РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Нижний Тагил 26 сентября 2019 года

Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила Свердловской области

в составе председательствующего судьи Луценко В.В.,

при ведении протокола помощником судьи Поморцевой О.А.,

с участием представителя истца адвоката Игнатченко С.В.,

представителя ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1716/2019 по иску ФИО2 к государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Нижнем Тагиле и Пригородном районе Свердловской области об обязании включить оспариваемый период трудовой деятельности в специальный стаж и назначении пенсии,

установил:

30.09.2018 ФИО2, действуя через своего представителя Игнатченко С.В., обратилась в суд с указанным иском, указав, что 30.05.2019 ответчиком вынесено решение № 616913/19 об отказе в досрочном назначении страховой пенсии по старости по причине отсутствия требуемого стажа на соответствующих видах работ в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального Закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». 

Ссылаясь на то, что все необходимые документы были представлены ответчику, истец просит признать за ней право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости и обязать ответчика назначить ей трудовую пенсию досрочно.

Истец ФИО2 в судебные заседания не явилась, в отдельном заявлении просила рассмотреть дело в её отсутствие с участием адвоката Игнатченко С.В.

Представитель истца в судебном заседании уточнил исковые требования и указал, что просит включить в страховой стаж период работы истца в ООО «Центр профилактической медицины УХП» с 18.05.2011 по 25.05.2012, поскольку у общества имелась лицензия на медицинскую деятельность. Истец поступала туда как врач-акушер в качестве старшей медицинской сестры. При поступлении на место работы был подписан трудовой договор. Согласно п. 3.3.2 договора было прописано, что она имеет право на льготную пенсию. Организация взяла на себя обязанность по льготному пенсионному обеспечению. Если стаж будет включен, то истец будет иметь 30 лет и право на льготную пенсию на сегодняшний день. 

Представитель ответчика - Государственное учреждение Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Нижнем Тагиле и Пригородном районе Свердловской области ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признала и просила суд в удовлетворении заявленных требований отказать по доводам, изложенным в письменном отзыве, согласно которому 28.04.2019 были представлены в УПФР документы истца для назначения досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 20 ч. 1 ст. 30 Федерального закона РФ от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее Закон № 400-ФЗ) (ранее аналогичные правоотношения регулировались Федеральным законом от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»),

УПФР была произведена оценка пенсионных прав истца по нормам, действующим до введения в действие нового правового регулирования, а также в соответствии с действующим законодательством.

Рассмотрев документы ФИО3, представленные для назначения досрочной страховой пенсии, было вынесено решение об отказе от 30.05.2019 № 616913/19. Принятый к зачету стаж составил 29 лет 00 месяцев 26 дней.

Оспариваемый период работы истца акушеркой в ООО «Центр профилактической медицины УХП» с 18.05.2011 по 25.05.2012 не был принят к зачету в стаж на соответствующих видах работ, так как при назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 «О страховых пенсиях» включается работа только в учреждениях. ООО «Центр профилактической медицины УХП» по своей организационно-правовой форме не является учреждением. 

При исключении оспариваемых периодов специальный стаж истца составляет менее 30 лет, поэтому досрочная страховая пенсия по старости в соответствии с п. 20 ч. 1 ст. 30 Закона № 400-ФЗ не может быть назначена.

Заслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Согласно со ст. 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потури кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом. Государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.

В силу ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. 

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее по тексту Закон № 400-ФЗ), вступившего в силу с 01.01.2015, право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Согласно п. 20 ч. 1 ст. 30 Закона № 400-ФЗ страховая пенсия по старости ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 назначается лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 настоящей статьи.

Как установлено судом, истца 28.04.2019 представила в Управление пенсионного фонда документы о назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения.

Решением Управления № 616913/19 от 30.05.2019 ФИО2 отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с отсутствием необходимой продолжительности специального стажа. Зачтенный ответчиком специальный стаж составил 29 лет 00 месяцев 26 дней.

Как следует из решения Управления, в специальный стаж не включен ряд периодов трудовой деятельности истца, в том числе, который оспариваются истцом. 

Свое решение о невключении периода работы акушеркой в ООО «Центр профилактической медицины УХП» с 18.05.2011 по 25.05.2012 ответчик мотивировал тем, что при назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 20 ч. 1 ст. 30 «О страховых пенсиях» включается работа только в учреждениях.

Суд не находит законных оснований для отмены решения ответчика в данной части ввиду следующего.

ООО «Центр профилактической медицины УХП» по своей организационно-правовой форме не является учреждением. В соответствии с п. 1 ст. 120 Гражданского кодекса РФ учреждением признается некоммерческая организация, созданная собственником для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера.

Обществом с ограниченной ответственностью признается хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на доли; участники общества с ограниченной ответственностью не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей (ст. 87 Гражданского кодекса РФ).

Хозяйственными товариществами и обществами, в свою очередь, признаются корпоративные коммерческие организации с разделенным на доли (вклады) учредителей (участников) уставным (складочным) капиталом (ст. 66 Гражданского кодекса РФ).

Исходя из приведенных положений Гражданского кодекса РФ общество с ограниченной ответственностью и учреждение имеют разную юридическую природу и создаются для осуществления различных целей.

Осуществляемая коммерческими организациями деятельность, в том числе, в медицинской сфере, организуется ими по своему усмотрению и не охватывается требованиями действующего законодательства, предъявляемыми к продолжительности и интенсивности работы в тех или иных должностях. В связи с этим выполняемая профессиональная деятельность существенно отличается от жестко регламентируемой деятельности работников учреждений здравоохранения, а потому установленные законодателем различия в условиях досрочного пенсионного обеспечения по старости, основанные на таких объективных критериях, как условия, режим и интенсивность работы, не могут рассматриваться как нарушающие конституционный принцип равенства при реализации права на пенсионное обеспечение, гарантированного статьей 39 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

В основу дифференциации досрочного пенсионного обеспечения по старости законодателем положены не только специфика профессиональной деятельности лиц, осуществлявших лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения, но и особенности функционирования учреждений здравоохранения, организация труда в которых предполагает соблюдение специальных условий и выполнение определенной нагрузки.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 03.06.2004 № 11-П, а также в Определении от 04.03.2004 № 81-О, закрепляя в Федеральном законе «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» правовые основания и условия назначения пенсий и предусматривая для отдельных категорий граждан, занятых определенной профессиональной деятельностью, возможность досрочного назначения трудовой пенсии по старости, законодатель связывает право на назначение пенсии ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста не с любой работой в определенной сфере профессиональной деятельности, а лишь с такой, выполнение которой сопряжено с неблагоприятным воздействием различного рода факторов, повышенными психофизиологическими нагрузками, обусловленными спецификой и характером труда (в данном случае речь идет о лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, осуществляемой на протяжении длительного периода); при этом учитываются и различия в характере работы, функциональных обязанностях лиц, работающих на одних и тех же должностях, но в разных по профилю и задачам деятельности учреждениях и организациях.

Основанная на указанных признаках дифференциация в условиях реализации права на трудовую пенсию по старости сама по себе не может расцениваться как нарушающая принцип равенства всех перед законом (статья 19, часть 1, Конституции Российской Федерации) либо ограничивающая право граждан на пенсионное обеспечение (статья 39, часть 1, Конституции Российской Федерации).

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 03.06.2004 № 11-П указал, что форма собственности как таковая не может служить достаточным основанием для дифференциации условий назначения трудовых пенсий по старости лицам, работающим в учреждениях здравоохранения в одних и тех же по своим функциональным обязанностям должностях и по одним и тем же профессиям; то обстоятельство, в чьем ведении находятся эти учреждения и кому принадлежит закрепленное за ними имущество - государству, муниципальному образованию, акционерному обществу и пр., само по себе не предопределяет различий в условиях и характере профессиональной деятельности их работников и не свидетельствует о существовании таких различий. Однако в названном Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации указано на недопустимость ограничения пенсионных прав лиц, работающих в учреждениях здравоохранения в одних и тех же по своим функциональным обязанностям должностях и по одним и тем же профессиям, в зависимости от формы собственности такого учреждения (государственная, муниципальная или частная), т.е. речь идет не о любых организационно-правовых формах юридических лиц, а лишь о виде собственности учреждения здравоохранения, в то время как в ходе рассмотрения дела установлено и истцом не оспаривается, что в спорный период он работал не в учреждении здравоохранения, а в коммерческой организации (обществе с ограниченной ответственностью).

Пунктом 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» разъяснено, что при разрешении споров, возникших в связи с включением в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую или лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения, периодов работы в организациях, не относящихся по своей организационно-правовой форме к учреждениям, судам следует иметь в виду, что в силу подпунктов 19 и 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в связи с педагогической и лечебной деятельностью предоставляется исключительно работникам учреждений. Исходя из пункта 2 статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации учреждение может быть создано гражданином или юридическим лицом (частное учреждение) либо соответственно Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации, муниципальным образованием (государственное или муниципальное учреждение). При этом форма собственности (государственная, муниципальная, частная) учреждений в данном случае правового значения не имеет.

В то же время при изменении организационно-правовой формы учреждений, предусмотренных подпунктами 19 и 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», в случае сохранения в них прежнего характера профессиональной деятельности работников суд вправе установить тождественность должностей, работа в которых засчитывается в стаж для назначения досрочной трудовой пенсии по старости, тем должностям, которые установлены после такого изменения (абзац второй пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 № 30).

Каких-либо сведений о том, что вышеуказанное общество ООО «Центр профилактической медицины УХП» ранее являлось учреждением, которое впоследствии изменило организационно-правовую форму, не представлено.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Нижнем Тагиле и Пригородном районе Свердловской области об обязании включить оспариваемый период трудовой деятельности в специальный стаж и назначении пенсии отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г.Нижнего Тагила Свердловской области.

Решение в окончательной форме принято 01 октября 2019 года.

<

...>

<

...>

Судья Луценко В.В.