, что Потерпевший №1 постановлением следователя признан потерпевшим и именно с ним ФИО1, согласно уголовному и уголовно-процессуальному законодательству, мог примириться. ФИО1 вину в содеянном признал, впервые совершил преступление средней тяжести, характеризуется положительно, причинённый преступлением вред, определённый потерпевшим, возместил, принёс свои извинения. Потерпевший Потерпевший №1 всей семье заявил, что простил ФИО1 и примирился с ним, не желает привлекать его к уголовной ответственности. По мнению защитника, все условия, необходимые для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности по указанным в ст. 25 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 76 Уголовного кодекса Российской Федерации основаниям, им были выполнены, равно как выполнены и условия, предусмотренные ст. 25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 76.2 Уголовного кодекса Российской Федерации. При этом отмечает, что запрета на прекращение уголовного преследования при совершении преступления, предусмотренного ст. 216 Уголовного кодекса Российской Федерации, причиняющего вред двум объектам – общественной опасности и жизни человека, уголовно-процессуальный закон не содержит. Просит приговор отменить, уголовное дело в отношении ФИО1 прекратить в соответствии со ст. 25 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с примирением сторон либо на основании ст. 25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российский Федерации в связи с применением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа. 

В апелляционном представлении прокурор Центрального АО г. Тюмени ФИО3, не оспаривая выводы суда о виновности и квалификации действий ФИО1, считает приговор незаконным в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Автор представления указывает, что в резолютивной части приговора неверно указано отчество осужденного ФИО1, в связи с чем просит приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего - адвокат Гейворонский В.В. считает приговор незаконным и необоснованным в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, а также ввиду несправедливости. Приводит доводы, аналогичные доводам жалобы адвоката Плоховой М.Ю. Адвокат выражает несогласие с выводами суда о том, что прекращение уголовного дела – это право суда, а не обязанность, при этом ссылаясь на несоразмерность компенсации вреда наступившим последствиям. Просит приговор отменить, уголовное дело в отношении ФИО1 прекратить в соответствии со ст. 25 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с примирением сторон либо на основании ст. 25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации с применением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа. 

Возражений на апелляционные жалобы и представление от участников процесса не поступило.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Уголовное дело в отношении ФИО1 рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства с учетом положений ст. ст. 314-316 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку осужденный, признав свою вину в совершении преступления и согласившись с предъявленным обвинением, добровольно заявил соответствующее ходатайство. При этом требования главы 40 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующей особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным обвинением, судом соблюдены.

При постановлении приговора без проведения судебного разбирательства по ходатайству ФИО1 суд пришел к выводу об обоснованности предъявленного обвинения, подтвержденного доказательствами по делу. Суд удостоверился, что осужденный осознает характер и последствия своего ходатайства, заявленного после консультации с защитником и в присутствии последнего.

Убедившись в том, что предъявленное ФИО1 обвинение является обоснованным, подтверждается собранными по делу доказательствами, суд первой инстанции правильно квалифицировал действия осужденного по ч. 2 ст. 216 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов уголовного дела и протокола судебного заседания, судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции не допущено.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ч. 8 ст. 316 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в нем изложены описание преступного деяния, с обвинением в совершении которого согласился осужденный, а также выводы суда первой инстанции о соблюдении условий постановления приговора без проведения судебного разбирательства.

При назначении наказания осужденному суд в соответствии с положениями ст. ст. 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации учел данные об его личности, характер и степень общественной опасности содеянного, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Судом первой инстанции при назначении наказания ФИО1 были учтены имеющиеся на момент вынесения приговора данные о личности виновного, в том числе смягчающие наказание обстоятельства, которыми суд признал признание вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений родственникам погибшего, добровольное частичное возмещение морального вреда потерпевшему, наличие малолетнего ребенка.

Учтено и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Иных смягчающих обстоятельств, подлежащих безусловному учету при назначении наказания, но неустановленных судом или не учтенных им в полной мере на момент постановления приговора в отношении ФИО1 не усматривается, таковых стороной защиты не приведено и в суде апелляционной инстанции. 

Справедливо суд первой инстанции не усмотрел оснований для применения к ФИО1 ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку судом не установлено каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, дающих основания для применения к нему указанных положений закона. Не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Отсутствие оснований для изменения категории преступления в приговоре мотивировано надлежащим образом, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

При назначении наказания приняты во внимание положения ч. 1 и ч 5 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В приговоре изложены аргументированные основания, по которым суд пришел к выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы с применением ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Поводов для сомнений в правильности указанных выводов суда первой инстанции не имеется. Обстоятельств, которые бы могли послужить основанием для смягчения назначенного осужденному наказания, но не установленных или в недостаточной степени учтенных судом при решении вопроса о наказании, не выявлено.

Учитывая изложенное, назначенное ФИО1 наказание является справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве Российской Федерации принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, а потому суд апелляционной инстанции не находит оснований для его смягчения.

Поводов для сомнений в правильности указанных выводов суда первой инстанции не имеется. 

Суд первой инстанции мотивировал свои выводы об отсутствии оснований для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим или назначением судебного штрафа, с чем соглашается суд апелляционной инстанции. 

Проверяя аналогичные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, суд апелляционной инстанции обращает внимание на следующее. 

Согласно ст. 76 Уголовного кодекса Российской Федерации лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

В силу положений ст. 76.2 Уголовного кодекса Российской Федерации суд вправе прекратить уголовное дело или уголовное преследование в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, если это лицо возместило ущерб или иным образом загладило причиненный преступлением вред, и назначить лицу меру уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.

Положения ст. 76 Уголовного кодекса Российской Федерации и ст. 25 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи, а также ст. 76.2 Уголовного кодекса Российской Федерации и ст. 25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не обязывают суд в любых случаях при наличии предусмотренных этими нормами оснований прекращать уголовное дело за примирением сторон либо в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, а лишь предоставляют такую возможность, давая тем самым суду право принять иное решение.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 04 июня 2007 года N 519-О-О, полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, вытекающее из взаимосвязанных положений ст. 76 Уголовного кодекса Российской Федерации и ст. 25 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым - защиты личности, общества и государства от преступных посягательств. При этом указание в названных статьях на возможность, а не обязанность освобождения от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела означает необходимость принятия соответствующего решения с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния.

Такая же позиция нашла отражение в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», согласно которому при разрешении вопроса об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

В соответствии с п. 16.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», освобождение от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа, исходя из положений ст. 76.2 Уголовного кодекса Российской Федерации, возможно при наличии указанных в ней условий: лицо впервые совершило преступление небольшой или средней тяжести, возместило ущерб или иным образом загладило причиненный преступлением вреда.

Различные уголовно наказуемые деяния влекут наступление разного по своему характеру вреда, поэтому предусмотренные ст. 76.2 Уголовного кодекса Российской Феде действия, направленные на заглаживание такого вреда и свидетельствующие о снижении степени общественной опасности преступления, нейтрализации его вредных последствий, не могут быть одинаковыми во всех случаях, а определяются в зависимости от особенностей конкретного деяния. С учетом этого суд в каждом конкретном случае должен решить, достаточны ли предпринятые лицом, совершившим преступление, действия для того, чтобы расценить уменьшение общественной опасности содеянного как позволяющее освободить лицо от уголовной ответственности.

Таким образом, уменьшение общественной опасности содеянного в результате предпринятых лицом, совершившим преступление, действий является одним из условий применения судебного штрафа, который, будучи по своей институциональной природе мерой уголовно-правового характера в силу ч. 1 ст. 6 Уголовного кодекса Российской Федерации должен быть справедливым, то есть по факту своего применения соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Вышеуказанные требования судом первой инстанции были соблюдены. 

Соглашаясь с изложенными в приговоре выводами суда об отсутствии правовых оснований для прекращения данного уголовного дела за примирением сторон или в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, суд апелляционной инстанции отмечает, что объектами преступного посягательства, предусмотренного ч. 2 ст. 216 Уголовного кодекса Российской Федерации, являются общественные отношения в сфере безопасности при ведении строительных и иных работ, а также жизнь человека.

Таким образом, общественная опасность данного уголовно-наказуемого деяния заключается в пренебрежении работодателем правилами труда и, как следствие, основополагающим правом человека на жизнь, закрепленным в ст. 2, ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации, утрата которой, необратима и невосполнима. 

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 нарушил правила безопасности при ведении строительных работ, в результате чего работник скончался.

Таким образом, последствием противоправных действий ФИО1 явилась гибель человека, а потому доводы жалоб о полном возмещении причиненного ущерба не могут быть признаны обоснованными. Сторонами в судебном заседании суда апелляционной инстанции также не приведено объективных данных и доказательств уменьшения принятыми ФИО1 мерами по заглаживанию вреда общественной опасности содеянного, что позволило бы освободить последнего от уголовной ответственности.

Вопреки утверждениям апелляционных жалоб, одно лишь субъективное мнение Потерпевший №1 о полном заглаживании вреда в силу требований действующего законодательства не являться единственным и достаточным подтверждением снижения степени общественной опасности преступления, заключающегося в пренебрежении работодателем правилами труда, повлекшими смерть человека, которое действительно позволило бы освободить ФИО1 от уголовной ответственности.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами авторов жалоб о том, что ФИО1 соблюдены все условия, необходимые для освобождения его от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа или в связи с примирением с потерпевшим, поскольку само по себе принесение извинений и перечисление денежных средств Потерпевший №1 не свидетельствует о снижении общественной опасности содеянного, заключающейся в гибели человека, равно как не может быть признано полным заглаживанием причиненного преступлением вреда в данном конкретном случае. 

Характер и установленная судом степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, нашедшая свое выражение в конкретных описанных в приговоре обстоятельствах дела, позволяет сделать вывод об отсутствии правовых оснований для применения судебного штрафа, поскольку предпринятые осужденным меры по заглаживанию вреда, причиненного преступлением, посягающим, в том числе на конституционное право человека – жизнь, не привели к изменению степени общественной опасности содеянного.

Учитывая всю совокупность обстоятельств данного уголовного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния, правовых оснований для применения положений ст. 25 и ст. 25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, о чем поставлен вопрос в апелляционных жалобах, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции отмечает, что в соответствии с п. 4 ст. 304 и п. 1 ч. 1 ст. 308 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации во вводной и резолютивной частях приговора должны быть указаны в числе других сведений фамилия, имя и отчество подсудимого.

Как следует из материалов уголовного дела, суд рассмотрел в судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО1, 

<

.......> г.р. 

Данный факт подтверждается материалами уголовного дела, из которых видно, что все процессуальные документы составлены в отношении ФИО1.

Так, обвинение по ч. 2 ст. 216 Уголовного кодекса Российской Федерации предъявлено ФИО1 (т. 4 л.д. 90-97), обвинительное заключение составлено в отношении ФИО1, 

<

.......> г.р. (т. 4 л.д. 150-172), постановление о назначении судебного заседания вынесено в отношении ФИО1 (т. 5 л.д. 3), в судебном заседании была установлена личность подсудимого как ФИО1, 

<

.......> г.р. (т. 5 л.д. 18), во вводной части приговора указано на рассмотрение уголовного дела в отношении ФИО1, 

<

.......> г.р. (т. 5 л.д. 30-39).

Из имеющейся в материалах уголовного дела копии паспорта следует, что фамилия, имя и отчество осужденного – ФИО1, 

<

.......> г.р. (т. 4 л.д. 102). 

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что уголовное дело рассмотрено в отношении ФИО1, 

<

.......> г.р.

Однако в резолютивной части приговора суд неверно указал отчество осужденного, на что обоснованно обращено внимание прокурором в апелляционном представлении. 

Учитывая изложенные выше обстоятельства, у суда апелляционной инстанции не имеется оснований сомневаться в том, что судебное разбирательство было проведено и постановлен обвинительный приговор с назначением наказания именно в отношении ФИО1.

Неправильное написание отчества осужденного в резолютивной части приговора суд апелляционной инстанции рассматривает как очевидную техническую ошибку, которая не повлияла на существо приговора и его законность, не ставит под сомнение факт осуждения именно этого подсудимого, вместе с тем она является основанием для внесения в приговор соответствующих изменений.

Каких-либо нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона в ходе предварительного расследования и судебного следствия, а также при постановлении приговора судом, влекущих за собой отмену приговора либо прекращения уголовного дела, в том числе по доводам апелляционных жалоб, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Центрального районного суда г. Тюмени от 23 января 2025 года в отношении ФИО4 изменить:

- в резолютивной части приговора отчество осужденного ФИО1 указать как «ФИО2».

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения, апелляционное представление прокурора – удовлетворить частично. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с положениями главы 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации путем подачи кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции, с соблюдением требований ст. 401.4 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10 – 401.12 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий (подпись) Н.Н. Казанцева

Подлинник апелляционного постановления подшит в уголовное дело № 1-138/2025 и хранится в Центральном районном суде г. Тюмени.