Судья: 

<

данные изъяты> Дело №

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Калининград 23 марта 2023г.

Калининградский областной суд в составе:

председательствующего судьи Онищенко О.А.

при секретаре Греченюк А.А.

с участием прокурора Ленешмидта А.С.,

защитника – адвоката Полленского О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционным представлением государственного обвинителя – помощника Калининградского транспортного прокурора Пахомова Г.А. и дополнениям к нему и.о. Калининградского транспортного прокурора Авакьяна М.Ю. на приговор Багратионовского районного суда Калининградской области от 14 октября 2022г., которым 

А.Б., родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>, не судимый 

оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 194 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления;

в соответствии со ст.ст. 133, 134 УПК РФ за оправданным А.Б. признано право на реабилитацию в порядке главы 18 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Согласно приговору А.Б. оправдан по обвинению в уклонении от уплаты таможенных платежей, взимаемых с физического лица, совершенном в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Пахомов Г.А. ставит вопрос об отмене оправдательного приговора в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела и существенным нарушением уголовно-процессуального закона. По мнению автора представления, суд необоснованно пришел к выводу об отсутствии в деле и непредоставлении государственным обвинителем доказательств, подтверждающих перемещение А.Б. в целях уклонения от уплаты таможенных платежей четырех транспортных средств, перемещенных им в группе с неустановленным лицом с территории Республики 

<

данные изъяты> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Полагает, что в материалах уголовного дела, исследованных в судебном заседании, имеются все необходимые документы и получены показания уполномоченных лиц, в совокупности свидетельствующие о наличии в действиях А.Б. состава инкриминируемого ему преступления. Материалами дела подтверждено, что ООО «

<

данные изъяты>» на даты перемещения транспортных средств не осуществляло какую-либо финансовую деятельность, не выступало стороной правоотношений по приему и таможенному декларированию транспортных средств и в связи с этим не имеет отношения к их перемещению из Республики 

<

данные изъяты> на территорию 

<

данные изъяты> области. Поскольку доказано, что указанные транспортные средства переместил именно А.Б., его обвинение обоснованно и правомерно. Ссылаясь на положения п. 6 ст. 83, п. 2 ст. 278, пп. 26 ч. 1 ст. 2 ТК ЕАЭС и ч.ч. 2, 3 ст. 199 Федерального закона от 3 августа 2018г. № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты» указывает, что перемещение через таможенную границу ЕАЭС транспортных средств с недостоверным декларированием рассматривается как незаконное перемещение товаров, которое влечет обязанность по уплате таможенных платежей для А.Б. как лица, незаконно переместившего товары. Полагая, что выводы суда являются необоснованными и противоречивыми, просит приговор отменить.

В дополнениях к апелляционному представлению и.о. Калининградского транспортного прокурора Авакьян М.Ю. указывает, что выводы суда о невиновности А.Б. несостоятельны. Описанные в приговоре обстоятельства оформления транспортных средств в качестве транспортных средств международной перевозки (ТСМП) соответствуют лишь показаниям оправданного, но не подтверждены документально. Указав в приговоре, что А.Б. на таможенном посту МАПП 

<

данные изъяты> областной таможни подавал декларации на транспортные средства в целях помещения их под таможенную процедуру временного ввоза, а при выезде с территории Республики 

<

данные изъяты> – документы, связанные с экспортным вывозом транспортных средств, суд фактически установил состав уклонения от уплаты таможенных платежей путем недостоверного декларирования. Таким образом, разница заключается лишь в действиях подсудимого по предъявлению комплекта документов должностным лицам таможенного поста. Ссылаясь на положения п. 6 ст. 83, п. 2 ст. 278, пп. 26 п. 1 ст. 2 ТК ЕАЭС и ч.ч. 2, 3 ст. 199 Федерального закона от 3 августа 2018г. № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» делает вывод, что перемещение через таможенную границу ЕАЭС транспортных средств с недостоверным таможенным декларированием или недекларированием товаров рассматривается как незаконное перемещение товаров, которое влечет обязанность по уплате таможенных платежей для А.Б. как лица, незаконно переместившего товары. Факт недекларирования А.Б. по установленной форме, то есть в том статусе, в котором транспортные средства выехали с территории Республики 

<

данные изъяты> и фактически сразу оказались на территории Российской Федерации, подтвержден экспортными декларациями, полученными в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «наведение справок» в ответ на международный запрос. Факт перемещения грузовиков именно оправданным подтвержден сведениями ПУ ФСБ России по 

<

данные изъяты> области, штампами в заграничном паспорте А.Б. о пересечении государственной границы в указанные в обвинении даты и самим оправданным. Справка оперативно-аналитического отдела 

<

данные изъяты> областной таможни от ДД.ММ.ГГГГ подтверждает, что А.Б. длительное время работал по профессии водителя транспортного средства международной перевозки и, следовательно, знаком с правилами декларирования и порядком перемещения товаров и транспортных средств через таможенную границу ЕАЭС, в связи с чем в полной мере осознавал, что ввозимые им по указанию неустановленного лица из Республики 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты> область транспортные средства имеют статус иностранных товаров, поскольку в польские таможенные органы он предоставлял документы на транспортные средства, в том числе экспортные декларации, согласно которым они вывозились из Республики 

<

данные изъяты> в адрес ООО «

<

данные изъяты>» в статусе товара и поэтому не могли иметь статус транспортного средства международной перевозки. Из этого следует, что А.Б. вместо помещения транспортных средств под таможенную процедуру таможенного транзита для следования на 

<

данные изъяты> Акцизный таможенный пост, где должна быть подана декларация на помещение транспортного средства под таможенную процедуру ИМ-40 – выпуск для внутреннего потребления с уплатой таможенных платежей, с целью уклонения от их уплаты умышленно заявил таможенному органу о статусе транспортных средств как ТСМП при помещении под таможенную процедуру «временный ввоз», что, по мнению прокурора, подтверждает прямой умысел А.Б., заключающийся в сокрытии истинного статуса перемещаемых им через таможенную границу товаров – транспортных средств с целью уклонения от уплаты таможенных платежей. Судом не дана надлежащая оценка показаниям А.Б. в качестве подозреваемого при допросе ДД.ММ.ГГГГ о том, что водителем в сфере международных перевозок он работает около десяти лет, осуществлял перевозку раз в месяц, что свидетельствует о знании им таможенного законодательства ЕАЭС, порядка перемещения и декларирования товаров и транспортных средств через таможенную границу ЕАЭС. Данные показания А.Б., а также его показания о том, что он перегонял грузовые транспортные средства порожними по поручению знакомого «

<

данные изъяты>» в адрес юридического лица, зарегистрированного в 

<

данные изъяты> области, что один экземпляр экспортной декларации мог остаться в пакете документов на машину после пересечения польской границы, по мнению автора представления, указывают на то, что А.Б. при помещении транспортных средств под таможенную процедуру «временный ввоз» выступил в качестве декларанта, при этом из польских экспортных деклараций следовало, что собственником транспортных средств являлись иностранные граждане, а получателем - ООО «

<

данные изъяты>». Однако в этом случае оправданный не имел полномочий выступать от имени иностранных собственников таких транспортных средств: доверенности на управление или договора на оказание услуг по перевозке с ООО «

<

данные изъяты>». Суд необоснованно пришел к выводу об отсутствии нарушений при приобретении транспортных средств ООО «

<

данные изъяты>» и о том, что последнее не является фиктивным обществом и поэтому могло законно закупить грузовики в 

<

данные изъяты> ввезти их на территорию 

<

данные изъяты> области. Обращает внимание, что на момент совершения сделок Ю.А. – единственное лицо, уполномоченное на осуществление финансово-хозяйственной деятельности от имени ООО «

<

данные изъяты>» - скончался, и по сведениям ЕГРЮЛ никто не имел законных прав действовать от его имени и представлять интересы общества, в том числе и его супруга, не выступавшая правопреемником Общества. Ссылаясь на положения п. 25 ч. 1 ст. 2, ст. 56 ТК ЕАЭС, прокурор считает, что у А.Б. вне зависимости от способа незаконного перемещения товара возникла обязанность по уплате таможенных пошлин, налогов. Незаконное перемещение транспортных средств оправданным подтверждается и нормами действующего законодательства, указанными в решениях по результатам таможенного контроля №, №, № о возложении на А.Б. обязанности по уплате таможенных пошлин и НДС, которые не обжалованы в судебном порядке, являются законными и действующими.

Заслушав прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления и дополнений к нему, возражения защитника оправданного, проверив материалы уголовного дела и доводы апелляционного представления и дополнений к нему, суд апелляционной инстанции оснований для их удовлетворения не находит.

Уголовное дело рассмотрено судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, закрепленных в главах 35 - 38 УПК РФ. Председательствующим были приняты необходимые меры для обеспечения состязательности и равноправия сторон.

Суд первой инстанции не ограничивал стороны в представлении доказательств и заявлении ходатайств, что объективно подтверждается протоколом судебного заседания.

Судебное разбирательство проведено на основе принципа состязательности, установленного ст. 15 УПК РФ, с учетом требований ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, обстоятельства уголовного дела установлены на основании непосредственно исследованных судом доказательств, полно и правильно.

Изложенные в представлении и дополнениях к нему основания к отмене приговора, в частности о несоответствии выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, несостоятельны, так как направлены на переоценку содержания отдельно взятых доказательств и тех выводов, к которым пришел суд первой инстанции.

Вместе с тем, приговор по настоящему делу соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, вынесен по результатам справедливого судебного разбирательства.

В приговоре в полном соответствии с требованиями ст. 305 УПК РФ подробно отражено существо предъявленного А.Б. обвинения, обстоятельства уголовного дела, установленные судом, основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, мотивы, по которым суд отверг доказательства, представленные стороной обвинения.

Формулировок, ставящих под сомнение невиновность А.Б., приговор не содержит.

Выводы суда, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, вопреки доводам прокурора, основаны не только на показаниях А.Б., а на совокупности доказательств, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании и явились достаточными для вывода о невиновности А.Б. и постановления в отношении него оправдательного приговора. 

В ходе рассмотрения уголовного дела судом были исследованы показания должностных лиц таможенных органов: Е.В. об отсутствии в центральной базе данных единой автоматизированной информационной системы КТС России сведений о таможенном декларировании седельных тягачей и прицепа в указанные в обвинении даты, свидетелей З.А. и О.А. о процедуре таможенного декларирования товаров и транспортных средств международной перевозки, сотрудника пограничной службы И.Н. о порядке прохождении водителями пограничного контроля, свидетеля В.Ю. о том, что с А.Б. он лично не знаком и последний либо иные лица не обращались к нему с целью декларирования транспортных средств, оформлением автомобилей, перемещенных А.Б., он не занимался. Также исследованы представленные стороной обвинения письменные доказательства, в том числе: результаты оперативно-розыскной деятельности, акт камеральной таможенной проверки, справки специалистов о классификации транспортных средств по ТН ВЭД и об их таможенной стоимости, о сумме таможенных платежей, подлежащих уплате за незаконно перемещенные транспортные средства, иные документы, а также протокол осмотра заграничного паспорта А.Б. 

Приговор содержит подробную оценку всех приведенных стороной обвинения доказательств, в том числе указанных в представлении и дополнениях к нему. При этом суд пришел к обоснованному выводу о том, что каждое из них не подтверждает факт незаконного перемещения А.Б. совместно с неустановленным лицом товаров - указанных в приговоре транспортных средств через таможенную границу РФ без таможенного декларирования, которое влечет обязанность по уплате таможенных платежей для А.Б. как лица, незаконно переместившего товары. 

Суд объективно оценил показания А.Б. как в судебном заседании, так и на досудебной стадии производства по делу и правильно пришел к выводу о том, что в них не содержится сведений, бесспорно указывающих на то, что оправданный знал о незаконности или признавал незаконность перемещения трех седельных тягачей и прицепа. Само по себе наличие в пакете документов на автомашины составленных на польском языке экспортных деклараций не свидетельствует достоверно об осведомленности А.Б. о незаконности перемещения транспортных средств как товаров. 

Представленные оперативно-аналитическим отделом 

<

данные изъяты> областной таможни в служебной записке от ДД.ММ.ГГГГ сведения о неоднократном пересечении водителем А.Б. границы на транспортных средствах, зарегистрированных в РФ, и заполнении им как лицом, ответственным за использование транспортного средства, таможенных деклараций на временный ввоз транспортных средств международной перевозки, не подтверждают доводы стороны обвинения о том, что А.Б., работая длительное время водителем международных перевозок, достоверно знал именно процедуру таможенного декларирования транспортных средств, перемещаемых в качестве товаров. 

Установленный факт отсутствия в базе данных единой автоматизированной информационной системы КТС России сведений о таможенном декларировании седельных тягачей и прицепа как товаров или транспортных средств международной перевозки и соответствующих документов на бумажных носителях, не опровергает показания А.Б. о том, что он каждый раз подавал таможенную декларацию на их временный ввоз. Указанное обстоятельство свидетельствует лишь о непроведении регистрационных действий сотрудником таможенного органа, уполномоченным на проверку поданной таможенной декларации в целях установления отсутствия оснований для отказа в ее регистрации, личность которого органом дознания установлена не была.

Поскольку факт пересечения государственной границы по направлению въезд в Российскую Федерацию через МАПП 

<

данные изъяты> указанными в обвинении транспортными средствами под управлением А.Б. в разное время установлен, оснований ставить под сомнение его показания о том, что перегоняемые им грузовые автомобили после подачи сотруднику таможни деклараций на временный ввоз прошли процедуру таможенного оформления и были выпущены, не имеется.

Таким образом, показания оправданного А.Б. о том, что он не приобретал транспортные средства, а, будучи водителем, по просьбе знакомого за денежное вознаграждение в размере не более 10000 рублей лишь перегонял автомобили с готовым пакетом документов, по указанию того же лица заполнял таможенные декларации на указанные автомобили как на транспортные средства международной перевозки, помещая под процедуру временного ввоза, предоставлял сотруднику таможенной службы, а затем получал обратно с разрешением их перемещения через таможенную границу, стороной обвинения не опровергнуты.

Согласно предъявленному обвинению А.Б. был привлечен неустановленным лицом к совместному совершению преступления как водитель грузовых транспортных средств, и на него возлагалась обязанность по их непосредственному перемещению с территории Республики 

<

данные изъяты> через таможенный поста МАПП 

<

данные изъяты>

Проанализировав приведенные в обвинении нормы таможенного законодательства, продублированные и в апелляционном представлении, содержание экспортных деклараций, согласно которым А.Б. не являлся стороной внешнеэкономических сделок, получателем транспортных средств в каждой из них было указано ООО «

<

данные изъяты>», факт отсутствия в отношении данных транспортных средств как иностранного товара надлежаще оформленных полномочий декларанта (таможенного представителя), на которого возложена обязанность по уплате таможенных платежей, показания заместителя начальника ОТО и ТК таможенного поста МАПП 

<

данные изъяты> О.А.., о том, что в случае ввоза транспортного средства как товара предусмотрена процедура транзита до акцизного поста, и водитель, как физическое лицо, просто переместившее автомобиль, не может являться декларантом, таковым является лицо, указанное в документах в качестве получателя, суд первой инстанции правильно пришел к выводу о том, что обвинением не доказано, что А.Б. являлся лицом, на которое возложена обязанность по уплате таможенных платежей, то есть специальным субъектом преступления, предусмотренного ст. 194 УК РФ, при этом действовал группой лиц по предварительному сговору с целью уклонения от уплаты таможенных платежей в крупном размере. 

Не ставят под сомнение указанные выводы и показания инспектора МАПП 

<

данные изъяты> областной таможни В.Ю., пояснившего в суде апелляционной инстанции о применении норм таможенного законодательства.

Суд правильно исходил из того, что указанное преступление совершается с прямым умыслом, виновное лицо должно осознавать, что оно тем или иным образом уклоняется от уплаты таможенных платежей в крупном размере, и желать этого, и верно сделал вывод, что совокупность представленных стороной обвинения доказательств не свидетельствует о том, что А.Б. знал о преступных намерениях неустановленного лица, для которого он перегонял транспортные средства, о незаконности их перемещения и о действиях сотрудника таможни при проверке таможенных деклараций. 

Наличие не оспоренных в установленном законом порядке решений таможенных органов о возложении на А.Б. обязанности по уплате таможенных платежей не предопределяет вывод о его виновности в совершении уголовно-наказуемого деяния, запрещенного ст. 194 УК РФ. 

Обстоятельства, связанные с деятельностью ООО «

<

данные изъяты>», судом также проверены и оценены, при этом сделан верный вывод об отсутствии достаточных данных полагать о том, что указание этой фирмы в качестве получателя транспортных средств носило недостоверный характер. Доводы обвинения об отсутствии правопреемства супруги умершего учредителя и директора Общества Ю.А. не опровергают представленные документальные сведения и показания свидетеля С.В. о продолжении деятельности фирмы.

Таким образом, выводы суда об отсутствии в действиях А.Б. состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 194 УК РФ, являются правильными, основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах.

Доводы, изложенные в апелляционном представлении, дополнениях к нему, направлены на переоценку выводов суда и не могут являться основанием к отмене оправдательного приговора, постановленного в соответствии с требованиями закона, в том числе и ч. 3 ст. 14 УПК РФ.

Суждение в апелляционном представлении о том, что суд фактически установил иной способ уклонения от уплаты таможенных платежей – путем недостоверного декларирования, который А.Б. не вменялся, также не влечет отмену оправдательного приговора с учетом приведенных в нем оснований к оправданию. 

Нарушений требований закона в ходе судебного разбирательства, влекущих отмену или изменение приговора, не установлено, в связи с чем, оснований к удовлетворению представления суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Багратионовского районного суда Калининградской области от 14 октября 2022г. в отношении А.Б. оставить без изменения, апелляционное представление - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через районный суд в течение шести месяцев с момента его провозглашения. 

Судья: подпись.

Копия верна: судья О.А. Онищенко