РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Железногорск 28 июня 2019 года 

Железногорский городской суд Курской области в составе:

председательствующего судьи Галкиной Т.В.,

с участием помощника прокурора Жилкиной О.В., 

представителя ответчика ФИО1 ФИО2,

ответчика ФИО3,

при секретаре Боярской А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Железногорского межрайонного прокурора в защиту неопределённого круга лиц к ФИО4, Администрации Железногорского района Курской области, ФИО3 о признании недействительными разрешения на строительство и ввод объекта в эксплуатацию, постановления о расторжении договора аренды земельного участка и предоставлении его в собственность, признании недействительными договоров купли-продажи земельного участка и применении последствий недействительности сделок, 

у с т а н о в и л:

Железногорский межрайонный прокурор обратился в суд в защиту интересов неопределенного круга лиц, с вышеуказанным иском, уточненным в порядке ст.39 ГПК РФ, к ФИО4, Администрации Железногорского района Курской области, ФИО3, указывая, что в ходе проведенной прокурорской проверки установлено, что Администрацией Трояновского сельсовета на основании протокола проведения аукциона № *** от 20.10.2016 года по договору аренды № *** от 30.11.2016 года земельный участок с кадастровым номером: № ***, площадью 20838 кв. м., из категории земель населенных пунктов, с разрешенным использованием: здания, строения, сооружения сельскохозяйственного назначения (производство, хранение, переработка сельскохозяйственной продукции), расположенный по адресу: ***, был передан в аренду ФИО4 

Впоследствии Администрацией Железногорского района ФИО4 было выдано разрешение от 28.09.2017 года на строительство на данном земельном участке здания склада для хранения с/х инвентаря и разрешение от 04.06.2019 года на ввод указанного объекта в эксплуатацию.

16.08.2018 года за ФИО4 было зарегистрировано право собственности на построенное на арендованном участке здание склада для хранения с/х инвентаря.

В соответствии с постановлением главы администрации Железногорского района № *** от 28.09.2018 года договор аренды со ФИО4 расторгнут, между администрацией Железногорского района и ФИО4 заключен договор купли-продажи земельного участка от 04.10.2018 года № ***, по которому спорный земельный участок передан в собственность ФИО4 за 28235,40 руб..

Прокурор указывает, что при предоставлении земельного участка в собственность ФИО4 были допущены нарушения закона. Администрацией района незаконно были выданы ФИО4 разрешения на строительство здания склада для хранения с/х инвентаря и на ввод указанного объекта в эксплуатацию, не соответствующего виду разрешенного использования земельного участка. По факту возведенная ФИО4 хозяйственная постройка не является капитальным объектом, носит вспомогательный характер и не соответствует виду разрешенного использования земельного участка, а поэтому спорный земельный участок не мог быть предоставлен ФИО4 в собственность в порядке ст.39.20 ЗК РФ - без торгов. Кроме того, ФИО4 предоставлен в собственность земельный участок, площадь которого значительно превышает площадь расположенного на нем склада, что не отвечает требованиям к участку, необходимому для эксплуатации объекта по целевому назначению. 

Таким образом, постановление № *** от 28.09.2018 года принято Администрацией района с нарушением земельного законодательства, является незаконным и подлежит отмене; договор купли-продажи от 04.10.2018 года является недействительной (ничтожной) сделкой, поскольку совершен с нарушением требований 39,3, 39.20 ЗК РФ и публичных интересов.

В настоящее время спорный земельный участок принадлежит ФИО3 на основании договора купли-продажи от 12.11.2018 года, заключенного со ФИО4.

В ввиду того, что ФИО4 приобрела право собственности на спорный участок по недействительной сделке, она, как указывает прокурор, была не вправе отчуждать ФИО3 спорный участок, в связи с чем договор купли-продажи, заключенный ФИО3 и ФИО4 также является недействительным. 

С учетом изложенного прокурор просил суд признать недействительными разрешения на строительство здания склада для хранения с/х инвентаря № *** от 28.09.2017 года и на ввод объекта в эксплуатацию № *** от 04.06.2018 года, постановление главы Администрации Железногорского района Курской области от 28.09.2018 № *** «О расторжении договора аренды земельного участка со ФИО4 и предоставлении его в собственность»; признать недействительным договор купли-продажи от 04.10.2018 № *** земельного участка с кадастровым номером: № *** заключенный Администрацией Железногорского района Курской области и ФИО4, и применить последствия недействительности данной сделки, признав недействительным заключенный ФИО4 и ФИО3 договор купли-продажи недвижимого имущества от 12.11.2018 и применить последствия недействительности данной сделки, прекратить право собственности ФИО5 на данный земельный участок и здание склада для хранения с/х инвентаря, возвратить земельный участок с кадастровым номером № *** в публичную собственность в ведение муниципального образования «Железногорский район» Курской области и признать недействительной запись о государственной регистрации права собственности в ЕГРП о регистрации за ФИО3 права собственности на указанный земельный участок; взыскать с администрации Железногорского района Курской области в пользу ФИО4 денежные средства, уплаченные по договору в размере выкупной цены земельного участка, в сумме 28235,40 руб..

В судебном заседании помощник прокурора Жилкина О.В. уточненные исковые требования поддержала и просила их удовлетворить по изложенным в иске основаниям.

Ответчик ФИО4 в судебное заседании не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена посредством телефонограммы, ранее представила заявление с просьбой рассматривать дело в ее отсутствие, с участием ее представителя ФИО2

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО2 в судебном заседании требования прокурора не признала, просила в удовлетворении иска отказать по основаниям, приведённым в отзыве на иск от 21.02.2019 года, пояснив, что оспариваемые разрешения на строительство и ввод объекта в эксплуатацию, постановление о расторжении договоры аренды и передаче спорного земельного участка в собственность ФИО4 были изданы администрацией Железногорского района законно, разрешенное использование земельного участка возведением на нем здания склада для с/х инвентаря не нарушено, сделки купли-продажи спорного земельного участка заключены в установленном законом порядке, на момент заключения со ФИО4 договора купли-продажи воля администрации Железногорского района была направлена на отчуждение участка и передачу его в собственность ответчика.

Ответчик - администрация Железногорского района Курской области своего представителя в настоящее судебное заседание не направила, представив заявление с просьбой рассмотреть дело в отсутствие представителя. Принимавшая участие ранее в судебных заседаниях представитель ответчика ФИО6 исковые требования не признала, просила в их удовлетворении прокурору отказать по основаниям, аналогичным приведенным представителем ответчика ФИО2. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании иск прокурора не признал, поддержав позицию представителей ответчиков ФИО2 и ФИО6, дополнительно пояснив, что на момент заключения договора со ФИО4 сведений о наличии правопритязаний на участок или оспаривании сделки не имелось, право собственности ФИО4 на объекты недвижимости было зарегистрировано в установленном законом порядке и каких-либо сомнений в легитимности заключенного администрацией со ФИО4 договора купли-продажи спорного земельного участка у него не возникло, свои обязательства по договору он исполнил полностью, является добросовестным приобретателем земельного участка и здания. Просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Привлеченное к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление Росреестра по Курской области, будучи надлежащим образом уведомлённое о времени и месте рассмотрения дела, своего представителя в судебное заседание не направило, ранее в отзыве на иск представитель Управления просила рассматривать дело в их отсутствие.

Выслушав объяснений сторон, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, на основании протокола проведения аукциона № *** от 20.10.2016 года администрация Трояновского сельсовета Железногорского района Курской области (арендодатель) и ФИО4 (арендатор) заключили на 10 лет договор № *** от 30.11.2016 года аренды земельного участка площадью 20838 кв. м. с кадастровым номером № *** право государственной собственности на который не разграничено, относящегося к категории земель населенных пунктов, расположенного по адресу: ***, с разрешенным использованием: здания, строения, сооружения сельскохозяйственного назначения (производство, хранение, переработка сельскохозяйственной продукции). Договор был зарегистрирован в установленном законом порядке.

На основании заявления ФИО4 от 21.09.2017 года № *** уполномоченным органом местного самоуправления Администрации Железногорского района был подготовлен, утверждён постановлением главы администрации указанного муниципального образования от 25.09.2017 года № *** и выдан заявителю градостроительный план земельного участка в целях получения разрешения на строительство здания - склада сельскохозяйственного назначения.

На основании градостроительного плана ООО «Кадастровая палата» разработана проектная документация на строительство здания склада для хранения с/х инвентаря, согласно которой на предоставленном в аренду земельном участке предусмотрено возведение объекта капитального строительства – нежилого здания – склада для хранения сельскохозяйственного инвентаря ( лопаты, грабли, мотоблоки и т.п.), площадью 16,1 кв.м..

ФИО4 Администрацией Железногорского района выданы разрешение № *** от 28.09.2017 года на строительство здания склада для хранения с/х инвентаря на указанном земельном участке в соответствии с проектной документацией и разрешение от 04.06.2018 года № *** на ввод указанного объекта общей площадью 16,1 кв.м., в эксплуатацию.

На основании указанных документов за ФИО4 16.08.2018 года зарегистрировано право собственности на построенное на арендованном участке нежилое здание с кадастровым номером № ***

04.08.2018 года ФИО4 в лице своего представителя обратилась в Администрацию Железногорского района с заявлением о выкупе арендованного земельного участка общей площадью 20838 кв.м. без торгов, на основании п.п.6 п.2 ст.39.3 ЗК РФ.

В связи с нахождением на спорном земельном участке объекта недвижимости ФИО4 Администрация района приняла постановление от 28.09.2018 года № *** «О расторжении договора аренды земельного участка со ФИО4 и предоставлении его в собственность».

На основании указанного постановления Администрация Железногорского района и ФИО4 04.10.2018 года заключили соглашение о расторжении договора аренды земельного участка от 30.11.2016 года № *** и договор от 04.10.2018 года № *** купли-продажи, по которому спорный земельный участок площадью 20838 кв.м. передан в собственность ФИО4 по цене, определенной в размере 50 процентов кадастровой стоимости участка, что составило 28235,49 руб., и подписали акт приема-передачи участка в собственность от 09.10.2018 года. 

Управление Росреестра на основании названных документов 25.10.2018 года зарегистрировало за ФИО4 право собственности на указанный земельный участок.

В дальнейшем ФИО4 по договору купли-продажи от 12.11.2018 года продала ФИО3 земельный участок площадью 20838 кв.м., с кадастровым номером № *** по цене 80 000 руб. и здание склада для хранения с/х инвентаря, площадью 16,1 кв.м., с кадастровым номером № *** по цене 35 000 рублей.

На основании указанного договора купли-продажи Управление Росреестра 20.11.2018 года зарегистрировало переход к ФИО3 права собственности на названные здание и земельный участок.

Давая оценку доводам прокурора о незаконности выданных ФИО4 разрешений на строительство и ввод объекта в эксплуатацию, недействительности постановления администрации о расторжении договора аренды и предоставлении спорного земельного участка в собственность ФИО4, недействительности вышеуказанных сделок купли-продажи и применении последствий недействительности данных сделок, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 51 ГрК РФ разрешение на строительство представляет собой документ, подтверждающий соответствие проектной документации требованиям градостроительного плана земельного участка или проекту планировки территории и проекту межевания территории (в случае строительства, реконструкции линейных объектов) и дающий застройщику право осуществлять строительство, реконструкцию объектов капитального строительства, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

А согласно ч. 1 ст. 55 ГрК РФ разрешение на ввод объекта в эксплуатацию представляет собой документ, который удостоверяет выполнение строительства, реконструкции объекта капитального строительства в полном объеме в соответствии с разрешением на строительство, соответствие построенного, реконструированного объекта капитального строительства градостроительному плану земельного участка..

Как следует из договора аренды № *** от 30.11.2016 года, спорный земельный участок был предоставлен ФИО4 в аренду с разрешенным использованием: здания, строения, сооружения сельскохозяйственного назначения (производство, хранение, переработка сельскохозяйственной продукции).

Согласно сведениям публичной кадастровой карты спорный земельный участок поставлен на кадастровый учет 17.08.2016 года, имеет вид разрешенного использования «сельскохозяйственное использование». 

Согласно классификатору видов разрешенного использования земельных участков, утвержденного Приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 01 сентября 2014 года N 540 вид разрешенного использования «сельскохозяйственное использование» включает в себя содержание видов разрешенного использования с кодами 1.1-1.20, в том числе размещение зданий и сооружений, используемых для хранения и переработки сельскохозяйственной продукции.

Из п.1.18 следует, что данный вид разрешенного использования земельного участка включает в себя «размещение машинно-транспортных и ремонтных станций, ангаров и гаражей для сельскохозяйственной техники, амбаров, водонапорных башен, трансформаторных станций и иного технического оборудования, используемого для ведения сельского хозяйства».

Следовательно, имеющийся у спорного земельного участка вид разрешенного использования, указанный как в договоре аренде, так и в выписке из ЕГРН, предоставлял арендатору право возводить на нем здания, строения сельскохозяйственного назначения, в том числе для хранения сельскохозяйственного инвентаря.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что разрешение № *** от 28.09.2017 года на строительство здания склада для хранения с/х инвентаря было выдано администрацией Железногорского района ФИО4 законно и оснований для признания его недействительным по доводам иска не усматривает.

Доводы прокурора о том, что возведенная ФИО4 хозяйственная постройка не является капитальным объектом, своего объективного подтверждения в судебном заседании не нашли.

Представленный прокурором акт проверки от 05.12.2018 года, составленный помощником прокурора Серовой Е.И. с привлечением инженера-строителя П., а также заключение специалиста от 01.03.2019 года, подготовленное инженером-строителем П., согласно которым здание склада для хранения с/х инвентаря, расположенное на спорном земельном участке, не является объектом капитального строительства, не имеет прочной связи с бетонным основанием, имеет конструкцию, обеспечивающую возможность его передислокации, отклоняются судом, поскольку выводы специалиста основаны на визуальном осмотре спорного объекта с внешней стороны, без каких-либо исследований фундамента и каркаса строения, о чем П. пояснил в судебном заседании, в связи с чем достоверность и объективность выводов специалиста вызывают сомнения у суда. 

Кроме того, заключение специалиста от 01.03.2019 года полностью опровергается заключением судебной строительно-технической экспертизы № *** от 19.05.2019 года, выполненной ООО «Эксперт».

Согласно данному заключению эксперта спорное строение с кадастровым номером 46:06:041708:28 предназначено для длительной эксплуатации, конструктивная схема которого не рассчитана на транспортировку, при его возведении были проведены земляные и строительно-монтажные работы по устройству заглубленных монолитных свайных фундаментов, составляющие неотъемлемую подземную часть здания, является объектом недвижимого имущества и обладает признаками объекта капитального строительства. 

Исследуемый объект является результатом строительной деятельности, предназначен для размещения производства и хранения сельскохозяйственного инвентаря, кроме того геометрические размеры здания, его площадь, наличие дверей и окна позволяют его использовать для хранения, переработки сельскохозяйственной продукции. 

На момент исследования построенный объект не соответствует проектной документации на здание склада, подготовленной ООО «Кадастровая палата» от 06.2017 года, в части площади помещения: фактическая 15,4 кв.м., по проекту – 16,1 кв.м., по высоте этажа: по факту 2,35 м, по проекту – 2,676 кв.м., по высоте до верха перекрытия 4,2 м, по проекту – 2,5 м, по исполнению кровли построена двускатная, по проекту - плоская, по толщине наружных стен по факту – 200 мм, по проекту – 100 мм. В остальной части характеристики построенного здания длина и ширине, количество дверей, окон, фундамент, марка бетона, каркас здания, покрытие, обшивка, утеплитель, электроснабжение, вентиляция, назначение – полностью соответствуют проектной документации.

При этом сама проектная документация на здание склада для хранения с/х инвентаря, подготовленная ООО «Кадастровая палата» от 06.2017 года является проектом, на основании которого было возможно осуществить строительство объекта капитального строительства – нежилого здания (склада).

Оснований не доверять выводам эксперта у суда не имеется. Исследование проведено экспертом, имеющим соответствующую квалификацию, большой стаж работы по специальности 27 лет, экспертной деятельности, он предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, в исходе дела не заинтересован. 

Выводы эксперта мотивированы, обоснованы, изложены ясно и подробно, не противоречивы, основаны на непосредственном осмотре спорного строения с шурфированием фундамента, стен, снятием наружной обшивки стен, исследовании имеющейся в материалах дела проектной и разрешительной документации, не противоречат совокупности собранных по делу доказательств, а поэтому суд признает выводы эксперта, изложенные в указанном заключении судебной строительно-технической экспертизы, достоверными, а само заключение экспертизы допустимым доказательством.

Стороны в судебном заседании выводы эксперта не оспаривали, ходатайств о назначении по делу повторной экспертизы не заявляли. 

Доводы помощника прокурора Жилкиной О.В. о том, что к заключению эксперта следует отнестись критически, поскольку экспертиза проведена позже проведенной проверки с участием прокуратуры 05.12.2018 года, отклоняются судом, поскольку никаких объективных доказательств, опровергающих заключение эксперта и подтверждающих, что возведенное ФИО4 строение не являлось капитальным – не представлено.

В судебном заседании достоверно установлено, что проектная документация, на основе которой ФИО4 велось строительство здания склада для хранения с/х инвентаря, позволяла осуществить строительство объекта капитального строительства – нежилого здания (склада), что подтверждается заключением эксперта.

А после того как спорный участок и здание склада приобрел ФИО3, он выполнил в здании отделочные работы, не затрагивающие конструктивное решение строения, а именно вместо существовавшей плоской кровли сделал двускатную, заменил деревянное окно на окно из ПВХ, сделал облицовку наружной поверхности стен (фасадов) профиллированным листом, заменил существующую отделку внутренней части помещения стен и потолка из гипсокартона на листы ОСБ (ориентированно - стружечные плиты). 

Это следует из объяснений ФИО3, а также видно на фотографиях строения, выполненных при осмотре прокуратурой 05.12.2018 года, при осмотре места происшествия от 28.02.2019 года с участием специалиста П., и при проведении судебной строительно-технической экспертизы 17 мая 2019 года.

Доказательств, опровергающих указанные пояснения ФИО3 и свидетельствующих о том, что возведенное ФИО4 строение на момент возникновения спорных правоотношений не соответствовало проектной документации, являлось не капитальным объектом, в нарушение положений статьи 56 ГПК РФ прокурором суду не представлено.

При этом суд отмечает, что никаких препятствий для полного осмотра спорного строения со стороны ФИО4 и ФИО3, что могло бы указывать об их недобросовестности, сотрудникам прокуратуры создано не было. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что возведенное ФИО4 здание склада для хранения с/х инвентаря относится к объектам недвижимого имущества (ст.130 Гражданского кодекса РФ) и обладает признаками объекта капитального строительства, указанным в п.10 ст.1 Градостроительного кодекса РФ.

С учетом изложенного суд признает, что строительство здания склада для хранения сельскохозяйственного инвентаря на спорном земельном участке произведено ФИО4 законно, в соответствии с выданным ей разрешением на строительство и проектной документацией, при этом вид разрешённого использования земельного участка и его целевое назначение арендатором не нарушены.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что и оспариваемое разрешение от 04.06.2018 года № *** на ввод в эксплуатацию построенного ФИО4 здания склада для хранения с/х инвентаря объекта, общей площадью 16,1 кв.м, было выдано Администрацией Железногорского района ФИО4 законно и оснований для признания его недействительным по доводам иска не усматривает.

Подпунктом 5 пункта 1 статьи 1 ЗК РФ определён принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

В силу ст.39.3 ЗК РФ продажа земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, осуществляется на торгах, проводимых в форме аукциона, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи.

Без проведения торгов осуществляется продажа, в том числе земельных участков, на которых расположены здания, сооружения, собственникам таких зданий, сооружений либо помещений в них в случаях, предусмотренных статьей 39.20 ЗК РФ ( подпункт 6 пункта 2 статьи 39.3 ЗК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 39.20 ЗК РФ, если иное не установлено данной статьей или другим федеральным законом, исключительное право на приобретение земельных участков в собственность или в аренду имеют граждане, юридические лица, являющиеся собственниками зданий, сооружений, расположенных на таких земельных участках.

Таким образом, анализ содержания приведённых норм позволяет сделать вывод о том, что земельные участки, занятые объектами недвижимого имущества, могут быть предоставлены в собственность по основанию, установленному в п.1 ст.39.20 ЗК РФ, только для эксплуатации уже существующих зданий, строений и сооружений, исходя из целей предоставления земельного участка.

Следовательно, исключительное право на приобретение земельных участков в собственность или в аренду без торгов имеют собственники зданий, строений и сооружений, расположенных на таких земельных участках, в размере, необходимом для эксплуатации таких объектов, соответствующих виду разрешенного использования и целевому назначению земельного участка. 

В силу п.1 ст.13 ГК РФ ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующие закону или иным правовым актам и нарушающие гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут быть признаны судом недействительными.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как следует из разъяснений п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ", применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

В ходе рассмотрения дела установлено, что здание склада для хранения сельскохозяйственного инвентаря на спорном земельном участке возведено ФИО4 законно, вид разрешённого использования земельного участка и его целевое назначение арендатором не нарушены, само здание склада относится к объектам недвижимого имущества, имеет самостоятельное функциональное назначение, а следовательно, ФИО4 была вправе приобрести в собственность земельный участок в размере, необходимом для эксплуатации расположенного на нем строения, в порядке п.1 ст.39.20 ЗК РФ, без участия в торгах. 

Доводы прокурора о том, что в данном случае такое право у ФИО4 отсутствовало, поскольку возведенное ответчиком строение не является капитальным объектом, носит вспомогательный характер и не соответствует виду разрешенного использования земельного участка, своего подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли, а потому отклоняются судом как несостоятельные.

Также доводы иска о том, что ФИО4 земельный участок по целевому назначению фактически не использовался, сельскохозяйственная деятельность на данном участке не велась, своего подтверждения в материалах дела не нашли. Ссылка прокурора на акт проверки от 05.12.2018 г. не состоятельна для суда, поскольку осмотр участка прокуратурой проведен в зимнее время, ФИО4 владельцем спорного участка уже не являлась. В свою очередь органами местного самоуправления фактов использования ФИО4 земельного участка не по целевому назначению, либо его неиспользования установлено не было.

В тоже время суд соглашается с доводами иска прокурора о том, что условие, согласно которому участок должен быть предоставлен для целей эксплуатации уже существующих зданий, строений и сооружений, в рассматриваемом случае не соблюдено.

Установлено, что площадь здания склада, возведенного ФИО4 на арендованном земельном участке, составляет 16,1 кв.м., в то время как в собственность ей предоставлен в порядке п.1 ст.39.20 ЗК РФ земельный участок площадью 20838 кв.м., более чем в 1000 раз превышающий площадь расположенного объекта, что не отвечает требованиям к участку, необходимому для эксплуатации объекта по целевому назначению.

Предоставление в собственность участка площадью 20838 кв.м. в связи с возведением на нем объекта площадью 16,1 кв.м., не основано на законе, в этой связи постановление № *** от 28.09.2018 года «О расторжении договора аренды земельного участка со ФИО4 и предоставлении его в собственность» является незаконным, договор купли-продажи от 04.10.2018 года в силу ст.168 ГК РФ является недействительной (ничтожной) сделкой, поскольку совершен с нарушением требований п.п.6 п.2 ст.39.3, п.1 ст.39.20 ЗК РФ и публичных интересов неопределённого круга лиц, а также муниципального образования, поскольку имелась возможность приобрести в собственность указанный земельный участок в порядке, предусмотренном пунктом 1 статьи 39.3 ЗК РФ, на основании торгов.

С учетом изложенного, суд считает правильным требования прокурора о признании недействительным названного постановления главы Администрации от 28.09.2018 года и признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи от 04.10.2018 года удовлетворить.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В данном случае требование о применении последствий недействительности договора купли-продажи от 04.10.2018 года прокурор заявил в виде признания недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 12.11.2018 года, заключенного ФИО4 и ФИО3 и применении последствий недействительности данной сделки, прекращении права собственности ФИО3 на спорный земельный участок и здание склада, возврате спорного земельного участка в публичную собственность в ведение муниципального образования «Железногорский район», взыскании с Администрации Железногорского района в пользу ФИО4 денежных средств, уплаченных ей по договору от 04.10.2018 года в размере выкупной цены земельного участка, в сумме 28 235 руб.40 коп.

Иных требований, касающихся последствий недействительности договора от 04.10.2018 года, в том числе о возмещении денежных средств в связи с несоответствием выкупной стоимости спорного участка, прокурор не заявил.

Согласно статье 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется различными способами, перечень которых не является исчерпывающим. Вместе с тем способы защиты гражданских прав могут предопределяться правовыми нормами, регулирующими конкретные правоотношения, в связи с чем стороны правоотношений вправе применить лишь определенный способ защиты права.

В соответствии со статьей 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Пунктом 1 статьи 302 ГК РФ установлено, что если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Как разъяснено в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - постановление Пленума 10/22) спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.

В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 35 постановления Пленума 10/22, если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из указанных разъяснений постановления Пленума N 10/22, а также позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 21.04.2003 N 6-П о соотношении положений статей 167 и 301, 301 ГК РФ, о применении последствий недействительности сделки и об истребовании имущества из чужого незаконного владения, следует, что права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ; такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если имеются предусмотренные статьей 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество у добросовестного приобретателя.

В пунктах 37, 38 и 39 постановления Пленума N 10/22 разъяснено следующее: в соответствии со статьей 301 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель); ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем; собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества; по смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика относительно того, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 22.06.2017 N 16-П указано, что добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте пункта 1 статьи 302 ГК РФ в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права. В соответствии с позицией Европейского Суда по правам человека, если речь идет об общем интересе, публичным властям надлежит действовать своевременно, надлежащим образом и максимально последовательно; ошибки или просчеты государственных органов должны служить выгоде заинтересованных лиц, особенно при отсутствии иных конфликтующих интересов; риск любой ошибки, допущенной государственным органом, должно нести государство, и ошибки не должны устраняться за счет заинтересованного лица.

В судебном заседании установлено, что спорный земельный участок выбыл из публичной собственности по воле Администрации Железногорского района, осуществлявшей распоряжение участком, на основании ее постановления от 28.09.2018 года № ***, договора купли-продажи от 04.10.2018 года и акта передачи участка ФИО4. Иное судом при рассмотрении дела не установлено. 

При этом судом принято во внимание, что до принятия постановления о предоставлении участка в собственность без торгов и заключения договора-купли продажи от 04.10.2018 года Администрация была осведомлена, знала и должна была знать о строительных характеристиках возведенного здания-склада, т.к. покупателем были предоставлены все необходимые документы для заключения сделки. 

Постановлением следователя Железногорского МСО СУ СК России по Курской области от 01.03.2019 года отказано в возбуждении уголовного дела в отношении должностного лица органа местного самоуправления Ж. в связи с продажей спорного земельного участка ФИО4 за отсутствием в ее действиях состава преступления, предусмотренного ст.293 УК РФ. Кроме того постановлением от 31.03.2019 года отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 в связи с приобретением спорного земельного участка за отсутствием в ее действиях состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.159 УК РФ.

Все это в совокупности указывает, что спорный земельный участок выбыл из публичной собственности по воле Администрации Железногорского района, осуществлявшей распоряжение земельным участком.

Из материалов дела также следует и сторонами не оспаривалось, что на момент заключения договора купли-продажи от 12.11.2018 года право собственности продавца ФИО4 на участок и расположенное на нем здание склада для хранения с/х инвентаря было зарегистрировано в установленном порядке, сведений о наличии правопритязаний на участок или об оспаривании сделки не имелось. 

Обстоятельств, вследствие которых при заключении договора купли-продажи земельного участка и здания склада ФИО3 должен был усомниться в праве продавца на отчуждение данного имущества, судом не установлено.

ФИО3, профессиональным участником правоотношений не является, приобретая участок и объект недвижимости по возмездной сделке у лица, право собственности которого подтверждено наличием записи в ЕГРН, не мог и не должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества, не мог и не должен был знать о каких-либо пороках договора купли-продажи, заключенного администрацией Железногорского района и ФИО4. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что в данном случае ФИО3 является добросовестным приобретателем спорного земельного участка и расположенного нем объекта недвижимости.

Доказательств, опровергающих указанные выводы, истцом суду не представлено.

Доводы прокурора в иске и приведенные в судебном заседании помощником прокурора Жилкиной О.В. о том, что ФИО3 должен был предположить незаконность сделки по предоставлению участка в собственность ФИО4 ввиду существенного превышения площади участка размеру расположенного на нем здания склада, а потому он не является добросовестным приобретаем, отклоняются судом.

Нарушение предусмотренного статьями 39.3 и 39.20 ЗК РФ порядка предоставления земельного участка в собственность ФИО4 является основанием для признания недействительными постановления администрации от 28.09.2018 года и договора от 04.10.2018 года, но не может быть в данном деле критерием для оценки добросовестности последнего приобретателя участка.

При таких обстоятельствах, когда в судебном заседании было установлено, что спорный земельный участок выбыл из публичной собственности по воле администрации Железногорского района, осуществлявшей распоряжение участком, ФИО3 приобрел земельный участок и нежилое здание по возмездной сделке, является добросовестным приобретателем, суд приходит к выводу, что правовых оснований для истребования из владения ФИО3 в публичную собственность, в ведение администрации Железногорского района Курской спорного земельного участка, на котором расположен принадлежащий ответчику объект недвижимости, не имеется. 

Кроме того, истребование в пользу администрации спорного земельного участка, на котором расположен законно приобретенный ФИО3 объект недвижимости, противоречит закрепленному в подпункте 5 пункта 1 статьи 1 ЗК РФ принципу единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов.

При таких обстоятельствах, а также учитывая, что в данном случае надлежащим способом защиты интересов собственника является виндикационный иск, предъявляемый к последнему приобретателю имущества, однако в данном споре правовых оснований для истребования имущества у ФИО3 не установлено, суд приходит к выводу, что правовых оснований для удовлетворения требований прокурора о признании недействительным договора купли-продажи от 12.11.2018 года, заключенного ФИО4 и ФИО3, применении последствий недействительности данной сделки, не имеется.

Кроме того, поскольку судом не установлено правовых оснований для истребования спорного земельного участка у ФИО3, а иных требований, связанных с применением последствий недействительности сделки от 04.10.2018 года в части спорного участка, кроме как его возврата в распоряжение администрации, прокурором не заявлено, суд приходит к выводу об отсутствии в связи с этим оснований для применения последствий недействительности сделки от 04.10.2018 года в виде взыскания с администрации Железногорского района в пользу ФИО4 денежных средств, уплаченных последней по договору от 04.10.2018 года, поскольку принцип двусторонней реституции в таком случае будет нарушен. 

Учитывая изложенное, суд считает правильным признать недействительными только постановление главы администрации Железногорского района от 28.09.2018 года и договор купли-продажи от 04.10.2018 года и отказать прокурору в удовлетворении остальных требований.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

иск Железногорского межрайонного прокурора в защиту интересов неопределенного круга лиц удовлетворить частично.

Признать недействительным постановление главы администрации Железногорского района Курской области от 28.09.2018 № *** «О расторжении договора аренды земельного участка со ФИО4 и предоставлении его в собственность».

Признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи земельного участка от 04.10.2018 № ***, заключенный Администрацией Железногорского района Курской области и ФИО4.

В удовлетворении остальных требований Железногорскому межрайонному прокурору к ФИО4, Администрации Железногорского района Курской области, ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Курский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 03.07.2019 года.

Председательствующий: