Председательствующий – Шабловский А.О. дело № 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красноярск 20 октября 2020 года 

Красноярский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Левченко Л.В., 

при секретаре Сержановой Е.Г.,

с участием прокурора Уголовно-судебного управления прокуратуры 

<

адрес> Красиковой Ю.Г., адвоката Мезенцева А.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению и.о. прокурора 

<

адрес> ФИО8, по апелляционной жалобе адвоката Лепехина В.Н. в интересах подсудимого ФИО1 на постановление Ермаковского районного суда 

<

адрес> от 

<

дата>, которым уголовное дело в отношении 

ФИО1, родившегося 

<

дата> в 

<

адрес>, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.109 УК РФ,

возвращено прокурору 

<

адрес> в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав доклад судьи Левченко Л.В., мнение прокурора Красиковой Ю.Г., полагавшей постановление подлежащим отмене по доводам апелляционного представления, выступление адвоката Мезенцева А.А. об отмене постановления суда, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного расследования ФИО1 обвиняется в причинении смерти ФИО6 по неосторожности, при следующих обстоятельствах.

Согласно обвинению, 

<

дата> около 15 часов 30 минут ФИО1, а также ФИО7 и ФИО6 на маломерном судне «Казанка-М» с установленным на нем мотором «Вихрь», не зарегистрированном в установленном порядке, не прошедшем техническое освидетельствование и не имеющим бортовых номеров, под управлением ФИО1, не имеющего удостоверения на право управления маломерным судном, вышли в русло реки Оя в районе 

<

адрес> и направились вниз по течению, с целью рыбалки. При этом на указанном маломерном судне судовладелец ФИО1 использовал в качестве якоря трак от гусеничного трактора с длинной якорного троса 4 метра 86 сантиметров. Индивидуальные спасательные средства на данном маломерном судне отсутствовали. В указанный период времени во время движения по реке Оя, пассажир ФИО7 располагался на носовой части маломерного судна, пассажир ФИО6 находящийся в состоянии алкогольного опьянения сильной степени располагался в кормовой части маломерного судна, а судовладелец ФИО1 – у мотора судна, также в кормовой его части.

В период времени с 15 часов 30 минут до 16 часов 00 минут 

<

дата> во время движения находящиеся в маломерном судне лица увидели подходящее место для рыбалки и ФИО1, управляя матомерным судном, стал осуществлять поворот влево по ходу движения маломерного судна. При этом ФИО1 не была учтена практика судовождения и при осуществлении поворота скорость судна не уменьшил, в результате чего судно получило большой крен и возник опрокидывающий момент, который компенсировался восстанавливающим моментом на буле левого борта при его погружении в воду, однако находящийся в носовой части лодки незакрепленный якорь - трак от трактора с прикрепленной к нему цепью и фалом общей длиной 4 м. 86 см. в результате указанного крена судна упал за борт и, даже не достигнув дна, за счет сопротивления воды создал дополнительный опрокидывающий момент и произошло опрокидывание данного маломерного судна. После опрокидывания маломерного судна, все находившиеся в нем люди оказались в воде. ФИО1 и пассажир ФИО7 смогли самостоятельно выбраться из воды, а ФИО6 ушел под воду и утонул. 

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы № от 

<

дата> смерть ФИО6 наступила в результате механической асфиксии от закрытия верхних дыхательных путей водой при утоплении.

Совокупность допущенных ФИО1 нарушений правил, регламентирующих использование маломерных судов по внутренним водным путям, представляла угрозу для жизни и здоровья пассажиров управляемого им маломерного судна - ФИО7 и ФИО6, последствием которых явилось опрокидывание данного судна и утопление пассажира ФИО6

Постановлением Ермаковского районного суда 

<

адрес> от 

<

дата> уголовное дело в отношении ФИО1 обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.109 УК РФ, возвращено прокурору на основании п. 6 ч. 1 ст.237 УК РФ для устранения препятствий его рассмотрения. 

Постановление мотивировано тем, что из материалов уголовного дела исследованных в ходе судебного следствия, а также существа предъявленного ФИО1 обвинения следует, что маломерное судно «Казанка-М» с установленным на нем мотором «Вихрь», которым он управлял, относится к числу водных транспортных средств и с учетом технической конструкции является источником повышенной опасности. Для управления маломерным судном, каковым является моторная лодка «Казанка-М», требуются специальные познания. Правилами пользования маломерными судами на водных путях Российской Федерации, утвержденными приказом МЧС России от 

<

дата> N 502, установлен единый порядок пользования маломерными судами на водных объектах Российской Федерации, который распространяется на принадлежащие физическим лицам самоходные, несамоходные суда и иные суда. В соответствии с п. 5 указанных Правил к управлению маломерными судами, прошедшими государственную регистрацию, допускаются судоводители, имеющие удостоверение на право управления маломерным судном. При этом судоводители маломерных судов, обладая специальными познаниями и навыками по управлению судами, обязаны выполнять требования не только Правил пользования маломерными судами, но и Правил плавания по внутренним водным путям Российской Федерации, утвержденные приказом Минтранса Российской Федерации от 

<

дата> №. Исходя из обстоятельств, указанных в обвинительном заключении, ФИО1 при эксплуатации принадлежащей ему моторной лодки «Казанка-М», обвиняется в нарушении специальных норм, содержащихся в главе 27 УК РФ, регулирующих безопасное плавание, что не относится к преступлениям против личности, в совершении которого обвиняется ФИО1 

Суд полагает, что устранить указанные недостатки в ходе судебного следствия невозможно, так как изложенные в обвинительном заключении фактические обстоятельства свидетельствуют о наличии в действиях ФИО1 признаков более тяжкого преступления. 

В апелляционном представлении и.о. прокурора 

<

адрес> ФИО8, не соглашаясь с вышеприведенным постановлением, просит его отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда. Свои доводы мотивирует тем, что в настоящее время уголовная ответственность за нарушение правил безопасности движения и эксплуатации водного транспорта лицом, управляющим маломерным судном, повлекшее по неосторожности смерть человека установлена ч. 2 ст. 263 УК РФ. Указанная норма введена в действие Федеральным законом от 

<

дата> № 146-ФЗ. Преступление было совершено ФИО1 

<

дата>, то есть до введения в действие указанной правовой нормы. До введения указанной нормы закона лицо, управляющее маломерным судном и обязанное в силу выполняемой им работы или занимаемой должности соблюдать Правила пользования маломерными судами на водных объектах РФ, виновное в их нарушении, повлекшем причинение по неосторожности смерть человека, привлекалось к ответственности по ст. 263 УК РФ (редакции от 

<

дата>). Однако ФИО1 не являлся субъектом состава указанного преступления, поскольку не имел обязанности в силу выполняемой им работы или занимаемой должности соблюдать Правила пользования маломерными судами на водных объектах РФ.

Таким образом, на момент совершения ФИО1 преступления (

<

дата>) существовал пробел в уголовном законодательстве, в котором не была предусмотрена специальная норма, предусматривающая ответственность для лиц, управляющих маломерными судами и не имеющими обязанности в силу выполняемой работы или занимаемой должности соблюдения Правил. Таким образом, ответственность лица, управляющего маломерным судном, за нарушение правил безопасности движения и эксплуатации водного транспорта, повлекшее по неосторожности смерть человека, наступала по общей норме права, ввиду отсутствия специальной нормы.

Кроме того, действия ФИО1 не могли быть квалифицированы и по ст. 268 УК РФ, поскольку указанная норма закона носит бланкетный характер и в самом общем виде отсылает к правилам, действующим на транспорте, не конкретизируя ни его виды, ни их функциональное назначение, ни виды правил. Суть данного преступления заключается в создании искусственных помех безопасности транспорта лицом, не управляющим транспортным средством. При этом имеется в виду и то обстоятельство, что определенные правила может нарушить и лицо, эксплуатирующее транспортное средство, но не управляющее им в момент происшествия. Диспозиция статьи 268 УК РФ прямо исключает возможность привлечения к уголовной ответственности лицо, управляющее транспортным средством. Субъектом преступления, предусмотренного ст. 268 УК РФ, являются пассажиры, пешеходы или другие участники движения (кроме лиц, указанных в статьях 263 и 264 УК РФ), то есть лица, участвующие в движении транспортного средства, но не управляющие ими, либо управляющие средством, которое не относится к транспортному. 

Поскольку, как установлено в ходе расследования уголовного дела, ФИО1 управлял маломерным судном и осуществил маневр поворота, его действия не могут образовывать состав преступления, предусмотренный ст. 268 УК РФ, так как он непосредственно осуществлял управление маломерным судном. При таких обстоятельствах ответственность виновного должна наступать постатьям о преступлениях против личности.

С учетом изложенного, и не возможности привлечения ФИО1 кответственности по ст. 263 и ст. 268 УК РФ и при отсутствии в главе 27 УК РФдругих специальных норм, предусматривающих ответственность лиц,управляющих маломерными судами, действовавших на момент совершенияФИО1 преступления, то его действия подлежат квалификации по общейнорме ст. 109 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Лепехин В.Н. выражает несогласие с принятым решением, просит его отменить как незаконное и необоснованное, вынесенное с нарушениями норм УПК РФ. Указывает на то, что принятое судом решение о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ является преждевременным, так как из текста предъявленного ФИО1 обвинения следует, что основным доказательством вины последнего являются выводы из заключения эксперта ФИО10, которые находятся в назначенной и проведенной по делу дополнительной технико-судоводительской экспертизы б\н от 

<

дата>. Считает, что данное заключение нельзя признать допустимым доказательством, в обоснование чего приводит различные доводы. Полагает, что указанные экспертом ФИО10 в заключении б\н от 

<

дата> нарушения требований правил эксплуатации лодки - «Казанки», не служат причинно-следственной связью гибели ее пассажиров.

Указывает, что стороной защиты в суде 

<

дата> было заявлено ходатайство о назначении и проведении по делу дополнительной технико-судоводительской экспертизы, которое было поддержано потерпевшей стороной. Однако суд оставил его без рассмотрения и 

<

дата> вынес постановление о возвращении уголовного дела прокурору. В связи с чем считает, что суд, фактически отказав защите в назначении и проведении дополнительной технико-судоводительской экспертизы, не установил истинную причину опрокидывания лодки «Казанки- М» под управлением ФИО1, в связи с чем преждевременно определился о наличии в действиях последнего более тяжкого состава преступления.

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, не находит оснований для отмены постановления суда о возвращении уголовного дела прокурору.

Согласно правовой позиции, отраженной в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> N 51 "О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)", если в ходе судебного разбирательства выявлены существенные нарушения закона, указанные в п. п. 1 - 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, допущенные в досудебном производстве по уголовному делу и являющиеся препятствием к постановлению судом приговора или вынесения иного итогового решения, не устранимые судом, то суд по ходатайству стороны или по своей инициативе возвращает дело прокурору при условии, что их устранение не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Согласно п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья возвращает уголовное дело прокурору, если фактические обстоятельства дела, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

Вопреки доводам представления и жалобы, суд первой инстанции принял обоснованное решение о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1 прокурору 

<

адрес> для устранения допущенных нарушений закона, поскольку судом установлено, что квалификация действий подсудимого по ч.1 ст.109 УК РФ не соответствует фактическим обстоятельствам, изложенным в обвинении, которые указывают на наличие оснований для квалификации действий ФИО1 как более тяжкого преступления.

Как указывалось выше органами предварительного расследования ФИО1 обвиняется в том, что 

<

дата> около 15 часов 30 минут, управлял маломерным судном «Казанка-М», на участке реки Оя, находящемся ниже по течению реки от 

<

адрес> и выше по течению реки от 

<

адрес>, в нарушение Правил пользования маломерными судами не имел права использовать данное маломерное судно, без удостоверения на право управления им, не имел надлежащего якорного оборудования, не закрепил его должным образом на борту судна, не имел индивидуальных спасательных средств на судне и не соблюдал скоростной режим с учетом обстоятельств и условий движения маломерного судна. В результате при осуществлении ФИО1 маневра поворота влево по ходу движения маломерного судна судно получило большой крен, незакрепленный якорь - трак от гусеничного трактора упал за борт и, даже не достигнув дна, за счет сопротивления воды создал дополнительный опрокидывающий момент, и произошло опрокидывание данного маломерного судна. После опрокидывания маломерного судна все находившиеся в нем люди оказались в воде, ФИО1 и пассажир ФИО7 смогли самостоятельно выбраться из воды, а пассажир ФИО6 ушел под воду и утонул.

Согласно заключению дополнительной технико-судоводительской судебной экспертизы от 

<

дата>, между допущенными ФИО1 нарушениями и последствиями в виде наступления смерти ФИО6 имеется прямая причинно-следственная связь. 

Как правильно указал суд, из существа предъявленного обвинения следует, что маломерное судно «Казанка-М» с установленным на нем мотором «Вихрь», которым управлял ФИО1, относится к числу водных транспортных средств и с учетом технической конструкции является источником повышенной опасности. Для управления данным маломерным судном требуются специальные познания. В связи с чем, согласно обвинительному заключения ФИО1 обвиняется в нарушении специальных норм, регулирующих безопасное плавание, при этом преступления против безопасности движения и эксплуатации транспорта содержаться в главе 27 УК РФ. Вместе с тем, действия ФИО1 квалифицированны по ч. 1 ст.109 УК РФ – преступление против личности.

По мнению суда апелляционной инстанции, все перечисленные в апелляционном представлении доводы о том, что на момент совершения ФИО1 преступления в уголовном законе отсутствовала норма, регулирующая ответственность за нарушения правил безопасности движения и эксплуатации водного транспорта, не состоятельны, рассуждения стороны обвинения субъективны.

Действительно на момент совершения деяний, вменяемых обвиняемому ФИО1, управлявшему маломерным судном, ответственность за нарушение правил безопасности движения и эксплуатации внутреннего водного транспорта по ст.263 УК РФ была предусмотрена только для лиц, в силу выполняемой работы или занимаемой должности обязанным соблюдать эти правила, к каковым ФИО1 не относился.

Вместе с тем, вопреки доводам апелляционного представления прокурора, в Уголовном кодексе РФ в главе 27 о преступлениях против безопасности движения и эксплуатации транспорта имелась и имеется специальная норма, а именно статья 268 УК РФ, в которой предусмотрена ответственность за нарушение не только пассажиром, пешеходом, но и другим участником движения (кроме лиц, указанных в статьях 263 и 265 настоящего кодекса, к каковым ФИО1 не относился) правил безопасности движения и эксплуатации транспортных средств.

При этом доводы прокурора о том, что субъектом преступления, предусмотренного ст. 268 УК РФ, являются лица, участвующие в движении транспортного средства, но не управляющие ими, либо управляющие средством, которое не относится к транспортному, не основаны на нормах права.

Общеизвестно, что объектом преступления, предусмотренного ст. 268 УК РФ, выступает безопасность движения транспорта, которая обеспечивается соблюдением соответствующих правил как лицами, ответственными за вождение и эксплуатацию транспорта, так и другими участниками движения. Нарушение правил безопасности предполагает невыполнение требований, предъявляемых к поведению участников движения, обеспечивающих безопасность движения и эксплуатацию транспортных средств. При этом, нарушения не связываются с каким-то конкретным видом транспортных средств, это может быть автомобильный, железнодорожный, воздушный и водный транспорт. Обязательным признаком состава преступления, предусмотренного ст. 268 УК РФ, является причинная связь между нарушением правил безопасности движения или эксплуатации транспортных средств и вредными последствиями.

Проанализировав материалы уголовного дела, исследованные в ходе судебного следствия, а также существо предъявленного ФИО1 обвинения, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что, исходя из обстоятельств, указанных в обвинительном заключении, ФИО1 обвиняется в нарушении специальных норм, регулирующих безопасное плавание, при эксплуатации принадлежащей ему моторной лодки «Казанка-М».

Тогда как преступления против безопасности движения и эксплуатации транспорта содержатся в главе 27 Уголовного кодекса РФ, при этом такие деяния, совершение которых повлекло по неосторожности смерть человека, исходя из санкций соответствующих специальных составов преступлений, в соответствии с ч.3 ст.15 УК РФ относятся к категории преступлений средней тяжести, а ФИО1 обвиняется в совершении преступления против личности, предусмотренного ч.1 ст.109 УК РФ, относящегося к преступлениям небольшой тяжести.

Таким образом, выводы суда о том, что квалификация действий обвиняемого не соответствует фактическим обстоятельствам дела, а установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства, указывают на наличие оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, являются правильными и сделаны судом, в том числе на основе изученных в судебном заседании доказательств.

При этом доводы апелляционной жалобы адвоката, в которых сторона защиты ставит под сомнение доказательства по уголовному делу, а именно выражает несогласие с технико-судоводительской экспертизой, не могут быть предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, поскольку при возвращении уголовного дела прокурору, суд не вправе делать выводы об оценке доказательств.

Как правильно указал суд первой инстанции, сторона защиты не лишена возможности ходатайствовать о назначении по делу дополнительной технико-судоводительской экспертизы в ходе дальнейшего производства по уголовному делу.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона никто не может быть признан виновным в совершении преступления иначе как по приговору суда, который должен быть законным, обоснованным и основанном на правильном применении уголовного закона. Между тем, неправильная квалификация фактически совершенного деяния может повлечь вынесение неправосудного решения. Учитывая, что согласно требованиям уголовно-процессуального закона, в судебном разбирательстве не допускается изменение квалификации деяния в сторону ухудшения положения подсудимого, судом принято обоснованное решение о возвращении уголовного дела прокурору.

При таких обстоятельствах, апелляционная инстанция приходит к выводу, что судебное решение о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом по существу, вопреки доводам апелляционного представления и жалобы, принято судом с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих разрешение судом данного вопроса. При этом суд апелляционной инстанции, не усматривает нарушений прав участников судебного разбирательства.

Более того, с учетом того, что из обвинительного заключения усматриваются обстоятельства, которые служат основанием для квалификации действий подсудимого ФИО1, как более тяжкого преступления, уголовное дело не может быть рассмотрено судом, поскольку связано с осуществлением права на защиту, а именно, с возможностью обвиняемого еще на стадии предварительного следствия формулировать свою защитительную позицию по предъявленному обвинению.

В соответствии с ч.3 ст.15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты, а создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, что и было сделано судом.

В соответствии с положениями ст.237 УПК РФ, если в ходе судебного разбирательства выявлены существенные нарушения закона, допущенные при составлении обвинительного заключения, и эти нарушения препятствуют постановлению судом приговора или вынесения иного итогового решения, суд обязан, в том числе при отсутствии соответствующих ходатайств сторон - по собственной инициативе, возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции полагает, что оснований для удовлетворения апелляционного представления прокурора и апелляционной жалобы адвоката не имеется.

Вопрос о мере пресечения подсудимому разрешен судом в соответствие с законом и оснований для ее изменения не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену постановления, не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Ермаковского районного суда 

<

адрес> от 

<

дата> о возвращении прокурору 

<

адрес> в порядке ст.237 УПК РФ уголовного дела в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционное представление прокурора и жалобу адвоката Лепехина В.Н. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции по правилам главы 47.1 УПК РФ.

Судья 

<

адрес>вого суда Левченко Л.В.